Как и ожидалось, моя школьная геройская жизнь не удалась (гет)

(Интерлюдия: Бакуго)

День за днём школа была одной и той же унылой хренью. Хотя, ладно, кое-что всё-таки изменилось. На днях Хикигая воспользовался тем, что вокруг нас толпились зеваки, и устроил всем такой пинок под зад, что мало никому не показалось. Лично я смысла в этом не видел. Если ты уже в Юэй и до сих пор сам не носишься как угорелый, вкалывая, с какого тогда хера мне или кому-то ещё с тобой возиться? Но с тех пор бесполезной болтовни стало по минимуму, у пары человек в классе даже появился какой-то огонёк в глазах, и даже Деку перестал быть ходячим нытиком и начал понемногу походить на человека.

Хотя если в следующий раз Деку попытается прикольнуться, будто обошёл меня, батрача вполсилы, он будет плеваться зубами.

Короче, может, и был толк в том, чтобы всех расшевелить. По-чесноку, я и сам должен был до этого додуматься. Какой смысл быть номером один в стае неудачников? Я так прошёл всю среднюю школу — и что в итоге? В Юэй я оказался где-то в первой пятёрке. Даже не на третьем месте, а в зоне утешительных призов.

Да пошло оно всё на хуй.

Если единственный способ создать себе нужное давление — это давать поджопники стаду лузеров, я им хоть взрывчатку под задницы подложу, если придётся. Впрочем, особо напрягаться не пришлось — Хикигая и так с этим отлично справлялся.

— Итак, класс, — сказал в начале классного часа Гусеница-сенсей, — знаю, вы все заняты подготовкой к Спортивному Фестивалю, так что сегодня у нас свободный урок. Подтягивайте хвосты, поспите — мне всё равно.

— Вообще-то, сенсей, — сказал Хикигая, бросив взгляд на Хвостик, — раз у вас на нас нет планов, я бы хотел кое-что объявить классу.

— Делайте что хотите, — буркнул Гусеница.

Хикигая открыл сумку, вытащил приличную пачку бумаги и понёс её к учительскому столу. Разделив на четыре стопки, он вручил по одной Кудряшке, Летуну, Шестирукому и Невидимке, а те начали раздавать их по рядам. Когда Невидимка взяла свой экземпляр и передала его мне, я увидел стопку из пяти-шести листов, скреплённых степлером. На первом справа были напечатаны пять фотографий, а слева — текст.

— Как ваши классные представители, мы с Яойорозу решили, что должны как-то поддержать класс 1-А на Спортивном Фестивале, — сказал Хикигая с самодовольной рожей, — поэтому мы составили список лиц и причуд всех из 1-B, а также нескольких учеников с общего курса, которые могут представлять реальную угрозу.

Вот вам, сука, и наглядный пример.

Повисла ошарашенная тишина, которую нарушало только бормотание Деку с парты позади меня:

— Даже когда Хикигая-сан улыбается, легче не становится, да?

Ну и, само собой, вся орава тут же загалдела:

— Что за фигня?

— А это разве честно?

— Откуда ты вообще достал все эти фотки?

— Нам это и правда нужно?

Идиоты. Если у тебя есть нечестное преимущество — ты, блин, им пользуешься. Это и отличает победителей от лузеров. Сам я уже читал первую страницу. Парень с повязкой на голове, что-то там сваривает — не угроза. Клейкоголовый, плюётся клеем — если не застанет врасплох, то похуй. Странная башка в виде диалогового окна, болтливая причуда, как у Сущего Мика, — раздражает. Череполицый, превращает вещи в зыбучий песок, — просто смотреть под ноги, и всё будет пучком. Летунья... чёрт, у меня уже есть Летун. Так... «причуда: Силовой Треугольник. Может летать, обладает суперсилой и суперпрочностью, но только что-то одно на полной мощности». Значит, противоположность Летуну: бить, когда движется, а не когда стоит... Птичья Башка? Не, такая уже есть. Цыплёнок? Ладно, сойдёт.

— Спокойно, спокойно, по одному вопросу, — сказал Хикигая, умерив гвалт. — Каминари, ты первый.

