Гарри против тварей-1 (джен)

— Это Пивз, это всё Пивз, проделки Пивза! — визжала мисс Уизли, ущемлённая тяжёлой отцовской рукой. Вторая рука, свободная, охаживала формирующуюся девическую корму увесистыми ударами плети.

— Я не теряла этого черновика, у меня в сочинении всё прилично! Это Пивз украл черновики, у всех! Больно-о-о! Па-а-а-а-па! Не надо больше! Я не умею писать сразу набело всякую фигню, я вообще не виновата, это полтергейст, сука долб..!

…Папочка же её любит больше всех остальных, как и мамочка! Он даже за взорванную под неудачным братиком навозную бомбочку только трепал за ушки, чисто символически, и разок хлыстиком по одной попной половинке, чуть-чуть! И перед мамой всегда заступался, потому что мама бывает вспыльчивой постоянно, а папа — иногда, когда близнецы особенно отличатся!

И тут вдруг наступил домашний террор, на уровне геноцида любимых малышек! И за что? За неудачную и плохую правду, которую все читают, перечитывают и переписывают, чтобы всем показывать! Она всё честно написала, для себя, потом перебелила начисто, оставив меньше половины, и всё сдала училке, потому что такие правила!

А этот полтергейст… а слизеринцы-суки, которые бросились покупать и переписывать дальше, и мама… чуть уши не оборвала! Приехала на каникулы, называется-я-я-я!.. Вместо тортика — уши-вареники, распухли до не могу! Мама раньше так только близнецов воспитывала, которые привычные…

И хлыст об неё сломала, так размашисто била! Хорошо, что не всегда попадала, раз после огневиски… Но сломала об неё! А папочка, посмотрев на растерянную маму Молли с обломками инструмента, сразу так глянул на дочь, что мисс Джиневра Уизли чуть не описалась! И сразу железной рукой её себе на колено пристроил, а в другую руку уже плеть прилетела, заклинанием «Акцио!»

В ней же шесть хвостов, от неё и близнецы чешутся, и потом сравнивают свои задние половинки. Спорят, у кого сильнее распухло, и замеряют рулеткой. Это у них обычное пари после наказания, очень смешное… А на самом деле не смешное-е-е… А-а-а-а! Не надо-о-о…

Джинни надрывалась на всю Нору, и ещё довольно долго. Потому что родители были так сердиты, что даже Перси предпочёл отсиживаться в своей комнате. Что же говорить о близнецах и Роне?

Они читали этот черновик ещё в школе, и кое-какие последствия предчувствовали. Но что сестрёнку будут так наказывать оба родителя… Она, конечно, ку-ку, но виноват-то действительно Пивз! И Дред с Форджем, не без того, но они же без умысла, они просто зарабатывали…

Криминальные листки валялись в гостиной. Переписанные чьей-то посторонней, куда более аккуратной, чем у авторши, рукой. Действительно, то сочинение читала вся школа, и размножала. И целых восемь недоброжелателей, двое из которых подписались как «доброжелатели», сочли полезным и приятным переправить творчество Джинни родителям. Потому что такого магическая общественность не ожидала даже от предателей крови!

* * *

…Я терпеть не могу писанину, но первый раз задали сочинять что-то чуть-чуть интересное. Там это, про то, как прошло лето, и как там семья, домашние животные и всякое хобби. Мы живём в Норе и наша фамилия Уизли, а я Джинни, самая младшая и красивая. Нас много, но больше не будет, раз мама говорит, что больше не может.

Главный человек в нашей Норе — это мама Молли, потому что она очень кормилистая для нас всех. Мама Молли почти симпатичная, особенно когда трезвая и накрасится. Она имеет не очень длинные ноги, но в ступах у неё есть плоскоступия, которые мешают каблукам. Эти ноги у мамы ровные, хотя она неоднократно ломала их, падая с метлы, крыльца и просто так, после гостей.

Голова у неё больше, чем у меня, потому что мама очень умная. На голове у мамы зелёные глаза, как у Гарри Поттера, но без очков. А также большие белые и золотые зубы, и ещё малиновый рот, если она в красном. Губы у неё почти всегда разного цвета, смотря что на маме надето: коктейльное платье для кухни, или домашняя одежда для варки зелий, или мантия для особенного колдовства, или чулки и шляпка для папы, и так далее…

На бровях она рисует брови, а на ногти клеит ногти, потому что это красиво и модно. Нос у неё с маленьким горбунком, потому что она упала им в детстве прямо с метлы, и прямо на какого-то мага. А такие травмы, когда маг от мага, плохо лечатся, в смысле, очень дорого.

У неё есть шея с ожерельем, которое маме идёт, несмотря на круглоту туловища. Ещё она широкоплечая, но ей идёт. Она полная, но ей не очень идёт. Зато она очень мягкая, особенно там, где грудь. У неё их две, и обе большие. Мама имеет сильные женские руки, покрытые разноцветным лаком на концах. И ещё она громкая, когда радуется, сердится или воспитывает.

Мне кажется, что у нас с мамой очень широкие кости, и из-за этого у неё большой таз спереди и огромная попа сзади. Такая, что я никогда её не могу обхватить, и даже папа Артур не может, хотя постоянно пытается. Руки у папы длинные, и он постоянно протягивает их к маме. А ей то нравится, то не нравится. На маму Молли трудно угодить, потому что она разборчивая и имеет трудную жизнь со всеми нами.

Я думаю, что мама могла бы стать моделью для красивых колдографий. Но она слишком низенькая и после моего рождения больше не любит колдографироваться голой. Хотя папа говорит, что эти колдографии ей идут. Мне мама Молли очень нравится, и я хочу стать такой же, как она, но немного выше, стройнее и умнее. И страшнее, чтобы меня боялись.

Но голос хочу иметь громкий, как у неё, чтобы все меня слышали и слушались. По-моему, мой голос громкий уже сейчас, и я его часто тренирую. Но мне не хотелось бы иметь такую попу, как у мамы, хотя мужчинам, говорят, именно такие очень нравятся. На огромной попе, конечно, мягко и удобно сидеть, но мне тоже давно удобно сидеть, потому что мягко.

Это Рон костлявый, но его почти и не жалко. Потому что он вообще плохо получился везде, кроме цвета волос. Но родители его всё равно любят, хотя и меньше остальных детей. Но больше, чем чердачного упыря.

Мама Молли может много выпить и долго плясать, даже когда папа уже лежит и не может. У неё есть много хореографических сольных партий, хотя мебель иногда страдает от её сильного темперамента. И папа может пострадать, если делает маме выговор за то, что выпила лишнее и не оставила опохмелиться никому. Тогда мама делает выговор папе Артуру, и он часто падает и опохмеляется много позже, когда приходит в себя.

А кошка никогда не страдает, ведь она давно убежала. Потому что её наш чердачный упырь пугал, и я с Роном тоже. Мы все кошек не обожаем, потому что они царапаются из-за ерунды. От близнецов Фреда и Джорджа мы с упырём слышали про секретный кошачий сок и хотели попробовать. А она убежала и, наверное, одичала в лесу.

Мои братья много занимаются онанизмом и поэтому ко мне пристают нечасто. Я тоже занимаюсь, но вообще ни к кому не пристаю, кроме кошки. Но она же убежала. У меня много игрушек, но они почти все из дерева и в плохом состоянии, потому что я люблю кидаться в братьев. Они признают, что я, хоть и маленькая, но меткая и вредная.

А у Рона игрушки вообще прибиты к полу, потому как близнецы считают, что так прикольно. Зато Рон умеет ловко мазать калом разные места, где бывают близнецы, и говорит, что имеет право на месть. Но старшие братики отвечают, что ничего не имеет, потому что тварь дрожащая, а также дристло и мудло. А поскольку их двое и они старше, то наверное Рон все эти слова и есть.

Близнецы ещё говорят, что Рон не получился, причём настолько, что его даже нельзя переделать. Но они пытаются и будут пытаться дальше. И что Рон настолько впечатлил саму Мать-и-Магию, что она именно после этой своей полной неудачи подарила родителям девочку Джинни.

Единственную и неповторимую, как мама говорит. Мне эта версия очень нравится, потому что Рон очень большое мудло, что бы это ни значило. А братики хорошие, ну почти, пока отраву всякую не подбрасывают.

Ещё неправильные волшебники часто говорят, что Уизли — предатели крови, и поэтому у них всё должно быть плохо. Но у нас только Рон какой-то плоховатый, и упырь тоже, он немногим лучше Рона. Поэтому мы не можем быть предателями крови из-за одного Рона, это была бы слишком большая честь для него. И для упыря тоже честь.

Рон какой-то весь неудачливый, от носа до носков. Даже команду, для того чтобы болеть, придумал себе неправильную, и она всё время проигрывает. А он её не меняет, и это просто смешно. Носки же он иногда меняет, к школе, когда они совсем протираются и остаются только на лодыжках, а команду нет. Он смешной неудачник и туалет всегда занимает, а девочкам труднее терпеть, чем мальчикам, мама объясняла.

Но Рону ничего нельзя объяснить, потому что он такой специальный Рон. И с Гарри дружит неправильно. Даже не может от него эту Грейнджер отклеить, а наоборот, списывает у неё и попал в зависимость. А она тем пользуется и всё время прилипает, и не даёт прилипать другим, которые более лучше и сильнее достойны. Поэтому мы не предатели, а это другие предатели.

* * *

…У нас дружная и весёлая семья, и мы все любим хорошо поесть, а не только Рон. И много поесть тоже любим, и это хорошо, потому что очень приятно, почти как онанизм. Родители по вечерам, когда наедятся и выпьют, любят играть в свои взрослые игрушки и много шумят в спальне, а иногда и на кухне. Или в прихожей, а иногда на крыльце, и тогда из окна видно.

Их игрушки очень смешные и гораздо лучше, чем у меня. Не говоря уже про Рона с его прибитыми к полу. Папа ещё любит, когда мама надевает чёрные чулки и белую шляпку, а всё остальное снимает, и бегает за ней в болотных сапогах (чтобы не догнать) и с плёткой.

Они много хохочут и иногда это мешает заснуть, особенно когда онанизм уже закончился и пора спать. Мама очень громкая у нас всегда. Особенно когда они с папой играют и гоняются друг за другом. Если в доме закончился алкоголь, то они обязательно будут играть в догонялки, пока совсем не устанут.

Мне только не очень нравится, что мама, когда много выпьет, забывает заклинание поддержки груди. А магловский лифчик она, когда выпьет, презирает за сложность использования. Хотя, как мне кажется, он не такой и сложный.

Потому что маглы — это отстой и каки, и придумывают только ерунду. Но я могу ошибаться, ведь мне столько и не выпить, чтобы запутаться в лямках и больше не выпутаться. Поэтому мама Молли, когда бегает, груди закидывает за спину, и это не так красиво, чем когда они спереди на животе. Но папе нравится.

А потом он снимает штаны, вместе с сапогами, и бегает с плёткой за мамой уже далеко, в леске, чтобы мы не видели. Но мы подглядывали и это было очень смешно.

Потому что они копировали повадки разных магических и простых животных, которые весной очень любят друг друга любить специальными органами. И у них это лучше получается, чем у мамы с папой. Зато у родителей получается смешнее, и звуки тоже весёлые, особенно у мамы. Потому что она громкая, как я и говорила.

Перси у нас самый приличный, по мнению родителей, хотя папа его много критиковал. Потому что Перси, после семейного отмечания получения им значка старосты, по ошибке зашёл в мамину спальню вместо папы и остался там до утра. А папа тогда вообще ночевал неизвестно где.

Потому что неправильно аппарировал, немного расщепился и вернулся под утро с ушами в руках. В смысле, своими. А мама пришила папе уши обратно и сказала, что не заметила никакой разницы. В смысле, не про уши, потому что папе, который не всегда красивый, без ушей совсем не идёт. Она так сказала про Перси и папу.

А папа очень громко несколько раз удивился, увидев в спальне всё ещё не очень трезвого Перси вместо себя. И папа с братом после маминых слов оба огорчились и соревновались, кто больнее колдует. Я думаю, это называется ревность.

Они боялись мамы и поэтому кидались проклятьями друг в друга, пока совсем не поломались. Я болела за папу, потому что его дочка. А мама — за Перси, потому что он её сын, а также великий карьерист, и как мужчина тоже неплох, хотя и не очень опытен.

Наш Перси хорошо пользуется палочкой и умеет отвечать на папину критику, которая сильно воздействует на мебель и стены. А также на случайных садовых гномов, которых мне потом приходится таскать на помойку. А она воняет. Но когда папа попадает в Перси, тот кричит так же громко, как мама, когда папа за ней бегает с плёткой. А потом мама их лечит.

Мама Молли — наш домашний доктор, она всех нас лечит всегда от всего. Жаль только, что она очень любит ставить противные магловские клизмы, которые больше никому не нравятся. А в остальном она лечит палочкой, и очень хорошо. Даже сотрясение общего мозга близнецов и ушиб всего папы, и даже попу с ручкой у Перси.

Наша мама всех может вылечить, кроме Рона. У него такая специальная задница, что из неё плохо выходит нужный продукт, который ненужный. Рот у него большой и он им ест очень много, почти столько же, сколько близнецы вдвоём. А попа у братика очень узкая и ему от этого часто больно.

Поэтому он долго сидит в туалете, который у нас один, и страдает. Мама говорит, что такую попу проще зашить, но ей жалко. Братику помогают только клизмы, которые Рон не любит. Но он потом ставит клизму своей очень неудачной крысе, а после ещё занимается онанизмом, и его настроение улучшается.

Рон может быть хорошим братом, но не хочет, поэтому мы его ругаем за лень. А близнецы над ним шутят, и всегда смешно. Но Рону всегда не нравится, потому что он капризный и не любит какать разным цветом. А близнецы говорят, что если разным цветом, жидко и повсюду, то это прикольно, а также хорошо заменяет мамину клизму.

Насчёт замены они правы, а в остальном меньше правы, потому что разноцветное воняет так же, как и наше. Однако Рон всегда с близнецами спорит, всегда проигрывает и в отместку ставит клизму нашей сове. А она старая и после этого летает ещё хуже…

Последний раз родители дрались, когда отец вернулся после окончания рабочей недели более пьяный, чем обычно, и с неправильной песней. Папа Артур пел фантастическую песню из трудной колдовской жизни и плакал:

На службе снова неприятность:

В зарплату дали звездюлей!

Потратил вовсе и не малость,

Чтобы долги раздать скорей!

Однако звездюли остались,

Я на орехи их раздал,

Чтоб детки все тренировались,

Чтобы у каждого фингал!

Люлей остаток пригодился,

Чтобы порадовать жену,

В неё я как всегда влюбился,

Сейчас сильнее колдану!..

Но мама Молли обиделась на остаток. И сразу вынесла папе Артуру выговор, прямо в лицо, одним из любимых кулинарных заклинаний. Папа сразу распух и задымился, но некоторое время оказывал серьёзное сопротивление. И даже подвесил маму вверх ногами. Вышло не очень красиво, потому что мама носит модное бельё только по праздникам, а простого обычно не носит.

Мама отважно кричала, что в Хогвартсе и не так подвешивали! И, будучи вниз головой, к тому же закрытой грудями, обстреливала папу ещё чем-то метким. От чего он горел и кричал, а затем сдался и снова заплакал. Потом мама критиковала папу ногами и горячей сковородой, на которой что-то готовилось. Но критиковала не очень долго, потому что ноги устали, а сковорода сломалась.

Потом она папу простила и вылечила, или наоборот, я не знаю. Потому что не всё удалось подсмотреть — из-за дыма от папы и многочисленных обломков мебели от кухни. Один из близнецов, который подглядывал слишком близко, получил сильную контузию летающими тарелками, потерял сознание, часть волос и полтора пальца. Поэтому был нами гуманитарно эвакуирован из опасной зоны.

Даже Рон помогал тащить и очень радовался. И ещё Рон забрал себе полтора пальца, потому что любит брать чужое без спроса навсегда, но я всё-всё видела. Из-за этой папиной песни мы ужинали позже и хуже, а родители были совсем не в настроении. Но совместная трапеза — это святое для нашей семьи. Мы соблюдаем свои традиции, что бы ни случилось.

Я бы много ещё могла писать про нашу большую семью и наших животных с упырём заодно, но мне лень. Тем более я уже и так много написала в это дурацкое сочинение, которое ещё надо будет переписывать начисто, и хочу кое-куда сходить.

Хорошо, что в Хогвартсе много туалетов и всегда есть куда сходить, хотя в замке живёт также и Рон. Поэтому здесь хорошо и очень интересно. Ещё лучше, чем в Норе, хотя дома у каждого есть своё ведро.

Я люблю ходить в ведро,

Заносить над ним бедро!

Писать, какать, а потом

Быстро бегать за котом!

И ещё в Хогвартсе можно выйти замуж, если не быть полной дурой, как говорит мама. Но я умная и должна скоро выйти замуж за Гарри Поттера. Или хотя бы родить, поскольку эти вещи связаны, я учила. А если у нас в Норе заведутся другие звери, то про них я что-нибудь и напишу, если не будет лень.

Джиневра Уизли, любимая мамина дочь, первый курс, Гриффиндор.

Главный целитель лечебницы имени святого Мунго Гиппократ Сметвик помаленьку шинковал пациента, убирая лишнее после неудачной любительской трансфигурации живого в неживое, крайне неудачной. И, само собой, проделанной в нетрезвом состоянии коллективом жизнерадостных придурков среднего мужского возраста… Отсекал ненужное и мурлыкал при этом любимый мотивчик:

Умер, бедняга, в больнице волшебной,

Долго, несчастный, страдал…

Руки сами выполняли привычную за десятилетия работу. А голова автоматически подкидывала аналогичные и не очень случаи, которыми была так богата его практика. Воистину, мир был несовершенен, а маги — очень злые ребята. И мстительные. И тупые, причём не всегда от природы.

Проклинают друг друга с такой фантазией, что даже он порой удивляется. У него в реестре столько этих проклятий накопилось, монографию можно писать, толстенную, да где ж время взять? А отпуска жалко… Да и вред может от такой монографии приключиться, если её как учебник крутых шуток приспособят, а это запросто.

Да уж, постоянно с этими мстительными подарками проблемы, часто очень трудно убираются, очень. Или только частично снимаются, тоже мало хорошего, раз пациент тогда весь обижен и на дополнительное вознаграждение совсем тугой.

Даже и не тёмные волшебники бывают щедры на сложнейшие заклятия тупости, которые очень плохо снимаются, и дорого. Лидируют, конечно, заклятие продлённого кишечного расстройства (ну очень популярно!), а также нимфомании (частая месть от бывших), и, разумеется, импотенции (любимая месть от бывших)…

Или навешивается на человека отложенное проклятие, которое искажает определённые группы заклинаний. Поэтому, например, обычнейшее заклятие эпиляции на ведьме вдруг не срабатывает, зато быстро вырастает красивый член. Модного в сезоне размера и цвета. И трудноудаляемый, что нервирует потерпевшую.

Очень злобной шуткой было отсроченное поносное зелье, как-то подсунутое игроку в квиддич, на ответственнейшем матче. Там же такой фонтан, прямо с реактивным моментом, это же на всей игре сразу сказывается, а уж отвлекает как! Даже зрителей отвлекает, потому что радиус поражения просто исключительный, коль с высоты...

…Вот и Гарри Поттер записался на приём, интересно будет понаблюдать знаменитого мальчика, героя и квиддичиста. Коллега Помфри написала про сочетание травм, включая черепно-мозговые, с психологическими проблемами и стойкими нарушениями сна. Конечно, он с удовольствием лично осмотрит парня, и полечит. Чтоб этот квиддич…

То ли дело у маглов: есть опасные виды спорта, есть менее опасные, малоопасные, безопасные, красота. А у нас же если не квиддич, так конный бой, где хоть с высоты большой не падают, но и топчут друг друга, ломают, вывихивают: азартные же, подростки же, кони же.

Ну, Пенелопа Помфри с конными травмами легко справляется, а вот Гарри Поттера в Мунго направляет, это не случайно. Ну, посмотрим, полечим…

* * *

Закончив процедуры, главный целитель нервно прихлёбывал расслабляющий напиток. Чего же в себя маги наши, одарённые максимально альтернативно, только не засовывают! Даже мелких домашних животных, магловского Гринписа на них, похотливцев, нет! Стажёры, бедняжки, в стенгазете то и дело плачутся, реестр найденного ведут, разнообразнейший.

Кстати, надо будет потом со статистикой поупражняться, в очередной раз. Ну, хоть чувства юмора не теряют, достойная молодёжь у него в клинике, отборная, почти. Да, без чувств порой могут упасть, но если юмора не терять, работать сможешь.

Дежурство в Мунго

Тяжело стажёрам в Мунго,

Случаи все сложные,

Уже к ночи, как гомункул,

Нет, тащи накожное!..

Мунго практику даёт

Просто уникальную:

Маг всё в задницу суёт,

Он же ненормальный.

Криком ведь потом кричит,

Слезой заливается,

Сзади невесть что торчит,

Людям улыбается.

Натяни ты до локтей

Скользкие перчатки,

И тащи, да поскорей:

Спелые початки…

…Вот ударил барабан,

Запищала квочка,

Чуть не выстрелил наган…

Фу ты, что за ночка!

Тащим мы на белый свет

Из клиента глупости.

Дуракам закону нет,

Там всегда ночь тупости.

…Фаллоимитатор, ключ,

Шариков наборчик…

Так, ты новый? Ох, вонюч…

Обнажи приборчик!

Ну, видали и покруче,

Так себе игрушечки…

Да ты, братец, не канючь,

Спасём погремушечки.

Или проще, раз до пят,

Поменять на новые?

Правда, только от слонят,

Юные, пудовые.

И другой есть вариант,

Повезло убогому,

Сметвик наш — большой талант,

Магией потрогает!

Быстро палочкой своей

Он внизу распутает!

Вот — улыбка до ушей,

И глазами лупает.

Хорошо, что всё путём,

От простого к сложному!

Над собою мы растём,

Нету невозможного.

Где снотворным отоварим,

Надо — с выдумкой идём.

Вон разлезлось — так заварим,

А что слиплось — разошьём!..

* * *

…Ведь от крупных животных, домашних и диких, какой терпят ущерб! Да и от мелких… Очень немаленький ущерб, особенно косметический. Рубцы на коже от пламени дракона только частично разгладить и уменьшить можно, а процедур масса, и ни одной дешёвой.

А если нюхлер тяпнет, под золотыми и серебряными украшениями кожа лет пять чесаться будет, хорошо ещё, что редкие они зверьки. Но у нас же так: если держать питомцев, то самых редких, это же круто! И чем ты тупее и пьянее, тем страшней могут быть твои питомцы!

Кто-то и оборотня на цепи держит, в волчьей форме, не давая назад обернуться, ради ингредиентов. А потом в пьяном виде его кормить идёт, или пинать, по-разному бывает. А у того же реакция втрое против человеческой, если человек трезв причём… Потом сиди до конца жизни на ликантропном зелье, галеончики пригоршнями отсчитывай.

У этого зелья, между тем, немало побочных эффектов, и ни одного приятного. Даже физиономия какая-то потасканная делается, унылая, харизму всю напрочь смывает, одна жалость остаётся. А в нашем мире, обществе сильных магов-победителей, жалость не особенно приветствуют, если ты не врач, конечно.

…А кто-то фестралика-сиротку выращивает и пытается бедняжку от тухлого мяса отучить, что невозможно вообще-то. И потом частями своего тела его кормит, непроизвольно. А откушенное фестралом обратно не приживить. Вот когда гиппогриф огромным клювом отщипнул, шансы есть, если, конечно, не голову откусывал. А фестрал — потемнее зверёк будет, его магия совсем недружелюбна, даже навоз, и тот токсичный.

То ли дело стрела кентавра, благодать просто — на раз и вытаскивается, и рана от неё затягивается, после простого заклинания, практически сразу. Потому что родственники мы с шестилапчатыми, и стрелы у них простые, только с чарами точного наведения, и всё, даже ядом намазать ленятся. Ну, кони же…

А вот если русалка зубищами своими вцепится, то нужна квалифицированная помощь, потому как темноватая тварь. Хотя, если есть собака, то она хорошо такие раны зализывает… не самый известный факт, кстати. Только Хагрид этот и знает, наверное.

…Свидания в зоопарках — не лучшая идея, сто раз повторял! Не все звери любят волшебников, некоторые приставал терпеть не могут, особенно пьяных, и откусывают от них что придётся. А нам пришивай!

Был я пьян и мне хотелось,

Чтобы зверь на мне вертелся,

В зоопарк тогда пошёл,

Косолапого нашёл.

Захотел я трахнуть мишку,

Показал ему полшишки,

Мишка сразу озверел,

Оторвал вдруг, что хотел!

Причинил мне массу боли

Озверевший царь лесов,

Злюсь на мишку я до колик,

В Мунго оторвал засов!

* * *

Целитель Сметвик довольно потянулся. День прошёл обычно. Можно было собираться домой. Ещё полбокала, и на сегодня хватит, раз обычный день. Максимум ещё полбокала, не более, ибо печень…

Заклинание «Вертел тебя!» было опасным. Если оказался слабее, то вертели уже тебя, и с последствиями, вплоть до отрыва твоего личного вертуна… Нет, конечно, такое пришивается назад, и уверенно, но ведь тут и психологическая травма. А они лечатся не сильно лучше, чем у маглов! Мать-и-Магия, вероятно, не считает их слишком опасными, поэтому не так часто предлагает зелья и заклятия повышенной эффективности. Но больше пониженной, порой чуть ли не на уровне простецких.

А сколько известно видов помрачающих сознание проклятий, ведь явный избыток! И это при наличии очень развитой культуры потребления горячительных напитков, да в огромных количествах! Пусть наш организм куда лучше сопротивляется и количеству влитого, и собственно похмелью, чем у магликов с маглишками. Но не до бесконечности же, особенно печень!..

Ноги с руками местами поменять и голову развернуть в обратную сторону — довольно распространённая шуточка. При том, что с ней не всегда просто сладить, хоть и просто помрачающая. Но пациент же верит, что конечности местами поменялись, и голова на сто восемьдесят градусов пропутешествовала. Поэтому ведёт себя соответственно, нервно, вплоть до агрессии…

А это любимое у воришек заклинание «Гоп-стоп!» Сразу замораживает на месте с руками вверх, на срок от тридцати секунд до минуты, смотря по силе применяющего. А потом позыв на низ, и сильнейший. Так что злоумышленник успевает и карманы обшарить, и в хитрый проходной двор с добычей умырнуть...

Или когда подгулявшему магу являют иллюзию эффектной полураздетой дамочки, умоляющей срочно помочь застегнуть лифчик. И та, значит, вертится, исключительно передом, демонстрируя прелести, вкупе со средней степенью опьянения, и лифчик вертит, перед носом, но в руки не даёт. Ещё хихиканье это... Уж сколько в доступной литературе про это «хи-хи» понаписано, а что толку?

Клиент покорно ждёт, когда фантомная прелестница спинкой повернётся, а карманы уже опытной рукой проверены, и барсеточка срезана, а то и по голове получил, твёрдым тупым предметом... Тогда и волосы на оборотное зелье заимствованы, и крови половина откачана, и ногтей не хватает, и зубов. Бывает, и тестикулы наспех отрежут, с небрежной анестезией, или вообще без, там же такие зелья памяти из них, закачаешься...

И ещё десяток ценнейших зелий, восстановительных, стимулирующих и прочих. Ведь исключительная же деталь организма, наглядное свидетельство мужского гендерного превосходства! Вот так одного клиента глубоко обобрать, и месяц неплохой гульбы тебе обеспечен. А новые яйки долго выращиваются, особенно у слабых колдунцов, это же тебе не помидоры. Причём, если магией срезать, для скорости, так больше и не выращиваются.

Эх, при нашей безработице и конкуренции, сколько же способных магов в криминал подаётся! Это не считая не очень способных. И совершенствуются в применении плохого, и неустанно. После войны этой, последней, столько психически повреждённых осталось… Тут от Второй-то мировой до сих пор немало психов, при нашей высокой продолжительности жизни, потом Тёмный Лорд этот, Мерлином запоздало трахнутый...

Так и говорят деятели криминала: мол, по яйки пошел! Портят уникальный продукт, его же девственница собирать должна, да в стазис, да варить почти сразу. А эти бросят трофей на прилавок и гогочут: мол, употребите охлаждённым!.. А там бывает, и пятой части магии не сохранилось, почти как у сквибов.

Криминал — тоже проблема. Но и выход, раз ценное достают, особенно умные бандиты, те так особо ценное порой достают...

…Конечно, с покойника детали брать некошерно, родня забирает, а не все же хорошо разбираются, что из чего варить да как настаивать. А в последнее время позапрещали и кровную магию, и человечинку в зельях, зачем? Обезьяньи запчасти куда хуже, это даже не дженерики…

Своё для организма всяко лучше. Так и переливание крови могут запретить, ослократы! Жди тогда, когда чиновник себе или другому что-то случайно оторвёт, по пьяни, и от кровопотери загнётся. Тогда только и отменят, известное дело...

Само собой, и в клинике по-разному бывает, не все святые. Ту же кровь с костным мозгом полезно немножко отцедить, и органы кое-какие изъять, менее нужные и заново отрастающие. Ведь замену из чего гнать прикажете? Печень и самая разволшебная алкогольные суррогаты не обожает, часто пересаживать приходится. И, между прочим, обезьянья не годится, потому что алкоголь совершенно не держит...

Ну и аврорат наш доблестный, стражи закона, коллекторы ножа и топора, кедаврики с большой дороги, проблем добавляют, регулярно. Такие кадры там попадаются, что никакого Лютного переулка не надо. И оборотни в бордовых мантиях встречаются, чего скрывать. И просто оборотни тоже, всякое бывает. Один вот, говорят, в последний момент был из авроров отведён, рекомендацией от самого Альбуса Дамблдора тряс, ужас.

…Не любят наши правоохранители искать авторов всяких там злобных проклятий, дескать, мелко это. Лучше разное вшивое жульё гонять, делая очередную облаву в Лютном и запрещёнку изымая. Часто в свою пользу, и хоть бы раз с клиникой поделились.

А нам потом собирай тех, кто от аврорских заклинаний сам восстановиться не в силах. Охранители же Круциатусом люмпенов в упор бьют, чтобы сразу палочка из рук вывалилась, и можно уже безопасно ногами его, ногами…

Любят авроры ногами, чтобы лучше своё воздействие чувствовать, да и не все мастера на заклятия, счастье-то какое! Не то пациентов резко бы прибавилось. А так вколешь бродягам загустителя, чтоб органы дальше не растворялись, а потом тот как-нибудь сам.

Да, сам, потому что ворьё всякое в клинике — это не только мгновенное спиртоубытие и кучи в углах. А уж лужа на видном месте — это первое дело! Да там такое приносят в лечебное учреждение, что просто ох, вздрогни, микрофлора, и осыпься, в страшных судорогах. Так от подобных субъектов ещё и насилия над пациентками случались… и над пациентами тоже, есть ведь любители.

Они и палочку ловки в хитрые места запрятывать, под видом огурца или флакона какого-нибудь. Вроде сексуальная игрушка, в заднице, как и положено, а колданёшь проявляющим — палочка, нелегальная! Нет, криминал пусть без нас лечится, он умеет. Если бандит не в состоянии снять с себя средне-серьёзное проклятие, то ошибся с профессией, однозначно!

* * *

…Волшебники, как маглы прямо, не очень любят столетия отмечать. Мол, тогда до стопятидесятилетия не доживёшь с пятидесятипроцентной вероятностью, а до двухсотлетия — со стопроцентной. Хотя врачебный опыт говорит, что демографическая статистика примерно так и выглядит.

Слабосилки, особенно злоупотребляющие всяким таким нехорошим, очень часто не доживают до полутораста, ибо печень не даёт, великий уравнитель, цирроз её мать. До двухсот же только сильные маги дотягивают, а сколько их в нашей популяции? Два-три процента максимум.

Гм, Альбус и двести пятьдесят проживёт, да запросто, хотя откатов много наловил, дряхлая внешность о том наглядно свидетельствует. Но только если тебе в коньячок регулярно капает сам феникс-фамильяр, да плюс магия замка, считай, своя, да умения переводить откаты на зависимых лиц усовершенствованы, как мало у кого… Да секретики ещё, особо специальные, коль архимаг, да со справкой о величии...

Хорошо устроился Дамблдор, с такими запасами магической силы и на трёх работах можно высиживать, запросто. Да и на тестикулы привилегированного заключённого Геллерта Гриндевальда в очереди самый первый. Как только отросли погремушечки у секретного зэка, их — чик, и в зелья.

Магические откаты смывает на раз такая могучая яишенка, просто на раз! И ходи себе чистенький, примеривайся к новым нарушениям клятв, даже серьёзных. Нет, не любые откаты, но средние — прямо целиком! Не факт, что даже у самого господина директора мужские достопримечательности лучше качеством, не факт.

Целитель Сметвик — врач не из последних, но и то не представляет всех эффектов архимагических тестикул, их же изучать надо, а Геллерт такой один, которому делиться приходится. И не с клиникой, понятное дело. К тому же, пленник Нурменгарда — ещё донор и костного мозга, и крови, по слухам.

Поэтому живёт на широкую ногу, по очень достоверным сведениям. Единственный узник на всю тюрьму. Впрочем, и магловский нацист Гесс тоже был один в тюрьме, да повесился в итоге, даже полвека не отсидел. Мы, маги-то, покрепче будем. И в тюрьме себе развлечения найдём. Архимага даже в зековском обличье уважают, раз от него самой сильной некроэнергией минимум за полсотни ярдов шибает…

А зелье памяти — это же такой сильный мотиватор всего, а не просто активатор мозга. Тебе весь этот неполный месяц, пока оно действует, хочется язык учить, сложные книжки читать, с первого раза понимать и основное запоминать. И на секс тянет ещё, если с дозировкой поколдовать. Есть богатые любители: потратятся на такое зелье, и ну гужеваться весь месяц напролёт, не с книжками, само собой...

Он бы Локхарту этому, противозному, точно бы отрезал, строго конфиденциально! Да нельзя, репутация может пострадать, такое дело не спрятать. А трупное — вообще не то. Не говоря о том, что маги мрут очень неохотно, порой даже и не знаешь толком, как к этому всему относиться. Дураки-долгожители — это, конечно, проблема, и остросоциальная, он бы так сказал, и даже под клятву...

* * *

Да волшебнички эти и без криминала тоже такое творят порой… Одно это ужасное поверье, про магловский сок и его якобы омолаживающее влияние, чего стоит! Дескать, выжми молодого магла или, лучше, маглёнка, в тазик, и пей этот сок с красным вином, помногу, и намазывайся, обильно.

Дикое суеверие, сколько маглов в прежние времена через него погибло. И до сих пор ведь встречаются такие маги, особенно в провинции, из особо тёмных семей. Хорошо хоть, выжимающее заклятие сложное и редкое. С другой стороны, обычные Редукто и Секо тоже столько сока навыпускать могут, никакого выжимания не надо…

Магию крови во многом из-за таких неадекватных и запретили. Сколько пропавших без вести маглов просто пожилым колдунам и ведьмам не в том месте дорогу пересекли, не сосчитать… Один Джек Потрошитель, колдунишка ненормальный, чего стоил!

Конечно, когда мент-пациент в Мунго попадает, тоже совсем не подарок, спирт уничтожает как своё. И к пациенткам пристаёт, а то начинает хищения спирта расследовать, циник с перегаром! С намёками, что делиться надо, уважаемый целитель якобы неисцелимых! Столько очаровательных веществ тратите, а учёт-то сомнительный…

И клизмой его брать бесполезно, проще в медикаментозный сон погрузить, до конца лечения, для спокойствия. Мент — это сокращённо от «элемент», то есть часть вместо целого. Чтобы длинно не говорить: вот, мол, элементарный кусок такого-то шибко второстепенного продукта, зловонного и практически бесполезного… Просто мент, и всё! Жалко Аврору, такая богиня симпатичная, а её именем магическую ментовку назвали!

…Громко булькает клиент,

Слабо улыбается,

Сложный у него момент:

Печень растворяется.

Но раствор — это не газ,

Знаем своё дело,

Отвердитель в самый раз,

Вкачиваем смело.

Бодр и весел пациент,

Прыгает от радости,

Дарит дорогой презент,

Грезит же о гадости.

Дескать, если вставить в низ

Новые импланты,

То цепляться за карниз

Можно тем гигантом…

Главный целитель Сметвик купажировал свой вечерний коньяк и, предвкушая расслабление, вспоминал день.

…Мистера Поттера удалось неплохо обработать, но случай сложный. И проклятие пакостное, и ребёнок недокормленный, явно с раннего детства. Да, раз даже на хогвартских харчах, и с дефицитом веса. Там у парня сзади такая костяная формула чёткая была, что они с ассистенткой только переглядывались, сначала…

Потом и высказывания пошли, не только по-латыни, когда диагностика чего только не показала. Странно, что Помфри только сейчас направление выписала, то ли сор из избы не хотела выносить? Непохоже на неё, дама-то с характером. Мутная какая-то история с этим героическим мальчиком, очень мутная. И вызов колдомедицине!

Под знаменитым шрамом в привилегированном пациенте сразу обнаружилась какая-то не сильно понятная темно-магическая дрянь, явно от Неназываемого. Тянет магию, но мальчиком не управляет, этакий слабый ментальный паразит, сильно закапсулированный и неудаляемый.

Никогда не встречал подобного! Он неплохо справился, тёмные проклятия — это его профиль. Паразита сильно ослабили, магию уже тянет по минимуму, дальше, есть надежда, совсем растворится, к совершеннолетию. Или нет.

И остатки яда василиска в крови нашлись, и слёзы феникса заодно. Да, если бы не фамильяр директора, то от яда василиска — никаких шансов. Даже у мальчика, выжившего после проклятия самого мистера Неназываемого. Что за школа этот Хогвартс, детей василиском кусать! И как только не окаменел?

Очень специальный мальчик, очень! Настолько, что, судя по реакциям организма, ещё недавно был буквально пропитан подчиняющими зельями. А детей же ими нельзя! И ограничитель магии стоял, который, по-хорошему, тоже нельзя, если надолго. Но, судя по неровному магическому ядру и вывихнутым капиллярам, долго стоял…

Ну, Альбус, только появись, я тебе бороду-то на шее Локхарта завяжу, туго! …Ладно, будем наблюдать Гарри дальше, часть процедур проведём как бесплатные, льготник-сиротка как-никак. Интересный мальчик, развитый и неглупый, а подружка так и вовсе умница!

* * *

Гарри Поттер, знаменитый на всю магическую Британию мальчик, который выжил, наконец уступил очень настоятельным и многократным советам-требованиям лучшей подруги — Гермионы Грейнджер. И перед отъездом на каникулы забежал в больничное крыло, чтобы попросить у медиведьмы мадам Пенелопы Помфри что-нибудь укрепляющее, на лето. А также направление в лечебницу св. Мунго, на полное обследование.

Гарри не сильно хотелось вспоминать про болячки, но раз уж василиск тяпнул, надо бы провериться дополнительно, это верно… Неважное, мягко говоря, настроение от предстоящего возвращения к Дурслям он, по обыкновению, выплеснул в очередной песенке, которые наловчился сочинять. Придумал, спел — и как-то легче.

Если живёте у тёти,

Не встретится вам благодать,

Вас дядя злой поколотит,

В чулан прогонит, в чулан прогонит,

В чулан прогонит опять!

Прогонит опять!

Если у Мардж есть собака,

Её здорово б отравить,

И с Дадли не будет драки,

Если его, если его,

До смерти отколотить!

От-ко-ло-тить!

Если вокруг злые люди,

От них вам не убежать,

Кузен — как тот хрен на блюде,

Что б его чтоб, чтоб его чтоб,

Чтоб его мать-перемать!

Мать-перемать!

Жизнь моя бродит босая,

А маги велели терпеть.

Думаю сам я, думаю сам я,

Как бы вас всех повертеть,

Взять, да и отыметь!

Скопом всех вас отыметь!

* * *

Мадам Помфри только вздохнула: «Ох, уж эти ваши недуги и подвиги, мистер Поттер…» Потом молча заполнила бланк и вручила мальчику, кратко сказав, что очень известный Гиппократ Сметвик, главный целитель, посмотрит его лично. И велела, чтобы Гарри всё им сказанное исполнял со всей тщательностью. Потому что лучше Сметвика нет врача в Британии.

Затем медиведьма о квиддиче высказалась, нелицеприятно. В том смысле, что с таким спортом мистеру Поттеру крепкого здоровья не видать как собственных ушей. Свои уши без зеркала только мистер Крэбб-младший может увидеть, потому что ему не повезло с обстановкой дома… неважно. И если мистер Поттер считает, что может гонять на метле без ограничения скорости…

И лететь без неё вниз тоже может, то и ему не гарантирована везучая обстановка,да Мерлин, селезёнкой ёкающий, и Моргана кишечнополостная! Также напомнив, что невезучие спортсмены могут получить зависимость от вредных снадобий, без которых трудно выжить. А напоследок процитировала одно из своих любимых поучений, которое Гарри затвердил ещё в прошлом году:

Надо больше зелий пить,

Чтобы рвать рекорды,

Иль в земле придётся гнить,

С корочкой на морде!

Потом выдала две скляночки с пипеткой, сказав, что пить по утрам каждое надо по одной пипетке, чередуя по дням. И, немного подумав, достала какое-то красиво опалесцирующее густое зелье, в довольно крупной банке, сказав:

— Дорогая вещь, но очень хорошая. Очень. Если семьдесят галеонов найдёшь, то забирай! Большая польза от этого концентрата здоровью, большая…

Гарри поблагодарил медиведьму и сказал, что поищет. Хотя такой суммы у него точно не было. И десятой части не было. И двадцатой не было, точно. Но всё же два бесплатных лекарства получил, и в Мунго направление дали. Отлично, там тоже, может быть, что-то на дармовщинку дадут, большое же учреждение. Наверное…

Надо же, совет Гермионы снова сработал. Удачно зашёл, и зелья выглядят безобидно. Если всего по пипетке на четверть стакана воды, то даже если гадость, то пустяк, при таком разбавлении. И даром! Добрая женщина, эта Помфри. Сразу направление выписала, ничего не спросила, как будто так и надо.

…Э, так, значит, с её точки зрения, очень такой медицинской точки, ему вполне даже стоит в эту больничку св. Мунго прогуляться? Похоже, да, раз сразу села и выписала нужную бумажку, не говоря и слова. А без советов Гермионы ему и мысли насчёт Мунго в голову бы не пришло…

Ещё и зрение бы проверить хорошо, а то очки совсем ослабли, плохо показывают. Только как в эту Мунго от Дурслей сбежать? Непростое дело, непростое. Но и не безнадёжное, если подумать…

Когда Гермиона увидела Гарри со склянками, глаза её радостно блеснули. Прочитав направление, она хлопнула друга по плечу и уверенно заявила:

— Вот видишь, и Помфри согласна, что в Мунго стоит провериться! А ты говорил… Да ещё к самому Сметвику отправила, вот удача-то! Молодец, Гарри! Сейчас по справочнику посмотрю, что второе зелье делает…

Про аквавитанскую настойку я в курсе, это классическое для восстановления после тяжёлых заболеваний и травм. А вот эта «Живица подростковая»… так, так… живица. Вот, есть про неё. Тоже для восстановления, причём специально для мальчиков, по полпипетки через сутки, по утрам. Так?

Гарри решил не говорить, что дозу ему назначили двойную, а то девочка и так горячится. Тут он вспомнил про красивое дорогое зелье в почти двухпинтовой банке и решил на всякий случай спросить. Гермиона в ответ сильно заволновалась и даже невольно повысила голос:

— Она тебе концентрат «Здравосмысла» предложила?.. За семьдесят и всю банку? Так это дёшево, Гарри, очень дёшево, это же в треть цены, тут в справочнике двести указано! Это же для стимуляции мозговой активности, и для памяти, и опять же для восстановления после самых тяжёлых мозговых…

Ох, а зачем… Стоп, потом подумаю. Гарри, надо брать! Тётя Поппи плохого не посоветует, тут она ещё лучше меня! Я уже сколько к ней хожу заниматься, факультативно, я в курсе, она такая знающая, такая ответственная…

Даже не спрашивая, сколько у Гарри денег, девочка кинулась к себе. Тут же вернулась в гостиную с увесистым кошельком. И затараторила:

— У меня как раз пятьдесят пять галеонов ещё есть, мне родители всегда с запасом дают, на всякий случай. Через три дня домой, мне ничего покупать не нужно. Так что ещё полтора десятка золотинок надо раздобыть…

Невилл, иди сюда, пожалуйста! Невилл, срочно нужны деньги для Гарри, в долг, до первого сентября, на очень ценное лекарство. Совершенно необходимое! Можешь, да… пять галеонов? Молодец. Спасибо тебе огромное! Ты лучший коняшка в мире!

Затем Гермиона посмотрела на Рона. Тот вздохнул, вытащил горсточку сиклей, отсчитал галеон. Горсточка заметно уменьшилась. Рон пробормотал, что больше нет, и протянул серебро. Девочка забрала монетки и нервно защёлкала пальцами.

Её взгляд остановился на рыжей шевелюре, видневшейся за мощной спиной капитана квиддичной команды Оливера Вуда, возле беспрерывно хихикавшей Анджелины Джонсон, рослой мулатки. Было ощущение, что шевелюра пританцовывает… Похоже, болтовня игроков шла не о квиддиче, но нарушить личное пространство придётся.

Гермиона смело подошла к парочке, трепавшейся в дальнем углу гостиной, и через несколько секунд поймала взгляд близнеца. Несколько раз моргнула и кивнула. Фред, или Джордж, ответно кивнул, скорчил рожу, поклонился Анджелине и отошёл к девочке. Та сразу взяла быка за рога и обратилась к близнецу во множественном числе:

— Ребята, нужно девять галеонов для Гарри, срочно! Ему очень дорогое лекарство требуется, для восстановления, по совету мадам Помфри. Мы собрали сумму, но немного не хватает… Вы как?

— Помочь Гарри — дело хорошее, но мы только что ингредиентов на всю последнюю выручку закупили. Только пара галеончиков завалялась. Возьмёшь?.. А остальное Хагрид добавит, у него всегда запас водится. Куда ему жалованье тратить? Самогон он сам делает, а закуску охотой добывает и в огороде выращивает, плюс ферма своя, сама знаешь…

— Спасибо большое! Всё, я побежала…

Точно, Хагрид, на лицо ужасный, добрый внутри, сердце золотое, великанское!

Гарри с некоторым ошеломлением наблюдал за активностью Гермионы. Слова протеста застряли в горле. Как на неё это название подействовало, даже в лице переменилась! Что за «Здравосмысл» такой?

Гермиона подбежала к Гарри и отдала ему кошелёк. Велела идти к Помфри немедленно и сказать, что остаток суммы будет скоро, она принесёт прямо в крыло, чуть попозже. И велела бежать, пока «Здравосмысл» не разобрали. Дескать, это шутка, про не разобрали, но штука эта не шутка, потому что очень редкое зелье. И чтоб за такую цену? Беги, Гарри, бери, Гарри!..

И умчалась сама. Мистер Поттер, взяв кошелёк, благодарно кивнул Невиллу, Рону и близнецу, да потопал обратно в больничное крыло. Раз убежала, значит, у кого-то ещё займёт. Либо у знакомых девчонок, либо…

Да к Хагриду побежала, почти наверняка. Тот никогда деньги не считает, у него домашняя касса всегда в старой бронзовой вазе лежит, на отдельной полке, под рожками единорога. Он оттуда сикли огромными горстями достаёт, и галеоны там точно есть, и, похоже, всегда.

Ну да, у Хагрида же натуральное хозяйство. Гермиона объясняла как-то про это всё, и жалованье лесника и ключника они обсуждали, хотя и не очень прилично такое. Но они почти всё с ней обсуждают, привыкли как-то за полтора года.

А он, грешным делом, тогда прикидывал, как садовод со стажем, сколько стоит урожай с такого участка, как у лесника. Поливать его не раз помогал, а вот сорняки дёргать не нужно было, от них Хагрид специальное зелье использовал…

Гарри шёл к владениям мадам Помфри окольной дорогой и не торопясь. Потом с четверть часа походил неподалёку, решив не соваться к Поппи-Пенелопе без полной суммы. Услышал стук каблучков и затем разглядел мутный растрёпанный силуэт, стремительно приближавшийся и приветственно махавший рукой.

Запыхавшаяся Гермиона, не в силах говорить, сунула галеоны мальчику и подтолкнула в направлении нужной двери. Гарри смущённо поблагодарил и пошёл покупать таинственный «Здравосмысл». Если пить зелье с таким названием, то плохого в голове точно не произойдёт, подумал он, открывая дверь во владения медиведьмы…

А Гермиона, дожидаясь, влезла на подоконник и, волнуясь, продолжила рассуждать сама с собой про редкое зелье. Его же после инсультов и тяжёлых сотрясений дают, и когда ушиб мозга, и после всяких дрянных заклинаний, когда осложнения в голову лезут…

Получается, у Гарри осложнения? Ну, раз был укушен василиском, то логично. И раз цена такая, льготная… так это, выходит, для мальчика, который выжил, такая цена, специальная!

Ну да, Помфри поучаствовала, выходит, оказала помощь, и основную. И правильно, она тоже не бедная дама. Среди преподавателей бедных не бывает, здесь же и квалификация, и выслуга — всё достойно оплачивается, она в курсе. И направление в Мунго дала — это главное. Значит, признала, что одного больничного крыла мало. Не очень ясно, почему сама инициативу не проявила, ведь врач, так?

С другой стороны, за два года стало понятно, что в этой школе, если сам инициативу не проявишь, многое мимо пройдёт. Британцы — народ самостоятельный, этим гордятся, и правильно. Хотя в Хогвартсе к детям и помягче, и повнимательнее могли бы…

О чём эта она? Это же Хогвартс, не съели к вечеру — скажи спасибо, что день удачно закончился! Да, не проявила, но гуманитарную помощь оказала. Загадка, есть о чём подумать.

Одно ясно — Гарри надо лечиться дальше. Она поняла. И всё сделает. Ну, всё что сможет. Происхождение обязывает, никуда не денешься.

* * *

Гермиона сама очень волновалась перед походом в Мунго, но старалась не показывать виду. И скомандовала другу, видя его неуверенный вид и прикушенную губу:

— Гарри, смелей! Это всего лишь больница! А ты целый Гарри Поттер, самый известный её пациент, вскоре то есть им станешь! Это ты есть Гарри Поттер, а они — никто не Гарри Поттер, и никогда. Ты им не обязан, а они тебе обязан! Как ты говоришь про Дадли: глазки в кучку, попку в горсть… давай, там же врачи, они обязательно помогут.

Ты же Поттер, помни, и носик поэтому чуть кверху держи, вот. Зазнаваться ты не умеешь, но стесняться тоже надо поменьше, потому что ты ни перед кем не виноват. Ты только перед Дурслями виноват, по их мнению дурацкому, и всё! А врачи — не враги и не соперники, и парселтанга не боятся, они обучены людям помогать, а другому не обучены. Я — целительская дочка, я разбираюсь! Они созданы, чтобы помогать!..

Да им же тебя полечить — потом гордиться всю жизнь! И, при случае, говорить, так, между делом, небрежно: «Кстати, вот, помню, забегает ко мне Поттер… ну да, Гарри, тот самый… и говорит…» Может, и зрение поправят, это же волшебники! Они даже больно как следует сделать не сумеют, с такими-то зельями!..

Гарри, слушая бодрую скороговорку подруги, тоже повеселел. Хотя насчёт больно у него было своё мнение, потому что костерост… Но всё остальное Гермиона очень правильно сказала. Должны помочь, раз врачи, так ведь?

Он до школы и на каникулах все свои ушибы и даже переломы у Дурслей сам отлечивал, магией, терпел. А если его магией полечат, так он и зрение там поправит, а вдруг и подрасти сможет, так?..

* * *

Да, дядюшка Хагрид не только деньгами выручил, отсыпав гораздо больше, чем нужно — дескать, цены в Мунго всякие бывают, боюсь, тебе не понравятся. Ему вот никогда не нравились, хотя лечение отменное… Главное, что с доставкой в Лондон образцово выручил, никто и не пикнул. Сам план предложил, очень рабочий.

Просто поздно вечером прилетел на своём мотоцикле к Дурслям, ввалился в дом и громко рыкнул — собирайся, Поттер, на медосмотр! В сборный пункт поедем, а завтра, с утра пораньше, по врачам, и по полной программе. В специальной клинике посмотрят тебя, и остальных прочих…

Потому как такое полагается делать со всеми магловоспитанными, раз малое совершеннолетие уже через год. Коль два курса хорошо отучился, прохвилактика тебе, это самое, полагается, и бесплатные укрепляющие зелья, да магическое закаливание... А то без палочки колдовать так и не научишься, без укрепляющих-то зелий, Моргана-мать и Мерлина тудыть!

Хагрид заявился с посохом, махнул им — и удалил остаток хвоста Дадли, вместе со штанами и бельём! Порадовал семейство, снова запугав до полусмерти, особенно когда кузен голышом и даже мяукнуть не может со страху. Дурсли просто оцепенели от нового колдовства на сына, да с раздеванием. Но уж так были рады излечению сыночка, и, от счастья, Поттера отпустили без вопросов.

Хотя Падлик, лишившись скотского куска на заднице, уже через полмесяца резко усилил личное свинство, компенсатор хренов! Парадокс… Потом Хагрид дом Грейнджеров нашёл, пусть и не сразу, пугнул их слегка, но переночевал на полу в гостевой комнате очень мирно. И безалкогольно. Разве что в туалете смывал неоднократно, долго занимал…

Утром в хорошем настроении был, коли Гарри смог из семейки этой, ужасно магловской, выручить, да без проблем. И хвостик мелкому свину, которого Гарри так метко Падликом кличет, конечно, стоило прибрать. Да, накосячил тогда, вспыльчивый потому что, великанская кровь, она такая, забористая. Накосячил и потом забыл, потому что самогончик, он такой… забористый, да.

А у Гермионы отличная семья, целители, пусть и маглы. Он даже разрешил мистеру Грейнджеру себе в пасть заглянуть, удивил зубной формулой, как выразился стоматолог. Ну так покрупнее зубки у него, и немного побольше их, зря, что ли, челюсть слегка выдаётся, и туды, и сюды…

И для Гарри местечко переночевать нашлось, его заочно Грейнджеры хорошо знали, отлично приняли. И утром Хагрид детишечек своих, умненьких, до удобной остановки подкинул, на мотоцикле, и улетел. В смысле, умчался, какие там полёты, если светлое время… Гермиона — очень ответственная, и к Помфри помогать бегает, ей в Мунго полезно будет побывать, а для Гарри лучшего сопровождения и не надо.

* * *

Мистер Поттер потом опекунам говорил, что лечение было болезненное и удачное, однако нужны консультации, ещё раза два или три. Мне великанчика позвать, который мистер Хагрид? Или дадите дюжину фунтов на проезд самостоятельно, раз дорогу знаю?..

Два раза так прошло, так что он и в гоблинский банк забежал. Где на голубом глазу сказал, что ключ у опекуна, а тот страшно занят, страшно. Потому что на трёх работах пашет, не разгибается, у всех в авторитете, да вы же в курсе…

А ему только бы на учебники и мантию с обувью, чтобы пораньше начинать заниматься, и мороженого прикупить, чтобы побольше… Если можно, конечно, сиятельные вы господа, финоделы кредитонезависимые, да войдите в положение сироты обносившегося…

Гоблины поскалились, узнав интонации Хагрида, и вошли. Без разговоров дали обносившемуся, вместо ключика, именной счёт для одёжного заведения Малкин, и в книжный, нормально хватило. И десять галеонов мелочью на расходы, с добрым советом отведать мороженое у Фортескью.

Наговаривают волшебники на зубастиков, явно. Если с ними вежливо, то нормальные эти гоблины, с подходом. Ну как, нормальные?..

Гоблины, проводя конвертацию,

Фунты брали на реализацию.

Должников же они,

Да во всякие дни,

Подвергали всех трансфигурации.

* * *

Гарри потом, после путешествия в клинику, решил рассказать подруге кое-что из укромных воспоминаний. Мол, его самое большое и единственное в жизни путешествие — это гонка через полстраны, когда дядька крышей сначала поехал, а потом и вовсе двинулся, да на всех четырёх колёсах.

И от магов решил скрыться, маглище позорное и лайяй! Те, правда, круто прикололись, письма мне даже в яйца запихивали, прикинь! Не пожалели чар уменьшения, добрые колдуны, и чар размножения тоже, эти письма потом даже из камина били, просто потоком!

Тётка только коробку открыла, а все яйца у ней на глазах растрескались — и тут из них письма-то наружу и полезли! Как она визжала… У неё же стряпня какая-то накрылась, рассчитанная! А вместо яиц — одни скорлупки, и письма, письма!.. Полетели по кухне, давая по несколько полных кругов, вот же классное зачарование! Неужели Флитвика просили?..

Так вот, дядька запихнул нас в свой мерседес, и мчится куда-то, то и дело с трассы съезжает, едет в обратном направлении, потом вбок. Трижды на просёлки какие-то выбирался и на другую магистраль выруливал, изощрялся…

А я про одно думал — смогут нас найти, или нет? Ну и по сторонам башкой крутил, Британией из окна любовался, все дела. Да только трассы же подальше от больших городов проложены, толком ничего не увидел.

Хотя, между нами говоря, всё равно было недурное развлечение, и надежда, что не удрать от магов, куда там… Я, в глубине души, утром следующего дня уже был совершенно уверен, что найдут нас волшебнички, тудыть их, как Хагрид советует с ними обращаться!

— А почему, Гарри?

— А потому что утром был Дурслям огромный сюрприз! Ну и мне, заодно. Официантка той гостинички сказала, что мистеру Гарри Поттеру пришёл целый ворох писем, у вас такого нет? Дядька посерел и снова к своим усам, поредевшим, потянулся! А я такой, хихикаю про себя и одно думаю. Вот или сегодня, или завтра-послезавтра, а найдут нас маги! И как начнут меня у Дурслей отбирать: мол, Гарри, в школу собирайся, петушок пропел давно!

Когда Хагрида увидел, так обрадовался, как родному — такой точно отберёт! Представь, только полночь еле слышно пропикало, на часах Падлика, и тут такой пинок в дверь, со всей дури! Тот одноэтажный домишко, щитовой такой, где мы ночевали, прямо затрясся! Дадлик сразу подскочил, падла, запищал: «Гарри, Гарри, что это?» Родичи его в соседней комнате спали, вот.

А в дверь ещё пинки, раз, два, три! Потом треск, и дверь — бабах, вывалилась, и прямо на деревянный пол. На улице уже ветрище был, с ливнем, как в комнату дунуло! И мелкие ледяные брызги долетели, Падлик аж заскулил… Представь, какой силуэт мы с братцем увидели! Хагрид в шубе, ночью! Я подумал, ничего себе медведь! А медведь пролез через дверной проём и распрямился, и точно до потолка достал! И заговорил, человеческим голосом, сначала мирно, потом на Дурслей гневаться стал…

Я сразу понял — волшебник, человек-гора, сейчас меня в мешок посадит, и мы полетим, в волшебную страну Оз, как Дороти в своём фургончике, прямо из Канзаса… Да, про фургончик во дворе подумал, ведь подходящий транспорт! И ураган налицо, всё как в сказке про Дороти, Страшилу и Дровосека!

Хагрид-то крутой, сразу порядки навёл, великанские. Особенно когда дядин дробовик, серьёзный такой ствол, в узел согнул и вернул хозяину, потеха! Там у Дурсля такая рожа, он себе усы буквально клочьями рвал, не замечая того…

Нет-нет, когда наш лесник Падлика колданул, за то, что мой именинный торт разорил, вот это был номер… Представь, жирный проглот всю надпись «Гарри» успел в ладонь загрести и запихнуться… Тортик-то шоколадный был, Падлик в них превосходно разбирался, в отличие от меня. Ему три шоколадных вкуса всегда мало было, он требовал таких тортов, где четыре!

