My way (гет)

20 февраля, номер Юн Ми, утро.

Отоспался, такой кайф, не передать, если спать по несколько часов неделю. Джун с хвостатой подругой уже где-то шкодят, мама с ними, а мне дали поспать. Надо вставать, но так неохота-а-а-у! Почитаю-ка я, что в Сеуле творится, а то давно не заглядывал. Начну со своего портала, с главной странички. Я под объявлением о моем новом проекте фильма включил комментарии, для смеха, почитаем. Во-о-от! Народ разделился на меломанов и кинолюбов, почти пополам. Одни пишут — пиши песни и не жужжи, а то мы соскучились по новенькому, другие — молодец, дерзай, а то смотреть нечего, шлак один. Мы верим в тебя! Это из Европы в основном. Корейцы много критикуют. И молодая я еще, кино снимать, и наглая очень, и не патриотка. Есть и американцы, те в восторге, не из-за кино, а по причине моей крутости в делах. Я — воплощение их мечты об успехе, бабле то есть. Даже то, что мы в отеле живем, для них признак крутости, двести бакинских в сутки за номер — они охреневают! Они же не знают, что когда деньги есть, они для меня ресурс и не более. Вот когда их нет, совсем нет, тогда хуже. Кстати, о деньгах. Залез, посмотрел, что сказать? Их есть у меня, как в Одессе говорят. За двести лямов, хватит на всё, но налоги — основное, достояние нации должно быть белее снега. Приток есть, постепенно снижается, но есть. Так, теперь к новостям, что там про меня говорят и про Пацака, а то он что-то подозрительно пропал! А вот и причина — США с Кореей проводят совместные учения "Щит свободы", со стороны РК участвуют девятнадцать тысяч человек. В программе сухопутные маневры, морские операции и десант. Аж до 10 марта будут упражняться. Ай, молодца! Крепись, Чжу Вон. А про меня-то есть? О-п-п-а! Пацак теперь не оппа. Так и пишут — женился Пацак на деве Пак Юн Ми. И я уже беременный, потому и усвистал в США, к Самым Лучшим Врачам, ага. А кино так, прикрытие. На сайте сталкерш фото Пацака похерено жирным красным крестом. У них траур, выпал из листинга жертв один из самых завидных женихов. Читать их политые змеиным ядом комменты не стал, и так всё ясно. А в новостях ТВ что? Я — аморальная особа из Гванак-Гу, охотница за деньгами, залетевшая до свадьбы??? Собственно, потому и свадьба тайная, а я скрываюсь от стыда. Это кто у нас тут отважный самоубивец? "Спорт Ньюс"? Так обнаглели, что прямо написали, не намеками. Не в курсе были, что я давно при деньгах и живу в Каннам? Скорее, знают и просто им проплатили, а вот про мою поддержку юристов "Сиа Групп" они точно не знают! Позвонить надо юристу, желтая газетка не очень крутой актив, но задаром пригодится, мы их разорим! Пополам с "Сиа Групп", конечно. Что там на нормальных каналах? Этим я особо не нужен, с глаз долой — из сердца вон. Потрепали новость о браке Пацака пару дней, и всё на том. С сожалением говорили о зажиленной нами свадьбе, такой повод пропал новостной, о тяжкой судьбинушке молодожена, вырванного прям из постели на службу Родине, и как я слезы лью да тоскую, но это не точно. И сразу напоминалка про учения, Большой Брат то, Большой Брат сё. Ничего интересного, короче. Вспомнил! Я же обещал Му Ран звонить, и забыл напрочь. Отправлю-ка я ей фотки и видео с Джун, ну и я там есть немного, мама снимала. Отправил. Написал еще, что работаю, света белого не видя, и дела идут нормально. Есть хочу! Встал и пошел, боец киноиндустрии!

20 февраля, дом семьи Ким, вечер.

Му Ран, Ин Хе и Хе Бин ужинают, смотрят новости и обсуждают вчерашнюю серию дорамы. Телефон Му Ран тренькает, она открывает сообщение и надолго залипает на экран. Слышно детский смех, мяуканье, хохот Юн Ми. Ин Хе поджимает губы, а Хе Бин тоже наклоняется к экрану.

