Повелитель Тайн (джен)

Тук!

Клейн не удержался и отступил на шаг назад. На мгновение он даже засомневался, проснулся ли он или всё ещё находится во сне.

Силуэт снял чёрный цилиндр, слегка поклонился и с улыбкой сказал:

— Позвольте представиться заново. Ночной Страж, Данн Смит.

«Ночной Страж? Одно из кодовых названий отрядов Потусторонних Церкви Богини Вечной Ночи, о которых говорили Справедливость и Повешенный?»

Клейн вдруг кое-что осознал и удивлённо выпалил:

— Вы можете контролировать сны? Вы заставили меня увидеть всё это во сне?

Ночной Страж Данн Смит снова надел чёрный цилиндр, прикрыв чуть завышенную линию роста волос. Глядя на Клейна глубокими серыми глазами, он сказал:

— Нет, я лишь вошёл в ваш сон и направил его необходимым образом.

Его голос был глубоким и умиротворяющим. Он разнёсся по тускло освещённому коридору, не нарушив сладких снов других жильцов.

— Во сне усиливается многое из того, что обычно подавлено: эмоции, всевозможные тёмные мысли. Из-за этого всё кажется хаотичным, абсурдным и безумным. Но истина никуда не исчезает — она по-прежнему скрыта внутри сна. Для ветеранов вроде меня всё кристально ясно. Вам во сне я доверяю больше, чем вам наяву.

«Это… Какой нормальный человек способен контролировать собственный сон? А если бы мне приснилась моя жизнь на Земле, разве Данн Смит не узнал бы об этом?» Клейн содрогнулся, вспоминая пережитое во сне.

Но вскоре он заметил и странность. Во сне он был абсолютно трезвомыслящим и рациональным, понимал, о чём следует рассказывать, а о чём лучше промолчать.

Будто это был вовсе не сон!

«Получается, Данн Смит увидел лишь то, что я захотел ему показать?»

Мысли Клейна быстро завертелись, и он уловил проблеск понимания.

«Это преимущество от переселения? Будто моя душа теперь особенная? Или это последствия ритуала повышения удачи?»

— Итак, мистер Смит, теперь вы уверены, что я действительно потерял память? — Клейн подобрал слова и спросил его в ответ.

Данн Смит не стал прямо отвечать ему. Вместо этого он пристально на него посмотрел.

— Вас действительно не удивило то, что произошло? Я встречал многих людей, которые даже сразу после пережитого сна не верили в потусторонние силы. Они скорее поверили бы, что всё ещё спят.

Клейн коротко кивнул и сказал:

— Возможно, я всегда молился, надеясь, что существует такая сила, способная мне помочь.

— Интересная мысль… Возможно, вы смогли выжить не только потому, что вам сопутствовала удача, — без улыбки кивнул Данн. — Теперь я могу подтвердить, что из-за этого инцидента вы действительно потеряли часть воспоминаний, особенно фрагменты, связанные с ним.

— Теперь я могу вернуться? — В душе Клейн с облегчением вздохнул и решил прощупать почву.

Данн положил руку в карман и медленно направился к Клейну, а окружающий мрак стал спокойным и мягким.

— Нет, вам всё равно придётся съездить со мной к эксперту, — вежливо улыбнулся он.

— Зачем? — выпалил Клейн, а потом добавил: — Вы не доверяете тому, как направили мой сон?

«Вы, должно быть, шутите. Если этот эксперт специализируется на гипнозе, чтении мыслей или чём-то подобном, разве мой самый большой секрет не раскроется?»

Последствия могут быть за гранью воображения!

— Обычно я довольно скромен, но когда дело касается снов, у меня есть кое-какая уверенность, — спокойно ответил Данн Смит. — Однако в важных ключевых вопросах не повредит подтвердить всё ещё раз. К тому же мы специализируемся на разном. Возможно, она сможет помочь вам восстановить часть потерянных воспоминаний.

Не дожидаясь ответа Клейна, он понизил голос.

— Ведь вы связаны с местонахождением тетради семьи Антигон.

— Что?! — Клейн застыл.

Данн остановился перед ним, глядя Клейну прямо в глаза.

— На месте происшествия не нашли ни следа той тетради Четвёртой эпохи — её не было нигде во всём доме. Уэлч мёртв, Ная мёртва, поэтому сейчас вы наша единственная зацепка.

— Ладно… — Клейн замолчал на мгновение, после чего беспомощно вздохнул.

«Тетрадь пропала… Вот это действительно странно!

Как я мог не подумать о местонахождении той тетради Четвёртой эпохи!»

Данн слегка кивнул, проходя мимо Клейна, и сказал:

— Заприте дверь. Вам нужно поехать со мной в дом Уэлча, там нас уже ждёт эксперт.

Клейн беззвучно вдохнул. Сердце бешено колотилось, на душе было тревожно.

Он хотел отказаться или даже сбежать, но понимал, что после произошедшего во сне Данн Смит определённо повысит бдительность. А учитывая разницу между обычным человеком и Потусторонним, у него почти не было шансов силой вырваться.

«У него наверняка тоже есть револьвер… К тому же стрелять он определённо умеет».

Мысли метались в голове Клейна, но в конце концов он решил смириться с реальностью.

— Хорошо.

«Эх, остаётся только идти шаг за шагом и смотреть, как будут развиваться события. Быть может, чудесная сила, которая помогла мне во сне, вновь себя проявит…»

— Тогда пойдём, — равнодушно сказал Данн.

Клейн повернулся и пошёл следом. Сделав два шага, он вдруг остановился и сказал:

— Мистер Смит, я… Сначала я бы хотел сходить в туалет.