Великанище пробормотал, что хоть он на краешек тортика ненароком и садился, да только не для того, чтобы всякие маглята там… Я думал, он про малят говорил… И тут человек-гора вдруг ткнул в кузена зонтиком, розовым таким, хекнул как-то, даже непонятно, сказал ли что-то, очень быстро, или просто горло прочищал… Только жирдяй сразу ка-ак завопил! Потому что хвост — прямо через одежду пролез, в две секунды!

Я сразу подумал — так Падлик только от настоящей боли умеет верещать, когда с крыльца навернётся. Или в дальней половине нашего Унынинга, дурацкого, с другой бандой столкнётся, и ему навешают…

Жаль, так только однажды случилось, когда навешали, потом он осторожничал. Не понравилось с расквашенным носом ходить, и фингалом под глазом! Да и компанию его тогда успели растрепать, кто не убежал… Потом он меня особенно сильно доставал, скотина такая! А Хагрид говорил, что хотел Падлика в свинью превратить, да не вышло, один хвост только и вылез, болезненным образом…

— Наш Хагрид хотел превратить маглёнк… простецкого ребёнка в свинью? Это же очень сложное заклинание, к Минерве не ходи! И довольно опасное, раз полная трансфигурация живого в живое! И кстати, запрещённое для людей, у нас в школе только неполная трансфигурация личности разрешена!

Ученика лишь частично можно превращать, в качестве наказания, там, уши в кактус, или хулигана в блюдце, откуда штрафные котята сначала едят, а потом туда ходят… Помнишь, как Рону однажды досталось, за лень и хамство? Гарри, но Хагрид вряд ли знает такое сложное заклинание, я почти уверена!

— Вот-вот, великанище только хвостом кузена и наградил, очень поросячьего вида, длинным и колечком! И я же не знал, что гость провалил это замечательное заклинание… Поэтому какой же праздник у меня наступил, великолепный! Вот, думаю, это настоящий подарок, не хуже тортика. Хагрид же мигом огонь развёл в камине, без всяких дров, тоже зонтиком, сразу тепло стало… А дядька его ружьём пугать, кретин!

— Гарри, но это крутое колдовство, когда настоящее пламя, а не просто подсветка, как в фальшивых каминах, электрических…

— Именно крутое! Наш лесник непрост, ох, не прост, пусть в свинью и не превратит. Но от того хвоста у Падлика были нормальные такие проблемы, до последнего времени. Хвостик-то магловской медицине успешно посопротивлялся, дважды! Кузен изревелся…

Ну вот, лопаю я это свой именной торт, а в мыслях пальцы разгибаю и считаю, сколько уже колдовства накручено. Значит, великий маг ночью нашёл нас на краю Англии, причём на островке, дверь в полдюжины пинков вынес, потом обратно приставил. Та, кстати, с первой попытки на место встала, и сквозняка, прежнего, как не бывало! Ружьё узлом… нет, тут просто сила его великанская, ладно…

Значит, огонь вот развёл и стал сосисочки жарить, не забыть того аромата, волшебного, я же накануне без ужина остался! Потом и до хвоста дело дошло, отчего Дурсли сразу удрали в соседнюю комнату, и мы вдвоём остались.

Вот тут меня лесник угощает, рассказывает, какой я известный маг, и родители крутые маги, сосиски суёт. Потом зонтиком махнул, и торт на четыре части распался. И там, где хвостатый порылся, стало гладко, как срезано… Уж это был и тортик! Хагрид себе неполную четвертинку взял, где Дадли ковырялся, а остальное мне. Вот я попировал, до сих пор приятно вспомнить!

Явно от Фортескью подарок, вкуса не забыть, шоколадов пять там было, я сбился прослойки те, шоколадные, считать, разноцветные… Потому что великан такое рассказывал, просто голова кругом! Что я записан в школу магии прямо с рождения, прикинь! И буду там отличником, потому что у крутых родителей и дети такие же, а мне-то Дурсли жуткие гадости про предков рассказывали…

Узнать про родителей, наверное, мне тогда самым главным было… Значит, лопал я этот тортик, пока не устал. И понял, что лучше подобной усталости вообще ничего нет! Кстати, про торт я тоже решил, что он волшебный, раз такой вкус! И надпись светилась, несильно, я потом только заметил, когда первый голод утолил…

Наугощавши, Хагрид просто из кармана вытащил сову, которая там, оказывается, всё время тихо сидела. Накарябал письмо директору, что, мол, нашёл ему ученика и всё в порядке, погода только ужасная. Привязал письмо и просто выкинул сову в окно! И я был уверен, что сова прекрасно долетит даже в такую погоду, представляешь!

Потому что к великану такое доверие испытывал, особенно за хвост… Нет, зря ты морщишься и пыхтишь, этот хвост был кому надо хвост! Хагрид в тварях разбирается, и это мне сразу доказал! Кто свиньёй на Гарри лезет, тому хвост очень полезен!

Я только насчёт оплаты обучения страшно волновался. Но думал, что можно будет как-то заём организовать, раз я такой известный и все про меня знают… У нас же известные личности одновременно и богатые, так? Когда лесник про халявное обучение и пансионат на весь год сказал, я прямо летал!

Кстати, угадай почему, при всей невозможной магловоспитанности, я был почти уверен, что маги меня найдут и в школу заберут? Даже до того, как официантка пришла, и про сотню писем для меня сказала?

— Нет версий, Гарри, и никаких!

— Ну ещё бы. А просто в первом письме из Хогвартса был мой адрес указан, очень личный и беспредельно конкретный — мистеру Гарри Дж. Поттеру, чулан под лестницей, во какая крутая магия! Я тогда даже и не подумал, что маги, оказывается, про чуланное житьё мальчика, который выжил, осведомлены, ка-а-з-з-лы!

Если ты зацепишь грабли,

В лоб получишь, будто саблей.

Наступивши на метлу,

Получаешь по мослу.

Если задерёшь забрало,

То получишь по сусалам.

Если сзади вдруг метла,

Значит, скорость подвела,

Навернёшься коль с метлы,

Будут проводы светлы…

Я — Грегори Гойл, чистокровный волшебник и настоящий слизеринец, беспощадный к врагам факультета. Я этим горжусь, и хотя нам сказали писать сочинение, я ничего не буду сочинять. Потому что не умею, а всегда сочиняю только правду. Особенно когда выгодно, тогда прямо только одну правду и сочиняю.

Моя семья по некоторым обстоятельствам приняла вассалитет и теперь пользуется покровительством сиятельного лорда Люциуса Малфоя. А чтобы вассалитет был ещё лучше, то я должен исполнять вассальные обязанности по отношению к наследнику очень благородного рода Драко Малфою. И это мне помогает делать мой друг Винсент Крэбб.

И мы исполняем эти обязанности, и имеем покровительство. Потому что наследник Малфой — очень сильный волшебник и далеко пойдёт. И есть вероятность, что и нас возьмёт в эту далёкую дорогу. Или хотя бы укажет нужные тропинки, потому что всё знает про всех. Он, конечно, задаётся, но кто бы не задавался, если есть и способности, и деньги, и предки. И это всё лучшее. Жить, конечно, хорошо, но жить Малфоем — ещё гораздо лучше.

Драко нас ценит и делает поощрительные подарки. Например, свои чуть-чуть вышедшие из моды кружевные панталоны подарил, сказал, что надоели. Очень дорогие, просто ну очень. А чтобы подошли, увеличил особым заклинанием и сказал: аристократ должен выглядеть аристократом во всех местах.

Это, положим, верный факт, и подштанники совсем не чувствуются, и очищаются сами, некоторое время. Однако нам кружева не очень идут. Да и прибор в них запутывается, от этого струя кривая бывает. А мы ж вместе везде ходим, потому что босс всегда свою спину должен ощущать прикрытой. В этих школьных туалетах даже тролли попадаются, не говоря про всяких грифов и грязнокровную нечисть. Тролля на унитазе даже мои родители не ожидали.

Только наш шеф сильно не любит, когда Крэбб путается в кружевах, ошибается с направлением в писсуар и струёй с ног сбивает. Потому что это больно и мокро. От струи Винса даже я шатаюсь, здесь он талантлив, прямо как предательский Уизли в больших нуждах. Когда его зельем мгновенного опорожнения братья-близнецы прихватывают, и он разноцветным этим своим коридор метит…

С нашим боссом Малфоем очень хорошо в конный бой играть, и мне, и Винсенту. И ещё Миллисенте Булстроуд, которая Милли. Винс Крэбб сильно здоровый, он даже Булстроуд на закорках держит уверенно, а она весит почти как я. Хоть и пониже будет. Правда, Винс бегать с ней не может, он у нас осадное орудие.

Подвозит Милли к противнику, и та своими длинными руками его за волосы на раз сдёргивает. Или за одежду. Да ещё и ногой добавляет, если успевает. Нога у неё тоже длинная и очень мощная. Кто по мордасам получал, даже обижался. Дескать, у тебя уж и ножища, Булстроуд, прямо кентаврическая! А та ржёт себе и Винса пришпоривает.

А на мне босс ездит, он лёгкий, с ним бегать можно долго и почти быстро. Он цепкий такой, говорит, что это фамильное. И способствует накоплению нажитого непосильным трудом другими фамилиями, менее цепкими. Если Малфой в кого вцепился, моё дело — с места рвать и противника всей парой валить. Потому что Драко никогда не отцепится.

А я его крепко держу, и с меня ни разу всадника не сдёргивали. Потому что я тоже цепкий, хотя у других мало отбираю. На Слизерине трудно отбирать, там же колдуют все. Мы с Крэббом в конной команде идеально друг друга дополняем, и даже старшие курсы обыгрываем, хотя и не всегда. Там тоже свои крупные мальчики и девочки имеются.

Если бы не магия, мы здесь вообще бы круто жили и горя не знали. Раз мы такие сильные и смелые. Потому что одно дело, когда конный бой без магии идёт, по взаимной договорённости. То есть для максимальной физической подготовки. Тогда сильно весело и вариантов тактики куча.

Одних задней частью крупа к стене прижал, других им же бортанул, чтобы по полу аж закрутились. Ну, третьих пинать надо, четвёртых — сдёргивать, а пятых — в ухо бить. Если коню в ухо как следует дать, он всадника почти всегда роняет. И его тогда оттоптать легко, пока валяется, чтобы уже не поднялся.

И вообще, когда мы с Винсом громко ржём и наступаем сомкнутым строем, а сверху Милли, с мощными руками, и босс, с цепкими ручонками, то держись! И противник часто отступает и даже разбегается. И мы его побеждаем малой кровью, в смысле, кровью противников. Про Булстроуд и Крэбба даже стишок есть, я запомнил, он складный:

Милли — толстая везде,

И крутого норова,

Винсент у неё в узде,

Конь, похож на борова!

Милли у меня тоже научилась в ухо бить, и у неё хорошо получаться начинает. Даже декан ругался. А она говорила, что это автоматически. На самом-то деле Булстроуд очень расчётливая. Она хорошо видит, куда надо бить, и как, чтобы вес тела вкладывать и глушить с первого раза. Потому что удар у неё от природы поставлен, как у других голос или ещё что-нибудь.

И с людьми у Милли обращение тонкое, слизеринское. Она даже грязнокровку Грейнджер на дуэли вполсилы за причёску таскала. Потому что в библиотеку ходит и у Грейнджер спрашивает, или списывает. Милли говорит, что если сначала вежливо спросить, та почти счастливая становится и подробно рассказывает. А потом и списать можно, когда грязнокровка за нужной книжкой к стеллажам бежит.

Мы с Винсом попроще, конечно, и предпочитаем по-мужски навалять, особенно всяким там Лонгботтомам-сквибам да Уизли-предателям. Но, полагаю, Миллисенте про навалять тоже полезно знать. Вдруг за Крэбба отдадут… Я ей свою книжку даю читать, где на картинках написано, как надо бить, и куда, и почему ногой лучше.

Потому что нога сильнее, особенно, когда их две. Хотя руки тоже две, но они слабее, хотя и ловчее. И руки растут ближе к голове, поэтому ими легче врага цеплять и сдёргивать. И в ухо попадать рукой гораздо проще. Потому что ногой всё время мажешь и попадаешь в менее уязвимые места.

А когда мы с применением магии играем, то больно бывает и даже унизительно. Потому что на Слизерине очень хорошо неприятные заклинания знают. Расколдовываться нам трудно, потому что Драко занят боем и помогает уже после победы. Когда на заднице вдруг вырастает ручка, это неприятно, хотя седоку легче держаться. Но слоновьи уши обзор затеняют, хобот везде цепляется. А хвост, любой, просто некрасиво, я считаю. Только Драко и выручает.

Потому что мы с Винсом и Милли тугодумы, магической силы имеем мало. У нас физической силы много, а остальной как-то не очень досталось. И запоминать нам трудно, мы простые заклинания почти хорошо осваиваем, а остальные — не так почти хорошо. А многие даже не осваиваем, хотя босс ругается. Но мы его охраняем почти от всего, и он ценит, и нам объясняет, как надо правильно заклинать.

Сам Драко очень хорошо колдует. Он и Агуаменти в лицо толстой струёй пускает, и пол под конём противника льдом покрывает, и Ступефаем отбрасывает. И щекоткой здорово может, особенно девчонок. Ещё он любит коню ноги склеивать, и тогда тот вместе с седоком очень смешно заваливается. И ещё Драко украдкой может режущее послать, которое Секо и которое нельзя, но ему часто очень хочется.

Любит он это заклинание, говорит, что полезное и очень хорошо отработанное, но надо лучше. И говорит, что если научиться режущее невербально применять, а потом и без палочки, то это будет невозможно круто. И я считаю, что шеф прав. Потому что когда режущим по горлу — и в колодец, это самое то для всяких грязнокровок.

Так вот, мы ещё любим с другими факультетами играть, особенно с барсуками. Но это уже не конный бой, а просто. Потому что хорошо, когда ты неожиданно их маленькой компаний ловишь, а от ихней норы далеко. А то барсуки большой стаей очень неприятны, змей могут закусать только так.

Мы их пытаем, потому что про один очень прикольный фрукт слышали. Но пуффики держат свой секрет и говорят, что эта тайна превыше всего, даже барсучьего жира выше. И выдать её невозможно, хоть ты режь.

…Мы уже и резали, Малфоем, но толку никакого не вырезали. Потому что действовали аккуратно, здесь же школа. Молчит этот зверёныш пуффендуйский, как барсук перед змеёй. Только фыркает неприятно, зверски как-то, и норовит в рожу вцепиться, если руки свободны. Или задней ногой вдарить, тоже есть такие экземпляры.

Позорные эти барсуки, тупые такие, хуже нас ещё. Но, правда, жрут очень вкусно и великую тайну весёлого фрукта держать умеют. А мы от эклерчиков на ночь никогда бы не отказались, потому что полезно это, особенно для массы тела и настроения в целом.

Ещё мы Рона Уизли не любим, потому что его все не любят, раз воздух громко портит и орёт на всех. И близнецов его тоже не любим, потому что вредные они, прямо настоящие слизеринцы. Постоянно что-то весёлое придумывают, для других, в точности как наши, а иногда и лучше. И в квиддич тоже хорошо умеют, это надо признать.

Нам с Винсом летать на мётлах не очень удобно, мы тяжёлые и не сильно манёвренные. Поэтому плохо других догоняем, и в нас бладжером попадать легко. Но мы бладжеры хорошо переносим и помаленьку летаем, чтобы босса и в воздухе охранять. А то он такой ловец, каких мало. Его только Поттер может перелетать, сволочь полукровная. И мы очень громко болеем за своих змей и змеек, мы фанаты, нас издалека слышно.

А потом шеф обещает нас в команду взять и натренировать на вышибальство. Потому что бладжеры и биты прямо для нас созданы. И мы столкновение с противником в воздухе всяко выдержим, а он — вряд ли. Я уже заранее придумал в полётах наш навык конного боя использовать.

Например, чтобы вдвоём с боков противника зажимать и сбивать с курса. А если уронить получится, так совсем хорошо. Или, при удачном сближении, если бладжером промазал, седока можно в ухо достать, незаметно. Тогда даже штрафа не будет, наши знают. Или хотя бы, дёргая за прутья, можно врагу метлу испортить.

А Винс предложил, что, если его сильно повредят и играть будет невозможно, он может на чужую метлу перебраться. И тогда она, конечно, сразу упадёт или просто на вынужденную посадку уйдёт. А Винс же на мягкое хорошо научился падать, хоть и конь. Не думал, что он способен на самопожертвование, вроде не его это. Но игра меняет человека, даже Крэбба, выходит, может менять…

Неправильно, что такие предатели, как Уизли, которые вечно двоятся и скрывают свои имена, слишком популярные во всей школе. И Поттер этот, задохлик непонятный, тоже популярный, всё время песенки весёлые поёт, часто про нас, гад такой очкастый. Но близнецов даже сами грифы боятся и брат-староста покрывает, хоть и не очень хочет. Старшекурсники намекают, что этот Перси-зануда их тоже, того, побаивается.

* * *

…Я с детства много тренирован для настоящей волшебной жизни, у меня физическая подготовка хорошая и отличная. И выносливость тоже. Отец меня в раннем детстве часто в лошадиный и коровий навоз закапывал. Хотя это довольно лёгкое наказание, если только не до утра на зимних каникулах, потому что дыши себе ртом, и всё.

И в больничку с Винсом хорошо научился играть, на скорость — ткнуть тупым ножом или стрелой попасть, и потом вылечить, на время. Это Крэббов папаша нас учил, он кое-какие боевые лечебные заклинания хорошо помнит и в нашем воспитании пользуется.

Злой он, конечно, Крэбб-старший, и смотрит часто нехорошо так, оценивающе. Дескать, ты, дружок, у меня бы в кабинете через три минуты запел и всё вспомнил, в том числе и то, чего не было никогда. А вон тот — серьёзный господин, с ним бы поработать пришлось, попотеть…

Но волю зато тренирует этот взгляд, хорошо тренирует, до туалета в последнее время всегда удавалось успеть. Винсент в этом смысле более морально устойчив, потому что тренирован лучше. Крэбб-старший не любит много говорить, сердиться начинает, потому что очень увлекающийся и чувствительный к недостаткам… у других, вот. Но однажды такую важную вещь сказал, что сразу запомнилась.

Мол, человек звучит гордо, под хлыстом — пронзительно, под плетью — громко, под кнутом — хрипло. Под ногами обычно хрустит, но тоже неплохой звук, для тех, кто понимает, конечно… И ещё мудро говорил про поощрение. Это, по мистеру Крэббу — паузы между ударами кнутом. Он у нас мастер и пауз, это важно знать, на всякий случай.

Имения у нас с Крэббами не очень большие, но свои парки имеются. Там белок прикармливают, чтоб, значит, наследникам развлечение было, и тренировка тоже. Наш парк больше. Когда Крэбб приезжает, то весело. Мне вообще веселей живётся, чем Винсу, у него отец такой строгий, что прямо ухи рвёт на раз. Мой — почти что добряк, хотя жалящими проклятьями злоупотребляет.

Порой до полного опухания сзади, даже штаны не лезут. Да и плеть любит больше чем надо, это тоже есть, на почве патриархальности. Но так на Слизерине о многих родителях говорят. Отец охотиться любит, только с возрастом реже на охоту ездит, больше в имении развлекается. Но белок он нам много оставляет, в воспитательных целях, чтобы тренировались. И камней для метания всегда достаточно заготавливает.

И как-то мне из беличьих шкурок зимние трусы сшил, для смеху. Сказал, что похожие на леснике Хагриде видел и очень веселился. И говорил про ностальгию какую-то. Но трусы нормальные получились, очень мягкие и помогали от наказаний, пока Драко про войлок не придумал. Жарко, конечно, в них до ужаса, но когда грозит опухание, с меховыми намного лучше.

И поскольку отец белок нам оставляет, то сам охотится за более крупной дичью. То есть за нами с Винсом. Для охоты он применяет и поисковые заклинания, и атакующие заклинания, и лёгкие пыточные заклинания. А также ловчие ямы и верёвки, натянутые на разных уровнях высоты. И ещё замаскированные самострелы, что не вполне гуманно. Также отец очень любит прятать в траве грабли, а грабель у нас в хозяйстве много.

Зато вилы не использует, и мы очень рады. Потому как отец говорит, что вилы — это, конечно, вещь, особенно если налететь с разбегу. И оттого кроют грабли, даже самые коварные, с укороченным черенком, как бык овцу. Но, по его мнению, этот инструмент — всё-таки для старшего школьного возраста, отца так учили.

Наше дело — от него прятаться и убегать, что не всегда получается, он же охотник. Винсу меньше везёт, потому что я территорию лучше знаю. И он крупнее, в него попадать легче. Хотя войлочная подкладка хорошо и наконечник стрелы держит, если пятую точку подставить. А она у нас с Винсом большая и видна издалека, стрелу хорошо приманивает.

Но когда отец нас из своего юношеского лука удачно подстреливает, то сам всегда лечит. И это хорошо у него получается, хоть и больно. Но если ты в тёмной семье живёшь, то к боли обязательно должен привыкнуть. Чтобы знать, как, когда, сколько и к кому её применять.

Иначе какой же ты тёмный? Потому что пора уже думать, чем будешь после школы заниматься. Магический мир, как предки говорят, очень конкурентный и суровый. И хороших мест в нём мало, и все заранее между сильными наследниками поделены.

Хорошо бы к Макнейру, министерскому палачу, в ученики поступить. Чтобы разных виновных тварей огромным красивым топором кончать. Я бы с топором справился, тяжести — это моё. И за это ещё и деньги платить будут, здорово! Есть же хорошие рабочие места, но мало. Вообще, в наше министерство непросто устроиться, большой блат нужен. Тут Драко сможет помочь, или не сможет, кто его знает.

А охранником в Азкабан идти неохота. Потому что далеко и в море, и белок нет, и котов нет, и собак нет, не с кем и поиграть. А с дементорами никто не играет, говорят, что неудобные они соперники, самой охране проблема, а не то, чтобы в игры.

В этом Азкабане, как людей послушаешь, только с заключёнными играть. А они же слабые все, и квёлые, так что никакого интереса. В общем, скучная и вредная работа, люди зря не скажут, хоть и денежная.

Толпа магов ликует, ревя,

И Гойл, с топориком, на эшафоте.

Вот катится с помоста голова -

Чудесная топорная работа!

Да, в этот раз кентавра голова,

Но от волшебной ведь не отличить.

На тварях тренируемся сперва,

Чтобы потом и грязнокровок замочить!

По дороге в Мунго друзья болтали обо всём. Девочка купила две газеты и сразу на ходу просмотрела, бережно убрав затем в сумку. Гарри не без удивления узнал, что Гермиона интересуется даже международной политикой. В смысле, каждый день готова интересоваться, хотя чего там за день может произойти? Дядька Вернон только в выходные интересуется, сразу за всю неделю, логично, вроде…

— В мире масса интересного происходит, ты что, Гарри! Мир так сейчас меняется, что удивительно просто… Целая эпоха уходит! Представляешь, Россия отказалась от коммунизма, но развалилась на множество частей, больше десятка! И Югославия развалилась, и воюет, а это не так далеко от нас…

Президент Ельцин сохранил преобладание России на большей части постсоветского пространства, разрешил свободы и рынок. И бесплатно разрешил приватизировать жильё! Представляешь, Гарри? Сто пятьдесят миллионов человек стали владельцами жилья, которое было государственным и муниципальным! Сколько у нас британцев?

— Ну, миллионов шестьдесят?

— А тут в два с половиной раза больше! Ни в одном государстве таких подарков не делали. Ну, это не просто так, а для компенсации потерянных из-за сверхинфляции сбережений. Это очень интересная страна, Гарри. У России очень высокая… высокая культура, ею мир давно восхищается: Достоевский, Чайковский, Нижинский, Павлова... А политическая и бытовая культура низкие, ближе к Азии. И русские очень упорные, всегда врагов своих били.

Когда мы их с французами в Крымской войне сто пятьдесят лет назад победили, они важные реформы произвели и очень сильно продвинулись. И когда перед немцами в Первой мировой войне капитулировали, к сожалению для Антанты, очень сепаратно, то потом тоже все силы бросили на военную область.

Правда, имели в виду мировую коммунистическую революцию силой распространять, но в итоге внесли огромный вклад в победу над германскими нацистами и итальянскими фашистами. И ещё очень агрессивную Японию помогли разгромить…

А потом снова стали Западу противостоять и разорились на поддержке статуса сверхдержавы. Потому что если коммунисты экономикой управляют, то всякую предпринимательскую инициативу зажимают, и у них всё по карточкам, и ничего в достатке нет, кроме оружия.

Сейчас русские только бывшие советские республики пытаются контролировать, а в больших мировых делах им равноправно участвовать трудно. Союзников серьёзных нет совсем, и очень уж огромный внешний долг у них, и внутренний тоже, и рыночные реформы трудно идут. Население же отвыкло без государства свою жизнь устраивать…

А раз люстрации не решились делать, то в России такая парадоксальная ситуация вышла, когда коммунисты строят капитализм. Как могут, так и строят. По Марксу строят, такой гнусненький, на основах социального дарвинизма, со всеми прелестями первоначального накопления. Уникальные эти коммунисты, конечно!

Вчера сажали за любую коммерцию и даже за пропаганду религии и религиозное воспитание детей сажали, прямо на несколько лет в тюрьму, представляешь! А сегодня уже строят себе виллы, на взятки и сэкономленное от уплаты налогов, и толпятся в церкви, хотя даже нормально перекреститься не могут!

Наши корреспонденты в Москве такое про новые российские порядки пишут… Кстати, на наш Хогвартс похожие, ой! Тоже стреляют везде, взрывают везде, никакой безопасности, призрак коммунизма никак не рассеивается, пакостный, как Пивз... И вообще, безответственность полная, в точности, как в Хоге! И в целом на магический мир тоже похожие порядки, очень… ой!

Ну да, магический мир — во многом пародия на большой, очень спесивая такая, бестолковая, опасная. Вот же дела! И новые русские, то есть скоробогатенькие всякие, тоже очень пародийно выглядят, этакие маги, беспалочковые! Потому что с острой мозговой недостаточностью, и про них анекдоты смешные придумывают, я тебе потом расскажу…

* * *

После процедур и обстоятельной консультации у доктора Сметвика немного измученный Гарри сразу получил крововосстанавливающее зелье. А потом и большое шоколадное пирожное, а Гермиона — маленькое, за компанию и дельные сведения. И после чаепития целитель прошёлся с ребятами по клинике, рассказывая о своём учреждении.

Было интересно. Пока Гиппократ отвлекался на разговор с младшим коллегой, Гермиона прилипла к огромной стенгазете, быстро пробегая колонки текста с хроникой, происшествиями, советами, в том числе рифмованными...

Интерес Гарри ограничился больше иллюстрациями. Рисунки, даже учебно-профилактического порядка, были смешными. И, разумеется, двигались. Особенно забавно выглядела говорящая задница, с глазами и ушами, на тонких ножках. Причём живущая своей, отдельной жизнью, и даже ловко передвигающаяся по стенам за счёт присосков.

— Чего только не придумают, — вслух подивился мальчик. Задница подмигнула и тихонько издала специфический звук. Гарри слегка вздрогнул, на всякий случай задержал дыхание и перешёл к следующей картинке. Да уж, интересное заведение! И газетка соответствующая...

Потом похихикал над ладным гигиеническим призывом. Да, такого объявления в школе не повесят:

Чтобы лазить в декольте,

Аккуратно трогая,

Содержите в чистоте

Вы срамные органы!

Хорошо, что из литературы он успел узнать про декольте, так что весь стишок оказался понятен. И другие стишки тоже были понятные, и обычно смешные. Наверное, если доктор весел, то и больному легче, так? Сметвик ему понравился: и помог, и посочувствовал, и объяснил. Хотя многое стало ещё непонятнее, особенно про зелья подчинения…

* * *

Гарри понял, судя по реакции главного медика магического мира, что директор поступил с ним как-то скверно. И некоторые преподаватели тоже, живые и мёртвые. Однако он получил очень много помощи, и набор разных целебных зелий на лето. И целитель очень хорошо к нему отнёсся, в точности как подруга обещала.

Больно, конечно, было, разок, и очень больно, дважды, и кровь носом шла, много, так на то и больница. Зато потом пирожное отличное, и экскурсия, не хуже. Платить, конечно, придётся золотом, но у него же сейф, в принципе, плюс кусочки василиска с собой, он же не с пустыми руками пришёл…

После консультации и назначений Сметвик бегло поднял болезненную для него тему частично беспамятного пациента Гилдероя Локхарта. И поняв, что дети относятся к нему без малейшего почтения, с облегчением высказался. Дескать, как начал в разум входить, так просто завалил нас пакостными стишками, симулянт ментальный и пьяница к тому же! В некоторых даже себя упоминает, но только из коварства, чтобы персонал задеть больнее:

…Дрыхнет крепко Гилдерой,

Звук ноздрёю гонит,

Только слышен шум порой,

То больные воют…

— Ишь, лежал он, ноздрёй работал, дырка от задницы, прости меня, Моргана-мучительница… Да свалился просто после алкогольной сверхдозы, но раз это уже утром было, и не самым ранним, свидетелей-то достаточно. Лечится за троих, пьёт за пятерых, врёт за семерых, а проблем, как от дюжины больных. Уникальный пациент, таких ещё не было. Пакостные стишки про целителей сочиняет без остановки! Видите ли, плохо его лечат, неправильно!

И не воет у нас никто, почти, потому что обезболивающих зелий в достатке, а жертвы соответствующих проклятий, вроде… скажем, Лирический Волчок или Солирующая Кошечка, содержатся в особых палатах, почти звуконепроницаемых. Ведь некоторые проклятия могут быть чрезвычайно громкими, особенно Магловский Паровоз или Морская Пушка!

Локхарт, Локхарт, прореха на магической медицине! Как перепьёт, так снова память теряет… Да нравится ему здесь, к Моргане не ходи. Спирт доступен, прочие интересные жидкости тоже, а литератор выпрашивать умеет так, что любой кот отдыхает! Конечно, этот феномен этанол-проявления стёртой памяти нужно изучать, но когда вместо благодарности одно рычание ануса…

Рычание ануса — это эвфемизм, имеется в виду не просто шумная порча воздуха, отнюдь. Имеется в виду стрельба из ануса, и не холостая, ни в коем случае! Так сказать, радость принудительного опорожнения, если вы понимаете, а вы, несомненно, понимаете… И с мощными звуками, очень мощными, вплоть до оглушительности.

О, магическая задница, конечно, выдерживает очень многое, но если её довести, то взрывается куда как покрепче простецких. Увы, идеал недостижим! И порой даже задница может быть сильнее мага, вот такие парадоксы, намекающие на широту рамок закона магической компенсации...

…Я подозревал, что преподаватель из Локхарта никакой, спасибо, что подтвердили. Надо будет скорректировать лечебные протоколы применительно к этому фанфарону, раз башка совсем пустая. Нечего дорогие зелья в пустоту лить! Потому что благодарности у пациента ну вообще никакой.

Мы же сторонники доказательной медицины, а он нас — гомеопатами да аллопатами честить! Ну ведь ни в какие ворота! Только послушайте вот такой перл:

Если логикой горбат,

То ты врач-гомеопат,

Каплю разводи ведром,

После жалуйся в дурдом!

Тебе братик — аллопат,

Но тот лучше психопат,

Лечит он хотя б симптом,

Суть же хвори — на потом!

Ведь ни малейшего понимания у человека! Да, есть такие зелья, которые очень-очень сильно разводить надо, по инструкции. Иначе будешь жёлтенький везде, а у нас же не Япония. Зелий ведь масса! Про лечение симптома вместо самой болезни — это у маглов встречается, и то нечасто, аллопатов мало ценят. А у нас в ряде случаев, конечно, надо лечить симптом! Если, например, какой-нибудь орган начал растворяться, от некоторых нехороших зелий и проклятий.

Тогда быстро надо действовать, чтобы растворение пресечь! Сначала вкалывается универсальный загуститель, чтобы успеть, пока жидкий орган газом улетучиваться не пошёл, вот так. А уже потом по анализам понимаешь, какое зелье применялось, или проклятие, что, в данном случае, гораздо хуже зелий. И тогда отвердитель добавляешь, по потребности, и нужные сопутствующие лекарства, так-то.

Но стишки эти! Умеет он зацепить, любой недостаток раздувает в проблему — и пошёл пёрышком бумагу портить, пошёл… Конечно, наши достойно Локхарту ответили, заткнулся… дня на два, потом по новой сочинять принялся, этакий… пошляк. Графомания неизлечима!

Ох, Гилдерой ты, Гилдерой, пациент трудной судьбы, и пьяница притом! Но харизма есть у прощелыги, есть, особенно женщины её чувствуют. С такой харизмой даже психохронику — да хоть в политику!..

Чувствовалось, что целитель был задет за живое и готов продолжать разоблачения. Но Гермиона задала очень уместный вопрос, и Сметвик, сменив тему, оживился. Молодец, девочка!

— Это интересное соображение, мисс Грейнджер. Действительно, магия по-разному свой знаменитый компенсаторный механизм демонстрирует, очень по-разному. Часто его и не увидеть, и тем более, не понять. Но иметь в виду следует, особенно когда он бросается в глаза. Вот Локхарт — очень спиртоустойчивый, например, и графоманит успешно, и у него все эти компенсации хорошо видно.

Возвращение памяти — это, вероятно, пик положительной компенсации, выигрыш в лотерею, главный. Он же молодой, пятидесяти нет, ещё несколько недель подержим, и на выписку, пиши себе и пиши, кудри свои уникальные расчёсывай. Моим ассистенткам плохо делается, когда они его роскошные волосы видят... А вот другие случаи сложнее.

Скажем, есть такие больные, у которых магия дополнительно сосредоточена в каких-то предметах. Тогда нам проще, конечно, с одной стороны. Потому что предмет виден, и его связь с пациентом очевидна, и с ним понятней. У нашего Гитлера I-го дополнительная магия в Еве Браун собрана, резиновой. А у Наполеона, например, в треуголке сосредоточена, и её там полно! Так что случаются и проблемы, практиканты от неё порой даже немного цепенеют…

А вот этот, в кастрюльке, принц Чарльз, себе сначала корону из золочёной бумаги на коленке выклеил. Так в ней сразу таким унылым и облезлым делался, от реального этого принца Уэльского не отличить! Теперь с кастрюлькой ходит, потому что музыку возлюбил — и пошёл стишками, пошёл!

Во внешности почти не приобрёл, зато стал не только на кастрюльке играть, но и стишки сочинять. И не про Мунго, бери выше, он про самих Виндзоров рифмой чешет. И отвлекается как-то, проще с ним стало, не то что с Локхартом…

— А если забрать предмет, который с магией?

— Что ты, у мага-психа родовые вещи отбирать? Такой малый армагеддон сразу начнётся! Или не сразу… Хорошо, что довольно мало психов, выживаем как-то.

— Ага, мало, как же, — пробормотал себе мальчик. — Большая половина, просто притворяются, плохо притом. А кому надоело притворяться, в клинику ложатся, отдохнуть. Хотя при их ценах… вот потому и не лечатся! А ученикам расхлёбывай!

— Они просто недообследованные, Гарри! — Гермиона очень хорошо расслышала его бормотание.

— В общем, ребята, только попробуй отнять такой предметик, что ты!.. Первое правило практиканта в Мунго — выучить список всех подобных вещей. Да, такая у нас техника безопасности, слежу лично. Потому что, если нарушишь эту технику, то сразу откат получишь, а у магии особо приятных откатов не бывает.

Месяцок лимериками или жаргоном портовых грузчиков поразговариваешь… или на готском языке, или, там, суахили, так будешь уважать чужую собственность. И это только за попытку забрать, только попытку! Если же заберёшь, лучше сразу в туалете себе спальное место и рабочий кабинет оборудуй. Ибо месяц-два непрерывного сидения на унитазе, считай, железно обеспечил.

Или руки в ноги превратятся, тоже не на три дня. А на месяцок или полгодика, например, и делай всё коротенькими ножными пальчиками, исхитряйся. И так далее, по нарастающей, от ушей на заднице до рук из неё же.

Самое страшное, понятно, уничтожить такой артефакт. Клеймо предателей крови на весь род можно запросто получить, навсегда! И будешь тогда магию у народа вампирить, а это изгойство полное… И, конечно, не только нервнобольные с такими материальными и нематериальными компенсаторами бродят. И у обычных магов подобная зависимость встречается. Нечастая она, но не уникальна, отнюдь.

Вон, взять почтеннейшую даму, Августу Лонгботтом, у неё внук сейчас в Хогвартсе. Очень влиятельная, пожизненный член Визенгамота, и не только. Так она всегда в шляпе с чучелом ястреба ходит. Потому что надо так.

Хочешь испытать гнев Августы, дамы с тяжёлым характером, рискни спросить, а чего это чучело такое непрезентабельное и немодное, и молью чик-чик? Но я таких рисковых волшебников не знаю, хотя страшно было бы интересно раскопать, что это за чучело такое, и что даёт.

Магия нам в компенсацию и родовые дары раздаёт, и артефакты диковинные столетиями сохраняет, привязанные накрепко к каждому очередному наследователю… Есть маги, которые в уменьшенном виде с собой вынуждены то клавесин какой-нибудь, старинный, таскать, или дверь с рунной резьбой, или чучело египетского крокодила, семиярдовое, которое почти пять тысяч лет магию впитывает, беспрерывно. Или добрую сотню фолиантов из родовой библиотеки с собой носить, там же хлопот не оберёшься. А попробуй без них сунься, они тебе такое устроят…

…Вспомнил вот забавный эпизод, из средневековой истории. Когда один восточный правитель, персидский великий визирь Абул Касем Исмаил, возил за собой свою библиотеку, бедняга. Почти сто двадцать тысяч томов, на четырёхстах верблюдах!

Да-да, был вынужден даже в боевые походы всю библиотеку брать, сотни верблюдов задействовать, и на каждом буквы алфавита намалёваны, чтобы нужную найти, если что. Хотя сам визирь, между нами, только вывеску на лавке и мог прочитать, с подсказками…

А куда деваться? Книжки могут быть мстительными, похлеще «Чудовищной книги чудовищ» в сотню раз. И не только книжки…

Помощница министра магии Долорес Амбридж накануне устроила главцелителю изрядный скандал, от которого он толком до сих пор не пришёл в себя. Дескать, ей просто плохо стало, когда узнала про популярность лекарственной маглятины! И под носом у такого уважаемого специалиста, как сам Гиппократ Сметвик! Лечиться магловскими штучками, позор, позор!..

Так куда деваться? Это, конечно, секрет, но многие пациенты откровенно домогались магловских пилюль, раз те нейтрального запаха и вполне сносного вкуса. Как можно препятствовать, если иные зелья и во рту удержать непросто, не то что глотать! Амбридж, напротив, разорялась — у вас тут, совершенно плюя на скрепы и попирая все устои, цветёт маглятина, пышным цветом!

Куда идём, куда? Неправильные пилюли взамен неправильных зелий, что за гнилой подход?! Эти ваши каловые добавки для стабилизации сильных и особо сильных зелий мы отвергаем, поняли, вы, целители-дерьмоеды! Себе, значит, спирт-ректификат, в неограниченных количествах, а нам дерьмо, закуской без запивки, да? Оближитесь!

…Да какие же неограниченные количества, там очередь нуждающихся в должном восстановлении нервов какая?! Да один Локхарт, который и вне очереди, и в четыре руки, и ворует ещё… Очень даже ограниченные количества, иначе все целители в очереди на пересадку печени бы стояли! Надо же сказать такое!..

Да бабы, чего уж там! При том пьющие бабы, коли про эту Амбридж такое рассказывали… Да он прямо видит дегенеративные изменения в её печени и прочих важных потрохах, предчувствует! Треплется везде про якобы изобилие напитков в клинике, потом Локхарты прибегают, чтобы в одно рыло хлестать, потом из противоположного места хлестать, и везде…

* * *

Главный целитель, отвлёкшись от мыслей насчёт претензий вздорной министерской бабы, и с удовольствием проводя экскурсию вип-гостю с подружкой, выслушал на ходу краткий, но выразительный доклад помощника. И снова разгорячился. Мало того, что претензии с самого верха, и абсолютно бессмысленные, так опять этот Локхарт! Писатель снова отличился… где не надо, а где всегда!

Можете себе представить, ребята, этот деятель… Словом, обещая свои книжки в качестве призов, наш кудрявый супер-пациент вызвал на соревнование соседнюю палату, с менее безнадёжными психо-хрониками. Да, вызвал на пари, на скорость и количество поглощённых горячительных жидкостей! Нет, ну каково, просто нет слов!

Им же всем это дело противопоказано, включая самого инициатора, раз сидят на приёме целой группы зелий, и постоянно. Нет, вызвал, выиграл, упал, обблевал многих и многое! А вину не признал, ссылаясь на потерю памяти. Хотя с кратковременной памятью у него всё в порядке! И пользуется этой недостойной отговоркой, и всякий раз, и попробуй, прижми. Даже к смирительной рубашке почти привык… приспособился!

Этому Локхарту же мало одного спиртного, чтобы и на скорость, и на количество. Ему же все возможные удовольствия сочетать требуется, он же грандиозный пациент у нас, уникальный, как сам выражается! Грандиозный алкоголик… И поэтому нагло вызывает на соревнование и женскую палату, уже вторую, с менее морально устойчивым составом. А женщины легче спиваются, между прочим, это научный факт!

А в каком виде носился по коридорам? Да, в этом самом, полностью натуральном, и не только по ночам. И в пятнашки ему надо поиграть, и в салочки, потому что инфантильности целые пласты!

Причём в компании с Черчиллем, а ведь у того много лишнего веса, ему просто нельзя много бегать! Он же бывший инфарктник, как бы до инсульта не добегался... И Винни, бедняга, склонен к подчинению, особенно в нетрезвом виде, Локхарт на него очень пагубно влияет.

Похоже, там у Локхарта с моральным обликом огромнейшие проблемы, и личность крайне развязная, психически неустойчивая. Потому что демонстрирует разные стороны алкогольного бреда, на фоне разнообразия употреблённых напитков. Ведь мешает и пьёт всё подряд, и всем говорит, что азартный потребитель, и особенно ценит состояние изменённого сознания!

Дескать, потому что именно в нём к писателю приходит драгоценное вдохновение. Хотя на самом деле вдохновляется исключительно очередной порцией спиртного, включая суррогаты. И потом предъявляет претензии персоналу, отчего он весь синий, и устойчиво синий, и почти два дня, и никакой помощи? И почему его золотистые кудри поголубели?

Так вот вам наглядный результат наложения спиртного, да в конских дозах, на зелья! Там же масса эффектов, включая недопустимые. И вплоть до необратимых! А опасности самого антинатурального напитка — денатурированного спирта, и огромные? Да пальцев не хватит перечислять эти опасности, и Гилдерой часть их уже изучил, пугался, требовал немедленного и стремительного излечения! У-у, рецидивист…

Воровал Гилдерой жидкость сильных,

И ходил он потом густо-синий!

А мог бы и жёлтым бегать, да с внутренним зудом во всех местах, включая мозги, ведь есть и такие эффекты! А против зуда в мозгах средств нет, приходится до трёх суток ждать, пока само не пройдёт. Но если напиться до столбняка, дважды подряд, то проходит гораздо быстрее, что просто удивительно.

И менее удивительно, что именно наш лучший литератор открыл этот эффект, чем гордится со страшной силой. Первооткрывашка, понимаешь! Откупоривает любую ёмкость одной рукой, не глядя, и даже в темноте. Поэтому очень быстрый и успешный что в первенстве на пари, что в хищениях…

* * *

Гермионе снова удалось умными вопросами отвлечь Гиппократа Сметвика от больной писательской темы. И Гарри свои кнатики добавил. Целитель в ответ стал улыбаться. Это детское любопытство такое милое!

…А-а, ты, Гарри, про ту говорящую задницу спрашиваешь? Действительно, и разумная, и говорящая, верно. Это Жопаг, если на медицинском жаргоне…

Да-да, именно маг-задница, сокращённо Жопаг, говоря по-взрослому. Ты правильно расшифровал! Так что это на самом деле не простая задница, а то самое, на «ж» с большой буквы, то есть маг, конечно. Но с помощью хитрых, а порой и неправильно применённых проклятий принявший форму этой самой части тела. Вот так.

И совпадает с ней процентов на девяносто, получая тоненькие ножки и небольшие ручки, а всё остальное — как есть задница. При этом с человеческими мозгами, намеченным лицом, органами чувств и привычками. То есть вполне себе социализированная задница, и несколько дней так вот реабилитируется, до полностью человеческого вида. У некоторых такие сильные присоски вырастают, что по стене бегать можно!

Сметвик увлечённо продолжал разъяснять:

— Хотя есть и несоциализированные задницы, бегающие где ни попадя и порой пристающие к больным. И к персоналу, да. В связи с подавленностью высшей нервной деятельности и доминированием пресловутой попной чуйки. И если пациент слишком тревожный, или там сексозависимый какой… или просто алкаш, то очень часто совпадает с новым образом.

То есть ведёт себя, пардон, как полная задница, несоциализированная. Вплоть до грязных приставаний к целителям, даже главным… После превращения в задницу нередок побочный эффект, неприятный — припукивающая речь. Порой остаётся и после окончания лечения, в ослабленном виде, на несколько дней и даже недель. Да, заклинание пренеприятное. Поэтому и отшлёпать, бывает, приходится, и ногой то же самое…

Потому что проклятие распространённое, молодёжное такое, и, увы, периодически входит прямо в моду. К счастью, сложное. Подчёркивает в противнике, так сказать, единство внутреннего содержания с внешним обликом. Сложное, но... Способно демонстрировать ваш уровень магии, очень высокий.

К несчастью, когда наша продвинутая молодёжь пасовала перед трудностями? Эти вот все задницы с ручкой, юные, амбициозные и безмозглые, однозначно!..

* * *

Гарри и Гермиона с некоторым удивлением наблюдали, как псих, изначально именовавший себя принцем Чарльзом, теперь ходил с кастрюлькой на голове, мелодично постукивая по ней крохотной ложечкой из мягкого олова…

— Недавно стал периодически воображать себя королём Карлом, бедняга! Ритуалы себе усложнил, слуг требует… — сокрушался Сметвик, продолжая экскурсию по подведомственному учреждению для мальчика, который выжил, и его спутницы. Он очень сочувствовал мистеру Поттеру как пациенту, но и радовался знакомству с живой легендой.

Зато некоторые вопросы Гермионы привели Гиппократа в восторг — ну что за способная девчонка, всезнайка просто! Он в детстве похожим был, тоже всем интересовался. И помогло это ему, и до сих пор помогает. И больным, стало быть, тоже помогает.

— Карлу нашему стало несколько хуже в последнее время… Очень трудный случай! Эти его мамкозависимость и бабулинг… они так всё осложняют. Постоянные панические атаки, требования развода, эмиграции, женитьбы на какой-то рок-звезде афроамериканского происхождения… Опять же, пардон, либидо повышенное, при пониженной мужской привлекательности, и крики «Поедем в номера!», адресованные как медсёстрам с практикантками, так и пациенткам…

И это не считая лёгкой клептомании — в виде хищения чужих продуктов из общих холодильников. Терапия малоэффективна, если не сказать ещё определеннее. Ситуация в семействе Виндзоров непростая, а магловские газеты сюда всё равно просачиваются. Поэтому наш королёк в курсе событий, монаршие новости очень близко к сердцу принимает, родня-то немалая, и ведёт себя… разнообразно, да.

Но я, кстати, против изоляции от магловской прессы, бесполезно это, и даже вредно. Разные, в том числе, дикие слухи в больнице распространяются просто с неимоверной скоростью, только больных из себя выводят!

Если бы магический фон не враждовал с электрическим, я бы и телевизоры в палатах поставил. Потому что передачи о животных, пейзажные фильмы, костюмные фильмы способны очень хорошо успокаивать и, соответственно, ценные зелья экономить. А они же, как магловские лекарства — и дорогие нередко, и с побочными эффектами, и со временем слабее действуют…

…В министерском Отделе тайн вроде ведутся эксперименты по сочетанию магии с электронными потоками, но стабильных результатов нет. И артефакты соответствующие должны быть очень дорогими. Магия против скрещивания с миром простецов, не иначе. Так что мы без телевизоров, здесь только колдорадио и пресса, из обоих миров, так-то вот.

Периодический король Карл вдруг усилил ритмический стук и немузыкально заорал:

Я с Дианой разведусь

И с Камиллою сойдусь!

Пусть она постарше,

Зато с ней нестрашно!

Хоть Камилла некрасива,

Но зато не так спесива!

Терпит все мои измены

И сама глядит налево!

Мы монаршая семья,

Кучка женщин, один я,

Есть зависимость своя,

Сексоалкогольная!

Моей бабке девяносто,

Трона мне достичь не просто,

У меня ж такая мать,

Место не даёт занять!

Королевская семейка,

До чего длинна скамейка!

В очередь я первый,

Перспективы скверны!..

* * *

Экскурсия заканчивалась. Гиппократ вдохновенно вещал, что новейшим ответом на магическую аллергию… Гарри проворчал под нос: «Ага, аллергия у них завелась, прямо как у людей… На маглов у них аллергия, у шовинистов этих, конченых!»

Гермиона строго посмотрела на друга, но замечания не сделала. Раз целитель не слышал… Потому что Гарри только в неуместное время выступил, а по существу очень даже прав, насчёт шовинизма. И даже совсем конченых шовинистов повидать пришлось, хоть у неё спросите!

Сметвик продолжал что-то с удовольствием объяснять Гермионе, похоже, довольно специальное. Гарри с наслаждением посматривал во все стороны, потому что в новых очках оказалось, что почти всё видно! И чего скрывать, приятно было, что им целую экскурсию устроили, как вип-персонам. Да, он действительно вип-пациент, с особым к себе отношением. Ему здорово поправили здоровье, и зелий дали.

Придётся ещё захаживать, конечно… так оно и неплохо, здоровье надо ценить и сберегать. И ещё восстанавливать, раз приключения всё время такие, неправильные, и Дадлик-гад, всегда! Гермиону тоже отлично принимают, целитель прямо перед ней прыгает. А что, подруга может стать крутым врачом… да кем угодно может, хоть учёной профессоршей, других таких нет!

Вдруг из-за ближней колонны мелькнули обильные золотистые локоны — встревоженный писатель потихоньку наблюдал за источником своих бед. Заметив Гилдероя Локхарта, мальчик на десяток секунд задумался. И вдруг сымпровизировал, трогая целителя за рукав и показывая ему на затаившегося уникального пациента:

В новеньком халате

Мается блондин,

С хроником в палате,

И, увы, кретин!

Юморной дядька Сметвик грянул хохотать. Между тем Локхарт, увидев и затем услышав, как Поттер высказался, в полный голос и явно про выдающегося писателя и блондина (у него же халат и новый, и красивый!), в панике бежал. Паническая атака привела к лёгкому алкогольному отравлению — в сочетании с ещё более лёгким, то есть однократным и без фонтанирования, кишечным расстройством…

Просто случайная встреча двух привилегированных пациентов — Гарри и Локхарта, шутила потом Гермиона. Гарри тоже хихикал — верно, его отлично встретили, зря он боялся. И денег хватило, и клыки василиска брали с благоговейным восторгом! А Локхарт пусть дальше лечится и в мир не показывается, гнусный лжец… хотя врачей тоже жалко.

Но если они магических психов восстанавливают, то и с этим писателем руками справятся. Медицина простецов с настоящим сумасшествием мало что сделать может, Гермиона говорила. Так и магам с дураками трудно! Или Локхарт не псих, а так, беспамятный придурок, и всё?

Отсмеявшись стишку, Гиппократ стиснул руку автора:

— Спасибо, мистер Поттер, порадовали. Очень точно высказались! Глубина содержания при лаконичности формы — свидетельство развитого мышления. Вы очень умные дети, мне приятно с вами беседовать, мои младшие почти коллеги! Выбирайте колдомедицину, интересную работу гарантирую. Интересную тяжёлую работу…

* * *

— Ой, Гарри, я бы с таким интересом прошлые номера этой стенной газеты почитала! Замечательное изобретение, столько разнообразной информации, и рисунки отличные! Талантливые люди эти целители, правда? Такую настенную газету только маги могут придумать, молодцы какие. Иметь дело с ужасно непростыми пациентами, и сохранять столько юмора, и столько выдумок у них…

А Сметвик какой умница, потрясающий целитель! Обязательно тебе поможет, Гарри, и он на твоей стороне, что немаловажно! Я это сразу поняла, как только его матюги латинские услыхала, и не латинские тоже…

— Ага, прикольный дядька! Точно, спец каких поискать! Хорошо, что сразу нашли. Жалко, зрения не поправить, только с помощью чужих органов. Несправедливо это! Очки — такое убожество, знаешь ли… хорошо, что не знаешь. У меня же астигматизм, поэтому, хоть минус и средний, а без очков совсем плохо видно. Очень несправедливо!

А если у Малфоя глаз забрать, в порядке моральной компенсации, это справедливо будет, а? Один, потому что для хорошего зрения, оказывается, и одного глаза хватит, он на себя всю нагрузку возьмёт, и вуаля, как ты говоришь!

— Гарри! Ты что такое гово… Нельзя такое, даже из Малфоя!.. Из Малфоя, да полезное такое, и очень полезное такое… Это мысль, Гарри, раз у Малфоя! Тебе — глаз, мне — книжки, чтобы справедливо заплатил мальчишка… вредный, и не бедный…

Мы подумаем об этом завтра! Или послезавтра. Но подумаем. И Малфой про это узнает, отрицательный персонаж нашей жизни. Должник нашей жизни!

…Ой, Гарри, смотри, какие забавные пословицы и поговорки о Мунго имеются! Оказывается, эта больница — уже часть фольклора магов! Впрочем, неудивительно… Я думаю, что нам надо мудрости… и глупости магов собирать и записывать. Через фольклор многое становится ясным, ты согласен?

— Ещё как! Я кое-какие слышал уже, странный фольклор, очень много про то, какие маги молодцы, а сквибы и маглы — мусор, и должны на колдунов работать…

— Я тоже обратила внимание, что есть такое. Но и умные пословицы встречались, и самокритичные, где про начальство, про глупость, пьянство… и про опасных магических тварей ещё…

— Ты права! Соберём, и побольше. Что-то и Хагрид цитирует, он знаток, особенно про неприличное всякое. Не поумнеем, так поржём!

* * *

Только в Мунго хорошо лечат, другие же залечат и покалечат.

Попадёшь в Мунго, коль в башке туго.

В Мунго лечили, уши с задницы свели, ею моргать задорого научили.

Бесплатно в Мунго лечился, потом видом своим оборотня заикой сделал и кентавра прослабил.

Мунго и горбатого исправит, и дурака поправит, а вот перед таким, как ты, только извинится.

В Мунго и больничные утки летать обучены.

Тощую задницу в Мунго накачивать — в долги лезть неоплатные.

Если у жены флакон из-под оборотки нашёл, рога скорей в Мунго отпиливай.

Если пасть порвали, моргалы выкололи и нос откусили, то ты либо маг слабенький, либо просто день неудачно сложился и его надо в Мунго заканчивать…

Восстанавливаясь после визуально-кусательных усилий василиска, они оба много думали. Гермиона — по привычке анализа, Гарри — освободившись от воздействия зелий. Девочка первая осторожно стала говорить о случившемся. Дескать, чтобы в школе вот такое вот — да без ведома директора?..

Гарри сразу поддержал, не жалея плохих слов, громко, хоть и шёпотом. Эффект отсутствия зелий подчинения и доверия проявился сразу. После нескольких обсуждений они решили купить антидоты к обнаруженным целителями в крови зельям, приобрести защитные амулеты… И усиленно разучивать заклинания — страхующие, атакующие, лечебные, маскировочные. Девочка сразу набросала список.

Гермиона многое учила сверх программы — то, что было интересно. И посильно младшекурснице. Теперь же следовало подкорректировать изучаемое в сторону, говоря категориями простецов, безопасности жизнедеятельности в процессе обучения и страхования жизненных рисков. Потому что страховые полисы у магов имелись, однако только в отношении имущества.

И уже было понятно, почему с защитой здоровья и жизни никто в мире магии не связывался. Если уже в школе могут сожрать твари высшей категории опасности, то после школы… Она слышала, что маги порой пропадают бесследно, с присказкой, в серьёзность которой ей было трудно поверить: «Да на ингредиенты пошёл!»

Ей родители, конечно, дадут денег на безопасность. А если попытаются забрать из школы, гм… Пожалуй, лучшую ученицу Хогвартса им просто не отдадут. Если уж у них есть поговорка, что мага каки дороже магловской собаки…

Родители ей совершенно доверяют, потому что она никогда их не обманывала. Они, конечно, были шокированы, узнав, что в Хогвартсе не изучаются нормальные общеобразовательные предметы, за исключением английского и литературы.

А уж мисс Грейнджер как была шокирована! И успевала за лето пройти годовой курс обычной школьной программы, благо что всегда опережала сверстников. И много читала научно-популярной литературы, почти столько же, сколько художественной. Конечно, это сейчас ей совсем легко не отставать от требований обычной хорошей школы. С её-то грамотностью и склонностью к естественным и гуманитарным наукам! Да и с точными не было проблем, никогда.

Поэтому родителям придётся заплатить, фактически, налог высокомерным колдунам и ведьмам — налог за безопасность маглорождённой дочери. Раз выживание способной и ответственной девочки, с повышенной тягой к знаниям, совсем не фетиш даже в школе.

Она почти не сомневаются, что родители найдут несколько тысяч фунтов для этого. Потому что о доходах их клиники она кое-какое представление имеет. Тем более ипотека почти выплачена, а о сумме ежегодных взносов она осведомлена.

Кстати, можно будет и Гарри что-то прикупить. Или он справится с помощью своей особенной крови? Раз целитель Сметвик сказал, что остатки яда василиска и слёз Фоукса вероятно останутся в крови если не навсегда, то надолго! Ну, Гарри у нас известный везунчик, коли даже Короля Змей одолел!

Так и она, впрочем… Если чуть-чуть подумать, мисс Грейнджер тоже очень везучая, ведь и её тот мистер Король не смог по-настоящему окаменить. То есть необратимо, по горгоновски, или медузно, не знаешь, как и сказать. И тролль с цербером не съели. Да, быть рядом с мальчиком, который выжил — это и рисковать жизнью, несколько раз, и спасать жизнь — вот же парадокс!

И тролль-то приключился без всякого Гарри, это спасение от него пришло! И от Рона, если совсем честно. Она, после той взмывшей вверх дубины, несколько недель думала, что мистер Уизли-младший — выдающийся колдун своего времени, просто тщательно скрывающий силу.

Да, по каким-то секретным основаниям, ей недоступным, раз он из чистокровной семьи. Разочарование было довольно жестоким, ведь запереть дверь предложил именно глуповатый рыжий мальчик-обжора, иногда способный и на храбрые поступки…

Итак, она спросит у медиведьмы мадам Помфри о защитных лечебных составах и заклинаниях. И у библиотекарши, мадам Пинс, тоже поинтересуется, раз та прекрасно к ней относится. А перед самым закрытием читального зала, если в настроении, не прочь поболтать и посоветовать отличные книжки.

Пинс уважает магловскую беллетристику, хотя больше читает Локхарта. И с интересом слушает советы мисс Грейнджер, и оценила замечательные книги Джеральда Даррелла. А его старшего брата, Лоуренса Даррелла, даже назвала гениальным сочинителем, на уровне самого Марка Твена!

И, конечно, она спросит профессора Флитвика, который относится к ней ещё лучше, чем мадам Пинс! Он уже успел порекомендовать ей лавку одного подходящего букиниста. Который, конечно, дерёт цену на некоторые малоизвестные книжки, но очень компетентный человек. А всякий компетентный маг отлично разбирается в защитных заклинаниях, нужных зельях-противоядиях и всевозможных амулетах.