— Хальмони, мне кажется, или Юн Ми стала еще больше похожа на вегугинку? И волосы посветлели. Красивая стала, совсем не похожа на ту страшненькую девочку с кухни нашего отеля.

Му Ран внимательно смотрит на фото, листает, находит то, где лица Юн Ми и Джун рядом.

— Смотри, Хе Бин, как они похожи, как мать и дочь, или как сестры. Форма носа, разрез глаз, овал лица и волосы. Что-то тут не так, не верю я в такие совпадения. Сан У должен был все выяснить про семью Ли, надо будет завтра спросить, что он нашел.

Начинается дорама и женщины забывают обо всем.

21 февраля, номер Юн Ми, утро.

Сидим, едим и осуждаем планы на день. Ребенок за мультики и поход в кино, мы не против, но хотим еще съездить в Санта-Монику, прогуляться вдоль океана, поесть рыбки. Решили — сначала кино, потом обед и к океану. Сорок километров ерунда, там и поужинаем перед отъездом в отель. Кошатину в рюкзак, купил специально с вставками внутри, и погнали!

Через час, Элизиан Парк, Кодак Театр.

Как раз попали на местный мультфильм, про девушку и дракона. Купил билеты, идем в зал, Джун скачет на одной ножке, совершенно счастливая. Как мало надо мелким — внимания да заботы, и всё.

Полдень, Элизиум Парк.

Мультик неплохой, не Дисней с 3Д, но неплохой. Едим бургеры в местном аналоге "МакДональда", получше как по мне, чем в моём прежнем мире. И булки больше, и котлета реально вкусная. Мелкая уделалась горчицей и соусом, личико сияет, кола почти выпита. Пока мама провожает ребенка в туалет, вызываю такси с детским креслом.

День, пляж Санта-Моники.

Прогуливаемся по песочку босиком, Солнышко его нагрело, теплый. Океан забрасывает берег волнами, и нас иногда брызгами, Джун скачет вокруг нас или у кромки прибоя, восторженно вскрикивая от брызг. Мульча, зараза, едет на мне — ей океан не нравится. Хотели дойти до Марины, стоянки яхт, но не осилили, далековато от центра города. Океан такой проказник — сговорился с напитанным им же ветерком и мы дружно захотели есть, то есть, жрать на самом деле. С целью найти ресторан пошли обратно по Южно-Тихоокеанской улице и нашли таки- Джини Рамен Бар. Давненько мы лапши не ели! Гриль само собой, из форельки. Салатики, соки, чизкейк, кофе. Объелись на радостях, долго сидели, пока в бар не набежали туристы и местные китайцы. Шумные они, ушли мы от них. Такси и домой...

22 февраля, номер Юн Ми, утро.

Встал рано, выспался. Оставил Джун и Мульчу спать, но не угадал, услыхав шум с лоджии, где я делаю разминку, усатая вымогательница прискакала и выразила протест — я уже десять минут, как проснулся, а она еще голодная! Пришлось идти в ресторан отеля на завтрак. Завтрак тут отличный, а вот обед и ужин скромнее — выбор мал, но если некогда, то можно и тут поесть. В Сеуле ночь уже, поэтому набираю сообщение юристу со своим предложением отжать "Спорт Ньюс", отправляю, и собираюсь на работу.

22 февраля, студия Уорнеров, вечер.

Час назад звонил юрист и рассказал много интересного. Оказывается, почти сразу после хейта желтой газетенки ему звонила онни и они уже начали подготовку к суду. Для начала онни связалась с главным редактором и вежливо попросила дать опровержение с нижайшими извинениями на первой полосе этого листка. Редактор разговаривал с ней через губу, а разговор онни записала. Позже газетенка наврала, что сестра распутницы, меня то есть, попыталась скрыть факты моего морального падения. Предложение вогнать козлов в долги юрист поддержал, подготовка к суду и так шла, немного иск изменят, и всё.

