Незванный гость хуже? (джен)

Звонок раздался ровно через десять часов. Джон.

— Слушаю. — Заспанная, растрепанная женщина никак не была похожа на киборга. И на себя вчерашнюю, собранную, уверенно жонглировавшую данными тоже.

— Принципиальный вариант ТЗ составлен.

— Сбрасывай.

Передача данных. Открытое виртокно.

— Ага… Это понятно, это ожидаемо… Хороший вариант… Джон, ты понимаешь, что здесь написано?

— Да. — Губернатор удивился, с чего бы такая эмоциональная реакция?

— Ты понимаешь, что вот этим вот, — она ткнула в один из абзацев, — вы скорее всего замедляете выход на … скажем так, на полную проектную мощность? Возможно, на годы.

— Да.

— Ради малолеток?

— Да.

— Ну раз понимаете… Как скажете. Только объясни, пожалуйста, почему?

— С чисто рациональных позиций — чем быстрее они перестанут быть обузой и превратятся в нормальный ресурс, тем лучше.

— Угу. Понятно. А с нерациональных?

— Мы все были такими. Нас учили, воспитывали, уговаривали. Мы не верили. А нас все равно тащили. Несмотря на срывы, побеги, нападения, не говоря о всяких мелких ежедневных пакостях. Ты знаешь, что сделал первооткрыватель этой планеты, оказавшись на станции? Вот. Я не знаю, что было бы со мной, если бы не Кристина, с Дэном — если бы не Дима, с Киром… Впрочем с Киром знаю, ему уже приказ на утилизацию подписали. Если брать самых старших, для каждого из нас нашелся человек, благодаря которому мы вообще живем. Потом станция… она вся работала на то, чтобы вытащить из-за киборга человека. А этих ребят мы проморгали. Решили по умолчанию, что достаточно базовые потребности закрыть, а там сами разберутся. Не поняли, что нет у них стимула разбираться. — Джон помолчал. — Лена вчера задала вопрос всем старшим: если бы попали не на станцию, а сразу на Мэтту, что бы делали? И все, дискуссия прекратилась. Мы просто должны.

— Ну у этих хоть проблем с доверием нет. — Пробормотала Наталья, впечатленная убежденностью губернатора.

— Есть. Большую часть вопросов с провокационным подтекстом они вчера задавали.

— Стоп. Вы и малолеток до обсуждения допустили?

— Им просто никто не препятствовал. — Пожал плечами Джон. — Запись сразу слили в общую сеть, там особый доступ не нужен. Кто захотел, тот присоединился.

— Нет, я к вывертам киберлогики, наверное, никогда не привыкну! То вы за безопасность в параноидальном режиме, то объекты воздействия принимают участие в обсуждении того, что с ними делать будут!

Голос губернатора набрал холод и металл:

— Это в первую очередь граждане Мэтты. Если бы они сообща и аргументированно выступили против, так бы оно и было. — И четко, печатая каждое слово, придавил. — Никто. Не может. Решать. За другого. Без. Его. Прямого. Согласия.

— Извини. — Чистосердечно покаялась Наталья. — Инерция мышления. Разделила вас на взрослых и мелких. И спроецировала. Смотрим дальше…

Через некоторое время она оторвалась от текста и уставилась взглядом куда-то мимо Джона.

— То есть вы предпочли гибридный вариант…

— Мы должны реализовать это сами. И с вами расплатиться в кратчайшие сроки. Поэтому да, на первом этапе упор на обеспечение финансовой состоятельности при сохранении приоритета программ социализации для малолеток.

— А не соблаговолит ли господин губернатор ответить на два вопроса? — По-прежнему глядя в пространство, спросила Степанова.

— Пожалуйста.

— Первый: на каких условиях разумные киборги, живущие за пределами Мэтты, могут претендовать на здешнее гражданство?

— На общих. Только что их не Dex-company доставит, а сами прилетят или по сети свяжутся.

— Ну с этим проблем не будет… — бормотнула под нос Наталья. — Второй: вот, например, семейство Королевых. Где и киборги, и некиборги. У большей части его самостоятельных членов на Мэтте только официальная регистрация, фактически значительное время они проводят за пределами планеты и работают на сторонние организации. Как такие граждане будут включены в проект?

— Пока не знаю. Принцип добровольности решено сохранить, а формы продумаем.

— Понятно. — Женщина говорила замедленно, ровным голосом. У Джона возникло впечатление, что параллельно она то ли с кем-то еще общается, то ли что-то просчитывает. — Все, пересылаю ТЗ своим. Проект договора ваш или наш?

