Фриволите-2 (джен)

Малфои вышли из камина точно в назначенное время. В парадных мантиях, с подарками и подходящими по случаю улыбками на лице. Мы встречали их в столь же официальных нарядах. Практически по протоколу. Это вчера у нас был милый уютный ужин, а сегодня все согласно этикету. И никаких игр с Кричером. Не положено-с.

За обедом серьезных тем не поднимали. Только стандартные обсуждения погоды и последних новостей спорта и культуры. Утром как раз принесли свежий «Пророк», в котором описывался Рождественский бал в Хогвартсе. Даже Драко случайно в кадре мелькнул. Аж на шестой странице, но все же. Мы с Нарциссой делились впечатлениями от нарядов чемпионов и их спутниц. Гарри откровенно скучал, а мужчины беседовали о нововведениях в министерстве.

Сразу после десерта Поттер сбежал, а мы расселись вокруг камина. Мужчины налили себе огневиски, а нам с леди Малфой выделили по бокалу какого-то раритетного вина из блэковских подвалов.

— Метка еще сильнее потемнела, — прервал затянувшееся молчание Люциус. — Я говорил со Снейпом, его знак ведет себя так же.

— Еще сильнее? Не помню, чтоб ты говорил, что она темнела. — Встрепенулся Блэк, после чего все трое вопросительно уставились на меня.

— Я не разглашаю чужие секреты, — невозмутимо заявила я, делая глоток вина.

Сириус остался недоволен моим ответом, но спорить не стал. Нарцисса же быстренько рассказала кузену последние новости, что еще сильнее испортило ему настроение.

— Если метка будет темнеть с той же скоростью, то она примет свой изначальный вид не позднее лета, — мрачно подытожил блондин. — А это означает, что Темный лорд вернется.

— И что тогда ваша парочка делает в моем доме? «Повелитель» не похвалит вас за такие знакомства. Мы с вами были по разные стороны баррикад, если вы забыли. Да и маглокровка — не лучшая компания для чистокровного семейства в -надцатом поколении. Про Поттера вообще молчу. — Язвительно прошипел хозяин дома.

— Надеюсь, что никто не узнает о наших с вами посиделках. Лорд, конечно сильный легилимент, но благодаря артефактам мисс Грейнджер я верю, что мои мысли и планы останутся при мне. — Люциус кивнул на коробку с плетенными чокерами, которую я вручила Малфоям сразу по прибытии на Гриммо.

— А Волдеморт не заставит тебя снять чокер? — Напомнила я блондину о такой возможности, отметив, что все присутствующие вздрогнули, когда я назвала имя Неназываемого.

— Для того чтобы его снять, надо сначала узнать, что он на мне. А я не собираюсь делиться с Лордом подобной информацией. — Самодовольно заявил Люциус.

— Но я же плела артефакты и для мэтра Аргинтари. Так что это уже не секрет.

— Ошибаетесь, мисс Грейнджер, — насмешливо пропел Малфой. — О таких вещах никто распространяться не будет. Особенно легилименты, как Дорин. Зачем ему давать кому-то оружие против себя. Я заказал чокеры для своей семьи, он ؙ— для своей. Все остальные, присутствовавшие на демонстрации, уверены, что мэтр Аргинтари нашел новые методики и сильно усилился в окклюменции. Маги своими секретами делиться не любят, так что никто не ждет, что трансельванец выдаст им свои наработки.

Малфой довольно отпил огневиски и откинулся на кресло. А я поняла, что новых заказов на чокеры можно не ждать. Сириус тоже утром, когда мы распаковывали подарки, говорил что-то о том, что, как и Гарри, сохранит эту тайну. Но я тогда не обратила на это внимание, как оказалось — зря. У магов ничего не бывает просто так.

— Гермиона, я правильно понимаю, что про черную тетрадку, которая хранилась у нас дома, ты тоже моему кузену ничего не рассказывала? — Мягко спросила Нарцисса, пытаясь сменить тему.

