Гарри против тварей - 1 (джен)

Гарри, содрогаясь, нередко вспоминал про то, как после колдовства одного паскудного домовика вдруг оказался в тюрьме у Дурслей. С ведром для отправления нужды и скудной пайкой два раза в день, через решётку в двери. Ни ведра, ни решётки магический паренёк даже от опекунов не ожидал.

Тоска была жестокая, и спасали только хорошие воспоминания. Их было немало, и все они исходили из года, проведённого в Хогвартсе. Тогда он, слушая, как по стёклам барабанит дождь, лежал в своей комнате-камере на кровати и потихоньку грустно напевал арестантскую песенку:

Пусть Хагрид услышит,

Пусть Хагрид придёт,

И в Хогвартс меня он с собой заберёт.

Неправильно так, когда это -

Под стражей ты, без туалета!

Но так уж бывает на свете -

Измучены маглами дети!..

…Его первое знакомство с человеком из мира магии, какое роскошное воспоминание! Было сразу понятно, по интонации рокочущего баса и загоревшимся при виде мальчика глазам, что великанище с мощной челюстью — добряк. И очень расположен к Гарри, хотя видел его только во младенчестве. Это стало настоящим шоком.

Первый раз с ним разговаривали благожелательно, даже с явной симпатией! Нет, библиотекарши тоже бывали и доброжелательны, и симпатизировали, но сейчас как-то по-другому было, аж в глазах защипало. Да, какое-то необыкновенное чувство появилось, даже комок в горле, лучше помолчать пока. И больше слушать эти не очень связные восклицания огромного незваного гостя, особенно про маму с папой.

…Великан знал родителей и расхвалил их, назвав замечательными волшебниками! Оказывается, есть огромный человек, сказочный великан, которому Гарри-урод нужен! Его на край страны увезли, на какой-то островок где-то, а великан нашёл, несмотря на бурю! Он так надеялся, увезённый на машине куда-то вглубь страны, что его найдут.

И нашёл, да целый великан! Прямо в день рождения нашёл… Точно, колдун, и наверное, очень мощный, коли здоровенный такой! Если все волшебники подобные и их много, то могут и наступить на такого мелкого, как он, надо осторожней быть…

Ох ты, значит, колдуны вот до каких размеров вырастают, и мистер Поттер тоже таким вымахает? Правда, челюсть хотелось бы поменьше… Он не так давно присмотрел в библиотеке роман Герберта Уэллса «Пища богов», от которой люди вырастали великанами. Надо будет обязательно почитать…

Круть, вот он Дурслям-то задаст, когда на такой колдовской пище подрастёт! Особенно Падлику… Или его от тётки с дядькой совсем заберут, чтобы колдовать не мешали? Вон их лесничий гоняет-то как! Может, в какую-нибудь семью магов пристроят, чем чёрт не шутит…

…Да, делишки-то налаживаются, ага. Сначала письмами завалили, чтобы до него дошло, что нужен мистер Поттер этой чудной школе, очень нужен. И Дурслей так запугали, что те готовы до канадской границы бежать! А теперь ещё и могучего волшебника за ним прислали. Круто!

Только-только одиннадцать лет исполнилось, и вот уже настоящий колдун на пороге появился, как в сказке! Да такой колдунище, что весит больше, чем все Дурсли вместе взятые. То есть и выглядит сказочно, настоящий маг! И Гарри-урод тоже маг…

Надо же, у магов и свой лес есть, наверняка волшебный, раз лесничий такой, необыкновенный. Наверное, всеми зверями и птицами в лесу и распоряжается, и деревьями тоже, как этот… друид!

Этот Хагрид — явно замечательный человек. Нет, великий волшебник, раз махнул зонтиком и сразу вырастил хвост Падлику! Настоящий свиной хвост, дёргающийся и крючком! Вот это чародейство… Даже без заклинания, махнул — и хвост! Значит, рядом с Хагридом вообще бояться некого, раз опекуны удрали…

И коли теперь Падлик с хвостом, так это у нас что? Праздник души и сердца именины, как учительница английского выражалась! Первое увиденное волшебство — и у гада сразу хвост, этого же не забыть! А вдруг сейчас возьмёт и отвалится, колдовство же развеивается, он слышал… Тогда надо будет попытаться хвостик подобрать и спрятать, а потом дразнить. И у Хагрида спросить, отвалится или останется, точно!

Хагрид потом что-то мычал, неразборчивое, стеснялся чего-то, а в итоге попросил, чтобы Гарри про колдовство помалкивал. Ух ты, вот это великанище, так колдует, что ему даже нельзя! Ну, понятно, раз махнул и сразу хвост приделал… конечно, таким могучим будут запрещать. Остальные, небось, волшебством только посуду моют или одежду чистят.