Она хорошо продумала, что будет делать на каникулах. И ещё подумает, раз у неё впереди целых два месяца и неделя летнего… нет, не вполне отдыха. Комплексных занятий, которые сложатся из тщательного изучения новых достопримечательностей и курортов такой чудесной страны, как Франция, и чтения необходимых для безопасности книжек.

Да, она пожертвует чтением в рамках расширения эрудиции, и сместит свои интересы именно в сторону безопасности жизнедеятельности. Потому что Хогвартс учит самостоятельности с первого года обучения. Точнее, принуждает!

* * *

Идея проверить шрамированного мальчика в Мунго у Гермионы была и раньше, но смутно. А после ликвидации василиска проявилась в полной мере. Зато Хагрид, узнав, для чего она собирает деньги, не только отсыпал вдесятеро больше нужной суммы. Но и громко хвалил как Помфри — за направление на обследование, так и Гермиону — за разумную инициативу и подталкивание.

И подробно рассказывал про Мунго, что пациенты бывают там очень разные, и очень специальные тоже встречаются. И что Гиппократ Сметвик — надёжный человек, о пациентах не болтает, причём вообще никому. Поэтому и уважают. Да и побаиваются, потому что очень сильный колдун и тёмную магию отлично знает, куда целителю без неё? Сложное проклятие по светлому учебнику не снимешь…

В следующий раз, когда парочка пришла прощаться перед каникулами, лесник осторожно спросил про деньги. И, не слушая попискиваний Гарри, отсыпал здоровенную жменю золота и серебра. Причём жёлтый компонент составил чуть ли не половину…

Слова о том, что самое дорогое зелье уже куплено и добавлять столько не надо, Хагрид игнорировал, бурча, что целители дерут с пациентов будь здоров, туды их! Потому что других клиник нормальных нет, только Помфри здорово лечит…

Очевидная трудность заключалась в том, что Гарри нужно было как-то проводить до клиники. Великан включился в логическую цепочку, разработанную девочкой, радикально её упростив. План удался.

Гарри заранее предупредил Дурслей: дескать, прибудет инспектор из школы, который проверяет маглорождённых учеников, а также и опекунов, потом везёт на медосмотр. Это был риск, но вездесущая миссис Фигг ничего не заметила, ибо Хагрид прибыл поздно вечером.

И с людоедской улыбкой сразу сказал Дадлику: ты помни, парень, иногда они отрастают, ведь так? И хлопнул себя сзади. Тот сразу понял, о чём речь, схватился там, где торчал остаток хвостика, который не удалился до конца даже после повторного хирургического вмешательства, и чуть не упал в обморок.

И что-либо высказывать, разумеется, даже не подумал. Потому что сразу вспомнил, как мялись родители, объясняя врачам, что это атавизм у мальчика, и он раньше боялся операции, а сейчас повзрослел. Всё было хорошо, и боль после удаления быстро прошла. Однако год спустя хвост взял и снова вырос, почти как прежний! Ему хотелось утопиться! Жить с хвостом, это же…

И второй раз, в самой дорогой клинике, такой же унизительный разговор про атавизм, и снова переживание, с кошмарами, что возьмёт и отрастёт… И выросло, почти через год, снова за одну ночь, на длину мизинца, только тоньше. Он до сих пор ждёт, что отрастёт прежних размеров, и крючком, и трясётся от этого. И подарки родителей мало радуют, и надо снова ехать в больницу, чтобы отрезать, пусть и маленький…

Вот прямо перед ним громадный выращиватель хвостов, страшный ночной колдун! Надо бы спрятаться в туалет, побыстрей… Но поздно, чудовищный великан ещё больше выдвигает челюсть и крутит посохом, бормоча какие-то странные слова! И на Дадли Дурсле исчезают и штанишки, и трусишки!

Он в ужасе смотрит вниз, опасаясь, не выросло ли ещё что-нибудь, или не исчезло ли? Нет, слава богу, слава, ничего нет! Дадли очень осторожно касается себя сзади, с холодом предчувствия ощутить там прежний хвост, большой хвост, хвостище! Который ещё длиннее прежнего, раз колдун так страшно сказал, что отрастают…

А под руками — только родная попочка, как мама выражается, когда треплет там, ласково… Его расколдовали, о, счастье!

…Надо родителям сказать, пусть поднесут великану выпивки, чтобы не передумал, только бы не передумал, злой волшебник! Первый раз он показывает задницу родителям не из вредности, а от радости! И все счастливы!

Он обнимает папочку и шепчет про выпивку, и тот соглашается, сразу идёт к себе, и выносит две бутылки. Колдун их мигом прячет за пазуху, явно улыбается, и уже совершенно не смотрит на Дадли, какое счастье! И родители уже не такие бледные, а довольные. И у мамочки просто нет слов, а папа благодарит колдуна, и тот что-то снисходительно рычит, и говорит, что у маглов нормальный алкоголь, очень разнообразный такой…

После второго визита Хагрида у Гарри как будто всё стало довольно хорошо. Однако какое-нибудь зелье агрессии или что-то подобное, надо полагать, через миссис Фигг, шло в семейство и работало. Поэтому через несколько дней снова пошли придирки, крики и подножки, от всех.

Но всё же стало проще, ибо задуманная после истории с василиском пакость выручила, подарив спокойные почти полтора месяца. Отлично он с ней придумал!

Лето прошло в изучении купленных заранее учебников и детской палочки, нашедшейся у Хагрида. Вот это был сюрприз! Она же незарегистрированная! Хагрид, на котором восторженно повисли и Гарри, и Гермиона, смущённо бормотал:

— Да у слизня одного отобрал, лет тридцать уже как. Беспамятством его воспользовался, да. Наглый был, девицу свою приревновал, пытался мстить, дурень. Не люблю этого. И зелий импотенции — тем более… Да чего там с ним возиться, даже без палочки, что ты, Гермиона, какая ещё опасность?

Какая там, к пёсьим Мерлинам, магия против великанского мумунитета? Против лома никакого нет приёма, если неожиданно. А у меня ж кулак! Поди, поищи такой… И сапог! Основную палку в драконий навоз закопал, рядом со слизнем этим, а детскую, вспомогательную, конфисковал в пользу победителя. Не пользовался ей: и слабенькая для меня, и подходит очень частично. Но рабочая палочка, добротной выделки, пробуйте…

Правда, слизеринская палочка оказалась настолько тугая, что дети, к великому своему разочарованию, почти ничего из неё не выдавили, только Нокс да Люмос. Но Гарри, вертя неподатливый и противно подрагивающий инструмент, вдруг сильно разозлился. Сказав два нехороших слова и неприятно удивив подругу одним вульгарным оборотом.

После чего непроизвольно пустил в деревяшку здоровенный магический посыл. Палочка вздрогнула, сильно нагрелась, задрожала сильней… и вдруг послушалась! И Гарри это интуитивно почувствовал, и первое попавшееся нормальное заклинание колданул, фонтанное. И получилось!

Из слизеринки сразу такая струя от Агуаменти ударила, что Хагрид едва увернулся, и всё досталось Клыку. Тот от неожиданности впал в панику, тут же прекращённую сапогом. Гермиона быстро успокоила и утешила бедную псину. Потом высушила заклинанием, основательно погладила пострадавшее от хозяйского пинка место. И, крепко держа за уши, не дала Клыку себя зализать. Только бешено вертящимся хвостом много раз по ногам получила, и всё.

Гермиона тоже стала пробовать на палочку злиться. И по-хорошему уговаривала, и стыдила её, и ругалась… Смущаясь, вышла из дома и в сторонке долго кричала, неумело используя экспрессивную лексику.

Вернулась нескоро и крайне раздосадованной. Ведь добрые полчаса провозилась, а толку чуть. Только хилая струйка Агуаменти прыснула, и ещё Левиозой щепочку сдвинула, и всё, даже стыдно.

Ведь Гарри эту строптивицу, одолел, размял! А она почти ничего не смогла… При этом вспотела и устала так, что прямо подзабытые ощущения подкатили. Те самые, предупреждающие о скором магическом истощении и возможном носовом кровотечении.

На лице девочки ясно читались противоречивые чувства — и досада, что не справилась с коварным инструментом, конечно. Но и радость, что она достанется Гарри, и тот сможет себя хоть как-то обезопасить от Дурслей. И многому научиться на каникулах сможет, что не менее важно!

Вздохнув, она решительно вручила стиснутый в руке магический проводник лучшему другу и потрепала его по вихрам:

— Молоток, Гарри, смог укротить слизеринку! Используй с умом, как учит наш директор…

Тот, восторженно улыбаясь, принял палочку и стал её вертеть, не в силах оторвать глаз. Он сможет колдовать на каникулах!.. Гермиона ласково смотрела на мальчика, радуясь его удаче. Но, расставшись с ореховой строптивицей, подруга сразу загорелась идеей найти подходящую детскую палочку себе, и чтобы без министерской регистрации.

К исходу каникул лесник смог раздобыть, через знакомцев в Хогсмите, и ей. Страшно какую дорогую и очень старую, но идеально подошедшую. Родители поёжились от суммы, но, увидев заклинания в действии, особенно для чистки-уборки, пришли в восторг.

А вот у героя подарок Хагрида фыркал на иные заклинания, и работал не всегда чётко. Видимо, демонстрировал слизеринские черты…

— Ты уже немножко такой, слишком сильный для детских палочек, — успокаивал Хагрид. — Руку ставь, невербальное тренируй, особенно Конфундус. Полезнейшая вещь!..

И Гарри тренировал. За каникулы хорошо насобачился, особенно с Протего. Ничего сложней Протего и Экспеллиармуса-Конфундуса с детской палочкой не изобразить, но всё равно помощь великая. Два месяца тренировок и медитаций, да без уроков и квиддича с теннисом!

По шарику, конечно, соскучился, и по метле ещё сильней, но ведь с палочкой зато! Здорово отвлекали такие тренировки, просто от всего, особенно всякого плохого. И продвинулся он в магии здорово, почти как за семестр. Иначе Малфой его куда сильней бы порезал, наследничек же года три Секо тренирует, собака такая, белобрысая…

* * *

…Столько тренировался летом, а от чёртова дементора почти что упал в обморок, как маленький! Эх, опозорился, досадовал Гарри. И Невилл про это всем сразу разболтал, Малфою на радость, герою на позор и поношение!

— Он и тебя пожалел, и так себе авторитет поднимал, вот и не подумал, что все станут обсуждать, а Малфой бросится дразниться, — поясняла Гермиона, пытаясь успокоить друга. Тот сердито фыркал и мотал головой. Девочка объясняла дальше:

— Невилл хотел хорошего, чтобы тебе сочувствовали. Но услышал Малфой, у него талант оказываться...

— Где не надо!

— Да, так и есть…

— Но не так надо поднимать авторитет. Не за мой счёт, а со мной вместе! — продолжал возмущаться подросток.

— Да, но Лонгботтом маленький и забитый, неопытный...

— Не такой уж и маленький, ровесник он, а уж весит будь здоров! Я в его годы профессоров в дым превращал и василисков на железку накалывал, ценою жизни… — недовольно бурчал Гарри.

— Вот, Гарри, я о том и говорю. Твой опыт уникальный, откуда подобное у Невилла? Он у нас бабушкин внучок, чучелом ястреба прибитый, жабой задавленный… Но физподготовкой не пренебрегает, и после той жуткой драки на игре мерзких слизней меньше бояться стал. С трофейной палочкой знаешь, какой боец будет?..

И я точно не знаю, но думаю, что есть в нём некоторая внутренняя сила. Он хороший, Невилл, и это главное. Мы его с Хагридом правильным магом воспитаем, век росянки не видать!

И ты не переживай, что сознание чуть не потерял, ты же после боя был, из тебя крови добрые полстакана вылилось, почти как в Мунго! Вспомни, что Малфой тогда в лесу два раза обгадился, вот и гадит с тех пор, остановиться не может...

* * *

— Да уж, Хагрид нам вроде задолжал за тварей этих, свистульку ту явно со значением подарил. Дескать, мой Пушок нестрашный, его и на кривой дудочке объедешь! Вот дальше там будут твари так твари, ловушки, так уж ловушки, но я вам про это не скажу… Однако за одни палочки, за василиска разделывание и реализацию, за Мунго… всё прощаю. Лесник свой долг оплатил и закрыл!

— Верно, Гарри! И Мерлин нас не выдал, и полувеликан не съел, слава Моргане нежно-лютейшей…

Будем с бубнами плясать

И победы праздновать…

— Ой, Гарри, у меня прямо стишок получается…

В глаз Малфою поддавать

И в навоз забрасывать!

— тут же откликнулся Гарри, подкалывая подругу. Та в ответ разулыбалась так, что даже забыла прикрыть ладошкой крупноватые передние зубы.

…Чарити Бербидж, преподававшая магловедение, советовала ученицам старинные романы о трагической судьбе одной довольно сильной ведьмочки. А трагической потому, что девушка пошла, под влиянием первых чувств, против своей мудрой семьи, о чём подробно рассказывали увесистые томики: «Заблудившаяся в маглятнике», «Молчащая в маглятнике» и «Вопиящая в маглятнике».

Гермиона, добросовестно прочтя, исплевалась! Чтение для мазохисток, не сказать ещё хуже!.. Ведь понимания большого мира — ни малейшего! А Гарри, в ответ на зачитываемые отрывки, только ржёт и падает с кресла…

Вот что значит устойчивая психика, закалённая школьными чудовищами! Ей реветь хочется… от возмущения, а от мальчишки слышен только хохот, да с оттенком вульгарности…

Мистер Поттер, конечно, с помощью смеха защищал собственную психику, уже очень пострадавшую, и продолжавшую держать удары что от мира магии, что от летних опекунов. Романами про гадких маглов и маглишек его не пронять! Конечно, Гарри в ответ на всё сочинял и сочинял свои сатиры, не всё показывая и Гермионе.

Тот Пушок не крошечный,

Пёсик троебошечный!

Задница огромная,

Комната укромная!..

Ты нырни от псины в люк,

И придёт тебе каюк!

Там силки, и тролль в отключке,

Квирелл с Томом, аж две штучки…

Но как-то спросил, потому что вдруг осенило.

— А вот мне такая вещь непонятна, сейчас вспомнилось. Когда Хагрид нас на островочке нашёл, и про меня сказал… мне, что волшебник я, и родители тоже. Так тётка Петунья сразу стала мою маму вспоминать, и сплошь отрицательно. Там жалобы пошли, сплошные, вот ничего покойнице не простила, даже через столько лет. Дескать, сестра пугала домашних тем, что превращала чашки в крыс! А как же запрет колдовства на каникулах?

— Дай подумать, Гарри!.. Могла ли быть у неё, маглорождённой, нелегальная палочка? Хотя бы на старших курсах? Маловероятно, я думаю… Хотя твой отец был небедный человек, с фамильными сокровищами, мог на последнем курсе подарить… скажем, на помолвку! Если она у них была, конечно, я о помолвке…

А палочка-то, резервная, у Джеймса Поттера вполне могла быть, сделанная у кого-то, кто не ставил маячки от министерства. От Лаванды Браун я слышала, что в старых семьях целые запасы палочек хранятся, на всякий случай, вплоть до самых старинных, от основателей рода…

Я полагаю, что беспалочковая магия на последнем курсе более вероятна. Хотя трансфигурация из неживого в живое без магического проводника — очень круто! Однако Хагрид всегда говорил о твоей маме как о редкостно одарённой…

— Он её обретённой называл! Дескать, новая кровь, подарок Мать-и-Магии…

— Вот, Гарри! А Хагрид во многих вещах отлично разбирается. И книжки у него интересные, правда, почему-то много о химерологии, особенно среди выписок. Он много чего интересного конспектировал, мне было полезно порыться в его выписках, крупным и вполне читаемым почерком, и с собой давал уносить… Значит, Лили Эванс-Поттер была обретённой! Кстати, об этом можно и профессоров спросить, правда?

— Я спрошу…

* * *

…Гарри подобрал мотивчик и напевал. Потому что опять вспомнилось плохое, и нужно было отвлечься, и стишками, и музыкой. И вот уже как-то легче, и никого просить помогать не надо. Хагрид к ранам души самогончик прикладывает, не отказывая себе и в прочих особенных напитках. А мистера Поттера поэзия лечит, самодельная, и гитарка, подаренная!

Дадли-вор украл мотор,

Но вождения не знал

И с разгона в столб попал!

Стал он меньше суетиться -

До ушей обмотан гипсом!

Дадли в гипсе — памятник,

Мне тогда — не маятно!

Жалко, гипса всё же мало,

Надо бы бетон добавить,

Дадли гипс слупить горазд,

Бетон крепче во сто раз!

Из-под гипса тащит ласт,

Железобетон — не даст!

Сначала Гермиона была поражена ненавистью друга к собственному кузену, и его весьма кровожадным мечтам, как в стихотворной форме, так и прозаической.

— Но, Гарри, детей же нельзя бить! Даже сильно орать не рекомендуется, тем более, угрожать! Это же азы педагогики…

— Нет, Гермиона, здесь ты не права. Детей можно и нужно бить, в особых случаях, только не очень сильно. А сильно и с видимыми повреждениями — только очень иногда. Потому что такому уроду, как Дадли, бесполезно объяснять и азы педагогики, и более серьёзные буквы.

Его даже Петунья иногда подзатыльникает, когда он её совсем доведёт. А уж Вернон, бывает, и ремнём прохаживается. Жаль, что редко, зато как-то раз с пряжкой, так что следы на мягком месте отпечатались, очень красивые!

Так что бить детей можно, иногда нужно. Калечить нельзя! Падлик только раз покалечился, когда мопед угнал, в столб влетел и ключицу сломал. Потом его Хагрид заколдовал чуток, так два раза хвост резали, а он всё равно отрастал! Падлик изнылся весь…

А меня не раз Дурсли ломали, а это очень больно, даже при магической самопомощи. Особенно рёбра сломанные сильно болят, и долго, даже лежать мешают, не то что ходить!.. И безымянный палец кривовато сросся, видишь? А Локхарт, криворукий, кости мне из другой лапы удалил, поэтому так с кривым и хожу…

Дадли мой откинул хвост,

Едет Падлик на погост…

Глубоко его зарою,

Буду счастлив, и не скрою!

Девочка снова пришла в ужас. Но сразу поверила другу, потому что Гарри никогда ничего не придумывал. Наоборот, всегда избегал говорить про свою жизнь у родни. А оказалось… Кошмар какой-то!

А Гарри ещё добавил, про Дурсля этого, жирного, и ещё злее!

А Дадли пухлая рожа

На задницу очень похожа -

Сверху на ней волосисто,

А изнутри же — мясисто.

И задница Падлика вроде

Накачана точно по моде -

И папину ловко копирует,

В ней сало везде циркулирует.

Дадли заметный дурак и лентяй,

И любит подраться, он гнусный жирдяй!

Гнобить любит тех, кто слабее,

Хозяином бродит в аллеях.

Но всё же тот маленький хвостик,

Не длинный, скорее отросток,

Кричит: перед нами скотина,

Свинюга под видом блондина!

* * *

Гарри набренчал Гермионе перед началом летних каникул, после завершения второго курса, довольно плаксивую песенку. Потому что ждал от родни только плохого. Вплоть до тюремного заключения в комнате, с персональным ведром и арестантской пайкой через дырку в двери! Как забыть такое?

…А завтра снова ради Дурслей-паразитов

Мне спозаранку, будь я проклятый, вставать!

Стригу, как чёрт, всегда проклятые те розы,

Шипов я ихних не забуду никогда,

И нет надежды никакой, чтобы морозы

Их навсегда искоренили, навсегда!

— Как вспомню этот паскудный дурдом и его обитателей, так настроение прямо в задницу, прости, Гермиона! За «ихние» прости, а задница — это просто вторая фамилия одной семейки, и всё. Потому что Дурсли эти, и прежде всего Дадли с дружками, и так дадлее, и так падлее… они — задница всего Уининга!

Как вспоминаю про них, так невольно приходит на ум короткое слово, которое на звонкую шипящую согласную начинается!.. Не пыхти, подруга, это слово «жизнь», а ты что подумала?

— Гарри, не уклоняйся в площадную лексику, у тебя всё-таки дворянское происхождение! Ты просто живёшь с простецами… простого к тому же происхождения, и к тебе налипает. А ты отлипай, чтобы с ними не слипаться…

И отомсти, Гарри, по-нашему, по волшебному! Не цветочкам, нет, они же замечательные, эти цветочки! У них просто хозяева неправильные. А ты правильный, раз о цветах заботишься, не сомневайся! Розы того стоят… Не теряйся, Гарри, а попробуй иголки выпустить и ядом василиска плюнуть, раз он в тебе остался, чуток!

У тебя же и память хорошая, и добрый ты, по-своему! Ты доброту-то напряги, напряги, и бездны злопамятности в себе открой. Когда же быть злопамятным, как не на каникулах? Кто каникулы нам портит, самому себе он враг, понял? У тебя же близнецы в авторитете, у хулигана малолетнего, покамест потенциального…

Бей первым, Гарри, не спускай обид! Как Хагрид, зверьё массово заготавливающий, учит… Помни, что это ты — Избранный, а они — простецы позорные и ингредиенты ходячие! Отрезай от них ненужное, и к профессору Снейпу тащи, он оценит!

Ну, я в фигуральном смысле, про отрезай, и что оценит, тоже… Но я-то уж точно оценю. Бери частями, а самое нужное — и сразу! Да я моментом тебе для курощения Дадли этого кое-что придумаю, я же химию люблю. Вот, смотри, какую несложную вещь можно подстроить…

* * *

Всё, что касалось Дадли Дурсля, для Гарри было очень болезненно. Отчего часто вспоминалось, сразу портя настроение. В прошлом году кузен, охотясь, сильно попал камнем по убегавшему Гарри, даже с ног сбил. Вгорячах было почти ничего, но потом очень болела лопатка, и дней пять левая рука плохо слушалась. Вот же скотина свинского образа!

А как издевался, когда Гарри в чулане запирали, как изощрялся! И хоть бы раз поросёнка этого за него серьёзно наказали, сволочи вы, а не опекуны! Если Падлик вещь сломал, могут наказать, а если Поттера поучил, даже хоть ногами и камнем, так ни разу! А свин же чувствует и пользуется… В том числе тем, что растёт быстро, и всё сильнее становится, и подлее!

Гарри любил сочинять про Дадли всякие глупые и пакостные стишки, потому что толстяк от них очень бесился. Понимал, что хотя гораздо сильнее своего хилого урода-кузена, но складно так никогда не ответит, только кулаками. И Гарри соблюдал свой кодекс чести — первым не нападал, только отвечал.

В классе одним этим ловким рифмоплётством и выделялся, потому что Падлика с компанией там не только побаивались, но и откровенно не любили.

В зоопарке

Дадли в кучке обезьян

Суетлив, как павиан,

Потом влез он в клетку к гризли -

И ему там нос отгрызли!

Дадли мало с гризли дрался,

Без ноздрей он прочь убрался,

На прощанье пукнул он,

Громко, как аккордеон!

И пошёл в террариум,

Лбом долбить аквариум,

Долго приставал к питону,

Хулиган дурного тона,

Потом доставал удава,

И сгодился на приправу!

Ядом змея капает,

Дадликом покакает!

Однако те стишки только для самолюбия хороши. Кабанчика этого рифмованная дробь только щекочет и злит. Его надо брать крупной дробью… Нет, лучше картечью, чтобы чесалось так настойчиво, как никогда. А мысли о приставании к Гарри ушли бы за горизонт…

И мысли отомстить вдруг появились. Одна же стала просто настойчивой, хотя и трудноисполнимой. Для настоящей мести Дурслям очень хотелось попортить дядин тёмно-синий мерседес, очень… Это был бы, конечно, сильнейший удар, в самое уязвимое место.

Гарри слышал, как Вернон однажды со всем значением высказал знакомому, заскочившему по срочным делам вечером и захотевшему прокатиться в мерседесе. Дескать, нет-нет, дорогой Билл, это всё равно что женой поделиться, даже не думай! Я о такой машине с тринадцати лет мечтал!.. И снова пошёл расписывать крутость возлюбленного авто, и так далее, по новому кругу, правда, после виски…

Хочется оскорбить действием германского четырёхколёсного красавца, да вот слишком уж опасно лезть к машине. Ведь там такая любовь к этому мерседесу, столько забот о любимце! Да и не подпускают уродов разных к полированному сокровищу, попробуй, там, салон дерьмом разрисовать, или тормозной шланг незаметно перерезать, дудки.

Однако месть будет, потому что мистер Поттер для неё созрел. Пусть скорее детская, и только против кузена. Так что Дадлику придётся отдуваться и за вынужденную сохранность автомобиля, сугубо вынужденную. То есть, отдуется свинтус хвостатый и за себя, и за того папу… Дополнительным страданием шкурки отдуваться будет, однозначно, раз хвоста уже нет, горе-то какое.

Как у Дадлика-вонючки

Сзади хвостик, глазки в кучку.

Это Хагрид приходил,

Торт для Гарри защитил.

Слегка Хагрид был садистом,

Но не перфекционистом.

Гарри ж тем хвостом доволен:

Как прекрасно Падлик болен!

А раз Падлик без хвоста,

Совесть Гарри ведь чиста!

Начнём с чистого листа,

Укатаем раз полста!

* * *

Для курощения кузена он, вдохновлённый Гермионой, придумал пока парочку гадостей. Применение серной кислоты оставил на потом, раз хорошо не придумал. А вот упрощённая химическая атака, самыми подручными средствами, ему по плечу.

Пусть у кузена в комнате, для начала, поселится труп, в состоянии позднего распада. Крошечный-крошечный, однако крайне вонючий! Из переработанных продуктов, которыми Дурсли увлекаются…

Гарри начал с малого: как только приехал, принёс кусок нелюбимой котлеты Дадли, залез под его кровать и размазал по нижней стороне ложа. Рыбный фарш сначала присох, быстро позеленел, а потом стал вонять, да ведь добротно так, по рыбному! Весь второй этаж слышал, то есть спальни вредного Дадли и его недостойных предков.

Мелкая месть, очень детская, но крупному вредителю немножко досталось, а Гарри и ни при чём! И его спальня самая дальняя, в ней запаха почти никакого, можно было потерпеть.

Как же здорово, когда на самом-то деле впервые ты сделал гадость, а вроде как и ни при чём, и за это критикуют врага. Мол, в постели постоянно жрёшь, чего-то уронил, ищи давай, Дадли, или конфет не видать, даже и завтра!.. Небывало здорово, просто восторг!

Первая пакость вдохновила. Разговоры с Гермионой и лесником на природе о зверьках, бабочках и стрекозах заставили вспомнить о таких неприятных спутниках человека, как шершни. Он помнил, как ещё до школы дядя Вернон обнаружил под крышей гаража маленькое гнездо этих летучих бандитов. И очень беспокойно объяснял семейству, какая от ос-переростков опасность.

Гнездо было утоплено в ведре и продемонстрировано всем соседям. В книжках тоже упоминалось, что шершни — редкостная гадость, но встречаются не так уж и редко. И с ними вообще лучше не связываться. Даже Хагрид был того же мнения!

Гуляя, Гарри как-то обнаружил маленькую кучку пчёл у разбитой баночки с джемом, и крупного полосатого разбойника, проигнорировавшего сладость. А легко откусившего подвернувшейся пчеле голову и с гудением унёсшегося вместе с добычей. Прохаживаясь в нужном направлении, мальчик услышал знакомый грозный звук и довольно скоро нашёл в парке небольшое гнездо шершней, обещавшее когда-нибудь стать приличным шаром.

Гарри два дня обдумывал план доставки летающей банды в дом и, отчаянно труся, всё же решился. Приготовил клей, и вечером, когда летающие обитатели перестали гудеть и забрались в гнездо ночевать, аккуратно заклеил дырку входа куском плотной обёрточной бумажки похожего серо-коричневатого цвета.

Потом лезвием безопасной бритвы столь же осторожно отрезал держащееся на тонкой перемычке под веткой гнездо, положил в пакет и максимально нежно донёс до дома. Внутри слышалось недовольное гудение, такое жуткое, что вызывало желание не открывать пакет, а зашвырнуть его, вместе с шершавым бумажным шариком, подальше, и тикать.

Всё, что он слышал о шершнях, говорило о том, что встреч с ними лучше всего избегать. Ведь даже один укус в область головы ощущается как хороший удар палкой! А жало длинное и твёрдое, и не как у пчелы, в мягкой человечьей коже совершенно не застревает.

Тяпнул раз, жало вытащил — и снова готов бить, яда достаточно, и очень крепкого. И с нередкой аллергической реакцией на него от пострадавшего организма. А уж злости, злости у полосатиков сколько!

Но раз он василиска одолел, неужели кучки насекомых убоится? Этой кучки устрашающе гудевших насекомых… Это же для Падлика, который вполне заслужил пару-тройку болезненных укусов в толстую попу. А если заодно и в глаз, так ещё гораздо лучше!

Кузен, как и полагается, в это время смотрел в гостиной любимую передачу по телевизору. Гарри неслышно пробрался на второй этаж, зашёл в комнату Дадли, очень аккуратно вытащил из пакета тёплый гудящий кругляш, содрогаясь от его вибрации. И как можно скорее прикрепил с помощью обычного клеящего карандаша к боковой стенке шкафа…

Мальчик успел увидеть, как присобаченную ко входу бумажку уже прогрызает приличных размеров голова с неприлично крупными жвалами. Торопливо так прогрызает, и очень уверенно. Дескать, что нам та бумажка, мы привыкли насекомое мясо есть!

Тоже торопливо покинув место будущего преступления, Гарри сбегал сначала в туалет, а потом прошёл в старый чулан, плотно прикрыв дверь и щёлкнув выключателем. Вдруг эти твари на свет к нему решат пробраться?

Нет-нет, всё Дадлику, не подведите, чёрно-жёлтенькие кусаки, тяпните его за моё здоровье. Да хорошенько тяпните, многократно, во имя Мерлина и Морганы злостных, и да будет Гарри доволен ими обоими, и возблагодарит…

Диверсант Поттер вытянулся на узком старом матраце в своём бывшем жилище-шкафу, отложив пока книжечку, и приступил к процессу моральной подготовки к скорому наслаждению. Его, правда, слегка трясло — и от путешествия с гнездом, и от предвкушения чего-то невиданного.

Мистер Поттер никогда не был атакующей стороной (намазывание рыбного продукта в малодоступной части кровати как-то не очень тянет на полноценную атаку). Зато летуны с жалами — это действительно атакующая сила, и должна отыграть на правильной стороне!

Да уж, тащить гнездо с такими тварями было куда неприятнее общения с любыми ингредиентами Снейпа, даже шевелящимися. Ему повезло, что полосатики в пути, подвергаясь аресту и тряске, не повылезали, да с претензиями к мистеру Поттеру, законными. Зато уж наверное злости-то накопили!

Но теперь сладко лежать в укромном месте и думать о ближайшем будущем. Ха, да этот чёртов чулан сейчас самое безопасное место в доме… Тут Гарри вспомнил про щель между дверью и полом, и спохватился. Быстро скатал в жгут несвежую простыню, которую ещё не унёс в бельевую корзину, что в углу ванной комнаты… И заткнул щель. Вроде всё!

Дверь он запер, вокруг темно, наверху шершни наружу лезут, один за другим, очень злые. Скоро Дадли к ним придёт, познакомятся… Главное, чтобы из его комнаты не успели расползтись. Хорошо, что открытое окно с проволочной сеткой, не разлетятся.

Вдруг подумалось, что одержимый Квирелл, сгорая от его прикосновений, наверное испытывал боль, сходную с той, которую могут причинить летающие звери. Нет, наверняка сильней, уж очень кричал… Но раз убить хотел, значит, та боль была заслуженной, пусть и не очень долгой, а предвестницей рассыпания в прах. Ведь и кости тоже в порошок превратились, в малую кучку…

Так, поменьше вспоминаем о самом плохом из преподавателей! А думаем о самом ближайшем будущем… и с точки зрения кузена, который ничего не подозревает, радость-то какая! Падлик же его изуродовать хотел, несколько раз, а уж о меньшем ущербе готов каждый день стараться. И шершней ему за это — в самый раз!

С другой стороны, его мало кто кусал, поэтому трудно оценить, что ждёт кузена. И пчела-то только раз в жизни тяпнула. В лесу, когда с Гермионой грибы собирали, удачно. То есть и собирали удачно, и тяпнули его удачно. Типа, с целебным ядом познакомили, вот.

Так себе укус, средней болезненности, правда, в щёку. Гермиона сразу перекись водорода достала и ранку обработала, помогло. Она с собой, идя в лес, всегда мини-аптечку берёт, на всякий случай.

Хорошо помогло, быстро про укус забыл и пчёл бояться совершенно не думал. У Хагрида маленькая пасека имеется, он сотовым мёдом любит угостить, великанище заботливый. Хотя кое-кто уверен, что мёд в основном предназначен для изготовления не вполне правильного напитка с ароматно звучащим названием — медовуха…

Да, толком мистера Поттера насекомые не кусали. Не считать же комаров! Так что после той пчелы в следующий раз он клык и яд сразу от кошмарного василиска попробовал. То есть совершил огромный скачок в развитии, как подруга выражается... А уж шершни-то должны себя показать, по-взрослому должны, он на них надеется и уповает.

И Гарри вдруг начал лихорадочно сочинять, торопливо рифмуя и удивляясь, как быстро и ловко пошло. Столько обид, да, но и надежда какая-то появилась, что кое-кому и платить за них пора. И от этой надежды ладные строчки ещё быстрее заскакали. Как там Гермиона говорит, когда он что-нибудь — раз, раз, и в рифму? А, импровизация, вот!

Мальчик как раз закончил проговаривать последние строфы, с пожеланием плохого, и тут сверху донеслись грохот и вопли. Лучшие в мире вопли, вопли кузена, отменно наказанного болью кузена!

Вот каникулы и лето,

Дадли дразнит, потный…

Морда красная при этом,

Жирное животное!

Я на Дурслей всё ишачу,

Они киснут в сауне...

Вот бы дядю отхреначить,

И кузена-дауна!

Фигг шныряет за забором,

Каждый день тут шарится.

Книзлов псине закажу,

Может, испугаются.

Это лето — мне не бонус,

Маловато магии…

Грозит Вернон купить глобус -

Совушку натягивать.

Надо мне родню отвлечь,

Покусать их, что ли?

Может, шершней мне привлечь,

Ну, во имя боли?

Будут тяпнуты мои

Дурслики убогие:

В головные свои пни

И другое многое!

Я тогда повеселюсь,

От души станцуется!

Чтобы Дурслям была грусть,

Морды пусть раздуются!

* * *

…Прелюдия к основному действию была недолгой. Весёлое шоу через положенное время закончилось, и кузен потопал наверх. Сердясь, что телевизора сегодня ему больше смотреть не дадут, он сильно пихнул дверь, а зайдя, как следует ею шваркнул. Насекомым такое вторжение не понравилось.

Они уже в значительной части выбрались из гнезда и, недовольно гудя, кружили по комнате, ища выход. Резкие движения горячего силуэта, пахнущего шоколадом, громкие звуки и толчки воздуха показали шершням, что пришла опасность. Раз к ним, перенесённым в какое-то неправильное место, с множеством незнакомых запахов, пожаловал очень крупный и быстро атакующий противник.

Совершенно не ожидавший никаких сюрпризов толстяк даже не успел толком удивиться подозрительному гудению, как сразу получил три укуса в лицо. И ничего не понимая, страшно завопил от такой боли, сильнее которой ничего не испытывал.

До этого он с ужасом вспоминал посещение стоматолога, который, делая обезболивание, очень-очень чувствительно уколол в десну. Да как-то сам чуть палец не сломал, когда с силой пнул в парту, промазав по вёрткому Поттеру. Здесь же всё было в десять раз хуже!

Дадли не успел включить свет, поэтому в полумраке панически заметался по комнате, снося полки и опрокидывая тумбочку. Снова адская боль, теперь в ляжке под ягодицей, и ещё над щиколоткой. Она ощущалась прямо ударами!

Споткнувшийся мальчишка повалился на пол, задев рёбрами острый край тумбочки и получив крайне болезненный электрический удар в локтевой сустав. Благодаря большой массе и панике упал он неловко, зашиб плечо и сильно вывихнул стопу. Теперь больно было везде.

Дадли визжал и орал на весь дом, зовя на помощь. От телевизора оторвались родители и ринулись спасать дитя. Вот прогрохотал одышливый Вернон, быстро преодолевший лестницу и первым ворвавшийся в комнату, на полу которой катался надрывавшийся в крике наследник.

Папаша сразу получил два удара в живот, третий — в подбородок, и четвёртый — в руку, взревев гораздо громче, чем сын. Эта атака на главу семейства была первой, но не последней. Вернон ощутил ещё несколько болевых ударов, но отвлёкся только на несколько секунд. Увидев ворочавшегося на полу сыночка, он бросился его поднимать.

Появившаяся на пороге Петунья была мгновенно поражена одним из пришельцев прямо в висок и, с пронзительным визгом вылетела за дверь. Не помня себя, она буквально скатилась по лестнице, стремясь на улицу. Дальше появился изрыгавший ругань дядя, тащивший надсадно вопящего Дадли.

Из чулана диверсанту Поттеру было слышно, что наверху продолжается гудение, но не очень густое. Однако немногочисленные гости очень хорошо провели свою спецоперацию. Падлик, вон, орал не переставая, уже с всхрипываниями. Интересно, почему шершни, судя по звукам, не разлетелись из комнаты по дому, ведь дверь Вернон явно оставил открытой? Из-за гнезда, где должен был этот, как Хагрид говорит, расплод… личиночный?

Дурсли, в обнимку с сыном, забились в гараж, откуда почти сразу выскочил глава семейства, потрясая баллончиком с дихлофосом. Вернон, укутанный в старое одеяло и распыляя удушливую вонь перед собой, мужественно добрался до комнаты Дадли. Где с воинственными криками быстро опустошил ёмкость с дурно пахнущей жидкостью.

Одновременно он допрыгал до окна и распахнул его. Был на сей раз укушен только в палец, и отступил со всем возможным достоинством. А летающие звери с негодующим гудением похватали здоровенных белых личинок, самого отвратительного вида, и немедленно покинули заражённое помещение…

* * *

Это уже вышла солидная диверсия. Досталось всей троице. Вернон погрузил родню в машину и погнал в больницу. Дадли не мог наступить на стремительно распухшую ступню, поэтому пришлось делать рентген, показавший разрыв связок. Кузен пострадал сильно: два дня лежал пластом в своей комнате с температурой. И непрерывно подвывал от боли в спине, ноге, распухшем ухе, ноздре и обширной части морды своего лица между ними.

Семь шершней ударили жирдяя под глаз, в нос, ухо и четыре точки на спине, ляжке и голени. Опухоли, как жаловалась тётка мужу и соседям, были отменного качества: большие, болезненные и сходили медленно.

Значительная масса тела уберегла Дадли от сильной интоксикации. Но боли он испытал гораздо больше, чем за всю предшествующую жизнь. До Гарри постоянно доносились жалобы Дадлика, очень искренние. И мальчик злобно радовался, потому что настоящие неприятности у врага случились впервые.

…Нет, когда Падлик на угнанном мопеде угодил прямо в столб и сломал ключицу, он тоже много ныл и вопил. Но это было в учебное время, и угонщик три недели законно прогуливал занятия. Что, впрочем, на отвратительной успеваемости наследника Дурслей почти не сказалось. Так что Гарри тогда не только злорадствовал, но и завидовал, в меру.

Кстати, за угон и сильное повреждение чужого мопеда дядя платил компенсацию, чтобы у сына не было больших неприятностей, вроде бы, немалую. И как следует Падлика выпорол, сразу после снятия гипса. Редкий справедливый поступок Вернона-жирдяя, мистер Поттер это признаёт, во имя справедливости. Под ремнём жирдяй номер два орал очень громко, но с сегодняшним концертом не сравнить!

Теперь же удалось капитально испортить злобному дурню все каникулы, что очень даже магоугодно! Потому что главным ущербом здоровью были не крайне болезненные укусы. А разрыв связок, особо чувствительный при повышенной массе. Так что когда последствия укусов прошли, кузен был вынужден три недели хромать в гипсовой повязке и с тросточкой. Изнылся, исходя на обильный навоз, как бурчал Гарри под нос, когда его не могли слышать.

После снятия гипса, разумеется, наплевав на запреты, Дадли тут же понёсся играть, и у него сразу всё снова распухло. Вот ведь какой молодец, а! Смог предложить приятный сюрприз для одного чуточку мстительного мальчика, основательно усилив месть. Оказывается, кузен ещё тупее, чем можно подумать!

Под визгливую ругань матери Дадли был снова уложен, получил тугую повязку и тортик в постель. И ещё почти две недели потихоньку хромал в крошечном садике, украдкой пиная розы Петуньи и возмущённо опираясь на трость. Он с ней совсем как старик, или как эта придурочная Фигг! И ею даже стукнуть как следует некого, Поттер всегда отбежать успевает!

Потом кузен выбирался пройтись на улицу, но и только. К тросточке и взглядам приятелей на неё, довольно красноречивым, он так не привык. А перед самой школой Дадли торжественно изломал трость, избавившись от унизительного предмета.

Соответственно, за Гарри никто не гонялся до конца августа включительно. И это было отменным подарком Гарри хогвартского Гарри каникулярному. Никогда у него не было такого замечательного лета. И кузен, пусть и уже бесхвостый, качественно обезврежен, и в Лондон удалось выбраться, и не только в лечебницу…

Как приятно было вспоминать причудливо изменившиеся неприятные лица, каждое по-своему. Шершни постарались на славу. Тётка, ответственно суетившаяся возле сына и мужа, отделалась укусом в висок и почти сутки видела только одним глазом. Дядя, появившийся в спальне Дадли голым до пояса, да к тому же разивший виски и потом, вызвал особую насекомую злобу — в сочетании с невозможностью промахнуться по туше.

Грудь и живот Вернона приняли десяток жал, одно из которых попало в лобок. Что дяде было особенно неприятно — и не столько от солидной опухоли, сколько от страха за то, что ещё немного ниже, и приключился бы ужас ужасный.

Два попадания в голову вызвали раздувание и на лбу, и на подбородке, причудливо деформировав всю физиономию Вернона. И с точки зрения мальчика, который отомстил, раздавшаяся криво вверх и вниз тыква дяди отменно смотрелась рядом с тёткиной дынькой, отчётливо съехавшей к виску.

* * *

…Ух ты, получается, он всем отомстил! А сам вообще не пострадал, только останки двух шершней с пола отскребал. Да, Вернон ещё и защищался, двух нападавших прихлопнул и размазал. Он — дядька не робкого десятка, на племяннике тренированный! А опустевшее гнездо, пока Дадли возили в больницу, мистер Поттер поскорее утопил в унитазе. И следы приклеивания к шкафу успел уничтожить, бесследно.

Никаких улик, чистая работа! Вернон потом облазил весь дом, безуспешно разыскивая гнездо и громко призывая к бдительности. Подростку очень понравился стреноженный Дадли, да и опухшие родственники многократно порадовали искажением внешнего вида. Как сказали бы в школе, немного заумно, единство формы и содержания!

Главное, что кузена нейтрализовал, выше ожидаемого, на превосходно! Он просто здорово отомстил охотнику на Гарри, просто здорово! За малую часть злобы этой паршивой семейки, конечно, но заметную. Ведь как справедливо, что злой дурковатый кузен пострадал сильнее обоих родителей, вместе взятых, и неделями гнил дома.

Зато Гарри много бегал по разным укромным местам и свободно тренировал беспалочковую магию. И это было особенно справедливо. Падлик за время лежания и сидения у телевизора ослаб, ходил с одышкой и замучил родителей жалобами.

А вот мистер Поттер за эти два месяца стал сильнее как физически, так и магически. Они оба летом через больницу прошли, но с какими разными результатами! Замечательно и то, что из холодильника по ночам таскать стало легче, потому что продуктов закупали гораздо больше.

Ради бедняжки Дадлика покупали, включая килограммы сладостей. Этого Падлика, быстро восстановившего прежний бычий вес, исправно возили в больницу и катали на машине к морю, на выходные, потому что родители заботились о своём мальчике… А тот визгливо возмущался всем подряд и требовал подарков, внеочередных!

Так вот, Гарри-мститель смог взять свой неплохой процент, раз провизии, в том числе, деликатесной стало больше. Спасибо Гермионе, это был её совет: ночью тихонько навещать холодильник и брать понемножку, рассчитанным образом. Он раньше холодильник очень редко в свою пользу навещал, боялся. А после василиска даже побои от Вернона не выглядели так страшно, как раньше.

…Как же приятно было трескать конфету за конфетой и драже за драже, тщательно сворачивая фантики и выбрасывая их во время прогулки. И запасы удалось сделать: два кольца колбаски, хорошие кусочки грудинки, аккуратно отрезанные тонкие пластины разного сыра и копчёного мяса, булочки, галеты, бананы, мандарины, сливы, яблоки. И сладости, разумеется.

Никто не заметил, красота. А второй ужин теперь получался полноценный, да с лакомствами! Потому что хлеб и печенье он потихоньку сам прикупал, имея поменянные на фунты галеончики. Раз небольшая сумма после оплаты процедур в Мунго осталась и была конвертирована в фунты.

Повезло, спёр полбанана,

Дрых кузен настырный…

Дадли белый, как сметана,

И такой же жирный.

Вышел телеса прогреть

Тот кузенчик аховый,

Ну, желаю обгореть,

Будь с шашлычным запахом!

* * *

Было приятно отписать Гермионе об удачной диверсии, кратко. А при встрече и рассказать, подробно. Ведь идеально получилось, а такое редкость. И на следующее лето Дадли тоже получит причитающееся, в разные места.

Потому что и заработает, есть такая уверенность. Но и подходящие мысли, насчёт причитающегося кузену, имеются, и уверенность в себе есть. Оттого что очень удачное получилось лето, с конца июня по конец августа, очень!

Они с подругой многое обсуждали. Ему, конечно, было интересно послушать про Францию, помечтать о поездках в разные страны, экзотические. Потому что мистер Поттер кое-что придумал, не один, конечно. И кое-что сделал для обеспечения будущих поездок, о чём как-нибудь потом, до появления плодов. Чтобы не сглазить, вот.

А ещё он снова думал о плохом, по привычке. Что Волдеморт уже дважды его атаковывал прямо в школе, посмертный враг! И что делать, если в школе ещё есть звери или предметы с его духом? По крайней мере, какой-то экзотический зверинец в подземельях имеется, об этом Хагрид говорил…

Проклятый Том Реддл был настолько великим колдуном, что смог населить своими этими… эманациями… духовными эманациями и преподавателя, и Короля Змей… и неодушевлённый предмет — свой старый дневник. И ведь в очень молодом возрасте сумел, а жил-то потом довольно долго, хотя даже не у кого спросить, сколько именно?

И вообще, что он за фрукт такой, если из посмертия дотягивается?! Ведь Джинни чуть не выпил, из бесплотной проекции, очень хитренькой! А потом бы и Гарри выпил, если бы не Фоукс, такой сумеет! И стал бы ещё сильнее, что ли? Вот бы не было печали!

У Гарри как-то сразу не сложились отношения ни с магическими тварями, ни с потусторонними сущностями. Пусть с общей компанией призраков на смертенинах Почти Безголового Ника удалось пообщаться вполне конструктивно. И Гермиона очень хвалила смертенины, такие информативные… не спорь, Гарри, эти ловкие прохладные тени очень интересны, да-да!..

Нет-нет, интересны! Принимайте призраков охлаждёнными, мистер Поттер! И потом много обсуждала это событие с Гарри, стараясь, чтобы Рон не слышал. Потому что младший Уизли был страшно травмирован видом испорченной еды и потерянно бормотал, что худшего зрелища невозможно и представить.

С едой так нельзя!.. Да плевать, что призраки кое-как чувствуют только самые сильные запахи, еда должна приятно пахнуть! Мистер Уизли слишком зависим от своего выдающегося аппетита и уважает его, а тут тухлятину всякую, да на целый стол…

Однако в итоге толку от знакомства с благодарным за участие к его проблемам (из-за неполного обезглавливания) Ником оказалось ноль без палочки. Раз недорубленного взяли и окаменили, да так основательно, что вообще непонятно, кто там из Ника получился. Скорее всего, не кто, а что: надгробие в натуральную величину, и всё.

А вот Плакса Миртл вызывала скорее раздражение, потому что выходила из себя по любому поводу, и без повода тоже. По словам Гермионы, это нетипичное поведение даже для психически неустойчивых пубертатных девочек.

…Пубертат, Гарри, это период полового развития, подростковый период, сложный. Так вот, такое нервное поведение говорит о какой-то серьёзной психологической травме, что в этой школе заполучить раз плюнуть…

Конечно, Гарри, и у тебя такая травма есть, и многосторонняя. Кстати, у мисс Грейнджер тоже, особенно после тролля с василиском, и не только. Но Миртл особенно жалко, раз ей настолько не повезло, что даже умереть нормально не в состоянии.

От этого особенная травма, вот в канализацию и ныряет, осваивает неведомые нам окрестности. Познанные уже, судя по некоторым оговоркам, вплоть до самого Чёрного озера. А много ли мы знаем об этом озере и его обитателях, а, Гарри? Ну вот, а если удастся разговорить Миртл…

Миртл — очень непростая собеседница, мисс Грейнджер, увы, пока совсем немногое от неё узнала, хотя и старалась расположить. Да, трудная клиентка, ты прав, Гарри, потому что за полвека после гибели её травмы, как оказалось, только накапливались…

Однако если от призрачной плаксы особых проблем не было, то от единственного в школе полтергейста имелись, и раздражали. Правда, Гарри спокойно воспринимал едкие и часто неприличные стишки и песенки, а также загадки и поговорки, которые постоянно распространял Пивз. Потому что степень неприличности бывала разная, и когда неприличности старинным слогом, так прямо довольно интересно…

Зато Гермиону такой фольклор просто бесил! Здесь же всё-таки школа, а не учебное заведение строгого режима для трудных подростков с криминальным прошлым. Хотя прошлое что Малфоя, что близнецов Уизли было явно криминальным, как и настоящее!

Конечно, Гарри и представить себе не мог, что вредина-полтергейст сам пойдёт на сближение. Точнее, на контакт. А сближение позднее организовал сам Гарри, раз умный такой, и не прогадал…

* * *

Эта громкая и долгоиграющая история начиналась так. Хам и проныра Пивз в начале учебного года отловил мистера Поттера и, глумливо хихикая, показал черновик его же недавнего сочинения.

И объяснил, что летние сочинения учеников про семейные и учебные дела, писавшиеся после второго курса, вот-вот окажутся у неких близнецов, и тогда настанет веселуха! Потому что даже ему не придумать некоторых штучек и шуток, которые у современных деток встречаются и описаны, обычно в черновых заметочках!

И несколько раз подпрыгнул в воздухе, восторженно болтая ногами в клетчатых носках. Ну, что за рожа такая гнусная, а? Даже у Филча с Малфоем такой нет! Он же в черновике откровенно писал — и про Дурслей, и вообще, и жаловался, вот же болван. А в школе такое не любят.

Да жалобщиков нигде не любят! Ворчать только под нос следует, а не на бумаге! И за правописанием совершенно не следил, раз черновик, перед Гермионой уже стыдно, некоторые обороты, как у маленького, он же торопился…

Тут Пивз вдруг заговорщицки зашептал, для виду тревожно озираясь, что утащил черновики у преподавательницы английского и литературы Сандры Брюквик. Пока та бегала поболтать к старшему коллеге, профессору Снейпу, и конечно, потом на пропажу внимания не обратила.

Так что трудяга Пивз, помучившись, во много приёмов всё же унёс черновички в свой секретный тайничок, кое-где в сумраке, хи-хи-хи! Ручки у нас слабые, но бумажки-то сквозь стену протаскиваем умело, хе-хе…

Ну, что сказать? А то, что видный старожил нашего замка с большим интересом ознакомился с целым рядом школьных перлов. Кстати, такому знаменитому мистеру Гарри Поттеру он всегда готов услужить. Например, задержать черновик, чтобы его когда-нибудь потом прочитали, после, попозже…

Нет, совсем не отдаст, только задержать, потому что есть договор с заказчиком… заказчиками, очень одинаковыми и тебе известными! И если наш героический мальчик кое-чем поделится, с одним скучающим без хороших шуток старичком-полтергейстом…

Да-да, некоторыми стишатами, самыми гадкими, хоть магловскими, хоть сочинёнными самим мальчиком, который выжил, неважно. Вот тогда твоя откровенная бумажка ещё полежит. И только в таком случае! Соглашайся, парень, ведь подобное щедрое предложение действительно лишь один раз! Я сегодня почти добрый и по глазам твоим вижу, что есть у тебя хорошие и полезные стишки, есть!..

Что же, стишки были, чего скрывать. И такие, что не всегда и исполнить возможно, явное влияние Пивза, если честно… Пусть лучше достанутся вредителю всей школы, зато его неосторожные записи полежат. Чтобы без постороннего внимания, хоть сколько-то. Гарри уже хотел согласиться, как вдруг вспомнил важное.

— А бумаги Грейнджер есть?

— Очень полный ассортимент, мой дорогой грифчик-грифоня! Конечно, есть, на выбор, прошу. И грифовские бумажки, и слизеринские… И сочиненьица твоих заклятых друзей есть, и небезынтересные! В черновиках-то чего стесняться?

Ты не стеснялся, так и они тоже! И похлеще не стеснялись, особенно мистер Малфой, очень тщеславный молодой человек! А также не больно умный… Или тот же Крэбб, значительно более неумный. Какие же вы молодцы, такой материал дали, все в лёжку будут!

Какие же вы, англичане, лицемеры!.. Да какой я, Моргана-мать, англичанин, да я ж тебя! Шотландец я, килт вам в задницу, завоевателям и душителям! О, про килт в заднице можно подходящий стишок написать, особенно если про большой килт, и в самой маленькой…

Видеть свои бумажки в чужих руках, да вот таких грязненьких, было совсем неприятно. Да только Пивза этого сердить не надо, он выучил. А вот посотрудничать стоит. Выходит, мистер Поттер наравне с близнецами всякие интересные штучки узнает? Про наследников чистокровных семей? Уже неплохо! Если не круто… и если правда.

— Ага, интересное предложение. Ты молодчина, Пивз, такие шуточки только ты можешь придумать… И отмочить! Особенно отмочить, ага. Давай так: мои и Гермионы листки ты держишь месяц, а слизеринские даёшь почитать на три дня, для изучения врага! Ты же мне не враг, так?

— Ну что ты, Гарри! Какой я враг? Так, рядовой полуматериальный недоброжелатель, не более. Так я всегда нежелатель добра, никому и никогда! Ваши с Грейнджер листочки держу месяц, слизеринские и равенкловские даю на два дня, а потом рыжим… младшим коллегам, хи-хи-хи-хи! Барсуки, лентяи, ничего интересного не придумали, тоска одна.

Значит, по две частушки дополнительно за каждую змеевидную душеньку, за равенкловцев по одной, такая сегодня такса. Если побольше стишок, то учтём при расчёте, по строфам. Аванс будет, мистер Поттер?

Гарри тут же авансом промурлыкал несколько штучек попошлей — про Филча и Снейпа, собственного сочинения, и другие. Пивз, ранее горделиво приосанившийся от похвалы как непревзойдённому шутнику, обрадованно ухнул. Да уж, доброе слово не только миссис Норрис приятно, но и нежити противозной.

Кстати, запоминала призрачная зараза всё ею слышанное с первого раза, и не забывала уже никогда, так старшие говорили. Да, Гермиона уж завидовала такой памяти, иззавидовалась просто. Хотя, на самом деле, тоже всё запоминает, отлично просто запоминает, ему бы половину той памяти, или четверть хотя бы…

Вот так, пусть и нежить на нас поработает, по-своему. Очень интересно, что там слизни про свои семейные досуги пишут? Скрывают, конечно, всё интересное, тёмные хитрецы и лицемеры, но Гермиона поможет выловить нужное, она умеет.

Житья от этих слизней нет! И если даже Пивзу понравилось, что у них понаписано, это же показатель, верно? Да и близнецов Уизли было бы интересно почитать. И даже Рона, буквопишущего, по мнению некоторых преподавателей, весьма точному…

И который сдул сочинение у него, был мисс Брюквик разоблачён и примерно наказан. А именно, жалящими в сидячее место, как эта преподавательница любит. Так что новый вариант мыслей Рона о своей жизни, пожалуй, стоило бы прочитать.

Потому что чистокровные маги всё-таки сильно отличаются от них с Гермионой. Даже такой очень засекреченный аристократ Рон Билиус, как о нём подружка ехидничает. Потому что манеры Рона, конечно, не сильно дворянские, особенно если с Перси сравнивать. А ведь родные братья…

Стишков у музыкально одарённого мальчика в итоге набралось достаточно, чтобы выкупить право на первый просмотр сочинений Малфоя, Крэбба и Гойла. И даже Гринграсс с Булстроуд до кучи, как раз хватило, а Пивз очень рекомендовал. И ещё Лавгуд этой, странной, и сестричек Патил.

Ну, и Невилла. И даже Хагрида, очень старинное, крупными каракулями, но довольно понятно. Архив Сандре Брюквик достался богатый, и сочинение Хагрида полтергейст смог углядеть. Его, похоже, Брюквик недавно нашла и сама читала, раз тот старый пергамент поблизости оказался… А Уизли, и мужского, и женского пола, оптом подешевле пошли, он тоже взял… и, гм, тоже не пожалел.

Сам Гарри девчачьи записки нипочём бы читать не стал, но Гермионе про слизеринок и равенкловок точно будет интересно. Тем более Пивз облизывался и причмокивал, и лицемерно говорил, что какие-то интимные вещи мистеру Поттеру читать рановато, может быть. Раз современные девчонки такие оторвы, хоть стой, хоть падай, даже если ты полтергейст. Ну да ничего, Гарри развитый мальчуган, и с заслугами, ему можно предлагать рамки и пошире…

Да, это он правильно согласился получить от летучего погромщика столько же, сколько и близнецы. Гермиона же не раз высказывалась про всякую сегрегацию, и что в гостиную соседнего факультета свободно не зайти, а к слизеринцам вообще не попадёшь…

И он согласен с тем, что сегрегация зло. Правильно говорят — информации много не бывает, особенно о врагах. Хорошо, что про Гермиону вспомнил, и про остальных. А про Хагрида и ему интересно! Ух, наш великанище, наставник в больших и малых нуждах, непременно почитаем, должно быть интересно.

И сравним с тем, что лесник рассказывает о своём тяжёлом детстве. Потому что досталось ему в школе, травили просто по-великански, до сих пор забыть не может. Гермиона говорила, что Хагрид может и преувеличивать, есть у него такой грешок, особенно когда выпьет. А он же любит вмазать, как сам выражается…

Стишков на обмен как раз хватило, он же теперь больше сочиняет. Правда, пришлось, чтобы достало строф на оплату, пожертвовать секретным поношением в адрес самого мистера Хагрида. Ну, удачно как-то вышло, под настроение. Просто в рифму легло и само написалось, лимериком.

И Гермиона про тот стишок не знала, и вообще никто. Однако репутация лесникова и так уже траченая, и сильно, и много лет, поэтому одним стишком больше, одним меньше... Кто только про пьющего ключника-сластолюбца не писал! Раз дубовая кожа в ответственных местах, так…

Прости, Хагрид, прости, великанище, да чтоб ту дудочку, которую под Пушка резал, кое-кому в подарок, тебе в самые недра, и с ввинчиванием!

* * *

Вредина Пивз оказался прав: скоро в школе настала веселуха, потому что черновики сочинений грянули. И прогрохотали, некоторые. Всем было интересно и про Поттера (позднее, когда скандал уже затихал), и про слизеринцев, особенно Малфоя.

А уж про нравы некоего рыжего семейства, предложенные Пивзом одному из слизеринцев — тут просто вне конкуренции! Читали, обсуждали, копировали, дрались, а мисс Джинни Уизли и много плакала, обуреваемая предчувствиями. Не стоило про маму с папой так подробно…

Так а про что ещё было писать? Про Рончика нашего, что ли? Она и так его пожалела, почти ничего этакого и не написала!

