Хранитель утраченной магии (джен)

Миниатюрный яркий зимородок присел на широкий подоконник, с любопытством заглядывая в просторную комнату. Но вдруг его сбил небольшой комок бумаги, столь плотно залитый чернилами, что на нём нельзя было разобрать ни слова. Встревоженная птица улетела, не обратив внимания на вспыхнувший и сгоревший без следа лист, только что соприкоснувшийся с мостовой.

А в комнате тем временем молодой мужчина, устало растирая лицо руками, пытался навести хоть какой-то порядок на своём столе. Разложив по стопкам оставшиеся бумаги, он выбросил какие-то обрезки в мусорное ведро и с облегчённым вздохом откинулся в кресле. За работу сразу же принялись массажные валики, мягко разрабатывающие уставшие мышцы. Сколько уже времени прошло с начала расчётов — сказать было сложно. Айкур, а именно так звали мужчину, был довольно увлекающимся учёным, и если он хотел решить какую-то задачу, то погружался в неё с головой, напрочь забывая про личную жизнь, прогулки, хобби.

Он осмотрел комнату, надеясь обнаружить хоть какую-то зацепку, которая приведёт его к решению. Увы, та не находилась. Осуждающе смотрели на нерадивого владельца, зияя пустыми местами в аккуратно выстроенных рядах фолиантов, большие высокие книжные шкафы. Отсутствующие тома сейчас возвышались неровными стопками на столе в центре комнаты, а также грудились рядом с мужчиной на мягком ковре. Убирать их не было ни времени, ни желания, а потому Айкур, крутанувшись в кресле, уставился в окно. Погода стояла замечательная: светило солнце, воздух был наполнен запахами цветущих растений. Давно он не был на прогулке, на улице появлялся, только когда требовалось дойти до работы. Да и то в последнее время случалось всё реже, благо начальство, которое было в курсе научных «загулов» мужчины, легко прощало подобные пропуски, радуясь их результатам.

Айкур прикрыл глаза, вспоминая день выпускного. Тогда он даже подумать не мог о том, что станет ведущим учёным в довольно большой организации и будет заниматься интересными проектами. В тот день была похожая погода, совсем не располагающая к написанию эссе. И почему он дотянул его до последнего? Этот долг висел с первого курса и до сáмого выпускного, хорошо хоть лучшему ученику потока дали поблажку и разрешили сдать в последний день. А Айкур не только защитил его тогда, но и написал за несколько минут до срока. Как сейчас помнит: «Создание мира Чартатво⁽¹⁾: этнологическое и культурное описание рас». Перед глазами, как наяву, стоит такой же заваленный бумагами стол, правда, в совсем маленькой комнатушке с великолепным окном. На нём лежит лист, изрисованный схемами, а внутри ощущается полное отсутствие желания учиться в такой прекрасный день. В то время он ещё умел расписать минимум информации, растянув её на заданный объём. Сейчас это искусство утратило для него свою важность. Он уже не сможет воспроизвести те витиеватые фразы, но помнит, как описывал все расы маккалов.

Фотианцы, живущие на юге материка, — огненные маги, известные своей вспыльчивостью. Яркие, как и их магия: кожа красноватого оттенка, алые волосы, небольшие рожки надо лбом, багряные глаза. Причём цвет радужки варьируется в зависимости от силы мага: чем сильнее, тем насыщеннее он становится, изменяясь от почти прозрачного до тёмно-бордового, близкого к чёрному. Они лучшие алхимики, а также охотники.

Противоположность им — нероанцы, владеющие магией воды. Их государство на западном побережье привлекает много туристов. Там большое количество различных гостиниц и домов — как наземных, так и плавающих, и придонных. Именно в подобных строениях можно увидеть уникальных жителей глубин. Путешественники и химерологи нероанцы могут похвастаться большой гибкостью и немалым запасом сил, которые помогают в оседлании очередного созданного чудища. Волосы у них всех оттенков синего — от яркого небесного до глубокого индиго. А ещё жабры, закрывающиеся хитрой складкой при выходе на сушу.

Гианцы — маги земли, полностью соответствующие своей стихии: грубая кожа желтоватых оттенков, коренастая фигура, большая физическая сила. Они расположились в восточной части единственного материка Чартатво. Гианцы — основные поставщики руды, камня и подземных ресурсов. Самая спокойная раса, их практически невозможно вывести из себя.

И последний народ, к которому как раз и принадлежит Айкур, — айранцы. Живут на самом севере материка. Маги воздуха, совсем не похожие на гианцев. Тонкие, стройные фигуры, большие, чуть раскосые глаза и полупрозрачные крылья, обычно прячущиеся в подпространство специально созданных костюмов. Летать айранцы предпочитают, пользуясь магией, потому что полёт без неё требует сильных физических затрат, а лёгкий и переменчивый характер расы не позволяет регулярно тренироваться.

Айранцы — главные архитекторы мира, способные создать невероятные здания и целые города.

Также в Чартатво есть хранители — золотые драконы. Они берегут мудрость предков и делятся ею с избранными всех рас. Как выглядят и где живут — никому не известно. Если не считать старинных гравюр в книгах, общаются те только посредством больших стационарных амулетов, находящихся в библиотеках. Именно благодаря им расы живут если и не душа в душу, то довольно дружно.

Дед Айкура любил говорить, что драконы хранят и магию этого мира, но в это верилось очень слабо. Ведь она была всегда, она и сейчас пронизывает всё Чартатво, опоясывая его паутиной лей-линий, именно так учили айранца в академии.