— Ваш. У нас опыта меньше, можем важное упустить.

— Доверяете, значит… Тьфу, опять чуть не забыла! Не возражаешь, если на тебя мои безопасники напрямую выйдут?

После Джона позвонил Дима. От хмурого взгляда становилось настолько неуютно, что Таха спряталась за большой кружкой кофе, которую только-только налила.

— Колоться будешь? — Недружелюбно спросил бывший полицейский.

— До донышка. — Пообещала женщина. — Только давай сразу перед всеми. Ну… не как вчера на площади, конечно. Я контактный круг имею в виду: вашу семью, Илью, Лену, Джона, ТимТома. Не хочу сеанс стриптиза несколько раз повторять.

— Когда?

— Чем скорее, тем лучше. Мои сейчас ТЗ получили. Сначала каждый по отдельности подумает, потом с подчиненными, потом друг с другом обсудят, а потом уже за меня возьмутся. Шесть-восемь часов есть, на большее не рассчитываю.

Дмитрий кивнул и уже собирался отключиться, но с языка все-таки сорвалось:

— Таха, это правда ты?

— Да я, это, я.

Во внутреннем дворике дома Королевых, как раз там, откуда в прошлый раз она уходила в сопровождении Киры, уютно горели дрова в мангале. Контактный круг ждал. Наталья отхлебнула пива из высокой керамической кружки и раздумчиво сказала:

— Наверное, стоит начать с самого начала. Дим, ты помнишь, как мы первый раз встретились?

— Помню. В оперативном штабе, на Карадаге. Нас на усиление задействовали.

— Нет. — Женщина усмехнулась. — Вот всегда с мужиками так. Для тебя, можно сказать, поворотный момент в жизни, а они и не… — Отхлебнула еще раз. — Фриско-24. Гражданские специалисты. Вы нас вытащили.

Королев опешил:

— И… которая?

— Более целая. Штопка крестиком, помнишь?

Еще бы. Первые месяцы самостоятельного командования. Приказ выйти на точку, которую непонятно как удерживало неполное отделение, обремененное невесть откуда взявшимися гражданскими. То есть, они думали, обремененное. Когда пробились, оказалось, что трое парней просто взяли оружие и заняли свободные по штатному расписанию места, а две девушки организовали первую медицинскую помощь.

— Я художественной вышивкой увлекалась. В общем, когда стало понятно, что биогелем и перевязками уже не обойтись, шить надо, пришлось вспомнить. Я старалась, ровненько так вышло. А он, — Таха показала кружкой на Королева, — громче всех ржал, когда увидел.

Дмитрий помнил. Фонарики, собранные в люстру. У них не то, что биогеля, антисептика почти не оставалось. Стонущий парень, из гражданских специалистов. Одна из девушек, собственным весом прижимающая его ноги, уговаривающая: «Потерпи, немножко потерпи, все будет хорошо». И вторая. Залитая кровью одежда, бордово-коричневые разводы на лице и красные, будто лакированные руки, воздетые вверх. Резкий, хрипящий голос: «Заберете раненого, когда закончу». Штопка крестиком. По внутренней стороне бедра.

Ранеными были почти все. Девушка, прижимавшая ноги, тоже. Осколочное в мягкие ткани. Зашитое. На этой, второй, только синяки и ссадины. Дошла до бота сама. Села и отключилась.

— Я тогда постбоевой очень сильный словила. И всерьез задумалась, чем хочу заниматься. Мы как вляпались-то. Грант у университета был на исследования изменений социально-психологического состояния людей, долгое время пребывающих под воздействием физиологического и психологического стресса. Теперь руки бы по самые уши оборвала тому, кто так тему сформулировал и, самое главное, совершенно неподготовленную молодь отправил. А тогда, да, рвалась, радовалась, что все отборы выиграла. У меня ж не у кого ж, красные дипломы за бакалавриат и магистратуру, первый курс аспирантуры с отличием, статей по тематике целых пять. Все бы обошлось, но звезды встали не просто криво, а с переподвывертом. Руководителя нашего, который, кстати, за пределы стационарной базы и не собирался, накрыло банальным приступом аппендицита. За старшего остался новоиспеченный кандидат наук, очень увлеченный и инициативный был молодой человек.

— Был? — Кто спросил? Не важно.

— Ну сейчас всяко немолодой. А тогда… В выборку попали несколько бойцов того самого отделения. Их, как на грех, перевели на ту самую точку. Нам дня не хватило, чтобы опрос закончить. Но мы ж ждать не можем, мы ж к руководителю за помощью не обратимся. Мы манатки соберем и рванем, вперед, на подвиги.