Гермиона напряглась, когда увидела своё черновое сочинение, перечитала тут же, похмыкала. И сказала, что пусть потом читают, кому-то и полезно будет. Вот вам взгляд маглорождённой, ешьте, чтобы раздуло вас всех, снобов чистокровных! И полукровных тоже, и среди них снобизма навалом… И чтоб лопнуло потом, громко!

Гарри тут же подхватил:

Ешьте, ложками стуча,

Что писала сгоряча

И рубила вам сплеча!..

Лесника, у силача,

Ух, душа как горяча,

Особливо с первача,

В харю быстро настуча…

— Ладно, Гарри, хватит, хватит уже, я вижу, что нормальные рифмы закончились!..

А потом подруга сочинения девчонок прочитала и быстро переписала, целиком. После чего ему вручила, чтобы читал и развивался. Потому что вокруг тебя, Гарри, половина — девчонки, а вырастешь — половина женщин будет, и до конца жизни. Поэтому учись понимать женщин, Гарри! Потому что иначе они устроены, и не только одеждой… Да-да, и под одеждой, не перебивай, сама хотела так же сказать, только культурней…

Так вот, и мыслят они по-другому, часто получше мужчин, а часто — похуже. В общем, много в нас разного, очень. И ты, хотя уже выжил, несколько раз, всё равно эту разницу учитывай. Иначе потом не выживешь, есть такая опасность, если с противоположным полом сильно ошибиться…

И ты просто исключительный молодец, что у Пивза записки девчонок вытащил! Это просто первоклассный материал, особенно для меня. Оказывается, Булстроуд меня тогда за волосы в полсилы таскала, представляешь? Вот повезло-то…

Хотя то, что Крэбб накарябал, сильнее всего впечатлило! Бомбануло даже, как ты выражаешься. Нет, от Джинни сильнее бомбануло, это — тушите свет и сбоку бантик! Хотя и Хагрида сочинение…

— Меня тоже бомбануло, и от того же самого! Оказывается, Дурсль — неплохой дядька для магичных мальчиков, в принципе! Потому что в предметах, кроме ремня, ничего не понимает, а про кнут и не слыхивал, серость! Я, выходит, очень счастливый полукровка! И если бы меня к чистокровным Уизлям сунули, не знаю, что бы там со мной было, просто не знаю…

И знать не хочу! В Норе гостем было отлично, а вот чтобы меня там воспитывали, как рыжих… не хочу! Вон почему Рон так жаждал, чтобы я в Норе подольше квартировал, только сейчас дошло…

И близнецы с Джинни того же хотели! При мне же их стеснялись наказывать, ну, предметами, а только жалящими воспитывали, и по делу! Если Джинни навозную бомбу в доме взрывала, чокнутая девочка, и дневничком тем чокнутая, и семейкой своей…

Да посмотришь на магов этих, и понятно — никому верить нельзя, у всех в шкафах скелетов понапихано! С боггартами в придачу…

Я — счастливый полукровка,

Вырос я в Британии,

Там, где вызрела морковка,

Свёкла и так далее!

Уши Вернон мне не рвал,

В стенку не запуливал,

И кнутом не ободрал,

Больше ругань вдуривал!..

Дядька Вернон стал тупей,

Падлик же — с приветами!

Маги могут быть страшней,

Любят бить предметами!..

— Какое интересное слово ты придумал, Гарри! Вдуривал, надо же. Кстати, и в школе нам многое вдуривают, мы давно заметили, правда?..

…В лечебнице св. Мунго вдруг возник некоторый шум, причём даже на двух этажах. Ибо от безнадёжной потери памяти очнулся писатель и профессор Гилдерой Локхарт. Незаметно просочившись под утро в ординаторскую, пациент палаты психо-хроников тишком глотнул ничейного ректификата… И сразу вспомнил, какие важные и необходимые напитки существуют на свете!

И вскоре их отыскал, и стал быстро восстанавливаться, из практически овощного состояния, поражая целителей скоростью прогресса. Почти сразу вспомнил половину долбицы умножения, до «пятью девять — сорок пять». После всем говорил, что книги облагораживают и автора, и читателей, по страшному облагораживают, и до тихого ужаса.

А потом — и своё имя вспомнил, и кусок биографии. Даже то, как в раннем детстве, назло матушке, впервые познакомившей шалуна с хлыстиком, покакал в штанишки, вспомнил! И как после этого познакомился с плёточкой, для младшего возраста, и как после неё тоже прекрасно какалось…

Выдающийся успех целительского коллектива, ведь такого после тотальной амнезии ни разу не случалось! Все медики с практикантами заодно толпились вокруг беллетриста, получая автографы на экземплярах его знаменитых романов. И принимали заслуженные комплименты от польщённого вниманием пациента.

Такая восторженная атмосфера способствовала дальнейшему возвращению утраченных воспоминаний, безусловно. Однако мистер Локхарт подозрительно быстро разочаровался в колдомедицине, и вдруг пошёл предъявлять претензии. Да по нарастающей пошёл! И понеслось мэрде по трубам, как вскоре заговорили в целительских кругах…

Потому что очень короткая благодарность приспела от господина сочинителя, и только начатая, и тут же оборвавшаяся. Благодарность не допел, с клеветою же успел, тудыть его налево! А потом и пошло, и понеслось, да вскачь... Причём именно по трубам!

Мунго, Мунго, ты могуч,

От моих мозгов ты ключ,

Вставлен в череп врача волей!

Всё я вспомню, будь спокоен...

Всё не всё, но мистер Локхарт вспомнил многое. Вплоть до восстановления частичной трудоспособности, на нынешнем этапе, однако нестабильном. А вот привычка критиковать стабилизировалась сразу. И застыла, непоколебимо!

Потому что порядки заведения такие… противоречивые, что вообще нет слов. С одной стороны, доступны спиртные напитки, и достаточно понимающих собутыльников. То есть согласных угощать, если у беллетриста уже кончилось. С другой, применяются такие лекарства и методы, что даже с точки зрения самой Мать-и-Магии…

Гилдерой Локхарт был крайне шокирован некоторыми способами лечения от Гиппократа Сметвика. А одним — буквально морально уничтожен. Ладно, что Гиппократ лечит женское бесплодие донорством собственного семенного материала — как максимально свежим и безупречно качественным продуктом. Но его способ борьбы с диареей просто возмутительный. Донорство собственного кала, вы только вообразите!

Ради переноса каких-то невидимых и полезных для пищеварения бактерий, фу! Которые, соответственно, могут ведь быть и плодом расстроенного воображения этого аллопата, если не гомеопата. Сам свидетель, как буквально две капли препарата разводили целыми двумя бутылями воды!

Хотя вот мистеру Локхарту самые жуткие жидкости выпаивают регулярно, лошадиными дозами, и без малейшего разбавления, и до посинения… Именно жуткие, что по запаху, что по вкусу, который целиком соответствует запаху. А порой и превосходит!

Однако запивать спиртным категорически запрещают, вплоть до заматывания в смирительную рубашку, магловское изобретение. Да это не рубашка, это пыточный кокон! Упаковали тебя — и можно акромантулам отдавать, в качестве подарка! Нет, в обмен на их уникальный яд…

И тут на тебе — ещё и каловая закуска от главного целителя-калоносителя! Даже профессиональный писатель пасует перед возможностью такого сюжета. Сугубо временно, конечно, пасует, на период собирания материала. Который будет просто огромной разоблачительной силы, с подробным описанием всех невыносимых вкусов!

Ведь выдающийся писатель нашего времени не может не быть большим гурманом — и относительно женщин, и насчёт интересных напитков с наилучшими закусками… Он об этих вкусах напишет так, что все будут рыдать и в Мунго ни ногой! Пусть тогда эти целители хоть подохнут, страшной голодной смертью!

Правда, возмутительное средство из кишечника главного целителя помогло, он не спорит. Случайно или не случайно, кто знает эту медицину, вторую по точности, после метеорологии? Но ведь знаменитый автор совершенно случайно узнал о таком пассаже, из пьяной болтовни практикантов. Менее спиртоустойчивых, в сравнении с некоторыми знатоками особо интересных жидкостей.

Оказывается, Сметвик его просто накормил своим собственным дерьмом! Как якобы перенасыщенным полезными бактериями… Причём в виде мелких сушёных комочков, обвалянных в сахарной пудре, сбрызнутых ароматизатором и введённых через нос! Он тогда ещё обрадовался, что сушёного продукта немного и пахнет хорошо, и что сушёное гораздо лучше этих тошнотворных настоев…

Дескать, в нос так в нос, раз аромат прямо для его изысканного обоняния. Думал, что писателя особо уважили, как выдающегося и так далее. А это важно, ведь все пациенты, без исключения, жалуются и на вкус, и на запах практически всех зелий.

Оказалось — всё только обман, и в особо циничной форме! А раз пошёл такой цинизм, то что, мистер Локхарт Великолепный? Что надо будет при случае вставить подобный эпизод в роман — как пример лечения какой-нибудь особенно неприятной твари. Да, мистер Локхарт сначала героически усмирил тварь, заставив пострадать, потом её вылечил, специфическим способом, через нос. Отчего тварь даже поумнела и научилась писать… нет, это слишком.

Хотя кормить этим самым лучшего писателя магической Британии — вот это точно слишком! Главное, непонятно, как потребовать компенсацию? Ведь скажут, что ароматизированное и сушёное, раз, и помогло, два… Как трудно лечиться незаурядному человеку у заурядных, кто бы понимал? Но не поймут, ведь он ушёл в своём развитии так далеко!

* * *

Популярный писатель Локхарт, как следует вмазавший денатурата поверх одеколона, стоял перед главным целителем в безобразно расстёгнутом белье. И невпопад отвечал на претензии Гиппократа Сметвика одно- и двухсложными нехорошими словами. А самое нецензурное, и рифмованное с именем целителя, было написано на расстёгнутой безволосой груди дорогим лечебным зельем, ярким, но не предусматривавшим наружного применения.

Вскоре писатель совсем помутнел взором, расслабленно пал на колени и принялся пачкать изо рта модные целительские туфли. У Гиппократа зачесалась правая ударная нога, но он сдержался. И так о его целительно-дисциплинарных пинках многовато болтают, что немагоугодно. Поэтому задействовал верхние конечности.

Локхарт получил хлопок ладонями по ушам и немедленно перестал извергаться кислятиной на чужую обувь. Но страстно замычал, неразборчиво и громко, с явными критическими интонациями. Звучавшими, пожалуй, и нецензурно. Получил по ушам снова и неуверенно поднялся, смотря куда-то в плечо рослого Сметвика.

И попробовал рыдание, он умеет рыдать, очень натурально. Да, многие психи его рыдание сразу поддерживают, вплоть до судорожных припадков. Да-да, умеет как никто, чего бы там не клеветали эти вот все… Сначала рыгать, а потом и рыдать, он очень способная личность.

Но можно извергаться и после рыданий, сие ненаказуемо… Смесь денатурата с одеколоном держится в нём плохо, но это же не повод отказаться от смешива… Запах одеколона лучше, но денатурат важнее, поэтому он идёт после одекол…

Беллетрист закатил глаза и рухнул рядом с испачканными туфлями. Почти сразу раздался храп — организм перешёл в режим самосохранения. Сметвик в очередной раз поморщился. Ему было почти физически больно, когда пациенты выливали дурно пахнущие зелья. Или пытались бурно отказываться от таких неприятных, однако необходимых процедур, как та же колоноскопия.

А портрет кишечника одним диагностическим заклинанием качественно не нарисовать, поэтому необходим пристальный взгляд изнутри! И нечего путать колоноскоп с телескопом, последний гораздо толще и зачастую короче…

Колоноскоп велик, вплоть до самодостаточности! Да, имеет и побочное воздействие, выпучивающее глаза больного, особенно нетренированного. А что тогда говорить, например, о погружении в драконий навоз, штуку едкую и действительно малоприятную! Но ведь и действенную, в целом ряде ответственных случаев...

Кто не хочет лечиться, будет испытывать комплексное силовое воздействие разнообразных процедур, ведь целители отвечают за своих подопечных. А если пациент смешивает алкогольные суррогаты, это вызов даже для самой распромагической медицины. Алкоголик Локхарт повадился неприемлемые для здоровья напитки смешивать, а лекарственные зелья выливать. Даже магловские таблетки выплёвывает, зараза, с криками, что пытают маглятиной!

Неприятно сложный пациент, с выраженной зависимостью. Стало быть, следует попробовать ещё один препарат, вызывающий отвращение к спиртному. Уж этот Локхарт! Испытывает отвращение и к одеколону, и к денатурату, но старается их смешивать, умелец.

И легко догадаться, отчего не может ни смешивать, ни остановиться. Потому что там синергетический эффект от добавок, парфюмерных и денатурирующих, явный. И вреднейший, конечно. Но Локхарт без него не может. Значит, придётся лечить!

Сложный случай, ведь и память вернулась, в основном, и весь интеллект сохранён, что не вполне типично для подобного. Хотя нет, тут не простые сложности. Беллетрист — настоящий феномен, позванивающий такой феномен…

* * *

Портрет главного целителя в первом же стишке особенного пациента вышел очень тенденциозный: и якобы чавкает, и процедуры болезненно делает. Хотя это компетенция подчинённых — соскобы брать, он только сложные случаи лично…

Вата в ухе только один раз была, коли говорящая задница и пьяная, и кусачая попалась. Много хуже бывает, в смысле травматизма, а вату мистер Сметвик только для скорости использовал, раз уже стерилизованная, пусть и магловская. Практиканты могут заклинанием и халтурно отстерилизовать, дело известное.

Нет, он в этом смысле маглам больше доверяет, коли за последнее столетие просто колоссальный прогресс, куда там волшебникам. И целитель не чавкает, а просто быстро перекусывает на ходу. И вип-палаты навяли… рекомендует не от хорошей жизни, а от недостатка финансирования. Спирта литератору на хорошее дело не жалко, но если вслед за неожиданным этанол-проявлением памяти следует её натуральное денатуростирание да наодеколонивание...

В палате хроников, конечно, хорошо,

Но только развлечений маловато.

Целитель вот к больным пришёл,

Кулак тяжёл, а в ухе вата.

В кого воткнул колоноскоп,

Кому-то залил в нос касторку…

Он травматично сотворил соскоб

И смачно чавкнул помидоркой.

Отнял целитель майского жука,

Что у больных заместо витаминки,

И намекнул владельцам кошелька,

Что кошки писают в ботинки,

А вот больной, коли с деньгой,

Обязан не страдать со всеми,

А в вип-палату, смелою ногой,

И быть своим в комфорта теме.

…В мученьях нервных день прошёл,

На ужин зелий нам нальют отвратных.

В палате хроников — кому-то хорошо,

Когда не вяжут, раз ни в чём не виноватый...

А что делать с буйными, я вас спрашиваю, как не вязать, в хорошем смысле слова, а не по лексикону собаковладельцев? Особенно тех закоренелых хроников, кто и к зельям привык, и санитаров не боится, а уже и любит, очень так по-своему…

Старая добрая смирительная рубашка, с чарами встроенной больничной утки, отлично экономит время и силы персонала. Влил такому зафиксированному питательный раствор, через любое подходящее отверстие… И жди себе, пока приступ не кончится, хоть неделю! Да хоть и больше, мычите — не мычите, больной…

Мочитесь, не мочитесь,

Колитесь, не колитесь,

А лучше вы молитесь

И в Мунго отлежитесь!

…Жук-витаминка, это же надо придумать? Увы, этот Локхарт, от опаснейших тварей, которых так ловко побеждал, сразу перешёл к насекомым, какое падение, прискорбное!

С другой стороны, про конкретного жука вспомнил, всё-таки достижение. Сначала-то вообще выглядел спелым овощем, только про еду и выпивку разумное говорил. Своё же знаменитое имя лишь через неделю вспомнил, а с тех пор четырежды забыть ухитрялся.

Сложный какой случай, вокруг плавающей и неуловимой дозы спиртного накрученный. Выпил — и проявил память, перепил — и стёр. А у беллетриста ведь ещё и состояние «недоперепил» постоянно — больше, чем мог, но меньше, чем хотел. Тоже эффект для памяти негативный, «недоперепил» этот, пусть и мягче. Да, мягче, но ведь и запутывает…

Действительно, в Мунго используют магловские витамины, вещь и полезная, и недорогая. Потому как с помощью Энгоргио увеличивается чуть ли не вдесятеро. Да про жука — это же просто дискредитация, классическая! Как провал памяти очередной приключился, так сразу врачи виноваты, не то зелье прописали! Скотина непотребная…

Локхарт даже дорогущее зелье памяти, на яичках гиббона, в утку вылил, исключительная скотина! Очень, кстати, хорошее средство, потому что магические штучки для подобных зелий официально считаются несуществующими, раз законы и всё такое!

Дурацкие эти законы… Он — за легализацию донорства тестикул, от этого всем хорошо и криминалу удар. Но чиновникам же не объяснить!

А этот типчик не раз очень дорогие зелья тайком выливал, а как застукивали, вопил: мол, такие вонючие, что просто отрава! А его нельзя травить, нельзя, раз он мистер Локхарт и национальное достояние. Это он всех травит, тварей жутчайших, о чём в его книжках написано, почитайте и устыдитесь! И громко сравнивал вкус зелий с кипячёной настойкой носков бездомных бродяг, и даже с калом кентавров.

Ну, угадал, потому что небольшие количества навоза шестилапых стабилизируют три вида ценных зелий. А вкуса, конечно, не добавляют, потому что он и так такой... Да большинство зелий жуткого вкуса, а порой и хуже, раз компенсация эта, магическая, где надо и не надо...

Известно, что большинство каловых добавок сохраняют в зелье цвет, вкус и запах. Однако всё равно это уже не исходный продукт, а лечебный, тут магия наитончайшая. И диалектика природы в придачу. А попробуй объясни этим, палочковым! Многие маги именно поэтому не любят лечиться, и можно понять, глупых же много. А дурных, с медицинской точки зрения, то есть малоадекватных пациентов, столько же, или ещё больше.

Хотя Гиппократ признаёт, что видит в основном сложных больных, которым не помогли домочадцы или сам страдалец. Нормальный маг элементарные медицинские заклинания, конечно, знает. С другой стороны, если он немалую часть жизни проводит в состоянии алкогольного… упоения, если откровенно, то и правильно, что не колдует нетрезвым. Все бы такими правильными были, да куда там!

* * *

…Необходимо признать, что лечение всё же идёт выдающемуся писателю на пользу, вот и литературное чутьё стало обостряться, нюх на острое слово. Особенно когда тебя колоноскопом на кишечную проходимость проверяют, после якобы алкогольного отравления. Весьма болезненным и крайне унизительным образом! Да какое там отравление, помилуй Мерлин!

Эти коновалы, дай волю, и типичнейший блёв, от переизбытка откушанных напитков, в отравление запишут… Ох, опять этот колоноскоп — очень немагоугодное изобретение, от него хочется бежать куда угодно, хоть прямо в морг!..

— Морг у базы, за бугром! — сказал искусный палиндром Гилдерой, морщась от процедуры и хоть как-то отвлекаясь от исследования своих талантливых глубин. Бугор, на кокни, это начальник.

Целитель Сметвик, конечно, такой бугор, что прямо глыба, и очень матёрый человечище, в придачу. Правда, человеческого в нём маловато, одна матёрость, потому как лечит по конвейеру, любого гения готов залечить, лекарище ругающее и пинающее…

Пожалуй, вот сейчас он зря вылез с палиндромом при главном целителе. Не ожидал, что тот сможет сразу раз — и аналогично ответить, палиндромно. И прямо в глаз, пусть и фигурально.

Но морально ударил так болезненно, как будто и не целитель, а мучитель! Ведь писатель просто поюморил, ради победы над колоноскопностью этой всей! Однако ему так больно ответили, плюнули в чувствительную беллетристическую душу…

— А мокра саркома! — хмуро ответствовал Сметвик после длинной паузы, смотря на главного писателя страны с очевидным пренебрежением. Локхарт сжался, ведь про ужасную костоедную саркому у маглов ему рассказывали. Потому что она развивается, после проклятий, у некоторых магов, невезучих. И ведь не сразу вылечивается, особенно если запустить, и сколько от неё всякого плохого.

Да, рассказывали, и во всех ужасных подробностях. А он, пьяненький, тогда плакал: «Магликов жалко!». И запивал, запивал стресс дальше и дальше, до умопомрачения, раз столько доступных напитков, и один другого интереснее, и так писательскую фантазию горячат, что прямо вообще…

Я — Винсент Крэбб, очень весь чистокровный и очень крепкий парень. Потому что и отец у меня могучий, и мать тоже прочная, а я им наследник. Поэтому моя шея толще, чем туловище любого однокурсника, кроме Гойла, и ещё Лонгботтома.

Я горжусь, что такой сильный наследник, а потом буду просто могучим, мне приятно об этом написать. Хотя вообще-то писать трудно, потому что тут надо и придумывать, и соблюдать грамматику. И не путать слова, и что-то ещё, я потом вспомню, если не совсем забуду…

У меня много крепкого здоровья, поэтому я очень хорошо, с раннего детства, стал придумывать всякие игры, развлечения и вещи. Такие, которые понадобятся будущему тёмному магу. И могу уверенно выдерживать недовольство родителей, потому что не люблю останавливаться на полпути. Родители тоже не любят, но недовольство проявляют. А я его выдерживаю и выдерживаю, раз имею силу характера и надлежащее воспитание. Которое от родителей через недовольство мной.

Чтобы выдерживать недовольство, я научился хорошо переносить порку разными воспитательными предметами: обычной плетью, трёххвостной плетью, шестихвостной плетью и двенадцатихвостной плетью. И нагайкой тоже, которая лёгкая, но с шариками на хвостиках, и ещё с гаечками, неприятными. А хлыст — вообще детское наказание, его даже мама об меня через раз ломает. Грегори Гойл тоже презирает хлыст, за малую прочность.

Вот бильярдный кий — крепкая штука, никогда не ломается, потому что из ценных пород дерева. Даже когда по голове, не ломается, но такую шишку оставляет, что и шапка хуже нахлобучивается. А если без шапки, то прямо как-то совсем некрасиво. И если отец занимается метанием бильярдных шаров, это тоже сильное воздействие, потому что он и меткий, и норовит сокращать дистанцию, чтобы уворачиваться было трудней.

Шишки от шаров такие же, как и от кия. Но мне нравится играть в бильярд, потому что это игра истинных аристократов. Главное, отца не обыгрывать, потому что он сердится и может применять кий с шарами для внеочередного воспитания. Хотя я очень хорошо воспитан, в смысле, тренирован.

Постепенно я закалился и привык к плёткам, любым, потому что отец предпочитает именно плеть. А мать — только трёххвостную, потому что к ней привыкла. Хотя двенадцатихвостка для меня и тяжеловата пока, если долго. Но меня часто тренируют, поэтому всё хорошо.

Только кнут мне совсем не нравится. Его отец из России привёз, когда там в специальных органах, карательных, оборотнем в погонах работал. Ну, под прикрытием, как иностранный специалист.

Очень ловко и водку пить научился, и кнутом то же самое. Я почему этот импортный инструмент не люблю? Потому что кнут и длинный, и тяжёлый, и на кончике у него не шарики, а всякая проволока наверчена, да острыми концами наружу. Когда пять ярдов с гудением раскручиваются, а потом прямо по заднице блямбой из торчащей проволоки — не только прыгнешь, но и взревёшь…

Конечно, у меня прочная кожа, плеть держит хорошо и отлично, но с кнута сразу ленточками сходит. А это особенно больно, когда ленточками. Хорошо, отец кнутом только в четверть силы работает, и лишь последний удар — в полсилы. А то я, наверное, и писать бы после него не мог. А может, даже писать.

Эти русские — очень жестокие люди, раз им плеть не нравится. Понятно, что вещи со временем надо совершенствовать, но должен ведь быть и предел, так?

А наследнику Малфою хорошо живётся — только розги и лёгкая плётка, для младшего школьного возраста. И хлыст от мамы, что вообще не считается. И носом в угол, с павлиньим пером между ног, чтобы не выдёргивал больше. Уронишь сворованное у павлина перо — тогда плётка. А если нормально стоишь, через три-четыре часа и простят, особенно когда совсем маленький. Эти Малфои такие из себя гламурные…

А нас по-взрослому учат, через задние ворота преимущественно. И предметами учат, и заклинаниями, особенно жалящими. Потому что отец немного заклинаний помнит, основные только, по бывшей службе. Он больше с предметами любит работать, чтобы в руке чувствовались. Но жалящие у него тоже очень хорошо поставлены.

И поэтому половинки, как после жалящих, так и после предметов с плётками, настолько порой опухают, что даже в штаны не лезут. Даже если штаны через голову надевать, всё равно не лезут. За уши цепляются, хоть оборви. Но отец может оборвать, потому что я уже тяжёлый.

И когда он меня за уши быстро раскручивает, чтобы в стенку метнуть, несколько раз, они стали обрываться. В раннем детстве только хрустели и распухали, но отрывались мало. А потом часто стали. Больно это, но зато до стенки не долетаешь, а об стенку всяко больнее.

Всё бы ничего, потому что после ухоотрывания наказание заканчивается, почти. Отец тогда за ногу хватает — и в стену тебя, один раз. Но вот ухо на место он пришивать ленится. Потому что после наказания оторванное ухо сильно распухши, и чтобы точно пришить, нужно всё рассчитать.

А отец после виски точность теряет и может только за ухо схватить, и в стенку потом попасть, с первого раза. Или за ногу — и тоже в стенку. А больше ничего не может. Потому что сбросит гнев, кошке кинет ухо и идёт к себе, добавлять, особенно если отец Гойла в гостях.

Правда, когда папаша как-то особенно рассердился, то и за второе ухо раскручивал. А оно предсказуемо тоже оборвалось, я же раскабанел. Потому что и наследственность такая, и свой аппетит имеется. А отец тогда обозвал меня никчёмным. И чтобы успокоиться, воспользовался бильярдным кием, который не ломается.

А матери всегда некогда, ей ещё сестру воспитывать приходится, и прислугу. Поэтому она устаёт и только кошку от уха отгоняет. И говорит, что можно просто перед зеркалом посидеть, чтобы самому пришить. Потому что если тонкой иглой, то почти и не больно.

Мать — женщина суровая и правоты в ней уйма. Однако когда стенка тебя тормозит, тонкой моторики от пальцев не жди. Да они и так толстые, потому что всегда толстыми были. И после стенки ты сам такой тормоз, что даже с частями тела разговариваешь и пытаешься их состояние узнать.

Тогда приходится, придя в себя, тишком Малфою сову отправлять. Чтобы Драко домовика прислал, который за гиппогрифами и павлинами ходит да лечит. Он хорошо пришивает, быстро и точно. И не сильно больно, даже бить рука не поднимается. Только иголкой своей тырк-тырк, крыса такая, ушастая… Потом нитку скусил, пальцами щёлкнул — и ухи на месте, и снова слышно хорошо. Потому что без ушей стрёмно, но это наказание такое, очень патриархальное.

Дракон у нас — правильный сюзерен, обычно только лёгкие жалящие использует. Даже если под струю попадает и в стенку немножко летит. Ругается, конечно, визгливо так, но очищающие хорошо знает. Это лучше, чем бумагой.

И босс нас с Грегом ценит, а Милли эта нет. Хотя родители, возможно, уже и сговорились, так что замуж пойдёт за кого скажут. И он тоже. Конечно, хотелось бы девку потоньше, да и в ухо она ловка теперь бить. Не очень это женственно, однако полезно, кто бы спорил.

Но вообще эта Милли симпатичная, в некоторых местах. Когда с меня кувыркнулась, удалось на интересные вещи посмотреть. Другие тоже впечатлились, даже стишок написали.

Я выучил, чтобы Милли рассказать, но она уже знала и только сопела в ответ. Угрожающе сопела и кулак сжимала. Кулаки то есть. Не оценила красоту стиха, тёмная она девочка.

Мы вчера стриптиз видали,

Просто аномалия,

Волосаты Милли дали,

Там, где ниже талии!

А Малфой совсем не тёмный, хоть из темнейшей семьи, наоборот, и нас ценит. Недавно панталончики крутые подарил, на вес золота и больше. Непросто их носить, но с ними и пованивать внизу меньше стало. Потому что беречь начинаешь такую кружевную красоту, домовикам в стирку сразу отдаёшь.

Мы очень боссу благодарны не только за магическую защиту и нападение. Но и за специальный подарок, очень талантливо придуманный. И это не панталоны, а лучше. Драко, такой умник, эту штуку сначала для себя сделал. А потом ему понравилось, и он, когда мы сильно опухшие ниже пояса были и в штанах не могли ходить, выручил.

Сюзерен сказал, чтобы домовики защитные накладки из войлока вырезали. Причём точно по нашим размерам, чтобы в трусах прочно держались и любой удар выдерживали, не съезжали. Очень выручает, только орать изо всех сил надо не забывать, а то заподозрят.

Опухать после этого совсем перестало, но пижам всё равно не дают. Так в ночных рубашках спать и приходится, хотя мы уже большие. А сказать нельзя, потому что тогда узнают, что распухать перестали. Неприятно это — в ночных рубашках спать, потому что по-бабски как-то, если современных людей слушать.

А мы же современные, просто по-своему. Культура наказаний у нас предельно традиционная, а умения уклоняться от них — вполне современные. Наслушаешься колдорадио, да что Грейнджер всякая про демократию болтает…

Затем с боссом посоветуешься, обдумаешь, напишешь, выучишь. И потом говоришь отцу, при случае, что неполиткорректно это — маленьких пороть, да так часто и сильно… Ибо человек есть мера всех вещей! И если некоторыми вещами, тяжёлыми, сверх меры пороть, то это нарушение прав. И вообще, не наш метод, а вековая отсталость и радость маглокровкам.

Тогда отец сразу сердится и применяет предметы, а у меня же войлок. Отлично помогает и родительский гнев сбросить, и стенки твёрдой избежать. Даже если отец не просто сердится, а звереет. Потому что он обычно всегда сердитый, и до виски сердитый, и после тоже, но по-другому: когда хуже, когда — лучше. Когда переберёт и упадёт, тогда совсем хорошо. Но он очень выносливый и обычно не падает.

У нас Гойлы часто гостят. Поэтому мы с Грегом, когда без присмотра остаёмся, развлекаемся как хотим — помойку поджигаем и в неё крыс кидаем, котам хвосты купируем, собак, от любви склеившихся, отцовской рапирой разделяем. На спор, что с одного удара разделишь…

Правда, рапира тяжеловата для нас, и с первого раза не получается. Но мы всё равно соревнуемся, потому что очень азартные. Ещё белок камнями сбивать очень весело, они же тренированные давно, по деревьям прямо летают и прячутся ловко. А ты всё равно их находишь и потом меткость тренируешь.

Накуримся там, пива себе найдём и песенки поём весёлые, типа:

…Вот только если наши морды троглодитов

Поставить рядом с вашим задом на углу -

То маги в панике завоют на лету:

Скорей спасайтесь, это три бандита!

…Так вот, я хотел сказать, что когда отец особенно сильно звереет, то не порет, а сразу за ухо хватает. И начинает крутить, чтобы потом тобой в стенку попасть. Как попал — сразу идёт отдыхать. Потому что от виски он сначала душой отдыхает, а потом телом уставать начинает и спит.

Если ухо оторвалось и не попал, то всё равно не порет, немножко разве попинает, и идёт отдыхать. Драко говорит, что мой родитель очень педантичный, то есть постоянный в привычках.

А я — нет, у меня привычки разные, я ещё не нашёл себя. А придётся искать, отец после школы кормить не будет. А у меня же аппетит. Как у Гойла где-то, не меньше. Или больше. Наверное, как у Милли, вот. Пока не знаю, чем буду заниматься после школы. Но чем-нибудь придётся.

А отец только приговаривает, когда бросает в мишень топоры и ножи, что интересная работа должна быть забойной. Или прикольной. А если сочетать, как он, прикалывающее с рубящим и забивающим, так это любимая работа!

Гойл хочет в Азкабан устроиться, но говорит, что сложное место. Мой отец тоже про Азкабан всякое умное рассказывал, слышанное от авроров и прочих знающих людей. Точно, сложное место, зато платят хорошо. И пословицы сочиняют, полезные.

И плохая смерть лучше житья в Азкабане.

Кто в Азкабане сидел, никто не поумнел, колышек с номером на кладбище досрочно получил.

Если мага ты авадишь, в Азкабан надолго сядешь, если магла аваднёшь, к Рождеству домой придёшь.

В Азкабане срок мотать, потом с памятью плутать и стеклом лекарства заедать.

Аваду плохо учить — в Азкабане тужить.

Болтливый язык если до Азкабана не доведёт, с охотниками на ингредиенты познакомит.

Шутки шутками, а может и в Азкабан экскурсия приключиться.

С хорошим начальником и Азкабан за курорт, да только не бывает в Азкабане таких начальников.

* * *

…Папаша давно с Макнейром дружит, опыт передаёт. Говорил, что Макнейра из аврората за жестокость выгнали, так он в коллекторы пошёл, долги выбивал, но тоже как-то не удержался. А в министерстве по способностям, так сказать, дело себе нашёл, его ценят. Потому что там приводить в исполнение мало кто хорошо умеет, Аластор Грюм этот, психованный, разве что.

Макнейр с отцом любят поговорить про жизнь, опытом поделиться да смешными случаями из практики. Отец же вешать очень любил, потому что прикольно это, когда кто-то в петле дёргается. Он фанатик своего дела, сам умел в полночь оборачиваться, после водки, на пару минут. И этим здорово заключённых пугал, эффективно, все сразу признавались, во всём.

Отец — талантище, его сам главный русский аврор Берия почётной грамотой награждал. И даже ногти арестованных для ценных зелий дарил. И дважды ночами в Мавзолей возил, некроэнергией подпитаться. Там такой уровень некроэнергии от главного трупа страны, что закачаешься!

Отца прямо шатало, потом он вообще валился и страдал головой и желудком, от аллергии какой-то. Однако после Мавзолея и оборачиваться легче было, и похмелья никакого никогда, и скальп с арестанта одной левой снимался… Словом, жизненных сил добавлялось столько, что никаких жертвоприношений не надо! Раз тот мавзолейный вождь их столько наделал…

Суров был камрад Берия, мысли читал, колдовал помаленьку, в Мавзолее заряжался накрепко, человек с большой буквы… Да, ещё он отцу важную вещь посоветовал. Про то, что при своей большой массе особенно удушающий приём хорош. Это когда хватаешь врага за горло и резко выдёргиваешь позвоночник. Тогда голова, лишённая подпорки, скатывается в трусы и там задыхается! Умел шутить камрад, и отца научил тоже…

Конечно, скучно бывает у нас в подземельях. Жалко, тот бродячий тролль до нас не добежал, о грязнокровку споткнулся. Мы бы его отпинали как полагается, потом расчленили как полагается, декану на ингредиенты сдали... А из мошонки сумки бы себе сделали, прикольные.

А прибор какому-нибудь грифу на лоб приклеили, чтобы до колен. Или барсуку, тоже не жалко, в принципе. С воронами осторожнее надо быть. Сами такое могут приклеить, что сразу к декану сдаваться пойдёшь. А он суровый, даже к своим.

Иногда у нас вообще ничего не происходит, особенно если самые крепкие ребята в больничном крыле отдыхают, после квиддича прежде всего. Да и драки, которые поединки, тоже частое явление и тоже этот, как его, травматизм.

Тогда хоть пропадай, только спарринги с Грегом и выручают. А когда намахаешься и устанешь, даже начинаешь книжки всякие листать, как дурак. Ведь про то, как надо бить, я уже выучил, а Камасутру позырить не дают, потому что у старших очередь.

Однажды хотел на глаз спорить, что любому первачку руку оторву, так никто не согласился. И со второго курса тоже. И с третьего… Ну да, Помфри эта ругаться будет, если сразу и глаз, и руку.

Медиведьма вообще не любит, когда что-то отрывают. Или даже только выбивают. Хлопотно это, понятное дело, когда пришивать надо. На мои многократно пришитые уши Помфри всякий раз внимание обращает, даже неудобно.

…Дескать, мистер Крэбб, не могу узнать руку этого искусного целителя, чтобы вот так красиво и, практически, никаких следов! Но я фамильные секреты не выдаю, меня так учили, и больно.

И вообще, это же малфоевский домовик пришивал, а он никакой не целитель, ветеринар потому что. Драко же могут наказать, раз он единственного в мэноре ветеринара куда-то далеко отправлял… Я вассал, моё дело — босса прикрывать, и невзирая. И я прикрываю, и не взираю, вообще ни на что не взираю.

И пускай, что бегемот,

С рваненькими ушками.

Коли с Милли не свезёт,

Повезёт с подружками.

Не красавец, ну и пусть,

Да, умом не вышел…

Жаль, метла об землю — хрусть!

Но ведь как-то выжил.

Выжить в этом мире нам

Будет достижение,

Моим порванным ушам

Слышно дуновение -

Дуновение судьбы:

Глянет в тебя — охнет,

И спасёт от худобы,

И об землю грохнет.

Гарри, содрогаясь, нередко вспоминал про то, как после колдовства одного паскудного домовика вдруг оказался в тюрьме у Дурслей. С ведром для отправления нужды и скудной пайкой два раза в день, через решётку в двери. Ни ведра, ни решётки магический паренёк даже от опекунов не ожидал.

Тоска была жестокая, и спасали только хорошие воспоминания. Их было немало, и все они исходили из года, проведённого в Хогвартсе. Тогда он, слушая, как по стёклам барабанит дождь, лежал в своей комнате-камере на кровати и потихоньку грустно напевал арестантскую песенку:

Пусть Хагрид услышит,

Пусть Хагрид придёт,

И в Хогвартс меня он с собой заберёт.

Неправильно так, когда это -

Под стражей ты, без туалета!

Но так уж бывает на свете -

Измучены маглами дети!..

…Его первое знакомство с человеком из мира магии, какое роскошное воспоминание! Было сразу понятно, по интонации рокочущего баса и загоревшимся при виде мальчика глазам, что великанище с мощной челюстью — добряк. И очень расположен к Гарри, хотя видел его только во младенчестве. Это стало настоящим шоком.

Первый раз с ним разговаривали благожелательно, даже с явной симпатией! Нет, библиотекарши тоже бывали и доброжелательны, и симпатизировали, но сейчас как-то по-другому было, аж в глазах защипало. Да, какое-то необыкновенное чувство появилось, даже комок в горле, лучше помолчать пока. И больше слушать эти не очень связные восклицания огромного незваного гостя, особенно про маму с папой.

…Великан знал родителей и расхвалил их, назвав замечательными волшебниками! Оказывается, есть огромный человек, сказочный великан, которому Гарри-урод нужен! Его на край страны увезли, на какой-то островок где-то, а великан нашёл, несмотря на бурю! Он так надеялся, увезённый на машине куда-то вглубь страны, что его найдут.

И нашёл, да целый великан! Прямо в день рождения нашёл… Точно, колдун, и наверное, очень мощный, коли здоровенный такой! Если все волшебники подобные и их много, то могут и наступить на такого мелкого, как он, надо осторожней быть…

Ох ты, значит, колдуны вот до каких размеров вырастают, и мистер Поттер тоже таким вымахает? Правда, челюсть хотелось бы поменьше… Он не так давно присмотрел в библиотеке роман Герберта Уэллса «Пища богов», от которой люди вырастали великанами. Надо будет обязательно почитать…

Круть, вот он Дурслям-то задаст, когда на такой колдовской пище подрастёт! Особенно Падлику… Или его от тётки с дядькой совсем заберут, чтобы колдовать не мешали? Вон их лесничий гоняет-то как! Может, в какую-нибудь семью магов пристроят, чем чёрт не шутит…

…Да, делишки-то налаживаются, ага. Сначала письмами завалили, чтобы до него дошло, что нужен мистер Поттер этой чудной школе, очень нужен. И Дурслей так запугали, что те готовы до канадской границы бежать! А теперь ещё и могучего волшебника за ним прислали. Круто!

Только-только одиннадцать лет исполнилось, и вот уже настоящий колдун на пороге появился, как в сказке! Да такой колдунище, что весит больше, чем все Дурсли вместе взятые. То есть и выглядит сказочно, настоящий маг! И Гарри-урод тоже маг…

Надо же, у магов и свой лес есть, наверняка волшебный, раз лесничий такой, необыкновенный. Наверное, всеми зверями и птицами в лесу и распоряжается, и деревьями тоже, как этот… друид!

Этот Хагрид — явно замечательный человек. Нет, великий волшебник, раз махнул зонтиком и сразу вырастил хвост Падлику! Настоящий свиной хвост, дёргающийся и крючком! Вот это чародейство… Даже без заклинания, махнул — и хвост! Значит, рядом с Хагридом вообще бояться некого, раз опекуны удрали…

И коли теперь Падлик с хвостом, так это у нас что? Праздник души и сердца именины, как учительница английского выражалась! Первое увиденное волшебство — и у гада сразу хвост, этого же не забыть! А вдруг сейчас возьмёт и отвалится, колдовство же развеивается, он слышал… Тогда надо будет попытаться хвостик подобрать и спрятать, а потом дразнить. И у Хагрида спросить, отвалится или останется, точно!

Хагрид потом что-то мычал, неразборчивое, стеснялся чего-то, а в итоге попросил, чтобы Гарри про колдовство помалкивал. Ух ты, вот это великанище, так колдует, что ему даже нельзя! Ну, понятно, раз махнул и сразу хвост приделал… конечно, таким могучим будут запрещать. Остальные, небось, волшебством только посуду моют или одежду чистят.

Но если он хотя бы этому обучится, у Дурслей, если его им оставят, жить резко легче станет! Славная вещь, это колдовство. И Хагрид так уверенно сказал, что Гарри будет хорошо учиться всей этой магии, и станет крутым колдуном. А значит, достигнет и великанского роста, ух ты. Даже если пища богов совсем невкусная, он согласен её есть, чтобы стать могучим!

Ну, верить в своё интересное и совершенно новое будущее очень хочется, чародей-то понимает в волшебстве, раз так колдует. Он очень уверенно говорит, что Гарри Поттер станет крутым, а, стало быть, что-то интересное знает. А если родители у мистера Поттера были хорошие маги, значит, и он, как там, генетически продолжит… Ух ты! А Дурсли — полный отстой! Войдёт в силу, им покажет… троллью морду!

В Литтл-Уингинге

Тётя и дядя.

Вернон — то гнида,

Петунья мне гадит,

Дадли срёт ядом,

А Фигг вся мутна,

Вот книзл за оградой…

И Реддл — сатана!

* * *

Добродушный и расположенный к сироте Хагрид ассоциировался у Гарри только с одним — обретением свободы. С переносом в абсолютно другой мир, который всем был бы хорош!

Раз в нём можно колдовать и развивать это умение, копить силу, быть успешным игроком в совершенно невероятный квиддич. И быть популярным просто из-за своего имени и достижений родителей. Да на гитаре научиться бренчать, и завести друзей, играть с огромной собакой, которая тоже хочет дружить, и в пинг-понг играть, и в конный бой…

Если бы только не твари, как магические, так и в человеческом облике! Получить комплект врагов, который всё время пополняется? Очень большая ложка дёгтя. Огромнейшая! Но зато Хагрид… великан, довольно заметная фигура в школе, житель и владелец небольшого поместья, ему покровительствует. Правда, больше никто.

Нет, директор и мантию подарил… вернул, а мог бы и подождать. Ведь для одиннадцатилетнего такая мантия может быть и того, слишком ценной вещью, раз уникальная… И против зачисления в команду по квиддичу не возражал, и баллов за спасение философского камня отсыпал, и потом Фоукса в подземелье прислал, с мечом.

Да, директор тоже покровительствует. Хотя, странным образом, на профессоров ЗОТИ совсем неудачных кандидатов нашёл. Да, в конце концов, и на солнце пятна есть! Гарри чувствует, что директор за ним наблюдает. Но почему-то ничего не сказал, когда василиск пошёл окаменять школьников, и почти все были уверены, что это дело рук Гарри Поттера. Ну почему?

Если не захотел, занятой человек, сам публично объяснять, мог бы заместительнице два слова сказать, а та бы… хоть раз, хоть словечко, но в его пользу. Ведь такое шипение вслед слышал, только с голосом василиска и сравнивать! Да и наблюдать, как от тебя в испуге шарахаются, тоже удовольствие ниже среднего…

Так и сама деканша могла высказаться в его пользу! Конечно, купила ему крутую метлу, возражать глупо. Но вот он бы предпочёл на старом «Чистомёте» рассекать, чем чувствовать, что преподам на него наплевать. А ведь учителя должны заботиться о психике школьников? Или это только в мире простецов должны?

Гермиона об этом любит поговорить, у неё тоже больная тема, психика эта, с плохими снами… Бывает, появляется утром такая замученная, что ясно — кошмары были. И понятно, на какую тему. Как и у мистера Поттера — твари приходили, интересовались насчёт закусить…

Вот очень досадно вспоминать этот эпизод с якобы наследником Слизерина. А подставил-то его Малфой, да по совету Снейпа, явно подсказавшего наколдовать змею! Хотя и Гилдерой, ударивший здоровенное пресмыкающееся неправильным заклинанием, тоже хорош, до отвращения!

Вообще, этот слизень Малфой в школе что хочет, то и делает. Колдует на всех, особенно младших, его вассалы постоянно безобразничают, у малышни продукты по вечерам отбирают, а то и вещи. Да такие мордовороты и у старших могут отобрать! И всем плевать, потому что Снейп за них!..

Обида, бывает, просто душит… Но вспомнишь Хагрида, и как-то легче. Потому что его разносолы, подарки, похвалы… а он и Гермиону хвалит, часто, да как не чаще, чем его. И ведь целый герцог Запретного леса! Пусть самодельный такой герцог, но ведь и реальный. Без этого леса жизнь Гарри была бы много хуже. Да и жизнь Гермионы тоже.

Единственный бросившийся тогда в глаза, в «Дырявом котле», недостаток Хагрида, что сразу разболтал в трактире всем магам про него, и очень смутил. Но он же не со зла, а думал, что Гарри такое внимание будет приятно. Хотя самому великану явно было очень приятно, он тоже во внимании купался. Оказывается, Хагрида тоже многие маги не любят!

Мистер Поттер, может, и порадовался бы своей популярности, это же интересно и ново. Однако колдуны с ведьмами как-то слишком рьяно на него набросились. Оттого тяжело было переносить эти однообразные восторги. Когда очень много внимания для него — это трудная вещь, в чулане он привык к другому…

И ещё лесник-ключник забыл объяснить, как нужную платформу на вокзале найти, заставил поволноваться, до отчаяния… Так великан-человек из Хогвартса не подумал или забыл. Точно, маги же из другого мира, зачем им неволшебный, дрянь такая. Вот и не в курсе про разные заковыристые вещи, для них простые и понятные.

Зато Хагрид вполне нормально одевается, не то что некоторые колдунишки, клоуны ненормальные. При этом уверенные, что по-дурацки одеваются именно маглы! Грязноват он, правда, бывает, но раз лесник. И выпивает… Гермиона его за глаза именует регулярно выпивающим тружеником лесов и огородов! Точное определение, Гарри нравится.

Когда про Запретный лес и Чёрное озеро узнал, то дополнительно обрадовался. Ух ты, можно будет на речку сбегать, порыбачить! Он никогда рыбу не ловил, это же наверное здорово… Должна же быть в колдовской школе и лесу речка, так?

* * *

…Добряк Хагрид, отыграв сопровождение при дебютном выходе в мир магии, вдруг сунул мальчишке, при расставании, не глядя, горсть бумажек, прямо в карман. Да не только мелких, и ещё добавил монет, чтобы на такси, с сундучищем таким, нормально доехать.

Ну, не выгребать же обратно, верно? Впервые Гарри королём путешествовал, куда там дядиной богатой машине, где нежеланный племянник — мышь Джерри последняя. Ещё чары облегчения веса на сундук наложил, добрый он волшебник, Гулливер, человек-гора. До самой ночи чары продержались, дядька фыркал только, когда он этот громоздкий сундук одной левой...

И потом Гарри столько себе тайком прикупил дешёвых питательных продуктов на эти фунты, столько радовался! Ведь их после такси осталось почти шестьдесят, считая мелочь. И так одиннадцатый день рождения вышел славный, однако и потом имел продолжение, вкусное. Не забыть того тортика, полдюжины шоколадных вкусов! Падлик, собака, два раза говорил, что такого вкуса никогда не пробовал… И не попробует, жирдяй!

О, Хагрид, дорогой ты мой Гулливер! Можно было его почти простить, что не дал нагрести побольше галеонов в этом Гринготсе. А он и не понял сразу, что это его совершенно законные деньги, растерялся, как Синдбад в пещере с золотыми сокровищами…

Раз лесник так торопился за своим секретным пакетом, то пришлось и ему ускориться, куда денешься. Так вот и не поменял, как надеялось, на фунты оставшиеся галеоны. Потому что не осталось волшебной валюты, так, пара галеончиков, на всякий случай, и десяток сиклей. Знал бы, так в букинисте учебники взял, они же, когда новые, ужасно дорогие…

Другие обитатели мира магии вызвали оторопь. Откровенно нелюдских рас он не ожидал. Если у Хагрида только рост и челюсть, то гоблины выглядят… чудовищно! Хорошо, что мелковатые, а если были бы как лесник?! Да уж, зубастых гоблинов любезными не назовёшь. Одна надпись при входе в банк сразу угрожает:

Гость, ты к гоблинам пришёл,

Деньги в банке ты нашёл,

Если есть и ключ, и счёт,

Ручеёк монет течёт!

Если ты воруешь злато,

Ты воришка, и проклятый,

Стянешь наши галеоны,

Превратим тебя в ворону!

Будешь каркать двадцать лет,

И дракону — на обед!

— Это шутка? — не очень уверенно спросил мальчик у Хагрида.

— Какие шутки, Гарри? Гоблинов сердить — грубо бритым ходить! Гоблин бреет топором — пожалеешь ты о том! Гоблину не груби — целым ходи! Гоблинов обижать — яйки в попке запекать! Такой фольклор на пустом месте не вымахает, Гарри, понимай правильно…

Понятно, что воров никто не любит, но гоблины их, это самое, просто ненавидят! И потом едят, как потихоньку наши говорят, никаким драконам не дают. Не, куда там, ведь маг, правильно приготовленный, это ж зелёненьким нечеловечкам деликатес такой, что вообще…

Ещё Гарри с приятностью вспоминал, как Хагрид, ожидая его в трактире Тома, веселился. Слышно была издалека. Лесник, развалившись на широкой скамье, весело орал удалую кабацкую песню, стукая в такт большой и, по виду, каменной кружкой об столешницу.

Остановившись у входа в заведение, мальчик некоторое время с удовольствием слушал доносившееся из открытого окна залихватское пенье под сразу запоминавшийся мотив:

А ну мечи стаканы на стол,

А ну мечи стаканы на стол,

А ну мечи стаканы на стол,

И прочую посуду!

Все говорят, что пить нельзя,

Все говорят, что пить нельзя,

Все говорят, что пить нельзя,

А я говорю, что буду!..

Потом Гарри часто напевал про то, что ему нельзя, но он обязательно будет. Мотивчик действительно подбадривал, особенно когда приходилось кантоваться у Дурслей. Да и отшоркивание котлов в зельеварне шло повеселей. Летать нельзя, Малфою по заднице нельзя, в запретную секцию библиотеки нельзя, в лес нельзя, нырять в озеро нельзя, ночью по замку нельзя, в чужие гостиные часто нельзя, без эссе нельзя…

Но он — протестная натура, он сопротивлялся, раздвигая рамки собственной свободы. И что-то раздвигалось. Сначала это был просто подростковый бунт против правил, благодаря освобождению от тирании Дурслей. Но, под влиянием более взрослой Гермионы, постепенно вырабатывавшей критический взгляд на окружающий мир, Гарри стал больше думать.

Например, о том, что именно вокруг него и друзей по-настоящему неправильно… И что в связи с этим предпринимать, потому что неправильного было много. Общее направление, после василиска, разъяснила подруга, и очень понятно: каждый год его хотят убить, и дальше лучше не будет. Возможно, напротив, станет хуже, то есть ещё опаснее.

Значит, единственное что он может сделать — стать сильнее. А магии уже прибавилось, и часть неиспользуемой энергии медитациями удавалось перегнать в магический резерв, развивавший магоканалы и ядро. Гермиона как-то, чуть краснея, сказала, что это сексуальная энергия, сейчас ненужная, помогает закалять ядро…

А Хагрид тоже смог рассказать немало про магическую жизнь и её правила. И весело рассказать. Но и страшно тоже, особенно про преподавателей, тварей и директора.

Летит Хогвартс-экспресс,

Дымок веется,

Снять желают все стресс,

Разумеется!

По вагонам народ

Быстро носится,

Колдовать скорей

Душа просится.

Малфой Гарри ждёт,

Чтоб наброситься,

Рыжий много врёт,

Грейнджер косится.

Эх, колдуй быстрей

Безобразия!

Пока взрослых нет,

Есть оказия!

* * *

Хагрид ещё на первом курсе стал давать Гарри советы по самозащите. Суть семейства Дурслей он понял сразу. Поэтому на каникулы после первого курса мальчик возвращался в ботинках с невидимым для простецов металлическим рантом, замаскированным под кожу. И советом лупить носком ботинка в голень, что оказалось весьма действенным.

Много позже Гарри узнал, что именно Хагрид договорился с Флитвиком, за самогон, и тот сделал невидимую перчатку. Которую лесник вручил мальчику, присоединив к ремешку для часов, подаренных Грейнджер и зачарованных на неразбиваемость. То, что у друга не было даже самых простеньких часов, совершенно необходимых для любого уважающего себя одиннадцатилетки, сразу многое ей добавило к характеристике Дурслей.

Перчатка была кастетом, при активации сама одевавшаяся и закрывавшая костяшки пальцев металлическими скорлупками, довольно увесистыми. А при сжатии пальцев в кулак в нём материализовывалась свинцовая блямба в полфунта весом. Поэтому удар Поттера чрезвычайно потяжелел и оставлял на лицах врагов трудноизгладимые следы.

А началось с того, что мальчик, который выжил, попросил совета у лесника, насчёт облегчения дальнейшего выживания. Помявшись, Гарри рассказал, что вот, мол, четверо за ним гоняются на каникулах, и все сильные. Правда, только один нормально дерётся, остальные трусоваты, любят свалить и скопом попинать, поплевать, ещё попинать…

И Хагрид, нахмурившись, объяснил, что лучше всего, когда бегут на тебя и ясно, зачем, резко выдвинуться. А потом сразу первым пинать, хитрыми ботинками в голень, по косточке, во имя боли. И добавлять кастетом. А Падлику кратко объяснить, что колдовство для самообороны засчитывается при сдаче курса боевой магии…

Да плевать, Гарри, что нет такого курса, свин же не в курсе, ха-ха! Да, с палочкой на каникулах нельзя. Но кто сказал, что без палочки волшебник бессилен? Ты, что ли, у нас беспалочковое гэ на палочке? Падлика разок отлупить, он и отстанет! Конечно, если хорошо отлупить…

Читать быстрее:

https://boosty.to/marikvanger

Сначала, когда потомок Дурслей получил от мистера Поттера и в голень металлом, и в нос металлом, и в подбородок металлом (два раза), он действительно присмирел. Но против зелий вражды куда поросёнку, они из него такого кабана делают, что сам Наф-Наф, кипятитель волков, отдыхает!

Да, впечатлился сначала Падлик, робко спрашивал, держась за челюсть, а чему ещё в той школе учат?

Ну, Гарри пояснял, что учат из всяких трав зелья варить — и лечебные, и яды, и подчиняющие, там целый лес рядом, очень волшебный, с единорогами и оборотнями. И без палочки колдовать учат, что очень трудно, но без этого настоящего уважения не видать. От опасных тварей убегать и защищаться учат, постепенно, их в замке целый зоопарк. Учеников пока на простых тренируют, но опасные сами сбегают и за школярами охотятся…

Да, чуть не съели, но преподаватели успели прибежать, расчленили, одного только профессора и сожгли… Да прямо до пепла и сожгли, там тварь такая была, что вообще! Василиск по канализации долго ползал, такой здоровый, как поезд в метро, чуть ли не десяток учеников окаменил, замучились раскаменять, зелий столько ушло…

Хорошо хоть, сытый был, только в камень, не жрал. Зато даже одного призрака, самого потешного, без головы, ну почти, насмерть окаменил! Теперь все на него бегают смотреть, как в углу камнем стоит, не мычит, не телится, даже жалко как-то…

С призраками ещё учат общаться, чтобы не вредили и не замораживали, когда кучей… Да, как бы живут, если их в замке убили, вырваться не могут, там магии столько, в замке этом, ух! Ну, как живут… летают себе, поодиночке и кучками, на жизнь жалуются — мол, никакой жизни, ни поесть, ни погадить!..

Что да, то да, преподы спрашивают строго и много, и наказывать любят, каждый по-своему. Ну там, уши в кактус превращают, а старшим так и колючую розу в задницу засовывают, фиг шевельнёшься потом. И в драконий навоз закапывают, а он едкий. А раньше вообще за большие пальцы ног подвешивали и пороли… да чем только не пороли. Потому что с помощью волшебства каких только пакостей не придумать, за них и порки мало!

Эта же школа очень специальная такая, в ней все друг на друга колдуют, тренируются, да по-всякому. Поэтому много уметь надо, особенно если палочку вдруг выдернули. А он очень хорошо учится, потому что нравится колдовать, безумно нравится. И уже на метле научился летать, и гоняет круче многих старших, потому что талант.

У каждого волшебника есть свои таланты, и их надо развивать, а то накажут. И экзамены надо хорошо сдавать каждый год, а то накажут… Ему гитару подарили и научили играть, вот! Он сочиняет помаленьку, ему нравится…

Девочка-плакса зашла по нужде

И услыхала шипенье везде…

Глянула только в жёлтые глазки -

И стало летаться легко, без подсказки!

* * *

Ника-преступника били секирой…

Так он обрёл в большом замке квартиру.

Призраком Ник наш летал очень гордо,

Вдруг василиск — стал Ник смирным и твёрдым!

* * *

Магический мальчик пошёл в туалет,

Тролль в это время спешил на обед…

Быстро костями хрустел он, зараза,

И разбросал их вокруг унитаза!

* * *

Магический мальчик слыл хулиганом,

Всяким проделкам он был атаманом.

Звал он друзей подразнить василиска…

Целый лес статуй… ну, так себе вписка!

Падлик слушал с открытым ртом, но его хватило максимум на неделю-другую. Потом стал прежним и возобновил любимую игру «Охота на Гарри». И снова получил. А Гарри за это соответственно огрёб, гораздо сильнее. Но всё-таки как приятно бить Падлика! Как увидишь, что бросается — сразу по морде его, кастетом, по голеням ботинком, н-на, тварь такая!

И представляешь, как на завтраке ему вилкой руку к столу — раз, и пригвоздил, с размаха. А потом кипяток из чайника на морду, весь, до дна — это два! А дядька Вернон за это ногами, ногами...

* * *

Хагрид всегда вспоминал чету Поттеров и сироту Гарри с щемящим чувством. Он был потрясён, узнав, что мальчик вырос в полной изоляции от своего настоящего мира. И должен догонять, при том, что ему никто ничего толком не объясняет.

Это же ужас просто! Дескать, для всех есть основные школьные занятия, на них квалифицированно магии учат — и достаточно. Хочешь большего, тогда учись сам. Вот тебе так и растак!

