Хранитель утраченной магии (джен)

И вот они снова в дороге. Стрелка амулета показывала в сторону поселений фотианцев, компания была вновь большой, так что остановки на перерыв делались чаще, а продвигались они медленно.

Спустя несколько дней они заметили, что пейзажи изменились. Растительности стало гораздо меньше, а температура поднялась, благо их спасали амулеты, освежающие воздух вокруг. Здания им пока не встречались — и это, признаться, радовало Игната, потому что он не знал, чего ожидать от вспыльчивых фотианцев, если уж даже с дружелюбными гианцами и мирными нероанцами им не повезло.

Но такому везению не суждено было длиться долго, и вскоре они уже видели очередные поселения. Дома были словно из магмы, застывшей в определённой форме, и сияли пламенно-красными окнами. Это полностью отвечало представлениям Игната о месте жительства огненных магов. Видимо, в отличие от тех же гианцев, фотианцы продолжали жить в тех домах, что были построены ещё в те времена, когда магия активно применялась.

«А вот и первые жители», — мрачно отметил про себя Игнат, увидев приближающихся маккалов. К счастью, в их руках не было оружия, поэтому, волевым усилием переборов себя, мужчина приветливо улыбнулся.

Эти маккалы больше всего напоминали ему индейцев, какими их изображали в старых книжках. Краснокожие, со странными рисунками на лицах, они могли похвастаться невероятно длинными волосами всех оттенков алого. Впрочем, от индейцев их отличал не только цвет волос, но и небольшие рожки на лбу. Разглядев эту деталь, Игнат вспомнил демонов — таких, каких показывали в аниме. Тогда он понял, что переговоры простыми точно не будут.

Как только он открыл рот, чтобы поздороваться с подходящими, вперёд выступила Ева, оттесняя остальных за спину. Тихо вздохнув, к чему-то подготовившись, она вытянулась в струнку, прямым взглядом встречая фотианцев.

— Рады приветствовать, — твёрдо сказала она, как только те подошли и выжидающе уставились на команду, — мы мирные путники, просим помощи гордых фотианцев.

— Интересная форма приветствия, — внезапно начал самый низкий маккал, его глубокий голос с прорывающимся рычанием пустил волну мурашек по позвоночнику, — а раз вы с ней знакомы, то и правила знаете тоже, не так ли?

— Да, испытание, — подтвердила кивком Ева, — и только потом разговор.

— Ну что же, тогда добро пожаловать, — тоже кивнул собеседник и, резво развернувшись, удалился.

Диалог явно был окончен, но понимала хоть что-то в происходящем только Ева. И, возможно, Райзор. Даже Лилия с Войсошем вопрошающе смотрели на девушку.

— Меня Зратовен научил, — призналась она, поняв интерес остальных, — сказал, что если встретим фотианцев, то нужно будет соблюдать соответствующий этикет. Именно эта раса больше всего не любит чужаков, без сказанных мною слов они даже слушать бы нас не стали.

— А что за испытание? — Юрий, смешно наклонив голову, уставился на Еву, — ты его сможешь пройти? А оно страшное? А что будет, если не пройдёшь?

— Не знаю, — лаконично ответила девушка, протянув руку, чтобы погладить Войсоша, лежавшего на руках у паренька, — Зратовен сказал, что я справлюсь, но знать мне о нём заранее не стóит.

— Странно, — отметил Игнат, наблюдая за возвращающимися маккалами, — думаю, что знания об испытании упростили бы его прохождение.

— Ну, может, в этом и дело, — Лилия полистала свой блокнотик, пытаясь найти какую-то запись, — фотианцы совершенно не любят лгунов. А раз для них важно это испытание, то они вполне могут считать ложью знание о том, как его проходить.

— Всё готово, — несколько церемонно известил их подошедший маккал, — вы будете проходить испытание как один из нас, а не как друг расы. Так сказал наш старший.

— Хорошо, я готова, — шагнула вперёд Ева, принимая из рук маккала гладкий камень, — мои друзья будут под вашей крышей до завершения испытания. — С этими словами девушка ушла за одним из маккалов, не оборачиваясь на остальных, которых пригласили в почти самый ближний дом.

