Повелитель Тайн (джен)

Когда сверху хлынули золотые лучи света, Кларман, Король-шаман, проживший больше тысячи лет, рассыпался на куски прямо у входа в собор Вечной Ночи. Все части его тела обуглились дочерна и были полностью лишены крови.

Среди обугленных остатков его чёрной мантии выпало нечто. Это была ладонь обычного размера. По текстуре кожи она совсем не походила на человеческую и тускло поблёскивала. Пальцы у неё были тонкие, с удивительно гармоничным соотношением плоти и костей.

Если бы Эмлин увидел её при других обстоятельствах, он бы наверняка решил, что это часть изящной куклы.

Одна из голов в руке Рейнетт Тинекерр качнулась вперёд и быстро впилась в ладонь зубами.

В то же время фигура Шэррон сделалась бесплотной и вошла в останки Короля-шамана Клармана, ускоряя выход его Потусторонней характеристики.

Эмлин взял себя в руки и посмотрел на Дверь Призыва, созданную Кольцом Лилит. Его тело вдруг превратилось в смутный лунный свет.

Багровый лунный свет рассыпался на бесчисленные искры.

Яркие, зловещие красные чешуйки закружились в области, укрытой этим лунным светом, и рядом с трупом Клармана вновь сложились в Эмлина Уайта в смокинге и галстуке-бабочке.

Даже не взглянув на просочившуюся наружу Потустороннюю характеристику, он развеял Незатенённое Распятие, наклонился и поднял Видение Белого, которое ранее отшвырнул в сторону рукой в чёрной бархатной перчатке.

Другой рукой он встряхнул «Путешествия Леймано» и перелистнул книгу на одну из страниц. Все символы и таинственные узоры на ней были связаны с «Путешествием».

Фигура Эмлина стала прозрачной, и он исчез с места событий.

Следуя плану, после завершения операции он ушёл первым. Он не вмешивался в то, как Шэррон и остальные зачищают место и стирают следы. В конце концов, он был здесь самым слабым. За время боя он израсходовал огромное количество сил, полагаясь на Запечатанные Артефакты и мистические предметы.

Что же до трофеев, их решили разделить уже после возвращения в Баклунд.

В этом отношении Эмлин полностью доверял обещанию Германа Спэрроу и репутации фракции умеренности Школы Мысли Розы.

«Телепортировавшись» обратно в пустой дом в Баклунде, он вдруг бросил на пол «Путешествия Леймано». Затем достал бронзовую шкатулку, усыпанную красными самоцветами, и положил внутрь Видение Белого.

Только после этого у Эмлина наконец появились силы снять перчатку с левой руки. Он увидел, что пальцы покрыты волдырями и распухли.

С регенерацией сангвинов такие повреждения должны были давно уже затянуться, но на деле ничего не улучшилось.

Ожоги, оставленные Видением Белого, продержатся как минимум семь дней. Эмлин достал мазь, заранее припасённую в металлическом тюбике, выдавил немного и нанёс на рану.

Пронзающая душу боль тут же ослабла под охлаждающим действием мази. Эмлин медленно выдохнул, словно наконец воскрес.

Ему стоило огромного усилия воли не швырнуть Видение Белого на землю. Всё потому, что, как только этот Запечатанный Артефакт покидал его контроль, он автоматически начинал поглощать окружающий свет и испускать ослепительное сияние. Для сангвина это был бы идеальный способ покончить с собой.

Сразу после этого Эмлин достал флакон заранее заготовленной собственной крови и размазал её по обложке «Путешествий Леймано». Затем выпил ещё один флакон крови, чтобы приглушить жажду крови, вызванную Кольцом Лилит.

Лишь завершив все эти действия, он окончательно избавился от негативных эффектов Запечатанного Артефакта.

Только теперь у Эмлина появилось время вспомнить странность, случившуюся во время боя.

Дверь Призыва, спроецированная Кольцом Лилит, не вызвала существ из глубин мира духов. Вместо этого она притянула странную луну.

Луна висела за Дверью Призыва и молча озаряла Короля-шамана Клармана, подавляя различные Потусторонние силы, относящиеся к домену Луны.

Если бы не эта перемена, даже если бы Кольцо Лилит и вызвало существо мира духов на уровне святого, бой не закончился бы так быстро. Возможно, им пришлось бы ждать, пока спустится ангел фракции умеренности Школы Мысли Розы, чтобы получить подавляющее преимущество.

«…Серебристо-белая луна… Неужели Прародительница и вправду оказала мне помощь?» У Эмлина мелькнула эта мысль, и он сделал соответствующий вывод.

Это вполне соответствовало роли спасителя сангвинов, назначенного самой Прародительницей.

Тщательно всё обдумав, Эмлин уже не сомневался в этой догадке. Но, в отличие от прежних времён, он не испытывал ни особого восторга, ни упоения.

После пережитого боя на уровне полубогов и осознания того, какую важную ответственность он несёт, никакой гордости он не ощущал. Сердце его налилось тяжестью.

Фух… Спустя несколько секунд Эмлин приоткрыл рот и прошептал: — Я спаситель сангвинов.

Произнося эти слова, он выглядел необычайно серьёзным, даже несколько величественным, и в нём не было ни тени колебания.

* * *

В доме, где Эмлин встречался с Мариком и Шэррон.

Когда сангвин увидел, как эта идеально кукольная леди достаёт два предмета, до него донёсся её слегка эфирный голос: — По договору… мы возьмём… только один… Это… остальное.

Этими двумя предметами были:

Самоцвет размером с кулак, сгустившийся из густой крови. Он испускал багровое сияние, словно миниатюрная багровая луна. Вторым предметом была изящная мужская кукла с двумя чёрными провалами вместо глаз.