Оно, конечно, британское образование тем и славится на весь мир, что в нём большая самостоятельность учащимся дана. Ну, чтобы всегда сами материал искали, эссе каждый день писали, во имя мозгового развития. Это правильно и даже мудро, но Гарри ведь не простой мальчишка! Ему надо компенсировать десятилетие, которое он вне магии прожил, как-то же надо. А опекуны даже про магические выбросы ничего не знали…

Пенелопа Помфри только головой покачала, когда лесник как-то у ней поинтересовался здоровьем Гарри. Чего это, вроде аппетит хороший, сам свидетель, а к концу первого года обучения мальчонка почти такой же щуплый, как и при первом свидании с Хагридом? А та только недовольно рукой махнула, головой качнула и дала понять, что неуместен этот вопрос.

То есть, похоже, вопрос был уместный, но не вполне уместно было его задавать именно Поппи. И Хагрид понял, что вокруг известного мальчика продолжаются тайны. И рассказывал ему всё, что считал важным: сначала о родителях, да о себе, и о лесе с замком. Однако поняв, что Гарри совсем не разбирается в особенностях волшебного мира, стал пояснять то, что было главным для приспособления и выживания.

То есть кто в этом причудливом мире самые властные и нужные, какие есть учреждения, а главное, какие в волшебном мире возможны опасности и препятствия. И насчёт последнего пункта оказалось, что очень много препятствий и даже опасностей в этом мире, и повсеместно. И в основном потому, что этот мирок — маленький, раздираемый противоречиями из-за амбиций сколько-нибудь стоящих магов. И причудливо сплочённый между выдающимися фамилиями.

А те, в свою очередь, сформировали вокруг себя кланы, подмявшие те или иные виды деятельности, и очень крепко друг с другом конкурируют. В рамках очень широкой магической законности, и вне её тоже…

* * *

…Понимаешь, Гарри, когда свет и тьма борются внутри волшебника, то происходит столкновение двух соприродных нам сущностей: нормального магизма-эгоизма и хитрожо… хитрозадости. Эти сущности и дают нам в итоге личность магическую, перемешанную. Некоторая хитрозадость присутствовать всегда должна. В виде некоторого эгоизма и понимания, что твои проблемы — это, прежде всего, твои проблемы.

И потому язык при себе держать надо, и всей силы до времени не показывать, козыри копить, силу, то есть, и влияние тоже. А если просто поплывёшь по течению, то тебя другие маги охотно отымеют, по-всякому. Да-да, в условиях пониженной гласности и изоляции от более справедливых магловских законов.

И правильный магизм-эгоизм — это и гордость за владением волшебством, и уверенность во всех делах за счёт своих сил. Только своих, а не опоры на тех, кто всё на себя возьмёт и тебя, в итоге, без ничего оставит. Неправильный магизм-эгоизм, а также и тупизм — это выпендриваться, если семья сильная и зависимых от неё полно.

Такая семья — в принципе, очень хорошее дело, и у тебя, Гарри, дедушка настоящий лорд был, то есть крутой аристократ. Но выпендриваться за счёт тех, у кого во рту при рождении серебряной ложки не оказалось, то неправильно. А у нас так устроено, что можно жить и неправильно, и хорошо, и ещё лучше. То есть злыми путями идти к добру для себя.

Вон, Малфой этот, сколько о могущественном папаше своём ни вопит, а нескольких слизеринцев в свой кружок уже привлёк. И девчонок охмуряет, а потом ещё большего добьётся. Потому как опору в семье могучей имеет, и родовая магия сильная, и домашние учителя наверняка имеются…

И даже свои вассалы уже есть. Это очень круто, Гарри, когда вассалы, да в таком возрасте! И хитрозадости в этом Малфое просто огромадный объём. Он себе самому, любимому, такой большой друг, что остальным только враг! Или, в лучшем случае, недруг. От него и дальше проблемы будут, ты учти. Поэтому следи за ним, и вассалам его, крупненьким, не попадайся!

А вот в Рональде вашем одна хитрозадость и утвердилась. Не смог Артур его нормальным волшебником сделать, тут предательство крови уже наружу выходит и мстит, ничего не поделать. Есть волшебник как тополь — вырос быстро и дёшево, а древесина даже для дров неважная. А есть как дуб, крепкий и долговечный, и не гниёт, что важно. Чем больше в магии дубов, тем шибче мэноров защита, вот!

А семейство Уизли — эти тополя и есть, они же осина бестолковая! Недаром Иуда, вешаясь, осину выбрал, не стал благородную древесину поганить… Да-да, что-то особенно плохое эти Уизли, которые родители, учинили, и от Мать-и Магии им за это клеймо, несмываемое. О разных проклятиях и магических откатах слышал?.. Кое-что?

Надо бы в подробностях, да. В общем, когда от магии откат, то есть месть, он может и убить. Если важная клятва нарушена, или поубивали слишком много и совсем без причины, вот. Или весь род становится проклятым и быстро вырождается, и ничего не сделать…

Так что жертва, этот Рон, но кривая очень. Жертва, которую не жалко, ибо не помочь ей ничем. Порченый рыжий, вот и всё. Вся семейка порченая, и Рончик самый тухлый. Уже протух, понимаешь, правильного магизма в нём нет совсем, одна задница хитрая с башкой дурацкой, и больше ничего. Так и жить будет, воняя хитростью своей. Тебе, если б с Малфоем не ссориться, то много бы выгоды было…

Да-да, мог немало бы узнать от него… полезного и необходимого. Но уж как сложилось! С другой-то стороны, пока враг на виду, с ним проще. Наблюдаешь его, копаешь под него, подчиняешь его, в рабство его, кастрируешь его, в зелья его…

— Ага, Хагрид, я сейчас понимаю, что если бы Рон тогда не влез в разговор с Малфоем со своей руганью, можно было хоть о нейтралитете договориться. И стало бы намного проще жить…. Это же политика, так?

— Самая она, Гарри. Запах у неё плохой, гнилой такой, и ещё хуже бывает, но тут, как в самогоне. Если его второй раз прогнать, запаху плохого почти не остаётся, и главоболия потом меньше в разы. Так и политика. Ты её через себя пропускаешь, с отвращением понятным, пропускаешь, терпишь помаленьку…

И где понимаешь её вред, там пытаешься осадок отфильтровать, ненужное слить, да. Тут нужно напрячься и душевным настроем, медитируя, муть да сивуху изгнать, чтобы чистый продукт получить. Да, Гарри, мир наш — это такой очень плохой самогон, из дерьма кентавриного примерно. Уж на что я широкий специалист, а кентавриный первач бы не стал, нет…

Однако если перегнать, да пару раз, то уже и с ним можно жить, и неплохо жить… Так что про свою палочку помни, перед сном медитируй, на переменках медитируй. Утром на полчаса раньше вставай, и медитируй, чувствуй, как магия за ночь в тебе настоялась. И по канальцам весело бродит, и новые канальцы построила. Гоняй её по канальцам, представляй, как новые тоненькие из существующих прорастают, во все стороны, и бодрый будешь.

Я вот до сих пор гоняю, и посох лучше слушается. Даже десять лет назад слабей у меня с магией было. Но это мой секрет, помни, я всего лишь лесник, а палочку полвека с лишним как сломали… Конечно, директор и кое-кто ещё про зонтик знают, которым колдую помаленьку, где кое-как, где и неплохо. Специально с таким зонтиком, дамским, хожу, в безобидных целях.

…Да там плохая история с палочкой была. Сначала подставили меня, в тюрьму посадили, маленького совсем, полувеликанчика невинного. Конечно, из школы напрочь выгнали и назад не взяли, и палку пополам. Потом как-нибудь расскажу, Гарри, под настроение. Там немало самогончика надо для настроения, поэтому потом, потом…

И про посох секрет, Гарри, большой секрет! Да, и Гермионка тоже знает, она ответственная малявка, не проболтается, хоть и поговорить любит. И ты не вздумай проболтаться, а то меня так калёными щипцами за всю задницу возьмут, никакое родовое дубление, великанское, не поможет!..

* * *

Некоторые разговоры с Гермионой тоже были важными, имея долгоиграющие последствия. Непросто выживающий в опасном Хогвартсе Гарри Поттер не раз вспоминал про странного домового эльфа, думавшего, что спасает мальчика, который выжил. То решение освободить Добби было спонтанным, чтобы отомстить жестокому лорду-рабовладельцу Люциусу Малфою.

А теперь что делать со свободным домовиком? Он же страшный, особенно своей инициативой! Сейчас директор школы ему хозяин, но вдруг снова вылезет, с какой-нибудь новой идеей, мозгов-то нету…

Дядька Вернон как-то говорил, что в своём бизнесе больше всего страдает от дураков с инициативой! Правда, на безынициативных дураков тоже ругался, но так он всегда ругается. Даже на телевизор, хоть там про политику, хоть про экономику, хоть про спорт и поп-культуру…

Опять ждать и бояться, что ли? Тоска… Но Гермиона, одновременно и строго, и успокоительно, заметила, что мы в ответе и за тех, кого приручили, и кого освободили. Добби, конечно, очень… своеобразный, но если получил свободу от… гм, великого мальчика, как сам утверждает, то мистеру Поттеру вредить не будет.

Ну, она так думает и даже практически уверена, что не будет. Похоже, он — эльфик с инициативой, а значит, это можно использовать…

Как-как, Гарри, ты прямо как маленький! Добби же тебе только руку ломал, а не черепную коробку. Это же домовик, он под невидимостью в школе хоть где появиться может! Ну?..

Думаем, мистер Поттер, думаем… Хорошо, а теперь ещё и головой подумаем, это более эффективно. И глазками не лупаем, мы же не домовик, мы же Поттер, эльфический-эпический герой-освободитель…

Именно, Гарри, именно — следить за нашими слизеринскими друзьями! Получаем о них сведения и одновременно обучаем Добби тонкому искусству шпионажа. Он у нас ещё атомную бомбу находить и разбирать научится, если хорошо тренироваться будет! Вот узнаем, какой из него шпион, и ясно станет — прятаться нам от мистера Добби, или хвалить как славного разведчика в стане врага.

И возможного диверсанта-невидимку, способного заминировать местность навозными бомбами, подбросить специальную блевательную конфетку, сгорающую в руках тетрадку, взрывающийся каловый карандаш, личинку майского жука за шиворот… Можно и шершня в трусы, принимается, Гарри. И ещё на нём ездить можно, верхом!

…Да, я хорошо придумала, спасибо, Гарри! Твои похвалы важны не только для Невилла и Живоглотика, не только. Когда ты вежлив и отпускаешь комплименты, твоя мордочка становится просто красивой, знай это…

Нет-нет, когда ты громко высмеиваешь мистера «М», то твой вид становится не злым, а вдохновенным. Это тоже красиво. Мужчина, побеждающий врага, всегда красив, вот классическая женская точка зрения, знай это.

* * *

После того разговора Гарри тем не менее совсем не горел желанием общаться с пресловутым домовиком. И ворчал:

— Уж этот Добби, перегибщик и рукожоп! Добби, Добби, имя ведь тоже какое-то дурацкое. Я слышал это словечко в школе, оно, вроде, шотландское? Ребята у нас так одного препода обзывали, сильно пожилого. То старикашкой Бобом, то Добби этим… Приличного зверька Добби не назовут!

Гермиона задумалась, поцокала языком, бегло покритиковала за два плохих слова. Дескать, и не зверёк, и не руко… этот самый! Потом вдруг умчалась к себе, но очень быстро прибежала обратно:

— Я посмотрела в словаре! В шотландском диалекте слово «добби» означает старичка-маразматика, впавшего в детство. Поэтому и дразнили…

— Очень подходит для «моего» Добби! И неважно, молодой этот домовик, или старый! Он точно в маразме своего ушастого мозжечка, и этим всё сказано!

Этот Добби жил в маразме,

Хоть и слабо сказано…

Убивал в энтузиазме,

Лихо, безнаказанно!

— Нет, Гарри! Наш Добби вовсе не безнадёжен. И тем более не убийца, он только учится. Потому что молодой и не знает, как правильно ухаживать за героическими мальчиками. С ним можно работать, как с Роном, и даже лучше! Хотя Рон никого не убивает, а только, по свидетельству современников, воздействует удушливыми газами по ночам…

— Не по ночам тоже! Работать с домовиком, как с Роном? Ну, так себе перспектива, удвоение сложного… Чем больше я узнаю Рона, тем умнее мне представляется бедняга Клык, обучаемый сапогом. Клык же постепенно учится, так?

— Гарри, я имела в виду, что с Добби будет скорее всего лучше, чем с Роном. Потому что Добби слушается, как и Клык! А при воспитании именно послушание является главной характеристикой подопытного. И попробуй мне возразить, ты, трудный озабоченный подросток из неблагополучной семьи!

— О да, крайне неблагополучной! Тем более, не могу понять, какая из моих семеек более неблагополучная — Дурльскабан или Хогварсятня!

— Как ты школу обозвал — поросятней? Или крысятней?

— Я объединил, Гермиона, филологиня ты, ушками чувствительная! И сам чувствую, что есть в имени Хога местечко и для других тварей — Хогваролль, Хогвалиск или Хербер! И последнее имя — самое точное и краткое, я считаю, хотя цербер был самой неопасной тварью из опаснейших всех.

Да, считаю, не морщись так! Это же комплимент школе, если я её называю в честь милого Пушка, троебошечного такого, верно? И напишу про это, раз комплимент, и немедленно!

Да, я в Хербере живу,

Песни грустные пою,

Хербер мой — для Гарри вой,

Если в Хербере, не ной!

— Гарри, пусть будет Хербер, ладно, Мерлин с тобой! Но не называй обладателя тройной башки троебошечным, хорошо? Очень прошу... Хорошо-хорошо, давай ещё стишок, ладно. Он хоть приличный?.. Против тварей? Давай…

Гарри против тварей,

Он не раз был ранен.

Гарри учат в школе,

Твари непреклонны!

Гарри нет покоя,

Много здесь Малфоя,

Прочей дряни много,

Ох, тяжка дорога!

https://boosty.to/marikvanger

— Ах ты ж, конь лукожопый, вредитель! — Хагрид, матерясь на великанском языке, негодующе раскачал и выдернул кентаврийскую стрелу из окрестностей собственной задницы. Та обрадованно чпокнула, отпуская наконечник и ещё немного газов в придачу.

Раздосадованный неожиданной травмой, Хагрид продолжил свои высказывания в отношении кентавров. Вот чуть только их владения пересекли, отвлеклись на разговоры, и сразу предупреждение, прямо в попу. Варвары! Вот ничего же не сделал, а стрелу из хорошо замаскированного самострела получил, Моргана-мать…

— Эх, постоянная бдительность нужна! Хитрая ловушечка кентавриками устроена, и опасная, мол, наш это участок, не замай. Тут, ребята, ловушек достаточно, есть такие, что в дерьме рады утопить, с головой... Да в натуральном, каком ещё? Пусть растительного происхождения, только там такое дерьмо, прилипает лучше всякого натурального…

Что? Да человеческое, только ещё лучше, в смысле, хуже, потому что очень липнет, зараза такая! Исключительно поганая ловушка, под нормальное дерево маскируется, я потом покажу, чтобы не вляпаться случайно, да с головой…

…Да на великанском я выразился, он для ругательств ещё лучше нашего, гуще. Мамашка его хорошо родному языку учила, колотила так, что выжил не без труда, но великанские мамашки все на один манер, к рукоприкладству приверженные. А как таких непростых детишек учить?.. Сложнее только те детки, что в Хогвартсе развлекаются. Да так, бывает, развлекаются, что в лесу слышно.

Значит, евоная-то мамка была очень на язык не воздержана, даже по меркам племени. Да уж, крыла всех почём зря, и долгожительницей оттого не стала. Но своего малыша, мелкенького полукровочку, сразу основным словам научила, а потом и прочим тоже. Понимала, наверное, что никто уникальную культуру великанов в остальной магический мир не донесёт.

А слова великанского языка примерно на две трети состояли из мата, поэтому Хагрид, несмотря на недолгое воспитание у своеобычных гигантов, мог отлично общаться на первом родном языке. Понятно, что ему, сиротинушке полукровной, приходилось делать это только с самим собой.

Хагрид мимоходом сдёрнул с дерева ящерицу, сунул в пасть и, сосредоточенно морщась, разжевал. А получившейся массой смазал себе дырочку от стрелы на месте, где не было дубовой кожи — чуть ниже задницы. Гермиона потрясённо отвернулась — и от зрелища приспустившего штаны лесника, под которыми явно не имелось белья, и ужасной мимолётной расправы над ни в чём не повинным зверьком рептильной наружности.

Потом она осторожно спросила лесника, не жалко ли ему ящерки?.. Тот, сплюнув избыток ящеричной мази в кусты, рассудительно ответствовал:

— Человек, Гермиона, это ж такая мощная тварь, да с арбалетом, что неизбежно — царь природы и всех зверей конкретно… Что? Думаешь, что если я получеловек… Да, я полувеликан, но не недочеловек.

А раз полчеловека во мне намешано, так кто я здеся… ну, пусть не царь, и не король… кто ж я-то? А, ну я тогда принц, там, или герцог какой… Да, я герцог Запретного леса, вот! Статус, стало быть, имеем, местночтимый такой, фауне на уважение.

И помните, малыши… и малышки, что если ты сильнее, то и правее тоже. У нас тут в лесу, этот, как его… консерватизьм! Как жрали сильные слабых, так и жрут, как трахали всякие, длиннопенисные, всех прочих, так и… Да, ничего не поменялось, ничего! Тут даже мне ходить в некоторых местах опасно, приходится всё время задницу прикрывать, большая она у меня, издалека видно…

Гермиона подавленно молчала. Запретный лес воистину был жестоким местом. Если даже Хагрид должен прикрывать, и стрелой, в самые секретные окрестности, получать… Между тем лесник продолжал свои критические наблюдения над местной фауной:

— Та-ак, это чем тут несёт? А, тётя-лошадь шлялась да хвостик на ходу поднимала, пахучей жидкостью своей на дюжину ярдов вокруг всё пометила. А если бы какой тварюшке, меленькой, да в глаз едкой капелькой? Вот совсем соображения никакого у кентавров, да и чего там от шестилапой бабы с хвостом ожидать? Если баба с хвостом, тут всё сразу понятно должно быть — ведьма в кубе! Беги, Хагрид, беги!

* * *

…У великанов же половые различия после самогона как-то стираются, ментальные, в смысле. Папка, конечно, ему про все эти дела размножательные пояснял, про тычинки и пестики что-то базлал. Да Хагрид маленький науками не шибко интересовался, это в Хогвартсе его и читать научили, и писать…

Ну как, научили? За три года и печатное разбирал уверенно, если это учебники, а не книги всякие, где про умное. Значит, считал до ста и дальше, многие слова писал, отдельными буквами, знаки препинания игнорировал, он же когда говорит, никаких препинательных знаков особо не использует…

Так что после школы пришлось по-настоящему учиться, раз и палочку отобрали, и тюрягой мучили. Хоть в лесу жил, но с книжками дружил помаленьку, осваивал, что было интересно. Без книжек мне куды? Сначала «Остров доктора Моро», где про химер всяких замечательно было написано, очень уж по душе пришёлся…

И чем больше магии в нём с взрослением становилось, тем лучше читалось, считалось и думалось. Медленно он развивался, дитя великанское, медленно. Но верно. Оттачивал свой ум, и получаться помаленьку стало, потом, после тридцати особенно. Когда уже магический посох свой, очередной, хорошо получился. И до сих пор верно служит, уже четвёртый десяток, но это секрет…

* * *

Причитания Хагрида, осматривавшего повреждения уникального дерева, были слышны издалека. Не имея представления, кто частично покромсал крону грозной Дракучей Ивы, он расстроенно собирал обломки ветвей в кучу, отводя душу в крепких выражениях. И прикидывая, какие из них можно будет, с помощью травницы Помоны Спраут, приживить обратно.

Дракучая сумрачно шелестела длинными побегами, растущими из вяло шевелившихся толстых узловатых сучьев, и совершенно не думала атаковывать лесника.

— Что она себе вообще позволяет, эта буратина разпромагическая, анонимная! Столько сучочков сломать, а! Господин дерево! Ивушка ты моя! Дракучая моя! Да кто ж над тобой надругательство такое сотворил? Да когда найду вредителя, я ж его много раз… да ещё раз!..

Узнав, немного погодя, кто были виновниками наезда на великолепную агрессивную крону, Хагрид поостыл. Но всё равно хмурился и ворчал, в основном, на Рона. Теперь было понятно, почему чудо-дерево так пострадало. Дескать, предатель крови, с умственностью непорядок огромнейший, не справился с управлением, на таких штуковинах должны только взрослые…

Гарри это понимал, идея Рона гнать в школу по воздуху через всю Британию была, мягко говоря, незрелой. Волшебники-то народ не самый ответственный. Вон, Хагрид плохого мальчишку с хвостом оставил, а хорошему — объяснить про платформу забыл… Родители Уизли не сочли нужным проверить, сел ли в поезд родной сын… А что в школе творится, вообще разговор отдельный и нецензурный…

А лесник попозже, когда Гарри с Гермионой готовы были его сопровождать в очередной поход, старательно пояснил, как надо правильно обращаться со злобным деревом.

…Чтобы пройти мимо, ты делаешь вид, что облизываешься на Дракучую Иву и прямо хочешь её, и прямо вон в то дупло… Не морщись, Гарри, есть в лесу разные любители, у них и на Дракучую глазки кучею. Если ты женщине комплимента для внешности её, сногсшибательной, не пожалеешь, она завсегда к тебе всеми веточками потянется. И познаешь тогда ты все её трещинки…

Конечно, если тянется к тебе Дракучая, не гадь кучею, но опасайся. И повторяй волшебные слова. Вот, запоминай:

Формы у Ивы

Сладки да игривы,

Сучком меня в гриву!

Я сам не свой,

Да с копыт долой!

Два раза подряд требуется сказать, она же дерево, ей повторять надо… Верно, Гермиона, такое только кентавры придумать могли. Их копыта даже ивушку уникальную, не плакучую, а чисто дракучую, впечатлить могут. Так что Дракучая всем, кому её формы и сучья нравятся, навстречу идёт. В смысле, сучками узловатыми своими не машет тебе по башке и, хоть корни морщит, но пропускает…

Ребята рассказали Невиллу стишок кентавров для прохода рядом с Дракучей Ивой, и тот был очень рад. Гермиона сердилась на то, что девушке без мужского сопровождения мимо дерева не пройти, так что ли?

А у Хагрида между тем родился стишок, чуть критический, про школьников всяких, неправильных. Почему вот нормальных мало, а остальных только бы на удобрения, так ведь? Тут и Северус не даст соврать, про Аргуса же и говорить неча...

Я с великанской высоты

Гляжу, как носятся туда-сюда мажата,

И думаю — милейшие зверята,

Какие ж, выросши, вы будете скоты!

* * *

Да, ребятишки мои, хоть боги и поулетучивались, но пророчества эти, дурные, сохранились: и в древности продыха от них не было, и сейчас гадят… Трелони эта, гадает всё самое непонятное, ума-то нету…

Ходит с бусами своими в девять рядов, как на дружка намотались, так чуть не озверел, пока распутывал. Но гадалке интересно было, что озверел, она такая, да. Падкая на всякое зверство, вот и сочиняет про будущее всякое непотребное, что хрень настанет полная, хуже чем сейчас ещё…

На мужской пол тоже падкая, знаю её как облупленную. Хагрида тоже вон некоторые бабы хотели облупить, с конца правильного начали, да бросили, недолупили. Он хорошую книгу про великанов читал, Рабле какого-то, французского, сочинение.

Большая и фантазии много, про то, как подтираться гусятами, например. Ну, тут у него своё мнение, альтернативное. К кому дерьмо лучше пристаёт, того к анусу и тащим, вот, как логика и требует…

Нет, гусята в нашем лесу непопулярны, выживаемость у них никуда. А зайчики там, всякие, с кроликами, это самое оно. И подтирка, и пища опять же. Сейчас же без экологического мышления не продохнуть, даже в Запретном лесу заклюют, да, с ума там в городах посходили.

Сначала маглы посходили, потом магов помаленьку стали заражать… Так что от пушистых двойная… нет, тройная польза исходит: и мягкие для ануса, и вкусные для вкуса, и пушистые для тела. Всё для человека, всё для блага человека… и получеловека!

…Нет, ты зря, Гермиона, удивляешься, что кентавры стишок для обхода Дракучей только в мужском роде сочинили… Ой, да кто там в кентаврятии ихней о бабах думает, в смысле, о правах, что ты? Там же патриархальщина такая, что прямо конская, во какая!

Они за скрепоносность свою знаешь, как держатся? Мол, если б не наши свычаи-обычаи, нас ещё в ранние средние века варвары подчистую бы сожрали. Как остальных кентавров, менее скрепоносных, вот. Да кони, чё!

Мне одна умненькая девчушка, с Равенкло... объясняла, что если общество закрытое, то без скреп сразу раскроется настежь. И от этого посторонними дрянями заразится, про дезинфекции забудет и всё, накроется совсем. Потому что посторонние влияния для непривычных — это такой стрессный стресс, что куда там вообще.

Я, раз великановоспитанный, вон, к Хогвартсу тоже трудно привыкал. Потому как конфликт культур и взаимное недоброжелательство, тудыть! Мой, значица, ограниченный великанский национализм, крупнотельный такой, против ихнего магического шовинизма, неограниченного.

Ох, и трудно мне было, ограниченному против неограниченного! Одни сексуальные проблемы сколько хлопот доставляли… да не детская тема, ладно!

Гендер гендеру не друг,

Друг на друга прыгай вдруг,

А не то тебя зараз

Дважды, трижды, много раз!

* * *

…Это он сам написал, в юности ещё, один из первых опытов, и довольно удачный. Призыв к терпимости такой, непонятый, конечно. Тут он опережает своё время, и существенно. Да, и до сих пор опережает, раз сразу такой скачок в умственности был, и понимание важного. Вокруг же тупизна сплошная, шовинистическая…

Много можно отчебучить,

Столько вкусов-вкусиков!

Одним без штанов получше,

А другим — лишь в трусиках!

А это вот всё девки сочиняли, выделывались. Ведьмочек же в хороших семьях учат стихописанию, вот и изощряются, за его счёт. Ну, разные у них успехи, есть нормальные девки, грех жаловаться. И стишочки нормальные у них встречаются, есть такое...

Хагрид правильный волшебник,

У него все милки!

Пучит глазик, словно слепень,

И колдует вилкой!

Оказывается, у меня, когда совсем крепко выпью, глазки начинают выпучиваться, представляешь? А я ж и не подозревал! И хорошо, что про вилку написали, нечего про некоторый секретный посох сочинять… Что, Гарри, тоже про меня сочинил? Ладно, давай, давай, исполняй…

Если Хагрид был за няньку,

То сундук — не ванька-встанька.

Если Хагрид торт дарил,

То кузена превратил.

Если Хагрид с маглом нежен,

Значит, пьянка неизбежна…

— Ну что, пойдёт, Гарри, нормально пойдёт! Ты последовательно излагаешь, от моего трезвого состояния к менее трезвому, верно так. Действительно, если пить, то бутыльный продукт важнее собутыльника, есть во мне такое убеждение, да. Хотя встречаются и такие собутыльники, что тоже да, вот…

* * *

…Это я когда молодой был и злой, то сочинил, на слом палочки и на всё то, что потом со мной маги без вины творили:

Выгнали меня из школы,

Нацепили вдруг оковы,

Посадили в жуткий замок,

А я всё равно упрямый!

Ах, палку, сломали палку,

Раком вас, гады, раком!

Буду рыться я в земле

Пропитанья ради,

Не утопите в дерьме -

Вызубрю тетради!

Палку вы мне сломали,

Зонтиком всех достану!

И найду себя в занятьях

Разных, преискусных,

Зверькам падаю в объятья,

Выбираю вкусных!

Палку, сломали палку!

Да посох — не ковырялка!

— Эх, жизнь наша бестолковая, тянешь лямку, пока не выроют ямку… А меня туда и подтолкнуть рады будут, безвинного заключения в Азкабане им мало. Дементоры и на великанчиков действуют, проверено, Мерлина высокопотентного вам в партнёры!..

Гермиона первой подметила, что Хагрид в подпитии, начиная жалеть тяжёлую изгойскую судьбу, часто именовал себя великанчиком. Похоже, слово «полувеликан» ему не очень нравилось…

* * *

Как-то Хагрид медленно высказал явно выношенные мысли. Дескать, с Малфоем трудно вам будет, это такой фрукт… Да ещё с этими двумя непарнокопытными за спиной, крупненькими! Вы хорошенько прикидывайте, чем их неожиданно можно взять, про это надо думать, надо. Он-то, пусть и лесник, и герцог сугубо самодельный, он же это понимает. Но маглам он не враг, нет…

Он бы их называл простецами, Гермиона, нормальное слово, согласен, да привык, магл легче выговаривается… У простых много чего интересного, раз мир такой большой устроили. Он как-то серную кислоту разлил, когда своим хобби занимался, секретным…

И забыл, не очень трезвый, и сел в неё, кислота же без запаха, так? И она мою дубовую так прожигать начала, куда там кипятку! Водой обмыл и к Помфри побежал, очень быстро! Штаны, опять же, жалко было, вся задняя часть в дырку превратилась…

Такая вот вещь, даже меня может пронять, с таким мумунитетом к магии! Понимаете, да? Волшебников-то, у которых на филейных частях только то хилое дубление, которое от воспитательных родительских предметов, ещё пуще пронять можно! А они все, чем родовитее, тем меньше знают о магловском мире, потому что нелюбопытные совсем.

Дамблдор, великий человек, тот любопытный, это да, а остальные — нет… Северус с Филиусом ещё разбираются как-то, а эта Бербидж вообще без понятия, тоже мне, профессор… Да я бы магловедение лучше неё преподавал, я хоть правила дорожного движения выдолбил!..

Из огнестрельного оружия такого крупненького персонажа, как я, за милю можно подстрелить, насмерть! А Бербидж про всякие противные железные дудки, стреляющие огнём, говорит и советы даёт. Мол, дудка после выстрела испускает мало огня и очень много дыма, и долго перезаряжается. И это ваш шанс незаметно убежать, если щит успели поставить хороший и он не пробит! Или просто взять и заколдовать такого магла, до самой утилизации!

Единственное путное знает, что от дымного пороха плотный белый дым идёт, это да. Да только где сейчас этот дымный порох найдёшь? В отсталых странах, Африках всяких?..

https://boosty.to/marikvanger

Гарри Поттер в первые два года Хогвартса довольно мало думал об окружающих делах, о будущем. Ну как, мало? Думал, конечно, и благодаря беседам с лесником Хагридом поумнее стал, мысли всякие стали в голову приходить. Хотя много думать особо было некогда. По довольно веским причинам.

У Дурслей летом по дому корячишься, учебники только тайком читаешь. В школе эссе каждый день пишешь, в библиотеке сидишь, и три вечера в неделю квиддичу отдай. Летать здорово, но стратегии игры эти, дурацкие... Зачем они ловцу? Лети да ищи снитч близорукими глазами, хорошо ищи, чтобы первому поймать, и всё.

То, что он сейчас в новых очках куда лучше видеть стал, вот и есть его вклад в стратегию! Возможно, и решающий… Хотя у него бывает ощущение, что снитч буквально чувствуется именно в том направлении, хотя и не всегда угадывает. Но чаще всё же угадывает…

Квиддич выглядел просто божественной игрой. Особенно с этой решающей ролью ловца! Заканчивая игру хватанием позолоченного крыланчика, мальчик чувствовал сплошной восторг своей победой и долго потом пребывал в отличном настроении. Замечательная ведь вещь — вроде, игра коллективная, а вклад ловца делает тебя творцом победы. Ты летаешь, высоко и быстро, уворачиваешься от игроков и бладжеров. Потом ловишь снитч и все вокруг так радуются! А враги в унынии, особенно слизеринские…

Квиддич, конечно, здорово, ведь такому маленькому и щуплому, как он, только на высоте и летать. И гордиться покорением воздушного океана, как Гермиона выражается. Правда, после ударов бладжерами и падений стало ясно, что спорт действительно опасный. До ужаса.

Одно дело, когда кого-то другого с разбитой головой к Помфри тащат, тут думаешь про не повезло, если свой, и что неудачник, если противник. Но совсем другое дело, когда сам с бладжером целуешься! Какой там шлем, если бладжер железный! Нет, чтобы из дерева или резины, ведь отличный был бы вариант! Он согласен даже на твёрдую резину, но только чтобы не из железа. Потому что железо для врагов хорошо!

К тому же после тренировок, не говоря про матчи, какое-то время в себя приходить надо, учебные материалы не сильно в голову лезут. А когда перезанимаешься, заклинания повторяя, кровь из носа идёт, слабеешь, снова в голове пусто. Походы к Хагриду тоже отвлекают, хотя бывают такими полезными, что даже любой трансфигурации лучше…

Шрам, бывает, сильно болит, отвлекает. Сны плохие часто, после них тоже невыспавшийся и вялый. Малфой отвлекает и бесит, до дрожи. Такого, бывает, наговорит, что не уснуть, от злости так и колотит. Рон ещё постоянно с шахматами своими лезет, настаивая на серии партий, потому что обожает выигрывать…

* * *

Помимо квиддича Гарри ещё очень нравился конный бой — за азартность и возможность сидеть на чужой шее. Он всегда играл за всадника, ведь даже довольно хрупкая Гермиона была тяжелее его. Грифы и барсуки чаще сражались в командный бой, а у слизеринцев обычно начиналось с команд, а потом каждая пара за себя.

Не квиддич, конечно, но увлекательная вещь, эти конные бои! И когда сдёрнут тебя, обычно сильно не ушибёшься, потому что лёгкий, Хагрид объяснял. Других сдёргивать — удовольствие, конечно, но с квиддичем не сравнить.

Хорошо, что живёт он не квиддичем единым, и не конными боями. Гермиона привезла, с первых же зимних каникул, сетку, ракетки и шарики для пинг-понга. Гарри восторженно запрыгал: он ни разу не играл, но по телевизору видел, как азартно можно носиться у стола, отбивая невероятно скоростные подачи. И в парке видел, и завидовал игрокам, пусть и не таким ловким, как по телеку.

Настольный теннис, ух ты! Поиграем!.. О, ты и бадминтон привезла? Тогда ещё лучше поиграем!

Оказывается, Гермиона уважала и бадминтон, с которым играла с мамой на лужайке у дома, и настольный теннис, где обычно партнёром выступал отец, снимавший напряжение рабочего дня короткой беготнёй с дочкой-домоседкой. Но часто девочка ещё только разыгрывалась, а отец уже торопился ужинать или спешил к газете с теленовостями. И мама не всегда хотела, если не выходные…

Здесь же Гарри оказался неутомимым соратником, готовым играть и играть, а не заниматься уроками. Ему очень понравились и настольный теннис, и свои быстрые успехи. Если в гостиной было немного народа, друзья устанавливали сетку на подходящий стол и начинали сражение.

Но чаще находили свободный класс, трансфигурировали общими усилиями поверхность парты в большой стол (это было легче, чем превращать всю парту) и начинали весёлую беготню за шариком. Мисс Грейнджер находила, и настойчиво подчёркивала, что популярный в школе конный бой и рядом с пинг-понгом не стоял!

А Гарри не спорил, он просто наслаждался игрой и властью над шариком. Иногда трансфигурация парты в стол выдыхалась, и сами игроки тоже были выдохшиеся, колдовать не хотелось. Тогда собирали принадлежности и неторопливо шли в душ, усталые, мокрые и довольные. А перед глазами скакали и летали белые шарики, и кручёные, и так…

Гермиона сначала сбила его с толку, подавая закрученные шарики, которые от соприкосновения с мягкой ракеткой летели куда угодно, но только не в нужную половину стола. Девочка недолго хранила секрет, и Гарри тоже научился подкручивать, и ещё коварней. Часто же они брали ракетки пожёстче и начинали перекидываться на максимальной скорости, пуская шарики прямо над сеткой.

Удовольствие от длинных серий, когда каждое очко разыгрывалось чуть ли не полминуты, было особенным. И они радостно нахваливали друг друга за вытаскивание особенно скоростных и неожиданных подач. Бадминтон был тоже хорошей штуковиной, идеальной для разминки на свежем воздухе.

Вскоре Гарри с подругой стали гораздо реже соглашаться на конный бой, предпочитая постучать шариком об стол или поперекидывать воланчик. Попытки бойкота гриффиндорцами после жестокого наказания за эвакуацию дракона крайне обидели Гермиону. Они же ценнейшее магическое существо от смерти спасли, и неосторожного Хагрида от тюрьмы избавили! А им и вычет баллов громадный, и заявления, через губу, что в конный бой играют только достойнейшие!

Да она этот несправедливый общий штраф в неполные двадцать дней закрыла! А теперь у неё теннис есть, завидуйте, лопоухие косорукие! Сами себя по гостиной да коридорам валяйте и топчите, конина вы, чистокровная и не очень…

Бойкот забылся всеми почти сразу, но Гермиона помнила. Раз память у неё такая, отличнейшая. Да и Гарри помнил, и порой высказывался, когда под нос, а когда и громче.

Невиллу тоже понравилась магловская игра, и Рон нередко присоединялся, имея за счёт длинных рук понятное преимущество. И предпочитал играть с Невиллом, где имел примерное равенство, поскольку крайне не любил проигрывать.

Гарри тоже не любил, но Гермионе сливал без сожалений, поскольку та была и быстрой, и расчётливой. Периодически умело наказывая противника за избыток азарта. Мальчик понимал, что именно этому и надо учиться, если хочешь настоящей власти над шариком.

Но часто они играли только ради удовольствия и нередко даже без счёта. А только для ощущения азарта и сопереживания не только от прелести сыгранной партии, но и отдельной изощрённо разыгранной подачи. И долгого ощущения, что можно ещё играть и играть, ведь выдыхались они примерно в одно время…

Теннис и постоянные экспедиции в Запретный лес их сблизили, из товарищей они стали друзьями. И Рон с ними играл, постоянно возмущаясь хитрыми кручёными ударами, которые плохо парировал. Он играл размашисто, обожая сильно и неточно лупить по высоко подскочившему шарику. И ругался нечестным находкам Невилла, любителя осторожных, аккуратных и коварно закрученных подач.

Но при случае Лонгботтом отбивал тоже сильно, в нежданную сторону, заставляя соперника тянуться изо всех сил и нередко падать. И не очень любил играть с капризным и грубым Роном. Однако Гарри с Гермионой предпочитали сражаться друг с другом, хотя, когда девочка шла в библиотеку, Гарри охотно мог постучать шариком с Роном или Невиллом.

А весной, и в июньские дни, после сдачи очередного экзамена, и осенью дети часто играли на лужайках в бадминтон, под одобрительное хмыканье лесника. И восторг Клыка, который, повизгивая, носился за воланчиком, если тот улетал в сторону. Они довольно скоро заметили, что вроде бестолковая псина никогда не ошибалась, вручая волан именно тому игроку, который не промазал. И ни разу не пыталась его жевать, хотя воланчик был разноцветным и симпатичным.

«С нами и Клык умнеет!» — шутил Гарри. «Так и есть! — с ноткой серьёзности соглашалась Гермиона. — Жаль, что Рону до нашего пёсика далековато… Рончик порой старую собаку напоминает, которой только бы поваляться да поворчать».

Гарри добавлял, что Клык, конечно, обжора, но Рон круче, и это вовсе не достоинство. И про себя думал, что это он обладает отличным аппетитом, раз так ущемлён у Дурслей. Но Рону-то с чего быть таким обжорой, с более чем отличным?..

Ведь всё время роскошный мамин стол вспоминает… А за школьным столом количеством качество возмещает, так что ли? Нездоровый у него аппетит, явно нездоровый… и здоровенный, в придачу!

* * *

…Отлежавшись после кусания василиском, Гарри вышел из больничного крыла не таким, как был. Чувствовал он себя, с физической стороны, просто превосходно. Прямо как на батарейках, новых, Помфри расстаралась! Но вот морально совсем наоборот было, особенно по ночам.

Годом ранее, хоть и переживал из-за рассыпавшегося пеплом в детских руках целого профессора защиты от тёмных сил, но настроение было куда лучше. Ведь помог родному факультету слизеринцев, по итогам года, под плинтус загнать, что для них второе место и есть! Ещё хитромудрый камень спас, тёмного призрака изгнал…

А тут вроде своими руками от окаменяющей химеры защитился, как благородный сэр Ланселот какой-нибудь, настоящим волшебным мечом убил… Но чувства такие, что прямо вот бросить всё и в магловский приют бежать, под кроватью спасаться! Ну и школа же ему досталась, где тебя преподаватель сначала защищаться от тёмных искусств обучает, а потом душить бросается, типа, экзамен такой, на выживание!

О, снова выжил, молодец какой! Учись дальше, через год новый экзамен на выживание, интересней и посложней! И с промежуточными этапами, тоже смертельного свойства… Снова выжил? Надо же, интересный какой мальчик... А вот мы его дустом попробуем, дустом!

Нет, он много мечтал, как станет знаменитым волшебником, по своим заслугам знаменитым, не родительским. И, например, заклинания полезные придумает, людям помогать будет… А после василиска этого… нет, уже просто выжить — мечта труднодостижимая, вот и всё.

Чтобы на могильном камне написали: «Его твари не убили, а Малфои загнобили, и кузен этот»? Не бывать такому! Да только кто его спросит, бывать или не бывать… быть или не быть? Поэтому неизвестно совершенно, чему дальше бывать. Наверное, плохому, потому что есть предчувствия.

Но он всё равно сопротивляться будет, у него есть бойцовый характер. Да, есть, раз он в такой жуткой свалке, как квиддич, со старшими игроками справляется. И ускользает почти всегда от бладжеров этих, кошмарных. Очень плохая выдумка, такие тяжёлые бладжеры, он про это говорил и повторять будет! И Гермиона про бладжеры так же думает, и ещё хуже…

Как-то, имея перед глазами потерявшую, после единственного попадания, почти дюжину зубов Алисию Спиннет, Гарри серьёзно задумывался об изменении правил. Может, эти бладжеры хотя бы мягкой резиной покрывать? О, это мысль, надо предложить! Алисия слезами так заливалась, что прямо жалко девчонку, ведь явно челюсть сломана…

И предложил вариант с резиной, коли бладжер тяжёлый и всё равно врежет так врежет. Так, что мозги до задницы просочатся и с метлы кувырком! Но с резиной будет гуманней, не так ли? Однако Макгонагалл пришла в ужас от святотатства и расшатывания скреп, даже слушать не стала!

Снитч-то он хорошо догоняет, потому как чует его, немножко чует… А иногда и отлично чует, прямо в нужную сторону летит, и всё, и часто угадывает. Зато бладжеры мистер Поттер очень так себе чует, особенно когда сзади налетают, вот же беда!

Но квиддич всё-таки очень важная игра, там компания, все свои, с одной стороны. И с противником понятно, пока игра, это тоже важно. Но вот что окажутся такие однокурсники с нехорошего факультета, которые активно ненавидят мистера Поттера, такого не ожидал.

Да и слизеринцы со старших курсов, бывало, шипели — магловоспитанный полукровка, фу! А этот Малфой с вассалами-тяжеловесами явно не прочь то и дело играть в поганую игру Падлика Дурсля «Поймай Гарри!»

Правда, после василиска, что ему теперь эти Малфои с подголосками? Хватит терпеть и уклоняться! Надо придумывать и атаковывать, чтобы у противника меньше возможностей было на тебя нападать. Тогда он не сможет проявить инициативу, потому что должен будет тебе отвечать. Это азы военного искусства, так Вернон своего сыночка учил.

Дадлик пнём-пень, конечно, но эти азы отлично выучил. И всегда Гарри первым доставал, не давал покоя, инициатор вонючий. Ладно, когда-нибудь Большой Дад получит в зад… Будет-будет на его пути огромная выгребная яма, с откинутой крышкой, ночью, свежая и бездонная! Надо только получше придумать, как ответить кузену, чтобы от дядьки с тёткой не получить.

Так волшебная школа похуже Падлика будет! Тут чистокровные готовы ногами до бесчувствия бить, как Невилла, и это в младшем школьном возрасте! А что из них потом вырастет, спрашивается? С такими ему ещё пять лет сожительствовать, если на шестой курс попадут. Он-то попадёт, а вассалы Малфоя вряд ли. Правда, с таким боссом… Куда Дракусик без них?

Хотя насчёт попасть на шестой… По успеваемости-то попадёт, в этом нет сомнений, магии в нём хватит. А вот по выживаемости сложнее будет. Нужно рассчитывать на худшее, так Вернон сыночка обучает, а значит, хочет ему хорошего. Тот подобную мудрость, само собой, не освоил, куда ему про плохие варианты думать, нечем просто…

А вот для героического Гарри Поттера думать над плохими вариантами самое оно. И он будет думать, в том числе, для других. Для врагов то есть. Тут школа, поэтому с самодельной взрывчаткой сильно не разбежаться, как бы ни хотелось. А что ещё злыдням предложить?

Серной кислоты, расхваленной лесником, привезти? Как вариант, подумаем, подумаем, продукт надёжный. Хотя Невилл такое варит, что даже котёл разъедает. Однако раз настолько хорошо разъедает, то может и стекло растворить, надо бы проверить, хотя опасно…

У Снейпа спросить про качество того состава, у Снейпа, ха-ха-ха! Вот рожа-то у сальноволосого образуется, все зелья скиснут!

Да, Невилл бывает крут, принц всея ботаники, как Гермиона пошучивает, одобряя толстяка. Правильно одобряя, он же в хищных растениях отлично разбирается! Отменный ущерб и мандрагора может нанести, и росянка, и хрюния рукоедная… А ядовитых травок и корешков — вообще навалом!

И к Гарри толстяк отлично относится, и к Гермионе тоже, всегда на её вопросы отвечает, и обстоятельно, если знает. И видно, что Лонгботтому лестно, раз уникальная ученица у него спрашивает: и про растения, и насчёт особенностей магического мира. Тогда и мистер Поттер слушает, со всем вниманием…

Про какую-то фекальницу от Хагрида услышал, дескать, может утопить прямо в этом самом, с головой… Если действительно топит именно в том, что в названии обозначено, получается, тоже хороший вариант, для всяких вредных слизеринцев. Точнее, особо вредных. Ясно тогда, с этим мы к Невиллу пойдём, растительные диверсии продумывать будем.

Вряд ли наследничек остановится, у него, возможно, задание особое есть. Ведь из малфойского сочинения видно, что не просто так Дракошка пакостит, семейный там бизнес. Неприличные люди — и неприлично богаты, от такого не только Рону в неистовство приходить!

Да, чем больше денег, тем больше пакостей можно организовать. Эх, и так врагов много, но многие ещё и маскируются, пойди, узнай с точностью…

А надо ведь узнавать, не то доверишься кому попало, тебя в Лютный и продадут, на ингредиенты повышенной ценности. Дескать, это зелье с печёнкой самого Поттера варили, эксклюзивчик, гоните золотишко! Надо, чтобы в итоге всем врагам его геройской злости хватило… Не Малфоев курощать, так препода какого-нибудь низводить, Снейповой разновидности, тоже дело.

Одна Трелони, стрекоза бестолковая, с первых уроков прямо до дрожи бесит. И Снейп, само собой. Остальные преподы, в принципе, пока нормальные, никто без дела не придирается. А призрак Бинс, скорее, и полезный, даёт или нужными делами позаниматься, или поспать, вместо истории этой, дурацкой.

— Слепой сказал «посмотрим», — пробормотал Гарри и стал протирать очки. Он ещё им всем придумает, основательно придумает, остолопы злобные, ишь, толпой на одного…

А если он вдруг, действительно, Избранный, так ему и магия поможет, так? Хотя бы везением этим, фирменным. Если уж и василиск сдох, то остальным лучше сразу в окошко сигать, а не с Избранным связываться! Во избежание или полного выгорания, или меча в основание черепа. А если мистер Поттер никакой не Избранный?..

Так всё равно бороться надо! Как Вернон свинёнку орал: раз стерпишь, два прогнёшься, потом всю жизнь чужой навоз выгребать будешь… Да, на Дурслей его магия не действует, маленький он ещё, да без палочки. С палкой-то бы их на раз побивахом.

Но зато на всяких Волдемортов, в чужом теле, он уже может сознательно наезжать. Двенадцать лет назад тёмного колдуна бессознательно одолел, а сейчас вот и в полном сознании… Значит, и Малфоев, и Дурслей тоже надо нагибать пробовать.

Только продуманно, тщательно, тайно, и с путями отступления, на всякий случай. И чтобы детскую палочку не засветить…

https://boosty.to/marikvanger

Я — Дракон Люциус Малфой, наследник и лорд, только маленький. Наше поместье такое огромное, что я устаю даже летать над ним, а не то чтобы бегать. У нас есть домашние гиппогрифы очень высокого полёта, и много роскошных павлинов, каких нет больше ни у кого. Наши павлины очень благородны и поэтому гадят где попало.

Я очень люблю воспитывать павлинов и домовых эльфов, и выучил для этого несколько нужных заклинаний. Я слышал, что многочисленные предатели крови Уизли, закопанные в своей глухой Норе, могут воспитывать только садовых гномов, и считаю, что это полный отстой. Потому что домовой эльф шустрый и довольно много умеет, и в него не всегда можно попасть, даже если колдуешь так же хорошо, как я.

А чтобы нашинковать потерявшего бдительность гнома простейшим заклинанием, достаточно быть Уизли. Но я слышал, что эти предатели крови просто выбрасывают гномов за изгородь! Хотя всякий нормальный волшебник знает, что они скоро вернутся и снова будут всё рыть и повреждать.

Я редко шинкую садовых гномов, только для отработки меткости режущего заклинания. Оно у меня самое любимое, потому что отлично получается. А из павлинов люблю дёргать красивые хвостовые перья, хотя мне это запрещают. Но наказывают за павлинов не очень больно, поэтому ради красоты в коллекцию можно и потерпеть.

Ещё у семейства Уизли есть бывший неудачный родственник, сквиб, или кто-то в этом духе. Из которого они очень нагло сделали упыря для отработки заклинаний, или ещё для чего-то. Возможно, что это специальное чудище для утех сексуальных, по мнению мамы, но про такое даже думать не хочется. С другой стороны, от Уизли можно всего ожидать, ведь их страшно много и они буквально везде, особенно в Хогвартсе.

На младшем из них мне удаётся пробовать некоторые полезные заклинания, но в целом этот Рон очень бесполезный. Его даже обзывают специальным, хотя я точно не знаю, что это такое — применительно к подобному магическому мусору, также известному как шестой ненужный ненаследник. Но ему подходит, потому что гадить разноцветным прямо в коридорах — нормальная специальность для предателя крови.

Зато я много знаю про действительно важные вещи, потому что живу в очень специальной семье, где для меня ничего не жалеют. Даже старых домовиков для отработки специальных нападающих заклинаний.

Наши соседи очень приличные, потому что их фамилия Гринграсс. Они считаются крутыми, но мои родители и я круче. Мой папа говорит, что всегда был неприлично богат, но после войны со светлыми финансово очень пострадал. Настолько, что стал просто очень богатым, но как никто другой.

Его дядя и дед самых честных грабили, и очень приумножили семейное состояние. А папа смог отнимать неэффективно используемые состояния у менее честных, и тоже на многое хватило. Ещё папа говорит, что если придёт некий особо могущественный волшебник, то снова придётся везде и много платить. Но зато будет шанс остаться в живых, в том числе за счёт самых уже не очень честных, которые ещё остались.

Моя мама леди Нарцисса такая красивая, что таких даже не бывает. Хотя Дафна Гринграсс — очень красивая, и её сестра Астория, которую мне прочат, тоже, пусть и не блондинка. Мы с папой очень гордимся мамой и любим её показывать, на всяких ассамблеях и вечеринках для самых лучших волшебников. На таких междусобойчиках бывают только очень крутые маги, вроде нас, просто крутые и довольно крутые, а больше никто.

По гардеробной моей мамы можно долго бегать, и устанешь. По гардеробной моего отца можно пробежаться, и запыхаешься. А по моей гардеробной можно только ходить, но тоже довольно долго. Потому что я очень модный и с прекрасным чувством стиля. В наших кругах иначе нельзя, в противном случае запрезирают с помощью техники дрожания ноздрей, и прощай, политическая карьера.

А я уверен, что смогу быть отличным министром магии, с прекрасными постоянными бонусами — за эффективные менеджерские решения от благодарных топ-менеджеров Мать-и-Магии. Потому что взятки бывают только у презренных маглов, об этом все знают.

Моя мама очень популярна. А папа просто такой крутой, что его даже я не смогу в ближайшие годы превзойти. Зато у меня отличная наследственность, роскошная родовая магия и блестящие перспективы. Мы очень чистокровные и этим всегда гордились и гордимся. Особенно я, потому что наследник рода, ведомый своей магией и великим предназначением.

Мы консервативная семья, поэтому применяем патриархальную практику телесных наказаний, против которой нельзя возражать. Родители наказывают меня, а я — домовиков. И ещё садовых гномов, но не так часто. Правда, их я наказываю сразу на несколько частей, потому что прочее обращение с этими вредителями совершенно бесполезно.

Ещё я охочусь с помощью заклинаний за бурундуками, белками и сороками, не считая выдёргиваний из павлинов. Это помогает тренировать глазомер и общую ловкость.

Я очень ловкий, поэтому все наши домовики меня боятся, а садовые гномы готовы гнить в земле и не показываться на глаза. Но я их превосходно умею искать с помощью поискового заклинания. А вороны даже не залетают на территорию мэнора, и понятно почему.

В школе я отличаюсь особенной ловкостью в конных состязаниях. Мой скакун — Грегори Гойл, очень выносливый и сильный, как и полагается чистопородному. Он хорошо действует ногами, бывает, что через три конные пары может пройти и всех затоптать.

А я отлично сдёргиваю противников и обычно выигрываю пари, насчёт победы, так что уже почти никто не хочет ставить против меня. Это, конечно, хорошо и почётно, но хотелось бы получать более заметные деньги за свои спортивные успехи, это же совершенно нормально.

Малфои на всём умеют зарабатывать, особенно на чужих ошибках. Некоторые с прибылей не могут заработать, а мы и с чужих убытков можем. Потому что отец — выдающийся комбинатор, хотя и не очень любит шахматы. И я тоже комбинатор, и тоже не люблю шахматы, потому что их любит жалкий рыжий предатель Уизли.

Мне нравится и руками всадников сдёргивать, и заклинаниями угощать, особенно исподтишка. Когда в противников льёшь водой, а потом сразу напускаешь на них заклинание мороза, то наступает хороший эффект. Особенно для всадника, который часто и палочкой тогда ничего не может.

А коня надо обязательно ледяным Глацио на полу угостить, чтобы копыта разъехались и мордой в лёд. Когда много красного на льду, то бой прямо настоящим выглядит. Жаль, что Ступефай не всегда успевает попасть, если против тебя только лёгкая кавалерия. Грегори ведь тяжёлый конь и тормозит, особенно если его угостят неприятным заклинанием.

А Крэбб на хитрость идёт, иногда специально валится, чтоб врага совсем задавить. Или к стене прижмёт и давит, успешно давит. И Миллисента Булстроуд на нём хорошо держится, даже удивительно, как Винсент её таскает. И она руками умело действует, и ногами тоже, и подбадривает оглушительно.

Также я прекрасно летаю на метле, а все мои мётлы до невозможности крутые. Пока я не стал управляющим огромного фамильного состояния, могу себе позволить играть в квиддич. Я лучший ловец и мастер снитча, хотя некоторые выдвигают на первое место неправильного героя Гарри Поттера.

Этот Поттер мне совсем не нравится, потому что не слушает даже самых благородных и делает в школе всё что хочет. Говорят, что он живьём сжёг одного нашего профессора, правда, не очень хорошо знавшего предмет. Очень обидно, однако его за это явное жертвоприношение сильно наградили. Так наградили, что даже наш факультет проиграл, а он лучший.

Я знаю нескольких профессоров и одного завхоза с лесником, которых было бы очень здорово сжечь. А если живьём, так это ещё лучше. Потому что если живьём, то силы с принесённого в жертву можно получить по максимуму.

Но я пока не знаю, как это лучше провернуть, потому что Локхарт, хоть и бездарный профессор, не лучше Квирелла, но очень популярный. И нравится мамочке, поэтому его было нельзя. И распространяться на тему жертвоприношений тоже нельзя, хотя это очень интересная и актуальная тема.

Я люблю мечтать о своей исключительной карьере. И ещё мечтаю иметь побольше рабов, которые выполняли бы любые мои приказания. Когда ты постоянно кому-то приказываешь, ты тренируешь волю и другие качества лидера. Прибитые к потолку домовые эльфы в моём возрасте — это уже не очень круто.

На мои одиннадцать лет папа аппарировал нас с мамой на Луну, но там было не очень интересно. Всё время быть в воздушном пузыре, это как-то раздражает… Хотя стать лёгким и высоко прыгать по лунной пыли было весело, прыжки такие, как будто ты на метле. И насколько знаю, до меня никто из детей на Луне не был, это очень эксклюзивное путешествие, благодаря папиным связям!

Странно, что там оказались следы посещения маглов, я даже представить себе не мог, что эти презренные существа смогут добраться до другой планеты. Я даже немного расстроился. Но, с другой стороны, появилась возможность привезти не только лунную пыль для лотков наших павлинов и других домашних животных, но и забавные магловские артефакты.

Например, некие «пампирсы», забытые этими тупыми рассеянными маглами. Я даже спрашивать не стал, что это за такие штуки. Подозреваю, что ими могут интересоваться только презренные маглолюбцы Уизли.

Конечно, я учусь на Слизерине, в достойном окружении чистокровных волшебников. Правда, среди софакультетчиков есть и полукровки, но надо же начинать руководство с мелочей. Тем более, почти весь лучший фольклор чистокровных основан на вышучивании полукровок. Поскольку очевидно, что нельзя же опускаться до серьёзного третирования грязнокровок!

Смеяться над грязнокровками, сквибами и маглами можно только в крайних случаях, когда уже совсем скучно. Ведь они часто даже не понимают, в каком именно месте над ними словесно надругались! И от этого становится как-то неприятно, будто стенку оскорбил.

Слизерин очень крутой факультет. И наш декан невозможно крутой. И ещё он сексуальный, а вовсе не засаленный, но это не все понимают, а только самые продвинутые девушки и я.

Директор Дамблдор успешно притворяется стареньким старичком, в стадии интенсивного размягчения мозга, но папа ему не верит. И рассказывает о его умениях наказывать поносом такие вещи, что даже думаешь, что Рону Уизли, с его вечным запором, директор мог бы отлично помогать.

Но тот, конечно, не думает помогать, хотя много покровительствует именно предателям крови, чтобы иметь рабов, способных на всё. Однако такое магическое чмо, как шестой Уизли, можно только использовать, не очень понятным образом, а не помогать ему. И директор не из тех, кто много сочувствует, зато много кого использует, потому что очень могущественный. В силу того, что имеет несколько должностей и знает, как правильно толковать законы, то есть в свою пользу.

А предателей крови надо ликвидировать, это все чистокровные знают, но только чужими руками. Или когтями, клыками и ластами. И тогда станет ещё лучше, чем было. И если я ликвидирую шестого Уизли, подтолкнув его заклинанием к любой опасной магической твари, меня тоже должны наградить.

Но я чувствую, что директор будет против. Или придумает такую неправильную награду, про которую родители шепчутся и ничего не рассказывают. А только осторожно говорят, чтобы я не посещал те туалеты, где находится самая современная сантехника и красивые разноцветные унитазы. Здесь есть тайна, а я люблю разгадывать тайны как наследник, лорд и будущий министр.

Надо уважать силу и происхождение, ибо на этом стоит наш мир. Это знает даже наш лесник, который умеет хорошо охотиться, имея арбалет величиной с меня. Ещё он много ценного собирает в Запретном лесу. И водит туда Поттера с Грейнджер, и они нагло зарабатывают на ингредиентах. У них водятся волоски единорога, и даже сброшенные единорогами рога, а это большие деньги.

Я тоже бы хотел зарабатывать на ингредиентах, потому что карманных денег всегда не хватает, это такой аристократический закон. Но мой крёстный запрещает мне посещать лес, потому что он опасный. И он собирает всё ценное сам, и ещё леснику с его подопечными оставляет. Крёстный настолько крут и сексуален, что даже я должен его слушаться.