— А смысл портить нервы окружающим, если ничего нельзя изменить? — Пожав плечами ответила я, бросая осторожный взгляд на все больше мрачнеющего Блэка. — Если хотите, можете окончательно испортить настроение моему жениху и рассказать ему все, что знаете.

Блондинка воспользовалась разрешением и поделилась историей о крестражах с хозяином дома. Сириус был в бешенстве. Не от наших тайн, а от ситуации в целом. До сегодняшнего вечера он надеялся, что его друзья отдали свои жизни ради избавления от Волдеморта. Но оказалось, что все эти смерти были впустую. Столь страшную цену они заплатили лишь за временную передышку.

Хозяин дома вызвал Кричера и потребовал принести несколько гриммуаров с информацией о крестражах. Оказалось, что эти раритеты из библиотеки вынести нельзя, поэтому мы все дружно переместились туда. Ничего нового, правда, не узнали. Ритуалы создания осколков души нам были неинтересны, хоть они и присутствовали в архивах Блэков. Чем можно уничтожить эту мерзость мы и так знали.

Единственная польза, выяснили, что максимально возможное количество крестражей — семь. Дальше душа просто распадалась, растворяясь в небытии. Извлечь эту гадость из предметов, не разрушая их, было невозможно.

— И так, что нам известно? — С какой-то дурной веселостью подытожил Сириус. — Тот-Кого-Нельзя-Называть, создал от двух до семи крестражей. Будем исходить из максимального числа и считать, что их семь. Один уничтожен, еще шесть — неизвестно где, предположительно у его соратников. Первая подозреваемая: моя «любимая» кузина Белла. Дом Лестрейнджей сгорел, так что наша добыча скорее всего в ее сейфе. Люциус, ты, как самый доверенный, кого посоветуешь еще в список внести?

— Я уже думал над этим. Не было у Лорда столько доверенных лиц. Повелитель… не отличался доверчивостью, — подбирая слова, произнес блондин. — Я, Беллатриса, возможно, хоть и сомнительно — Нотт. И… твой брат Регулус Блэк, но тоже, едва ли. Вот и весь список тех, кому мог достаться на хранение осколок души.

— Нотт — вряд ли, — озвучила свои мысли Нарцисса. — Не настолько Темный Лорд ему доверял. Да, и поместье у него — новодел, которому всего лет тридцать. Родовое гнездо во время войны разрушили, а у нового дома нет достаточной защиты. Все-таки старые ритуалы были понадежнее, хоть и значительно темнее. И в банке сейф у них практически на верхнем этаже — слабовато.

Поразмыслив, мужчины согласились с леди. Я в обсуждении не участвовала, раздумывая над другой проблемой. Сейчас был неплохой шанс избавиться от медальона Слизерина. Но стоит ли это делать? Принцип: «хотелось, как лучше, а получилось, как всегда» — я помнила хорошо.

Да, и себя бы не выдать, и так по краю хожу. Но с другой стороны, я и так уже много чего наменяла, уже и не знаю, что здесь от оригинала осталось, и чем все это закончится.

— Если отбросить Нотта, мы опять в тупике Регулус давно исчез. Родовой гобелен отображает его мертвым. Я спрашивал у портрета Вальбурги, она не знает что случилось с ее младшим сыном. — Тем временем продолжил обсуждение Блэк.

— А Кричер? — Решившись, задала вопрос я.

— Что Кричер? — Не понял меня жених.

— Сириус, ты спрашивал Кричера о судьбе Регулуса? Твой эльф последний ныне живой свидетель тех событий. Вдруг он знает, где твой брат спрятал крестраж. Если, конечно, Темный Лорд доверил ему свой осколок души, — пояснила я свою мысль.

Осознав мою идею, Блэк вызвал домовика и устроил ему допрос с пристрастием. Эльф юлил, как мог, но ослушаться прямого приказа хозяина не смел. В итоге, через полчаса стенаний и заламываний рук, домовик все-таки поведал страшную историю гибели Регулуса Блэка и отдал Сириусу медальон Слизерина.

