Мальчик-Который-Слишком-Осторожен (джен)

— Мистер Флинт, у меня просто нет слов, чтобы выразить, до какой степени я разочарован, — с чувством сказал Слагхорн.

После игры этих горе-спортсменов хорошенько пропесочили, но они уже успели расслабиться и обо всём забыть. Теперь моя очередь сказать им пару ласковых.

— Прежде всего, я не желаю слышать разговоров о том, что команду якобы подставили, когда изменили порядок игр! Если бы вы дали себе труд немного задуматься, то смогли бы понять, что дело обстоит с точностью до наоборот. Я предоставил мистеру Малфою идеальную возможность громко заявить о себе. Мисс Чанг так же неопытна, как и он, но у неё не было «Нимбуса» последней модели, — указал зельевар. — Если мистер Малфой не сумел воспользоваться столь явным преимуществом, ему некого винить, кроме самого себя.

Драко хотел что-то возразить, но под взглядом Слагхорна увял.

Гораций не стал тратить время на бесполезные увещевания по поводу честной игры; вместо этого он заговорил с квиддичистами на понятном им языке:

— За последние семь лет выпускников Слизерина, пробившихся в профессиональный квиддич, было только двое. Барсуков — вдвое больше. Воронов — шестеро, а львов — целых одиннадцать. И это несмотря на то, что Слизерин все эти годы завоевывал кубок по квиддичу. Знаете, почему так получилось?

Убедившись, что никаких догадок от семерки спортсменов он не дождется, Слагхорн терпеливо объяснил:

— Скаутов от команд интересуют не только результаты матчей, помимо этого они наблюдают за поведением игроков. Потому что в профессиональной лиге не будут смотреть сквозь пальцы на грубые нарушения в ходе соревнований, как у нас в Хогвартсе. За такую безобразную игру, как вы продемонстрировали на прошлой неделе, профи не вылезали бы из пенальти! Хуже всего то, что из-за подобных привычек команда расхолаживается и начинает деградировать. Не спорьте, мистер Флинт! Мне-то есть с чем сравнивать!

Маркус Флинт привык к тому, что декан Слизерина смотрит сквозь пальцы на тренировки, подбор игроков и всё остальное, связанное с командой, до тех пор, пока они выигрывают. Теперь он нутром чуял, что его вольготная жизнь заканчивается.

— Вы слизеринцы, господа! Вспомните об этом, и попробуйте начать играть, как слизеринцы! А грубая сила — последний козырь дилетантов!

* * *

Доркас Медоуз закончила проверять очередную порцию эссе о Непростительных; на полях красными чернилами пестрели надписи с восклицательными знаками.

Ну вот что прикажете делать с неучами, которые пишут, что Круциатус якобы можно использовать, как дефибриллятор? Да еще слово «дефибриллятор» ухитряются написать с тремя ошибками!

Недовольно вздохнув, она отодвинула кресло и подошла к окну. На поле для квиддича тренировалась гриффиндорская команда. Волшебница немного понаблюдала за ними, после чего вынуждена была констатировать, что новый ловец ничем не лучше предыдущего, и шансы на победу у красно-золотых близки к нулю.

Джимми был бы страшно разочарован, что его сын не играет в квиддич.

Доркас тут же одернула себя. Нельзя судить о мальчике, основываясь на том, что она помнит о его отце. Такой подход, когда дело касалось Гарри Поттера, был бесполезен. Слагхорн, увы, оказался прав на сто процентов.

«Ты пыталась говорить о его родителях? Зря. Обычно сиротам больше всего на свете хочется об этом услышать, но Гарри Поттер сделан из другого теста. Родители для него — это абстрактное понятие, два лица на колдографии. Что бы тебя не связывало в прошлом с Джеймсом и Лили, для Гарри это всё пустой звук. А вот знания он ценит дорого. Заметь, не какие попало; теоретические концепции его не впечатляют, только то, что приносит практическую пользу».

Правда, попытка заинтересовать мальчика зельеварением тоже оказалась провальной. Доркас быстро осознала, что сможет сделать из Гарри сносного зельевара, но грань, отделяющую ремесленника от Мастера, ему не переступить. И не похоже, чтобы Поттера-младшего это сильно заботило. Он, конечно, честно отучится и честно сдаст экзамены, чтобы потом в случае необходимости сварить простые зелья, но её предмет — не то, что Гарри бросится штудировать с горящими глазами.