Этот Поттер, со шрамом которого все носятся и даже колдографируют, очень раздражает. Уизли тоже, но Поттер больше. Он изменил историю, что стало очень дорого для нас. Потому что иметь статус неприлично богатых — это максимально круто. Поэтому до Поттера было лучше.

Наблюдать Поттера и его кошмарные обноски — оскорбление для чистокровных. Хотя видеть чистокровных предателей Уизли — ещё большее оскорбление. А грязнокровка Грейнджер — просто пустое место, и я никогда не упускаю случая высказать ей, насколько она мне безразлична в ничтожестве своего происхождения.

Эти всякие грязнокровки воруют магию, но очень хитро. А некоторые маглорождённые могут быть искусны не только в применении магии, но также хитро бобровать магию большими бобриными зубами. И поэтому отлично учиться, чтобы хвастаться и пытаться унижать чистокровных. Таких концентраторов грязной крови надо разоблачать и пресекать.

По крайней мере, мой папа всегда так делал, отчего пользовался расположением очень могущественного волшебника. Я надеюсь, что этот колдун, который просто вне категорий, вернётся и сделает меня своей правой рукой. Или правой рукой будет мой отец, а я стану левой рукой, что тоже очень круто.

В школе старый директор появляется редко. Потому что всё время заседает и придумывает неправильные законы. И ещё много интригует, чтобы эти законы принимались. А папе потом с большим трудом приходится эти законы хоронить, что его утомляет. И даже склоняет к виски, а данный факт огорчает маму.

А мама в состоянии огорчения очень лихо колдует, потому что она из Блэков. А всем давно известно, что те, кто ходят стричь Блэков, возвращаются бритыми, и во всех местах. Но чаще не возвращаются, потому что родовой алтарь Блэков очень требовательный, но это большая тайна.

В результате неправильного менеджмента по школе может бегать горный тролль, причём недалеко от наших подземелий. Этот тролль был существом хоть и не очень разумным, но с несомненным вкусом. Потому что не стал спускаться к нашей гостиной, а захотел съесть одну заносчивую грязнокровку, и по слухам, почти начал это делать. А она только противно визжала, надеясь этими звуками отбить у зверя аппетит. Хотя тролли любят громкие звуки, особенно если их издаёт пища.

Однако Поттер и Уизли неизвестным способом смогли оглушить тролля, что косвенно свидетельствует о потенциальных возможностях Поттера. Роль Уизли в этом инциденте абсолютно неясна. Потому что если послушать его версию, то он просто махнул палочкой, и тролль, хохоча, стал бить себя собственной же дубиной по башке, пока не потерял сознание.

Эту версию все на Слизерине признали совершенно несостоятельной. Однако тролль был, и были первоклассники, которых он встретил и, тем не менее, не съел. Я думаю, что Рон Уизли, от которого всегда отвратительно пахнет, смог обмануть тролля и прикинуться кучкой навоза. А также аналогично прикинуть и остальных гриффиндорцев. Другого убедительного объяснения у меня для вас нет.

Наша школа — довольно опасное место. Меня самого чуть не покалечили в Запретном лесу, на совершенно запретной отработке, о которой тоже нельзя писать. Там творилось невероятное! Ладно, хоть бельё догадался снять и не испортил. А шестой Уизли не догадался, поэтому и обделался первым, и вонял очень гадко. Это даже Поттер признал, когда обслуживал меня водой из палочки.

Отец догадался, кто интересовался единорогами в лесу, но это большая тайна, которую нельзя доверить ни гриффиндорцам, ни вообще никому. Правда, эти грифы тоже догадались, потому что Поттер хитрый и у него есть сочувствующие. И он очень везучий, поэтому каждый год убивается, даже несколько раз в год, и никак не убьётся.

Это очень секретно всё, но я, как наследник, многое знаю, многое подслушиваю, а об остальном догадываюсь. Поскольку имею зависимое окружение и могу оттачивать свои умения интриги и подчинения. У меня есть свои телохранители для охраны наследного тела и проведения испытаний на живучесть и хитрость.

Правда, очень хитрые близнецы Уизли, явно многому научившиеся у слизеринцев, тоже проводят аналогичные испытания, только более глупые и ненужные. И хотя имеют для тренировок только одного Рона, но могут с ним делать вообще всё. А я с моими — нет, не всё, потому что они такие чистокровные, что даже немного тупые.

Однако всё равно я обязан их беречь, потому что они чистокровные. Грейнджер объясняла, почему они не очень умные, но неправильно, потому что ничего не понимает. Но иногда догадывается, и это опасно. Поэтому за ней надо следить, чтобы в нужный момент пресечь.

А за гадким Поттером, которому непомерно везёт в квиддич, и просто так тоже везёт, и без того следят. Причём с первого дня и со всех сторон. Шрамированный достаёт многих и даже почти всех приличных волшебников. Он ухитрился даже эльфа, пусть и очень порченого, отнять у одного чрезвычайно достойного и могущественного волшебника. Или отжать, как говорит Поттер, любитель портить язык жаргоном кокни, которые из низших классов, и вообще маглы.

Это говорит, что Поттер весьма опасный, а потом может стать ещё опасней. И поэтому его лучше всего пресечь как можно раньше. Как поступали с потенциально опасными в старые добрые времена, когда особо могущественных волшебников было больше. А не только старый директор с хроническим воспалением хитрости, маскируемым под размягчение мозга.

Вообще, на нашем факультете многие ведут списки недостойных магов, чтобы потом ими занимался ныне отсутствующий, но ожидаемый могущественнейший волшебник. И это правильно, потому что наш факультет специальный, а его выпускники — лучшие маги. И я буду таким же, а всякие Уизли и Поттеры — никогда.

Дракон Малфой, наследник и будущий лорд, а также господин министр и просто руководитель всех, 2 курс, Слизерин

https://boosty.to/marikvanger

…Рональд Уизли даже обиделся на друзей: что вы про заклинания да книжки, второй курс спихнули, так отдыхать надо, до последних часов! Каникулы же ещё не кончились, чуть-чуть осталось, а как приедем в замок, так и капец свободе! Снова уроки эти, умру когда-нибудь от них…

В ответ ему отчётливо напомнили и про василиска, и что кое-кто каменным лежал, долго, пропустив массу занятий. А кто-то так и под слезами феникса валялся, весь в собственной кровище, смертельно отравленный. И почти мёртвым живительную капельницу из птичьих зенок принимал, и с тех пор на зельях сидит, препротивнейших, если мягко выражаться.

А кто-то вот, ленивый и проглотный, куда легче этот жуткий год именно что спихнул. Потому что только от Дракучей Ивы бегал, да с Локхартом беспамятным общался. Ладно, ещё и с акромантулами пообщался, бестолково, раз очень неразборчиво блеял, с языком, засунутым куда-то далеко. Наверное, в прямую кишку, или поблизости…

Нет, не воспринял шестой из потомков Уизли объяснений и попрёков, фыркнул, про заучек занудных высказался, которые рады вспомнить про одно плохое. И в соседнее купе удалился, в плюй-камни поиграть. Потом, слышно было, с Малфоем очень громко общался, отчего белобрысый так увлёкся, что даже до них не дошёл.

И насколько же вони меньше было! Только через час компания Малфоя добралась до их купе… И грянул бой, сразу!

Но пока Рон не вернулся, Гарри с Гермионой активно обсуждали новую тактику борьбы с белобрысым врединой. Девочка подсказала интересный способ бороться с Малфоем — кидаться радостно навстречу и, делая вид, что не понимаешь издёвки, одобрительно ему кивать, и громко, во всеуслышание, говорить свои издёвки!

Например, что тебе очень-очень важно его признание, что ты, дорогой мой Драко, — один из самых ценных поклонников! Потому что всегда готов пообщаться, хоть и представитель другого факультета… Вот от чего его будет корёжить!

Гарри хмыкнул и задумался. Бросаться к Малфою и комплименты ему, прямо в морду? Потом не очень уверенно спросил:

— Это, вроде, как клин клином вышибать?

Подруга просияла:

— Вот именно, Гарри, вот именно, ты же всё прекрасно понял! Малфой словесно всегда первым нападает, старается, хочет, чтобы ты рассердился. А он же подготовился заранее, обязательно что-то ещё скажет, потом добавит. Ты, или скорее уже Рон, разозлитесь, пойдут угрозы, преподаватели услышат, снимут баллы… А в итоге Малфой уйдёт с ощущением победы — потому что бой прошёл на его условиях.

Ты, получается, повёлся на его провокации, злился, а он нападал и удачно обхамил. А ты защищался не так удачно, к примеру, и менее чувствительно обхамил. Поэтому он смог тебя обругать и обидеть сильнее, раз готовился. И Рона тоже обидеть, и ещё сильнее…

Поэтому Драко надо трогать его же оружием! Он ведь не ожидает и будет сбит с толку. На первый раз ты точно его сильно удивишь!

И ещё вот что я подумала, Гарри. Ты же ведёшь себя очень скромно, не хочешь, чтобы люди видели в тебе героя, потому что не нужно тебе это. Зато такое нашему Рону очень интересно. Потому что его братья так заслоняют, что беднягу и не видно, только на твоей дружбе и держится, и хвастается.

Теперь его и сестра заслонять будет, в какой-то мере, бедненького и завидующего. Раз под гипнозом самого Волдеморта побывала и выжила, хотя исключительно благодаря тебе! Ладно, не будем о грустном… Так вот, тебе с Малфоем надо попробовать вести себя, как Рон!

— Это как? Не понял… Нападать на всех и бить себя в мантию — вот он я, герой, ещё чище, чем Малфой…

Ох, я круче, чем Малфой,

И хвалюсь, как Гилдерой!

Врезал троллю я дубиной,

Тот лежит, и очень длинный!..

Так, что ли?

— Прекрасные рифмы, Гарри! Кстати, можешь попробовать сочинить про эту компанию очень гадские стишки. Ну, более гадские, чем прежние. Типа, Крэбба с Гойлом жалко, плачет по ним палка! Ну, а Драко, весь дрожа, нанизался на ежа! Маркус Флинт — вонище, в квиддиче — задрище! Ой… плохое слово… такого слова и нет. Значит, наглый, как котище, и несёт винищем…

— Задницей он свищет, бладжер ей же ищет, квоффл не отыщет! — подхватил Гарри. Они засмеялись. Девочка затем сказала:

— Мы ведь можем вместе порифмовать, на Дракошкин счёт. Как тебе?

— Да отличная идея! Если складно сможем эту чистокровную кодлу унизить, то здорово будет!.. Смотри, я уже фишку придумал: какая разница между чистокровными волшебниками и чистокоровными?

— Здорово, Гарри, молодец! И гораздо больше молодец, чем думаешь, потому что второй смысл предложил! Ведь толстуха Булстроуд — как раз чистокоровная, её фамилию на немецкий манер можно читать, как Бычешейдер!

— Ух ты! Значит, чистокоровность откладываем как подходящее словечко?

— Конечно, и откладываем, и дальше разрабатываем. Очень ёмкое словцо, прямо как удар в лицо! Богатенькое словцо, поэтому выжмем из него побольше! Будем по сословной спеси бить, страшным оружием равенства и превосходства неволшебников над магами, что очевидно во многих вещах!

— Да уж, во многих и многих!

— Так вот, Гарри, про твоё новое поведение при нападении… Ты заранее готовишься к атаке, потому что знаешь, что Малфой при встрече обязательно будет говорить гадости. А уж если сам к тебе подходит, тем более всё понятно. А ты ему сразу, с максимальным высокомерием, и отвечай, не дожидаясь полива: дескать, почему не кланяешься мне, всебританскому герою и победителю тёмных сил?

Раз подошёл, то чего уважения подобающего не оказываешь, смерд ты этакий? Ты же вроде мой вернейший фанат, всегда готовый приветствовать, где бы не встретил, так? Или ты Волдеморта фанат? (тут он и поперхнётся!) И где же твоё воспитание, Малфо-о-ой?

И тут фамилию растягиваешь, через губу и гнусаво, потом задираешь нос, это важно!.. Кто тебя воспитывал, Малфо-ой? Наверное, когда — глухонемой домовик, а когда — никто? А ты точно аристократ, Малфо-ой? Тебя точно в раннем детстве не подменили?

Аристократы же воспитанные все, а ты тогда почему не получился? С метлы так неудачно на твёрдое упал, на вассалов своих, что даже в Мунго не помогли? Бедня-я-я-жечка… А правда, Малфо-о-ой, что тех, кто себя невоспитанным дурнем показывает, аристократы из наследников исключают и над садовыми гномами начальниками ставят?..

Вот так и дуй. И там про телесные наказания вверни. Вроде: а правда, что у тебя задница дублёная, Малфо-о-ой? А шрамы есть? А если найду?.. И так далее. Представляешь, сколько на эту тему можно изощряться?

— Представляю! Уже хочу! Это же, как с Дадли! И почему раньше не догадался, пригородной магии я кусок? Я же издалека Падлику многое чего кричал, иногда и складного! А Малфою мало кричал, совсем. Будем вместе над слизнями изощряться, ага?

— Непременно, Гарри! И да устрашится ненастоящий дракон нашего чувства юмора, осмысленного и беспощадного!

Мальчишка прикрыл глаза и приоткрыл рот. Вот оно, вдохновенье! Пошли стишочки, пошли, родимые… Сейчас всем волью, лимериками!

Он наследничек был чистокровный,

Не кусал его пёс полукровный…

Всегда Грейнджер хамил,

Ему Поттер вломил:

«Будешь просто ты чистокоровным!»

Миллисента Булстроуд могуча,

Но у Грейнджер зато волос куча,

Они в драке сцепились,

На помост повалились,

И друг дружку чуть-чуть не замучив!

Нет, это Гермионе не понравится, она переживала после той драки, непривычная она, да и весовые категории очень разные были. Да, страшная эта Булстроуд, очень чистокоровная…

* * *

Перед посещением поезда дементорами Гарри с Гермионой и Роном выдержали серьёзный бой с компанией чистокровного наследника. Случилась битва при Гермионах, как потом окрестил её Невилл.

Малфой с телохранителями, конечно, заглянули в гости, традиция как-никак. К удивлению наследника, их как будто ждали. Даже не дали слова вставить, сразу выражаться начали. В атакующем стиле, привычном для Драко.

Но его никогда первым не обижали, и не привык он на обидные вещи сразу реагировать. Змеек он не считает, они вежливо подкалывают, и он аналогично… Наследник только к ответной ругани противников, которые из низших, привык.

Например, на рыжую ругань отвечать привык, и на очкастую тоже привык, и на грязнокровную. И всегда очень умело отругивался, ядовито и унизительно, как учили. Но сейчас!.. Даже рта открыть не успел!

— Привет, Малфой, давно не виделись! Зашёл заявить о почтении? Молодец, на колени можешь не вставать, не люблю я этого… Хочешь рассказать, наверное, как лето провёл, как павлинов пас, как домовиками руководил? Давай, начинай, только с выражением, а то заскучаю и накажу!

Чего-то ты молчишь, Малфо-ой, не узнаю я тебя! Плохо подготовился, что ли, приветствие не выучил? Эх ты, наказать тебя, видно, придётся. Я брезгливый, конечно, чтобы аристократишек чванливых лично наказывать, на то домовики, но раз сам пришёл… А какую плеть ты предпочитаешь, Малфо-о-ой, со сколькими хвостиками?

Или тебя по-детски наказывают, как лошадок молодых — не хвостиками, а хлыстиком? Скажи-ка, после отцовского пинка ты низко летишь, или взлетать удаётся? А домовики тебя не очень больно наказывают, когда родителям некогда? А чем именно, Малфо-ой? Ты же их так обожаешь, всегда колдуешь им что-нибудь интересное…

От такого словесного не отпора, а напора, сопровождавшегося обидным хихиканьем грязнокровки и гоготом рыжего, Малфой впал в ярость и выхватил палочку. И первым его словом стал гневный вопль: «Секо!»

Гарри за лето магически окреп, но в тесном помещении не смог увернуться от сильного режущего. Прямо в упор, пробившего щит и полоснувшего по левому плечу. Однако для Драко было припасено распухающее заклинание от Хагрида. Оно гарантировало сильный конъюнктивит, как от слезоточивого газа, плюс запирание дыхания, дающее неприятнейший астматический синдром.

Не самый тяжёлый и опасный, а именно крайне неприятный. И на ближайшие час или два исключавший любую физическую активность. Теперь уже Драко не смог избежать встречи с заклинанием в упор. Обиженно вскрикнув, он выронил палочку и схватился за глаза. В ближайшие минуты резь в них обещала стать невыносимой…

Рон храбро катался в обнимку с Гойлом, вцепившись в телохранителя как росомаха. Рыжий понимал, что если дать Гойлу себя ударить, то будет нехорошо. Поэтому он обхватил его корпус всеми конечностями, крепко зафиксировав руки Грегори, и уклонялся от его ударов головой.

Массивный Гойл настолько хотел доказать превосходство своего черепа в прочности, что раз, промахнувшись, изрядно саданулся головой в пол, отчего на десяток секунд даже немного отвлёкся. В этот момент Крэбб, получивший в самом начале схватки фирменное склеивание ног от Гермионы, пытался допрыгать к Гарри. Отведав Ступефай и Петрификус Тоталус от неё же, здоровяк повалился прямо на Гойла.

Тот как раз смог выдернуть руку из объятий Рона и пребольно ткнуть его в подбородок. Падение туши приятеля снова сильно отвлекло Гойла, и он пропустил пяток ударов в пах. Рон с удовольствием бил, раз за разом, в уязвимое место. Гойл сначала держался, но в итоге закричал и схватил себя между ног обеими руками.

Обрадовавшийся Рон несколько раз ударил по той части лица Грегори, которая виднелась из-под Крэбба, выбрался из кучи-малы и уселся прямо на неподвижного Винса, надёжно тем самым зафиксировав и Гойла. Осторожно трогая подбородок, Рон торжествующе разглядывал воющего Драко, павшего на колени и закрывавшего белыми ладонями распухшее багровое лицо.

…Малфой, после первого Секо, успел ударить им ещё раз, имея шанс пробить щит противника снова, если бы не Гермиона. Пропуская через палочку всю свою невеликую силу, она поставила самый прочный щит, который только могла. И Драко оказался бессилен, что закончилось быстрой победой Гарри.

Тот сковал Гойла заклинанием Петрификус Тоталус, а потом, вместе с улыбающимся во всю моську Роном, вытащил врагов в коридор, действуя левой рукой. Парализованного Драко бросили вниз, на него уложили громоздких вассалов. Сдерживая довольные вопли, чтобы не привлекать внимания, Рон прыгнул и навалился на этот лежачий памятник слизеринцам.

Гарри, торжествуя не меньше, осторожно, оберегая порезанную руку, забрался на Рона. Ему послышалось, что внизу что-то очень легко хрустнуло. Прекрасный звук, даже если это только палочка, прекрасный!

* * *

Вернувшись в купе, Гарри поменялся в лице и испуганно бросился к подруге. Девочка сидела бледная, запрокинув голову, и прижимала к носу окровавленный платок. «Магическое истощение!» — тревожно бросил Гарри товарищу, вдруг ощутив мокрое в рукаве. Гермиона уже была не в силах колдовать, поэтому Гарри попытался изобразить останавливающее кровь заклятие Эпискей. Его он выучил сразу после знакомства с василиском…

Руки после боя тряслись, и Гарри только с четвёртого раза получил результат. Кровь остановилась, Гермиона слабо улыбалась, Рон без умолку болтал, сбрасывая нервное напряжение. Колдовать он даже не пытался. Придя в себя, девочка сразу вспомнила про рассечённое плечо Гарри. Рон кровоостанавливающего заклинания не знал, да и не его палочке было доверять лечение.

Гермиона уверенно сказала, что не палочкой единой силён маг из двух миров. И полезла в сумку, где лежали две предусмотрительно взятые из дома аптечки. Рана в плече выглядела довольно серьёзной — три дюйма в длину и почти четверть дюйма в глубину. Крови из неё вылилось достаточно, чтобы промочить рукава и рубашки, и мантии.

— Такое вообще-то зашивают, — озабоченно пробормотала Гермиона. — Но Помфри справится за полминуты. Пока же предпримем простейшие меры…

Врачевание было произведено сбрызгиванием перекисью водорода и марлевым тампоном, зафиксированным лейкопластырем. Сверху лёг обычный бинт. Рон удивлённо смотрел на процедуру:

— Это что, так маглы лечат, да? И помогает, правда?

— Прекрасно помогает, Рон! Только небыстро, — строго ответила целительница, убирая бинты, лейкопластырь и ножницы обратно в сумку.

— Не вздумай колдовать обезболивание! — предупредил Гарри, увидев, как Гермиона, в ответ на его болезненную гримасу при устройстве забинтованной руки на колене, хватается за палочку. — Ни в коей случае не колдуй. Восстанавливайся! Я в порядке, боль совсем небольшая, такая… ноющая. Нет, таблетки с обезболиванием не нужно. Спокойно доеду без пенталгина твоего, не волнуйся.

…Что бы я без тебя делал? Такой щит построила, что и чистокровный обделался. Я слышал, как Малфой перед своими девчонками хвастался, как хорошо Секо пускает, даже левой рукой. Опасненькая штука, мой щиток сразу пробила… Рон, ты как?

— Да нормально, Гарри! Получил от Гойла, конечно, но намного меньше, чем он, красота. Сейчас у него бубенцы сильно болят, а под параличом не потрогать! Ловко ты их... Береги руку, друг!

— Так, мальчики, прошу внимания! У нас трофеи — целых три палочки. Какие будут предложения?

Гарри собрал деревяшки и протянул другу — дескать, попробуй выбрать. Тот, после фиаско с Локхартом, рискнувшим поколдовать сломанным инструментом, пользовался старой палочкой Перси, подходившей очень так себе. Поэтому рыжий мальчик сгрёб трофеи и сосредоточенно принялся выбирать.

Высунув кончик языка, он сосредоточенно стал пробовать на каждой простейший Люмос. Отозвалась только палочка Винсента Крэбба. С ней получилась и Левиоза, хотя так себе. Но, справедливости ради, отметим, что руки рыжего друга всё ещё заметно тряслись.

— Пойдёт! — торжествующе сказал он, пряча трофей в карман за пазухой мантии. — Эта штука гораздо сильнее палки нашего старосты, я хорошо чую! Годный трофейчик! Можно будет подоставать толстенного вредину, который беспалочковый теперь. И Персика заодно, нудилу…

— Не думаю, что это хорошая идея, Рон. Ты действительно хочешь, чтобы все узнали о твоей новой палочке? Трофейной? — строго возразила девочка, машинально пытаясь что-то сделать с непослушными локонами.

Гарри поддержал:

— Нет, светить новую палку ни к чему, ты чего, Рон? Крэббом заразился? У тебя и так всё прекрасно, Рон, и без дразнилок Перси. Если ты забыл, иногда он тебя защищает от близнецов… Значит, по праву победителя ты получаешь кусочек деревянной головы Крэбба и колдуешь им в своё удовольствие.

Немного сердитый из-за упрёков Рон тут же громким шёпотом закричал:

— Гарри, ломай палочку Гойла! Это будет твоя первая сломанная неприятельская палочка, на страх врагам. Давай, хрустни ей! Давай, пополам её, об колено давай!.. Или давай я! Ну чего ты, ломай её нафиг! Ломай! Боишься, что ли? Тогда мне давай!

— Нет, Гарри, подожди, я читала, что палочки могут быть очень ценными, особенно если из старых семей! Подожди, пожалуйста, сломать всегда успеется, ломать — не строить…

https://boosty.to/marikvanger

Трофейную слизеринку, которую Гарри был готов уже ломать об колено, в итоге решили сохранить. Действительно, слишком уж ценной она выглядела. Старая, но из тёмного дерева, с изысканной резьбой. Гермиона в последний момент вспомнила о Невилле. Рон скривился и жарко выдохнул:

— Да ломай ты её, Гарри, пусть этот хряк помучается без инструмента! Так меня вдарил, что зубы лязгнули, и челюсть болит… Знаешь, как Гойлу за это дома всыплют? Разнообразно, он же из тёмных! Хорошо всыплют, к Трелони не ходи! А Невилл, он же сквиб почти, ему не палочку надо, а магловскую метлу, пусть мусор убирает…

Гарри неуверенно посмотрел на подругу. Гермиона покачала головой и ещё раз сказала, твёрдо: «Невилл!..»

Трофейная палочка отправилась в карман под мантией, к собственной, фениксовой. Рон состроил гримасу и пожал плечами — делайте как знаете! И принялся оглаживать свой трофей, с удовольствием к нему привыкая.

Гарри между тем вертел в руках красивое оружие главного врага и старался говорить рассудительно, как Гермиона. Боевое напряжение почти отпустило, рана ныла умеренно, понимание значения только что одержанной полной победы затапливало сознание млеком и мёдом.

— …Так, а вот эту изящную резную штучку, со вставками из слоновой кости, трогать не стоит. Скорее всего, пойдёт много вони, а нам это вряд ли нужно. Если палочка Малфоя не пострадает, то никаких серьёзных претензий к нам вообще быть не может.

Значит, итожим: одна палочка в ходе слизеринского нападения потерялась, другая то ли сломалась, то ли потерялась. А малфоевская — наверное, в дальний угол закатилась и там где-то валяется… Или, давайте её в туалете спрячем, пусть поищут!

— Послушайте, ребята! А давайте малфойскую палочку тоже не возвращать! Малфой же хуже своих вассалов в сто раз! Рон прав — пусть без инструмента помучается, знаток Секо, мерзкий.

Припрячем палочку, а потом найдём, что с ней делать. Палочка Малфоя — не баран чихнул. Явно не семь золотых стоит (Рон часто-часто закивал). Это очень правильный трофей, пусть будет! В крайнем случае, разломаем да сердцевину на ингредиенты пустим, вот! Не факт, что и у профессора Снейпа такие части магических тварей имеются…

Значит, если что, наша версия такая: раскатились палочки да потерялись, мы ни при чём, чужие палочки — не наша проблема. Если им от Гарри Конфундус — они же ещё не скоро в себя придут! Ты сможешь наколдовать Конфундус?

— Принято, Гермиона! Палочку врага ломать — наверное, особое чувство, но, может быть, потом испытаю. Враги-то найдутся, к Моргане не ходи… Наверное, лучше, чем даже по морде, когда палку ломать, но подождать можно…

Не стоит кусочками волшебных штучек разбрасываться, они денег стоят, Гермиона тыщу раз права. Трофей ценный, это точно! И силы отконфундить слизней найду, чай, не акромантулы. Конфундус надо отрабатывать как можно чаще, я на каникулах им своих маглов чуток отвлекал, результат не ниже удовлетворительного!

…Так, Рон, ты палочку пока никому не показывай, вообще. Гермиона в себя придёт, мы поколдуем и её под твою оформим. Хорошо, что длина и толщина похожие. Твоя почти чёрная, а трофей — шоколадненький, и с удобной резьбой под ладонь. Перекрасим, без никакого труда, а резьбу надфилем уберём, хоть и красивая…

— Ага, ребята, здорово. Надо же, у меня нормальная палочка теперь будет, повезло, ой, повезло. За такое и по морде получить не жалко, даже несколько раз. А я только один раз получил, ну повезло-то как, а! Плевать, что туговата, буду разрабатывать. Ой, красота-то какая, ой, счастье сладкое, ой, сбылись мечты идиота… А что такое этот надфиль?

Гарри вышел в коридор и обработал слизеринскую кучку Конфундусом. Предплечье было здоровым, и порезанное плечо особо не помешало тонким движениям. Трижды он накладывал помрачающее заклинание, для пущей надёжности.

Потом в купе зашёл Невилл, которому Рон принялся возбуждённо рассказывать про сражение и триумф. Ботаник, с уважением разглядывая перебинтованное геройское плечо, радостно сжимал кулаки: надо же, этим слизеринцам как следует навешали, вот ведь как год удачно начался! Жаль, что его не было, он бы тоже этим слизням ка-а-к…

А через полчаса в купе вдруг резко похолодало. А потом стало ещё холоднее, и очень страшно… Хорошо, что вскоре взрослый забежал, шоколадом угостил, стало отпускать, хотя медленно. Какая же тварь, этот дементор, как ужасом морочит, как никто! Да пресловутого Пушка-многоглавца усыплять в сто раз приятнее было!..

* * *

Драко Малфой испытал неприятнейшие ощущения от неожиданного слезоточивого заклинания, которым ухитрился угостить противный шрамоглавец. И в ещё большей степени прочувствовал впечатление от рёбер, затрещавших под натиском веса нагромождённых на него вассалов. Полузапертое гадостным заклинанием дыхание почти прервалось, под давлением тел сверху, и Драко лишился сознания.

Но вышедшая из своего купе слизеринка обнаружила курган родственных цветов и позвала помощь. Наследника быстро привели в чувство заклинанием Энервейт, однако дышал он с огромным трудом. Потому что к затруднённому дыханию прибавилась острейшая боль в треснувшем ребре, невыносимыми уколами отзывавшаяся на любое движение тела.

Поэтому его, чтобы не слушать воплей, пока не стали кантовать. А появившиеся вскоре в коридоре дементоры разогнали помощь. И совершенно добили Малфоя, вызвав непрерывные жалобные вскрикивания, обморок и лёгкое мочеиспускание. Крэбб облегчился шибче, забрызгав и Гойла (обильно), и Драко (в основном, причёску).

Вытаскивали Малфоя из вагона телохранители, почти не пострадавшие внешне, если не считать побитой физиономии Грегори. Наследник хныкал и умолял, чтобы осторожнее. И даже не проклинал Поттера, по крайней мере, вслух, потому что и говорить было очень больно.

Хотя больше хотелось проклинать Крэбба, мочевых дел мастера. Ничего, вот он придёт в себя, отдышится, и поучит Винса жалящими, несколькими… Туалета ему мало, нет, надо босса поливать, тупица никчёмный!

…Малфой неприятно удивился щиту грязнокровки. Как же он не смог пробить, как схалтурил-то! Конфундус обеспечил наследнику постепенно убывавшее ошеломление и рассеянность где-то на два часа, а тугодумным вассалам — и на все три-четыре. Тем более что появившиеся полчаса после драки дементоры надёжно отвлекли слизеринцев от исчезновения палочек, причём до самого возвращения в замок.

Драко, придя в себя после ужасного дементирования, думал только об избавлении от вассальной жидкости в волосах и острой боли в боку. И, таким образом, был этими обстоятельствами отвлечён от действительности куда сильнее, чем остатками Конфундуса. О палочке Малфой вообще вспомнил только в больничном крыле, когда освободился от запирания дыхания и получил обезболивание…

Гермиона, перед самым явлением дементоров, изготовила муляжи слизеринских палочек из тонких бумажных полосок, потратив совсем немного магии. И выбросила их в коридор, чтобы сбить врагов с толку. Те, только в замке обнаружив непонятное исчезновение своих магических инструментов, никак не связали их с какими-то бумажками, оставшимися в карете.

После потери палочек Крэбб и Гойл были наказаны деканом, по поручению родителей. Была такая возможность, когда, в принципе, телесные наказания не применяются. Вот именно, не абсолютно запрещены, а просто не применяются. Но, уважая традиции старых семей, деканы могли применять умеренное жалящее воздействие.

Правда, не далее самого скромного опухания, но и с суточным запрещением посещать больничное крыло, где можно было бы рассчитывать на обезболивание. Пока же Снейп выдал им палочки из своих запасов. Драко не сдержал жалоб и был осажен крёстным — Малфои не хнычут, наследник!

Теперь юный аристократ колдовал суррогатной, которая слушалась не так идеально, как исчезнувшая родная. Его палочка, великолепная! Проклятые грифы, это же они, низкие ворюги, больше же некому…

Трофейную палочку Рон стал называть Крабочкой, чтобы не догадались. Ему нравилось. И повторять Гаррин стишок тоже нравилось.

Крабы — вещь,

А Крэбб отстой,

Слизню — лещ,

И в суп густой!

* * *

Невилла взяли в ближайшую субботу на Чёрное озеро, чтобы спокойно, вдали от лишних глаз, опробовать незаконный трофей. Всю дорогу он не мог оторвать взгляд от изящного вида поделки, которую Поттер небрежно вертел в пальцах.

Гермиона ранее потихоньку сделала выговор Лонгботтому, за ненужную болтливость. Упирая на то, как неприятно было Гарри оказаться самым пострадавшим, раз побитый Малфой стал дразнить и показывать, как мальчик-герой валится в обморок, и так далее…

Невилл проникся и повинился перед приятелем, искренне. Гарри, конечно, простил. И накануне, в пятницу вечером, сказал, что есть некий трофей, который очень хочется уничтожить, заслуженно.

Но сначала с ним Невилл сможет поразвлекаться, может, понравится. Так что давай с нами на озеро, вместо теплиц твоих, возможно, и не пожалеешь. Толстячок заинтересовался и в назначенное время безропотно собрался прогуляться.

Дошли до озера, где было пустынно и тихо. Невилл сначала попробовал палочку Гойла, но та никак не отзывалась. Впрочем, и остальных игнорировала, как совершенно мёртвый кусок дерева, только Гермиона что-то почувствовала.

Гарри спрятал неподдающуюся в потайной кармана и протянул Невиллу инструмент Малфоя. Тот осторожно провёл пальцем по неожиданно тонкой тёмно-коричневой палочке, всю поверхность которой оплетала необыкновенно изящная золотая спираль.

Волшебный инструмент выглядел и новым, и отзывался некоей очень благородной стариной. Явно по особому заказу делался! Невилл почтительно взял палочку, протянутую Гарри, и несколько раз глубоко вздохнул.

В руке она отозвалась, но едва заметно, и гриффиндорец заволновался. Потом взмахнул и крикнул: «Люмос!» Палочка отозвалась крошечным и тотчас погасшим огоньком. «Люмос! Люмос! Люмос!» — начал выкрикивать Лонгботтом.

Палочка в ответ неохотно отсвечивала на кончике, заметно слабее, чем даже отцовская. «Агуаменти!» — сменил пластинку толстяк. Палочка выбросила несколько капель воды, попавших на мантию Рона. Тот с насмешкой смотрел на старания Невилла, ковыряя землю носком ботинка в знак презрения к жалкому полусквибу.

Вторая попытка не дала даже и капель. Невилл сгорбился, его губы задрожали. Не в силах произнести ни слова, он с отчаянием на лице протянул непокорную палочку Поттеру. Рон оживился:

— Давай, Гарри, ломай мерзкую палку! Об колено её, а потом в костёрчик бросим! Посмотрим, как Малфоя кусок гореть будет, красота…

Тот нахмурился. Проклятая слизеринская деревяшка! Я тебя ломать не стал, жизнь, понимаешь, сохранил, а ты в ответ могучему грифону покориться не хочешь? Не желаешь по-хорошему, сучок ядовитый? Отведай-ка силы героической! Нормальные герои всегда идут в обход, а прочие герои у нас наперечёт!

Даже Рон крэббовскую палку служить заставил, а ты же у меня выгоришь сейчас, выгоришь до сердцевины своей тухлой, сучка золотистая! А не выгоришь, так в зелья тебя, всей сердцевиной!

Волна злости, исторгнутая Поттером, заставила Рона сделать шаг назад, а Гермиону — непроизвольно поднять руки к лицу. Гарри, сжав палочку, пустил гневную сырую магию прямо в сердцевину непокорной слизеринки. Ничего! Та, детская, от меньшего импульса покорилась, а эта не хочет, да? Ах ты ж…

В нём родилась ярость, которую Гарри направил туда же, в сердцевину, представляя, как она наполняется силой. Его силой, его, которой у него достаточно… на всех слизеринцев хватит! Я вас, слизней гнусных, на ней вертеть буду, и Малфой первым пропеллером закрутится! Да я вас на Волдеморта поделю, до минус единицы, и ещё меньше...

На, мерзавка, на, на!.. Палочка вдруг слегка дрогнула и чуть нагрелась. Ага! Сдаёшься? Сдавайся, и тогда не сломаю, не выжгу и в зелья не кину, а только служить заставлю! И Гарри ударил второй яростной волной, отчего палочка вдруг выбросила какие-то дымные искры, полетевшие прямо Рону в лицо. Тот испуганно отшатнулся.

«Агуаменти!» — заорал Поттер, направляя вроде бы покорившийся сучок в небо. Вверх хлестнуло добрым полуведром воды, рассыпавшимся в мельчайшую водяную пыль. На пару секунд мелькнула лёгкая радуга. Гермиона восторженно вздохнула.

— На, куй, пока горячая! Сердись на неё, приказывай ей, матом крой, внутренности ей выжигай… В общем, делай, как я! — приказал укротитель, тяжело дыша и сверкая глазами.

Невилл вцепился в горячую слизеринку, сделал нужный зигзаг и завопил: «Агуаменти!» С секундной задержкой палочка плюнула долгой желтоватой струёй, очень напомнившей о посещении туалета после особенно сильного позыва. Рон всхохотнул, Гарри с подругой улыбнулись.

— Отлично сработало! Она слушается, видишь? И шутит, наверное, по слизерински так. Левиозу давай, — продолжил командовать Поттер.

Девочка сделала несколько шагов в сторону, подняла довольно большую дубовую ветку с двумя крупными листьями и положила к ногам Невилла. Тот, раздувая ноздри, прорычал заклинание левитации, чётко выполняя вперёд-назад два неполных полукруга. И почти двухфунтовая ветка быстро взмыла вверх, на полтора человеческих роста.

Невилл, не веря своим глазам, тут же зажёг яркий Люмос. Погасил Ноксом. Снова зажёг, уже намного ярче. Потом трансфигурировал ветку в железную. И тоже удачно, с первого раза. Ветка сверкала на солнце свежим металлом, и девочка радостно захлопала в ладоши. Гарри от души треснул товарища по спине.

— Молодчина, Невилл! — сжала его за плечи Гермиона, приподнимаясь на цыпочки. — Прекрасно справился! Пусть только какой-нибудь кретин обзовёт тебя сквибом! Сразу ему пятачок приделаешь, и все дела! Считай, Малфоя одолел, богатырь!

Рон слегка покраснел. Поздравлять толстяка совсем не хотелось. Это они Малфою навешали, и пострадали!.. Рыжий сделал вид, что Невилл тут ни при чём, упорно пялясь в воду, шедшую от ветерка лёгкой рябью.

Но победитель благородной золотистой шатенки никакой недовольной физиономии не заметил, затопленный счастьем. Он колдует, и у него хорошо получается, впервые получается, не хуже других! Значит, и он не хуже, тоже не хуже!

И эта палочка-шатенка, хоть и сопротивляется, но по-другому сопротивляется, не как отцовская, безнадёжно чужая. Та работает едва ли на одну десятую, подчёркнуто неохотно, ни одного заклинания с первого раза не сделаешь. Даже Агуаменти пару раз только нормально получалось, и ещё кое-что, когда в конный бой играли и он в азарт пришёл...

Но вот эта — очень жёсткая, своенравная, малфойская такая, подходит, конечно, частично, но магию проводит нормально. А для средних заклинаний так даже хорошо!.. Она ещё довольно чужая характером, но слушается, именно его слушается!

Потому что Гарри её заставил и подчинил, а Невилл подтвердил! Значит, у него сил достаточно, чтобы и чужой колдовать, так и есть! А когда совсем подходящая появится, нужным образом подобранная, когда-нибудь, то тогда вообще…

Рон, не смотря в его сторону, пробурчал, что палка слишком приметная, с невилловской ничего общего. Но Гарри с Гермионой в один голос сказали, что это ерунда, из тонкой палочки сделать толстую несложно. И кусок дубовой веточки, которую Невилл впервые уверенно Левиозой подбросил и потом металлом сделал, к ней прикрепим, в знак победы (та уже превратилась обратно в дерево).

И тогда все будут только на лишнюю деталь внимание обращать. Потом придадим палочке разную толщину, гриффиндорский колер нанесём, поизощряемся. Красным — рукоять, чёрным — два кольца посередине, а кончик вызолотим, вот. Никто её не узнает!

В замок возвращались торжествующе, прикидывая варианты маскировки слизеринского трофея. Невилл сбивчиво благодарил и нахваливал Гарри за умение покорить сразу два чуждых магических артефакта.

Гермиона поддакивала: дескать, не просто чуждых, а даже враждебных, слизеринских, вот!.. Чистая победа, стопроцентная, гриффиндорская магия одолела слизеринскую!

Рон, загребая ботинками, шагал молча, демонстративно присвистывая и глядя по сторонам. Но оживлённой троице было не до него. Довольный Гарри, со ртом до ушей, то и дело хлопал товарища по плечу, предсказывая ему отличное будущее.

А Гермиона громко уверяла, что он теперь будет колдовать лучше многих, непременно! Потому что старательный и упорный, раз даже из совсем неподходящей палочки что-то выжимал. Другие бы так не смогли, чтобы совсем неподходящим инструментом колдовать…

И Невилл чувствовал, что и мальчик-герой, и лохматая отличница говорят это совершенно искренне. Первый раз его так хвалили, наперебой, от души, и это было счастье… Когда он десять баллов от директора получил, тогда, конечно, тоже было счастье, но другое. Там он ничего такого не сделал, если честно, и девчонке продул, начисто.

Зато сейчас показал себя по-настоящему, вражеской и непокорной деревяшке показал. Сначала Гарри ей показал, как следует, по-гриффиндорски, и Невилл свою точку поставил, тоже гриффиндорскую…

Теперь Невилл был счастлив и ходил за трио, несмотря на периодическую воркотню Рона. Тот, правда, поминал толстеньких сквибов только за глаза, всегда получая дружный отпор Гарри и Гермионы. Но не унимался, хотя обладал такой же трофейной палочкой, не полностью подходящей, и тоже занимался, разрабатывая её под себя.

Но понемногу, только чтобы баллы не снимали, и отработками не наказывали. Зачем утруждаться, если нормально получается? Хотя, конечно, преподаватели лень чуяли, поэтому и снимали, и наказывали.

А Невилл очень усердно занимался и горел желанием наверстать побыстрее. Ему очень нравилось раз за разом подчинять своенравную капризницу, хорошо замаскированную. И это получалось всё лучше: заклинания выходили точнее и точнее, с умеренным числом сбоев. И постепенно становились сильнее.

А значит, крепчал и мистер Лонгботтом, которому уже и неловко вспоминать, что считал себя частичным сквибом. И только потому, что так о нём думали… не самые умные сверстники. А он покорился чужому мнению, дурацкому, как друзья выражаются, и затупил, по их же выражению. А теперь его раступили, до большого поумнения… и умения!

* * *

Для трофейной палочки Гермиона с Гарри сделали накладку-футлярчик, чтобы снаружи выглядела объёмней и разной толщины, с геометрической резьбой. Дерево, посоветовавшись с Хагридом, взяли нейтральное, и оно не помешало. Отцовскую палочку Лонгботтом убрал в сундук, а с замаскированным трофейным подарком занимался со всей истовостью. И постепенно заставлял работать всё лучше, с особым чувством присматриваясь к успехам Малфоя с новым магическим проводником.

Таким образом, туговатая и норовистая малфоевская красотка в итоге покорилась Невиллу. Товарищи которого теперь тоже с особым чувством посматривали и в сторону гадкого блондинчика, и довольно гадкого лицом Гойла, и просто гадкого Крэбба. Кстати, крэббовская палочка, с приклеенной на кончике имитацией вылезших белых волосков, вполне сносно подошла Рональду. «Моя Крабочка!» — улыбался он, когда особенно хорошо получалось.

И гойловская палочка, постепенно, пусть не очень хорошо, но пришлась Гермионе, она её смогла раскочегарить. И ею со временем сносно удавалось колдовать грубые, атакующие и разрушающие заклинания. Пусть будет! И это же уникальная практика, подчинять чужую палочку! Мало ли, вдруг пригодится? Умения лишними не бывают, в том числе и атакующие. А изменить форму трофея было легко…

Однако на каникулах колдовать можно было только детскими палочками. Да и дома что Гарри, что Гермионе было опасно пользоваться даже незарегистрированными орудиями, потому что рядом не было взрослых магов. Соответственно, министерский контроль мог зафиксировать колдовство по месту проживания. И связать, разумеется, с подростками…

https://boosty.to/marikvanger

…Я веганом не был и в прошлом,

Аппетит мой мясцом лимитирован!

Но ел лишь зверьков безнадёжных,

Да то, что у них ампутировал…

— А вот и неправда, Хагрид! Ты — охотник, убийца здоровых и молодых зверей, жертв твоего исключительного аппетита!

Лесник от такого правдорубства даже слегка смутился:

— Ну да, Гермиона, исключительно для аппетита, раз очень исключительный, верно подмечено. Видишь ли, всё время пишут и говорят про меня всякое. Вот и защищаюсь. Но хорошо же вышло, а? Складненько так, правда ведь? Зачем безнадёжных оставлять? И небезнадёжных тоже, когда вкусные такие…

— Ну, как говорят итальянцы: даже если неправда, то хорошо придумано! Ты отлично пишешь стихи, Хагрид! Или хорошо. Иногда не очень. В целом же хорошо и отлично. Потому что творца мы судим не по провалам, а по достижениям, по вершинам! У тебя много достижений, сиятельный герцог Запретного леса!

Поэтому очень здорово, что ты фиксируешь в стихах эту ускользающую реальность нашего мира. И с ироническим взглядом на этот изменчивый мир, британским таким. Потому что без иронии в одной специальной школе довольно трудно учиться. И выживать…

Гарри согласно покивал:

— Мудрёно говоришь, Гермиона, но Хагриду явно понравилось. И мне, особенно про трудно, и про выживать. Я тоже сочинять буду, про изменчивый этот, чтоб его фестралы сгрызли... Ведь про меня чего только не говорят, и не успокаиваются. И с парселтангом этим…

Никогда не думал, что нечувствительно для себя познаю иностранный язык, и от этого заполучу проблемы! Точно-точно, писать про меня будут, задницей своей чувствительной чую, что будут, и что попало. Потому что в детских книжках обо мне писали, как о прирождённом герое, который докси щелчком пальца замораживал! А пикси без всякой палочки связывал, в кучки, по три штучки, так что никто распутать не мог…

Главное, что авторов у этих книжек не было, одни псевдонимы дурацкие, вроде Бруно Обольстительного. Враля Обольстительного! Хотя Гертруда Волнительная немногим лучше, раз описывала меня как образец прилежания, и очень модного мальчика. Чьи, мол, панталончики и комбинезончики всегда лежали в шкафчиках в образцовом порядке, от чего домовые эльфы пребывали в постоянном огорчении…

Ты смеёшься, а мне вот… ну тоже смешно, сейчас да. А когда впервые прочитал, хотелось убивать, и Волнительную, и Обольстительного! Ведь ни стыда ни совести у людей! Со страхом думаю, что случится, если Локхарту целители память целиком вернут, и он её не пропьёт…

Ведь напишет роман про уникального мальчика, который пошёл в ученики к герою и писателю, и прославился, как пить дать, напишет! Кстати, судя по псевдониму, этот Обольстительный — да как бы не наш Локхарт, тьфу! Скоро, как Хагрид, буду, обделанный местными литераторами во всех местах…

Лесник и подруга молчали, причём Гермиона смущённо. Она же помнила эти книжки, проглотила в начале первого курса, и ни в чём не усомнилась… Гарри тоже помолчал. Погрыз веточку, пошмыгал, и продолжил:

— Надо, значит, свой фольклор противопоставить, с моей, единственно верной точкой зрения. Чтобы реальность эта, мировая, от меня не ускользнула, вот. И пусть со своей кочки зрения враги будут сдуты, как профессор Брюквик говорит, мощью моего поэтического слова. А Мерлин-вращатель даст, и прозаического слова!

Про нашу школу такую сагу о Форсайтах можно сочинить, все облезут! Я же и про Филча, и про Снейпа смогу по десять глав в роман написать! Когда научусь художественно писать, вот… А про Малфойчика — все двенадцать. И это не считая Локхарта с Трелони, худших преподов из всех самых нехороших, и страшных тварей не считая. И даже Пивза с Добби не считая, твареподобных таких, а ведь и про них стоит написать…

Раз стишки идут и идут, их и буду писать, правильно наша Гермиона советует. Лениво было просто. А сейчас понятно, что надо защищаться, как-то надо. А стишки хорошо запоминаются. Если даже мистер герцог от них шкурку свою, очень специальную, почёсывает, то обычных магов я, при удаче, и до печёнок достану! Они меня достают, и я их попробую достать, и в рифму ещё!

Даром ли Шляпа меня хвалила? Я всегда думал, что она так, подбадривала — дескать, молодчина ты, на противоположные факультеты прекрасно подходишь, гармоничная волшебная личность. И все внутренние черты твои, что сейчас в мозгах прочитались, отличные, поэтому можешь быть великим, твоё это, то да сё. А сейчас во мне магия порой прямо бурлит, сил прибавилось, и физических, и всякой уверенности…

Шекспир копьём потрясал, а я палочкой буду трясти! И сочинять в придачу, вот. Глядишь, все нужные слова в правильном порядке научусь складывать. А если не получится, хоть попытаюсь, опыт лишним не будет. Вон, умный дядюшка Хагрид всегда говорит, что обязательно пытаться надо, а то съедят, как последнего бобра в Запретном лесу, при попытке к бегству…

Бобра Хагридом съедят, а на блюдо из меня уже большая очередь желающих стоит, вилками-ложками брякает… Нет, я не сильно проголодался, живот просто бурчит, от общей сердитости. Но если кто-то, очень рослый, вилками-ложками уже готов побрякать, то я компанию всегда составлю. Мы составим, правда, Гермиона?

* * *

— Хорошо угостились! Отличное было жаркое по-хагридовски! И овощное рагу тоже. Я пробовал определить ингредиенты, но это к Снейпу…

— Да, я тоже мало что поняла, баклажаны разве что, с помидорами, в этом замысловатом опусе чётко прозвучали. Забавно, что мы — самое съедобное в этом лесу, Гарри, если в самой глубине, как ты тогда Малфою сказал! Если бы не Хагрид…

— Ага, из-за его милого совета я с Арагогушкой познакомился, кстати. Незабываемой паучок! И детки его такие же, незабываемые, раз ни одного меньше кентавра, если не фестрала…

— Но мы сняли подозрения с нашего доброго друга…

— Да, и спасли единственного в мире полувеликана! Для такого дела даже Рона не жалко. А меня немножко жалко... Но Хагрид хороший, да. И даже ещё лучше!

Арагог был царём пауков,

На консервы пускал слабаков.

Очень Хагрида слушал,

Даже Гарри не скушал,

Деткам дал он погрызть дураков!

* * *

— Удивительная вещь, Гарри! Хагрид — большой ребёнок, почти семидесяти лет от роду. Самогонщик и пьяница, развёл огромных человекоядных пауков, которых, надеюсь, я никогда не увижу, ест всех подряд, и сдирает с них всё что можно. Постоянно колотит Клыка почём зря… и не зря тоже.

Ещё ведёт интенсивную и разнообразную интимную жизнь, о которой только глухой не слышал. А для нас самый лучший друг и наставник! Даже меня стрелять научил! Вот кто бы мы с тобой были, без походов с Хагридом и его чаепитий?

— Пустое место, Гермиона! Пустое, и по самое сидячее место! Вроде Рончика нашего, в его самых запущенных случаях. Так-то Рон и ничего, но иногда так бы Арагогу и выдать, на блюде, премиально… Кстати, ты про ужины Хагрида не смей забывать, что с кабанятинкой чудесной, ни в коем случае!

Вообще, как учитель этот бородатый бормотун лучше всех будет, снитч даю, и мамину колдокарточку тоже. При всём уважении к Филиусу и Минерве… Запретный лес — это наше второе образование, полагаю. И с арбалетом я себя совсем по-другому чувствую. Стрелять из настоящего оружия — очень круто! Даже квиддич уже не так будоражит, представляешь?

Гонять на метле будоражит, и побеждать особенно будоражит, и спишь после торжеств хорошо, да. Зато Вуда этого терпеть мочи никакой нет. Настоящий Перси, только на метле, зануда… нет, это Персик зануда, а Оливер — фанатик. Этот Вуд с метлой во рту родился, или в заднице, даже не знаю, агитатор и главарь в одном флаконе…

— Про второе образование ты прямо с языка снял. И да, Гарри, если Малфой родился с серебряной ложкой во рту, то этот фанатик мозговыносящих манёвров Вуд — с бладжером в башке и снитчем во рту!

— Наш Оливер Вуд — с битою крут! Всем бладжерам брат, а квоффлу — дядя! А со снитчем во рту я родился, не путай, Гермиона!

Вуд свирепо управился с бладжером

И противников им же осаживал:

Одному выбил глаз,

А двоим разбил таз,

Так победой он львят взбудораживал!

* * *

…С Дамблдором, ребятки, шутить осторожно следует, поскольку у него свой юмор имеется, великий, до невозможности. Альбус любит смеяться последним, а уж шутки у него бывают… ни у кого больше таких шуток нет. Вообще ни у кого, раз такой великий человек!

Только представьте, он своих врагов в унитазы для Хогвартса превращал! Да, заклятьем вечной трансфигурации превращал, очень затратным, очень. Там Минерве, чтоб один такой унитаз сотворить, полдня пластаться надо! А потом ещё цельный день виски лечиться, бедненькой. И хватит его лет на пять-десять, не больше, там же масса значительная, сами понимаете.

…А директор палочкой помахал, и вот уже из плохого мага отличный унитаз сверкает… какого хошь цвета, вот! Уже лет тридцать таким манером сантехнику в школе совершенствует, и никаких проблем… в смысле, неразрушимый фаянс у него выходит, абсолютно! Сотворит, а потом сидит себе, чаёк попивает, довольный, и глаза добрые-добрые!

У нас в школе санитарная культура среди магических учебных заведений самая первая! Ну, недаром именно в Лондоне первый общественный туалет изобрели да поставили, да…

Там, в Шармбатоне этом, небось, в кустики ещё бегали, а у нас уже такая современная канализация была, что ого-го! Великий человек Дамблдор, у него где попало не погадишь. А вот в кого попало — это как повезёт!

* * *

…Ох, ребятки, спрашиваете про самые сложные вещи, магию-шмагию эту всю. Труднопознаваема она — и в теории, и на практике. Исключений к тому же столько… Умные-то люди как говорят?

Теория, это когда ничего не получается, но известно почему. Практика, это когда что-то получается, и неизвестно почему. А когда теория подкрепляется практикой, ничего не получается, и не известно почему. Это, конечно, шутка, но, как говорится, в каждой шутке есть только доля шутки…

Магия, ребята, — она же и маглов достаёт. Почему простецы в приметы верят? Дескать, если скажешь это, а сделаешь так, а увидишь вон то, то будет, значит, во как, или не будет… Это они с магами встречались, и поняли, что желание, или ещё какое случайное дело может реальность менять. Да только один Мерлин знает, в какую сторону…

Тёмная вещь — магия. Не в том смысле, что тёмная бывает, и до крайности, когда некроманты там всякие… А в том, что мало в ней понятного. Так может приложить, что только и думай — чего такого натворил, за что с тобой так? Оказывается, предки натворили, а ты платишь.

Ну, магия нас и спасает порой: и кровь может остановиться, если слишком вытекает, и аппарация, стихийная, из опасного места случается… Не всегда, это понятно, но немало таких случаев известно, немало…

* * *

— Ты, Гарри, Гермионку-то слушай, она очень дельная, хоть и девчонка. Это редкость, когда бабы такие умные бывают, да ещё такие зелёные. Хотя она тебя и постарше будет, и читальщица такая, что прямо не могу. И что лучше реализовывать идеальное, чем идеализировать реальное, это прямо очень хорошая мысль, хотя и трудная.

— Разве женщины глупее мужчин? Гермиона говорила, что это просто живучий предрассудок…

— В целом, да. Ну, что не такие умные, как мы. Но только в целом, потому что колдунишки такие бывают, что Мерлин упаси! Тут главное, в характере и упрямстве, и в мозгах, конечно.

Если баба глупая, упрямая и вредная, то беги от неё врассыпную, иначе жизни не будет. Я-то женщин повидал, маловато их, чтобы и с мозгами, и с характером невредным, в основном, бабы они, болтливые и неосновательные, вот. И мстить тоже любят, мужчинам особенно…

Зато Гермиона эта — и с характером, и умница, и за справедливость стоит. Это очень важно, Гарри, чтобы за справедливость, так мало кто может. Я вот — за справедливость, и всегда выступаю…

Да, выступаю, но не всегда стою, где-то и уклоняюсь, и даже отступаю, если плохую силу против себя чувствую. Потому что жизнью ученый и где-то битый, а уж покусанный — так прямо во всех местах… Удивительно, да? Такой здоровый дядька, а кого-то боится, странно, да?

— Скорее непонятно, Хагрид! Кого тебе бояться? Это потому, что ты говоришь что думаешь, так?

— Вам — да. И никогда детям не совру! А остальным… по-разному. В лесу я, понятное дело, никого не боюсь, там наоборот, от меня разбегаются, у меня же аппетит, я к дичи сызмальства привык, и к хорошей. Чего попало жрать не буду, на это Клык есть…

Потому что с оружием по лесу хожу и места опасные знаю, где ночью шляться не стоит. А около пещер паучков, полуразумных таких — и днём не стоит, если налегке, без подарков… Однако в остальной жизни зависим я, ведь лесника легко обидеть можно. И жалованьем, и угрозой погнать, ко всем фестралам, если ещё раз за химернёй поймают…

— Какой это… химернёй, Хагрид?

— Да рано тебе пока, Гарри, про это знать… Мутная вещь, и опасная, а у тебя и так жизнь неспокойная какая-то. Совершенно не детская жизнь, а это же неправильно… Несправедливо, вот! Поэтому надо иметь друзей рядом, и врагов знать надо, и думать, как их победить, или, хотя бы, это вот… нейтрализовать. Для этого мозги и нужны, как свои, так и чужие.

Твоя девчонка очень хороша, во всём, думает постоянно. И ты думаешь, молодец, и талантов в тебе — кучка могучая. А Ронни этот — пустой, греметь только может. Если человек даже дерьмо из себя выдавить не умеет, потому что жрёт в себя, как… не в себя, как Клык последний, то… понятно с ним. Такой Темзу не подожжёт!

— Да, мне Гермиона эту поговорку цитировала, правильная она. Рон, конечно, странноватый, но другие ко мне дружить не бросаются. Вот совсем! А многие так и шарахаются, максимум, шрам разглядят, во всех подробностях, и айда…

— Им родители про тебя разное говорят. Дескать, поосторожнее, сторонники Неназываемого будут его того, и тебя тогда тоже, за компанию… Так и говорят, особенно мамаши, естественно. А другие детишки, может, и стали бы дружить, и охотно, с таким героем, да их Рон отпугивает.

Как в старину говорили: если предатель крови не сдаётся и не вешается сам, его на алтаре до праха утилизируют! Жестоко, но верно, в принципе. Ишь, чужую магию пить! Этого у нас сильно не любят, сильно… Маги же такие индивидуалисты, что куда там маглам!

Уж насколько я устойчивый к магии, а и то, иногда чувствую, когда рыжий поблизости, что неприятен мне Ронни. Ничего не сделал, а неприятен. Потому что магию сосать пытается, неосознанно, но от этого же не легче. Моя магия против, вот. Ты очень сильный магически, тебя и на домовика хватит, чтобы привязать, если что, и на Рональда этого хватает.

А девчонка ваша слабенькая, ей Рончик в тягость, она старается подальше от него быть. Неосознанно, но я-то вижу, что Гермионка так магию свою, невеликую, бережёт. Но она молодчина, всё время тренируется, даже если не получается ничего, всё равно пытается.

И вас подталкивает, потому что педагогический талант имеет, он у женщин часто встречается, вон, сколько в школе преподавательниц, и какие сильные есть… Одна Минерва чего стоит! Да и Помона тоже сильна. А каждая попытка колдовать, даже неудачная — это очень маленькое, но магическое усиление. Потому что твоё ядро от всякой попытки тренируется, даже неудачной.

