Повелитель Тайн (джен)

«Утратил контроль?» — сердце Клейна сжалось, и он чуть не выпалил вопрос.

Хотя Данн Смит и Старый Нил без устали повторяли о вреде потери контроля и о том, как часто она случается, сейчас Клейн столкнулся с ней в первый раз. На него накатил страх, недоумение, ужас, печаль. Целый водоворот эмоций.

«Среди дел, с которыми мы… вынуждены разбираться каждый год, примерно четверть приходится на Потусторонних, утративших контроль… И среди этой четверти очень много наших товарищей», — слова Данна промелькнули в голове Клейна, замедлив его реакцию.

Старый Нил, переживший уже множество таких инцидентов, тут же спросил:

— Где погромщик? Что требуется от нас?

Клейн даже опешил от такого напора. Ему казалось, что изворотливый Старый Нил, который одной ногой уже на пенсии, найдёт причину, чтобы отказаться от просьбы Суэйна или выжать крупную сумму за помощь. Но он никак не ожидал, что Старый Нил без малейших колебаний включится в дело, не принимая в расчёт различий между Ночными Стражами и Уполномоченными Карателями.

Глядя на серьёзного Старого Нила, Клейн внезапно кое-что понял. Неважно, были ли они Ночными Стражами, Уполномоченными Карателями или членами Сердца Машины: их целью было не дать сверхъестественным силам причинять вред невинным и поддерживать мир и порядок в Тингене. Если они сталкивались с опасной и срочной ситуацией, чувство долга заставляло их без колебаний прийти на помощь.

Суэйн ответил коротко:

— Подстрахуйте меня!

Он не стал объяснять, ни почему тот утратил контроль, ни где он находится, — просто быстрым шагом направился к выходу.

Хоть бывший капитан Уполномоченных Карателей и был алкоголиком, но, весьма неожиданно для себя, Клейн осознал, что не может угнаться за ним. И чтобы не отстать, пришлось перейти на бег.

Он повернул голову к Старому Нилу — и увидел, что престарелый Соглядатай Тайн тоже сорвался на бег.

Троица не обращала внимания на взгляды стражников по дороге. Один был в накинутой старой морской форме, второй — в тёмной классической мантии, третий — в чёрном тренче. Они пронеслись через бильярдную и ворвались в бар «Злой Дракон».

Выпивавшие посетители перевели взгляды с соревнования по травле крыс на Клейна и его спутников.

— Босс Суэйн?

— Куда он так бежит?

— Кто-то просрочил платёж?

…

Среди негромкого шёпота часть посетителей снова сосредоточилась на клетке. Они опять подняли шум, выплёскивая накопившееся за день напряжение. Однако кое-кто из более проницательных ощутил слабую тревогу.

Топ! Топ! Топ!

Клейн, Старый Нил и Суэйн пересекли дорогу и вошли в доки.

— Он на том судне. — Суэйн замедлил шаг и указал на грузовое судно недалеко от них. — Двое Уполномоченных Карателей держат погромщика в кольце, не давая ему уйти в реку Тассок. Помогите мне повлиять на него и взять под контроль. Остальное оставьте мне.

Старый Нил жадно хватал ртом воздух:

— Отлично, н-но дайте мне минутку. Фух, одну минутку, и я восстановлюсь.

Суэйн кивнул и больше ничего не сказал. Он бросился на судно и вступил в бой.

Услышав шум и грохот на палубе, Старый Нил оглянулся на занервничавшего Клейна. Он вытащил из потайного кармана серебряную пластинку размером с ладонь младенца, после чего передал её Клейну:

— Сонный амулет. Заклинание для его активации — фраза «Вечная Ночь» на древнем гермесе. После заклинания влей в амулет свою духовность, а через три секунды брось в цель.

— Хорошо! — Клейн протянул руку, чтобы взять амулет, и почувствовал, как его тронул этот жест.

Амулет с обеих сторон покрывали письмена на гермесе, символы, соответствующие духовные числа и магические метки. Ему не нужно было активировать Духовное Зрение — одной лишь духовной интуиции хватало, чтобы ощутить эту неуловимую, безмятежную, глубокую мистическую силу.

Старый Нил выпрямился и достал второй такой же амулет. По дороге к трапу он даже пошутил:

— Не нервничай, расслабься и подумай о чём-то другом. Например, я одолжил тебе амулет. И если ты используешь его, тебе придётся сделать мне новый. Конечно, ты можешь подождать до следующего месяца, когда восстановится квота на материалы, и сделать это тогда.

«Это… Вот, что значит опытный Старый Нил…» — Клейн положил амулет в левый карман, потянулся к кобуре, достал револьвер, поправил курок и барабан.

— Я больше не нервничаю… — держа револьвер в одной руке и трость в другой, Клейн со Старым Нилом твёрдой поступью поднялись по трапу на судно.

Судно хранило все признаки возраста. Хотя на борту стоял паровой двигатель и из палубы торчала труба, вместе с тем сохранились и пережитки прошлого — мачты и паруса. Более того, только настил палубы и часть борта были прикрыты металлом, остальное по-прежнему было деревянным.

Звуки боя становились всё сильнее, и, когда Клейн и Старый Нил искали путь внутрь надстройки, среди грохота внезапно раздался особенно громкий шум.

Стена деревянной надстройки разлетелась вдребезги, а её куски шрапнелью ударили по палубе. Через дыру вылетело чьё-то тело и рухнуло у борта судна.

У Клейна не было времени оценить ранения мужчины. Его взгляд был прикован к монстру, который рвался к пробитой дыре.

Создание было более 1,8 метра ростом. На нём были остатки рубашки и брюк. Открытые участки тела покрывала тёмно-зелёная чешуя, а между пальцев сформировались перепонки, как будто это были конечности морского существа.