Но если он хотя бы этому обучится, у Дурслей, если его им оставят, жить резко легче станет! Славная вещь, это колдовство. И Хагрид так уверенно сказал, что Гарри будет хорошо учиться всей этой магии, и станет крутым колдуном. А значит, достигнет и великанского роста, ух ты. Даже если пища богов совсем невкусная, он согласен её есть, чтобы стать могучим!

Ну, верить в своё интересное и совершенно новое будущее очень хочется, чародей-то понимает в волшебстве, раз так колдует. Он очень уверенно говорит, что Гарри Поттер станет крутым, а, стало быть, что-то интересное знает. А если родители у мистера Поттера были хорошие маги, значит, и он, как там, генетически продолжит… Ух ты! А Дурсли — полный отстой! Войдёт в силу, им покажет… троллью морду!

В Литтл-Уингинге

Тётя и дядя.

Вернон — то гнида,

Петунья мне гадит,

Дадли срёт ядом,

А Фигг вся мутна,

Вот книзл за оградой…

И Реддл — сатана!

* * *

Добродушный и расположенный к сироте Хагрид ассоциировался у Гарри только с одним — обретением свободы. С переносом в абсолютно другой мир, который всем был бы хорош!

Раз в нём можно колдовать и развивать это умение, копить силу, быть успешным игроком в совершенно невероятный квиддич. И быть популярным просто из-за своего имени и достижений родителей. Да на гитаре научиться бренчать, и завести друзей, играть с огромной собакой, которая тоже хочет дружить, и в пинг-понг играть, и в конный бой…

Если бы только не твари, как магические, так и в человеческом облике! Получить комплект врагов, который всё время пополняется? Очень большая ложка дёгтя. Огромнейшая! Но зато Хагрид… великан, довольно заметная фигура в школе, житель и владелец небольшого поместья, ему покровительствует. Правда, больше никто.

Нет, директор и мантию подарил… вернул, а мог бы и подождать. Ведь для одиннадцатилетнего такая мантия может быть и того, слишком ценной вещью, раз уникальная… И против зачисления в команду по квиддичу не возражал, и баллов за спасение философского камня отсыпал, и потом Фоукса в подземелье прислал, с мечом.

Да, директор тоже покровительствует. Хотя, странным образом, на профессоров ЗОТИ совсем неудачных кандидатов нашёл. Да, в конце концов, и на солнце пятна есть! Гарри чувствует, что директор за ним наблюдает. Но почему-то ничего не сказал, когда василиск пошёл окаменять школьников, и почти все были уверены, что это дело рук Гарри Поттера. Ну почему?

Если не захотел, занятой человек, сам публично объяснять, мог бы заместительнице два слова сказать, а та бы… хоть раз, хоть словечко, но в его пользу. Ведь такое шипение вслед слышал, только с голосом василиска и сравнивать! Да и наблюдать, как от тебя в испуге шарахаются, тоже удовольствие ниже среднего…

Так и сама деканша могла высказаться в его пользу! Конечно, купила ему крутую метлу, возражать глупо. Но вот он бы предпочёл на старом «Чистомёте» рассекать, чем чувствовать, что преподам на него наплевать. А ведь учителя должны заботиться о психике школьников? Или это только в мире простецов должны?

Гермиона об этом любит поговорить, у неё тоже больная тема, психика эта, с плохими снами… Бывает, появляется утром такая замученная, что ясно — кошмары были. И понятно, на какую тему. Как и у мистера Поттера — твари приходили, интересовались насчёт закусить…

Вот очень досадно вспоминать этот эпизод с якобы наследником Слизерина. А подставил-то его Малфой, да по совету Снейпа, явно подсказавшего наколдовать змею! Хотя и Гилдерой, ударивший здоровенное пресмыкающееся неправильным заклинанием, тоже хорош, до отвращения!

Вообще, этот слизень Малфой в школе что хочет, то и делает. Колдует на всех, особенно младших, его вассалы постоянно безобразничают, у малышни продукты по вечерам отбирают, а то и вещи. Да такие мордовороты и у старших могут отобрать! И всем плевать, потому что Снейп за них!..

Обида, бывает, просто душит… Но вспомнишь Хагрида, и как-то легче. Потому что его разносолы, подарки, похвалы… а он и Гермиону хвалит, часто, да как не чаще, чем его. И ведь целый герцог Запретного леса! Пусть самодельный такой герцог, но ведь и реальный. Без этого леса жизнь Гарри была бы много хуже. Да и жизнь Гермионы тоже.

Единственный бросившийся тогда в глаза, в «Дырявом котле», недостаток Хагрида, что сразу разболтал в трактире всем магам про него, и очень смутил. Но он же не со зла, а думал, что Гарри такое внимание будет приятно. Хотя самому великану явно было очень приятно, он тоже во внимании купался. Оказывается, Хагрида тоже многие маги не любят!