— Как ты вообще всё это провернул, Хикигая? — спросил Туполицый, в шоке уставившись на досье. — Откуда все эти фотки?

Очевидно же, оторвал задницу от стула и поработал, тупица. Тебе бы тоже так иногда стоит делать.

— Ах, это был мой вклад, — вставила Хвостик. — Хикигая-сан попросил меня с помощью моей причуды Созидания сделать несколько незаметных камер.

— Шпионские камеры? — с изумлением посмотрела на Хвостик Кудряшка. — То есть, это же перебор, нет? Да, Спортивный Фестиваль важен, но... это, типа, как-то нечестно.

Да нахер какая разница? Хотя, мне вот интересно, почему они просто не сфоткали всех на телефоны. Может, чтобы не спугнуть класс 1-B? Или, зная Хикигаю, он втянул в это Хвостик, чтобы статистам было сложнее оспаривать его авторитет.

Ухмылка сползла с лица Хикигаи, и он впился в Кудряшку своим обычным вызывающим взглядом.

— Помнишь ту огромную толпу у наших дверей на днях, Миура? Они пришли поглазеть на нас, потому что мы класс 1-А, потому что мы реально дрались со Злодеями. Все смотрят на нас как на тех, кого нужно победить, чтобы использовать нас в качестве ступенек для своей карьеры. Как по мне, расклад уже не в нашу пользу. Это просто мой способ уравнять шансы.

Вот, блядь, именно. Любой, кто попытается использовать меня как ступеньку, наткнётся на мину, которая оторвёт ему яйца.

Наступила короткая пауза, во время которой я перешёл ко второй странице с досье. Скучный типок с причудой-сверлом? Взорвать. Рыжая с огромными руками? Взорвать. Стесняшка, которая уменьшает и увеличивает предметы? Тоже взорвать. Грибная девчонка? Её тоже взорвать и постараться не дышать. Черныш? Взорвать всё чёрное, и ему трындец. Ничего пока особо сложного. Тем временем Очкарик поднял руку, ожидая, пока его спросят. Когда Хикигая кивнул в его сторону, тот выпалил:

— Да! У меня вопрос! Изучить своих противников перед спортивным соревнованием это хорошая практика, но если у тебя есть возможности, которых нет у других, разве такие махинации не неспортивные?

Твою мать, и зачем я вообще слушал этот вопрос? Всё, я снова буду отключаться от Очкарика, когда тот говорит.

Хикигая кашлянул:

— Если вам от этого станет легче, Миура, Иида, то у класса 1-B тоже есть копировщик причуд, так что ничто не мешает им сделать то же самое, что и мы с Яойорозу, — он выдержал паузу и добавил: — Четвёртая страница, Тодороки, — вероятно, потому что Половинчатый уже строил какую-то идиотскую рожу. — Более того, у них могут быть даже преимущества перед нами, и они, возможно, уже провели разведку. На третьей странице есть две девушки с причудами, идеально подходящими для шпионажа, и как минимум одна из них ошивалась здесь на днях.

Я посмотрел. И да, Лохматая и Вьющаяся, судя по описаниям, обе могли быть отличными шпионками. Одна распадается на части, другая превращается в туман, но может делать его части твёрдыми. Небось, любая из них могла незаметно подсунуть глаз или ухо, чтобы подсмотреть, что мы делаем. О, у Вьющейся даже имя есть. Оримото, значит? Что-то вроде Курогири, который может ещё и вмазать, и Хикигая, похоже, знает, что она сильная? Хех. А вот это уже интересно! На той же странице Пёс, Жирдяй и Зеленоволосая выглядели куда более взрываемыми, но я всё равно их отметил для себя на всякий случай.

Невидимка подняла рукав.

— Моя причуда тоже хороша для шпионажа! Теоретически, я могу быть где угодно, муа-ха-ха! — она изо всех сил пыталась изобразить зловещий голос и, судя по положению рук, какой-то устрашающий жест, но... такое себе. — В следующий раз не оставляйте меня в стороне от такого веселья, ладно, староста?