«Вообще-то я туда и направлялся…»

Данн не стал его останавливать. Вместо этого он пристально посмотрел на него и сказал:

— Нет проблем, Клейн. Поверьте, в ночной тьме я намного сильнее, чем вы можете себе представить.

«Ночью…» — молча повторил про себя Клейн.

Он не стал совершать безрассудных попыток сбежать и честно справил нужду. Затем умылся холодной водой, окончательно успокоившись.

Переодевшись, Клейн запер свою дверь. Тихими шагами он последовал за Данном вниз по лестнице и направился к выходу из здания.

В этой тишине Данн Смит внезапно заговорил:

— Почему в конце сна вы попытались сбежать? Чего вы боялись?

Клейн быстро подобрал ответ и сказал:

— Я не помню, что делал у Уэлча, и не помню, принимал ли непосредственное участие в смерти Уэлча и Наи. Я боялся, что в итоге это и правда окажется делом моих рук, и не хотел рисковать — лучше уж было сбежать. Тогда я смог бы начать жизнь заново на Южном континенте.

— Будь я на вашем месте, я бы поступил так же, — сказал Данн, распахивая дверь здания и впуская прохладный ночной ветерок, немного развеявший духоту.

Он не боялся, что Клейн сбежит после посадки в карету. Это была та самая карета, которую Клейн видел во сне: четырёхколёсный экипаж, запряжённый одной лошадью, с кучером на козлах. Кроме того, на боку кареты была изображена полицейская эмблема в виде скрещённых мечей и короны.

Клейн последовал за Данном в карету. Внутри пол устилал толстый ковёр, а пространство было наполнено умиротворяющим ароматом.

Усевшись, он начал подыскивать тему для разговора, пытаясь выведать побольше.

— Мистер Смит, а что будет, если эксперт действительно подтвердит, что я потерял часть воспоминаний? Если нет никаких других доказательств, указывающих, что я преступник, а не жертва, всё на этом закончится?

— Теоретически — да. Мы постараемся найти тетрадь другими способами. Пока она существует, её можно найти. Конечно, перед этим мы должны убедиться, что вы не прокляты, на вас нет запаха злых духов и не осталось никаких связанных с этим психологических проблем. Мы должны убедиться, что вы сможете провести остаток своей жизни спокойно и в добром здравии. — На лице Данна Смита появилась странноватая улыбка.

Клейн сразу уловил кое-что и быстро уточнил:

— Теоретически?

— Да, лишь теоретически. В нашей сфере то и дело случаются искажённые, необычные и необъяснимые вещи, — Данн посмотрел Клейну в глаза и продолжил: — Их продолжение и их конец порой не поддаются нашему предвидению или контролю.

— Например? — Клейн сразу напрягся.

Пока экипаж мчался по пустой улице, Данн достал курительную трубку, понюхал её и ответил:

— Когда мы уже считаем, что всё закончилось и вернулось к норме, оно может вернуться ужасным, леденящим душу образом.

— Несколько лет назад мы вели дело, касающееся злого культа. Они приносили живые жертвы, чтобы угодить злому богу, заставляя последователей совершать самоубийства. Когда одного из последователей выбрали, его инстинкт выживания восторжествовал над глупостью, извращёнными убеждениями и психоделическими наркотиками. Он тайно сбежал и сообщил в полицию.

— Дело передали нам. Это была очень небольшая миссия, поскольку в этой секте не было Потусторонних. Божество, которому они поклонялись, на самом деле было просто выдумано их лидером ради денег и удовлетворения собственных желаний. О человечности там уже не было речи.

— Нам хватило всего двух сотрудников при поддержке полиции, чтобы разгромить этот культ. Никто не ушёл от ответственности. Что до заявителя, мы также подтвердили, что на нём не осталось демонического запаха. Он не был проклят, не страдал никакими психическими расстройствами. У него не было проблем с личностью или каких-либо других отклонений. Ничего.

— Позже его карьера пошла в гору, он женился на очень хорошей женщине, у него родились сын и дочь. Его тёмное прошлое казалось далёким. Ужас и кровь словно полностью исчезли.

Дойдя до этого места, Данн Смит усмехнулся и сказал:

— И всё же в марте этого года, несмотря на хорошее финансовое положение, любящую жену и умных, милых детей… он задушил себя насмерть в собственном кабинете.

Багровый лунный свет из окна кареты лился на Данна Смита.

В этот момент его улыбка, казавшаяся самоиронией, заставила Клейна почувствовать невыразимый ужас.

«Задушил себя насмерть…» — Клейн беззвучно втянул холодный воздух, словно увидев свой трагический конец.

«Даже если мне удастся избежать этого один раз, это может быть лишь временно?

Есть ли способ покончить со всем окончательно?

Стать Потусторонним и бороться с этим?»

Карета вновь погрузилась в тишину; бесчисленные мысли поднимались в голове Клейна — и одна за другой опадали.

В этой тягостной тишине экипаж ещё долго ехал на большой скорости.

Стоило Клейну наконец собраться с духом и решить расспросить Данна Смита, нет ли какого-то выхода, как карета остановилась.

— Мистер Смит, мы добрались до дома Уэлча, — послышался голос кучера.

— Выходим. — Данн расправил свой чёрный тренч, доходивший до колен. — О, позвольте заранее представить: внешнее прикрытие нашего эксперта — самый известный медиум в провинции Ахова.

Клейн подавил свои мысли и с любопытством спросил:

— Тогда кто она на самом деле?

Данн развернулся наполовину, повернул голову назад и, глядя на него своими непостижимыми серыми глазами, сказал:

— Настоящий Медиум!