Мистер Поттер, может, и порадовался бы своей популярности, это же интересно и ново. Однако колдуны с ведьмами как-то слишком рьяно на него набросились. Оттого тяжело было переносить эти однообразные восторги. Когда очень много внимания для него — это трудная вещь, в чулане он привык к другому…

И ещё лесник-ключник забыл объяснить, как нужную платформу на вокзале найти, заставил поволноваться, до отчаяния… Так великан-человек из Хогвартса не подумал или забыл. Точно, маги же из другого мира, зачем им неволшебный, дрянь такая. Вот и не в курсе про разные заковыристые вещи, для них простые и понятные.

Зато Хагрид вполне нормально одевается, не то что некоторые колдунишки, клоуны ненормальные. При этом уверенные, что по-дурацки одеваются именно маглы! Грязноват он, правда, бывает, но раз лесник. И выпивает… Гермиона его за глаза именует регулярно выпивающим тружеником лесов и огородов! Точное определение, Гарри нравится.

Когда про Запретный лес и Чёрное озеро узнал, то дополнительно обрадовался. Ух ты, можно будет на речку сбегать, порыбачить! Он никогда рыбу не ловил, это же наверное здорово… Должна же быть в колдовской школе и лесу речка, так?

* * *

…Добряк Хагрид, отыграв сопровождение при дебютном выходе в мир магии, вдруг сунул мальчишке, при расставании, не глядя, горсть бумажек, прямо в карман. Да не только мелких, и ещё добавил монет, чтобы на такси, с сундучищем таким, нормально доехать.

Ну, не выгребать же обратно, верно? Впервые Гарри королём путешествовал, куда там дядиной богатой машине, где нежеланный племянник — мышь Джерри последняя. Ещё чары облегчения веса на сундук наложил, добрый он волшебник, Гулливер, человек-гора. До самой ночи чары продержались, дядька фыркал только, когда он этот громоздкий сундук одной левой...

И потом Гарри столько себе тайком прикупил дешёвых питательных продуктов на эти фунты, столько радовался! Ведь их после такси осталось почти шестьдесят, считая мелочь. И так одиннадцатый день рождения вышел славный, однако и потом имел продолжение, вкусное. Не забыть того тортика, полдюжины шоколадных вкусов! Падлик, собака, два раза говорил, что такого вкуса никогда не пробовал… И не попробует, жирдяй!

О, Хагрид, дорогой ты мой Гулливер! Можно было его почти простить, что не дал нагрести побольше галеонов в этом Гринготсе. А он и не понял сразу, что это его совершенно законные деньги, растерялся, как Синдбад в пещере с золотыми сокровищами…

Раз лесник так торопился за своим секретным пакетом, то пришлось и ему ускориться, куда денешься. Так вот и не поменял, как надеялось, на фунты оставшиеся галеоны. Потому что не осталось волшебной валюты, так, пара галеончиков, на всякий случай, и десяток сиклей. Знал бы, так в букинисте учебники взял, они же, когда новые, ужасно дорогие…

Другие обитатели мира магии вызвали оторопь. Откровенно нелюдских рас он не ожидал. Если у Хагрида только рост и челюсть, то гоблины выглядят… чудовищно! Хорошо, что мелковатые, а если были бы как лесник?! Да уж, зубастых гоблинов любезными не назовёшь. Одна надпись при входе в банк сразу угрожает:

Гость, ты к гоблинам пришёл,

Деньги в банке ты нашёл,

Если есть и ключ, и счёт,

Ручеёк монет течёт!

Если ты воруешь злато,

Ты воришка, и проклятый,

Стянешь наши галеоны,

Превратим тебя в ворону!

Будешь каркать двадцать лет,

И дракону — на обед!

— Это шутка? — не очень уверенно спросил мальчик у Хагрида.

— Какие шутки, Гарри? Гоблинов сердить — грубо бритым ходить! Гоблин бреет топором — пожалеешь ты о том! Гоблину не груби — целым ходи! Гоблинов обижать — яйки в попке запекать! Такой фольклор на пустом месте не вымахает, Гарри, понимай правильно…

Понятно, что воров никто не любит, но гоблины их, это самое, просто ненавидят! И потом едят, как потихоньку наши говорят, никаким драконам не дают. Не, куда там, ведь маг, правильно приготовленный, это ж зелёненьким нечеловечкам деликатес такой, что вообще…

Ещё Гарри с приятностью вспоминал, как Хагрид, ожидая его в трактире Тома, веселился. Слышно была издалека. Лесник, развалившись на широкой скамье, весело орал удалую кабацкую песню, стукая в такт большой и, по виду, каменной кружкой об столешницу.