Всё происходило в молчании, фотианцы изъяснялись только жестами, которые, впрочем, каждому были понятны. Их проводили в небольшую комнату, где около стен стояли странного вида стулья, напоминающие языки пламени, кроме них в помещении ничего не было. Стояла такая тишина, что её было страшно нарушать, и даже Войсош с Юрием молчали, ничего не произнося.

Ждать им пришлось довольно долго. Возможно, сказывалась гнетущая атмосфера, но Игнату показалось, что прошли часы.

— Всё, — в комнату вошла уставшая Ева, — мы закончили.

Ребята, чуть не сбивая друг друга с ног, кинулись к девушке, помогая ей усесться на один из стульев.

— Ты в порядке? — Юрий не мог удержаться от любопытства, впрочем, сейчас за этот вопрос ему были все благодарны, — что там было? Страшно?

— Страшно, — улыбнулась Ева, потрепав его по голове, — но всё хорошо. Давайте не будем об этом, я расскажу чуть позже, нас должны отвести в более подходящее для отдыха помещение.

И действительно, скоро к ним подошли уже знакомые маккалы, настроенные куда более дружелюбно, и проводили в другое жилище. Они явно были чем-то удивлены, но по-прежнему не разговаривали с путешественниками.

Им отвели отдельный дом с тремя комнатами, где, к счастью, хватало кроватей на всех. Ева сразу улеглась спать, а остальные ещё долго сидели, обсуждая произошедшее и строя догадки о том, что могло быть в испытании.

Проснулись они поздно, но, как ни странно, всё же раньше Евы. Лилия, спавшая с ней в одной комнате, выглядела поражённой, она отвела Игната в сторону и явно хотела ему что-то рассказать.

— Она изменилась, — судорожно шептала Лилия, потеряв свою невозмутимость, — понимаешь, изменилась. У неё волосы теперь реально красные, а не рыжие. Я сначала подумала, что мне показалось, окна-то тут не особо прозрачные. Но она теперь совсем как фотианка: с рожками, и кожа изменилась. Почему такое происходит?

— А ты к Юрию не приглядывалась? — улыбнулся Игнат, смотря на девушку, — он спину бережёт, даже рюкзака не несёт.

— Да, но я думала, что это последствия падения, — вернулась в обычное состояние Лилия, доставая блокнот, — ты же говорил, что вы упали, и он сильно пострадал.

— Ну, отчасти, можно сказать и так, — пробормотал мужчина, пытаясь отыскать паренька, — но давай он сам покажет.

— Юра, иди к нам, — девушка быстро отыскала взглядом обсуждаемый объект и теперь яро хотела исследовать его.

— Покажи ей, — хитро подмигнул Игнат пареньку, — а мы тебе тоже новость расскажем интересную.

— Точно интересную? — привычно затараторил Юра, при этом аккуратно стягивая просторную кофту, — а о чём? А она… — Договорить он, впрочем, не успел: увидев подросшие крылья, Лилия развернула его спиной к себе и стала лихорадочно зарисовывать их в блокнот, периодически мягко касаясь паренька, отчего он вздрагивал.

— А я пока расскажу, — Игнат отвёл взгляд от девушки, напоминающей сумасшедшего учёного, — Ева начала меняться. И даже сильнее, чем ты. Словно она за ночь завершила весь путь превращения.

— Может, из-за испытания? — передёрнул очередной раз плечами Юрий, пытаясь уйти от прикосновений, — вы же все видели, что и маккалы были удивлены. Надо дождаться её. Она точно-точно всё расскажет. Интересно, а она сильнее стала? И почему оно так на неё повлияло?

— Ну, она проходила испытание как фотианка, — вспомнил Игнат, — а не как друг расы, скорее всего, из-за этого. Она же только будет фотианкой, а пока ещё нет.

— В смысле будет фотианкой? — отвлеклась от изучения крыльев Лилия. — Так будет со всеми нами?

— С теми, кто хочет остаться, — признался Игнат, пытаясь как можно точнее вспомнить речь Райзора, — мы станем настоящими маккалами. Нас привяжет к этому миру источник, он нас испытывал во снах и решал, достойны ли мы. Я тоже начал меняться, хоть и меньше, Юрий больше. А Ева вот… совсем изменилась.