Фильм у нас переходит в стадию натурных съемок и таких же спец-эффектов. Выбраны несколько хайвеев поспокойнее, благо по сценарию все эпизоды ночью происходят. Найден не работающий мотель для съемки бегства Лизы и Кайла от киборга, сам "бой в мотеле" в павильоне снимем. Идут переговоры с властями и пожарными, с полицией тоже, куда же без них. Одного даже взяли сниматься, слезно просил исполнить мечту всей жизни. У нас как раз один из "полицейских" заболел, так что он вовремя подсуетился. Будет выполнять свою работу — пытаться остановить бешеную табуретку, на которой удирают Лиза и Кайл. Ну и киборга тоже. А вот погоню за нарушителями доверим каскадеру. Кадры подрыва цистерн обработает Оскар, превратив заброшенный хайвэй в почти новый. Короче, начать и кончить осталось.

26 февраля, студия, вечер.

Нас кто-то сглазил! Рано я радовался, что все идет как по маслу, эту неделю творилась какая-то жесть, иначе не скажешь. Из сцены последней погони сняли треть всего. Одних пикапчиков три штуки угробили, и с каждым возись, подгоняй под образец. Один из каскадеров, косплеющий Кайла, умудрился ногу вывихнуть, У Оскара на одном из компов полетела какая-то приблуда нужная, еле нашли такую быстро. В одной из сцен из кустов вылез какой-то алкаш живописного вида, и как раз метрах в тридцати подорвали макет цистерны. Выражение его лица... Короче, дали ему триста баксов и подписать разовый контракт, будет в фильме случайным свидетелем. С ужасом жду съемок в полицейском участке. Домой пора, пойду я...

11 марта, студия, вечер.

Две недели! Две недели мы погоню добивали и сняли часть эпизода в полиции. Декорация участка была в одном из павильонов, доработали ее, и началось... То что-то или кто-то в кадр не попало, то свет на так поставили, то над дверью начальника обнаружилась табличка с черте чем, и уже после того, как сцену сняли. Ладно, Оскар есть, он подправил. Главное, отсняв пару коротких роликов, зависли с Билли над ними. Первый раз посмотрели — хорошо. Второй раз — что-то цепляет. Третий раз — посмотрели друг на друга и дружно сказали: — Хрень получилась. Тут я догадался, в чем дело. Медленно все, затянуто, киборг должен мухой летать по участку и валить всех подряд, а не ходить плавно. Ему надо беречь мясо поверх скелета, для маскировки, а его дырявят кто не лень. Решили снимать как всегда, кадры с полицейскими оставить как есть, а с Эсперо — ускорить. Попробовали — другое дело! Процесс пошел. Вставили анимацию, как киборг по стенам скачет белкой, Оскар не подвел, на скорости от Эсперо не отличить. На сегодня смонтировали предварительно две трети эпизода, показали съемочной группе, народ под впечатлением. Настоящая машина смерти! Ох-хо-хо... Еще треть снимать, потом монтаж, озвучка. Домой пополз... Спа-а-ать...

22 апреля, студия, вечер.

Снято! Сегодня досняли крайние кадры. Материала на полтора фильма, если не на два. Музыкальные темы готовы давно. У меня роль диджейки из ночного клуба, после начала боя я визжу и прыгаю в костюме "Чеканутой Кошки" за барную стойку. Киборг шарашит из пистолета-пулемета во все стороны, пытаясь прибить Кайла, а я ползу к выходу в тех-помещения клуба. И конечно же туда Кайл сваливается, и пули прошивают дерево и пластик, я дрожу, Кайл набивает магазин ружья. Потом он выскакивает и бой перемещается от меня, я подбираю с пола упавшую бутылку вискаря, делаю глоток и выдыхаю. Все. 32 секунды, моя первая роль в кино, я крут! Вся сцена идет под "Крейзи Трайн". Теперь монтаж. Завтра домой, три месяца заканчиваются, я нерезидент, как и мама с Джун, надо слетать в Сеул на пару дней.

23 апреля, дом Юн Ми, вечер.

У нас хвесик по поводу воссоединения семьи. Онни с Кваном и дядя присутствуют, затисканная мамой Джун дрыхнет, Мульча тоже. Вылетели из Лос-Анджелеса в 10-50, в Сеул прибыли в 15-45 того же дня, "Айр Премия" летели, на Боинг 787, 12 часов. Завтра поедем к Кимам, Джун к хальмони рвется, чем-то ей понравилась Му Ран. Дядя поднимает стопку с соджу: — Выпьем за то, чтобы мы всегда были вместе, даже если мы на другом конце мира. — хорошо сказал!