Следом за ней Шестирукий и Длинноухая пробормотали что-то в том же духе. Я не особо слушал, я уже изучал четвёртую страницу. Похоже, Просящая Кирпича Морда и был тем копировщиком, о котором говорил Хикигая. Гайдзинка, Большеглазая, Седая и Железная Морда на его фоне выглядели поспокойнее, хотя Железная Морда, по крайней мере, казался способным выдержать пару ударов.

— А? А. Конечно, — запнулся Хикигая в ответ Невидимке и остальным. — В-в общем, если посмотрите на пятую страницу, я добавил туда тех двух парней с фиолетовыми волосами со вчерашнего дня. Я, собственно, из-за них всё это и затеял. У высокого — причуда с контролем разума, у низкого — липкие волосы. Любой из них может быть опасен, если застанет кого-то из нашего класса врасплох, особенно если они нацелятся на кого-то из наших, кто слишком дружелюбен или любит потрепаться. Лично я бы не хотел, чтобы кто-то из класса 1-А дал маху только потому, что кому-то повезло с такой-то причудой.

Последнюю фразу он произнёс, многозначительно посмотрев в мою сторону, и я перевернул страницу, чтобы увидеть, о чём он. А, блядь, этот парень и впрямь мог бы мне весь фестиваль запороть, если бы захотел. Мда уж. Меня разрывало между раздражением от того, что мне помогли, и смехом, когда я увидел три других пункта на странице, которые были заняты статистами из того теннисного клуба. «Натренированы Геройскими группами помощи №4 и №5, опаснее, чем можно подумать»? Хех, ну тут он прав.

Я оторвал взгляд от бумаги.

— Эй, Хикигая. У меня вопрос.

— Что такое, Бакуго?

— Не то чтобы я не оценил предупреждение, но разве тебе не выгоднее, если какой-то хер с общего вынесет меня до того, как я доберусь до тебя? Зачем ты вообще всем это раздал? Настолько уверен в своей победе? — я впился в него взглядом. Если он смотрит на меня свысока, я его захерачу!

Хикигая усмехнулся.

— Как ты, я уверен, помнишь, на нас совсем недавно напали Злодеи, — сказал он тоном, в котором слышались зловещие нотки, — и раз уж мы отбились, СМИ заинтересовались нами. Так вот, если несколько человек из класса выступят отлично, а остальные — фигово, пресса может подумать: «О, те, кто выступил отлично, просто вытащили на себе всех остальных». — “прямо как ак ты”, мысленно и неохотно добавил я про себя. — Но что если мы все выступим хорошо? Если, скажем, все шестнадцать мест в финальном зачёте будут за классом 1-А? — продолжил Хикигая, его взгляд стал острее. — Это покажет Злодеям, что нападения на учеников Юэй делают нас только сильнее. Это создаст нам всем репутацию учеников класса 1-А и даст лучшие шансы на стажировки. А для тех из нас, кто метит на вершину, выйти со Спортивного Фестиваля с репутацией «Аса сильнейшего класса в истории Юэй»... Такое звучит ничуть не хуже, чем «Победитель Спортивного Фестиваля Первогодок».

Повисла задумчивая тишина, пока мысль доходила до всех. «Ас сильнейшего класса в истории Юэй», да? Знаете, а мне нравилось, как это звучит. Через мгновение Лягушка добавила свои пять копеек в разговор:

— А ведь это будет хорошо и для Айдзавы-сенсея, ква? Сначала спас Всемогущего, а потом стал учителем Сильнейшего Класса?

Гусеница оторвал подбородок от груди. Казалось, его это немного позабавило.

— Я подпольный герой, Асуй. Мне в общем-то всё равно на мою репутацию в СМИ. Но делайте что хотите, вообще пофиг.

Тск, такой «подпольный», что сегодня утром о тебе вышло с полдюжины новостных статей. Удачи с анонимностью, Гусеница.

— План годный, — неохотно признал я. — Меня это бесит, но план годный.

Проклятье, почему я сам до такого не додумался? И утереть нос Злодеям, и заставить статистов в классе оставаться на уровне, чтобы от них была хоть какая-то конкуренция. Турнир всё равно будет забит статистами, так пусть это будут статисты из Класса 1-А...