А ещё там объясняли, что разные стихии несовместимы друг с другом. И именно это сейчас пытался опровергнуть мужчина, вынырнувший из воспоминаний. Посмотрев в очередной раз за окно, он издал негромкий стон отчаяния: погружение в прошлое совсем не помогло настроиться на рабочий лад.

Сейчас их отдел пытался соединить стихии. Всегда считалось, что маккал способен пользоваться только родственной ему магией и не может овладеть другой. Что уж говорить о смешении стихий в одном заклинании — это и вовсе казалось невозможным.

Несколько месяцев назад начать решили с малого: создать амулет, который может выполнить одно заклинание разными способами. Но пока даже это поддавалось с трудом: последний образец взорвался, стоило двум линиям противоположных стихий прикоснуться друг к другу.

Айкур сидел за новыми расчётами уже почти пять недель, на бумаге всё выходило идеально, и ошибка совершенно не была понятна. Что-то цепляло глаз, но что именно — не удавалось осознать.

— Прогулка, вот что мне нужно, — вдруг озвучил пришедшую мысль он. — Надо сходить к академии, а там и в голову что-нибудь придёт.

Одевшись, мужчина степенно вышел в подъезд. Ностальгически улыбнувшись, вспомнил, как предпочитал выходить в окно в молодости. Приветственно кивнул соседу-полукровке и двинулся к парку, не заметив недовольного взгляда в спину.

Айкур очень любил свой город. Арджас находился на множестве островов, парящих высоко в небе, под ними простиралась великолепная цветущая долина. Изысканная, волшебная архитектура поражала любое воображение. Здания, выполненные из светлых воздушных материалов, отражали солнечные лучи и создавали невероятные ребристые узоры. Айранцы обладали хорошей фантазией и, пользуясь всеми благами магии, проектировали невозможно тонкие дома, кажущиеся невесомыми, с большими окнами и причудливо изогнутыми ажурными балконами. Каждая из построек вписывалась в пейзаж так, будто являлась продолжением неба. Даже мосты для перехода между островами напоминали крылья невероятной птицы или дракона.

Но тут было место не только красивой архитектуре, но и науке. Большая библиотека с амулетом для связи с хранителями, академия, где познавали новое маккалы всех рас, и несколько исследовательских центров. Но больше всего Айкур любил многочисленные сады, особенно один, куда сейчас и направлялся.

Парк был чудесен, он всегда помогал набраться сил, поймать ускользающую мысль и расслабиться, забыв о пустой квартире. Пройдя сквозь цветущую ярко-сиреневым арку, мужчина очутился на главной аллее. По сторонам стояли многовековые деревья, за которыми тщательно ухаживали, под ногами приятно поскрипывал белый песок, зачарованный на неприлипание, и тишина. То, что нужно после тяжёлой умственной работы.

Вдохнув обжигающе свежий воздух, Айкур свернул на небольшую тропинку, ведущую в его любимый закуток. Именно там стояла статуя неизвестного хранителя. Гордый дракон, свернувший бесконечный хвост кольцами, смотрел на гладь небольшого озерца. Если пустить неяркого светлячка, то глаз статуи начнёт хитро поблёскивать, оживляя изваяние. Когда-то этот дракон выслушивал от айранца буквально всё — от истории о разбитой кружке до грусти первой невзаимной любви. Теперь же их встречи проходили в молчании, но по-прежнему приносили мужчине удовлетворение.

Айкур не знал, сколько времени он тут провёл, но, вернувшись на главную аллею, понял, что уже темнеет. Парк наполнился гуляющими парочками и летающими светлячками. Раньше мужчине нравилось наблюдать за тем, как разноцветные сияющие пузырьки, повинуясь приказам хозяев, танцуют, двигаясь по причудливым траекториям. Теперь они были больше одного цвета, окрашивая деревья нежно-голубым. Но вот зелёный огонёк несмело приблизился к пылающему красному, минута-другая — и вот они уже кружатся вместе. Айкур помнил, как так же познакомился с Эванной, долго заманивая её светлячка в общий танец. Зелёное сияние то отдалялось, то приближалось, почти притрагиваясь к алому. А, нет, вот и первое касание, а за ним ещё несколько.

«Было бы так просто и магию объединить, — подумал мужчина, — взять и подружить, чтобы они кружились в одном направлении».

— Стоп! — Айкур резко остановился и, не обратив внимания на врезавшуюся в него девушку, добавил: — Я понял! — Айранец моментально перешёл на левитацию и через пару минут уже влетал в свою квартиру. — Вот оно, кажется, я понял. — Лист быстро наполнялся набросками, а Айкур всё шептал: — А сюда добавить другой вектор. Мы не учитывали движение стихий относительно друг друга. Тут можно привести в действие магнитные поля для смены направления, тогда вероятность удачного результата повысится до семидесяти процентов. Это больше, чем когда бы то ни было.

Привычка проговаривать свои рассуждения была у Айкура с детства, а потому комнату ещё долго наполняло невнятное бормотание. Только когда уже первые лучи солнца осветили стол, мужчина оторвался от бумаг. Его взгляд лихорадочно блестел, а на лице горела немного безумная улыбка. Быстро разложив по папкам все необходимые бумаги, Айкур, как в далёкие студенческие годы, вылетел из окна.

Путь до работы не занял особо много времени, а по коридорам — ещё меньше, и вот уже заветная дверь.

