Гнев Шпиля (гет)

Фриц оторвал взгляд от «проблем» и присмотрелся к деталям комнаты. Это была большая круглая комната, около двадцати метров в поперечнике, а её земляная крыша висела в двух-трёх метрах над головой, поддерживаемая множеством грубых деревянных колонн. Места на полу там легко хватило бы всем; вот только единственной сложностью были шесть монстров, собравшихся в центре, щёлкающих и бессмысленно суетящихся там.

«Похожи на скалгов», недобро подумал Фриц о существах, а затем поправил наблюдение: эти твари были сущими милашками в сравнении с мерзкими скалгами.

У них был мятый, бугристый хитиновый панцирь скалга, но на этом сходство заканчивалось. Жукоподобные металлические панцири производили впечатление золотых камней, утонувших в море рябящей меди. Их шесть коротких ног, похожих на сегментированные медные шипы, вонзались в землю, пока они бродили по центру комнаты.

Хитиновый панцирь закрывал им и нижнюю сторону; морды у них были округлыми, как латунные арбузы, со злобно выглядящими жвалами, которые, казалось, щёлкали и жужжали совершенно случайно. Но по-настоящему тревожил Фрица их размер: вершина панцирей достигала метр-полтора, примерно роста самой низкой среди них, Наоми.

Фриц вернулся к группе и начал шёпотом объяснять ситуацию:

— Комната нам хорошо подойдёт, но там шесть больших жучиных тварей. Панцирь у них по виду крепкий, из слабых мест, скорее всего, суставы и любые швы в панцире. Жвалы у них с виду опасные, а их лапы выглядят так, будто могут здорово тебя располосовать.

— Есть идеи по тактике? — тихо спросил группу Берт.

— У них короткие ноги, может, получится опрокинуть их на спину, — предложил Фриц. — Попробуем тактику трёх групп по трое: две передовые группы и одна группа дальней поддержки. Берт, Тоби и я, затем Грег, Вероника и Линн — передовая. Сид, Джейн и Наоми — дальняя поддержка.

— Да-да, мы знаем построения, — чопорно укорила Вероника, перепроверяя ремни щита и готовя добытое ею гоблинское копьё.

— Повторить не помешает. После залпа рёбрами каждая группа выбирает одного жука и как можно быстрее добивает или опрокидывает его, а затем ищет, кому из остальных групп помочь. Цель здесь: выжить с как можно меньшим числом ранений. Помните об этом, — напомнил Фриц команде.

Он в последний раз оглядел их, отмечая снаряжение. На Берте была одна из чешуйчатых рубах, а короткий меч из плавника он засунул за пояс, явно готовясь драться с жуками одними руками, защищёнными чешуйчатой бронёй. Он тихо напевал одну из своих любимых песен, с ритмом, под который можно было маршировать, а в этом случае — сражаться.

Тоби держал в каждой руке по метательному кинжалу; поверх тёмной рубахи на нём был кожаный жилет, а чёрный плащ наброшен на плечи. Фриц был вынужден с неохотой признать, что Тоби выглядел довольно грозно. Почти как один из убийц на службе Чёрного Глаза или, может, как плохая версия за медную триаду.

На Джейн был жилет, а при ней — мешочек с зельями; они ей понадобятся, потому что Способность Зашивание ран будет стоить ей выносливости. Она всё ещё несла одно из последних целых копий из рыбьего ребра; большую часть таких они уже потратили на гоблинов или потеряли во время рывка к Двери на первом этаже.

Вероника и Наоми были снаряжены кожаными жилетами, маленькими деревянными щитами, гоблинскими копьями и плавниковыми кинжалами, заткнутыми за пояса. У Вероники также висела праща Сида рядом с плавниковым кинжалом; он передал её ей некоторое время назад. Они выглядели на взводе и усталыми, но под потрёпанностью, грязью и сажей в их глазах была решимость.