— Но что насчёт 1-B? — спросила Бестолковая, переводя взгляд с бумаг на Хикигаю. — То есть, как сказал Бакуго, план очень продуманный, Хикки, но разве это не слишком жестоко по отношению к ним? Мне кажется, они тоже заслуживают внимания...

С какого хуя, интересно вдруг? Потому что поступили в Юэй? Так это мир про-героев, Бестолковая. Ты забираешь то, что можешь удержать.

Хикигая просто пожал плечами.

— Я не староста класса 1-B, — равнодушно сказал он. — Наверное, их староста работает над собственными стратегиями для успеха своего класса. А если нет, что ж, может, наблюдение за тем, как их класс разносят в пух и прах, научит их работать усерднее в следующем году. Да и если быть реалистом, полностью выбить 1-B из борьбы у нас всё равно вряд ли получится.

Верно. Будь я в 1-B, я бы, скорее всего, прорвался кулаками через любые планы Хикигаи, так что нельзя считать, что оттуда никто на такое не способен.

— Хикигая, — позвал Половинчатый. — Как и сказал Бакуго, план хороший, но я не намерен довольствоваться ничем, кроме первого места. Если твой план этому помешает, я от него откажусь.

Тск. Не знаю почему, но соглашаться с этим парнем было чертовски бесяче.

— Я и не собирался тебя просить об этом, — ответил Хикигая. — Судя по моим изысканиям, Спортивный Фестиваль обычно состоит из трёх этапов. Первый... это что-то массовое, в чём могут участвовать сразу все, вроде гонки или забегов на время, и обычно он отсеивает всех из не-геройских курсов, кто не тянет. Второй этап — обычно командное соревнование, чтобы показать навыки сотрудничества. Почти всегда после него остаётся Топ-16. А третий этап — почти всегда турнир. Я, кстати, составил список прошлых состязаний и всего такого. Мне напечатать его и принести завтра, чтобы все были в курсе дела, или...

— Придурок, — оборвал я его. — Возьми это у того, у кого оно уже есть, — я обернулся и бросил на Деку многозначительный взгляд.

Он пару раз моргнул, как олень в свете фар, прежде чем до его тупого мозга наконец дошло.

— А! Э-э, а-а, точно! У-у меня на самом деле уже есть несколько страниц об этом, можешь, ну, отксерокопировать их, Хикигая-сан, вообще без проблем!

Чёрт, ну что за дурацкая лыба? Ты и правда так рад, что я не забыл, какой ты задрот?

Хикигая кашлянул.

— В общем... ничто не мешает каждому выложиться на полную в первом и третьем этапах, так как это индивидуальные соревнования. Всё, о чём я прошу, это немного расширить определение «командной работы» для второго этапа: стараться формировать команды с другими из нашего класса и сосредоточить усилия на выбивании ребят из 1-B, а не наших одноклассников. Или, если не будет иного выбора, кроме как сражаться друг с другом, то хотя бы подождите, пока сначала мы не расправимся с 1-B. Таким образом, все сильнейшие в нашем классе получат шанс блеснуть в финале.

Половинчатый хмыкнул, что не было ни «да», ни «нет», а после этого остальные в целом согласились. Проклятье, каждый раз, когда Хикигая проворачивал такую хрень, меня это бесило. Начать со слов: «Я и без этого плана могу вас всех уделать», чтобы все поняли, что он делает это не для себя; потом подкинуть подачку статистам, чтобы создать давление на серьёзных соперников; а когда кто-то спрашивает: «А что, если я откажусь?», ответить: «Хочешь рискнуть тем, что я вынесу тебя до финала?» И он делает это так хитро, что половина класса, наверное, даже не поняла, как их только что развели!

Я бы бесился ещё больше, если бы не понимал, зачем он это делает. Все остальные в классе думали о том, как бы выпендриться и прославиться, но Хикигая? Он даже не думал о Спортивном Фестивале, он просто использовал его как оружие. Он превращал нас в армию, чтобы сражаться с армией Злодеев. И, честно говоря, меня это более чем устраивало. Так что, когда статисты начали обсуждать планы, как им объединиться, чтобы завалить 1-B, я присоединился к обсуждению. Если уж мы будем заниматься этой командной хернёй, то, наверное, пора выяснить, на что вообще способны причуды всех остальных.

