Повелитель Тайн (джен)

Хотя вечером в соборе Бури было не так уж много прихожан, Клейн решил появиться в коридоре, ведущем в сад, чтобы избежать лишнего столкновения.

— Как волшебно… — пробормотала себе под нос Паша, оглядываясь по сторонам, пока всё вокруг успокаивалось.

Рой подавил эмоции и осмотрелся.

— Если тот главный пастырь пришёл в собор, чтобы переждать комендантский час, он может быть где-то здесь.

— Если не думать о том, сколько преступлений накапливаешь, у ангела слишком много способов одурачить обычного человека, — небрежно сказал Клейн. — Позже я отправлю вас и в другие соборы. Старайтесь держаться мест, где есть стеклянные окна и зеркала. Как только заметите чужаков, которые могут быть из Фейсака, найдите возможность нарисовать символ…

Не договорив, он вдруг повернул голову и посмотрел на дверь, ведущую из молельного зала в сад.

Оттуда медленно вышла фигура ростом больше двух с половиной метров. На ней была длинная чёрная ряса с белой каймой, туго обтягивавшая вздувшиеся мышцы.

Это был старик с белой бородой в квадратной шапочке. Его глаза были бледно-голубыми, морщин на лице почти не было, а во всём облике чувствовалось высокомерие.

Главный пастырь Церкви Бога Битвы Ларрион… Клейну даже не понадобилось специально его опознавать — духовная интуиция уже подсказала, что стоящий напротив человек и есть ангел, ради которого он пришёл в собор.

Ларрион окинул его взглядом и удивлённо сказал: — Это не Арианна…

«Он» тут же взял «Своё» выражение лица под контроль и довольно безразлично добавил: — Похоже, ты «Её» помощник.

— Можешь передать «Ей», что я уже заключил соглашение с 0-02, который в какой-то мере ожил. В обмен на разрешение уйти я откажусь от попытки снова его запечатать. А вы все останетесь здесь, будете терпеть изменения правил и всё более суровые законы, пока окончательно не умрёте…

Главный пастырь, казалось, совсем не беспокоился, что Клейн сможет «Его» остановить. Пока «Он» говорил, тело Ларриона стремительно старело. «Его» кожу быстро покрыли морщины, на ней выступили старческие пятна, из которых сочилась гнилая жидкость.

За какие-то пару мгновений Ларрион стал похож на человека, который вот-вот рассеется в воздухе от глубокой старости.

Затем «Он» превратился в лужу тухлой жижи, и та полностью испарилась.

От этой картины по спинам Байлза и остальных пробежал холодок. Им казалось, будто рассудок вот-вот сорвётся, а эмоции окончательно рухнут.

Это было точь-в-точь как бесчисленные крошечные черви, выползавшие из раны на запястье мистера Фокусника, когда он заново создавал себе кисть. Так же страшно.

Странная способность… Что-то связанное с Сумерками? Клейн и не думал останавливать Ларриона. Он лишь задумчиво кивнул.

В Мире духов, соответствующем Белтейну, фигура Ларриона вновь проявилась и вернулась к обычному виду.

Сразу вслед за этим, словно «Он» мог повелевать существами Мира духов, Ларрион прошёл сквозь невидимую преграду и вырвался из множества ограничений города Белтейн.

Но в тот миг, когда Ларрион уже собирался начать «перемещение», всё внезапно потемнело, и перед «Ним» возникло сплошное тёмное полотно.

Оно напоминало стену, перегородившую Ларриону путь!

Ларрион настороженно остановился, поднял взгляд к бесконечно высокой области, где пребывали Семь Чистых Светов. Но увидел лишь иллюзорную «занавесь», спускавшуюся оттуда и окутывавшую область Мира духов, соответствующую Белтейну, отрезая её и создавая отдельный мир.

Одновременно интуиция Охотника на демонов подсказала этому главному пастырю, что преграда, образованная «занавесью», чрезвычайно прочна и проломить её будет очень трудно. Для этого потребуется много времени и сил.

Происходящее вызвало у главного пастыря странное комическое ощущение, из-за чего «Он» едва сдерживал поднимающийся гнев.