Линн не несла ничего, кроме своих сумок и запасного кожаного жилета; она выглядела обеспокоенной, но горела желанием испытать Каменные кулаки на панцирях этих чудовищных жуков.

Грег носил грубый чёрный железный шлем и всё ещё орудовал рыбьим черепом-цепом, хотя уже жаловался, что волокна, удерживающие позвоночник вместе, начинают расходиться. Его тело блестело под второй чешуйчатой рубахой.

Фриц опустил взгляд, проверяя, на месте ли его собственный кожаный жилет и щит, и ещё раз подтянул тканевую рукоять рыбьего меча. Затем он посмотрел вперёд, кивнул остальным и двинулся, подняв рыбий меч и щит.

Жуки заметили их только тогда, когда копья из рёбер обрушились на них дождём серебряных игл. Копья безвредно скользнули по металлическим панцирям, звякнули, как стальные колокольчики на ветру, и отскочили на пол.

Существа медленно огляделись, янтарные шары в их головах повернулись, пытаясь найти нападавших. В конце концов они заметили команду, но боевой план уже пришёл в действие: две передовые группы бросились к своим целям.

Медные жуки неторопливо повернулись им навстречу, но не успели: Грег уже размахнулся черепом-цепом сияющей дугой снизу вверх. Череп и позвоночник размылись и вспыхнули потрескивающими чёрными линиями, ударив в нижнюю часть панциря жука. От удара в сияющем хитине появилась вмятина, а чудовищная сила отбросила тварь на спину.

Грег мрачно загоготал, пока короткие острые ноги жука бесполезно молотили воздух, а из трещин в его карапаксе начала течь оранжевая слизь.

Фриц бежал за Бертом, когда они вместе бросились на жука, выбранного их группой.

Берт врезался в существо, слегка качнув его, но сам резко от этого остановился. Жук тяжело повернулся к внезапному толчку, рубя и кусая крючковатыми золотыми жвалами. Когда его голова приблизилась к Берту, тот внезапно нырнул под взмах жвалы и поднялся с мощным апперкотом. Его рука словно дрожала от невидимой энергии; кулак Берта выглядел покрытым быстро пульсирующим маревом жара.

Кулак попал с глухим стуком, и ноги жука подкосились, а морда того зашаталась и задрожала, пока сам жук пытался снова встать. Тоби рванул вперёд и вонзил метательный кинжал в пространство между головой существа и покрытым панцирем телом. Лезвие кинжала вспыхнуло мягким красно-чёрным сиянием, свет которого выступил, как зазубренная кромка.

Лезвие нашло шов и глубоко вошло внутрь. Тоби плавно выдернул его из шеи жука. Из отверстия хлынул поток крови, обдав Тоби прямо в его ухмыляющееся лицо; следом он отшатнулся, выплёвывая липкую оранжевую жидкость изо рта.

Фриц выкрикнул предупреждение, заметив, что самый центральный жук развернулся к Тоби и понёсся вперёд пугающе быстро и неостановимо, прямо как бык. Большой металлический жук-бык.

Тоби стёр кровь с глаз и едва успел кувырком уйти с пути несущегося жука; он метнул один из кинжалов, и из него выступало всё то же красно-чёрное сияние. Кинжал заскрежетал по сверкающему панцирю, оставив зазубренную борозду в месте удара, но в остальном жуку не повредил.

Жук пронёсся мимо Фрица, продолжая давить вперёд, и, когда его медные ноги-шипы поршнями промелькнули рядом, Фриц рубанул рыбьим мечом вниз, попал по одной ноге прямо по сегментированному суставу и чисто отсёк её.

«Похоже, серебряная рыба бьёт медного жука», заключил Фриц, преследуя громоздкую тварь и одним точным ударом отрубая две другие сияющие, скребущие ноги. Оставшись без ног с одной стороны, жук закопошился и с дрожью остановился, раздавив оставшиеся конечности под своей же немалой массой.