— Тирослав, я всё понял! — Айкур ворвался в кабинет, снеся вешалку у входа. — Смотрите, как всё получается!

Он очень любил своё начальство, Тирослав Сендон Варис был крайне лоялен к научным загулам и поддерживал почти все безумные начинания.

— Опять! Ну давай, показывай. — Владелец кабинета закатил глаза, проследив за тем, как упавшие предметы возвращаются на места.

— Смотрите, мы, когда совмещали элементы в прошлый раз, не учли вектор!

— А именно он и позволит сменить направление, — тотчас включился в работу Тир. — Но мы же проверяли, должно быть всё синхронно.

— Да-да, но при соприкосновении вектор меняется. — Палец, перепачканный чернилами, упёрся в место на схеме. — А если тут немного воздействовать магнитом, они войдут в резонанс.

— Хмм, но у нас задача: миниатюрный амулет, а это ты представляешь, какая бандура получится? — Тирослав хмурил брови, в голове явно прикидывая нужные мощности. — Но вот если немного уменьшить, то должно получиться.

— А на вход бóльшую мощность подадим, тогда всё компенсируется.

— Ага, и опять рванёт. Нет уж, пока мощности оставим в покое, пусть сработает, — энергично мотая головой, твердил Тир. — Хоть как-то, но сработает, а там уж разберёмся с силой.

— Но я всё рассчитал. — Обиделся Айкур и показал исчёрканные листы. — Должно всё получиться. А вы душите начинания на корню, — со смешком закончил он.

— Айкуренк Салитвар Бойрован, — отчеканил Тир, показательно хмуря брови, — только попробуйте запустить сразу на средней мощности!

— Хорошо-хорошо, как скажете, — ничуть не испугавшись, отреагировал айранец, подходя к двери. — Пойду сообщу ребятам. Вас-то ждать?

— Да-да, конечно, я скоро к вам присоединюсь. Только вот… — Тир вздохнул и показал на стопку бумаг, нахмурившись уже по-настоящему, — с этим закончу.

Бумажную работу в отделе не любит никто. Заполнение направлений, запросов на оборудование, отчёты по испытаниям затягивались обычно до последнего. А потому, скорчив сочувствующее лицо, Айкур быстренько выскользнул за дверь, опасаясь, что его сейчас попросят помочь.

Собранный амулет совсем не отвечал запросу по размерам, поражая воображение объёмом и весом. Но пока решили остановиться на том, что есть, ведь уменьшить уже работающий конструкт легче, чем пробовать создать сразу маленький. Первая пара опытов закончилась взрывами, но уже на этапе слияния, а не просто соприкосновения стихий. А значит, прогресс был, хоть и незначительный.

Потратив ещё несколько часов на вычисления и споры, они всё-таки добились успеха. Линии заклинания перестали конфликтовать и улеглись в заданную форму. Но с активацией амулета получалось уже не так хорошо. Да, можно было использовать то одну, то другую стихию. Но одно-единственное применение уничтожало оболочку амулета.

Команда притормозила на этом этапе, всё равно подобный результат был громадным прорывом. А потому они решили отметить это в приятном ресторане на одном из маленьких островов на окраине Арджаса. Туда они и направились, не забыв захватить с собой немного сопротивляющегося Айкура, не желающего отрываться от установки.

---

1) в переводе с гуджарати — «четыре стихии».

Вернуться к тексту

Маленькая голубая планета, третья от солнца, не могла похвастаться разнообразием стихийных чародеев, да и самóй магией-то, в общем, тоже. Но именно на Земле сейчас происходили важные для всего Чартатво события.

Погода была замечательной и разительно отличалась от чувств, бушевавших внутри мужчины: в нём разразился настоящий шторм. Игнат уволился, причём с большим скандалом. Кричал, конечно, только уже бывший начальник, но, вспомнив покрасневшее от натуги лицо и слова, яростными плевками вылетающие из его рта, Игнат всё больше мрачнел. Настроение неуклонно ползло вниз, и мужчине была жизненно необходима успокаивающая прогулка.

Тяжело вздохнув, Игнат направился к карьеру. С этим местом его связывало множество приятных воспоминаний: сначала детские игры, а потом частые прогулки с матерью. Сорвав с куста листок, он размял его в пальцах, наслаждаясь чуть резким запахом.

«Грибы предпочитают тихие места, — раздался в голове наставительный голос матери, — так что будь осторожен и не разрешай другим шуметь».

Хотя мама давно ушла из жизни, память о её мудрых советах и любовь к долгим прогулкам остались с ним.

Впрочем, в этот раз он пришёл попрощаться. Смерть матери, увольнение — больше его ничего не держало в родном посёлке. По натуре мужчина был одиночкой, а потому хотелось уехать куда-нибудь совсем в глушь. Подальше от больших городов, шумных людей, нервных начальников. Благо накопления были, и, использовав деньги, вырученные за продажу квартиры, Игнат смог приобрести небольшой домик. Такой, как когда-то давно мечталось: на берегу озера, неподалёку от хвойного леса. И главное — минимум соседей, не считая зверей, конечно.

Остановившись у берёзы, которую помнил ещё тонкой тростинкой, Игнат расправил плечи и, насладившись знакомым до последнего куста видом, развернулся к дому. На смену клокотавшему гневу пришло спокойствие. Даже немного странно, что в этот раз его так задел скандал. Обычно Игната было невозможно вывести из себя. С детства он отличался непробиваемым спокойствием и давал невозмутимый ответ на любой гневный крик. Но на этот раз, наверное, чаша терпения была переполнена. Внешне мужчина этого никак не показал, а вот внутри бурлил непривычный гнев. Хорошо, что тот постепенно исчез, Игнат чувствовал, что прогулка поможет, как всегда помогала его матери. Мысли опять переключились на былые времена, но вдруг воспоминания прервали резкие детские крики.