— Как вас вообще… выпустили? — Это Дэн.

— Бумага была. На режим благоприятствования. Всевозможного. — Секретарским голосом проговорила Таха. — Ей наш временный руководитель и воспользовался. Срывается программа, будете виноваты, архиважные исследования и далее по списку. Подозреваю, что он сумел всем так надоесть, что руководство базы плюнуло и решило убрать с глаз долой. Тем более, что ничего не ожидалось.

— Угу. — Подтвердил Дима. — У нас вообще-то дежурство там почти курортом считалось. Капитальные строения, лес, речка. Красота. Как обычно, кто ж знал… Инсургенты свои планы с федералами как-то редко согласовывают.

— Ну да. Сидим мы, интервью берем, парни в форме, красивые такие, вокруг нас круги нарезают. Один, помню, даже букетик собрал. И вдруг, все. Они нас внутрь, в подвал… — Она прервалась и неожиданно закончила — А потом прилетел Королев и всех спас.

— Как всегда. — Криво усмехнулся Кир.

— Мне почему-то приятно считать, что начало этой доброй традиции было положено именно тогда. — Отсалютовала Наталья кружкой. — Так вот, отхожу в госпитале от шока и понимаю, что с профессионально-военной точки зрения произошел небольшой инцидент. Я проверила, он даже в сводку боевых действий попал исключительно из-за присутствия гражданских специалистов. Отхожу от шока и думаю, как же хреново приходится тем, кто не меньше суток, как мы, и не по мягким тканям, а по серьезному. Это я потом нелинейную корреляцию вывела, модели, — она подмигнула Илье, — построила. Тогда просто решила, что буду этим заниматься.

— И занялась. — Хмыкнул Королев-старший. — На Карадаге меня специально в штаб вызвали, велели, как ты сказала — режим всевозможного благоприятствования? Вот его и обеспечить группе ценных специалистов.

— Орал он тогда… Нет не на меня. На тех, кто ему такое счастье сосватал. С субординацией у вашего командира, лейтенант Королев, всегда были ба-альшие проблемы. Но ничего, сработались. Потом еще несколько раз пересекались. Нормально было. Или как, Дим?

— Нормально. — Подтвердил он. — Сама по дури не лезла и своих не пускала.

— Мне первого раза хватило, чтобы специально искать. — Она снова отхлебнула пива.

— И что, больше ни разу не влипли? — Недоверчиво поинтересовался Кир.

— Почему? Влипли, и не раз. Только не так сильно. С нашими объектами исследования удобнее всего в госпиталях, приближенных к зоне боевых действий, было работать. А там, сами понимаете, всякое случается. На Карадаге, кстати, первый раз увидела, как дексов утилизируют. Так странно было. Людей сразу в госпиталь. А этих, похожих очень, просто на бетон. У него судороги, жив еще, но никто не подходит. Подождали, пока все затихнут, и уволокли. Такие же дексы уволокли. — Наталья допила до дна, жестом попросила добавить. — Там угли не перегорят?

— Нет, я слежу. — Откликнулся Дэн.

— Ну вот. Чаще всего получалось, что как влипнем, у медиков рабочих рук не хватает. Так что все мои квалификацию либо младшего, либо среднего медицинского персонала получили.

— А вы? — В голос проявили профессиональный интерес врач и парамедик.

— Медицинская сестра. Две специализации, терапия и хирургия. На анестезиологию замахиваться не стала, слишком там специфично. Правда, я уже больше пяти лет подтверждение не проходила. Некогда, да и незачем. — Пожала она плечами и продолжила. — Последний раз мы с Димкой повстречались на Рунабаси. Наша группа, как обычно при госпитале, а он туда кого-то из своих проведать приехал. Потом их подняли по тревоге, а мы остались.

— Кто ж знал… — Процедил Королев.

— Угу. Армия начала масштабную зачистку, и, как обычно, ничего не предвещало. — Таха выцеживала пиво длинными глотками. — Дэн, по-моему, мясо пора. — Отвлеклась она снова.

— Уже. — Ответил рыжий, пристраивая шампуры. — Вы продолжайте.

— Да там… все банально. Противника выбили с баз, он рванул куда получилось. Вот, у кое-кого получилось в нашу сторону. Командование с приказом на эвакуацию медлило, опасались, что дорогу перережут. Там не шебские джунгли, но местный лес — тоже мало приятного. Потом наверху решили, что опасность по дороге и опасность того, что выйдут прямо на госпиталь примерно уравнялись. Отдали приказ. Первый конвой прошел спокойно, а нам не повезло.