Мы собрались вокруг стола, на котором тускло поблескивал старинный артефакт Салазара со змеей, свернувшейся в виде буквы «S», на крышке. В углу тихо скулил Кричер, оплакивая невыполненный приказ хозяина Регулуса.

— Поттера будем будить или подождем до завтра? — Уточнила я.

Да, за всеми этими событиями, время перевалило за полночь. Но никто этого даже не заметил. Все даже забыли о пропущенном ужине, довольствуясь чаем, который иногда подносил домовик. Не до еды всем было. А Гарри ушел спать еще часа два назад, не понимая смысла наших поздних посиделок.

— Зачем нам Поттер? — Осторожно спросила Нарцисса. — Может не стоит еще и его посвящать в эту тайну?

— Кричер сказал, что за двенадцать лет он так и не смог открыть медальон. Слизерин же змееустом был. И Волдеморт тоже. Подозреваю, что мы ничего не сможем сделать без того, кто говорит на серпентарго. Из моих знакомых змеиный язык знает только Гарри. У вас есть другие варианты? — Подбирая слова, сформулировала я свою идею.

Ждать до утра никто не захотел. Поэтому Блэк послал домовика за крестником, приказав эльфу по дороге прихватить с собой клык василиска. Только обязательно в защитных перчатках из драконьей кожи.

Нам же хозяин дома предложил перебраться в дуэльный зал, так как это одно из самых защищенных помещений. Если что-то пойдет не так, больше шансов, что мы и стены уцелеем.

— Люциус должен уйти, — тихо сказала я, не двинувшись с места.

— Что, ты себе позволяешь? — Возмутился блондин.

— Лорд Малфой, — перешла на официальный тон я. — У вас на руке рабская метка Темного Лорда, осколок души которого мы сейчас собираемся уничтожить. Вы знаете, как поведет себя то, что вылезет из медальона, когда Гарри его откроет? Может, все пройдет спокойно, а может с крестражем придется сражаться. Если это нечто прикажет вам убить всех нас и воскресить своего повелителя, вы сможете ослушаться?

После моих слов в комнате установилась тишина. Все явно забыли об «украшении» на предплечье блондина, а теперь осознали возможные последствия. И для нас, и для самого Малфоя.

— Я уйду, — признал поражение Люциус. — Нарцисса, ты пойдешь со мной или останешься?

— Останусь с кузеном. Всем может понадобиться моя помощь. Не детям же сражаться с Темным Лордом. Пусть даже осколком, — озвучила леди принятое решение. — Я позову тебя, если все закончится хорошо… И… Люц, позаботься о детях.

Только сейчас пришло понимание, что мы все эту ночь можем не пережить. Стало страшно, но отступать было еще страшнее.

Люциус ушел, на прощание обняв жену и кивнув нам. Сверху спустился заспанный Поттер в компании эльфа, осторожно несущего клык василиска. Такой компанией мы и отправились в дуэльный зал, находящийся в подвале дома. Сириус на ходу пояснял Гарри, что от него требуется.

В дуэльном зале все заняли свои места. Поттер и Блэк стояли в центре возле постамента, на который водрузили крестраж. Гарри должен был открывать медальон, Сириус держал наготове клык, чтобы без промедления нанести удар. Нарцисса и Кричер их страховали, а меня, как самую бесполезную, задвинули в дальний угол.

Я вытерла о мантию, вспотевшие от страха руки и достала палочку. Боевых заклинаний я толком не знала, но может, хоть что-то наколдовать успею, если все пойдет не так. На всякий случай закатала рукав. Если помочь не смогу, то может хоть браслет сжать успею, и сама сбегу.

— Что ему говорить? — Пересохшими губами спросил герой.

— Ты как-то открывал Тайную Комнату, попробуй так же, — почему-то шепотом ответила я.