Фриц отвёл внимание от твари, ища остальных, всё ещё активных жуков. Ещё одного жука опрокинул Грег, и оставались лишь двое, готовившиеся броситься на группы. Один такой понёсся к отвлёкшемуся Берту: тот обеспокоенно смотрел в сторону Фрица, когда жвалы жука ударили. Их зубцы пробили его чешуйчатую рубаху, сжались и зафиксировали его на месте обеими медными жвалами.

Берт закричал от боли, когда его проткнуло и оторвало от земли. Ему удалось вытащить одну руку из ловушки жвал, и он обрушил кулак вниз, как молот. Кулак снова заклубился маревом жара и ударил сверху в глаз жука, лопнув его и заставив существо рухнуть на брюхо с жужжащим визгом. Однако жвалы остались крепко зажаты вокруг груди и руки Берта, и он снова и снова обрушивал кулак на твёрдую голову, похоже, без всякого эффекта.

Фриц рванулся на помощь Берту, бросившись вперёд и оставив рухнувшего безногого жука Тоби, чтобы тот добил его своим Раздиранием. Он поднял рыбий меч перед собой и длинным выпадом нашёл кончиком лезвия шов панциря, затем ударил вперёд, вкладывая в толчок весь свой вес. Меч вошёл с лёгким сопротивлением и тонким скрежетом по краям. Фриц провернул клинок, раздвигая панцирь, будто пытался вскрыть моллюска.

Монстр попытался отступить от клинка, вскрывавшего его, но Фриц просто последовал за ним, протаскивая лезвие вдоль внутренней стороны панциря. Он пилил его изнутри, и клейкая оранжевая кровь хлюпала наружу, шлёпаясь на пол при каждом толчке и рывке зазубренной кромки. Жук жужжал и визжал; этот звук больно отдавался в ушах Фрица. Фриц продолжал кромсать жука, как ему показалось, минуты, пока не осознал, что кто-то кричит его имя.

— Фриц! Он сдох! Ты его убил! Он сдох! — крикнул Берт рывками, пытаясь вырваться из давящей хватки жвал. Похоже, даже после смерти существо не отпускало его. — Помоги мне выбраться.

Фриц выдернул клинок из панциря монстра и приставил его к одной из скользких от крови жвал, удерживавших его лучшего друга. Он начал пилить её, и спустя пару мгновений Берт был свободен и лежал на земле, раненый.

Джейн бросилась к нему и применила Зашивание ран; бледно-зелёный свет полился наружу и заштопал самые страшные раны Берта. Берт застонал от боли, а затем облегчённо выдохнул, пока Вероника начала наносить лечебную мазь на остальные, менее серьёзные синяки и порезы.

Фриц оглядел бывшее поле боя и увидел пять неподвижных жуков; только один всё ещё бесполезно молотил ногами, лёжа на спине. Линн подошла к беспомощной твари, кожа на её кулаках потемнела, как гранит, и она ударила жука в голову, вмяв её с глухим звоном. Она продолжила комбинацией прямых коротких ударов, пока наконец не проломила голову существа, расколов её, как латунный арбуз, наполненный липким оранжевым желе.

У одного жука в голове была сквозная дыра, а стрела застряла в панцире позади неё; остальные, похоже, либо истекли кровью от Раздирания, либо получили проломленную голову от ударов цепа или кулаков Линн. Фриц не мог понять, кто именно кого добил.

— Раненые ещё есть? — профессионально окликнула Джейн, занимаясь последними ранами Берта вместе с Вероникой.

Со стороны соответствующих групп раздался хор «нет», «у меня ничего» и «я в порядке».

Джейн облегчённо выдохнула, как и Фриц, который опустился на землю и тяжело сел. Он положил рыбий меч рядом и поднял отрезанную жвалу, осматривая её.

— Медные жуки мне нравятся меньше гоблинов, — сказал Берт, морщась, когда сел, убрав с лица мокрые от пота волосы и посмотрев на Фрица.