108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108*108

Сначала я думал, что тренировать какого-то случайного статиста для хорошего выступления на Спортивном Фестивале — особенно лузера, который даже не собирается становиться профи — это полная трата времени. Хотя, в общем-то, это всё ещё было так. Но Хикигая, этот хитрожопый гад, видимо, рано просёк, что если мы обработаем нашего статиста, чтобы он «сам попросил о тренировках», то сможем и его подтянуть, и сами потренироваться, пока остальные бегают на побегушках у статистов с курса поддержки или позируют для художественных моделей с курса бизнеса. Единственной группой с таким же преимуществом была группа Летуна, и в их случае это произошло потому, что их статисты сами попросили. К тому же, как только Хикигая узнал, что их группа делает то же, что и мы, он как-то всё провернул так, что их статисты теперь отчитываются нашему статисту, и это была самая ржачная херня во всей этой затее с «Запросами на геройскую помощь», какую только можно было придумать.

Хотя нет, вторая по ржачности. Самой ржачной было то, как Сайка надирал задницу Туполицому на тренировках.

— Знаешь, это же ёбаный стыд, что ученик с общего делает это быстрее героя, — сказал я, злобно уставившись на жалкого блондина.

Зал для тренировок причуд был забит под завязку перед Спортивным Фестивалем, так что мы просто бегали спринты на стадионе, но это всё равно была хорошая тренировка — по крайней мере для тех, кто не филонил.

Туполицый посмотрел на меня, дыша чуть тяжело. Но лишь чуть; вместо того чтобы быть измотанным, он был просто немного уставшим.

— У меня не физическая причуда, братан, — сказал он. — Электричество не особо помогает бегать быстрее.

Пока мы говорили, остальные шесть героев и трое статистов на дорожках закончили свои упражнения. Поскольку тренировку вёл я, вместо того чтобы продолжать, все просто остановились и ждали моей следующей команды. А это означало, что у меня была аудитория. И раз уж статисты играли роль гражданских, мне — вместо того, чтобы просто орать на Туполицого, пока он не станет бояться меня больше, чем бега, — приходилось делать это «вежливо» и «скучно».

— У Сайки как бы тоже, — сказал я, скрестив руки на груди. — Хотя знаешь, это ведь твоё время, так что если не хочешь относиться к этому серьёзно, так и скажи, а не лей мне в уши эту хуйню.

— Братан, я отношусь к этому абсолютно серьёзно! — возразил Туполицый. — Просто у нас после этого тренировка причуд, так что я, ну, знаешь, экономлю силы.

Я усмехнулся. Вот же долбоёб.

— «У меня не физическая причуда, братан», — передразнил я его. — А быстрый бег никак не мешает тебе использовать электричество.

— Чувак, я и так едва контролирую свою причуду, и это когда я в хорошей форме! Если я хочу научиться держать её под контролем, чтобы не поджарить собственные мозги, я не могу быть полностью вымотанным на тренировке.

Объяснение звучало разумно. Оно было логичным.

Жаль его, конечно, но мне так-то насрать.

— Надо же, как хорошо, что на Спортивном Фестивале тебе ни в коем случае не придётся использовать причуду, будучи уставшим, — ядовито процедил я.

Вот что было хорошего в этой шараде под названием «Запросы на геройскую помощь»: то, что герой должен быть вежливым, не означало, что нельзя называть других идиотами. Просто нужно было делать это в стиле Ледяной Королевы и Хикигаи (они постоянно словесно мутузили друг друга, и им бы уже давно пора потрахаться и успокоиться), то есть с помощью сарказма, а не громкости.

— И я уверен, что если ты облажаешься со своей причудой, все наблюдающие про-герои отнесутся с пониманием, ведь ты просто устал. И как же хорошо, что все Злодеи в мире настолько любезны, что подождут, пока ты переведёшь дух перед тем, как ты кинешься на них своей причуды, а?

