Повелитель Тайн (джен)

Бум! Бум!

В подземном убежище Баклунда Одри, одетая в охотничий костюм, слушала далёкие взрывы.

Когда она обернулась, как раз заметила, что Мелисса смотрит на неё с недоумением.

Эта юная девушка, только-только вступившая во взрослую жизнь, мечтательно спросила: — Мисс Одри, если нас окончательно разгромят, война закончится? Нам больше не придётся бояться бомбардировок, налётов и нехватки еды?

Одри внимательно посмотрела на неё и сказала: — Но тогда тебе придётся сменить веру.

Мелисса замялась, не зная, что ответить. В этот момент один простолюдин, скорчившийся у стены, вдруг выпалил: — Я верю в Бога Пара и Машин! Даже если Фейсак и Интис победят, мне не придётся менять веру!

Тогда жизнь снова станет прежней — тёплой и мирной!

Эти слова всколыхнули простолюдинов, укрывавшихся в убежище. Они зашептались между собой и стали обсуждать возможное развитие событий. Среди них хватало и верующих Богини Вечной Ночи.

Для большинства людей вера не шла ни в какое сравнение с жизнью. В конце концов, истинное божество всё равно продолжит их защищать.

Полицейские, следившие за порядком в убежище, не стали останавливать распространяющийся шум. Они лишь холодно наблюдали, а у некоторых в глазах даже мелькало ожидание.

«Однако поражение почти наверняка принесёт нечто куда более жестокое, чем вы можете себе представить. Это нельзя свести всего лишь к смене веры…» И уроки истории, и выводы, к которым Одри пришла, изучая человеческую психику, делали её куда более пессимистичной, чем всех присутствующих.

Она огляделась по сторонам и не удержалась, чтобы мысленно не протянуть:

«Якорь Богини уже сильно расшатан… Если бы не прежняя помощь с зерном, он, возможно, уже полностью рухнул бы…»

Что именно это означает, Одри прекрасно понимала. Она закрыла глаза, слегка склонила голову и беззвучно пробормотала про себя: «Битва богов вот-вот начнётся…»

Развязка уже близка.

Кивнув Мелиссе, Одри развернулась и покинула это место, подойдя ко входу в убежище.

Там сидела золотистая ретриверша Сьюзи, всем своим видом напоминая образцовую охранницу.

— Ты… похоже, не собираешься возвращаться? — спросила Сьюзи приглушённым голосом, шевельнув носом.

С начала осады, развернувшейся сегодня, Одри скрывалась именно в этом убежище и потому не успела вернуться в своё собственное поместье в районе Императрицы. Когда интенсивность боёв немного спала, граф Холл уже дважды присылал людей, чтобы поторопить её с возвращением: ей следовало отправиться в одно из убежищ для знати.

Одри покачала головой и с лёгкой улыбкой сказала: — Я должна сделать то, что должна.

Не дожидаясь ответа Сьюзи, она улыбнулась и добавила: — Останься здесь вместо меня и тайком успокаивай их. Не допускай никаких волнений. Если они захотят тебя погладить, позволь им это.

Сьюзи помедлила две секунды и ответила: — Хорошо.

Больше ничего не говоря, Одри покинула убежище, и отряд солдат, охранявший вход, попросту её не заметил.

Снаружи небо было мрачным, повсюду виднелись обрушившиеся здания. Они всё ещё тлели, и пламя в них вот-вот должно было погаснуть. Улицы пустовали — ни экипажей, ни прохожих.

Это совершенно не походило на тот Баклунд, который помнила Одри.

Прежде Баклунд был синим, жёлтым и бежевым. Он был оживлённым, шумным, полным сил. А теперь стал серым, чёрным и багровым. Разбитым, хаотичным и почти безмолвным.

Оглянувшись по сторонам, Одри в своём охотничьем костюме сориентировалась и направилась к городской окраине.

То, что она собиралась сделать, было очень просто:

вступить в войну и сделать всё возможное, чтобы Лоэн не рухнул до того, как закончится битва богов.

Если в битве богов победит вражеская сторона, она применит самые разные методы — такие как «Подсказка», «Гипноз», «Ментальная Чума» и другие, — чтобы не позволить солдатам, офицерам и Потусторонним выплеснуть накопившиеся эмоции, а также по возможности уменьшить ущерб от войны.

Среди дрожащих отблесков пламени Одри быстро прошла вперёд и вскоре скрылась вдали.

* * *

Архипелаг Рорстед, Город Щедрости, Баям. Комната на вершине Собора Волн.

Даниц, одетый в чёрный плащ, встретился с легендарным кардиналом Церкви Повелителя Штормов, высокопоставленным диаконом Уполномоченных Карателей, Морским Королём Яном Коттманом.

Покосившись на мышцы, едва не распиравшие священническое облачение собеседника, Даниц проглотил слова, уже готовые сорваться с языка. Поразмыслив, он произнёс: — Я пришёл с добрыми намерениями.

Почему-то ему казалось, будто кожа онемела, словно по ней пляшут невидимые молнии.

— Добрые намерения? — хмыкнул высокий, мощный, прекрасно сложенный Ян Коттман.

«Хех, я ведь давно учёл, что ребята с Пути Моряка вспыльчивее обычного и не умеют отличать шутку от сарказма. Стоит им разозлиться, как о положении в целом они уже не думают. Иначе мне бы и не пришлось так разговаривать… Чёрт побери!» — выругался про себя Даниц, всё так же улыбаясь, и затем объяснил намерения Сопротивления.

Ян Коттман уставился на пирата, чья связь с «Золотой Мечтой» так и оставалась для него неясной, и вдруг усмехнулся:

— Если мы отзовём большую часть сил, вы сможете защитить Баям и архипелаг?