24 апреля, поместье семьи Ким, гостиная, день.

Сидим с Му Ран вдвоем, Джун уже похвастала хальмони своими приключениями в "Лосандесе", попила чаю с пироженками, теперь гуляет с мамой и Хе Бин по саду поместья. У нас же с Му Ран разговор, и я даже не предполагаю, о чем.

— Юночка(уже волнуюсь!), ты просила разузнать о семье Джун(фууух), служба безопасности смогла найти много интересного. Сначала об отце малышки. Его мать не отдавала в приют, она погибла вместе с его отцом в аварии. Тогда никто не следил особо за приютскими детьми и их документами, тем более тягубя. Его отца, деда Джун, звали Глен Карпентер, он служил на военной базе под Сеулом. Они были в браке, но на иностранцев справок не дают и для органов опеки он остался неизвестным, а мама Джун матерью-одиночкой. В США живет прадед Джун, ему 88 лет, ее дед был единственным ребенком в семье, больше Карпентеров нет. Прадед человек состоятельный, думай сама, имеет ли смысл налаживать общение.

Теперь по маме Джун. С ней было сложнее, но мы справились. Ее мать из клана Ли, встречалась с юношей из Паков, и они собирались пожениться, когда умер ее отец и она осталась с бабушкой. Мать у нее умерла родами. Родители парня и слышать не хотели о бедной сироте, выдали сына за ровню. Позже оказалось, что она беременна мамой Джун. Гордая девушка ничего не сказала отцу ребенка. Потом она заболела и умерла, маму Джун растила прабабушка. Так вот, отец мамы Джун является вашим родственником! Он брат отца вашего дяди и твоего папы. Двоюродный дед вам и дед Джун.

Убейте меня веником и заметите под плинтус. Сижу, как пыльным мешком ударенный. Му Ран пододвинула мне папку с документами, я открыл, почитал, пытаясь собрать мысли в кучу. Потом нервно засмеялся.

— Что с тобой, Юночка? — всполошилась Му Ран.

— Дед Джун живет в Санта-Монике, мы там были. Его дом недалеко от ресторана Джини Рамен Бар, в котором мы ужинали. Разве не смешно? — Му Ран скупо улыбается.

— В этом деле сплошные совпадения и случайности, никогда с таким не сталкивалась. — да уж, "Богатые тоже плачут" и "Санта-Барбара" в одном флаконе.

— Мы непременно навестим дедушку Джун, он очень стар, надо, чтобы она успела его узнать. Родня — это важно!

— Как у тебя дела с моим внуком? Он жалуется, что ты не звонишь! — мне стыдно, но я просто забывал. Вру, не стыдно, немного неудобно.

— Вы не представляете, хальмони, какая это работа — снимать блокбастер. Я Джун видела урывками и с ног валилась. Все мысли о работе, вложены большие деньги, уже потрачено под сорок миллионов долларов, мы не имеем права на ошибку. Плюс разница во времени семнадцать часов. Сегодня позвоню перед ужином, обещаю.

— Ты совсем себя не бережешь, Юночка. Когда вы закончите съемки, мне будет интересно посмотреть твой фильм?

— В конце мая. Это не совсем мой фильм, мой синопсис, половина денег, некоторые идеи для съемок, ну и музыка. Я там даже роль играю, небольшую, меньше минуты. Закончим, и мы прилетим домой на месяц, до премьеры. На премьеру полечу уже одна, на несколько дней, и всё на этом.

— Береги себя, отдыхай больше, здоровье — главное. — это она не добавила — тебе еще рожать, но хотела, это видно. Вот пацак сам пусть и рожает, раз им загорелось, а я парень вообще-то.

Тот же день, дом Юн Ми, вечер.

Ужинаем, дядю выдернули, Квана не звали — это семейные дела. Достаю папку с бумагами и рассказываю всю историю Джун. Онни тихо говорит: — Как в дораме. — мама кивает, дядя хлопает стаканчик соджу.

— Выходит, Джун нам родня! Не зря тебя к ней потянуло, Юна. И поэтому вы похожи, как сестры. Я знал, что моего дядю женили чуть ли не силой, и что у него была девушка, но и только. Живут они плохо, он часто выпивает, в доме у них нет мира.