— Не соглашусь. По крайней мере, кровь этих жуков пахнет лучше, почти как маринованный мёд с лакрицей, — задумчиво изложил Фриц.

— Ненавижу лакрицу, — возразил Берт, сморщив нос, а затем состроил гримасу. — К тому же посмотри, сколько дыр этот жук во мне проделал.

Берт снял защитную рубаху и показал множество дырок и рваных ран вокруг талии, там, где его схватили, прижали и трясли.

— Ого, посмотри на свои грудные мышцы, и глянь, пресс стал куда заметнее. Я уже едва вижу твои рёбра. Это мясо монстра правда быстро тебя наполняет, — заявил Фриц, завистливо таращась.

Он вдруг понял, что делает это не один: все дамы и даже Сид присоединились к рассматриванию перемен, которые рыба и Сила произвели с Бертом. Фриц быстро осмотрел собственное телосложение, пощипал и потрогал руки и грудь, а потом возопил:

— Горе мне, у меня такого роста нет. Неужто ты правда оставишь меня позади, безмускульного Сумчатого Брата?!

Берту хватило приличия смутиться под всеми взглядами, и он поспешно натянул чешуйчатую рубаху обратно на порезанную и покрытую шрамами кожу.

— Не глупи, Фриц, ты тоже наполняешься. Мы все наполняемся, разве ты не заметил? А я-то думал, ты вложил все очки Атрибутов в Восприятие. Хотя, зная тебя, тебе предложили Продвинутый Атрибут Безумие, и ты вложил всё туда, — шутливо прокомментировал он, улыбаясь покрасневшим дамам.

Фриц взглянул на остальных в команде и отметил, что Берт прав: все выглядели гораздо здоровее, даже сквозь усталость. Грег и Берт заметно разбухли, а Тоби, Фриц и Сид остались в целом такими же худыми, только их фигуры стали плотнее. С женщинами было иначе: их и раньше можно было отнести к самым упитанным уличным крысам, но теперь они определённо выглядели жилистыми, а не просто худыми. Фриц старался не пялиться на их ставшие более выраженными достоинства. Он ведь джентльмен, в конце концов.

Сид поймал его взгляд на них и нахмурился.

— Хватит так таращиться, держи своё усиленное Восприятие при себе, рыбомозглый.

Фриц попытался изобразить невинность, но подозревал, что выглядит ещё более виноватым. Он подумал о другой части заявления Берта, а затем заговорил:

— Должно быть, очки в Силе помогают, вот и мышцы быстро нарастают. Но, а так, я рад, что у меня будут Тоби и Сид в безмышцевой команде.

Тоби и Сид мрачно уставились на него, а затем, увидев, что Фриц улыбается и не раскаивается, повернулись к жукам.

— Так что мы с ними будем делать? — спросил Тоби, указывая на медные трупы. — Разберём панцири на броню? Их жвалы будто бы золотые, может, снаружи чего-то стоят?

Берт осмотрел их, но, прежде чем успел заговорить, вмешался Сид:

— Может, давайте трупами забаррикадируем вход? Вроде бы, никак иначе сюда проникнуть, а нам нужно отдохнуть. Может, потренируем эти Техники, если это место можно защитить. По ощущениям, прошло уже больше дня, и мы все сильно вымотаны.

Никто не стал спорить, и они принялись двигать громоздких тяжёлых жуков, в основном полагаясь на возросшую силу Грега, Линн и Берта. Они выстроили их так, чтобы забить единственный вход, а Фриц тем временем осмотрел остальную часть помещения, проверяя место на ловушки и другие скрытые сюрпризы. К счастью, он ничего не нашёл.

Вероника сказала, что будет первой на стрёме, поскольку у неё есть Способность Второе дыхание, и села у жучьей баррикады. Наоми и Линн присоединились к ней, расстелив промасленные ткани для сна, пока сама Вероника выискивала притаившихся гоблинов.