— А если не сможете, то как собираетесь гарантировать, что интересы переселенцев из Лоэна будут соблюдены, когда объединённый флот Фейсака и Фейнапоттера прорвёт линию обороны?

Как полубог, он был совершенно уверен, что Морской Бог Калветуа уже погиб. Но при этом не знал, кто именно сейчас пользуется именем «Морского Бога» и способен ли этот некто защитить архипелаг Рорстед.

«Хороший вопрос… А раз есть вопрос, значит, остаётся пространство для успешных переговоров…» На самом деле Даниц никогда и не думал, как Сопротивление будет отражать фейсакцев и людей Фейнапоттера после того, как силы Лоэна перебросят обратно в Баклунд. Он лишь безоговорочно верил, что Герман Спэрроу и стоящий за ним мистер Шут способны защитить это место.

Пока мысли лихорадочно мчались одна за другой, Даниц посмотрел на оказывавшего почти физическое давление Морского Короля и произнёс: — Я помолюсь моему Господу и попрошу «Его» защитить архипелаг Рорстед.

— О? — Морской Король Ян Коттман прищурился и шагнул вперёд.

Аура Пути Тирана заставила Даница невольно отступить на два шага. Он опустил голову и принялся молиться прямо на месте:

— Благословенный морем и Миром духов, хранитель архипелага Рорстед, повелитель подводных существ, владыка цунами и штормов, великий Калветуа, прошу, ниспошли свою силу, чтобы защитить архипелаг Рорстед…

Закончив молитву, Даниц осторожно бросил взгляд в окно, но не заметил ничего необычного.

Несколько секунд Ян Коттман молча его разглядывал, а затем сказал: — Похоже, твой бог не собирается отвечать…

— Кхм. — Даниц прокашлялся, чувствуя, как сердце колотится, словно барабан.

В этот миг небо за окном внезапно потемнело, будто налетевшая туча чёрных облаков заслонила солнце.

Морской Король Ян Коттман инстинктивно повернул голову и посмотрел наружу. Он увидел, как границу между морем и небом накрыла огромная тень.

Опираясь на свою власть над водами архипелага, кардинал мгновенно охватил сознанием всю картину происходящего.

Архипелаг Рорстед и окружающие его моря окутал густой туман. Всё стало размытым и сюрреалистичным.

Морская птица пролетела мимо и попыталась сесть на пристань, но не смогла проникнуть внутрь и коснуться её.

Обычные люди на архипелаге по-прежнему жили своей обычной жизнью, лишь заметив, что надвигается буря.

Это… Тёмно-синие зрачки Яна Коттмана резко расширились. Он почти машинально повернул голову и посмотрел на Пламенного Даница — Благословенного Морского Бога.

Даниц тоже слегка раскрыл рот, забыв его закрыть. Он был потрясён не меньше, чем Морской Король.

Через несколько секунд туман рассеялся, а тени исчезли. Всё на архипелаге Рорстед вернулось в норму.

— … — Даниц моргнул. Когда Ян Коттман снова взглянул на него, Даниц усмехнулся и сказал: — Мой Господь ответил на мои молитвы.

Произнеся это, пират с наградой более чем в десять тысяч фунтов мысленно отвесил себе пощёчину.

«Чёрт побери! Ты посмел усомниться в мистере Шуте! Разве не в этом проявилось величие мистера Шута?»

Ян Коттман помолчал несколько секунд, после чего сказал: — Я тщательно обдумаю ваше предложение. Немедленно созову совещание с ключевыми людьми Баяма, чтобы обсудить этот вопрос. Через час ты получишь ответ.

Даниц чуть приподнял подбородок и рассмеялся:

— Я терпеливо подожду.

С этими словами он, повинуясь инстинктам Охотника, с показным безразличием поклонился и вышел из комнаты.

Под скрип двери в синих глазах Яна Коттмана вспыхнули серебряные молнии.

* * *

В древнем дворце над туманом.

Клейн снова бросил «занавес» в «металлический котёл» и вновь его запечатал.

Он использовал силу Служителя Тайн Последовательности 1 и вызвал отклик Замка Сефиры, создав для Яна Коттмана по-настоящему шокирующий эффект.

«Ещё через полдня Потусторонняя характеристика Служителя Тайн окончательно отделится, а всё остальное можно будет использовать для приготовления зелья Чудотворца. Да, пока она остаётся лишь на уровне Последовательности 2, я могу попробовать с помощью силы Замка Сефиры раздробить её и заставить Потусторонние характеристики Знатока былого и Эксцентричного колдуна просочиться наружу быстрее. Так риск от зелья станет ниже…» — пробормотал Клейн и быстро вернулся в реальный мир.

Он уже находился не на тёмных болотах, а в застывших сумерках Двора Короля Великанов.

Клейн прибыл туда ещё до того, как экспедиционная команда Города Серебра добралась до лагеря у Послеполуденного города.

Под оранжевым светом он ощущал разложение и изнеможение собственного тела. Подняв взгляд, он посмотрел на великолепные и прекрасные здания, возвышавшиеся наверху.

Бесчисленные дворцы и башни до сих пор хранили остаточное великолепие Второй Эпохи, словно были зримым воплощением мифов.

Нет, это и был миф.

До того как экспедиционная команда Города Серебра официально начнёт действовать, Клейн собирался попытаться открыть дворец, где спал Тёмный Ангел Сасрир.

Так, если случится что-то непредвиденное, у команды Города Серебра ещё останется время подготовиться целенаправленно. Что же до самого Клейна, то для него это было бы определённо куда безопаснее, чем для остальных, ведь он использовал всего лишь историческую проекцию.