— Я знать его не хочу, бросил беременную невесту, мичинном! Джун не нужен такой дед. — это уже я высказал свое мнение.

Никто мне не возразил, только моя добрая мама сказала, что вот Джун подрастет и пусть сама решит. На том и закончили, началась дорама, а я спать. Перенервничал, ага... Послезавтра обратно в Голливуд летим.

27 мая, небольшой кинозал на студии Уорнер, середина дня.

Сидим в кинозале, сейчас начнется! Мы закончили, все пахали даже по субботам, не бесплатно, конечно. Фильм, как по мне, получился круче исходника, а уж для этого мира вообще бомба! Премьерный показ через месяц, копирование идет, уже завтра на экраны ТВ-компаний США выйдут рекламные ролики, на оживленных перекрестках городов — баннеры с рекламой. Я ошибок прокатной компании Кэмерона не допущу. Сейчас посмотрим на большом экране, и через три дня я домой в Сеул, до премьеры. Нечего нам тут торчать, на премьеру потом один слетаю. В зал входят представители прокатчиков, с ними наш Кевин, рассаживаются, гаснет свет...

Там же, через почти два часа.

Прошли последние кадры, Лиза уехала в закат и грозу, зал молчит. Зажегся свет, и только тогда раздались первые хлопки. Мы-то с Билли видели фильм, но на экране монитора, большой экран — это другое! Нам есть чем гордиться, такого кино в этом мире еще не было. Отличная динамика, предельный реализм, напряжение от начала и до конца. Музыка великолепна, и даже "Крейзи Трайн" попала в яблочко. Песня про бешеный поезд на фоне стрельбы и паники — хорошая находка.

Осталось обсудить с прокатчиками, сколько кинотеатров начнут прокат и когда выйдут диски с фильмом. Пришли-то они с кислыми лицами, вот еще, очередной боевичок категории "Б", а сейчас потирают лапки в предвкушении бабла. Эти ребята чуют прибыль на три метра под асфальтом, и они готовы!

Только вечером вырвался, бои с прокатчиками длились несколько часов. Решили зарядить фильм везде, где только можно и готовиться к продажам за границу. Дубляж, или озвучка позже. А я пополз до кроватки, и баиньки, у меня отходняк. Следующий проект через полтора месяца, синопсис "Один дома" уже пишу.

29 мая, Санта-Моника, день.

Позавтракали и поехали Джун деду показывать, а деда — ей. Сами тоже волнуемся, не обидел бы он девочку, мало ли, как у него с головой. Или Кондратий его обнимет и привет, мы дедушку убили. Поэтому надо как-то потактичнее разговор вести, осторожненько так. Приехали, таксисту назвали адрес ресторана Джини Рамен Бар. Дом деда на другой стороне улицы, метров сто от ресторана. Невысокая ограда, заросший сад перед домом, сам дом тоже "устал", но еще смотрится неплохо, тысячи на полторы метров квадратных, два этажа углом. На воротах домофон, позвонили. Долго никто не отвечал, потом раздался старческий голос: — Кто там?

— Нам надо встретиться с Джоном Карпентером. Это по поводу его сына, Глена.

— Подождите, я спрошу у хозяина. — и тишина.

Минут через пять нам открыл престарелый слуга, возрастом как бы не под 90 лет, и повел нас в дом. Прошли холл, и вот наконец-то. В кресле-каталке у камина сидит старик. Сразу видно, в молодости это был здоровенный мужик с широкими плечами и рублеными чертами лица. Чем-то на нашего Эсперо похож.

— Азиаты... — Бормочет дед.

— Кто вы и что знаете нового о моем давно погибшем сыне. — дед суров и я его понимаю — сын-то в Азии погиб, конкретно — в Корее. Джун меня дергает за руку: — Это мой прадедушка? — на корейском, английский у нее пока слабый.