Это было похоже на то, как после бесчисленных лишений «Он» наконец-то находит ключ от тайной комнаты. Уже собирается открыть дверь и уйти раньше остальных — и вдруг обнаруживает на двери ещё один замок. Причём весьма крепкий!

Никакой достоверности. Проекция из Исторической пустоты… Чистой воды жульничество! Нет, это уже за пределами Белтейна, вне юрисдикции законов… Эта историческая проекция должна была существовать здесь задолго до этого. Дольше двух минут она всё равно не продержится и рассеется сама… Ларрион быстро вернул себе хладнокровие, позволив якорям и склонности к безумию вновь прийти в равновесие.

* * *

В коридоре собора Бури Рой и остальные наконец пришли в себя. Они повернули головы и посмотрели на мистера Фокусника, который по статусу почти не уступал только что увиденному ангелу.

Немного помедлив, Паша с опаской сказала: — «Он»… «Он», похоже, всё-таки сбежал.

Тогда они не смогут получить никаких сведений о местонахождении 0-02. А если полагаться на ковровый обыск, будет уже слишком поздно.

К тому же никто из присутствующих не знал, как выглядит этот ужасающий Запечатанный Артефакт. Описывать его просто как книгу — слишком расплывчато.

— Придётся искать другие способы, — с улыбкой ответил Клейн. — Есть предложения?

Он ждал, что Ларрион вернётся и попытается с ним договориться, но понял: главный пастырь предпочитает пересидеть в Мире духов, пока не исчезнет историческая проекция «занавеси». А сам Клейн, хоть и мог войти в Мир духов, всё равно был не в силах прорваться через странную преграду, возникшую после изменения законов 0-02.

Говоря это, Клейн всерьёз перебирал другие варианты и позволил нескольким Червям Духа взять под контроль его тело. Он продолжал обсуждать всё с находившимися рядом Потусторонними, надеясь, что из разговора вдруг вспыхнет нужная мысль.

— Нам стоит самим создать «противоречие», похожее на то, что случилось с Байлзом, чтобы оказаться в относительно безопасном состоянии. Только так мы сможем начать поиски, — озвучил уже однажды высказанную им идею Фил.

Паша покачала головой.

— Но если мы воспользуемся таким «противоречием», чтобы что-то сделать, 0-02 наверняка добавит новые правила, чтобы решить возникшую проблему.

— Но это всё равно позволит выиграть немного времени, — подчеркнул Фил.

— Это и правда можно сделать, — согласился Рой и добавил: — Но главное — найти 0-02. Может, мы сумеем создать такое «противоречие», которое заставит его выдать своё местоположение?

Что именно за «противоречие» могло бы сработать и как его создать, он пока не придумал.

Противоречие… И новые правила, чтобы его разрешить… Клейн молча слушал с лёгкой улыбкой. Мысли сталкивались у него в голове, высекая искры.

В этот миг по поверхности волшебного зеркала в его руке разлился водянистый свет, и на серебре проступили слова:

«Паша, хочешь узнать, что нового появилось на доске объявлений?»

Оно напрямую спросило меня… Почему оно напрямую спросило именно меня? Паша на мгновение растерялась, а потом поспешно кивнула и ответила: — Да.

Водянистый свет на серебряном зеркале быстро отхлынул, показывая картину доски объявлений.

Там появилось два новых правила:

«…Во исполнение приказа о комендантском часе все соборы будут закрываться раньше…»

«…Все гостиницы должны размещать только тех постояльцев, чьи удостоверения личности зарегистрированы…»

Фил запаниковал.

— …И куда нам теперь идти?

Он понятия не имел, как ему, Рою и Паше избежать наказания.

Рой и Паша переглянулись. В голове у каждого промелькнули самые разные мысли, но ни одна не выглядела рабочей.

В этот момент молчавший до сих пор Клейн улыбнулся и перевёл взгляд на Байлза.

— Где твой дом в Белтейне?

— Съёмная квартира на улице Красного Клёна, 18. Но она уже обрушилась после попадания артиллерийского снаряда, — чуть растерянно ответил Байлз.

Клейн улыбнулся и сказал: — Ты можешь загадать желание, чтобы твой дом вернулся в прежнее состояние. А я его исполню.