Но Рональду эти тренировки на фиг не нужны, он же вампирит помаленьку, неосознанно. Но вот лень у него осознанная, не бывает такой лени стихийно, это работать над собой надо, постоянно, чтобы столько лени было…

Гарри кивнул и досадливо причмокнул. Да, здесь Хагрид прав: Рон, конечно, лениться любит, всё делает на отвяжись. И слова часто не держит. И орёт на всех, первый, докапываться до людей любит. И грубый, да. Раз только грубость правильно проявил, когда на тролля наехал, но тот же первый начал...

И смелость с умом проявил, когда под удар ферзя этого встал, бабищи каменной, с холодным оружием наперевес. Ещё в подземелье решительно шёл, так там сестра была, всё-таки. Слизеринцев бить-материть может и хочет, очень хочет.

И в конный бой хорошо может, и на метле неплох. Ну и аппетит повышенный, с запорами вместе. Вот и всё, вроде, что о Рональде можно существенного сказать. Да, маловато как-то…

Быстрее прочитать: https://boosty.to/marikvanger

Скорая попытка отомстить за поражение в купейной битве при Гермионах (так Невилл окрестил сражение) оказалась для слизеринцев малоудачной. Быстрый мальчик Гарри от слизеринцев просто убежал, успел. Малфой в спину пулял заклинаниями, а он как почувствовал — сильно пригнулся, и какая-то дрянь, непонятная, над самой головой шелестнула…

Потом уже расстояние не позволило добить заклинанием, он же бегать умеет! Если бы в Хогвартсе проводились соревнования по лёгкой атлетике, мистер Поттер и отжаться бы смог, много раз, и бегать-прыгать. Жаль, что плавать не умеет… А убегать от троих — это вовсе не позор, что бы чистокровный там не вопил про жалких трусов.

Мальчик не забывал о бдительности, но в другой раз вассалам удалось перехватить Поттера на пути к жилищу лесника. Мистер Малфой-младший не забывает обид! Дальше всё должно было быть очень просто. Босс велел бить до сильных повреждений, а также наступления полного удовольствия.

Только палочку не ломать, а остальное можно ломать, и выкручивать тоже можно. Сильно — это хорошо, это гораздо лучше, чем друг друга, в этих спаррингах, скучноватых. Когда сильно, это максимальное удовольствие!

— Снимай стёклышки, Поттер, бить будем!

— Чой-то бить?

— Так надо. Возбухаешь много, на босса бочку катишь, и даже на нас. А он в ответ нас с Грегом на тебя накатить решил. Так что будем тебя плющить накатыванием, до полного расколбасивания в листок! В ухо тебя будем бить, и по другим мордастым частям будем, и по туловищу тоже!

— Ага, Поттер, и по очереди будем, и вместе тоже, и ногами, и до полной физической усталости. А мы в отличной форме, поэтому предлагаем полное отбивное обслуживание, здесь и сейчас! Ты у нас…

— Ты будешь валяться здесь, Поттер, и тебя нескоро найдут! Готовься пропустить ужин, очкастый!

— Понял вас хорошо… Стишок смешной хотите?

— Не-а!

— Так и знал…

И Гарри, увернувшись от потянувшегося к нему Гойла, метнулся в ноги Крэббу. Туша повалилась удачно, загородив Гойлу дорогу. Но тот, перескочив коллегу, бросился за Гарри и бежал очень резво. Если бы не практика с кузеном, мог бы и догнать, потому что ноги длинные и очень выносливый, несмотря на массу. А так утомил только.

Крэбб сильно отстал, но потом тоже быстро бежал, но уже не за Гарри. Потому что мальчик-герой вывел преследователей к дому лесника, и оттуда с громким лаем вырвался Клык. Он с удовольствием погнался за крупными ребятами, а Гарри, махнув собаке, с облегчением присел на пенёк и принялся восстанавливать дыхание. Клык отлично понял его решительный жест и погнал слизеринцев к школе.

Мистер Гойл сразу почувствовал, что сзади очень большая и быстрая собака, очень громкая. Говорили, что трусливая, но ведь не боится, хотя их двое, и не отстаёт. И всё время гавкает, басисто, как в бочку. И зубы такие, что прямо плохое предчувствуешь, да на всю пятую точку. И предчувствия эти не обманули…

И Крэбба тоже не обманули, он аналогичное предчувствовал, они в больничном крыле обсуждали. Потом медиведьма довольно небрежно укусы залечивала, и высказывалась, что дразнить собаку лесника не стоит, даже такими мясистыми и плохо прокусываемыми частями.

А кого попало она не кусает, учтите. И без обезболивания походите, дворянчики драчливые, вам не привыкать, будущие мастера боли, чистокровные до не могу…

А Клык, чувствительно тяпнувший врагов и хорошо их погонявший, за свою разумную инициативу, хотя, на деле, инстинктивную, получил потом хорошие куски мясного пирога. И гораздо крупнее, чем обычно. Уже не только от благодарного Гарри, но и от тоже благодарной, за помощь другу, Гермионы…

Пусть и глупая животина, этот Клык, но какую же пользу принёс, телохранитель зубастый! Лопай, лопай, хорошая собачка, лопай, не лижись только, нет, кому сказала, не лижись, скотина ты блохастая!..

* * *

Гарри понимал, что в тот раз ему удалось Крэбба и Гойла вывести на Клыка, и это было везение. Но они же не отвяжутся. Они же прямо как Дадличек, которого это, как Гермиона говорила, в Хоге взяли и клонировали, два раза, чтобы проблемы удвоить. Мало ему одного Падлика, и Малфоя в придачу!

Ну да, Хогвартс явно считает, что мало: магические твари, конечно, хорошо, но к ним прилагается и комплект обычных тварей, в человеческом облике… Хорошо, Невилл подсобил: и подсказал, и принял участие в одной специальной операции, молодчина, не струсил. Хочет отомстить этим шкафам, и отомстит! Тренируется драться, вот молодчина!

* * *

Из дерьма торчит рука,

То — ошибка барсука:

Подкормил росянку,

Но примял говнянку!

Набирал он жменю тмину,

Наступил потом на мину:

А говнянка не простит,

Дерьмо струями летит!

Ты скажи, барсук, спасибо:

Тмину горсточку надыбал,

Можешь посыпать дерьмо,

Будет с запахом оно!

…Фекальница-метательница, а в просторечии просто говнянка, редкое, по счастью, растение, отличающееся большим, а порой и огромным подземным резервуаром. В нём фекальница годами копит компост, имеющий огорчительное запаховое и прочее сходство с общечеловеческими навозными ценностями. Накопление долгое, и опорожнение под себя постепенное, неторопливое.

Правда, и неуклонное. Но если наступить на молодую сторожевую поросль, то от основного растения получается эффект мины. Разной силы: резервуар опустошается частично, когда вес малый, либо наоборот, если метательница испугается и метнёт по-настоящему. Такой вот защитный механизм, очень эффективный для вразумления всех, кто потянется погрызть свежие веточки.

Три известных школе случая срабатывания говнянки, накопившей к тому моменту полный запас компоста, породили некоторый фольклор. Ибо гейзер дерьма, со сбиванием с ног и покрыванием подорвавшегося толстым слоем, воистину производил сильное впечатление... И это впечатление потом долго питало рассказы и даже поэзию.

Гарри ещё на первом курсе услышал от близнецов дразнилку про барсука, только не понял, откуда там такая куча взялась, чтобы прямо тонуть, раз говнянка. А Невилл недавно подробно рассказал про все эффекты. И говнянку эту показал, фекальница которая, и меры предосторожности объяснил.

А Гарри как осенило, и он стал думать об использовании биологического оружия, в этом мире незапрещённого. И Невилла нагрузил, и тот очень весело думал, в правильном направлении, и радовался, от предвкушения.

Гарри ещё и с Хагридом посоветовался, как же без этого. Лесник знал расположение двух метательниц в лесу, старых и заслуженных. И узнал про обе в результате близкого знакомства. И тоже как-то предупредил ребят о потенциальной опасности.

С долей восхищения перед силами природы рассказал, как однажды был сбит с ног струями хоть растительного, однако несомненного дерьма. Больше чем по пояс было, так хлестало, во, силища! Второй раз успел отскочить, но извозюкан был так... Там же гейзер бьёт, натуральный гейзер!

…Хотел вгорячах выкорчевать эту дрянь, но потом смягчил раздражение самогончиком и решил не связываться. Потому как резервуар у взрослого растения глубоко, и без потерь до него не добраться. Ну её, фекальницу эту. Гнездо шершней ворошить не надо, и на сторожевые побеги говнянки тоже лучше не наступать, целее будешь.

Пьяный или малый в таком сюрпризе и утонуть могут, а это плохая смерть, то ж понятно. Вроде подленькое деревце и растительное дерьмо копит, а от натурального только специалисты отличают. Вот и он теперь специалист, но без этого знания отлично бы жил…

* * *

…Мистер Малфой организовал засаду лично, раз вассалы провалили избиение и сами оказались покусаны. Гнать надо не к леснику, поняли, болваны? Поэтому слушать сюда, про правильную загонную охоту!..

И засада очень правильная получилась, и Поттер ожидаемо не смог пройти мимо безнаказанно. И хоть среагировал сразу, и побежал, да только, без помощи собаки, куда ему от троих?

Гарри, преследуемый неожиданно выскочившей тройкой слизеринцев, допетлял до нужного места. И промчался рядом с указанным Невиллом сторожевым побегом, специально пнув его. Фекальница реагировала не мгновенно, а на большой вес, агрессию или топтание мелких школьников на одном месте.

Подсказанная тактика сработала. Вырвавшийся вперёд предводитель карательного отряда получил первым. На месте взвизгнувшего блондина шумно взметнулся коричневый гейзер, в который по инерции влетели телохранители. Крикнув от неожиданности, они тут же поняли, что сделали это зря.

Пытаясь отплеваться на лету, Грег и Винсент, сбитые с ног давлением четырёх струй, рухнули в небольшой зловонный бассейн. Где уже ворочался и верещал опрокинувшийся на спину Малфой. Подняться ему суждено не было. Потому что мистер Гойл упал с размаху, выставив локти, один из которых погрузился в тощую плоть наследника.

Драко в ответ громко исторг фонтанчик коричневой субстанции. Но это было единственным плюсом от соприкосновения чистокровного живота с аналогичным по происхождению локтем. Наследник, дух из которого буквально выбило, под тяжестью вассала сразу погрузился на добрый фут в то, что набежало. И совсем уже бессильно заворочался в чудовищном бассейне, который продолжал пополняться, хотя и без прежней интенсивности.

Однако судорожные трепыхания в плотной среде длились недолго. Ибо суетливо пытавшийся встать временно ослепший Гойл, пытаясь очистить глаза от липкой субстанции, наступил затонувшему Драко прямо на подбородок. Наследник, помимо богатых болевых ощущений, почувствовал, как хрустнули зубы и невольно распахнулась челюсть. И было непонятно, что хуже: нестерпимая боль или аналогичный вкус в принудительно открытом рту?

Гойл, радостный от того, что гейзер опал и уже не свистит, а лишь клокочет, поторопился с эвакуацией из опасного места. Очень довольный, что нащупал опору, он оттолкнулся от неё, чтобы скорее покинуть ловушку.

Под ногой что-то хрупнуло, зато Грегу удалось зафиксироваться в вертикальном положении. Теперь он стоял на затонувшем сюзерене и, пытаясь проморгаться, искал его. А потом снова оттолкнулся от твёрдой кочки под правой толчковой, и неуклюже выполз на чистое место, которое тут же перестало быть таковым.

Когда Гойл сошёл с кочки, на босса наступил Крэбб. Правда, к счастью, не на голову, а на поджатые к животу колени. В отличие от коллеги, Винсент сразу догадался, что именно нащупывалось под ногой. Между тем Гойл лихорадочно вытирал ладони о траву, чтобы потом всё-таки попытаться протереть глаза.

И тут прямо из эпицентра катастрофы поднялась массивная фигура, покрытая толстым слоем светло-коричневого вещества, причём везде. Но по габаритам было понятно, что эвакуируется соратник. Где же тогда стройный изящный босс?

Оттерев один глаз, Гойл увидел, что крупная фигура с усилием тащила из глубокой лужи такой же коричневый и бесформенный мешок. «Наверное, несколько побегов оторвал, чтобы не фонтанировали! — с уважением подумал Грег. — Я бы не догадался… Ну да, вырвал их, вот фонтан и прекратился.

Босс наградит! Наверное, сзади стоит, молча, чтобы не набрать… Какая же вонючая дрянь, настоящее дерьмо! И откуда только… столько?»

Отплёвываясь, Крэбб осторожно положил мешок на чистое, плюхнулся рядом и с ожесточением стал тереть ладони о траву. Прошло секунд десять. И тут из мешка послышался слабый стон. Гойл, закончив с протиркой органов зрения, с перекосившимся лицом посмотрел на соратника. Тот как раз также очистил глаза и утвердительно кивнул.

Гойл ринулся к наследному телу и вдруг недоумённо замер. Стон прекратился, поэтому где находилось лицо шефа, было непонятно. Субстанция оказалась не только неимоверно вонючей, но также плотной и клейкой, созданной для максимального затормаживания растительноядных врагов. Её слой был отвратительно толстым, и был везде.

Крэбб глянул на отчищенные руки и решительно погрузил их в коричневое. Отрицательно мотнул башкой. Грег, отворачиваясь от полетевших брызг, догадливо закопошился на противоположной стороне мешка. Надо было как-то освобождать и чистить босса… Вот это нас отдерьмило!

Работа предстояла большая. Драко тем временем окончательно пришёл в себя и, получив свободный доступ воздуха, принялся исторгать содержимое желудка. Очень хотелось создать компанию, но Гойл справился с позывом. Он, стараясь дышать ртом, почти сразу отстранился от самоочищающегося сюзерена.

Понимая, что очистные процедуры затянутся надолго, Грегори посмотрел в небо, подумал, потом неловко встал и, пошатываясь, побрёл за помощью. Теперь Крэбб пусть оттирает босса, его очередь. А мистер Гойл подышит воздухом подальше от места катастрофы.

Как же липнет, и везде! И воняет… Боссу от такого запаха особенно тяжело. А ведь он ещё и наелся… наглотался. А ведь мог и совсем того, утонуть! И он-таки мог, если бы на него Крэббом наступить, неудачно… Так это он сам, выходит, на босса наступил, потом на нём стоял, а потом от кочки… головы босса отталкивался, всей массой?

Ох, да Моргана-мать и Мерлина зять! Босс-то злопамятный, будет мстить, а это он отлично умеет, его учили. Мистера Гойла, конечно, тоже этому учили, и весьма болезненным образом, и поныне учат, на каникулах. Но, так сказать, учат на серебряные деньги, с большой медной примесью.

А наследник Малфой за исключительно золотые деньги учился и учится, с бриллиантовой посыпкой, поэтому колдует превосходно, лучший на курсе… И по коварным заклинаниям тоже лучший, ноги склеивает вообще идеально, особенно всяким Лонгботтомам. Когда толстяк прыгает лягушкой, одышливый и жалкий, так смех полный!..

Но за сегодняшний эпизод мистеру Гойлу точно ноги склеивать не будут. За такое и задницу могут заклеить, наглухо, как Малфой иногда грозится. Да, плохи дела, и на Крэбба не свалить, раз он шефа вытащил… Очень плохи, хоть разизвиняйся весь…

Вон, Крэбб только два раза шефа струёй сбивал, и сколько жалящих наполучал? До фига! А за вот эту лужу… ванну… бассейн что? Да он бы на месте Драко жалил бы, и жалил, до лёгкого магического истощения. И полного опухания этого, который голову босса, да как опорную точку…

С другой стороны, дома отец с ним плетью работает, с каждым годом хвостов в этом неприятном инструменте добавляется. Так никуда ж не денешься! Жалящие от отца куда сильнее, чем от Малфоя. Значит, он вытерпит, не зря же его дома столько тренируют, с четырёх лет. Или трёх с половиной…

Мысли были плохие, но среди них вдруг проявила себя одна хорошая. Не сразу, но Гойл догадался сбросить тяжеленную мантию, и жизнь намного улучшилась. И дышать стало легче. Так, надо встретить кого-нибудь из своих, чтобы передали декану…

Тем временем мистер Крэбб осторожно приподнялся, сорвал пучок травы и стал аккуратно чистить то место, где, после усилий напарника, угадывалось лицо благородных очертаний... Только челюсть как-то странно торчит, вбок, непонятно как-то. Наверное, от блевания вывихнулась, и от того настолько больно теперь боссу, что он даже не извергается, а только мычит, жалостно…

Нет, это Малфой просто отдыхал, утратив силы. А теперь по новой пошёл извергаться, потому что наглотался. Да, не повезло аристократу так вот затонуть, желудок-то совсем слабый, коль привык к изысканной пище. Наследник только сладкое хорошо усваивает, за троих жрёт, хотя, бывает, его и несёт, если перестарается…

Так всех несёт, если перестараться, это единственный недостаток сладких вещей, совершенно простительный, если по его мнению… Да, и челюсть у босса совсем слабая, вывихивается от блёва на раз. То ли дело они с Грегом, их челюсти никогда не вывихиваются. Хотя от некоторых ударов, бывает, и ломаются, так на то и бокс. Если бы шеф боксом закалялся, то так бы не вывихнулся, нет…

Вассал потихоньку оттирал сюзерена, бормоча что-то, по его мнению, утешительное. Фекальница, между тем, с похлюпыванием стала всасывать извергнутый продукт обратно, в обширную полость прикорневого хранилища. Чтобы снова копить и ждать гостей.

https://boosty.to/marikvanger

Драко Малфой был выдернут из фекальной ловушки сравнительно быстро. Однако поскольку нырнул с головой и полежал на глубине, успел изрядно нахлебаться, до потемнения в глазах.

Его долго рвало, и как никогда! Он как-то переел сладкого, и его просквозило с двух концов, однократно. Было неприятно, но мамочка всё поправила, она очень хорошо лечит.

Сейчас же, разлепив глаза и увидев, чем его рвёт, мистер Малфой продолжил извергаться, с новой силой. И даже когда в желудке давно ничего не было, наследника продолжало полоскать, и от запаха, и от свежайших воспоминаний.

Помощь в лице крёстного подоспела довольно быстро, но очищающее заклинание дяде Северусу пришлось накладывать трижды. А на вассалов — четырёхкратно, они же крупнее.

…Хорошо, что крёстный челюсть сразу вправил, а то боль была неимоверная. И очистил, и даже предложил мятную конфету. Она была явно магловской, но как-то помогла, хотя приступы тошноты возникали даже от одного запаха. Поэтому любимую мантию пришлось поменять на менее любимую, не носить же её…

И костерост, чтобы челюсть срослась и два зуба выросли, такая гадость, просто слов нет! Костеростом Поттеров поят и Лонгботтомам оставляют, а ему эта гадость совсем не показана! Тем более по второму разу, в течение буквально двух месяцев! Как же горит нижняя часть лица, как там печёт и припекает!..

Ещё хуже горит, чем в первый день учебного года, после драки в купе с гадкими грифами, такой неудачной! Когда его не только премерзко прокляли, но ещё и промочили, вассалами, а потом налетели дементоры, что оказалось даже хуже промачивания... Нет, это его сейчас особенно мерзко и премерзко… искупали, накормили и поломали! С Малфоями так нельзя!

Продолжительное время после того Малфой не мог подойти к проклятым теплицам без ощущения подкатывавшей тошноты. Что это за растительное дерьмо, которое не отличить от подлинного?

И откуда оно берётся, да в таком количестве? О, Мать-и-Магия, как трудно постичь твой умысел, явно злой умысел, к Моргане ароматной не ходи…

* * *

Мы оставили Грегори Гойла, когда он отбросил промокшую мантию, собравшую на себя десятка три фунтов продукта от фекальницы. Бредя тогда за помощью, мистер Гойл вдруг ощутил в голове продолжение сильного мыслительного процесса.

Опасно было, это вот всё, и даже очень! Если босс в дерьме бы утонул, то и Грегори тоже бы утопили, с Винсом вместе! Что за ловушка такая, невиданная и жестокая? Разве в школе должны быть такие ямы… выгребного типа? Или это штрафная яма, которую давно отменили, но забыли убрать?

Или специально оставили, как старинные цепи и кандалы школьному смотрителю Филчу? Который с большим удовольствием показывает их тем, кого присылают на отработку, и рассказывает неприятные вещи.

Нет, такому тяжёлому подростку, как мистер Гойл, было бы крайне затруднительно висеть на больших пальцах ног, да ещё и долго! Его отец просто за ногу подвешивал, и за дело, если честно, и то кровь к голове так приливала, что чуть мозги не лопнули!

Неужели коварные грифы взорвали старый туалет, в целях заговора против чистой крови? Да только ведь не было следов вредительства, ни малейших, декан так сказал! Хотя если такие гейзеры, это же результат взрыва, так? А в школе нельзя взрывать, чтобы прямо гейзером, и сплошное дерьмо!

…Да, именно сплошное, и в огромном количестве. И какое же липкое дерьмо, прямо тянется и не отрывается! Из каких же магических тварей такое особенное дерьмо?

Так-то человеческое, по виду и запаху, однако насколько же плотное, тяжёлое и липкое… Значит, из самых сильных магов? О, так это может быть туалет Основателей, раз такое липкое! И плотное…

Ух ты! Открытие сделали! А если оно Основателей, то им мазаться, наверное, надо, для здоровья. Как этот сквиб Филч, очень активный старикашка, особенно по части уничтожения виски и создания перегара, целыми облаками…

Так-так, раз оно такое плотное и липкое, значит, в нём магия, не иначе. Сырая, вот. Да и внутрь попало, значит, будет больший эффект для здоровья, полный. Наверное, быстро будет, раз продукт от Основателей.

Ну да, они же долго жили, уборную себе отдельную сделали, логично. В целях безопасности, ведь в средние века было ещё хуже, чем сейчас, кто-то про такое говорил, чуть ли не Бинс… неважно. Вот и накопилось.

И, значит, благодаря избытку магии всё это добро на поверхность рвануло, а им повезло мимо пробегать. Да, Поттер мимо промчался, а они теперь все целиком намазались. И стало быть, уже вовсю магией пропитываются, сильной и особенной.

Да, прямо голова кружится, и от перспектив, и от запаха. Особенный запах, очень крепкий и чем-то отличается, несомненно. Пусть не сильно, но чувствуется, что особенный продукт, не рядовое дерьмо какое-нибудь, а похлеще…

С одной стороны, неприятно, что и во рту тоже сильно ощущается, а с другой стороны, это значит что? То, что ещё больше древней магии попало в этот, организм. И она уже действует, ядро развивает, проводящие каналы развивает, как по учебнику. Может, и наследственную тупость сырая магия растворит, и тогда вообще жизнь будет лёгкая, сильные заклинания сами разучиваться начнут…

Вот, он вспомнил, что семью восемь пятьдесят шесть, неудобная такая цифра. Плохо всегда запоминалась. А сейчас прямо ясно очень, что именно пятьдесят шесть, и никак иначе. Вообще сомнений нет, что пятьдесят шесть! Точно, поумнел он, красота...

* * *

Гойл, к несчастью для себя, успел озвучить в слизеринской гостиной версию происхождения принесённого пахучего продукта. Чей аромат и так явно витал в помещении, вызывая многочисленные нарекания. И, разумеется, был оскорбительно высмеян всеми старшими.

Досталось и Малфою — дескать, ну и вассалы у тебя, Дракон, умереть, не встать! И сам ты неправильный Дракон! Другие в крови дракона купаются и силу получают, а ты в дерьме искупался, имя своё унизил. А вассалы твои вообще, дерьма нахлебавшись, считают, что в кале самих Основателей омылись и теперь силу великую получат. Или хотя бы немалую. Вот же остолопы!

Основательно провонять — ещё не значит приобщиться к Основателям, Дракончик ты ныряющий. Да хоть Мерлина нужник! Не спеши нырять в дерьмо, с плохим запахом оно! Ищите магию в другом месте, убогие!..

В общем, поизощрялись софакультетчики, никто не посочувствовал. И декан тоже недовольство выразил: не лучшая реклама Слизерину получилась, ведь вонять дерьма куском — это участь барсуков!

И стишок про них и фекальницу был очень удачный, относительно посыпания тмином. Миссис Помону Спраут было приятно иногда поддевать на этот счёт. А теперь про слизеринцев нечто подобное напишут, так что ли?

После истории с отвратительной растительной ловушкой Драко надолго погрузился в печаль. Плохие сны с полным, так сказать, погружением были самым слабым из последствий. Положение на факультете опять подорвано. Сколько интриг, сколько потраченного золота…

Только-только вернул уважение, после того драматического ныряния в унитаз, от чистокровной девической руки, как, в полном смысле слова, вляпался! Нет, затонул! И снова пошли порции малоуместных вопросов об ощущениях, не слушал бы!

…А правда ли, что прямо гейзером, и даже с ног валит, а потом засасывает, и прямо по горло? Или с головой? И трудно смывать, и очень, да? И что, так сильно прилипает? Или очень сильно?.. И к палочке тоже прилипает? И что, действительно, от натурального почти не отличить?

Нет, а чем всё-таки отличается, должны же быть хоть какие-то отличия с естественным продуктом, это же чисто растительное вещество?.. А остались образцы для изучения, с воронами поменяться?.. Действительно, ни кусочка не осталось? Оно же так прилипает, странно даже, жаль, жаль…

Кретины! И почти сразу прозвучала кличка «Первооткрыватель», очень обидная... Действительно, вассалы в его фонтан после влетели, он-то первый… Хотя и в прошлые десятилетия такое случалось, с отдельными невезучими, но среди нынешнего поколения учащихся он действительно первый…

Какая же отвратительная форма жизни, хуже любой твари! Сука, Поттер, как подставил! Отдерьмил, да прямо с головой! А сквиб, наверное, помогал. В прошлый раз барсуки влетели, так им и надо, а теперь…

И факультетские в претензии, дескать, с барсуками их уравнял, Первооткрыватель! Ну, и Поттер со товарищи, конечно, не пропустили случая поглумиться. Шрамоголовый прямо на стишки изошёл, такие же вонючие, как…

— Что, Дракончик, получил фекальницей по сидальнице? За обе щёки получил, да? Не морщись, уже не воняешь, почти! И корни волос коричневым хорошо прокрасились, тебе идёт!

Кстати, мы знаем, где ещё одна фекальница растёт, и много накопила. Мы её тебе бесплатно покажем, не беспокойся! Таких, как ты, ей минимум троих для полного срабатывания надо! Поэтому обязательно с вассалами приходи!

Ты учись нырять в дерьмо,

Плюхайся, как птица,

Провоняешь, как оно,

В жизни пригодится!

В мире магии дерьма

Залежи громадные!..

Пожиранцев ждёт тюрьма,

Камеры прохладные!

Когда будешь в Азкабане,

То покрепче там воняй,

Чтоб без палочки в кармане

Ты дементора б гонял!

* * *

…Невилл особенно радовался тому, как ловко Гарри вывел врагов прямо к коварному растению и всё правильно сделал. А он, подсказав товарищу про возможности фекальницы, как следует отомстил за то своё попадание к Помфри, после матча по квиддичу, со сломанными рёбрами и выбитыми зубами…

Смех по всей школе был, конечно, эпический, особенно среди барсуков. В прошлый раз-то один-единственный барсук с фекальницей познакомился, а теперь целых три слизня окунулись!

Прекраснейшая новость была для всего Пуффендуя, там радовались все. Да и деканша, Помона Спраут, ходила явно довольная и категорически отказалась выкорчевать странное растение.

И особенно приятно было Невиллу, что именно наследник Малфой больше всего пострадал! Ибо капитально нахлебался и два дня потом совершенно не мог вкушать. Совершенно ничего не мог, кроме чая, и очень осунулся. Чрезвычайно бледный на уроки ходил, и даже слегка пошатывался, иногда. И помалкивал, совсем.

Очень непривычно было не слышать самодовольного фальцета! И припахивал наследник, слегка. Однако не меньше, чем громоздкие телохранители, на что многие с удовольствием обращали внимание. Потому что продукт фекальницы не только очень хорошо прилипает, но и запашок свой надолго оставляет, особый.

Ещё добрую неделю Драко сидел за трапезами совершенно без аппетита. Недовольно косясь и на вассалов, которые в привычной манере подвергали съедобные окрестности стола полному разграблению. И на недовольно поводивших носами сокурсников, оставлявших по три места рядом с троицей свободными. Даже сильные духи не забивали тот растительный аромат полностью, а как-то сочетались с ним, очень неправильно…

Проклятая гербология, упаси Мерлин, старикашка вреднючий, от повторного знакомства! Теперь только за телохранителями ходить, след в след, и ни в коем случае не впереди!

Конечно, претензии от своего факультета самые болезненные, но ведь и вся школа обсуждает. Да в самых невыгодных для пострадавших аристократов тонах. Дескать, пусть змея и скользкая, а к хорошему-то дерьму отлично прилипнет! И так далее, и тому подобное…

Поттер очень коварен, и скорее всего нарочно пробежал мимо фекальницы. Не стал его сжигать, принося в жертву при свидетелях, но захотел утопить, максимально унизительным образом.

Раз сжёг Квирелла, значит, наследник Малфой был в огромной опасности… Да, это так! Ведь Поттер вообще разнуздался до такой степени, что пытается приносить в жертву профессора за профессором!

Правда, когда шрамоголовый, незаконно качая силу, попробовал забрать магию и у Локхарта, это, в определённой степени, было неплохо задумано. Потому что фанфарон-беллетрист страшно раздражал своим бездарным пародированием лучших мантий и обуви наследника Малфоя, а также и его несравненной укладки.

Пародируя самого стильного в Хогвартсе аристократа, Локхарт рекламировал свои соломенные патлы, очень нравящиеся слабому полу. При этом уложенные так, что это подчёркивало некоторую одутловатость лица, заметную при особенно критическом взгляде. И ещё обращало внимание на не вполне идеальную соразмерность физиономии по длине, из-за высоковатого кока, уже менее модного, чем в прошлом году.

Наследник, к сожалению, слишком поздно понял, что воняющего трупом Квирелла можно было к самому концу года уже и сжигать. А наглый полукровка взял и опередил! Налицо досадная ошибка начинающего свой великий путь аристократа — вот так промедлить.

Хотя, с другой стороны, приносить в жертву преподавателя в учебном заведении — это некоторый цинизм. Особенно находясь ещё в младшем школьном возрасте, это надо признать.

И опасность в такой попытке просто кричит, потому что директор явно мог быть против, пародируя своими мантиями самые яркие и безвкусные одеяния Локхарта. Директор очень сильный пародист, отец именно такого мнения…

Однако Поттер чрезвычайно циничен и пытается устанавливать свои правила. Конечно, при явной поддержке директора, делающего вид, что не в курсе. И не только лезет со своими правилами, но и пытается оттеснить от получения части магии с ненужного профессора куда более достойного юного колдуна.

Который, в отличие от прочих всех, лидер, с огромной перспективой и поддержкой родовой магии. А также имеющий полное право на особо полезные жертвоприношения, в рамках обычаев и тех особых скреп, которые нельзя просто взять и отменить министерским указом.

Зато Поттер рискнул, вылез с инициативой, застал совсем уже морально и физически разложившегося преподавателя врасплох, и сжёг. А это несправедливо, особенно с точки получения магии. Ведь на месте шрамированного магического невежды должен был оказаться мистер Малфой-младший, с древним фамильным правом на труп слабейшего.

Конечно, именно ему следовало оказаться на месте Поттера… Конечно, не в тот день, когда тот получил свой превозносимый плебеями шрам, а вообще. Чтобы считаться героем, и куда более подходящим. Ведь Поттер совсем некрасивый, плохо носит свой шрам, бездарно! И ещё хуже — одежду, которая у него просто кошмарная, он её кое-как таскает, а не носит.

И ещё Поттер подслеповат, и побеждает в квиддич благодаря какой-то хитрой магии, что запрещено. Но если сам директор на твоей стороне, то ты можешь быть просто беспредельно наглым!

Между тем Поттер и Уизли напали уже на второго профессора и привели его в состояние полной непригодности. Потому что Поттер не решился сжигать жалкого пародиста на преподавателя ЗОТИ. Да, по каким-то своим соображениям, очень секретным, не решился. А просто попробовал вскипятить Локхарту мозги за счёт грубого стирания памяти.

Поттер, по слухам, использовал палочку Уизли, вероятно, для конспирации. Надо признать, что он очень чисто уничтожил память профессора. Настолько, что в Мунго просто развели руками и сказали, что им привезли натурального овоща. Да, с полностью негодной тыквой, которая даже не помнит, что она тыква.

При всём при том неправильному избранному не хватило сил на кипячение мозгов. Надо думать, часть магии Поттера во время обряда украл рыжий шестой, и тем сорвал жертвоприношение. Возможно, исходя из воли Мать-и-Магии…

Хотя стирание памяти, как он слыхал, полезно при темно-магических ритуалах… Правда, нет сведений относительно всех подробностей, ибо они очень сложные. Однако сильные волшебники умеют забирать силу у других. И, применительно к Поттеру, это очень настораживает!

* * *

Хагрид с удовольствием выслушал отчёт о заманивании слизней в объятия фекальницы. Похвалил. А потом стал внушал явно выношенные мысли, с целой философией, нутряной такой, крепкой.

И постукивал кулачищем по растрёпанной книжке, похождениям бравого солдата Швейка во время Первой мировой войны. Её он потом Гарри вручил, сказав, что хорошая вещь, и на магические порядки неплохо кое-где проецируется. А значит, будет и весёлым, и полезным чтением…

— Этот Швейк, который с крадеными собачками-то всё возюкался, хорошо про солдат сказал — если упал в сортирную яму, оближись и снова в бой! Вот оптимист! Многие маги такие, Гермиона, многие! Упал в это самое, вылез, облизался, в смысле, отчистил репутацию, и дальше вперёд себе дует, ароматный такой…

Жизнь любит и неиллюзионные выгребные ямы тебе подсовывать. Это значит, что учит тебя чему-то, да, учит... Хотя, вот, Малфой с говнянкой той познакомился и вассалов знакомству научил, а толку что? Не, эти не научатся, их ещё говнить и говнить…

Я как думаю? Раз человек, и все вообще живущие, дерьмо производят, и регулярно, то что сие означает? А то, что, стало быть, круговорот дерьма в природе имеет место соблюдаться, вот. Большой круг обращения, малый круг…

В смысле, где-то его обязательно больше бывает, где-то меньше. И нарушения в кругообороте неизбежны, как любое природное явление — где-то копится, где-то досрочно выходит… Кто-то обильно производит, на других чтобы хватило, как пожиранцы эти, да Малфои всякие, с близнецами Уизли, тоже вредителями первый сорт…

Да, именно, чтобы на всех хватило, а им самим — да во всём белом расхаживать, команды выкрикивать. А кто-то им тыквы удобряет, а также из драконьего вторичного продукта ценный самогончик получает, вот…

Да, уникальная это вещь, дерьмецо-то, всегда встретится, когда не надо, конечно, и, в лучшем случае, к подошве прилипнет. А в худшем, общаться с тобой начнёт, тебя с собой сравнивать, и не в твою пользу.

То есть оно — как плохой человек, есть везде и с избытком! Ведь уникальный продукт — и прилипает, и намазывается, и плавает, и чаще бывает, что именно в твою сторону плывёт, а уж запашок какой! Ведь ничто в мире такого запаха не имеет…

— Магической силы вещь, да, Хагрид? — решил пошутить Гарри. Но лесник ответил серьёзно, не заметив иронии. Поднятый вопрос был слишком ему близок, поэтому великанистый наставник незаметно для себя крепко разгорячился. И сказал, чуть подумав:

— Только если от магических тварей, и не всех. Тут драконы чемпионы… А от магов дерьмо — такая же дрянь, что и от маглов, никаких отличий, абсолютно.

Читать быстрее: https://boosty.to/marikvanger

Преподавательский дебют профессора Хагрида оказался капитально смазан. Да катастрофично он закончился, если уж совсем откровенно. А ведь как хорошо начиналось!

Лесничий предупредил Гарри о хитром зверьке для первого урока и заранее показал гиппогрифа. Гермиона тоже присутствовала. Полуптицу угостили мясом, покланялись. Гиппогриф с достоинством дал себе почесать темечко, где часто зудело. Был спокоен, не клекотал.

Когда звук подаёт, это к беспокойству, пояснял Хагрид. Дескать, так-то зверь молчаливый. Если клекочет, то, стало быть, жрать хочет, или ещё чего. Или опасается чего. Или охотиться хочет, или полетать, или в половую охоту вошёл, значит. Если помалкивает, то, стало быть, всё его устраивает. Отменная птичка, редкая… А уж летун-то какой знатный!

…Первый урок по уходу за магическими тварями шёл своим чередом. Гарри очень уверенно поклонился зверю, тот, узнав недавнего гостя, потянулся макушкой и с достоинством принял чесание.

Хагрид добродушно сказал, что Клювик не прочь размяться, ты уж его уважь, Гарри. Сделай круг-другой, на ём мягко, не сомневайся, он и меня возит легко. И далеко! И порой в хорошей компании…

Тут лесник смущённо кашлянул и хлопнул в ладоши. Огромный Клювокрыл медленно опустился на передние птичьи лапы и согнул задние ноги, конские, одновременно отворачивая голову. Никаких звуков не издавал, лесника послушался сразу. И его поза действительно выглядела приглашением.

И Гарри почти не колебался. Летун он, или кто? Опять же репутация, да на публике… Хватаясь за крепкие перья, Поттер забросил тело на спину зверя, ощутив под собой углубление в позвонке, или где там.

Сидеть оказалось очень мягко и удобно, держаться за черенки длинных толстых перьев тоже. Гиппогриф неторопливо выпрямился. Потом потянулся и шумно выдохнул, по-своему, не по-конски. И как дал с места в карьер, одновременно расправляя огромные мягкие крылья!

Буквально через три секунды уже взлетел, по крутой дуге. Хорошо покатал, сделав большой круг над лесом. Замок был превосходно виден, красота. И почти в центре озера пятнышко заметно, наверное, тот самый кальмар, неформальный хозяин глубин…

Молодец, Клювокрыл, отлично полетали! И Хагрид молодчина, хорошего посоветовал! Ведь не метлой единой, раз летун. И Клювокрыл шикарный летун, мягко приземлился и после кратчайшего пробега низко присел, давая спрыгнуть…

Урок продолжился. Ученики один за другим представлялись зверю, тот с прежним достоинством отвечал, кланялся. Наследник Малфой скривился, разглядывая огромное несуразное существо. Вот же химера!

И запашок смешанный — часть птичьего, кстати, похожего на павлиний. Пусть нераздражающий, но много грубее. И к нему конская вонь, сильная. И это он ещё не бегал и почти не летал! Да чтоб такому кланяться? Вот ещё чего придумал, господин профессор лесник, самогонщик, лё мюжик…

Это Малфоям все кланяются, даже сильные мира сего! Потому что наш род среди прочих священных двадцати восьми фамилий особо священный. И он, Малфой, непременно будет очень почитаемым святым, почётным святым… Тут он внутренне хихикнул: пресловутый Поттер у нас будет великомучеником, точка! А долгожителем не будет, это точно.

И продолжил бормотать, себе под нос, всякое нелицеприятное, и даже в рифму, гордясь почти мгновенной импровизацией. И не подозревая, насколько развиты плотно упакованные в черепушке птичьи мозги, сколько достоинства в гордом звере и насколько тонок его слух.

— Давай, кланяйся, химероид, чудо в перьях, только неправильное чудо! Башка птичья, мозгов столовая ложка, лапки твои куриные… спереди, ха-ха. А задние совершено конские, и между ними конина из перьев выпирает. Мастер стиля, палка в перине!

Глупый гиппо пенис прячет,

Что сучком кривым маячит,

Чудо в перьях — ты урод,

Полукровных возишь сброд!

Кланяйся, давай, а то будешь между ног спиральку иметь и мочиться необычно! Ну и воняет же от тебя, как будто с Хагридом потрахался…

Послышался гневный клёкот. Зря двуногий на его достоинство покусился! Нашёл химероида, жертва близкородственных скрещиваний! Сейчас видно будет, у кого там спиралькой, или как...

Эта тема запретная, как и про смешанный запах тоже запретная, это только между своими. Не говоря про птичий мозг, тема тем более щекотливая, раз у коня больше... И тема Хагрида — больная! Вместо поклона хамская речь… да склёвывали и за меньшее, без остатка!

Встревоженный Хагрид заорал, чтобы наследник убирался побыстрее, и можно без поклонов. Да что этот ключник-лесовик возомнил… Грозно клекочущая полуптица вскинулась, а затем сделала стремительный выпад в сторону оскорбителя. И ещё! И сразу пришла боль…

Наш Малфой стесняется

Чуду в перьях кланяться,

Он гиппогрифа послал,

Тот ошибку доказал.

Откусил он от Малфоя

Что-то белое, живое,

Всем прибором закусил,

Себе память воскресил!

…Клювокрыл никакой не химероид, он нормальный монстр, у него справка о должном происхождении, и все дела. Потому что генеалогия его предков почти естественная, от коня и кондора. Разумеется, при участии любопытного мага, который одного из родителей увеличил, а второго уменьшил.

Именно так, между прочим, и сам его сиятельство Хагрид получился, этот местный как бы герцог, с большими полномочиями по улову и проглоту лесного населения. И химеры обычно не размножаются, хоть лесника спросите...

Неважно, белобрысая личинка! Ещё и симпатичного вежливого мальчика обидел, героя волшебного мира, по мнению господина герцога. В мальчике чувствуется приятная примесь тёмной силы, очень лёгкая перчинка, примерно как в самом Клювокрыле. Такой почешет голову, и прямо летать охота!

А прочие детишки не очень воспитанные, кто-то явно про его задницу в перьях что-то думал, и скорее всего неправильное. Он зверь частично стайный, в коллективной ответственности разбирается… Короче, ты доболтался, двуногая тварь, и разбудил кровожадного монстра в благородном Клювокрыле. И клевка за это получи...

Оу, отменно приятная на вкус плоть, с подходящей яишной начинкой, полезнейшей! И пронзительный крик врага звучит очень красиво, ибо Клювокрылу принадлежит право на мщение!

Поэтому он лично воздаст виновному, а никакой не герцог-ключник, пускай и с особыми полномочиями... О, сладкое право воздавать и закусывать!

* * *

Хроноворот, конечно, вещица просто изумительная! В закрытой секции библиотеки, пользуясь добрым отношением профессора чар, Гермиона нашла кое-какие дополнительные подробности про управление прибором. Например, на какую из кнопочек нажимать, если путешествуют двое.

Девочка ни в коем случае не собиралась разглашать тайну чудесной машинки времени, раз обещала декану. Но если даже Рон обратил внимание, что в её расписании несколько предметов пересекаются! Гарри-то тем более обратил, и потом нашёл, у кого спросить, у Флитвика, под невинным предлогом! Беседуя о достижениях простецов, всего-навсего!

И четвертьгоблин охотно рассказал о редчайших и запрещённых хроноворотах любознательному подростку. Между прочим, в ответ на очень интересную информацию из не самых последних научных магловских достижений.

Ученик, отличник в чароплетении, завёл профессора рассказом про изобретение в мире простецов машины времени, способной отправлять в будущее. Дескать, берём звездолёт, разгоняем почти до скорости света…

А что, в принципе, достижимо, через несколько столетий, или гораздо быстрее, раз планетолёты уже летают, и даже за пределы Солнечной системы вылетели! И чешем к ближайшей крупной звезде, Сириусу.

До него лет пятнадцать-двадцать летим, крутимся поодаль, изучаем… Потому что, профессор, излучение от горячего гиганта просто страшенное, поэтому поодаль… Ну а потом столько же летим обратно.

В общем, астронавты успевают умеренно состариться, а на Земле за эти три-четыре десятилетия прошло намного больше, вот как! Зато как в прошлое попасть, которое уже было, так это в магловском мире считается в принципе немыслимым делом, противоречащим всем законам природы!

Профессор чароплетений от рассказа Гарри насчёт таких вот полётов в будущее, интереснейших, впечатлился. И рассказал, что маги про путешествие в будущее не знают, зато умеют попадать в прошлое. Да-да, мистер Поттер!

Правда, Мать-и-Магия категорически против больших путешествий в далёкое минувшее, и тем более внесения в ткань времени существенных изменений. Но есть портативные приборчики, немыслимой стоимости, очень редкие и давно запрещённые министерством, которое их конфисковало, с выплатой части стоимости…

Так вот, эти специальные хроноворотики могут одного-двух-трёх человек забросить на несколько часов назад, не получив для них при этом ни малейшего вреда, и не доставив его никому другому.

С очень большой вероятностью не получив и не доставив, при условии не сильно вмешиваться в события… Хотя подростки сильно рискуют, особенно магически слабые. Но зато ускоряются в развитии и резко взрослеют.

Гермиона, выслушав это, нахмурилась и даже выглядела сердитой. И не потому, что Гарри разоблачил её выдающуюся тайну, которой девочка очень гордилась. А потому что госпожа Макгонагалл, предупредив о невмешательстве и скачках максимум на два — два с половиной часа, ничего не сказала про ускорение взросления. И что чуть ли не полгода жизни она таким образом потеряет…

Что за профессор такой, а? И не выдержав, начала обсуждать это безобразие с Гарри. Тот предложил свою версию, и мисс Грейнджер стала остывать. Ну да, очень по волшебному поступает декан, со своей логикой, единственно верной в её глазах. Гермиона — достаточно сильная волшебница, дисциплинированная и ответственная.

Поэтому от использования машины времени получит больше, чем потеряет. Поскольку ускорится в развитии и станет заметно сильнее. Соответственно, дальше будет развиваться от достигнутой базы, более основательной. А значит, выйдет во взрослую жизнь, став магически сильнее.

Стало быть, проживёт на пять, десять или двадцать лет дольше. Ведь продолжительность жизни магов напрямую привязана к личной магической силе, так ведь?

Поэтому потерять даже год жизни с хроноворотом — на самом деле получить гораздо больше. И отличных оценок, и знаний, а главное, и по продолжительности жизни тоже получить. Магоугодно сие! Это и доверие тебе, и сотворение блага отличнице и будущей старосте, Гермиона!

После разоблачения своих регулярных скачков в прошлое Гермиона много ломала голову над услышанным от Гарри. Пожалуй, она перебрала с уроками. Поэтому решила ослабить нагрузку за счёт предметов, которые показались сугубо второстепенными, не сказать ещё хуже.

Потому что уровень преподавания гадальных искусств и магловедения оказался много ниже плинтуса. А мисс Грейнджер ценит быстротекущее время! И, подумав много раз, вычеркнула две ненужных дисциплины, существенно упростив дальнейшую жизнь.

Да, с прорицаний она ушла не без скандальчика. Но вот мадам Чарити Бербидж, наслышанная о талантливой девочке Грейнджер, оказалась совершенно вменяемой тёткой. Когда речь не шла об осмыслении жизни большого мира, то вполне вменяемой.

И сказала, послушав её мнение о недостатках учебника магловедения (Гермионе хватило ума выбрать самые безобидные примеры, где ошибки и непонимание предмета били в глаза), что та может сдать предмет экстерном, тем более что маглорождённая.

Однако только при условии понимания точки зрения магов на маглов! В принципе, она и сама не считает свой предмет особенно важным, если честно. Но ведь ей нужны ученики, которые обычно, увы, не сильно жалуют уроки магловедения…

Одним словом, когда Гарри сказал подруге, что она, скорее всего, пользуется хроноворотом, и выразил восхищение столь редкой штуковиной… И жалобно смотрел, вымогая право хотя бы посмотреть, одним глазком. Она была вынуждена нарушить слово, данное преподавателю и декану, раз её всё равно разоблачили. Из уважения к проницательности Гарри.

И во имя дружбы, конечно. Да у неё здесь никого близкого, кроме Гарри! А коли догадался, то, выходит, проявил отличные способности к анализу, синтезу… Заодно проявив много логики, в придачу! Умница и молодец, она не ожидала. И приятно удивлена.

* * *

А буквально через несколько дней после признаний Гермионы в пользовании чудо-прибором Мать-и-Магия вдруг слегка брыкнула, очень по-своему. И фактически велела применить хроноворот, во имя безопасности священного рода Малфоев!

Похоже, защитная родовая магия этих аристократов действительно многое может, не зря Дракончик столько хвастается. Они с Гарри поработали на Малфоев, да кому порассказать!

А потому что выхода не было, никакого нормального выхода не было, кроме как немножко порисковать. Из-за мистера Малфоя, задаваки, кривляки и грубияна! А также безобразного ненавистника простецов, желающего заодно пресечь самого мистера Поттера. Да вместе с мисс Грейнджер, чтобы два раза не вставать!

Ведь атака рассерженного гиппогрифа выглядела если не смертоносной, то как-то близко к тому. Уже первый удар лишил Драко мужского наследства и показал часть внутренностей. А после второго и мочевой пузырь был вырван, и из паховых артерий хлынуло так, что Хагрид мало что смог поделать, поначалу.

Впрочем, новоявленный профессор не растерялся и, загораживая место происшествия от ужаснувшихся и разбежавшихся учеников, сначала отогнал возмущённо клекотавшего гиппогрифа. Затем принялся торопливо плести чары, преимущественно ветеринарной специализации. Как мог, наколдовал, подхватил залитое кровью безжизненное тело и понёсся, огромными прыжками, в больничное крыло.

Но, сообразив, почти сразу остановился и вызвал, как преподаватель с нужными полномочиями, домовика. Которому и препоручил аппарацию Малфоя в покои Пенелопы Помфри. Сбивчиво объяснив, что клевал гиппогриф, два раза, и Хагрид кое-как остановил кровь, но сугубо временно. И с вынужденными повреждениями наследного тела кое в чём важном…

Уроки у медиведьмы дали Гермионе понимание того, какой дорогой ценой Хагрид почти остановил ужасное кровотечение из повреждённых тазовых органов. Заклинанием устаревшим, из области военной медицины, когда надо любой ценой успеть доставить пострадавшего к серьёзному хирургу.

То есть когда энергичным заклинанием срываются хорошие куски плоти, например, на животе, от пупка и до лобка, в данном случае. Которые и заворачиваются вниз, чтобы зарастить поражённое место. То есть здоровенную дыру в самой нижней части туловища.

И тогда наследник, даже спасённый от смертоносного кровотечения, уже никогда не вернёт ни хренчика, ни помидорчиков, раз эта часть промежности и окрестностей заросла напрочь. Это если Малфой выживет, что отнюдь не гарантировано, с такой-то кровопотерей!

* * *

…Ошеломлённые ученики остались толкаться вокруг здоровенной лужи крови. На Панси Паркинсон не было лица, она что-то несвязно бормотала, вонзая ногти в ладони. Лаванда Браун была готова упасть в обморок, Парвати Патил, уставившись в небо, пыталась медитировать. Миллисента Булстроуд хмуро оглядывалась, стараясь не смотреть на кровь, и морщилась от того, как крепко в её кисть вцепилась Дафна Гринграсс.

А по лицу Рона Уизли бродила неопределённая лёгкая улыбка. Рон постепенно осознавал, что Малфою того, капец! Круто, одним слизняком меньше! Молодец, Клювокрыл, хорошо вскрыл недостатки одного неправильного наследника, с двух ударов! Правда, совершенно белому лицом леснику, похоже, тоже капец, а значит, плакали сладкие корешочки… Но если псину забрать себе, то она же умеет искать, так?

Слизеринцы хмурились — Драко, конечно, нарвался своим стишком, но гиппогриф же не мог понять претензий наследника? Получается, безмозглая тварь среагировала на пренебрежительную интонацию? Коли в три секунды вырвала из наследника всё самое ценное…

Предатель крови бормочет под нос про вскрытие недостатков с помощью клюва, и приходится признать, что морковный невежа прав. Именно вскрытие, да с кровопролитием! Ничего себе питомцы у лесника-профессора!

На Слизерине, в общем-то, не только мистер Малфой прекрасно освоил пренебрежительные интонации, презрительные интонации, в грязь окунающие интонации. И за это чистокровное преимущество, дарованное надлежащим воспитанием, так вот кроваво наказывать, со вскрытием брюшной полости и пожиранием наследных частей?..

Дочитать быстрее https://boosty.to/marikvanger

Вид Драко Малфоя, после двух поклёвок симпатичной гигантской конептички, шокировал. Однако всё ещё трясущаяся от пережитого Гермиона догадалась, как действовать. И даже Гарри не стала объяснять, чтобы не терять времени.

А просто, отведя онемевшего друга в сторонку, негромко, однако настойчиво позвала Добби. Усиленно думая, что крайне нужна его помощь, раз ученики в опасности.

Гермиона почувствовала, что это усилие выпило магии как на одно сложное заклинание. Однако подействовало! И Добби появился, на её взволнованный адресный призыв, менее чем через минуту.

Довольно замурзанный домовой эльф пискнул, что Добби готов выслушать распоряжения учеников Хогвартса! При этом посматривая на ученицу с некоторым недоверием, зато на Гарри — с восхищением. Тот, после быстрого бормотания Гермионы, подтвердил её слова, попросив домовика срочно добросить до спальни, и сразу назад.

Добби тут же согласился помочь великому мальчику, восторженно размахивая ушами и берясь за руки юного мага. И почти сразу исчез с мистером Поттером, громко хлопнув. А менее чем через минуту появился на прежнем месте, с ним же, чтобы получить благодарность и быть отпущенным восвояси.

Гарри притащил знаменитую мантию из тайника в пустой спальне (Гермиона не так давно помогла его оборудовать, умница). И смотрел на умницу, вопрошая взглядом. А та чуть ли не подпрыгивала, что-то бормоча и не отвлекаясь вообще ни на что.

Ничего, мистер Поттер подождёт, понимая, что сейчас не время наседать, раз человек так занят. Ведь Гермиона ничего не делает просто так, он выучил. И не будет скрывать от него своих действий, он уверен. Пусть Гарри совершенно не догадывался, зачем его сгоняли за мантией, верхом на Добби, в замок и обратно, но ему есть о чём подумать.

Ощущения от полёта очень необычные, но никакой тошноты, как говорят те, кого таскали на себе маги. Понятно, отныне летаем на полезном Добби, чтобы никакой тошноты! Хотя Добби та ещё птица, конечно. С другой стороны, появился быстро, без вопросов перенёс туда и сюда. Полезный зверёк!

Хо, он сегодня полетал на двух разных магических существах, это немалое достижение, надо будет похвастать… Нет, сначала сказать Гермионе, что Добби на его вопрос о Малфое ответил: домовики уже знают, что наследника сразу переправили в Мунго, и мадам Помфри очень расстроена.

А вот мистер Поттер не очень расстроен, но беспокоится за Хагрида. Вряд ли школьный урок может закончиться хуже… Попробуем повысить настроение стишком, потому что мистер Малфой получил заслуженное, пусть, возможно, и с приличным избытком. Так надо слушать преподавателя, даже если он лесник! Пусть лесник, да в душу тварям проник!..

Гнев гиппогрифа воспой, потомка коня и орлана,

Клюв тот проникнет в змею глубоко и смертельно…

Нет, смерти Малфою он не желает! И кататься на гиппогрифе больше не будет… Нет, стишок не вытанцовывается, слишком уж страшно выглядел Малфой. Пусть гекзаметры гонять и проще, чем рифмованное…

Пожалуй, гнев гиппогрифа и василиск может не сдюжить, при нападении сзади, например. Такой выклюет и самые окаменяющие глазки, и побыстрей Фоукса. Да таким клювом и мистера Поттера можно было бы из пасти Короля Змей доставать!..

* * *

Гарри отпустил эльфа и посмотрел на подругу, ожидая разъяснений относительно использования его мантии. Сказал, что Малфой уже в Мунго, с неясными прогнозами, которые так себе.

Однако Гермиона очень удивила, сразу забормотав, что надо бы того, срочно смотаться назад, вдвоём, на полчасика назад. И как-то предотвратить весь этот ужас. Например, вырубив того же Малфоя, раз гиппогрифа не вырубить, мастера потрошений по живому, совершенно кошмарного…

Как-как? Да не знаю, как! Кто у нас специалист по вырубанию тварей, выпиливанию тварей, закалыванию тварей, выжиганию тварей? Нет, здорово, конечно, если наследника не станет, ты же так подумал, Гарри? Да не отворачивай глаза, я тоже так сначала подумала, раз это Малфой, наш любимец, подколодный, с идеей пресекать, и нас конкретно!

Но что теперь сделают с Хагридом? Да на него все маги восстанут — дескать, летучая тёмная тварь, под управлением полувеликанской твари, угробила, и так далее. Гиппогрифа убьют, Хагрида — в Азкабан, с высокой вероятностью, ведь священный род лишился единственного наследника, даже если тот и выживет! Да полувеликану сразу пожизненное дадут, и заочно, для максимальной скорости!

Ведь размножаться Драко не светит, тут гиппогриф гарантированно отработал. А если такой благородный род пресечётся, это же взорвёт все политические расклады, на много лет вперёд! Да здесь и за меньшее прибьют, Гарри, и скажут, что так и было! Ты ведь лично общался с Люциусом Малфоем, и убедился — клиент труднейший!

Не факт, ой, не факт, что директор отстоит своего… и нашего ключаря-профессора, который так подставился. Гиппогриф же относится к опасным животным, пусть и не совсем тёмная тварь, если что! На первом уроке, на самом первом, и такую тварь, малоадекватным детишкам! Ох, лесник, лесник, лесник, ты не разумом велик…

Гермиона лихорадочно объясняла другу опасности произошедшего, и тот постепенно проникался. Разглядывая совершенно трупно выглядевшего Хагрида, метавшегося вдоль загона с гиппогрифами, он думал, что их наставника, пожалуй, запросто убьют, девчонка права.

Не в тюрьме, дементорами, так в порядке возмездия. Лорд Малфой запросто киллеров наймёт, во имя священной мести. У него же такой взгляд бывает, что сразу понятно: или сам прикончу, или другим поручу, золотишка хватит, и на вас всех!

В итоге мальчишка махнул рукой, с некоторым страхом посматривая на хроноворот, который девочка уже сняла с шеи. Мол, делай как знаешь! Объяснения были вполне убедительны, он же не дурак.

Типа, если крутануть менее чем на полчаса, то вообще безопасно, даже вдвоём. И можно тогда избежать варварского колдовства ветеринара над поклёванным… и частично расклёванным мистером Малфоем. И минуты уходят, уходят, надо поторапливаться!

А, ну я тогда Дракошку отвлеку, чтобы он поменьше гадостей успел сказать, и стишок на меня потратил, например. Потому что два удара клювом — это действительно огромная опасность, недаром медиведьма вся в беспокойстве.

Да, и клюв какой-то страшный, и Драко после него страшненько выглядел. Даже жалко его, раз без сознания, и в самой середине сплошная дыра, и кровь так хлестала, как будто топором, да с размаху…

Ну да, таким клювом, да с такой силой, и два раза — вот вам и результат. Считай, что уже нет благородного рода, коли наследник явно его не сможет продолжить. Хотя использование хроноворота для лечения… предотвращения такого вот лечения Малфоя, это, конечно, некоторый всё-таки риск.

Хотя бы в том, что придётся оказаться рядом с тварью, которую рассердит Малфой. Он же рассердит, так? Попробуй тут помешать, когда Дракусик хочет кого-то рассердить, мастер плохих слов и выражений!

Но будем считать, что спасаем Хагрида, в первую очередь… И Клювокрыла, гордую конскую птицу, с большим достоинством, и при том очень вспыльчивую, до кровожадности! Наверное, это главный вывод из сегодняшнего занятия по уходу за тварями, сокращённого. Если плохо ухаживаешь, тебя тут и уходят, в два клевка…

И мистеру Поттеру, увы, не видать поощрительных баллов за крутейший полёт на особенном звере. Да, сердить такого монстра точно не стоит…

* * *

Гермиона, тщательно вспомнив инструкцию, начала аккуратно и нежно подкручивать хроноворот на неполную четверть оборота. Гарри накинул на них мантию-невидимку. Девочка несколько раз нажала нужные кнопочки, отправляя подростков на полчаса назад. Раздался очень отчётливый щелчок, перед закрытыми глазами что-то мелькнуло, непонятное.