— У вашего сына была жена, кореянка. Они зарегистрировали брак за месяц до его гибели. У него еще до свадьбы родился сын, которого отдали в приют после его смерти. Сын вырос, женился, у него родилась дочь, ваша правнучка. Сына тоже уже нет, как и матери Джун. Так зовут вашу правнучку. Я ее приемная мать, и родня по линии ее мамы. Если сомневаетесь, можете сделать тест ДНК, но сразу могу сказать — Джун не нуждается ни в чем, она богатая наследница, мое состояние более двухсот миллионов. — присмотрелся к деду, вроде дышит. Наконец он отмер и внимательно начал рассматривать Джун. Та тоже подошла поближе и разглядывала прадеда. Потом подошла вплотную и погладила по морщинистой руке. Оглянулась на меня: — Деда старый, у него ножки болят?

Мама вытирает слезы, чувствительная она у нас, да и у меня щиплет глаза.

Дед кремень, только улыбается, и то уголками губ.

— Можно и тест сделать, но я и так вижу, что это моя кровь. Патрик! — кричит он. Пришел старый слуга, и дед его послал за альбомом с фотографиями. Принесли его, открыл в самом конце, а там на выцветшем фото маленькая девочка, годика три-четыре, в старинном платье, вылитая Джун.

— Это моя сестра младшая, она умерла совсем малышкой, простудилась и умерла. Воспаление легких. Наша семья тогда небогата была, не смогли спасти.

В общем, залезла мелкая к деду на колени, и болтает, мешая английский с корейским, а я перевожу. Спросил у деда, как он живет один практически, Патрик-то тоже стар. Говорит, приходит кухарка, готовит, или из ресторана еду заказывают, уборку тоже раз в неделю клининговая фирма производит, в общем, нормально все. Спрашивал, где я живу, ответил — в Сеуле, в США по работе приехал, кино снимать. И маму с дочкой привез, кино — дело долгое.

Пробыли мы у прадеда Джун до вечера, навещать не обещали, только когда я новый проект начну, а это месяца через полтора. В отель ехали задумчивыми, дед прожил интересную жизнь, учился на гранты как проклятый, открыл свое дело в авто-производстве, запчастями занимался. Жена рано умерла, сына сам растил, родни нет больше. После смерти сына не сломался, помогал сиротам, прям как я. В конце сказал — не зря ждал, есть кому продолжить род.

30 мая, дом Юн Ми, вечер.

Хорошо дома все-таки. В отеле неплохо, а дома лучше. Надо Чжу Вону позвонить, пока опять не забыл.

— Привет, Чжу Вон, как служба, как здоровье?

— Все в порядке, сержантом стал, командир отделения. Сама-то как, хальмони жаловалась, ты себя не бережешь совсем? Не отдыхаешь? Фильмом только и занята.

— Да всё уже, закончили мы. Премьера 1 июля. Джун скучает, спрашивает, когда ты приедешь, ты когда служить закончишь?

— В конце августа, немного осталось, если не задержат. Редко, но бывает.

— Понятно. Я уже буду новый проект делать. — а сам думаю, надо срочно рабочую визу делать! Или вид на жительство? Вроде замужним дамам проще получить его. И в Корею ни ногой! Правда, у Пацака не заржавеет и самому припереться, но это от меня уже не зависит. Сейчас я не имею права работать в Штатах, так я не работаю, ну типа. Я спонсор и всё. Даже снялся в кино бесплатно. Союз киноактеров только может прикопаться, и то вряд ли.

— Ты так торопишься, как будто время заканчивается. Не пора ли притормозить, отдохнуть.

— Никто не знает своего срока, я уже умирала, я знаю! Пока в голове есть идеи, сценарии, музыка — я буду работать! Я тебе честно так и говорила. — Пацак молчит, заклинило. Блин, надо перевести на японский про заклинивший Гартлинг. Хорошая песня может выйти, думаю. И Пацак думает.

— Да, я помню. Я подожду. Отдыхай, Юна. — и отключился.

Такой раньше мажор дятел был, а теперь прям мужЫг! Бедняга. Но я не виноват — он сам пришел! Как пришел, так и обратно пусть идет, ибо нехрен.

Хватит фигней страдать, надо делом заняться, поесть, к примеру. Доча, пойдем поедим? Мульча, что ты мявкаешь? Ты не доча, ты свинка толстая, какая тяжелая стала. Идем, Джун. Тоже на ручки? Мульча — свободна!

