Повелитель Тайн (джен)

Когда другие Потусторонние Последовательности 9 сталкивались со странным чувством знакомости, они могли изо всех сил пытаться что-то вспомнить или просто отбросить и забыть это чувство. Но Провидец был другим. Клейн тут же завершил ритуал и рассеял стену духовности, после чего достал клочок бумаги и написал утверждение:

«Источник чувства знакомости».

Затем он уселся на край стоящей в комнате кровати и, держа бумагу в руке, мысленно прочитал фразу.

После семи повторений его глаза потемнели. Клейн провалился в сон при помощи когитации и начал общаться с собственной духовностью.

В том искажённом мире Клейн увидел экипаж и молодую девушку в длинном сером платье.

У неё были гладкие чёрные волосы и слегка округлое лицо. Она казалась кроткой и приятной, но при этом её тело странно дрожало.

Картина мигнула. Клейн снова увидел эту молодую красивую девушку, но на этот раз на подпольном рынке. Она развязно сидела на корточках и с кем-то разговаривала.

На этом сон завершился, и Клейн очнулся, понимая, почему отражение в зеркале показалось ему таким знакомым.

Он уже встречался с этой девушкой!

Первый раз — на улице Даффодил, в районе рядом с улицей Железного Креста. Той ночью капитан с остальными гнались за Подстрекателем Трисом…

«Похоже, тут и впрямь есть связь», — призадумался Клейн и начал новый ритуал. На этот раз он просил помощи Богини, чтобы перенести образ своего врага на бумагу.

Данн и остальные молча ждали, не мешая Клейну. И только когда Провидец закончил рисовать, они сгрудились вокруг женского портрета.

— Вы уже встречались? — спросил Данн.

Клейн слегка наклонил голову и кратко ответил:

— Да. Я видел её на остановке общественных экипажей на улице Даффодил той ночью, когда вы преследовали Подстрекателя. Это было в районе рядом с улицей Железного Креста.

— Тогда велика вероятность, что это и есть она, помощница Триса, — кивнул Данн.

Внезапно вклинился Леонард:

— А вам не кажется, что этот портрет выглядит очень знакомо? Она очень похожа на Подстрекателя Триса!

Клейн тут же застыл.

— Да, они очень, очень похожи. Округлое лицо, узкие глаза, мягкий, кроткий нрав… Но главным отличием было то, что Трис выглядел простым человеком, а вот девушку можно было назвать красавицей.

Клейн поднял голову и посмотрел на Леонарда, заметив, как Полуночный поэт что-то ему показывает, приподнимая брови.

«Что же он имеет в виду?» — недоумевал Клейн.

Данн Смит решил высказать свои предположения:

— Может быть, это сестра Подстрекателя. Может быть, как и её брат, она присоединилась к Ордену Теософии или Секте Демонессы.

Леонард вздохнул, поняв, насколько плохо Клейн умеет читать его мысли. Он серьёзным тоном сказал:

— У меня есть весьма смелая идея.

— Что за идея? — спросил Данн.

Леонард был предельно краток:

— Я думаю, что это и есть Трис.

— Что? — удивлённо воскликнул Фрай.

Данн нахмурился:

— Что ты хочешь этим сказать? Думаешь, этот Трис — женщина или мужчина, прикидывающийся женщиной? Нет, во сне я ясно видел, что нам противостоит женщина.

Клейн же за свою жизнь успел столкнуться с множеством творческих и нелепых сюжетов. Он ещё раз взглянул на портрет и тут же высказал новое предположение:

— А может быть, Подстрекатель Трис превратился в женщину?

Это бы объяснило многое. Например, почему ведущие к Трису нити внезапно оборвались. Почему никто ничего не нашёл даже с помощью гадания? Возможно, потому что их цель кардинально изменилась! Единственный вопрос — как он мог стать женщиной за такой короткий промежуток времени. Даже выглядел этот новоиспечённый «мастер женского образа» после трансформации неплохо. То есть, если быть совсем честным, она довольно привлекательна… — отвлёкся Клейн.

Леонард облегчённо кивнул:

— Да, это моя теория. Она идеально объясняет, почему Подстрекатель Трис словно исчез. И согласуется со странным фактом, что вся верхушка Секты Демонессы — женщины.

Данн и Фрай даже не знали, что сказать.

В своей жизни они повидали немало чудовищ и удивительных вещей, но с подобной трансформацией столкнулись впервые!

— Хотите сказать, что среди верхушки Секты Демонессы есть определённое число женщин, которые раньше были мужчинами? — озадаченно спросил Данн и продолжил, даже не дожидаясь ответа: — Это вполне возможно… Может быть, это особенность зелий их, нет, теперь уже их Последовательности.

У Клейна от этих слов похолодело внутри: зелье Пути Демонессы — это какой-то кошмар!

«Будем надеяться, что ничего подобного не произойдёт в Пути Провидца… Нет, определённо нет. Это же Путь Демонессы. Даже название зелья намекает на это. Но в то же время я ведь и не знаю, что за Последовательность 1 соответствует Провидцу…»

— Неужели зелья способны даже на это? — с недоверием в голосе сказал Фрай.

Леонард рассмеялся и махнул руками.

— Даже средние и низшие зелья способны на чудо. Ведь все они произошли от Творца!

Данн повернулся к Клейну:

— Попробуй погадать, где цель находится сейчас.

— Хорошо. — Клейн подошёл к куче платьев и со смешанными эмоциями вытащил одно из них, после чего расстелил его на ковре.

Он держал трость над платьем, вспоминал черты цели и связанную с ней информацию, а затем начал повторять про себя.

— Местоположение Триса… э-э-э, нет, Трисси!