И всё. Лёгкое головокружение, на несколько секунд. Место для обзора они выбрали хорошее, так что никто не заметил появления дублёров, прячущихся за секретной мантией. Однако оказалось, что, как ни подбирайся к ученикам, отвлечь Драко не получится. Ведь основные двойники Гарри и Гермионы стояли неподалёку от него…

Между тем очередь представляться Клювокрылу неуклонно подходила к мистеру Малфою. Тогда девочка, повинуясь шёпоту мистера Поттера, вылезла из-под мантии и осторожно отошла в указанное место. Заняв самую незаметную позицию для наблюдения, между кустами орешника и толстой старой осиной.

А Гарри срочно укрылся мантией и пошёл работать в пользу Малфоя. Гермиона свою часть исполнила, теперь его выход. Чтобы идиот Драко не успел сделать того, за что получил клювом. Который в целый ярд длиной, желтоватый и очень острый. И с помощью коего гиппогриф добился приличного успеха, частичного.

Да, от того частичного — Малфой безъяичный! И без почки с пузырём, как и не было их в нём… и это как минимум! Но дело помощи оказалось небезнадёжно, как стало ясно впоследствии. Хотя было не очень понятно, как заставить наследника обойтись без оскорблений.

Сначала Гарри думал отвесить слизеринцу хорошего пинка, из невидимости, но того плотно прикрывали телохранители. Жаль, пинка Малфой заслужил, и самого качественного!

Вот только заставлять наследника дёргаться от невидимой ноги, и тем более, падать перед таким зверем… как бы хуже не стало! Долбанёт лежачего в шею, голова и того… поведёт отдельное существование, ведь ударные возможности Клювокрыла велики!

Так-так, а рогатка наша на что? Берём проволочную скобку-пульку из носимого запаса, и в ухо наследнику, с довольно близкого расстояния… Вот так, чтобы только начал своё довольно громкое бурчание, а стишок, и особо неудачную фразу про секс с лесником, не успел… Вот так, чтобы поперхнулся и аж вскинулся! Пулька в ухо, она такая, заметная!

Очень правильно Малфой не успел, потому что и без всякого стиха изобидел! А гиппогриф, услышав бурчание про химеру, сильно рассердился, однако всё же меньше, раза в два. То есть только раз и клюнул, в направлении Малфоя, за малым не подпрыгнувшего и схватившегося за ухо. Правда, в то же уязвимое место клюнул, стратегическое.

Дескать, мало того, что речи беспардонные, так ещё и прыгаешь тут, с визгом, невежа в квадрате! Да, клюнул в самое стратегическое, гневный гиппогриф. Но если в прошлый раз тут же тяпнул снова, и сильнее, с жуткими брызгами выхватывая ещё более приличный кусок плоти, то в этот раз спокойней поступил. Отвлёкся на проглатывание отклёванного, а тут и Хагрид подскочил, оттащил питомца.

И за Гермионой-один было приятно наблюдать, та почти не терялась, сразу палочку выхватила! Со второго раза кровь остановила, умница такая. А хлестало-то знатно!.. Что тут сказать? Всё прошло под их незаметным наблюдением и с разумным участием, пусть и с частичным успехом.

Хагрид унёс Малфоя сам, без помощи домовика. Вроде, в ткань времени сколько-нибудь заметного вмешательства не произошло, только одной поклёвкой меньше, и всё. Если уж Гермиона кровь почти сразу остановила, пока лесник успокаивал Клювокрыла, то Малфой точно выживет. И будет пакостить. Но, по крайней мере, с перерывом на лечение.

Интересно, будет отныне писать сидя, или ему смогут вырастить утраченные штучки? Если перестанет быть наследником, то Хагриду всё равно капец! Значит, отращивание Малфою утраченных частей будет в интересах лучших людей магической Британии?

Как это трудно принять, трудно и больно… Нет, больно должно быть наследнику… или уже ненаследнику, раз заслужил! Только вот… Хагрид, предложивший для изучения такую тварь, чего заслужил?..

* * *

Можно выдохнуть: уф, сработал хроноворот, и как надо! Может, Мать-и-Магия зачтёт, что у священного рода Малфоев сохранился наследник? Хотя Клювокрыл вроде малфойское наследство начисто откусил, значит, не факт, что сохранился, в смысле, как продолжатель рода… Поэтому Хагрид всё равно в большой опасности, огромнейшей! По крайней мере, они сделали что смогли…

Да, и смогли очень многое, потому что второй удар клювом был сильней первого. И даже после их хроновмешательства, когда случился только один удар, имелась меньшая половина шансов на успешную пересадку мужского комплекта. А это ведь сам Сметвик потом сказал!

Не говоря о том, что с наличием донорского комплекта тоже очень повезло, благодаря подвернувшемуся негру. Самому обычному, не магу и не сквибу. А которому, в это самое время, почти случайно отрубили ноги, за оскорбление семейной чести. Когда папаша, неадекватный после нюхания и курения, принялся, с помощью топора, холостить пакостника, пойманного в комнате дочери.

И почти достиг своего, потому что отрубил обе ноги, и очень высоко, чуть не попав туда, куда целился. Но всё-таки не попав. А раз бывший любострастный магл, обречённый жить в каталке, уже не сможет… Скорее всего, не сможет проявлять прежнюю сексуальную активность, то у него можно и позаимствовать неотрубленное, очень аккуратно и потихоньку.

Взамен гарантировав выживание, после чудовищной кровопотери, за счёт подходящего и маглам кроветворного зелья. В принципе, целители Мунго незаметно помогли спасти магловскую жизнь, что практически магоугодно. И сохранили древний аристократический род, что ещё гораздо более магоугодно. А также чрезвычайно выгодно, в материальном отношении!

Раньше был Дракон расистом,

Маглов крыл всегда цветисто,

А теперь и негру брат,

Поменявши аппарат!

Теперь знает наш Малфой,

Чёрный орган — он такой:

В темноте совсем не виден,

Но размерами завиден!

* * *

Лесника-людоеда Драко Малфой порой ненавидел пуще Поттера. Этот его кошмарный гиппогриф-убийца! Мало того, что боль причинил ужаснейшую, так последствия пересадки наинужнейших органов стали одной из любимых тем для обсуждения всей школы!

Естественно, первый такой случай, к тому же пересадили ведь уже взрослый агрегат, многим на зависть… Он сначала страшно боялся, что усохнет, но нет, у него же этот, пубертат, то есть половое созревание, поэтому прижилось нормально. Драко быстро привык, что размер переменился. К цвету вот не привык…

И другие тоже не привыкли, до сих пор языки чешут, аристократы поддельные! Настоящий аристократ смеётся над неаристократами, а вот в своём кругу аккуратен с высказываниями, если к самым вершинам не приближен…

Старшие слизеринцы врезали Конфундусом по Гойлу, а в другой раз выпоили зелье болтливости, и тот всё раззвонил. Тупой-то тупой, а знал немало, особенно если вопросы задавать со знанием дела. А потом затереть память про эти четверть часа беседы о всяком разноцветном.

Увы, но после того разговора-допроса в душевую началось паломничество. Всем хотелось посмотреть на новый приборчик сиятельного наследника, и сравнить впечатления. А они были, и вызывали толки. Были те, кто и явно завидовал, не цвету, конечно, нет, при этом цедя, что размерчик великоват и хозяйство чуток отвисает, не находите?

И Драко не знал, как к этому относиться: одни готовы признать достойной величину даже в расслабленном виде… А ведь пару раз незаметно прыскали в душевой комнате возбуждающим зельем и могли видеть боевые параметры черномазенького дружка. Когда ничего не подозревавший мистер Малфой просто терялся от таких афронтов своего главного ствола, хотя лишнее подтверждение потенции достаточно приятная вещь.

Главное, что эти, которые другие, явно завидуя величине, страшно издеваются над цветом, необыкновенно расистски издеваются… Не такой популярности он искал! Столько уже времени прошло, а ведь не унимаются: подглядывают, обсуждают, задают идиотские вопросы…

Драко в лужице лежал,

Весь собою красненький,

Очень много он брюзжал,

Теперь безопасненький!

Слишком часто наезжал

На кого не следует,

Зверь могучий покусал,

Драко сие ведает!

Только гадит Малфой лихо,

Ему то нирвана,

Не умеет сидеть тихо!

Поздно, или рано,

Но придёт за ним фестрал

Да откусит морду,

И уйдёт Малфой в астрал,

Прямо в гости к Лорду!

…Поттер сразу пошёл про это всё сочинять, одну пакость за другой, почти без остановки! Вот гад, как про морду отвратительно придумал! Откуда Поттер знает, что одного из предков Малфоев загрыз фестрал? И чуть ли не съел, вроде. Болтливые вассалы об этом точно не в курсе…

https://boosty.to/marikvanger

— Малфой, все видели, как тебе мальчиковое хозяйство во-от такенным клювом полностью отщипнули! И съели! Интересно, а как ты теперь воду из организма сливаешь? Из дырочки, и сидя? Не круто, Малфо-о-ой! Впрочем, такая беда могла бы случиться с любым другим… Идиотом, ха-ха-ха, потерявшим потроха!

— У меня всё в порядке, пошляк Поттер! Великие возможности магической медицины…

— Заключаются в пришивании донорских органов, так? Не могли же такое хозяйство взять и вырастить, за десять дней? А кто был донором, Малфой? Неужели ты носишь магловское имущество, гордо им потрясая? Ты же Малфой, а Малфои магловским не трясут, не так ли?

— Это никого не касается, недостойный полукровка! Недостойный даже моего великолепного презрения…

— Что ты, ещё как касается! Всем же интересно, и очень, хоть любого слизня спроси! Я — голос школы, Малфой, а коллективное любопытство всё равно до тебя доберётся, однажды укушенный! Лучше сам расскажи, а то чужие версии могут быть того-с, с душком-с!

Дорогая услуга, верно? Даже за куски маглятинки, как выразились бы в некоторых, особо чистокоровных кругах? То есть обычному магу не стоит подставлять причиндалы под крупные клювы, так, Малфо-о-ой? Твой урок важен для нас, школа тебе благодарна, гип-гип, ура!

Драко наш не без понтов -

С утра ходит без штанов,

Он в чулки сегодня влез -

Да уж, Хог не без чудес.

Нет ущерба крайней плоти,

Мочись на автопилоте!

Говорят, прибор твой чёрный

Метко бьёт, мочой довольный!

Благородная моча

Вытекает, хохоча!

* * *

У Малфоя явно образовался комплекс недополноценности, после травмы в таком деликатнейшем месте. Мало того, что несколько часов он не был наследником, пока не пришили всё новое. Так тоскливо было ощущать уход наследственных обязанностей, пусть чуть давящий, но и наполняющий родовой магией!

Так ведь опаснейший и крайне неприличный урон нанесли на глазах у девочек, чистокровных, такой пассаж! О, какое же поношение благородной фамилии, публичное, что самое худшее из всех поношений… Он, конечно, орал громче, чем девицы взвизгнули, но ему рассказывали потом, кто как повизгивал, и насколько сильно.

Гринграсс и Булстроуд, например, совсем не взвизгивали, а только ахнули. Паркинсон даже и не ахала, вроде… Причём Грейнджер эта так вообще не растерялась, только белая была, и всё. Так и у остальных румянца не наблюдалось, вот уж точно!

…Гермиона со второй попытки остановила массивное, как говорят врачи, кровотечение из паха Драко, силы немало потратила, переволновалась ужасно… Как он визжал! Она ведь наложила потом и обезболивающее, а Малфой всё равно закатывался. Неужели не сработало?..

Но рана и вправду ужасно выглядела! Такой укусик у птички, что всем поклёвкам поклёвка, прямо с корнем — как бритвой! Паховую бы артерию зацепила острейшим клювиком, и кранты наследничку… О, у него же долг жизни к ней мог возникнуть, с немалой вероятностью! И где он, спрашивается?

Непонятно… Неужели из-за её дружбы с Хагридом магия не засчитала такого важного долга? Ей бы тогда было достаточно раз сказать Малфою к ней не приставать, и тот бы заткнулся как миленький, рыжие ей объяснили… В чём дело, Мать-и Магия?

Но ведь Хагрид совсем не пострадал, вроде. Да, только как-то пожаловался, что расстройство желудка было, и очень основательное, хоть совсем не пей, зараза такая! Значит, магия решила, что вина профессора тянет только на диарею, и всё. Если вообще тут дело в магии, а не в любимом мистером лесным профессором состоянии «недоперепил». На почве самогончиков, как кое-кто выражается…

Кстати, если попробовать оценить мнение магии, гм… Высшая сила могла учесть то очевидное обстоятельство, что нахальный ученик сам был виноват, раз всё неправильно сделал. Учитель же ему все правила обращения подробно разъяснил, и совершенно верно.

А потом быстро в больничное крыло унёс, бегом, как только она кровь остановила, спасибо урокам Помфри. Значит, если бы догадался предварительно объяснить Малфою, что на стишок и намёки про секс с кое с кем гиппогриф особенно обидится, то даже и желудочного расстройства тогда бы не было…

Ну а раз не догадался, то вот магия нашего учителя и наказала, символическим образом. Только за слишком опасного зверя рядом со школьниками однократно прослабила, и всё. Это если с её маглорождёнными мерками к магическим смыслам подходить, что чревато…

В конце концов, очевидно одно: мисс Грейнджер сделала то, чего другие либо не смогли (все ученики), или опоздали (профессор, унимавший тварей)! Тогда почему Малфой её продолжает гнобить, и с прежней силой, а? Неужели потому, что без её помощи не истёк бы кровью, а как-нибудь перемогся? Ничего не понятно…

…Ничего, Гарри тебе пропишет фунтик-другой стишков, не сомневайся и расслабься! А лучше прослабься, Малфой! Твой казус надолго послужит благородному поэтическому вдохновению…

— Внизу ведь ты, как девчонка? -

Малфоя он дерзко спросил.

Тот взвыл, потрясая мошонкой,

Дружочка-мулата явил.

В лицо ему Гарри смеялся,

А Рон грубо изматерил,

И жидким Дракон оправлялся,

И долго вонючим ходил!

* * *

…После досрочного окончания того скомканного урока Гермиона осталась на месте расправы гиппогрифа с Малфоем. И принялась торопливо собирать кровь пострадавшего. Как только в замок с места происшествия направился последний из учеников, она, под мантией Гарри, приступила к сбору неожиданного урожая.

Надо спешно приготовить зелье подчинения, оно же очень сильное! Если успеть, то заклятие отсечения плоти, а мистеру Откушенному сейчас не до всего, не испортит зелья. И тогда оно сохранит всю силу… И кровь врага будет крайне полезной не только для этого зельица, тем более, её много вылилось.

Хорошо, что был последний урок. Обедом она пожертвует, не страшно. Гарри, её охраняющий, тоже пропустит, его жалко. Но раз Малфой… на него им ещё работать и работать! Однако с толикой благородной крови это станет легче.

…Землю, куда кровь впиталась, она тоже соберёт, а потом из неё почти всё достанет и очистит, магия-химия ей в помощь. Жаль, что гиппогриф откушенное сразу проглотил, ни кусочка чистокровной плоти не оставил…

Вот как знала, что озаботилась ту хитренькую книженцию на старофранцузском одолеть, как чувствовала! Такой полезный рецепт узнала, для той эпохи сложноватый, да. Но сейчас, когда ингредиенты точнее и нарезаются, и взвешиваются, вполне посильный для третьего курса. Не оборотное зелье!

Чистокровный глупышкин не знает, и не узнает, что сегодня был укушен дважды. Судьбой укушен, конкретно: сначала клювом довольно страшной, как оказалось, твари, а потом — нежными девичьими ручками плюс многими девическими познаниями, да уязвлён. И ещё неизвестно, какой укус для него окажется болезненней!

Ты сильно задолжал, агрессивный невежа Малфой, и многим, многим. А кое-кому и многократно. Поэтому пора начинать платить, пора, хам ты чистокоровный…

С помощью зелья подчинения на основе крови удалось не только дважды выводить из строя слизеринского агрессора, пусть совсем ненадолго. Но и таскать книги из его родовой библиотеки! Заклинание Конфундус, в смеси с выданным Хагридом лёгким помрачающим зельем, довольно забавным…

Зелье, настойчиво предлагавшее поскорее найти укромное место и предаться радостям мастурбации, работало прекрасно. Нет, блондинчик что-то подозревал, поэтому налегал на очищающие составы. Артефактная защита действовала хорошо, но не безупречно. Хотя проще всего было посидеть, после слабительного, на фаянсовом друге, помедитировать…

Но это же путь Рональда Уизли Презираемого! Разве истинный аристократ будет использовать, по сути, магловские способы срочного выведения пакостей из организма?!

Конечно, артефакты родовой защиты способны всё нейтрализовать, но не сразу. А знаменитое зелье подчинения и для них сложная штука. Покамест подчинение больше суток работает, поэтому можно от наследника весьма полезные вещи получать, и полезнейшие порой. Что сведения о некоторых полезных обрядах, что книжечки… ох, какие книжечки! Копируем и радуемся, копируем и наслаждаемся…

А то, что оказалось под защитой от копирования, в две руки и головы переписываем, сразу с латыни переводя, и со старофранцузского…. А потом книжка в библиотеку мэнора возвращается, и всё шито-крыто! Потому что наследнику приказано про книжки забыть! Да уж, дурачок ты, Драко, и уши у тебя холодные!

Гарри тоже был в восторге от некоторых заклинаний, раскопанных в книжках проклятого завистника. Одно заклятие разложения чего стоит! Магоёмкое, зараза, и сложное, зараза такая, но куда деваться? С волками жить, по-волчьи кусаться! Лучше даже по-медвежьи…

И проклятие гниения крайней плоти… не опасное, ну, по-настоящему не опасное, но насколько долго излечивается, отправляя врага, если он мужского пола, на больничную койку! А заклятие «Смертельный щекотунчик»?

Ведь и пыточное, по сути, и отлично работает. За неполный час на тот свет переправит, если без остановки применять, милая вещь. Через полчаса жертва и обделается, по первому разу, и заодно получит магическое истощение. Берём Щекотунчика, врагов посмешить! Тоже сложное, ну, так и Гарри с каждым месяцем крепчает: и в силах прибавляет, и в умениях. И Гермиона прибавляет, неуклонно…

Похоже, и слизеринец прибавляет! Раз уже через неполные две недели все эффекты зелья подчинения ушли, как и не было! И Дракончик снова стал неприятен и опасен. Гермиона поражалась, что порция зелья подчинения даже взрослого мага удерживает в своей власти на двое суток и более, а подростка Малфоев — не более тридцати часов.

А после двукратного применения и вовсе перестало удерживать, да Мерлин-должник и Моргана-побирушка! Ведь не должно же быть так, раз в книгах написано! Вот ведь фрукт какой интересный, малосъедобный, опровергающий книжные мудрости…

Гарри же только постоянно высказывался о Малфое — и разными душевредными словами, и просто вульгарными выражениями. И с присущим скептицизмом говорил, что когда Дракошка повзрослеет и станет магически сильней, то ещё больше вредить будет. А защита у него крепче станет, и проблемы неизбежны.

Гермиона хмурилась и кивала. Будут от белобрысого проблемы, ей это тоже ясно…

Плохое поведение наследника не давала поводов сочинять о нём что-либо сочувственное, и даже нейтральное. Не достоин, слизняк и хамло! О мертвенно-голубом лице Малфоя, после того откусывания, Гарри быстро набросал с натуры. Добавив и своё видение интимных особенностей врага после сложной восстановительной операции…

Драко с взглядом мертвеца,

Черноватых два яйца,

Синеватый цвет конца,

В точности, как у лица…

И потом присовокупил, имея в виду вассалов и насмешки над неудачником, подставившим под клюв летающего монстра всё самое ценное:

И втроём ты одинок,

Плачешь ты от чёрных кок!

Машешь чёрным кончиком,

Заедаешь пончиком!

Когда тёмный почернел,

Рон Уизли вкусно съел!

Оскандалилась гадалка,

Только негра того жалко!

* * *

С этим пересаженным чёрным прибором Драко, конечно, сильно подставился. И не мог парировать оскорбительных напоминаний, совершенно. Даже пытался, под бессердечный гриффиндорский смех, говорить, что это запретная тема, и об интимном настоящие аристократы не распространяются…

Малфой старался переводить разговор на другие сюжеты, а это было трудно. Потому что Гарри с Роном не хотели переходить, да и народ в целом эту тему обсуждал с охотой. Эксклюзив ведь, как говорится!

Гермиона даже находила, что они все чересчур про это кричат.

— Гарри, но это твоё постоянное подчёркивание, что Малфою купили и пересадили принадлежности от негра… темнокожего, это же расизм, так?

— Нет, я же Малфоя в целом ненавижу, включая и принадлежности. Просто очень уж смешно, раз у него чёрненькие штучки, на всём белом, и есть возможность издеваться… Наш Малфой из бедолаг, очень он контрастный маг, как-то так.

Если бы он от нас отцепился, я тоже бы сочинял что-нибудь другое, и не про него. Раз есть про кого… Ведь повторяюсь уже где-то, понимаю. Но Драко себя убедил, что я его худший враг, и всё время дальше убеждает. Я его в дерьме настоящем купаю, а он всё равно в ответ словесно поливает и поливает. И ещё реально пакостит. Это война!

Мои самые грубые стишки — это как оружие массового поражения, вроде не стоит применять. Но он же пытается нас и Секо резать, и рифмами обдаёт, на моё поле лезет! И тебя очень неуважительно поливает, и Невилла, за компанию! Да хоть и Рона!..

Понимаешь, Малфоя трудно в дерьмо окунать, по-настоящему только два раза получилось, если попытку Булстроуд считать, с прошлогодним окунанием в унитаз. А ведь надо окунать, и очень хочется! Гораздо легче его словами в этом самом купать, раз он к поэтическому слову восприимчивый, чувствительный наш…

Я ещё несколько стишков про коричневое, пахучее, белое и чёрное сочиню, и всё, наверное, кончится вдохновение. А пока не кончилось, Малфой будет унижен! В том числе, и по цвету кожи в интимных местах будет!

Расизм — это же от превосходства обычно, так? А я чувствую своё превосходство над Малфоем, сильное такое. И можете считать меня расистом, раз превосходство не нравится… Тем более, негра-донора я жалею, вот!

— Гарри, не дуйся! Расизм ужасен, но имеет глубокие корни. Исторические, вот. Потому что колонии, ну и всё такое. Это общеизвестно. Хотя колониальные территории при Великобритании развивались, поэтому сейчас самые развитые из них очень хорошо выглядят. И Гонконг, и Макао, и Сингапур.

И у Индии хорошие перспективы, а это страна — вторая в мире по численности населения! И там есть демократия, пусть и так себе, с коррупцией и передачей власти по родне, но у соседей и того нет. Пусть голубых ещё сажают, и женщин насиловать любят, но хоть вдов не сжигают уже! В уголовном кодексе соседнего Пакистана статья про изнасилование есть, но фактически не применяется, суды всегда решают, что виновата женщина, представляешь?!

Я, конечно, признаю, что было отвратительно возить рабов в Америку из Африки. Но там же сами негритянские вожди друг с другом воевали, специально предложение создавали, массовое, многомиллионное и целыми столетиями. А когда рабство запретили, почти двести лет назад, британцы работорговцев просто вешали, а команды судов на каторжные работы отправляли, и очень просто!

Есть закон — вешать работорговцев, и вешали их, прямо как бродяг последних. Ну тогда в Британии вообще легко вешали, надо признать, и с глубоким отвращением! Хоть нищих за поимку на повторном бродяжничестве вздёргивали, хоть карманников, нашего возраста и моложе, за рецидив, хотя и нечасто, вроде… А вот бродяг часто, просто как потенциальный криминал!

Причём, заметь, Гарри, арабы-то, которые нас очень полюбили критиковать, от работорговли не отказывались! Да они и нынче не прочь, потому что уже много больше тысячи лет опыт такой торговли имеют. И не критикуют себя совершенно, ни за прошлое, ни за настоящее. А в Индии британцы столько железных дорог построили, что никому не перегнать, и всё индусам оставили, причём без компенсации!

И сейчас, развившись до космических величин, мы всем отсталым странам помогаем развиваться, очень много тратим. А они в ответ частенько не хотят развиваться, им и так хорошо. Вот и загнивают, отбрасывают демократические ценности. Индийцы, вот, не отбрасывают, и вдов не сжигают, и за попытку влезть в высшую касту, путём изменения фамилии, убивать перестали, ну, в прежних количествах…

Хотя каждый индус знает, к какой именно наследственной группе относится, и это через полвека после отмены кастового деления! Вон, близняшки Патил как брахманством гордятся, почти как Малфой старинным дворянством… Ты же замечал, да?

…Зато африканцы в массе до сих пор такие отсталые, просто ужас. Даже рабовладение помаленьку сохранили, в Мавритании, например, пусть недавно и отменили, на бумаге. А в Центральной Африке пигмеев потихоньку едят, в ритуальных целях, за людей не считают, раз маленькие такие…

…Да-да, заставлять индийцев выращивать опиум, и потом продавать эту отраву в Китай, целыми кораблями, и с просто сумасшедшей прибылью — это необыкновенно гнусно. Просто слов нет, тут ты прав, Гарри, просто нет слов.

Но это же в далёком прошлом, колониальном! Но в нём же не только гадости были, так ведь? И нам же с тобой не в чем перед китайцами каяться, так, Гарри?

Привет, Малфой прилизанный!

Гориллы по бокам,

Ишь, перстнями унизаны

Ручонки здесь и там.

Ах, бархатная курточка,

Трусишки в кружевах…

Болтал б ещё минуточку,

Но вижу, дело швах.

Твоя, родимый, очередь

С гиппогрифом шутить,

И будешь укорочен,

Без краника ходить.

Ты станешь знаменитым,

Красив новый прибор!

Он цвета антрацита,

Ласкает неграм взор.

А что оставил донору,

Эй ты, аристократ?..

Убавить тебе гонору

Здесь, в Хоге, каждый рад.

Смешны Малфои умникам,

Ты круглый дурачок!

Уже испачкал тунику?

И съёжился сморчок?

Давай, беги, убожище,

Схами и клюнуть дай,

И, завывая ноюще,

С позором убегай!

Главный целитель Сметвик, нервно перебирая пальцами, листал истории болезни самых актуальных пациентов. И всё время невольно возвращался к толстой папке с портретом самоуверенного блондина средних лет на обложке.

Пациента, требующего внимания чуть ли не столько же, сколько все остальные поступившие в клинику за последние недели. А среди них пять очень сложных случаев и дюжина просто сложных. Особенно запомнилось спасение наследника рода Малфой от более чем реальной опасности перестать быть наследником — очень нервное приключение для всех целителей Мунго…

…Такое впечатление, что Гилдерой Локхарт этот, пациент усложнённый и пишущий руками, а также шальная мегазвезда нашего планетария, никогда не утихомирится! Память обычно пропивают, но тут мы столкнулись с проявляющим этанол-эффектом, да феноменально проявляющим. Уж он пил и пил, а потом раз — и память себе вернул, чего никто не ожидал!

При этом постоянно демонстрирует неустойчивое положение между ректификатом и денатуратом. Да ещё с периодическим зависанием в простецкой самогонной зависимости, и с явным одеколонным привкусом. Похоже, на фоне настойчиво оглашаемых идей о страшном юном ведьмаке Поттере! Который, дескать, отчаянно завидовал своему преподавателю, раз тот самый известный человек магической Британии!

Да-да! И который, вы только подумайте, якобы наложил на выдающегося писателя наших дней целый ряд темнейших проклятий… И вот они, благодаря саботажу местных целителей, уже страшно разрушили и продолжают разрушать ментальное здоровье мистера Локхарта, как же! Определённые напитки и смеси напитков — вот главная опасность для ментального здоровья!

Надо будет описать этот проявляющий этиловый феномен, во имя науки. И про антипроявитель памяти не забыть, одеколонно-денатуратный! И не указывая фамилии счастливчика, во имя врачебной этики. Хотя пациент — крайне неэтичного поведения, пьяница, развратник и виршеплёт! Если бы Гилдерою палочку выдали, как он требовал, ужас получился бы, сплошной…

Так он и без палочки такое вытворяет! В смысле, пишет всякое такое, где сплошной пессимизм и пациентам одно уныние!

Жутко лязгнут ножницы -

Не нужны наложницы…

Не нужны любовницы,

А нужны покойницы!

Это он, увидев наследника Малфоя, с выделяющимися признаками полной кастрации, впечатлился. Да, крайне сложным оказался тот случай с незадачливым подростком, нарушителем правил поведения при общении с опасными магическими тварями.

Судя по его практике, гиппогрифы крайне редко нападают на магов. Операция по возвращению задиристого юнца в полноценные наследники шла напряжённо, с первым попавшимся донорским комплектом. Причём счастливо добытым где-то на магловской улице, и очень контрастного цвета.

Вероятность удачи была менее пятидесяти процентов, повезло этому Драко. Гиппогриф мог и по тыковке, бестолковой, клюнуть, сразу бы тогда до мозговой мякоти добрался, питательной… Ну хоть счёт, чрезвычайно круглый, Малфои без писка оплатили, не поскупились.

Хотя на цвет пересаженного хозяйства, так сказать, возбухали и крысились, выражаясь жаргоном пациентов из низших классов… Да уж, кто не садист, то расист, одно из двух. Но многие прекрасно и сочетают данные качества!

Так вот, этот Локхарт — просто невероятный графоман! В прозе он, конечно, силён, но стишки пишет такие, что… просто слов нет, хороших! Своим стихийно-навязчивым поэтическим творчеством, о котором чем меньше будет сказано, тем лучше, популярный беллетрист напомнил целителю ещё про один случай, пусть и частный.

Очень противоречивый, как многое в Мунго, и давний. Но вышедший за пределы лечебного заведения, отчего некий анонимный сочинитель в него и вцепился, при оказии. Да, сразу накатал юморесочку, не приходя в сознание почти, хотя и не сильно наврал:

Отлюбил меня Морозко -

Очень холодно и жёстко…

Врач пальпировал вагину,

Констатировал ангину!

Помянутый любвеобильный Морозко — суровый такой финн, из приюта бедных чухонцев на краю Скандинавии. Когда от медведя убегал, повредился умом с перепугу, до самой Британии добежал. Ледяным духом себя возомнил, фольклорным. Да многие бы повредились, медведь же…

В Мунго по холодильникам прятался, растаять боялся, хотя собственная магия в охлаждение организма, поверхностное, и шла. А женщин не боялся, и те его тоже того… уважали. За пыл его, ледяной, так сказать.

Одно время таких снежных колдунов в лечебнице обреталось двое: финский Морозко, и Мразик, чешского происхождения. У второго, на фоне запоев, жажда размножения обострилась, даже тёща пострадала. Сильно конкурировали за баб, в смысле, пациенток, оба соревновались, у кого, так сказать, сосулька ледянее.

Хотя и практиканток тоже не пропускали, раз солидная имелась харизма у этих отмороженных. Они холодные только снаружи были, а так ого-го, молодые ведь ещё. А женщинам же интересно, когда и на бородке сосульки, и на усах сосульки, и под носом сосульки, и внизу интересно подморожено…

Ну и себе тоже сильно охлаждали, где не надо. После тех отмороженных Локхарт не раз в нетрезвом виде пугал дам: мол, я, гендерно нетерпимый дидло Мороз, готов вас всех, и немедленно, только вот выпью ещё, чуть-чуть, и тогда уже всех-всех, да-да!..

Практикант-то совсем неопытный был, с диагнозом насчёт ангины наблудил, смеялись, конечно. Но тот факт, что за пределы клиники просочилось, это не очень смешно, а очень нехорошо. Над врачами любят смеяться, а грешно это! Ведь каждый пациентом может стать, про это не нужно забывать…

* * *

Как же тяжело без нормального финансирования, с министерством этим, альтернативно мыслящим и действующим! Приходится клинике и вип-палаты, и платные услуги навязывать понемногу, куда деваться? Услуги же не какие-нибудь, волшебные! Голову сломаешь, пока интересное придумаешь.

Правда, после посещения министра, с алкогольным отравлением, в клинике появились палаты с внутренним расширением. В одной девять комнат, есть даже бальный зал, в зеркалах, вот! Стол на уровне «скатерть-самобранка импортная», российского производства, редкая вещь. У россиян же основные блюда из французской кухни, так что меню достойное, вплоть до чёрной икры.

Есть и палата системы «секс-шоп», выбор — на уровне большого магазина, хотя цены… поэтому берут нечасто. Зато палат системы «сауна» две, их часто берут. И для леди есть палата-магазин, для релаксирования от шопинга. Там очень неплохой выбор и косметики, и белья, и парфюма, и сувенирчиков всяких, хотя дамам угодить непросто. Правда, палата-солярий их тоже хорошо успокаивает…

И в магазинах этих, при люкс-палатах, хороший выбор товаров, частично эксклюзивный. Умельцы в Мунго интересные штучки делают, да сам главный целитель с талантливыми колдунами сотрудничает. То есть покупает или берёт на реализацию всякие такие предметики, интересные выздоравливающим. А также и посетителям, кои тоже ведь перспективный контингент.

Вот анальный вибропальчик нового образца, специально сделан эпатажно — оттопыренным в неприличном жесте средним пальцем! Маги и ведьмы старой закалки морщатся от такой грубости, конечно… Зато остальные отнеслись спокойно, философски — всё равно же в задницу, куда ещё? Хотя доктор Сметвик многое мог бы сказать в ответ на этот, казалось бы, риторический вопрос…

В Мунго долго предлагали желающим заводной пальчик старого образца, простенький. Люциус Малфой был способным магом, именно он сделал первый «Анус-с-пальчиком» — гибкий длинный деревянный палец, с резиновым покрытием и довольно широким спектром движений. Клиника перечисляла ему неплохой процент, когда поставила дипломную работу талантливого студента на поток.

Тем не менее, выпуск пальчиков продолжался не так долго. А Люциус Малфой после Хогвартса оставил артефакторику, занимался в основном делами рода и успешно преумножал фамильное состояние. Доброжелатели благодарно вспоминали лорду простую и надёжную штуковинку, способную радовать и радовать.

Зато недоброжелатели говорили, что некоторые нахальные маги готовы свои пальцы совать куда угодно, даже в анус всей магической Британии!

* * *

…Этот впечатлительный Локхарт много увидел и смешного, и того, что ему показалось страшным — в ординаторской, в процедурных, да и в коридорах тоже. Прежде всего жертв проклятий навидался, и случайных, и наведённых. Там же каждый день кто-нибудь новенький из таких, кого только за деньги показывать. А если праздник, так и группами разные невезучие поступают!

И, кстати, лечебные процедуры бывают настолько специфические и непривычные глазу человека, далёкого от колдомедицины, что вполне способны слабую психику расшатывать. Вплоть до истерик на ровном месте. А у сочинителя какая там психика?

Явно про поединки с тварями всё придумал, раз истерики закатывал, от вида говорящей задницы на стенку лез! И ухитрялся прилипнуть при этом, на собственном кале, надо полагать. В Мунго же обычно не менее одной такой задницы на реабилитации, сразу ведь не расколдовать, известная проблема...

А когда проклятье Жопаг выветривается, так постепенное возвращение человеческого облика, случается, через малоприятные трансформации проходит. Особенно когда одна сторона туловища на лишние часы, а то и сутки-двое так и остаётся сплошной задницей…

Отвратительное заклинание, целители терпеть его не могут! А в праздники бывает и целое нашествие таких прямоходящих ягодиц. Главное, поведение же у них непредсказуемое: то ничего так, с разумными речами, то просто задница полная, хоть огурцами набивай! А иные настолько развязно себя ведут, что прямо хоть на британский флаг рви! Ещё хуже Локхарта бывают!

Хотя иная химера пострашнее мага-задницы! Даже на целителей может серьёзно воздействовать, бывает, куда там Жопагу. Да, превращение в химеру — хлопотная штука, возни с такими пациентами масса.

Ты вот пытаешься разобраться с бедолагой, которому понапришивали разных частей тела, от всяких тварей, а тот паникует, бегает на куриных ножках, мяукает до посинения! Попробуй-ка сосредоточиться, если даже зафиксировать такого усложнённого пациента бывает непросто. Особенно если летать научился…

Или когда почти круглый мешок в клинику тащат, который на самом деле — пациент после встречи с аврорами. Эти же авроры, которые менты, только так опасные заклинания накладывают! Например, проклятие разжижения. От которого некоторые внутренние органы, включая важнейшие, постепенно переходят не только в жидкое состояние, но и в газообразное. По очереди, да, начиная с менее важных, поэтому чаще всего удаётся откачать.

В прямо смысле откачать, коли газ внутри, и бедолагу раздувает на глазах. Хорошо, что менты применяют это проклятие не так чтобы часто, поскольку разжижение начинается не сразу. И, с правоохранительной точки зрения, эффект недостаточно заметен. Однако разжижение только сначала идёт не очень быстро, но постепенно ускоряется и ускоряется, с переходом части жидкого в газообразное.

Так что пострадавший начинает раздуваться, потому что от раствора, к примеру, той же печени получается очень даже немало газа. А с газообразной печенью и самый опытный целитель намается! Потому что одно дело, когда парные органы газят, там по очереди улетучивание происходит. А вот с печенью или желудком большие проблемы бывают…

Очень давно было сказано, и вполне точно, что плохая это примета, если слабый маг попался на глаза сильному, когда последний в плохом настроении. Или слишком хорошем… Ведь у сильного всегда бессильный виноват, против классики не попрёшь.

Любим шутки архимага:

Годик брызжем жёлтой влагой,

Если шутка просто мага -

Бодро какаем бумагой!

Но общая медицинская неграмотность пострашнее всякого аврората! И похуже встреч с неадекватным сильным магом, в состоянии изменённого сознания… Вот некоторым пациентам хочется прямо-таки посоветовать плохого, с максимально серьёзным видом.

Дескать, чтобы остановить носовое кровотечение, сильно ударьте молотком по какому хошь пальцу и засуньте его в носовую ноздрю. Распухнув, палец плотно законопатит её, и кровь остановится, пляшите не пляшите!

Тут, главное, не заржать преждевременно. Потому что нет такой чуши, в которую люди не поверили бы. В смысле, пациенты эти, дурномагические… Которые совершенно не умеют лечиться!

А ведь те же передозировки зелий очень сложные эффекты дают. И потом хлопает это чудушко магическое глазами бельмастыми, и языком ороговевшим пытается объяснить, что хотел, чтобы быстрее, и всё! Поэтому и выпил сразу всю бутылочку, хоть и невкусно было.

На полном серьёзе это вот всё поясняет, и на целителей очень сердится — опять опасную дрянь какую-то всучили, да за такие деньжищи! Вон, у родственника, после похожего бутылька, вообще уши отвалились, в момент! И не выросли, почти, так, видимость одна, а не нормальные уши! Вот я вас, халтурщики от медицины, засужу на миллион, за каждое бельмо, коль зрения лишили ни за что ни про что, Мерлином вас топтать…

Ведь самому под сотню лет, вроде и жизнь повидал, а мыслит как грудничок! Ну да, если после школы лет восемьдесят прошло, так и выветрились все знания, начисто, нередко и бесследно. А если книжки с тех пор только порнографические открывал да пытался прочитанное повторять… а школьных заклятий, нормальных и полезных, никогда не повторял...

А бывает, что и недостаточная доза какого-нибудь хитрого зельица так удивить может, что хоть… И сочетания несочетаемых зелий — тоже распространённая проблема. Хоть разобъясняйся, нет, залил в себя всё подряд, виски для вкуса добавил…

Ведь докторишки эти ничего не понимают, пишут там что-то в рецепте, да не очень разборчиво. И удивляется, что только-только стакан виски вкус гадостный после лекарства заглушил, как зелья уже наружу вытекают! Через новую дырочку, да с болью такой, да с кровью такой…

* * *

По компетентному мнению главного целителя, собственно шуточными являются максимум две дюжины заклинаний. В прочих — только доля шутки, а остальное заставляет медицину напрягаться. А порой и съёживаться, ведь и маги-целители не всесильны. Особенно перед силой диких фантазий альтернативно мыслящей части населения страны, не такой уж и маленькой.

Магов и двадцати тысяч нет, отвязанных профессиональных «шутников» несколько десятков, ну и сотни спонтанных весельчаков, тоже способных на многое. А клинику на уши ставят! Вместе с невнимательными и маразматическими пациентами, которые творят страшные вещи случайно.

Всем больным следует хорошо помнить, что процедуры для удаления вредоносных зелий из организма, равно как и сведение проклятий, могут сильно менять их облик. И волновать как их самих, так и окружающих. Особенно тех больных, кто недавно, скажем, поступил и видит примеры, нередко устрашающие.

Самые трудные случаи, это когда антидот одновременно вводится во все отверстия: в желудок, в анус, в уретру-вагину, а также закапывается в нос, уши и глаза. И вдыхается ещё, чуть не забыл. Кожа от этого на короткое время может сильно цвет поменять, а порой и структуру тоже.

Лежит такая… ну, мумия мумией, да ещё в тканях специальных, и ванна, действительно, саркофаг напоминает. Как начнёт вылезать подобная глиста в обмотках, так и практикантки, бывает, взвизгивают! А уж если себя в зеркале такая мумия как следует разглядит, женская, жди концерта! Но врачи в Мунго стойкие, и успокоительных зелий имеют максимально возможный ассортимент.

Или возьмите такую необходимую манипуляцию, как суточное выдерживание в драконьем навозе, с его фирменным ароматом, вырвиглазным. Не так и редко приходится применять сей продукт, исключительно с целью осветления кожи. Обычно после довольно распространённого негроидного проклятия, когда ты везде чёрный как сапог, и строением лица африканец.

Ну, пухлые негритянские губы женщины себе нередко оставляют, и курчавые волосы тоже, однако широкий нос требуют убрать, обычно так… Впрочем, монголоидное проклятие тоже заставляет обращаться к упомянутой едкой субстанции.

О, клиника святого Мунго! О, эти великие спасительные зелья, которые колют в вены, втирают в дёсны и закапывают в глаза! Остальные всасываются языком и прямой кишкой, а особо приготовленные — так и всей кожей! Не считая тех, которые просто едят, пьют и вдыхают…

Но вот вредоносных зелий магами придумано побольше, чем лечебных. И здесь большой философский вопрос — чем думают маги? И зачем, главное, зачем?

Через несколько дней после того хронопутешествия Гермиона всё же настояла позвать Добби и поизучать его. Тогда, чтобы его вызвать к подразобранному мистеру Малфою, она очень сильно напрягала магию, до лёгкого головокружения. А сейчас нет опасности ученикам, и Добби может проигнорировать её вызов. Однако на зов сэра Поттера должен непременно откликнуться!..

Да, Гарри, уверена!.. Да потому что домовичок очень по-разному смотрел, во время Малфоева побоища, на мисс Грейнджер и мистера Поттера… Да на тебя смотрел просто благоговейно, никакой Джинни не надо! Однако, будем справедливы, счёл возможным откликнуться и на мой мысленный зов. Поэтому сыграл роль в резком уменьшении ущерба для Драко, а заодно — и для Хагрида.

То есть Добби всё правильно сделал, он совсем не глуп! Просто логика домовиков другая, насколько можно судить… Пусть косая и кривая, Гарри, не будь злопамятным! В смысле, слишком не будь… Вот и проверим Добби, разными способами. Запретить приближаться к тебе ближе чем на тридцать шагов мы всегда успеем…

Гарри, ну чего ты опять за свои «как-как»? Никуда не какаешь, а просто идёшь к директору и просишь, раз его домовик, и всё!.. Нормально выслушает, не волнуйся! Кто в этой школе главный — ты, или Малфой какой-нибудь, ну? Кому Фоукса персонально присылали, а?

Добби надо изучать и приручать, по возможности. Давай, Гарри, зови домовика, нам нужны разведчики в стане врага! Из Добби вполне может получиться приличный рыцарь плаща и кинжала, раз уже телепортируется, да вместе с героями! Тебе что, персональный телепорт не нужен, да? Такой стал весь уверенный в своей везучести, да?

* * *

Гарри был не в лучшем настроении, после отработки у Снейпа, но пинг-понг с подругой его хорошо развлёк. Он так наловчился подрезать шарик при ответных подачах, так коварно… Ладно, можно и поизучать, пока совсем не убил… кто-то кого-то. Так, Добби, где ты там, появись перед Гарри Поттером, если можешь, ушастый! И если посмеешь…

Последнюю фразу он буркнул полушёпотом, выражая тем своё отношение к затее Гермионы. Та почему-то волновалась, хотя выиграла две последние партии. Секунд через пять хлопнуло, и в комнате спорта перед ними появился замурзанный домовой эльф. И сразу громко пискнул, что рад понадобиться сэру Гарри Поттеру, герою волшебного мира!

Но Гарри хмуро смотрел на него, не выказывая ни малейшей радости от встречи. Пусть Добби очень ловко свозил его в замок и столь же безупречно вернул обратно. Тем самым сыграв огромную роль в откатывании времени и возможном спасении жизни одного неправильного наследника. Да, очень правильный поступок. Но тюрьма от Дурслей и тот хруст руки от бладжера…

Между тем Добби и раньше понял, что плохо служил великому мальчику-освободителю. Поэтому должен понести наказание, предметами или магией, это справедливо.

Понурый домовик пропищал, короткими и нескладными фразами, что очень виноват, препятствуя великому герою и освободителю эльфов попасть в школу… или помогая попасть в больницу, вместо школы. Добби хотел хорошего, но слишком ничтожен, поэтому сделал плохо.

Ему очень стыдно смотреть на великого освободителя, который, в ответ на плохое, сделал ничтожному эльфу хорошо и ещё лучше. Добби не смеет просить прощения у великого, и готов быть наказанным! Даже два раза, или три, или больше! Он очень виноват, но всё же имеет право существовать, даже будучи таким недостойным.

Потому что сам величайший чародей и директор разрешил Добби ухаживать за волшебными мальчиками и девочками в Хогвартсе. И Добби старается изо всех сил, и понимает, за что его наказывают старшие. Поэтому перестаёт делать прежние ошибки, а делает только новые, поскольку очень молодой и глупый…

Добби глуп, но понимает, как ему необыкновенно повезло. Потому что в школе разлито магии ещё намного больше, чем в мэноре бывшего хозяина Малфоя, очень сильного и тёмного колдуна. В том мэноре даже постоянно проявляется некроэнергия, и её больше, чем в замке! Добби счастлив и всегда будет благодарен великому сэру Гарри за своё освобождение от гнёта злого волшебника и бывшего хозяина!..

Гермиона сразу пожалела несуразное и несчастное существо. Потому что признать ошибку — это очень важно. Например, один рыжий мальчик почти никогда не признаёт. А его братья вообще ни в чём не признаются, принципиально…

Возможно, этот Добби не безнадёжен, раз такой искренний. Так, надо спросить, как он чувствует себя в школе, и сильно ли отличаются новые порядки от старых, малфойских…

— О, замок Хогвартс — место силы, так говорят все домовики. Добби здесь легче колдуется и работается, он очень счастлив! Его бьют в Хогвартсе гораздо меньше, чем в мэноре, и совсем не моют кипятком, ни разу. Добби не прибивают к потолку, а только учат поварёшкой по тупой тыковке, как говорят старшие уборщики, и ещё учат обжигающими заклинаниями.

И молотком для отбивки мяса, и только два раза. Но великий мальчик-герой может его наказать как посчитает нужным. И Добби хочет сказать, что старается быть достойным эльфийской общины Хогвартса — самой большой в Британии, даже крупней, чем в министерстве. Добби оказана большая честь!

…Добби хорошо моет унитазы, хотя ещё не вполне хорошо отмывает. Но он уже почти достойный ученик младших уборщиков. И его только один раз по-настоящему больно наказали, молотком для отбивки мяса, за грязную одежду. Второй раз молотком наказали очень бегло, и Добби добавил, раз не понял указания среднего и старшего уборщиков, и бился головой в таз, пять раз.

С тех пор Добби лучше понимает приказы старших эльфов, и всегда в чистом, даже после унитазов, которые всякие бывают. Потому что некоторые юные маги и нетрезвый комендант Филч не умеют смывать за собой. Что даже странно, хотя магов нельзя критиковать…

Ой, Добби плохой и ничтожный эльф! Он даже не знает, зачем сказал про не умеют смывать, его нужно наказать предметами труда! Или он сам себя накажет, когда освободится мясорубка и в неё можно будет сунуть уши…

* * *

Малфой дёргать учил эльфов гвозди,

И плевался он ядом сквозь ноздри,

Слуга задом рвал гвоздь,

Приходил важный гость,

Видел эльфов прибитые грозди…

Гарри слушал Добби надувшись. Ему очень хотелось высказать этому плаксивому убийце-неудачнику многое. И ещё доказать, что совать уши в мясорубку совершенно необязательно. Когда рядом есть очень раздосадованный волшебник…

Однако инициативу надёжно перехватила Гермиона, и правильно сделала. Девочка строго сказала ёжащемуся и смотрящему только в половицы эльфу:

— Да, Добби сильно провинился перед героическим Гарри Поттером, будущим великим волшебником и… начальником всех, или многих! Но Гарри Поттер добр, великодушен, и друг трудолюбивым домовикам, и даже глупому Добби!

Потому что важно, когда хотят хорошего, ведь великому мальчику многие желают плохого. Если Добби будет помогать великому, то будет прощён. И, возможно, награждён. Ведь у эльфов наградой считается новая работа, не так ли?

— Да, добрая мисс права, все домовые эльфы обожают, когда много работы, и Добби не хуже обожает! Хотя его называют порченым, ведь он два дня был без хозяина. Поэтому, как непонятно сказал младший помощник главного уборщика, всё это время морально разлагался!

Это, наверное, ужасно, но Добби сразу согласился войти в общину эльфов Хогвартса, и стал стараться! Добби очень боится разлагаться! Он уже много видел разлагающихся отходов, и считает, что они плохо выглядят… Добби обожает великого героя Гарри Поттера и готов ему служить всё своё свободное время!

Мистер Поттер решил, что про обожание и службу в целом неплохо сказано. Тем более видно, что ушастый вредитель раскаивается и понимает прежние ошибки. Что как бы намекает на их неповторение. И совершение других ошибок, менее значительных, если не сильно придираться.

А он удачно поиграл в пинг-понг, он в настроении и не собирается придираться к эльфу. Он пойдёт навстречу этому Добби и посмотрит, что получится. Может, действительно эльф будет искупать свои покушения и пахать на мистера Поттера… и мисс Грейнджер. А они будут на нём ездить, раз ноги не казённые…

— Да, Добби, твоё обожание может быть рискованным… но… э-э-э… мудрая волшебница мисс Гермиона Грейнджер сказала очень правильно. У тебя есть шанс… нет, это сложное для тебя слово. Ты можешь нам служить и тем искупать свою вину, постепенно. В свободное от работы время, вот. У домовиков есть свободное время, да?

— Великий сэр Гарри Поттер прав, такое время есть! Особенно когда ученики хорошо смывают и так далее. Если всё чисто, то Добби имеет право не перемывать по второму разу, это закон домовых эльфов! Добби часто свободен целую минуту, или две, и даже пять. Бывает, он свободен даже десять минут, и более.

Но тогда Добби плохо от безделья, и он начинает перемывать по второму разу, потому что это… очень сложное слово, но Добби недавно выучил… ненака-зуемо, вот! Свободное время ничтожного Добби принадлежит великому мальчику! Который освободил одного ушастого вредителя… как сам лично сказал мистеру Лонгботтому, в туалете, где убирался Добби.

Ничтожный эльф рад служить и обещает стараться! И отдельно обещает сначала спрашивать, а не делать сразу самому… Чтобы остаться ушастым, но не быть вредителем!

Девочка решила закрепить правильно построенный разговор. Гарри перестал сердиться, вот главное!

— Это очень важно, что ты будешь спрашивать у нас, что делать. Тогда ты не будешь совершать ошибок, Добби. Видно, что ты поумнел, это хорошо. Мы придумаем для тебя важные поручения, потому что друзья эльфам. У тебя есть пожелание для себя? — ласково спросила Гермиона.

— В первый раз Добби спросили о его желаниях! Но Добби так ничтожен!.. Он растерян и хотел бы сначала поплакать от счастья, а потом придумать пожелание. Это очень красивое слово!

— Нет, Добби, мы бы не хотели видеть плачущего домовика, у нас уже есть Плакса Миртл, и её более чем достаточно! Тем более, имея в друзьях одного ноющего и завидущего мальчика… Я думаю, что у тебя непременно найдётся какое-нибудь желание. Сколько тебе лет?

— Добби очень юн, он только что вышел из детского возраста, ему недавно исполнился двадцать один год. Поэтому его уже допускают к чистке унитазов, и скоро он сдаст зачёт на чистку раковин! Тогда его, возможно, не будут называть порченым кривоногим ушастиком!

Хотя все эльфы кривоногие и ушастые. А ещё пучеглазые, писклявые и серо-зелёные, если сравнивать с волшебниками, но это воля Мать-и-Магии… Ой, глупый Добби не оскорбил юных магов сравнением?

Гермиона подпустила в голос дополнительное количество сахарных интонаций:

— Ни в коем случае, это действительно воля магии, Добби всё правильно понимает. Важно, что Добби не глуп, да. Ах, Добби уже двадцать один, это очень важная дата. Мы готовы поздравить Добби, как преданного героическому Гарри Поттеру!

И даже выполнить его пожелание, потому что это действительно красивое слово. Конечно, если мы будем в силах выполнить твоё желание. Говори, не стесняйся, Добби! Мы — добрые маги и хотим тебе хорошего!

— Добби просит разрешения поплакать над этими великими словами потом, чтобы не огорчать недостойными слезами великих юных магов!.. Ушастый вредитель Добби придумал желание! Он знает, что волшебники хранят сладости в красивых коробках и бумажках. Закон эльфов запрещает есть сладости, но не запрещает нюхать.

Эльфы обожают вкусные кухонные запахи. И очень любят нюхать фантики, которые бросают ученики. Особенно эльфы-уборщики, которые редко могут появиться на кухне, где всегда много хороших запахов, а также и очень хороших, и ещё лучше.

Добби очень молодой и пока бесправный, все фантики он сдаёт старшим, и они их нюхают, до полного вынюхивания. Добби должен сдавать фантики под угрозой наказания молотком! Потому что начальники сразу чувствуют постороннее вынюхивание, это у них такая магия.

Если у великих мальчика и девочки есть ненужная конфетная обёртка, то Добби хотел бы её получить! И с особым разрешением вынюхать самому. Если такое разрешение будет, ни один младший и даже средний уборщик не сможет отнять фантик у Добби. Потому что Мать-и-Магия защищает наши права!

И Добби не совсем безнадёжен, он старается хорошо отчищать унитазы, а раковины чистит идеально. Хотя слово «идеал», говоря о своих достижениях, используют только старшие эльфы. И обязательно мысленно сплёвывая через правое плечо. Потому что через левое плевать можно только магам, это закон.

Добби хочет сказать, что очень старается, потому что работать в Хогвартсе почти легко и очень приятно. Добби счастлив в этой школе, ему нравится учиться, обучаться и служить!..

Мисс Грейнджер была очень довольна. Добби действительно не безнадёжен, а совсем наоборот. И не выдвигает завышенных требований, поэтому достоин поощрения. Тем более для награждения за правильное понимание, и авансом в придачу, достаточно сунуть руку в карман.

— Что же, ты молодец, раз стараешься! Поэтому сам Гарри Поттер готов вручить тебе конфетную обёртку, Добби! Гарри, проверь карманы и в мантии тоже…

Сейчас, Добби, герой найдёт тебе фантик. А вот это тебе от меня, здесь была маленькая шоколадка, совсем недавно. Вот, видишь это коричневое пятнышко? Это шоколад! Слышишь, как замечательно пахнет?

— О, Добби счастлив! Он один раз видел почти готовый шоколадный торт, издалека, его запах был лучшим, что нюхал Добби! Поедать шоколад — это большое эльфийское табу, однако нюхать шоколад нена… казуемо, это закон.

Недостойный Добби вынюхает красивое пятнышко без остатка, растянув удовольствие на несколько дней! Добби пре-кло-няется (очень красивое слово!) перед мудрейшей и щедрейшей волшебницей Герминой Гренжер!

— Э-э, Добби, держи подарок и от меня, вот, целых две обёртки, одна от шоколадной конфеты, одна карамельная. Это тебе для разнообразия. И смотри мне, нюхай как следует, и ни с кем не делись! А не то я тебя, кривоногого и ушастого…

Ладно, свободен, Добби. Работай хорошо, занюхивай свою работу, э-э... В общем, мы тебя позовём. Нет, погоди-ка! Если будет звать мудрая мисс Грейнджер, откликайся. Она — лучшая подруга и хорошо знает мои желания. Бывай, домовик-трудовик!

— Приятного вынюхивания, симпатичный и трудолюбивый Добби! И помни, ты можешь начинать плакать сразу, как аппарируешь!

— Добби будет счастлив поплакать, а потом понюхать. Он надеется, что великие ученики придумают для Добби работу, много работы!..

* * *

…Ишь, хлопнул как! Я думал, он издевался, когда про фантики сказал. Но эльфы, похоже, не умеют словесно издеваться, они только действиями… ладно, проехали. Но раз прослезился, особенно от пятнышка… Суровые у домовиков табу!

— Очень суровые! Но это их самобытная культура, Гарри. Правда, с телесными наказаниями, что так трудно принять. Хотя некоторым мальчикам и менее трудно, особенно великим…

— Так и в Хогвартсе, по факту… — сказали они одновременно, и рассмеялись. Гарри нашёл уцелевшую карамельку и, озабоченно её разворачивая, пожал плечами:

— Ну, я сначала подумал про главное из сказанного чокнутым Доббиком — что его здесь бьют, и слегка обрадовался. Хотя это не очень правильно, раз у Малфоев вообще издевались. Подозреваю, Дракусик был при чём, садист-малолетка…

Так вот, я подумал: типа, домовики за меня этому Доббику мстят, и достойно, раз даже молотком. Или только молотком и поварёшкой. Ведь прибивать к потолку, даже Добби — это явный перегиб. Хотя если маглорубка — украшение тёмного мэнора, то как не прибивать, верно, Гермиона? Раз Малфои…

— Гарри, Малфои ужасны, до полной отвратительности, а бедный Добби раскаялся и понял, что был неправ! И это при скромном интеллекте домовика!

— Более чем скромном. Но раз скоро будет мыть раковины, это же развитие, так? И великими нас называет, это же плюс к его карме, так? Попробуем проверить, что он может для нас делать, попробуем. Э-э-э…

Раз невидимый, большую часть времени, и шныряет везде, в туалетах, и так далее, то может принести пользу, согласен. Раз аппаратор такой лихой, вмиг до замка домчал. И меня в туалете слышал, и… силой не обижен, Люциуса Малфоя так от меня пихнул… Может, телохранителем будет — от трёх до пяти минут в день?

— Достаточно иронии, Гарри! Мы даже не знаем пределов магии домовых эльфов. Мы вообще о них не знаем. И даже чистокровные не знают, а больше жалуются, что домовика, мол, и не укупишь. Потому что и продают редко, и цену дерут… великанскую, как Хагрид бы выразился! Давай придумывать ему задание! Есть идеи?

— Давай. Пусть сведения про меня собирает, которые услышит. Раз попросил очень скромно, это ему большой плюс. Гм, типа, мы не сильно разорились на подарке и… э-э, будущих гонорарах, не так ли, подруга?

— Да, запросы эльфов более чем скромны, это внушает ужас, конечно… но и оптимизм тоже. Так, Гарри, фантики не выбрасываем, это валюта!

— Доббики?

— Очень хороший термин, Гарри!

P.S. Спасибо за то, что дочитали! Второй том совсем не за горами, а наступает, уже, практически, наступил! Ведь приключения героев только начинаются, и не все герои задействованы… и так далее!