Гарри Поттер и полёт "Галахада" (джен)

После этих слов Дамблдор подскочил к старшекурсникам и схватил обоих за грудки.

— Седрик, это ты бросил болиголов в еду профессора Стебль?!!! — закричал он таким громким и злым голосом, что все ученики в каюте сжались от страха. — Винни, это ты бросила в профессора Снейпа изобретённое им проклятие?! Это вы бросили Флитвика в минибар? И куда вы дели Минерву?!!! И зачем забросили опасный артефакт в дирижабль?

— Мы всё скажем, всё скажем! — залепетала закрывшая глаза девушка.

Старик отпустил их, сел на кресло у стены и рукой дал им разрешение говорить.

— Мы с Винни любим друг друга! — начал Седрик. — Но она магглорождённая, а мой отец... Вы знаете, какой он. Гордится своей чистой кровью, нахождением в этом "священном" списке! Когда я попросил его благословения на брак, он... Мягко говоря, рассердился. А потом заключил брачный контракт с Чангами. Конечно, ведь Чжоу из семьи торговцев, они поставляют нам какие-то растения, а Уинифред воспитывал отец — автомеханник. Ей потому и дали прозвище Фредди, намекая на неженское воспитание. И будто этого мало, через Стебль ей нашли жениха! Подходящего...

— Ему восемьдесят пять и он нездоров на голову, — Глоус всхлипнула. — Мы узнали об этом и задумали бежать. А тут вы объявили об этом путешествии. У нас созрел план: затеряться в Нурменгарде или исчезнуть с дирижабля и бежать в Америку. Мы просили о помощи профессоров... Во время бала. Но они посмеялись, а Снейп нагрубил. Так что, иного выхода не было.

— Это правда, профессор, — ответил Гарри. — Мы видели это.

Дамблдор вздохнул:

— Мальчик мой, неужели ты не понимаешь, что они дурят вам голову? — он открыл ящик стола и выложил оттуда рог взрывопотама. — Это я нашёл в вещах Северуса. Он в любую поездку брал с собой целый набор зельеварческих ингредиентов. Не изменил себе и в этот раз. Вот только подобных вещиц, — слегка постучал пальцем по рогу Дамблдор, — он всегда брал исключительно в одном экземпляре. А раз этот оставался в вещах Северуса, значит они, — указал профессор на пуффендуйцев, — пронесли рог с собой. Заранее. Они готовились убивать. И если бы искали альтернативу, пришли бы ко мне. Где Минерва и откуда вы узнали проклятье Северуса? Он держал его в тайне.

— В такой тайне, что применил однажды на мне во время отработки, — ответил Седрик. — Я научил Уинифред. А Макгонагалл мы превратили в сапог и спрятали в нише за фальшпанелью. А Стебль планировали спустить в технический тоннель. Да только очень она толстая — никак не пролезала. Пока пытались, пришла Макгонагалл. А там и стюарты. Утром Поттер и Грейнджер стали задавать всем странные вопросы, мы подумали, что нас кто-то сдал и поспешили с саботажем. На обратном пути решили устроить себе алиби. А тут этот дурень Грант.

Диггори замолчал. Молчал Дамблдор, молчали гриффиндорцы. Последние украдкой держались за руки.

— Вас двоих, — сказал профессор, — стоило бы судить. Вот только Амос Диггори наверняка надавит на Визенгамот, и в тюрьму отправится только Уинифред. А виноваты вы оба. К счастью, мы сейчас летим в Нурмегард. Это, если вы не знаете, тюрьма, построенная Геллертом для своих врагов. Я даже уважу силу вашей любви, и вы будете сидеть в одной камере. Гарри, обездвижь их и свяжи покрепче. Мы долетим до Нурменгарда через три дня.

* * *

— Поверить не могу, — Гермиона вместе с Гарри осматривали каюту Глоус. — Они ведь оба пуффендуйцы. Я такого от них не ждала.

— Никто не ждал, — ответил Гарри. — Дамблдор сказал, что за века барсуки стали трактовать свои качества, как нечто относящееся исключительно к членам факультета. Да уж... Если бы в Хогвартсе проходил какой-нибудь турнир, и мы пришли бы с Седриком к финишу одновременно, я бы не предложил ему разделить победу. Да где же...

— А что мы ищем?

— Уинифред сказала, что в момент аварии они должны были бежать портключом. Вот только при них ничего не было. У Седрика — тоже. А ну-ка...

Он вытащил из чемодана свёрнутую газету, из которой вытряхнул разводной ключ. Тот упал на подушку и исчез вместе с ней.

— Ну точно. У неё ведь отец механник. Прав директор. Любовь — великая сила. Их она толкнула на преступление, а нам... нам ещё предстоит её узнать.

— В каком смысле?

Гарри не ответил. Он взял руку Гермионы в свою, с улыбкой посмотрел ей в глаза и, покраснев, поцеловал в щёку.

* * *

"Вот так поездка, — подумал Дамблдор, оставшись наедине с собой. — Чуть всей школой не погибли из-за этих идиотов. Что же это за год такой: дементоры, пуффендуйцы-убийцы... Ещё Фадж носится с идеей возрождения Турнира Трёх Волшебников. Нет уж, вето, никакого Турнира не будет! Может, хоть один год поживём спокойно?"