Чуть позже

Ужинаем, онни с Кваном в ресторане, пригласил он ее. Мы с мамой смотрим новости. Ведущий рассказывает о переходе издательства "Спорт Ньюс" в лапы...ой, во владение "Сиа Групп". Удовлетворенно вздыхаю. Осталось сказать: — Так будет с каждым, кто покусится... Короче, наказали клеветников, и даже я не понадобился в суде, юристам "Сиа Групп" большой респект. А мне надо подумать, как дальше жить. Оставил Джун с мамой и пошел на матрас раздумий.

Первое — "праздники" стали регулярными и не доставляют особых проблем, как раньше. Перепады настроения есть, но в меру, физически тоже себя сносно чувствую. То ли перестали гормоны бушевать, то ли что? Второе — это моя внутренняя девчонка. Вроде душа ее ушла, как обещала Гуань Инь, но иногда шалит тело. То меня припрет тряпку купить симпатичную, то блестяшку на уши. Сентиментальность повысилась. А собственно, почему я про это не знаю? Должен же был выяснить первым делом, сразу, как попал сюда. Почему не стал выяснять? Правда, тогда я был как ушибленный, пока привык, пока в общество влиться пытался, потом деньги зарабатывал, а вопрос-то жизненно важный! Вот сейчас и посмотрим. Нахожу в поисковике статьи про буддизм, кто еще-то должен знать такие вещи? Примерно за полчасика выяснилась интересная вещь — это душа Юн Ми ушла, тут все верно Богиня сказала, а вот дух мог частично остаться! И не начни я спорить с Богиней и время тянуть, неизвестно, кем бы я сейчас был. Обычно-то как происходит? Тело померло, душа ушла на перерождение, а дух, то есть, накопленные телом память и привычки, рассеиваются в астрале. Если дух силен и не до конца выполнил предназначение, как он считает, он может частично остаться, так появляются привидения. Они тоже постепенно исчезают потом. А у меня как? Душа ушла, тело умерло, дух начал развеиваться, а тут бац — и тело ожило. Само собой, дух за него и зацепился. И вот уже он, в отличии от души, пол имеет! В моем случае как раз женский. Вот и живу я с соседкой, от которой осталось не много — десять минут клинической смерти, зато он привязан к телу и им поддерживается, не собираясь развеиваться. Жесть! Хорошо хоть, он сильно ослаблен, и захватить тело не сможет точно, если я сам слабину не дам. Можно и другие варианты рассмотреть, но что-то мне подсказывает, что я прав. Уж очень хорошо в эту теорию укладываются все факты. Получается, мне надо тело баловать, но в меру. Посещать СПА, к примеру. Можно иногда маникюр делать, или стрижку красивую. Можно покупать тряпки или обувь. Троллить Пацака нельзя! Нефиг парня обнадеживать, и так накосячил уже.

Тут мама привела Джун, в пижамке и намытую, надо мне тоже в душ и спать.

1 июля, Лос-Анджелес, театр Кодак, вечер.

Мы идем на премьеру "Терминатора". Полное название вполне в стиле Голливуда — "Терминатор. Киборг-убийца". И правильно, не все в Америке знают слово "терминатор", ох, не все. Мы — это онни и я, Сун Ок напросилась в ультимативной форме, никакие доводы на нее не действовали. Подозреваю, это чисто женские заморочки в плане их иерархии в обществе. Вот вернемся мы домой, и онни в универе подружкам-врагиням скажет: — Я тут на премьере Терминатора была, в Лос-Анджелесе, неплохой фильм. — подружки в ауте, онни круче Эвереста в их обществе. Как-то так. Онни и я идем по короткой красной дорожке мимо оцепления, сдерживающего толпу зрителей с фанатами, просто мечтающими увидеть звезд, я машу рукой, улыбаюсь. Хохма в том, что никто меня в Америке не знает и на мой с онни проход не реагирует. Перед нами прошла Клара О"Конелли, так ей хлопали активно, ее знают. Проходим в фойе, тут уже тусуются допущенные до высшего киношного общества. И опять же нас не знают, и это хорошо. Одеты мы по стандарту обычного приема, платья, аксессуары, сумочки на сгиб руки, босоножки. В Калифорнии жара, и хотя уже пять часов вечера, градусов тридцать есть, ну может, чуть меньше. Мужики, ответственно заявляю, в такую жару лучше шорты, но если их нет — тогда платье, кх-кх-кх. Звенит колокольчик и нас запускают в зал. Народу полный театр, но он не такой и большой, просто кажется, что битком. Мы с онни сидим со всей нашей бандой плюс с исполнительным директором Уорнеров в первом и втором рядах. С нами еще прокатчики, а со мной Билли. В платье он меня не видал и пялится постоянно. Пообещал серьезным тоном оторвать бубенчики, а потом позвонить мужу-морпеху. Сразу завял, хоть на что-то муж пригодился, пугать ухажеров, ага. Наконец, выходит солидный дядя и объявляет премьеру фильма, мы встаем, нам хлопают. Это нас нарочно показали, чтобы было кого закидывать тапками, если фильм не понравится. Шутка. Чёт я нервничаю. Знаю, что провала не будет, и Эсперо знает, и Билли с Кевином, но все волнуются. Почти четыре месяца работы, под шесть десятков миллионов потрачено на всё, для этого мира фильм недешёвый. Конечно, все волнуются. Медленно гаснет свет, началось!