— Ладно, ладно, всё, — сказал Туполицый, поднимая руки в жесте капитуляции. — Я понял, ты прав, буду относиться серьёзнее.

— Вот и отлично, — сказал я и кивнул подбородком на дорожку. — Тогда можешь начать с того, что повторишь ту серию самоубийств, Туполицый. И как следует, на этот раз.

— Я...

Я сверкнул на него глазами, когда он начал было возражать. Видимо, две его извилины наконец-то сошлись, потому что он замолчал, глубоко вздохнул и бегом вернулся на дорожку.

Я усмехнулся ему вслед.

— Так, как только Туполицый закончит, перейдём к отжиманиям, — сказал я, поворачиваясь ко всем остальным. — Растянитесь сейчас, чтобы ноги не свело.

— Нэ, Бакуго, мне вот интересно, — сказал Летун, растягивая икры, — почему у тебя есть прозвища для всех, кроме Хикигаи-сана и Тоцуки-сана?

Я посмотрел на Хикигаю, который, конечно же, всё слышал.

— Хер его знает, — неловко буркнул я. — Для Хикигаи я так и не придумал ничего нормального, — во всяком случае, после того как он перестал быть «последним местом». — А Сайка, ну, он своё заслужил.

— Заслужил? — переспросил Статист №1, коротышка. — Нэ, Капитан, как тебе это удалось?

Сайка засмеялся и смущённо завёл руку за голову, но улыбался гордо.

— Ну, меня достало, что Бакуго называл меня Девчонкой, поэтому я поспорил с ним, что он будет называть меня по имени, если я выдержу одну из его тренировок. Меня стошнило дважды, но я справился!

Статисты №1 и №2 синхронно поморщились. Я подождал секунду, чтобы посмотреть, не попросится ли кто-нибудь из них на такой же спор, но никто не попросился. Вот поэтому они и статисты.

— Э? А так можно было? — сказала Бестолковая. — Нэ, Бакуго...

— Получишь больше девяноста баллов за контрольную по математике, тогда и поговорим, — усмехнулся я.

Бестолковая надулась.

— Это жестоко, Баку-баку!

— Эй...

— Проведёшь целый день, не огрызаясь и ни разу не ругнувшись, тогда и поговорим, — парировала она, показав мне язык.

Я закатил глаза.

— Да отъебись. Я прекрасно умею говорить вежливо, когда захочу.

— Бакуго, — сказала Ледяная Королева с приторно-сладкой улыбкой. — Ничего страшного, если тебя стошнит. Просто продолжай упорствовать, я в тебя верю!

Я продемонстрировал свою зрелость и сдержанность, молча показав ей средний палец под общий хохот. Тск, вот единственная проблема учёбы в школе, где не все сплошь статисты: девчонки здесь слишком, блин, языкастые. Это как оказаться в забитом туристами месте — вид может и красивый, но в ушах постоянно «бла-бла-бла».

— Кстати, раз уж мы заговорили о прозвищах, теперь мне интересно, — спросила Длинноухая. — Что у тебя с Мидорией? По-моему, я ни разу не слышала, чтобы ты разговаривал с ним тише восьмидесяти децибел. Вы же друзья детства, да?

— Да пошёл на хуй этот Деку, — рявкнул я, и она с несколькими другими инстинктивно отступила. — Деку конченый мудак.

Летун просто посмотрел на меня секунду, а потом поднял бровь.

— Похоже, у тебя есть веские причины злиться на Мидорию, — медленно произнёс он. — Но если ты не объяснишь...