Поттер зашипел что-то непонятное. Несколько секунд ничего не происходило, а затем крышка медальона откинулась с резким щелчком. Вверх рванула черная дымка, которая стремительно уплотнялась. И вот уже на ней засияли красные змеиные глаза. Они пристально взглянули на Гарри, практически моментально перевели взгляд на Сириуса, затем метнулись к Нарциссе, практически проигнорировали Кричера и уперлись в меня.

Наш контакт длился какие-то мгновения, но этот взгляд пробрал до костей. Затем бесформенное облако вернуло свое внимание к эльфу. И все услышали леденящий голос. В котором проскакивал змеиный присвист:

— Криче-е-ер, ты плохой эльф. Твой Хозя-я-яин никогда не пове-е-есит твою отрубленную голову на сте-е-ену этого до-о-ома. Тебе вручат оде-е-жду…

Что еще хотел сказать Волдеморт бедному эльфу мы не узнали, потому что в этот момент Блэк опомнился и пронзил медальон клыком. Красные глаза моментально потухли, а черный туман рассеялся с диким визгом.

Домовик сидел, не шевелясь, и стеклянными глазами смотрел в то место где только что был туманный Темный Лорд. Сжавшаяся фигура эльфа выражала крайний испуг.

— Все закончилось? — Озираясь спросил Поттер.

Сириус и Нарцисса наперебой начали кидать какими-то заклинаниями в медальон. Через пару минут подобных манипуляций они расслабились и подтвердили, что крестража в нем больше нет.

— А Кричера он зачем пугал? — Не сдавался Гарри.

— Он его не пугал, а пытался взять под контроль, — пояснила леди Малфой. — Перед тем как спуститься в дуэльный зал, я надела артефакт Гермионы. Вы, я так понимаю, тоже в чокерах. Поэтому осколок души смог пробиться только в разум Кричера. Если бы Сириус не прервал их контакт, через пару минут у Темного Лорда появилась бы послушная марионетка, а у нас — проблемы.

Кричер тихонько всхлипнул, только он сам знал, какие именно ужасы показал ему, вломившийся в разум, крестраж. Неожиданно Блэк присел на корточки возле своего слуги и начал его успокаивать, обещая, что никогда-никогда не подарит ему одежду. И даже когда-нибудь лично отрубит ему голову, если эльфу это действительно надо.

Честно говоря, я не ожидала такого от своего жениха. Его отношение к собственному рабу всегда было несколько пренебрежительное. Но сегодня Сириус смог подняться в моих глазах. Я присела с ними рядом и протянула Кричеру чистый платок. В какой-то момент мне показалось, что эльф отвергнет подношение грязнокровки, но он с поклоном принял кусочек ткани и вытер им, катившиеся по щекам, слезы.

— Я, наверное, пойду, — взглянув на часы сказала Нарцисса. — Мы все устали. Да, и Люциус там волнуется.

— Нам определенно надо отдохнуть, — подтвердил Блэк. — Я пришлю тебе завтра сову.

На следующий день я выползла из комнаты уже после обеда. И оказалось, что я проснулась первой. Перекусив и выпив кофе я воспользовалась моментом и ненадолго перенеслась в Озерный край, проверить, как там мой дом и озеро. Все было в порядке, только все горизонтальные поверхности покрылись слоем пыли. Сейчас возиться с уборкой не хотелось, да и колдовать на каникулах нельзя. Лучше вернусь в Хогвартс, а потом заскочу сюда на полчасика и почищу все «Тергео» и «Эскуро».

Вернувшись на Гриммо я застала жениха, то ли за поздним обедом, то ли за ранним ужином. Гарри уже поел и камином ушел на Косую аллею. По словам Блэка, крестник обещал вернуться оттуда с мороженым. Мы с Сириусом обменялись приветствиями и, присев за стол, я попросила у Кричера кофе. Есть все так же не хотелось.

— Кузина прислала сову, — отчитался Блэк. — Люциус хочет взглянуть на остатки медальона. А еще они спрашивают, когда будем следующий крестраж уничтожать.