— Местоположение Трисси.

…

После семи повторений зрачки Клейна потемнели, и вокруг него задул ветер.

Он отпустил трость левой рукой, позволив чёрной трости зашататься.

Несмотря на то что её уже никто не держал, она всё не падала. Трость по-прежнему стояла прямо.

— Есть помеха… — сказал Клейн глубоким голосом.

А помехи означают, что все наши предположения верны!

Та девушка почти наверняка и была Подстрекателем Трисом, нет, теперь уже Трисси!

Увидев это, Данн едва различимо кивнул головой.

— Они достойны репутации Секты Демонессы, которая действует с прошлой Эпохи…

Раз Трис превратился в Трисси, то и Данн соответственно предположил, что им противостоит не Орден Теософии, а Секта Демонессы.

Осмотрев обстановку, Данн вздохнул:

— Мы можем искать её и другими способами: например, выяснить, откуда эта одежда, или кто владелец этого дома. Также можно поручить полиции патрулировать вокзалы и пирсы.

«Даже если мы что-нибудь найдём, у Трисси определённо хватит времени, чтобы покинуть Тинген. Да… Я попробую ещё раз, но уже через пространство над Серым Туманом». Клейн весьма опасался людей наподобие Трисси, которые по первому капризу готовы устроить массовую кровавую бойню. Ему очень хотелось отыскать её и казнить на месте.

— Леонард, отправляйся в полицейский участок и собери людей, чтобы завершить дела здесь. Клейн, а ты можешь возвращаться и отдыхать… — Данн потёр виски и на несколько секунд остановился. Затем он спросил у Клейна, частично чтобы проверить, частично чтобы чему-то научить: — А как бы ты справился с сегодняшней вечерней миссией? Предположим, в твоей команде только я, Леонард и Фрай.

Клейн нахмурился и размышлял больше десяти секунд.

— Сначала я бы с помощью гадания выяснил, сработает ли ритуал в ближайшее время. Если бы ответ был отрицательным, я бы продолжал наблюдать и не приближался. Затем я бы уведомил полицию и расквартированный поблизости гарнизон, чтобы выставить людей вокруг района, и собрал бы как минимум пять пушек, чтобы накрыть всё здание сплошным огнём, пока место, где прячется Трисси, не сравнялось бы с землёй.

— Она либо погибла бы при обстреле в здании, либо попыталась бы сбежать под прикрытием канонады. Так она легко выдала бы себя. А до тех пор я бы расставил вас в разных местах…

Клейн всё больше и больше распалялся. Ему казалось, что его идея проста и эффективна, первобытна и решительна. К тому же она безопасна и идеально подходит к ситуации!

Данн, Леонард и Фрай пришли в полное недоумение. Они очень долго молчали.

— Капитан, это плохая идея, да? — У Клейна тревожно ёкнуло сердце, когда он увидел их реакцию.

Данн помолчал несколько секунд и ответил:

— Нет, идея хорошая. Но при условии, что мы сначала подтвердим: силовое разрушение алтаря не приведёт к ещё более катастрофическим последствиям… — Он вздохнул. — Как давние Ночные Стражи, мы привыкли во всех обстоятельствах полагаться на себя, свои силы Потусторонних и револьверы. Мы не привыкли позволять обычным людям соприкасаться со сверхъестественными инцидентами…

«Понятно, а я всегда был фанатом пушечного огня…» — мысленно добавил Клейн.

* * *

Клейну и Леонарду пришлось пройти пять сотен метров, прежде чем они наконец увидели остановку.

Прождав немного экипаж, они вернулись к улице Железного Креста. Один отправился в ближайший полицейский участок, а второй вернулся домой, на улицу Даффодил.

Когда уже показалась входная дверь, Клейн поправил одежду и убедился, что с ней всё в порядке, и только потом достал из кармана ключ и открыл дверь.

Мелисса и Бенсон были в гостиной, они учили уроки и читали книги под светом газовой лампы.

«Бенсон, должно быть, сильно устаёт после долгого трудового дня, но неизменно погружается в учёбу. Решительность, достойная восхищения… Я так не могу. Всё, на что я способен и о чём могу думать, это о кровати…» — Клейн посмотрел на брата и улыбнулся, приветственно махнув рукой.

На что Бенсон улыбнулся:

— Теперь я понимаю цену высокой зарплаты.

— На всё есть своя цена. Сначала мы должны что-то потратить, а уже потом получить что-то в ответ, — сказал Клейн, оставив трость в подставке около двери.

— Это слова императора Розеля, не так ли? — Мелисса прекратила писать и подняла голову.

Техническая школа города Тинген несколько отличалась от университетов и публичных школ. Их каникулы длились всего две недели, с конца июля до начала августа. Уроки начинались, когда миновала основная жара.

— Правда? Не помню… — ответил Клейн с немного застывшим выражением лица.

Он снял цилиндр и пошёл к себе. Ему хотелось заняться поиском местоположения Трисси так быстро, как только возможно.

Внезапно Клейн услышал, как заурчал его желудок. Его пронзил сильный голод.

«Верно, я же даже не ужинал. Но в записке, которую я оставил, было написано, что охранная компания выдаст мне рабочий ужин, и я просил ничего мне не оставлять… Капитан, вы забыли…» — Клейн несколько раз переменился в лице. Он намеревался притвориться, что уже поел.

В этот момент Мелисса обернулась посмотреть на него. Она указала на кухню:

— Мы оставили тебе небольшой кусок бараньей отбивной, миску густого овощного супа и несколько хлебных палочек.

Она отвернулась, снова погрузилась в свои записи и тихо пробормотала:

— Мне всегда казалось, что еда на работе только испортит аппетит.