И всё равно Доркас не собиралась сдаваться. Теперь это было уже выполнение завуалированной просьбы Дамблдора; она была задета за живое и сама хотела добиться успеха. Пробить стену равнодушия и недоверия, которую воздвиг вокруг себя маленький Поттер, чего бы это ни стоило.

* * *

— Мистер Флинт, вы, кажется, забываетесь, — оборвал протесты капитана Слагхорн. На круглом лице зельевара не было ни следа обычного для него добродушия. — Вы имели бы право решать, кто может играть в команде, будь вы ее владельцем. А вы даже не тренер. Вы всего лишь капитан. И мне не составит труда избавить вас от этого украшения, — пухлый палец декана постучал по капитанскому значку Флинта, — если я решу, что ваши действия идут во вред факультету.

Впервые за год добродушный толстяк показал зубы. И внезапно пронизывающий взгляд Снейпа и его реплики, полные яда, показались не такими уж впечатляющими; почти отеческий взгляд в сочетании со стальными нотками в голосе пугал куда больше.

Впервые за десяток лет слизеринская команда по квиддичу столкнулась с необходимостью перемен.

Раньше можно было даже не мечтать о том, чтобы попробоваться в команду без разрешения Флинта. Поэтому среди серебристо-зеленой команды уже много лет не было ни женщин, ни полукровок. Маркус считал, что женщинам в квиддиче не место, и никакие ссылки на талантливых и успешных квиддичисток не могли сдвинуть его с места. Но его точка зрения кардинально не совпадала с точкой зрения Слагхорна, который настаивал, что все желающие попасть в команду должны получить шанс попробоваться.

Чтобы не выглядеть пристрастным, декан Слизерина настоял на состязании между представителями основной команды и претендентами. Сначала силами померились охотники и вратари, потом загонщики. Ловцов Слагхорн оставил напоследок.

Результаты состязания вызвали у Флинта смешанные чувства. Охотников и загонщиков, способных составить хоть какую-то конкуренцию его ветеранам, не обнаружилось. Драко Малфой сиял, одержав верх над Теренсом Хиггсом, прежним ловцом Слизерина. Хиггс, вынужденный в этом году покинуть команду из-за желания Люциуса Малфоя сделать своему сыну приятное, неплохо выступил, но поймал на два снитча меньше, чем Драко. Зато полукровка Трейси Дэвис, которая до этого и не мечтала попасть в команду, произвела настоящий фурор — она поставила рекорд дня по числу пойманных квоффлов, пропустив только один из десяти.

Флинт, который по-прежнему считал, что женщинам в квиддиче не место, не нашел поддержки даже среди сокомандников. Они все видели феноменальные результаты, которые продемонстрировала Дэвис, и уже предвкушали, как она утрёт нос гриффиндорским охотницам.

Терри Хиггс всё же вернулся в команду, пусть и не в основной состав. Но бывший ловец философски рассудил, что его должна радовать даже роль на скамейке запасных. У других и того нет.

А если Малфой опять накосячит, он из запасных запросто может вернуться в основную команду.

* * *

Но были у отбора в команду и другие последствия, на которые профессор Слагхорн не рассчитывал.

Победа над Хиггсом вернула Драко Малфою самоуверенность, частично утраченную после матча с Когтевраном. Стоит ли удивляться тому, что голову бледнолицего слизеринца посетила очередная гениальная мысль?

«Если завтра выиграют гриффы, шансы Слизерина получить кубок увеличатся. А вот если выиграет факультет умников — наши шансы уменьшатся почти до нуля. Значит, нужно сделать так, чтобы вороны не выиграли».

Чжоу Чанг спешила на тренировку, когда на лестнице между пятым и четвертым этажом ей повстречались Крэбб и Гойл. Когда она пробегала мимо них, Гойл как бы невзначай врезался в нее плечом. Правда, «невзначай» в его исполнении выглядело не слишком убедительно.

Малфой, который подстраховывал своих вассалов с безопасного расстояния, спрятавшись за доспехами, видел, как азиатка пошатнулась, но каким-то образом сумела сгруппироваться и удержаться на ногах.

-Эй, смотри, куда идешь! — сердито крикнула китаянка, отступив на шаг.

Драко зашипел сквозь зубы, как настоящая змея; всё пошло не так, как он планировал. Хотя план был донельзя простым. Крэбб и Гойл должны были «случайно» столкнуть Чанг с лестницы. Она упадет, сломает себе что-нибудь и не сможет на следующий день играть. Впрочем, у Малфоя хватило ума дать Винсу и Грегу указания на случай, если события пойдут не совсем по сценарию.