Это был не тот радостный шум, который обычно раздаётся во время игр; в нём слышалась отчаянная растерянность, будто произошло что-то страшное. Мужчина опрометью бросился к насыпи. Как он и опасался, любопытная девчонка решила нарушить правила и подойти к карьеру ближе, чем следовало. Игнат знал её, это дочка соседей Маша, которой на днях исполнилось восемь лет. Сейчас она отчаянно цеплялась за торчавшую корягу, пытаясь удержаться на краю карьера. Песок под ногами неумолимо ехал вниз, и все усилия девочки выкарабкаться были тщетными, каждое движение только усугубляло её положение.

Сейчас главным было, чтобы Маша перестала двигаться, так что, переведя дыхание, Игнат как можно более ровным тоном начал успокаивать девчушку.

— Маша, тихо, тихо, главное — не шевелись, я сейчас тебя вытяну, ты слышишь меня? — На него смотрели полные слёз глаза, отчего сразу в горле встал ком. Тихонько подбираясь к краю карьера, мужчина продолжал что-то говорить девочке, что именно — он сам бы ни за что не вспомнил. Чем ближе он подбирался, тем ниже опускался, затем присел и расставил руки для равновесия. А как только почувствовал, что край начинает осыпаться, — незамедлительно лёг, но продолжил ползти к всхлипывающей девочке.

Добравшись до края обрыва, Игнат уже всем телом ощущал, как под ним едет земля. Шансы на успешное возвращение неумолимо уменьшались, ведь тут важнó спокойствие, а Маша продолжала всхлипывать, пытаясь подтянуться.

— Помогите, — бормотала она, цепко держась за корягу, — помогите!

— Тихо, всё хорошо, я почти рядом. — Голос был спокойным и ровным, благо натренированный буйным начальством мужчина умел скрывать свои эмоции. — Постарайся шевелиться как можно меньше. Помнишь, как мы играли: море волнуется раз, море волнуется два… — Игнат по миллиметру приближался к коряге и всё говорил: — Море волнуется три, морская фигура на месте замри.

— Помню... страшно. — Маша перестала на мгновение шевелиться. — Ты спасёшь меня?

— Конечно, а как же иначе. — Последние сантиметры, резкий рывок — и тонкая дрожащая кисть в надёжной хватке. — Держись крепко!

Немного поёрзав, Игнат упёрся рукой в корягу и стал аккуратно вытаскивать девочку, следя за всё сильнее осыпающимся краем.

— Не беспокойся, медленно и уверенно, — уговаривал он ребёнка, стараясь больше не совершать резких движений.

Вот девочка уже почти на краю, получилось перехватить её за пояс, но внутренние часы будто отсчитывали последние секунды. Не отдавая отчёта своим действиям, Игнат дёрнул пискнувшую Машу на себя и крепко обнял, прикрывая ей голову руками. И в этот момент земля поехала вместе с ними. Игнат знал, что сейчас произойдёт: песок волной будет спускать их вниз, а потом следующей накроет с головой и, подобно болоту, затянет внутрь. Вес песка не позволит дышать, а помощь, даже если и придёт, будет слишком поздно. Впрочем, какие тут спасатели, карьер уже пару десятилетий как заброшен — вон как край зарасти успел. Это и привлекает ребятню, кажется, что всё безопасно, хоть на деле это и не так.

Мысли за мгновение промелькнули в голове, но за эти секунды всё успело поменяться. Мягкий песок вдруг затвердел, будто превращаясь в салазки, и Игнат с Машей, подгоняемые волнами песка, съехали в самый низ совершенно невредимыми.

Судорожно выдохнув, Игнат разжал руки.

— Ты как? — Он разглядывал Машу, пытаясь найти повреждения. — Сильно испугалась?

— Да-а-а… — сорвалась в плач девочка, прижимаясь к своему спасителю. — Я больше не буду здесь играть.

— Вот и правильно, ты умница, — ободряюще бормотал Игнат, гладя Машу по голове.

Долгие минуты шли одна за другой, пока уставшая от истерики девочка не уснула. Мужчина, взяв её на руки, отправился к выходу из карьера, благо тот был виден. По пути он пытался понять, что же всё-таки произошло, но, увы, никаких объяснений случившемуся найти не мог.

До дома Маши было минут сорок, но девочка так и не проснулась. Передав её в руки обеспокоенной матери, мужчина без подробностей объяснил, что произошло, а затем отправился к себе. Завтра предстоял сложный день, ведь нужно было забрать документы с работы, а значит, снова встретиться с боссом.

Утро наступило быстро, пожалуй, даже быстрее, чем того бы хотелось. Заснуть вечером удалось далеко не сразу: всё время вспоминалось ощущение, что вот-вот земля уйдёт из-под ног. А ещё продолжал удивлять песок, превратившийся в монолит. Чудесное спасение, иначе было не назвать произошедшее. Но почему-то тянуло обратно — ближе к карьеру, к месту выработки.

Встряхнувшись, мужчина потёр лицо руками и медленно стал собираться. Он никогда не суетился, что почему-то выводило из себя многих его знакомых, но при этом всё всегда успевал.