Остановившись у входа в заведение, мальчик некоторое время с удовольствием слушал доносившееся из открытого окна залихватское пенье под сразу запоминавшийся мотив:

А ну мечи стаканы на стол,

А ну мечи стаканы на стол,

А ну мечи стаканы на стол,

И прочую посуду!

Все говорят, что пить нельзя,

Все говорят, что пить нельзя,

Все говорят, что пить нельзя,

А я говорю, что буду!..

Потом Гарри часто напевал про то, что ему нельзя, но он обязательно будет. Мотивчик действительно подбадривал, особенно когда приходилось кантоваться у Дурслей. Да и отшоркивание котлов в зельеварне шло повеселей. Летать нельзя, Малфою по заднице нельзя, в запретную секцию библиотеки нельзя, в лес нельзя, нырять в озеро нельзя, ночью по замку нельзя, в чужие гостиные часто нельзя, без эссе нельзя…

Но он — протестная натура, он сопротивлялся, раздвигая рамки собственной свободы. И что-то раздвигалось. Сначала это был просто подростковый бунт против правил, благодаря освобождению от тирании Дурслей. Но, под влиянием более взрослой Гермионы, постепенно вырабатывавшей критический взгляд на окружающий мир, Гарри стал больше думать.

Например, о том, что именно вокруг него и друзей по-настоящему неправильно… И что в связи с этим предпринимать, потому что неправильного было много. Общее направление, после василиска, разъяснила подруга, и очень понятно: каждый год его хотят убить, и дальше лучше не будет. Возможно, напротив, станет хуже, то есть ещё опаснее.

Значит, единственное что он может сделать — стать сильнее. А магии уже прибавилось, и часть неиспользуемой энергии медитациями удавалось перегнать в магический резерв, развивавший магоканалы и ядро. Гермиона как-то, чуть краснея, сказала, что это сексуальная энергия, сейчас ненужная, помогает закалять ядро…

А Хагрид тоже смог рассказать немало про магическую жизнь и её правила. И весело рассказать. Но и страшно тоже, особенно про преподавателей, тварей и директора.

Летит Хогвартс-экспресс,

Дымок веется,

Снять желают все стресс,

Разумеется!

По вагонам народ

Быстро носится,

Колдовать скорей

Душа просится.

Малфой Гарри ждёт,

Чтоб наброситься,

Рыжий много врёт,

Грейнджер косится.

Эх, колдуй быстрей

Безобразия!

Пока взрослых нет,

Есть оказия!

* * *

Хагрид ещё на первом курсе стал давать Гарри советы по самозащите. Суть семейства Дурслей он понял сразу. Поэтому на каникулы после первого курса мальчик возвращался в ботинках с невидимым для простецов металлическим рантом, замаскированным под кожу. И советом лупить носком ботинка в голень, что оказалось весьма действенным.

Много позже Гарри узнал, что именно Хагрид договорился с Флитвиком, за самогон, и тот сделал невидимую перчатку. Которую лесник вручил мальчику, присоединив к ремешку для часов, подаренных Грейнджер и зачарованных на неразбиваемость. То, что у друга не было даже самых простеньких часов, совершенно необходимых для любого уважающего себя одиннадцатилетки, сразу многое ей добавило к характеристике Дурслей.

Перчатка была кастетом, при активации сама одевавшаяся и закрывавшая костяшки пальцев металлическими скорлупками, довольно увесистыми. А при сжатии пальцев в кулак в нём материализовывалась свинцовая блямба в полфунта весом. Поэтому удар Поттера чрезвычайно потяжелел и оставлял на лицах врагов трудноизгладимые следы.

А началось с того, что мальчик, который выжил, попросил совета у лесника, насчёт облегчения дальнейшего выживания. Помявшись, Гарри рассказал, что вот, мол, четверо за ним гоняются на каникулах, и все сильные. Правда, только один нормально дерётся, остальные трусоваты, любят свалить и скопом попинать, поплевать, ещё попинать…

И Хагрид, нахмурившись, объяснил, что лучше всего, когда бегут на тебя и ясно, зачем, резко выдвинуться. А потом сразу первым пинать, хитрыми ботинками в голень, по косточке, во имя боли. И добавлять кастетом. А Падлику кратко объяснить, что колдовство для самообороны засчитывается при сдаче курса боевой магии…

Да плевать, Гарри, что нет такого курса, свин же не в курсе, ха-ха! Да, с палочкой на каникулах нельзя. Но кто сказал, что без палочки волшебник бессилен? Ты, что ли, у нас беспалочковое гэ на палочке? Падлика разок отлупить, он и отстанет! Конечно, если хорошо отлупить…

Читать быстрее:

https://boosty.to/marikvanger