От такой прыти и наглости, я кофе подавилась. Вот же ж скользкий змей! Прокашлявшись, я возмутилась:

— Вообще-то, у нас с Гарри через неделю каникулы заканчиваются. Или Малфои думают, что мы теперь каждый день по крестражу долбить будем? Да и что они делать собрались? Гринготтс грабить? Нам и так повезло, что медальон у Кричера был.

— Банк мы грабить не будем, — спокойно заявил Сириус. — Люциус обещал поговорить с гоблинами и поискать менее… рискованные варианты.

— Тогда какой осколок души они уничтожать собрались? — Смиряясь с очередным безумством, спросила я.

— Ну… Нарциссе понравилось, твое мышление. Никому из нас троих, даже в голову не пришло, спросить эльфа. А у тебя, Гермиона, свежий взгляд, который позволяет заметить детали, которые мы упустили. Малфои надеялись, что ты подкинешь еще пару идей по поиску крестражей.

Я задумалась, медленно попивая кофе. Какой из тайников Волдеморта можно сдать этому не в меру деятельному трио? Хм… а ведь из Сири, Люца и Нарси действительно получился аналог канонного Золотого трио. Только постарше лет на двадцать. И, надеюсь, поумнее. Только вот идей для них у меня сейчас нет. Вернее есть, только как их обосновать и самой не спалиться, я не знаю. Хотя…

— Мы вчера перебирали близких людей Волдеморта, — начала я излагать свои мысли. — Но, кроме слуг и соратников у Темного Лорда должны быть какие-то привязанности. Значимые места, с которыми связаны какие-то эмоции или памятные предметы. Может стоит там поискать? Только вот я не знаю, где это может быть. Где он вообще родился? Где учился? Кто его родители и школьные приятели? Может с друзьями детства стоит поговорить.

— Гермиона, когда ты начинаешь задавать вопросы, я теряюсь. Вроде все логично, но я никогда не задумывался о том, откуда появился Тот-Кого-Нельзя-Называть. Но идею твою я понял. Попробуем вместе с Малфоями покопаться в прошлом Темного Лорда.

— Сириус, только я прошу, будьте осторожны. Метки темнеют. Вдруг в магическом мире уже появились шпионы Волдеморта, которые донесут ему о ваших расспросах? И… если у вас получится что-то разузнать, помните о словах Кричера. Он рассказывал о страшной защите, установленной вокруг крестража. Думаю, что и остальные осколки души защищены не слабее. На них могут быть наложены самые ужасные проклятия, убивающие любого, кто к ним прикоснется, или даже просто подойдет слишком близко.

— Вот бы еще знать, что мы ищем? — С досадой произнес Блэк.

— Что-то очень личное или значимое, — без раздумий ответила я.

— Уверена? — С сомнением уточнил жених.

— Не совсем, но смотри. Первым крестражем был личный дневник Волдеморта. Предмет в который он в каком-то смысле и так изливал свою душу, мысли, эмоции. Второй осколок Темный Лорд поместил в медальон Салазара Слизерина. Личности знаменитой и значимой в магическом мире. Вряд ли остальные части своей жалкой душонки Тот-Кого-Нельзя-Называть распихал по драным носкам и помойкам. Он ведь всегда считал, что маги гораздо выше маглов. А себя он превозносит над магами, иначе бы не пометил своих приспешников рабскими татуировками. Такой человек себя очень любит и выбирать для себя будет все самое лучшее. Может реликвии других основателей, фамильные артефакты каких-то древних родов, ну или что-то важное именно для него самого.

— Так, пошел я писать ответное послание кузине. Хотя нет, лучше я напрошусь в Малфой-мэнор. Сову перехватить могут. А такими вещами рисковать не стоит, — уверенно заявил Блэк, затем резко встал из-за стола и нацарапал коротенькую записку для блондина.

— Гермиона, ты пойдешь со мной к Малфоям или останешься дома с Гарри?

— Лучше дождусь Гарри. Мороженого с ним поедим. Ты же мне потом расскажешь все самое интересное?