Неторопливо выйдя из дома, он направился к остановке. Сегодня ему необычайно повезло, и автобус приехал совсем быстро. Забравшись в дурно пахнущее нутро транспорта вместе с десятком односельчан, Игнат встал у окна и уставился на мелькающие деревья. Их становилось всё меньше и меньше, а поток машин, наоборот, увеличивался: они подъезжали к городу.

— Нет, вы слышали, а Катьку-то облапошили, — прозвучал из-за спины Игната голос одной из двух сплетниц. — Она квартиру-то продала да деньги в дом вложила. А тот, оказывается, ещё нескольким людям-то продан. — Женщина, торопясь поделиться столь горячими новостями, постоянно глотала окончания, а потому подробностей было и не разобрать. Впрочем, к чему это? Неизвестную Катерину было, конечно, жаль, но тут уж ничего не попишешь.

Погрузившись в мысли о своём новом домике, ожидающем его в деревушке, Игнат чуть не пропустил нужную остановку, однако выходящая женщина больно пихнула его в бок — и мужчина опомнился.

— Встал тут, людям мешает, — пробормотала она, пока Игнат потирал пострадавшее место: уж чересчур точно попала ворчунья острым локтем туда, где побольнее.

Пара кварталов пешком — и он уже почти на месте. Горло першило от смога, а в голове набатом билась мысль: «Как же хорошо, что я уволился, и больше сюда ездить не понадобится».

Офисное здание, просторный холл, девушка, стоящая перед лифтом. Огневолосая, с лицом сердечком, она раздражённо постукивала туфелькой по напольной плитке.

«Вечно спешат они куда-то», — подумал Игнат и, пожав плечами, уставился на табло лифта. Третий этаж, второй.

Медленно текущие мысли сбил парень, врезавшийся Игнату в плечо.

— Ой, извините. — Он подобрал упавший телефон и добавил: — Я случайно.

— Ничего. — Немногословный мужчина повернулся к гостеприимно звякнувшему лифту. — Прошу. — Он махнул рукой, пропуская обоих торопыг и заходя за ними следом.

Двери уже стали закрываться, когда в лифт проскользнула ещё одна девушка. Аккуратно переместившись в дальний угол, она смогла незаметно для всех нажать кнопку пятого этажа. Лифт мягко тронулся, но, не успев подняться даже на пару пролётов, резко остановился и погрузился во тьму.

Тишину прервал страшный скрежет, и металлическая кабина начала стремительно падать. В Игната вцепились чьи-то хваткие пальцы, дыхание перехватило, а пол ушёл из-под ног.

Четыре человека волей судьбы оказались в одном замкнутом пространстве, винтики единого механизма встали на свои места, теперь всё верно: шестерёнки закрутились — и где-то далеко, в другом мире, сделал первый за многие годы вдох спящий дракон.

Лифт падал, и люди, спасаясь, вцеплялись друг в друга, кто-то кричал. Вдруг под ногами у них возникла твёрдая опора, чувство падения прекратилось, но темнота не прояснилась. Им только предстояло разобраться в происходящем, а тем временем в уже покинутом ими мире с тихим звоном распахнулись двери совершенно пустого и невредимого лифта.

Во мраке раздался слегка дрожащий голос:

— Ч-что произошло? — Одна из девушек, сильно волнуясь, отодвинулась от Игната, в которого, судя по своеобразным ощущениям, вцепились все трое. Слышно было, что она споткнулась, и, ругнувшись, добавила уже более ровным тоном: — Под ногами камни, да и места больше, мы не в лифте что ли?

Следом раздался мелодичный голос другой девушки:

— Ну да, и стены каменные, интересно как. — Казалось, что её ничего не может расстроить.

— А есть ли зажигалка у кого, ну или спички? — тихий, но рокочущий голос Игната разнёсся по просторному, судя по ощущениям, помещению.

— Есть смартфон, — отозвалась первая девушка, безуспешно пытаясь активировать вышеобозначенный предмет, — там фонарик.

— Телефоны-то у всех, — неунывающая оптимистка немедленно откликнулась уже с другой стороны, — только, кажется, не работают они, я пробовала.

Молчал только паренёк, по-прежнему мёртвой хваткой державший локоть Игната, не поддаваясь мягким попыткам мужчины отстраниться. Игнат, стараясь абстрагироваться от разговоров и неприятных ощущений в руке, вглядывался в темноту. Может, ему казалось, но она уже не была такой непроглядной. Вырисовывались высокие потолки, а также зияло несколько проёмов, один из которых был явно светлее остальных.

— Я, кажется, привык к темноте, мы в каком-то свободном коридоре или пещере, — попытался успокоить всех он. — Есть боковой вход в другое, более светлое помещение, давайте туда пойдём?

Звонкий голос девушки предложил:

— Раз ты так хорошо видишь, то собирай нас и веди в эту комнату, может, хоть разберёмся, что делать дальше… — И тут же немного взвизгнула, видимо, почувствовав чужую руку на плече.

— Идём. — Мужчина собрал всех в импровизированный паровозик, не забыв впавшего в ступор паренька, и аккуратно подтолкнул в нужном направлении. Чертыхаясь и спотыкаясь на каждом шагу, компания наконец-то ступила в какое-то просторное помещение. Сначала они ощутили это только по прохладному воздуху и возникшему эху.