«Потусторонняя характеристика Короля-шамана… Генерал Беззрачкового Глаза…» Эмлин кивнул и увидел, как оба предмета будто ожили и сами полетели к нему.

Едва он протянул руку, чтобы их принять, как услышал, что мисс Шэррон добавила: — На Потусторонней характеристике… Короля-шамана… остались странные следы осквернения. Даже Копьё Неомрачённого… не смогло… их очистить.

«То есть мне придётся попросить ангела расколоть её и таким образом удалить осквернение?» Эмлин мгновенно понял, что она имеет в виду, и слегка кивнул.

— Я знаю, что делать.

Шэррон в маленькой чёрной шляпке тотчас всплыла в воздух и присела в реверансе.

— Спасибо… за вашу помощь.

— Взаимно, — Эмлин снял шляпу и в ответ поклонился.

* * *

Над серовато-белым туманом, внутри древнего дворца.

Клейн посмотрел на струйки чёрного газа, поднимавшиеся от его тела, покачал головой и с чувством обронил:

«Я и правда оказался проклят Мерзостью, даже не заметив… Причиной могла быть и проекция Скованного Бога…

Причём между нами ещё стояла историческая проекция…

Будь на моём месте любой другой святой без Замка Сефиры, он, скорее всего, внезапно умер бы уже после того, как решил, будто опасность миновала».

Что до мисс Посланницы, даже отсутствие исторической проекции между ней и проклятием особой проблемы не создавало, ведь «Она» была настоящим ангелом. Поэтому Клейн не волновался.

Когда чёрный газ полностью рассеялся, Клейн немного подождал — до тех пор, пока Эмлин не принёс жертву и не попросил мистера Шута помочь очистить Потустороннюю характеристику Короля-шамана.

«Странное осквернение… Оно идёт от Матери Древа Желаний или от Изначальной Луны?» Клейн поднял миниатюрную багровую луну и несколько секунд внимательно её рассматривал.

На протяжении всего этого времени он сохранял предельную настороженность, ежесекундно готовый задействовать силу Замка Сефиры.

Если бы он здесь не обладал уровнем ангела, он бы не согласился принять жертву Эмлина. Вместо этого он предпочёл бы ударить силой на уровне Последовательности 2, дистанционно раздробив характеристику и отделив осквернение.

Когда-то Клейн не смел даже гадать над характеристикой оборотня, лишь слегка затронутой Матерью Древа Желаний. Он поспешно продал её при первой же возможности.

После тщательного осмотра Клейн прижал правую руку вниз, и всё таинственное пространство задрожало.

Миниатюрная багровая луна с треском раскололась, распавшись на крошечные красные точки света.

Среди этих световых точек испарилось небольшое количество красного тумана, а затем из него сформировалась капля свежей крови.

После этого красные световые точки снова собрались, непрерывно сгущаясь, и вновь превратились в миниатюрную багровую луну. Однако теперь, по сравнению с прежней, она стала более прозрачной и чистой.

Клейн создал иллюзорную руку, подобрал эту с виду свежую каплю крови и обнаружил, что в ней заключена огромная жизненная сила.

«До ангельского уровня не дотягивает, но всё равно выглядит странно… Похоже, она получила благословение злого бога…» Отсекая все невидимые связи, порождённые этой кровью, Клейн достал бумажную фигурку и попытался прижать каплю крови к ней.

В то мгновение, когда кровь коснулась бумажной фигурки, она сразу же впиталась внутрь. А уже в следующую секунду живот фигурки странно вздулся и взорвался.

В тот миг, когда бумажная фигурка разорвалась, из её живота выползла новая бумажная фигурка с лёгким багровым оттенком. Черты у неё выглядели уже полностью оформленными.

«Сила размножения…» Клейн слегка нахмурился, полоснул правой рукой и обратил только что родившуюся бумажную фигурку в порошок.

Тут же снова выделилось совсем немного кровавого тумана, который вновь сгустился в каплю крови.

«Потусторонняя характеристика и духовность ослабли лишь совсем немного… Значит, придётся повторить это больше сотни раз, прежде чем получится полностью их удалить…» — молча оценил Клейн, собирая силу Замка Сефиры, чтобы запечатать эту каплю крови.

Затем он поднял голову и перевёл взгляд на мужскую куклу, лежавшую на длинном пятнистом столе.

Кукла размером с ладонь, одетая в парадный костюм, распростёрлась ниц и не смела поднять голову.

«Ха, до чего же удобно иметь дело с характеристиками, которые сами обладают жизнью…» Клейн усмехнулся, поднёс к ней запечатанную каплю крови и приблизил её к кукле по имени Генерал Беззрачкового Глаза.

Генерал Беззрачкового Глаза тут же упёрся всеми четырьмя конечностями в стол и поспешно попятился.

После короткой паузы он прижал лоб к столу, издавая звук, который человеку было невозможно распознать.

— Объявляешь покорность? Очень хорошо… — с улыбкой ответил Клейн и небрежно приказал: — Покажи мне свои способности.

После ряда демонстраций он убедился, что Генерал Беззрачкового Глаза способен вселяться в цель и воздействовать на неживые предметы. Кроме того, он мог в какой-то мере управлять мистическими предметами, которыми никто не владел и в которые не вливали духовность.

«Эта последняя способность в некоторых ситуациях может оказаться очень полезной…» Клейн чуть заметно кивнул и поманил куклу, велев ей прыгнуть в созданную им коробку.

Тщательно запечатав её, он швырнул и коробку, и каплю крови в груду хлама, чтобы те начали привыкать к своей будущей жизни.

Что же до негативных эффектов Генерала Беззрачкового Глаза, Клейн полагал, что с ними можно будет нормально и мирно договориться.