— …Такое вообще возможно? — Хотя этот волшебный «фокусник» с помощью немыслимой силы исцелил Филу отрубленную руку, Байлзу всё равно казалось, что вернуть разрушенный дом в прежний вид куда труднее. В конце концов, отрубленную руку, по словам Роя, мог вылечить даже доктор Вебер, тот самый военный врач.

— Конечно. — Клейн с улыбкой напомнил: — Поторопись.

В этот момент прихожане в соборе уже начали расходиться один за другим.

Байлз не посмел больше медлить и тут же выпалил: — Я желаю, чтобы мой дом вернулся в прежнее состояние.

— Хорошо. — Клейн поднял правую руку и щёлкнул пальцами. — Твоё желание исполнилось.

А? Пока Рой и остальные стояли как громом поражённые, Клейн снова использовал Телепортацию и перенёс их на улицу Клёна, 18. Он остановился перед входом в двухкомнатную квартиру.

Байлз ошеломлённо уставился на знакомую деревянную дверь. Почти не осознавая, что делает, он протянул правую руку и толкнул её.

Шкаф, угольная печь, двухъярусная кровать, деревянный стол, заляпанный маслом, и разбросанные повсюду старые газеты — всё это отразилось в его глазах, и они сразу увлажнились.

До начала войны, возвращаясь из шахты, он часто видел, как мать хлопочет у угольной печи. Отец с братом либо пользовались свободной минутой, чтобы что-нибудь починить, либо перебирали подпорченные фрукты и овощи, выполняя ту часть работы, которую можно было взять домой. Под присмотром матери, клеившей коробочки для спичек, его маленькая племянница училась узнавать очертания слов по старым газетам.

Хотя такая жизнь была тяжёлой и совсем не защищала от бед, для Байлза она всё равно оставалась прекрасным воспоминанием. Во много раз лучше тёмных шахтных штреков, тяжёлой руды и плетей надсмотрщиков.

Но теперь даже эта крошечная красота была полностью уничтожена.

— Разве ты не пригласишь нас войти? — стоя на пороге, спросил Фил, не решаясь без приглашения переступить чужой порог.

Придя в себя, Байлз поспешно сказал: — Проходите, пожалуйста.

Войдя в пустующую квартиру, Клейн подтащил стул, который мог развалиться в любую секунду, и сел. Затем он замолчал.

Рой, Паша и остальные не смели тревожить этого джентльмена и просто тихо ждали рядом.

Через двадцать или тридцать секунд Клейн вдруг огляделся и с улыбкой сказал: — Кажется, у меня появилась мысль, но её нужно проверить. Кто хочет поработать со мной?

— Я, — без колебаний ответил Рой.

Клейн улыбнулся и сказал: — Тогда потом не отвечай на вопросы правдиво. Я ищу лазейки, скрытые в правилах 0-02.

Рой кивнул и сказал: — С этим проблем не будет.

Клейн тут же достал волшебное зеркало и сказал Рою: — Задай ему вопрос.

Немного подумав, Рой спросил: — Где мне найти следующее зелье?

На поверхности серебряного зеркала возникла картина. Это был главный пастырь Церкви Бога Битвы Ларрион, который расхаживал по Миру духов!

— … — Лицо Роя мгновенно окаменело. Затем он услышал слова мистера Фокусника: — Теперь твоя очередь отвечать на его вопрос. Помни, не говори правильный ответ.

Рой поспешно взял себя в руки и снова посмотрел на зеркало. Он увидел, что зеркало уже приняло облик самого мистера Фокусника, а рядом проступили несколько строк кроваво-красного текста:

«Кому ты отдал свой первый раз?»

Рой мгновенно вспомнил прошлое, и лицо его залилось краской. Затем, следуя указанию мистера Фокусника, он ответил: — Не уверен.

«Ложь!» Кроваво-красный текст на серебряном зеркале тут же сложился в пугающую надпись.

Бац!

Из ниоткуда ударила молния и поразила Роя.

Рой судорожно дёрнулся от боли, его тело почернело от копоти, волосы встали дыбом, но жизни его по-настоящему ничто не угрожало.

Байлз, Паша и Фил в ужасе вздрогнули, не понимая, что именно только что произошло.

В этот момент Клейн осмотрелся по сторонам и улыбнулся.

— Видите, зеркало не наказали за то, что оно по собственной воле причинило вред.

— Вот где кроется настоящая возможность.