Однако вскоре, по мере того как их глаза начали привыкать к темноте, перед ними стали вырисовываться аккуратные очертания стоявших в этом загадочном зале предметов. Потерянные линии и формы постепенно обрели смысл, и в полумраке стали видны высокие колонны, смахивающие на мрачных стражей.

Больше всего остального внимание привлекал постамент посреди, от которого исходило почти незаметное нарастающее сияние — такое мягкое, что сначала казалось, будто это просто игра теней, но через несколько мгновений оно начинало выделяться в тёмном помещении как звезда в ночном небе.

Игната захватило чувство, похожее на предновогоднее ощущение чуда. Казалось, будто он маленький мальчик, что вот-вот откроет свой подарок, а там окажется то, чего больше всего ждёт. Возможно, он был не одинок в своих ощущениях, потому что к постаменту двинулся не он один.

Когда они подошли ближе, то обнаружили, что постамент поддерживает огромный диск, изваянный из непонятного материала, похожего на гранит, мрамор и живое дерево одновременно. Диск покрывали завитушки и значки, которые, казалось, были искусно вырезаны с неимоверной точностью и вниманием к деталям.

Это сияние настолько притягивало, что бороться не было сил. В глазах Игната сиял ярче остальных светло-зелёный символ, похожий на перевёрнутое яблоко. К нему сама собой потянулась рука. И снова он не был одинок: даже светловолосый паренёк, который до этого момента ни на что не реагировал и упорно молчал, оживился. Одновременно четыре руки, не столкнувшись, коснулись диска, каждый дотронулся до отдельного участка. Сияние стало нарастать, послышался тихий треск, диск лопнул на несколько ровных частей, и свет достиг такой яркости, что пришлось закрыть глаза.

Понадобилась почти минута, чтобы проморгаться и прийти в себя. Сияние, кажется, сопровождалось ещё какой-то волной. Дыхание у Игната никак не хотело восстанавливаться, как и зрение. Наконец, придя в норму, он увидел на лопнувшем, словно яйцо, диске странного зверька, чем-то напоминающего дракона, только сильно уменьшенного в размерах — не больше среднеупитанной кошки. И был он разноцветным: песочный цвет на пузике плавно переходил в небесно-голубое тело, а на голове полыхала огненно-рыжая грива, в которой спрятались небольшие, похожие на камни рога.

Троица пялилась на это чудо, приоткрыв рты, Игнат же, более сдержанный в эмоциях, надеялся, что истинные чувства не видны на его лице.

И тут зверёк, немного встряхнувшись, открыл третью пару лап, просканировал всех взглядом и что-то сказал. Это звучало как набор непонятных звуков, но явно было не просто урчанием или чем-то подобным, а напоминало иностранный язык с множеством рычащих, но всё же немного певучий.

Увидев недоумевающие лица, дракончик вопрошающе наклонил голову и странно прищёлкнул лапами — хотя как можно щёлкнуть, не имея пальцев, Игнат не понимал, но звук был именно таким. Между рогов промелькнула ярко-красная вспышка, слегка ослепившая собравшихся, и зверёк попробовал заговорить снова:

— Привет, вы меня понимаете? — прозвучала вдруг чисто русская речь. Хотя нет, речь была та же, рычаще-певучая, но в головах людей она звучала абсолютно понятно.

Тяжело вздохнув, Игнат решил не зацикливаться на возникшем диссонансе и, посмотрев на застывших путников, ответил за всех:

— Да, понимаем, — гулкий голос разнёсся по пещере, а слова почему-то царапнули горло, — а ты нас?

— Конечно, а как иначе. — Ухмылка на звериной морде смотрелась донельзя странно. — Я же обучил вас нашему языку, вы на нём сейчас и говорите. Меня этому учили. — Последняя фраза прозвучала так, будто ребёнок хвастался сделанной домашней работой перед родителями.

— Ты молодец, — машинально похвалил Игнат, привыкший к забегавшей к нему Маше, — у тебя хорошо получилось. Не так ли, ребята? — Он обернулся к остальным.

Те уже отмерли, блондинка, сосредоточенно глядя на расколовшийся диск, что-то лихорадочно подсчитывала, иногда записывая в блокнотик. Вихрастый парень тихонько подкрадывался к зверьку, явно желая дотронуться до него. Рыжеволосая же медленно подошла к Игнату, сжав руки в кулаки.

— Да-да, ты молодец, — растягивал гласные паренёк, протягивая руку к желаемому, — у тебя всё-всё получилось, мы тебя понимаем.

— Ага, это отлично, — подозрительно наблюдающий за перемещениями зверёк прикрыл лапки хвостом и немного отодвинулся, — только не надо меня трогать, у меня ещё шкура горячая после активации.

— Активации? — заинтересованно выдала блондинка. — Ты не вылупился?

— Вылупился? Нет, конечно. Я артефакт справочно-навигационного типа, ждал вас, ну, точнее, группу маккалов, которые меня смогут активировать.

— Маккалов? — расстроенный паренёк присоединился к опросу. — Не, я, например, человек. Точно-точно. Меня, кстати, Юра зовут. — И он кивнул остальным.

— Игнат. — Мужчина медленно качнул головой. — И я тоже человек, да и все мы тут, думаю, люди. Из одного же места пришли.

— Ева, — послышался голос из-за спины. — И я согласна с остальными.

— Лиля. — Блондинка представилась последней, убрав блокнот в сумку. — И я уже в этом не так уверена.

— Не уверена в чём? — Зверёк пару раз моргнул, на доли секунды закрывая невероятно большие глаза. — Меня Войсош зовут. Так вы люди или человеки? Или вы разные?