Крэбб, набычившись, шагнул вперед и тоже попробовал толкнуть китаянку. Это уже никак нельзя было списать на случайность. Темные глаза Чжоу сузились, и она потянулась за палочкой. Но Малфой был начеку.

— Экспеллиармус! — палочка, вырвавшись у неё из руки, покатилась по ступенькам вниз. Ободренный успехом, Драко хотел было запустить в Чанг ещё чем-нибудь, но его вассалы ухитрились встать настолько неудачно, что он не смог бы выпустить заклинание, не задев одного из своих.

Что сделает хрупкая на вид ведьмочка, если на неё наступают двое громил-тяжеловесов, а палочки у неё нет? Побежит? Будет звать на помощь? Чжоу не сделала ни того, ни другого. Она метнулась вперед, сходу нанося удар в солнечное сплетение наступавшему на нее Винсу. Воздух из Крэбба вышибло, он захрипел, согнувшись, и тут же «поплыл», получив коленом по физиономии. Развить успех Чжоу не дали; ей тут же пришлось пригнуться, уворачиваясь от просвистевшего над головой тяжелого кулака. Гойл, не ожидавший такого от миниатюрной китаянки, пришел другу на выручку.

После еще нескольких размашистых ударов, ни один из которых не достиг цели, Чжоу стало понятно, что Гойл что-то слышал о боксе, но правильную боксерскую стойку ему никто не ставил. Дождавшись очередной попытки пробить ей в голову, она жестко двинула его каблуком в голень. Грег рухнул и завыл дурным голосом, схватившись за поврежденную ногу. А Чжоу, развернувшись, осыпала градом ударов Крэбба, неуверенно пытавшегося подняться на ноги, отправив его в нокдаун.

Драко нервно сглотнул, пораженный быстрой, но впечатляющей расправой китаянки над его вассалами. Он нерешительно поднял палочку, перебирая в уме подходящие заклинания...

БАХ!

За спиной Малфоя раздался громкий хлопок, а потом что-то притянуло ему руки к бокам с такой силой, что он выронил палочку.

* * *

Чжоу Чанг стояла в боевой стойке, стараясь восстановить дыхание.

Она не должна была так быстро устать; бой, если его можно так назвать, длился меньше двух минут. Да и противники ничего особенного из себя не представляли. Крэбб был просто горой мускулов с крошечным мозгом, да и Гойл недалеко от него ушел. А вот Чжоу занималась рукопашным боем с тех пор, как ей исполнилось девять,

Но относительная свобода, которую она обрела в Хогвартсе, сыграла с юной китаянкой злую шутку. Чжоу не забросила тренировки, но позволила себе расслабиться и сократить их до пары часов в неделю. И это, увы, сказалось на её физической форме не лучшим образом.

Дядя Чжэнь был бы разочарован.

— Кажется, это твоё? — знакомый голос отвлек её от мыслей о дяде.

— Спасибо за помощь, Поттер, — сверкнула Чжоу белоснежными зубками, когда Гарри протянул ей палочку.

— Судя по тому, что я видел, ты справилась бы и без меня.

— Только не надо меня утешать! Никогда не прощу себе, что позволила этому слизняку и его гориллам застать себя врасплох! — воскликнула она, покосившись на спеленутого Малфоя. — Мне следовало самой догадаться — там, где эти двое, где-то неподалеку обязательно должен быть их хозяин. Кстати, чем это ты его скрутил?.. — она изо всех сил старалась сохранить серьезный вид, но вид слизеринского «принца», который извивался как червяк, безуспешно пытаясь освободиться от опутавших его лент, мог бы рассмешить даже каменную статую.

* * *

Крэбба с Гойлом отлевитировали в больничное крыло пуффендуйские старосты, по такому случаю прервавшие патруль. А Малфой, замотанный разноцветными лентами, как рождественский подарок, вынужден был прогуляться к профессору Флитвику. По пути откуда-то вынырнул Колин Криви с колдокамерой, и, к ужасу Драко, сделал несколько снимков торжественной процессии. Малфою хотелось провалиться сквозь землю или впечататься головой в стенку, чтобы не видеть этого. Он был уверен, что к завтрашнему дню компрометирующие колдофото разлетятся по всему Хогвартсу.

Вернувшись в когтевранскую гостиную после беседы с деканом, Гарри мысленно поздравил себя. Он, конечно, знал о попытках Малфоя взбаламутить против него Слизерин, и даже начал прикидывать, не пора ли нанести превентивный удар. Но Гарри даже мечтать не мог, что белобрысый змееныш так глупо подставится.