— А ты, — напялил на себя кофту обратно паренёк, — ты хочешь остаться?

— Я пока не знаю, — пожала плечами Лилия, убирая блокнотик, — тут интересно. Новый мир, магия, неизвестные вещи. Но и на Земле ещё много неизученного, а ведь там хватает исследователей. А тут придётся всё делать самóй. У них совершенно не структурированные книги о мироустройстве. О чарах информация полная, а вот в остальном всё совсем грустно.

Подобные размышления несколько озадачили как Юрия, так и Игната. Ну и правда, кто же, выбирая между миром магии и Землёй, выберет последнюю, учитывая, что никаких привязанностей к родной планете нет? А их точно не было, Игнат знал, что Лилия осталась из семьи одна.

Ева не просыпалась несколько дней, впрочем, Райзор, осмотрев спящую, сказал, что волноваться не стóит. Компания тем временем изучала поселение, знакомясь с проживающими в нём маккалами. Они вполне дружелюбно общались с путешественниками, но были достаточно вспыльчивыми. Несмотря на несколько драк, всё проходило довольно неплохо, даже получилось выяснить интересные вещи насчёт душтамы.

Оказалось, что тот прибыл к фотианцам, когда некоторые из них ещё владели магией. Дух не только не подчинялся правилам поселения — особенно тем, что касались испытания, — но и попытался напасть на жителей. Поэтому маги заперли его в ловушке, нанеся магическое плетение на дом, где тот остановился. Плетение запитали от одного из вулканов, так что оно действовало до сих пор. Душтама не мог ни покинуть поселение, ни воспользоваться магией, да даже переселиться в другое тело у него не получалось. Фотианцы не были учёными, подобно нероанцам, однако создание артефактов, а именно им и стал дом, являлось их стезёй, в этом их не смогли переплюнуть другие расы, как бы ни старались.

То, что душтама фактически был в ловушке, значительно облегчало задачу, и ребята много времени тратили на упорные тренировки. К сожалению, с их появлением в этом мире течения магии стали меняться — пока незначительно, но дальнейшие преобразования могли бы разрушить существующие плетения. Для этого было достаточно микроскопического смещения нынешних линий.

Как уверял Зратовен, в дальнейшем изменения будут всё сильнее, поэтому изгнание необходимо осуществить как можно скорее — для того, чтобы трансформации шли как можно более ровно. Ведь вмешаться в текущие изменения намного проще, чем запускать собственные, и дракон с Айкуром волновались, что подобное душтама может сделать в любом состоянии.

Поэтому тренировки были неотъемлемой частью этих дней: ребята то активировали различные артефакты, пытаясь управлять созданными щупами, то пробовали плести чары самостоятельно. К концу недели у каждого из них уже получалось создать светлячка, причём их крайне удивило различие цвета сияния. Игнат долго любовался своим зелёным огоньком, почему-то ему казалось, что именно создание такого простейшего плетения окончательно привязало его к этому миру.

Наконец, вечером шестого дня Ева очнулась. Она действительно сильно изменилась и теперь не отличалась от здешних фотианцев. При этом девушка стала гораздо сильнее. Того же светлячка она создала всего через несколько часов тренировок. Пришло время вызвать Зратовена и изгонять душтаму из этого мира.

Вызов дракона произошёл буднично: Райзор связался с ним, и теперь они просто ждали. Зратовен появился порталом. Игнат видел подобное перемещение впервые: в воздухе появилось небольшое окно, даже не так, будто дымка или, скорее, плёнка, сквозь которую было видно всё остальное. Затем она стала немного плотнее, надулась, подобно мыльному пузырю, и лопнула, оставив на поляне весело смотрящего на компанию Зратовена.

Он принёс с собой ещё несколько артефактов, которые должны были защищать путешественников от вселения в них душтамы и большинства ментальных атак. Как бы они не хотели отложить этот час, медлить было нельзя. Дракон с обеспокоенным видом оглядел плетение и сообщил, что из-за близости компании к нему, и тем более из-за пробуждения сил Евы, оно скоро разрушится. Оставалось ему меньше месяца, а возможно, счёт шёл на считанные дни.