— Обязательно. А самые интересные моменты могу даже в омуте памяти показать могу.

Следующие пять дней мы Сириуса не видели. Он уходил еще затемно и возвращался, когда все уже давно спали и видели десятые сны. Я за это время успела сделать домашние задания, изучить фамильную библиотеку Блэков и даже найти в ней пару раритетных изданий по рунам. Чем занимался Гарри не знаю, но за книгами я его не видела, мы с ним встречались только в столовой.

— О, крестный, ты вернулся? — Удивился Поттер за очередным ужином, когда за столом к нам присоединился хозяин дома.

— Да, Гарри. Завтра последний день каникул. Хочу провести его вместе с вами, — сказал Блэк, и какая-то грустная улыбка промелькнула на его лице.

Сириус осунулся, похудел, под глазами залегли темные тени, а волосы утратили блеск. Интересно, он вообще спал с нашего последнего разговора. Но я не решилась задать этот вопрос, хоть и хотелось.

После завтрака Блэк полетал с крестником на метлах. Я в воздух подниматься не стала, а наблюдала за их весельем с земли, закутавшись в плед и грея руки об чашку горячего чая.

Вдоволь налетавшись, парни утащили меня в дом, играть в настолки. Опять пришлось брать в команду Кричера. В этот раз мы с Поттером победили, потому что Блэк хоть и передвигал фишки и подкидывал карты, но мыслями был где-то далеко, не вникая в происходящее за столом. Так что фактически против нас играл один эльф, а он, хоть и старался, но с нами двумя справиться не смог.

— Ну, что готовы к отъезду? Все собрали? Уроки все сделали? — Уточнил Сириус, когда мы закончили игру.

— Ой, — спохватился Гарри. — Я забыл про домашнее задание. Снейп меня убьет за то, что я ему эссе не написал.

Поттер надеялся, что крестный его пожалеет и позволит ехать в Хогвартс без готовых уроков, но тут он ошибся. Блэк популярно объяснил крестнику, что Дамблдор только и ждет, к чему бы придраться, чтоб попытаться аннулировать опеку. Так что Гарри отправился в библиотеку писать эссе, бурча себе под нос проклятия в адрес Снейпа.

— Люциус смог договориться с Гринготтсом? — Спросила я для того, чтобы заполнить тишину, повисшую, после ухода Поттера.

— И да, и нет, — устало откинувшись на спинку кресла, сказал жених. — Единственный, кого гоблины готовы впустить в сейф Беллы, кроме нее самой — это глава ее рода. Вот только Беллатриса давно Лестрейндж, и глава ее рода сидит в соседней с ней камере.

— И что вы теперь будете делать?

— Я ходил на свидание к Белле. Пытался уговорить ее выдать мне разрешение на посещение сейфа. Обещал ей поблажки. Не свободу, конечно, но я мог бы оплатить ее перевод с нижних этажей на верхние. Где почти… приемлемо. Не знаю, на что я надеялся, но она отказала. Ее сумасшедший смех до сих пор стоит у меня в ушах.

— Ты решился и посетил Азкабан? — Скрыть ужас в голосе мне не удалось. — Не представляю, что ты испытал, опять увидев дементоров.

— Это было… непросто, — Сириус непроизвольно передернул плечами, а я не знала, что сказать ему в ответ, сама я б точно не решилась на подобный подвиг.

— Это тупик, — разочарованно выдала я.

— Адвокат Малфоя где-то раскопал древний закон, позволяющий расторгнуть брак, если в течение пятнадцати лет в нем не появились дети. В марте как раз исполняется пятнадцать лет с момента свадьбы моей кузины с Родольфусом Лестрейнджем.

— Люциус подаст в суд заявку на расторжение брака? — Уточнила я.

— Не Люциус, а я. Как глава ее изначального рода. А Малфою нечего светиться в этой истории. Если Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вскоре возродиться, то…, — Блэк не договорил, предлагая мне самой додумать, что Волдеморт сделает с блондином, если узнает о его попытках попасть в сейф Беллы.