Игнату не показалось: новоявленный знакомый и впрямь напоминал ребёнка своим поведением.

— Если поодиночке, то каждый из нас человек, а вместе мы люди. — Ева присела на корточки, разглядывая Войсоша. — А кто такие маккалы? Может, вы так нас называете?

— Маккалы — это общее название всех жителей Чартатво, — отчитался зверёк, с любопытством глядя на Еву. — А если маккал один, то он просто маккал. — Он смешно развёл верхними лапками и спросил: — А вы не путаетесь? В человеках и людях?

— Нет, конечно. — Лиля подошла поближе, отодвинув тянувшего к Войсошу руки Юрия. — Мы привыкли. А не уверена я в том, что мы люди. Если ты говоришь, что активировать тебя должны были маккалы, а у нас это получилось, то вариантов не так много. Я оценила — трещины все свежие, а значит, и появились с твоей активацией. Все символы выглядят чёткими, со временем не стёрлись, а это значит, что вероятность ошибки стремится к нулю. — Она покрутила блокнотик в руках, показывая странные записи, выглядело это внушительно.

Ингат не мог не согласиться с такими рассуждениями, но всё же искренне верил в ошибку: становиться неведомым маккалом ему не хотелось. Перед глазами почему-то встало существо, похожее на йети — громадное, покрытое с ног до головы волосами, агрессивное. Он в очередной раз пресёк попытки Юрия добраться до Войсоша, остановив того суровым взглядом, и всё же поинтересовался:

— А ты уже остыл? До тебя можно дотронуться? — Игнат знал таких людей, как Юра, и много общался с подобными, поэтому понимал: пока Юрий не достигнет желаемого, он не успокоится.

— Да, можно. — Войсош слегка недоумённо уставился на мужчину. — А тебе зач… — Он прервался на полуслове, бултыхаясь в мёртвой хватке подкравшегося паренька.

— Ты такой лапа-лапа, — причитал Юра, наглаживая зверька по голове, — мягкий такой. И мягкий, и в чешуе, ты прям чудо-чудесное. — Юрий выпаливал десяток слов в секунду, ловко уворачиваясь от пытавшихся высвободить дракончика девушек.

Игнат только наблюдал за этим. Приняв во внимание природу Войсоша, он понадеялся, что тому не навредит такая встреча, а вот остальным поднимет настроение и несколько отвлечёт от переноса непонятно куда.

Наконец, запыхавшиеся девушки поймали парня и освободили взъерошенного Войсоша, не преминув, впрочем, тоже погладить этого пушистика. Тот, вырвавшись из рук спасительниц, вспорхнул и спрятался на плечах у Игната.

— Вы чего такие, — замялся он, подбирая выражение, — тактильные, не надо меня трогать, вдруг сломаете что, вы же ещё не научились своей магией управлять.

— Магия? — заинтересовалась Лилия, вновь доставая блокнот. — Она у вас существует? А можешь рассказать об этом мире? Как понимаю из твоего названия, ты должен обладать подобной информацией.

— Конечно. — Войсош поудобнее устроился на плечах мужчины и начал свой рассказ. — Магия у нас есть, но на момент моего создания начала немного ослабевать по непонятным причинам. Мир называется Чартатво, а рас у нас четыре, не считая хранителей, — гианцы, а также айранцы, фотианцы и нероанцы. Они владеют магией стихий — земли, воздуха, огня и воды соответственно. А вы, чтобы справиться с путешествием, должны освоить хотя бы основы, иначе даже из лабиринтов не выберетесь.

— Мы владеем магией? — Лилия, как всегда, плавно перетёкшая вперёд, отвлеклась от конспектирования сказанного. — Ну или сможем овладеть, что более точно.

— Да, конечно, иначе вы бы не перенеслись сюда, — подтвердил дракончик и перешёл на лекторский тон. — Так, вон там вы можете сесть. — Войсош указал направление удивительно гибким хвостом. — И не волнуйтесь, всё легче, чем кажется.

У стены стояло несколько кресел и большой диван. Мебель казалась абсолютно новой, что сильно удивляло Игната, всё же она их ждала явно довольно давно.

Все послушно уселись на указанные места. Мебель оказалась комфортной, глубокое, не слишком мягкое кресло легко приняло в свои объятья крепкого мужчину, и при этом не возникало ощущения, что ты куда-то провалился, какое часто бывает с офисными креслами.

— Расслабьтесь, — голос дракончика действовал умиротворяюще, — закройте глаза и сосредоточьтесь на ощущении своего тела, слушайте мой голос и следуйте ему.

Веки опустились сами собой, Игнат устроился поудобнее, откинувшись назад, и отрешился от происходящего. Мягкий завораживающий голос звучал отовсюду и откликался внутри. В лицо подул свежий ветерок, пахнуло лесом: тёплой, немного влажной землёй, корой деревьев, молодой листвой. Игнат почувствовал себя в родной обстановке, казалось, что он находится рядом с мамой.

— Найдите источник внутри себя, у каждого он свой: у кого-то тёплый клубочек, кто-то найдёт холодную сферу или воздушный пузырь. Вы сами поймёте, что нужно искать, главное — прислушайтесь к себе, доверьтесь своим инстинктам.

Игнат словно углублялся внутрь своего леса, а лес будто превращался в пещеру. И тут он не ощутил и не увидел, а просто понял, что вот оно, вот это ощущение, это тепло — и есть его источник. Он не смог бы его описать при всём желании, это был и тёплый камень, и живое дерево одновременно. И этот невероятный источник жизни был в его груди!