Голова была вся в складках, но тем не менее всё ещё едва напоминала человеческую. Чешую покрывала слизь, которая постоянно капала на настил палубы.

Ши! Ши! Ши!

Тёмно-зелёная слизь слегка разъедала палубу, оставляя после себя заметные следы.

Бух!

Суэйн ударил монстра сбоку, заставив того сместиться вбок на пару шагов.

Бух! Бух! Бух!

Даже с его невероятной мускулатурой Суэйн явно уступал монстру. Хотя удары и пинки попадали в цель, они не могли пробить чешую и причинить настоящий вред. На мгновение Суэйн оказался в жалком положении и зашатался.

Если бы не его удивительное чувство равновесия и помощь других Уполномоченных Карателей, которые стреляли и подавляли монстра, Клейн подозревал, что этого голубоглазого старика давно забили бы до смерти.

Бух! Бух! Бух!

Суэйна откинуло назад, но тот вновь устремился к монстру, как мотылёк, летящий на пламя свечи.

Но Клейн чувствовал, что он накапливает силу и чего-то ждёт.

Бух!

Суэйн снова был вынужден отступить, перекрыв тем самым обзор другому Уполномоченному Карателю.

Монстр не упустил своего шанса и рванулся к борту.

Он хотел спрыгнуть с корабля прямо в реку Тассок!

Глядя на сморщенную, покрытую слизью голову монстра, Клейн поднял руку и нажал на курок.

Бах!

Серебряная пуля для охоты на демонов, как он и предполагал, попала в тело монстра. Но она лишь ударила по чешуе и не смогла полностью войти в плоть.

Монстр испустил жуткий визг, напряг мышцы и рванул в сторону Клейна.

Когда Клейн ощутил отвратительный рыбный запах, он внезапно пригнулся и откатился в сторону.

Бабах!

Клейн ощутил, как затрясся корабль и как по борту ударили обломки.

Одновременно с этим он услышал сильный старческий голос, читающий заклинание на древнем гермесе:

— Вечная Ночь!

Клейн откатился ещё пару раз. Ему пришлось забыть о трости. Он торопливо вскинул револьвер и поднял голову. Всё, что он увидел, — как Старый Нил спокойно бросил амулет, хотя стоял совсем рядом с монстром.

Кусочек серебра тут же поглотило тёмно-красное пламя, и раздался слабый взрыв.

Глубокая, безмятежная сила вмиг растеклась вокруг. Монстр, который уже почти развалил борт судна, качнулся, и его движения стали вялыми.

Суэйн выскочил из каюты, подступил к созданию и отвёл руку назад. Его удары, будто отбойный молоток, обрушились на голову монстра.

Но ему едва удавалось оставить раны, не говоря уже о смертельном повреждении. Зато Клейн чувствовал, что накопленная голубоглазым стариком сила наконец достигла пика.

Бух!

Монстр будто пришёл в себя. Он взмахнул рукой и заставил Суэйна отступить на пять шагов. После каждого шага в настиле палубы появлялись трещины.

Заметив, что монстр уже готов был развернуться и спрыгнуть в Тассок, Клейн вытащил из кармана Сонный амулет.

После этого он привычно произнёс фразу на древнем гермесе:

— Вечная Ночь!

Внезапно он ощутил, как серебро в его руке стало буквально ледяным, как будто белый металл был сделан из снега.

Клейн не стал долго думать. Он влил в амулет духовность, отвёл руку назад и метнул его вперёд, послав амулет к монстру.

Тем временем рыбоподобный монстр уже прыгнул в воздух.

Тёмное пламя осветило окружающую тьму, и небольшой взрыв послужил прелюдией к сонной волне.

Бух!

Монстр рухнул на пристань, свернулся клубком и временно оказался в полусне.

Клейн уже собирался подбежать к борту и выстрелить монстру в голову, как вдруг увидел, что Суэйн, давно уже оставшийся без морской формы, рванул вперёд и перепрыгнул через борт.

Бывший Каратель извернулся в воздухе и напряг мышцы.

Духовным восприятием Клейн почувствовал, как нечто подавленное вырывается наружу. Суэйн спустился с неба и врезался в тело монстра. Затем он выпрямил спину и тяжёлым кулаком ударил монстра по голове.

Треск!

Череп монстра разлетелся на куски. Тёмно-красная кровь и сероватое мозговое вещество, перемешанное с зелёной слизью, забрызгали землю.

«Это одна из способностей Народа ярости?» — подумал Клейн, встав у изломанного борта судна.

Старый Нил приподнял руку и опёрся о борт, чтобы лучше видеть происходящее внизу.

В это время Суэйн выпрямился. Он смотрел на монстра у своих ног, который только что лишился жизни.

Затем он достал фляжку, отвинтил крышку и выпил добрую половину, прежде чем перевернуть флягу и вылить остатки спиртного на труп монстра.

Суэйн как будто постарел и сгорбился.

Старый Нил вздохнул, глядя на сцену внизу, после чего прошептал:

— Я знал этого Уполномоченного Карателя, который утратил контроль. Он почти тридцать лет служил под началом Суэйна, однажды зачистил водяных призраков, убивавших людей на берегу, а ещё схватил злых Потусторонних, которые пытались бежать по реке Тассок…

Старый Нил замолк, но Клейн хорошо понял, что тот хотел сказать: страж, который много раз отличился и убил бесчисленных монстров, в конце концов сам стал монстром.

И это не единичный случай. Это возможный исход для многих Ночных Стражей, Уполномоченных Карателей и Сердца Машины, и однажды с ним могут столкнуться они сами…