Фриц едва держал глаза открытыми и лёг рядом с Бертом и Грегом, устроившимися в центре. Джейн и Тоби устроились у стены, чтобы получить немного уединения, хотя оно им не понадобилось: Джейн мгновенно уснула в руках Тоби, и он присоединился к ней во сне спустя считанные мгновения.

Сид решил постелить свою промасленную ткань между дамами и остальными мужчинами, как барьер. В любое другое время Фрица это могло бы выбесить, но сейчас он был слишком уставшим.

Даже в тяжёлом жарком воздухе и под безжалостным храпом Грега он легко заснул рядом с друзьями.

Спустя какое-то время Фриц проснулся, и всё его тело болело от перенапряжения, зато голова у него уже не была такой ватной и мутной, как раньше. Он даже не осознавал, насколько, должно быть, устал. Фриц сел на постели и увидел, что бодрствует только Сид. Тот махнул, привлекая его внимание. Сид кивнул и жестом подозвал его.

Фриц осторожно поднялся, стараясь не перегружать свои натруженные мышцы, и тихо прошёл к месту, где сидел Сид, пытаясь не разбудить спящих.

— Здаров, Сид. Как себя чувствуешь этим прекрасным... какое бы сейчас ни было время? — прошептал Фриц, улыбаясь.

— В этот раз без Богини? — поддел Сид, возвращая улыбку.

— Ах, прости за это. Предсмертные переживания, похоже, вытаскивают из меня безумие, — извинился Фриц, затем достал свою книгу Техники и открыл маленький дневник на первой странице. — Хочешь почитать эту штуку?

— Конечно, — неловко сказал Сид, передёрнув плечами, когда Фриц сел рядом и положил книгу между ними.

— Просто говори, когда закончишь страницу. Торопиться не нужно. Наверное, мы будем тренироваться здесь, пока не выучим это или пока еда не закончится — тут уж что случится раньше, — тихо пояснил Фриц.

— Я думаю, нам по возможности всем стоит выучить обе Техники, — прошептал в ответ Сид, удивив Фрица.

— Почему? — с любопытством спросил он.

— Потому что оружие или снаряды будут у нас не всегда. Иногда вещи ломаются или их отнимают. А ещё я хочу, чтобы девушки умели защитить себя, когда станет совсем туго, — сказал Сид, и в его голосе прозвучала лёгкая меланхолия.

— Хм-м, а ты и правда о них заботишься. Согласен, выучим как можно больше, чтобы быть готовыми к тому, что дальше, — ответил Фриц, кивнув и проведя рукой по своим коротким волосам. — Кстати о том, что дальше: ты после третьего этажа уйдёшь вместе с дамами? Потому что мы все собираемся восходить до конца, а ты уже доказал, что не просто способный.

— Ты снова приглашаешь меня восходить с вами? Ну, может, я и подумаю, если попросишь красиво. Снова, — хитро усмехнулся Сид.

— Я прошу. И я делаю это красиво. Хотя если ты настаиваешь о чём-нибудь покраше, могу придумать речь. Или стихотворение, если тебе такое нравится, — поддразнил Фриц, встречая усмешку Сида собственной.

— Не знал, что ты поэт. И ты написал бы стихотворение только для меня? Вот уж хотел бы такое услышать, — сказал Сид, встречаясь с ним глазами, а потом хихикнул — совсем по-девичьи — при виде удивлённого лица Фрица. Сид прикрыл рот рукой и разорвал зрительный контакт, уставившись вместо этого в книгу между ними; их накрыло неловкое молчание.

Фриц решил не комментировать ни странную реакцию, ни краснеющее лицо Сида. Тот явно смущался из-за этого смешка, а Фриц не хотел слишком его задирать, если они собираются продолжать восходить вместе.

Фриц пожал плечами и начал читать, пытаясь запомнить из книги как можно больше. И всё же молчание лежало между ними, прерываемое лишь тихим шелестом переворачиваемых страниц и мягким голосом Сида:

— Всё.