Уже примерно через пять минут онни вцепилась в мою руку и не отпускала до конца фильма. В зале солидные бонзы кино и их спутницы дружно вздрагивали(мужики) и повизгивали(женщины) на самых страшных моментах. А уж когда Лиза подползла к мертвому Ризу, а ее за туфлю сцапал вроде бы взорванный киборг, пара девушек завизжала. Не буду показывать пальцем, но одну из них зовут Сун Ок. У меня точно синяки останутся на руке. Потом фильм закончился, свет включили, мы встали, дабы принять с честью свой приговор от зрителей. Как нам аплодировали! Чуть театр не обвалился. Потом в фойе налетела толпа падальщиков, журналистов то есть. Уж они нас и так пытали, и эдак. И как мне в голову пришла идея такая странная, и как мы снимали, и что случилось на съемках. Как-как пришла, приснилась, соврал я. Потом все пошли на банкет, а мы в отель. Мы девушки на алкоголь слабые, ну его нахрен. Я по сию пору сам с себя фигею, как это я с парнями из "Фристайла" назюзюкался. Это просто чудо, что я еще технически девушка, при таких привычках-то. Поначалу онни рвалась на банкет, думаете, сама со мной пошла? Да щассс. Пока я ей не пригрозил заложить ее Квану, ни в какую не хотела идти в отель. Угроза мамой слабее была бы, это точно.

— Поедим в ресторане отеля! — заявил я и утащил ее, благо тут пешком дойти не долго.

Позже, ресторан отеля.

Ужинаем, смотрим в планшетах новости. Наша премьера на слуху, о ней сообщили все крупные ТВ-каналы. Есть уже и кадры из фильма, это они молодцы, рекламы много не бывает. Интервью с Билли показали, и когда успели-то, час же назад дело было. Билли молоток, всех похвалил, меня в первую очередь, и себя не забыл, не обидчивый мужик. Настроение просто не передать- такой проект сделали! Заказали бутылочку белого десертного вина, сыра и нарезку мясную, вроде ужинали, а вот же. Так и просидели до полуночи, неспеша попивая вино и разговаривая в основном на любимую женскую тему. Подсказка — не о кино. Да, да, о мужиках, ага. И обо мне тоже, получается. Онни хвалилась, какой ее Кван серьезный и надежный, но и пошутить может. Это ей повезло, немало корейских мачо с юмором не дружат от слова совсем. В общем, ля-ля, тополя, устали и пошли спать. Завтра домой, соскучился я уже по Джун и черной усатой свинке.

То же время, палата в санатории "Горные сосны", утро.

Опять вместе завтракают пациентка и ее сиделка, опять показывают новости из США, на этот раз о премьере супер-блокбастера "Терминатор". Несколько раз показывают самого киборга, рассказывают о маленькой роли Пак Юн Ми, есть и кадры стрельбы Терминатора по диджейке и ее ловкого прыжка за барную стойку.

— Я сама стану Терминатором и уничтожу тебя, дрянь! Уж я-то не промахнусь! — со злорадством думает девушка.