Теневая звезда (джен)

Тени Теневой Звезды — мои яростные, искажённые дети — обрушились на стройные ряды Пика и Треф. «Король Разбитых Сердец» сеял хаос, его аура отчаяния заставляла гвардейцев ронять оружие и рыдать. «Валет Кровавых Слёз» визжал от восторга, его обжигающие слёзы оставляли дымящиеся шрамы на самой ткани пространства. «Клинок Возмездия» бился со своим оригиналом — два воина, два воплощения ярости, крушащие всё вокруг в слепой ненависти.

— Вару! Смотри! — «Валет Кровавых Слёз» подлетел ко мне, весь в брызгах чужой энергии, похожей на кровь. — Я оставил Пику «слезинку»! Прямо на мантии! Хи-хи-хи!

— Молодец, Кровавый! — парируя луч «чистоты» от Эммы сгустком живой тьмы, крикнул я. — Теперь сделай ему «соплю»! На самую макушку короны!

Но мой смех застрял, превратившись в ком ледяного ужаса. Я увидел его.

Зонтика.

Он не плакал. Он жался к груде вибрирующих камней, но в его руке… в его руке был крошечный, мерцающий обломок. Знакомый до боли. Осколок той самой хрустальной подставки из кабинета Фёдора. Осколок, который теперь, как я почувствовал кожей, притягивал мои собственные тени.

— ШУТ! К НЕМУ! ОТБЕРИ ЭТУ ШТУКУ! — крикнул я, и в голосе прорвался страх, которого я не слышал в себе уже целый год.

«Шут Скрытых Путей» материализовался за спиной Зонтика, его теневая рука уже тянулась к кристаллу.

— Шшши! Моя игрушка!

Зонтик вздрогнул. Но в его глазах, подёрнутых влажной пеленой, не было прежнего страха. Только отчаяние. Или… та самая, давняя, скрываемая зависть? Он не отдал кристалл. Он сжал его в кулаке так, что из ладони брызнули алые искры.

— Нет! Хватит! ХВАТИТ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАТЬСЯ! — его голос, обычно писклявый, сорвался на рёв. — Я НЕ ШУТ! Я НЕ ПЛАКСА! Я… Я…

Он вскрикнул — не от боли, а от последнего отчаянного усилия. Кристалл в его руке вспыхнул.

Не тёплым, а ослепительно-белым, холодным светом. Светом чистого стирания. Не разрушения — аннулирования.

И луч этого света ударил…

Не в Шута.

Даже не в меня.

Он ударил прямо в пылающую у меня на груди карту — в самое «Сердце Тени».