— Уйти с первым ты, конечно, не могла. — Произнес Дима в пространство.

— Места не было. Туда совсем тяжелых грузили. Плюс настоящий медперсонал, если в пути вдруг что с кем. — Она допила вторую кружку, сама потянулась к кегу.

— Не частишь? — У Киры поджатые белые губы, сухие, блестящие глаза.

Степанова отмахнулась:

— Разложу, если много будет. Перевод продукта, конечно, но как-то на сухую неприятно очень вспоминать.

Она смотрела как Дэн поворачивает мясо. Димка сквозь зубы выругался. Ассоциации, мать их за ногу.

— Накрыло нас ровно на полпути. Место поганое, технике с дороги свернуть некуда. Головную машину подбили сразу. Замыкающую как-то так приложили, что у нее вся электроника сгорела, сама она боком съехала и накренилась. Как навес. Это нам потом и помогло. Командир сопровождения понял, что происходит, собрал всех, включая легко раненых, оставшимся приказал уходить, кто может, в лес. Правильно, вроде бы. Только как уйдешь? Парни совсем молодые с переломами, проникающими — бросить их?

Женщина не отводила взгляда от углей.

— Сопровождение приняло встречный бой. Они нам время выигрывали как могли. Но… ребята, кто в сознании был, решили, что так просто не пойдет. Обстрелом зацепило второй транспорт. Мы всех неходячих под последний, наклоненный. Как-то понятно стало, что по рабочим механизмам прицельно бьют. Когда с сопровождением разобрались, и дроны прилетели, всех успели перетаскать, термопленка была транспортная, из нее что-то вроде занавески или полога соорудили. До сих пор не знаю, правильно сделала или наоборот. — Встретила вопросительные взгляды. Только Дима сидел, опустив голову. Пояснила. — У меня по специфике работ офицерский допуск был. Он на госпитальных мэри распространялся. Перекинуть на кого-то другого не могла, все со статусом раненых, исключено. Если бы я от транспортов ушла, обе мэри за мной тоже. Может быть, получилось бы так, что дроны за нами улетели, всех остальных в покое оставили.

— Трассеры? — Уточнил Кир.

— Нет, плазмоплюйка. Горело там… Хорошо горело. Но мы всех упаковать успели.

— Кроме себя. — Не поднимая головы, выдавил Дмитрий.

— Да. Девчонки меня с краю впихнули. Сами снаружи полога остались, просто под кузовом.

Наталья уставилась в кружку.

— Они разумными оказались. Только это потом поняли, когда на нас наши вышли. — Последние слова сквозь сцепленные зубы. — Они до последнего сигнал передавали. Иначе… помощь бы сильно опоздала.

— Так они и должны были сигнал подать, по программе. Почему разумные-то? — Удивился лейтенант МЧС.

— Кирилл, ты же протокол для мэри при угрозе малотранспортабельному охраняемому объекту должен помнить. Как там?

— Подать сигнал, сменить дислокацию, затаиться…

— А повторная подача сигнала?

— Либо по истечении установленного времени, либо при устранении угрозы. — И добавил упавшим голосом — Понял.

— Еще нет. Это мэри из госпиталя, расположенного в зоне вероятных боевых действий. У них спецдополнение стояло на уклонение от разного вида специфических военных опасностей. Там четко прописанный пункт — при атаке дронов максимально снизить активность процессора и прочую активность, если нет иного прямого приказа.

— Да. — Подтвердил Дэн, уже снявший мясо с мангала, — по умолчанию дроны настроены сначала киборгов выбивать. Ориентируются как раз по работающему процессору. Дексов в боевом режиме моментально определяет.

— Я никакого приказа не отдавала. Жарко уже было очень. А они… они пока могли не останавливались. По этому сигналу для нас помощь и отправили, как только уловили.

Молчание. Гаснут в мангале угли.

— А потом? — У Леночки дрожит голос.

Таха вдруг широко улыбнулась и развела руками, едва не расплескав остатки пива:

— А потом я не знаю. Была несколько не в себе. У Димы спрашивайте.

— Да что там спрашивать… — прогудел Королев-старший. — Давайте лучше мясо есть. — И про себя подумал, что потом может и не получиться.

— Мясо? Давайте! — Наталья тут же впилась зубами в кусок шашлыка. — Кстати, ты мне это обещал, как раз когда последний раз в живую видел. Вот, дождалась наконец.

Дмитрий нарочито-бодрого тона не принял:

— Последний раз я тебя в живую, если так можно сказать, конечно, в криокамере видел.