Пока Чжоу Чанг выбивала пыль из малфоевских миньонов, а Драко пялился на это неверящими глазами, подкрасться к нему незаметно оказалось проще простого. У Гарри было более чем достаточно заклинаний, чтобы обездвижить Малфоя или вывести его из строя, но он предпочел воспользоваться новинкой от «Зонко» — хлопушкой, выстреливавшей не конфетти, а разноцветные ленты. Когда Гарри заказывал их совиной почтой, он рассчитывал использовать хлопушки, чтобы сбивать противников с толку. Но первое же испытание ленточной хлопушки выдало оказался неожиданный результат — яркие, но прочные ленты обвились вокруг тренировочного манекена, как змеи вокруг Лаокоона, намертво зафиксировав ему «руки».

Такой выбор был не случаен. Проанализировав свой арсенал для самообороны, Гарри сделал вывод, что в большинстве ситуаций пускать в ход серьезное оружие всё же не стоит. Будет лучше, если он сможет одерживать победы, не перепугав при этом половину Хогвартса. Пенни права; он и без того уже слишком выделяется на фоне остальных второкурсников.

К тому же для такого сноба, как Малфой, будет куда унизительнее, что его одолели не каким-нибудь заковыристым заклинанием, а хлопушкой из магазина шуток.

Теперь, когда помеха в лице Малфоя была временно устранена, ничто не мешало Гарри вернуться к осуществлению запланированного им еще в сентябре. До Йоля оставались считанные дни, и следовало ещё раз всё перепроверить.

* * *

Стоявший на полочке инструмент, похожий на игрушечный флюгер, заскрежетал и бешено закрутился против часовой стрелки, после чего с шумом взорвался; Дамблдор едва успел поставить щит.

Ну конечно, Йоль — идеальное время для ритуала отторжения. Теперь волосы, кожу и кровь, взятые у Гарри, было невозможно использовать в ритуалах, что делало инструменты Дамблдора бесполезными.

Фоукс, едва не свалившийся с подставки, немузыкально выразил свое отношение к происходящему.

— Да-да, Фоукс, ты совершенно прав, — согласился Дамблдор, плавными взмахами палочки устраняя повреждения, нанесенные кабинету. — Слежка по крови — это неэтично. Но как иначе, скажи на милость, мне узнать, если Гарри решат похитить? Приставить к нему телохранителей у меня нет возможности.

Я даже Орден активировать не могу — устав не позволит.

Дамблдор был связан клятвой и мог активировать медальон главы Ордена Феникса, только когда возникает прямая угроза магической Британии. Прямая, а не бесплотный дух, витающий неизвестно где.

Следовало быть готовым к тому, что такой вдумчивый и осторожный мальчик, как Гарри, узнает о магии крови и решит себя обезопасить. Но Дамблдор надеялся, что у него будет больше времени.

Как только директор вставил выбитые взрывом стёкла, в кабинет ворвалась МакГоннагал. Он сразу понял, что случилось что-то из ряда вон выходящая. На лице Минервы читалась паника, её губы дрожали, а черная шляпа была залихватски сдвинута набок. Строгая преподавательница Трансфигурации никогда не позволила бы себе подобного беспорядка в одежде.

— Альбус, ты должен это видеть!..

* * *

Гарри понял, что, возможно, ошибся в оценке опасности самозваного Наследника Слизерина, когда ученики, возвращавшиеся в гостиную после рождественского пира, обнаружили в одном из коридоров Колина Криви. Его постигла та же участь, что и Миссис Норрис — он окаменел.

Пока другие когтевранцы горячечным шепотом спорили, что могло случиться с Колином, Гарри лихорадочно соображал.

Он всюду таскался с колдокамерой; а вдруг она уцелела, и на снимке найдутся какие-то улики?

Надежды, что колдофото, сделанные мелким гриффиндорцем, прольют свет на личность преступника, развеялись без следа, когда Гарри добежал до больничного крыла. Из разговора Дамблдора с МакГоннагал, услышанного через полуоткрытую дверь, он узнал, что директор успел открыть колдокамеру Колина. Само собой, снимок оказался засвеченным.

И как прикажете это понимать? Глупая случайность или намеренное уничтожение улик?

Но всё же пробежку по Хогвартсу нельзя было считать совсем уж бесполезной. Прежде чем улизнуть, Гарри успел услышать кое-что важное.

«Тайная комната снова открыта». СНОВА!

Оставалось только выяснить, когда это случилось в прошлый раз. И тогда у него появится первый ключик к разгадке.