— Угх, — простонал я. Как, блядь, вообще объяснить Деку? — Ладно. Короче, год назад Деку был, блядь, без причуды. Или типа того. Всемогущий дал мне послушать записи обсуждений после нашего боя, так что можно сказать, что у него «котёл ещё не закипел» или «реактор не достиг критической массы», но всё равно, по факту, он был, сука, беспричудным, — все вокруг кивнули в знак понимания, и я продолжил. — Этот гадёныш подал документы в Юэй безпричудным. И не просто беспричудным — он был тощим, не в форме, на физ-ре плёлся в хвосте, он был абсолютно и совершенно бесполезным во всех отношениях. Он был... — я запнулся на секунду, пытаясь подобрать слова, — он был как те статисты-хуесосы с фиолетовыми волосами на днях. Я тренировался каждый день, учился каждый день, ну реально пахал. А Деку... я даже не знаю, что хуже: то ли он просто витал в облаках и надеялся, что это сделает его героем, и его причуда проснулась как раз вовремя, чтобы спасти его от собственной тупости, то ли он знал, что она когда-нибудь появится, и всё это время просто ждал, пока она придёт и сделает всю работу за него. С одной стороны, он самый везучий дурак в истории, с другой — ленивый бездельник, который лет восемь врал мне в глаза. Но он слишком ссыкло для такого, так что почти наверняка первое.

— Эй! — сказала Кудряшка. — Я согласна с тобой, ну, что Мидория не лжец, но он и не трус! Он без колебаний сражался со кучей Злодеев. Я там была и всё видела!

— Единственная причина, по которой сраный Деку не трус, это то, что инстинкт самосохранения у него как у лемминга, — огрызнулся я. — Этот придурок спрыгнет с моста, чтобы спасти вот этого Летуна от падения. Или полезет на Злодея вообще без причуды. Бля, д вы сами видели, как он пытался сломать себе руку, чтобы бросить мяч. Это не храбрость, это суицидальная тупость.

— О, я поняла! — сказала Бестолковая. — Мидория был из тех, из-за кого, эм-м, родители постоянно волнуются, да?

Она смотрела на меня со странным сочувствием, и вопрос был немного неожиданным, но она была права.

— Ну типа? Его мамка дружит с моей каргой, я сотни раз слышал, как она переживает за своего «маленького Идзу-куна».

— А его отец? — спросил Хикигая.

Я пожал плечами.

— Понятия не имею. Никогда не видел его. Работает за границей или типа того, — я чуть замолк. — Да какая, на хер, разница? Суть в том, что Деку мудак. После средней школы его хоть терпеть можно, и слава, блядь, богу, но даже если он сейчас более-менее сносный, я всё равно должен ему порцию боли и страданий за всю ту хрень, что он творил раньше, — я обвёл взглядом группу, решил, что мне надоело говорить о Деку, и усмехнулся. — Пусть этот гадёныш молится, что просрёт тебе, — я посмотрел на Хикигаю, — или Половинчатому в турнире до того, как попадётся мне в финале. Потому что если он дойдёт до меня, о, сдерживаться я не буду

Как я и ожидал, Ледяная Королева клюнула на наживку.

— О? Так вот как, по-твоему, пройдёт Спортивный Фестиваль?

Я сделал вид, что на секунду задумался.

— А! Точно, мой косяк. Я могу навалять Мидории и в отборочных, но вероятность того, что нас засунут в одну группу, гораздо ниже, — я одарил Ледяную Королеву своей самой самодовольной ухмылкой.

С её стороны повеяло прохладой, а я позволил искрам затрещать у меня в ладони. Оглядевшись, я увидел, что не одна она была заинтересована в том, чтобы оспорить моё утверждение, и это было отлично. Это как раз по мне. И тут подбежал Туполицый, весь потный и тяжело дышащий после окончания своего забега.

— Ладно, я закончил. Что дальше делаем?

— Отжимания, — рявкнул я. — Кто последним сделает пятьдесят, бежит штрафной круг, — я присел, упёрся руками в землю и отбросил ноги назад, принимая упор лёжа. — Начинаем через пять, — все разом засуетились, — четыре, три, — я проигнорировал нытьё Туполицого про «дай хоть секунду передохнуть», — два, — я оторвал взгляд от земли, чтобы встретиться глазами с Хикигаей и хищно оскалиться, — один, ПОЕХАЛИ!

Ну и пусть руки потом отвалятся к тренировке причуд. Это лишь означало, что тогда контролировать все эти взрывы будет ещё лучшей тренировкой. А если я взял себе цель не отставать от этой читерской хари Хикигаи с его ебаными тренировочными причудами, мне были нужны любые возможности стать сильнее, какие только существуют.