— Так, молодцы, я чувствую, что у вас получилось. А теперь медленно возвращайтесь и открывайте глаза.

Игнат послушно вынырнул из глубин, поднимая веки. Тело будто затекло, как после долгого сидения, и ощущалось чужим. Но внутри продолжал греть источник, даря чувство уверенности в своих силах.

— Теперь вы знаете, как выглядит источник, и можете использовать его силы, пусть и весьма поверхностно, но умения и знания придут вместе с опытом, это дело наживное, — удовлетворённо заключил Войсош, смотря на четвёрку взглядом довольного учителя. — Ну а теперь вам пора, не надо долго задерживаться под землёй.

Компания встала. Каждый, как ни странно, ощущал готовность к длинному путешествию. Но при этом их пугала неизвестность, и покидать уже привычный зал совсем не хотелось. И всё же они вышли в коридор, снова погрузившись в темноту, из которой раздался голос Войсоша:

— А теперь все дружно подойдите к стене и нащупайте на ней линии, они должны быть выпуклыми. — Четвёрка повиновалась и, ощутив под рукой тёплую каменную полосу, сообщила об этом дракончику. — Отлично, а теперь нащупайте свой источник, как мы тренировались. Подайте немного силы в ладонь, просто представив, как что-то из вас перетекает в руку, а потом дальше, к стене, и скажите: «Фойсх».

Понадобилось время, чтобы всё получилось, но спустя несколько минут раздался нестройный хор голосов, и линия сначала несмело, а затем более ярко разгорелась, от неё ответвлялись всё новые и новыеотростки — и вот уже весь коридор в зоне видимости был освещён.

Игнат откинул мысль о странности столь синхронного действия и двинулся вперёд, задавая темп остальным.

— Мы сейчас находимся в городе гианцев, они живут под землёй, обустраивая пещеры своей магией. Это самая восточная часть материка, здесь самые высокие горы, не считая Драконьих в центре материка. — Войсош рассказывал всё довольно монотонно, напоминая Игнату лектора в университете, который также мог усыпить своим рассказом даже самых стойких. — Я должен привести тех, кто разбудит меня, к Зратовену, это дракон, хранитель магии этого мира и мой создатель. Он уже расскажет вам, почему вы тут оказались и что можете сделать. В меня таких знаний не вложено, я лишь ваш проводник, помогаю вам освоиться в новом мире. Зратовен рассчитал всё и вложил в меня основные функции, которые могут нам помочь в дороге. К примеру, я чувствую местонахождение создателя, и даже если он переместится, я смогу его найти. — Войсош всё так же скучающе рассказывал о мире, о расах и их занятиях, о том, что они должны будут дойти до центра материка. Фразы медленно перетекали одна в другую, и бóльшая часть информации, к большому сожалению, ускользала от понимания.

Игнат отметил, что Лилия всё записывает, и успокоился, решив, что при необходимости можно будет уточнить непонятные моменты.

Они шли за своим проводником по длинным, кажущимся бесконечными коридорам. У Игната было ощущение, что те составляют сеть запутанного лабиринта.

«Интересно, — подумал он, — а тут кто-нибудь живёт? Целый подземный город — это неимоверно!»

Коридоры действительно стали скоро ветвиться, а по бокам были небольшие ниши, как ни странно — пустые.

— Долго ещё? — нудил Юрий, плетясь в самом конце. — У меня совсем уже сил нет.

На него явно давило осознание, что над ним тонны камня, и он выглядел крайне болезненно, что выливалось вот в такое нытьё. Продолжалось это почти полчаса, а потому и Ева не выдержала.

— Ну правда уже, давайте передохнём где-нибудь, мы минут пять назад довольно милый закуток прошли. Хотя бы просто посидеть не помешает.

Войсош обернулся и посмотрел на них так, будто только понял, что живые существа имеют обыкновение уставать. Сам-то он двигался вперёд, равномерно махая крыльями и не выказывая никаких признаков усталости.

— Хорошо, — несколько неуверенно начал он, — а вы именно тут хотите, или зайдём в комнату?

— Комнату? — хоровое пение с трёх сторон несколько оглушило Игната, и он, поморщившись, потряс головой. — Тут люди живут?

— Не люди, а маккалы, — нравоучительно поправила остальных Лилия, — это же не Земля.

— Жили когда-то, а потом ушли. Мы сейчас по городу гианцев идём. — Войсош смешно развёл лапками. — Разве я не говорил? Вот эти небольшие углубления — это двери, сейчас тут всё пустует, поэтому можно выбрать любую.

— Надо же, — оживился Игнат, рассматривая ниши, — совсем стыков не видно, даже небольших щелей нет, — восхищался он, пока остальные разглядывали соседние проёмы.

— Чтобы открыть, приложите руку и подайте немного магии. Обычно они требуют отпечаток владельца, но учитывая, что город пустует, признают в качестве хозяев вас. А если несколько недель не будет никто входить — опять «забудут» подпись.

И действительно, стоило прикоснуться рукой к тёплой стене и, сосредоточившись, подать магию — сразу же камень будто втянулся в стены, открыв вид на небольшую квартирку с просторным холлом, откуда просматривались проёмы в спальню, судя по всему, на кухню и в дополнительную комнатку, наподобие кабинета.

— Тут есть кровать, — раздался радостный вопль Юрия, исследовавшего помещение напротив. — Ой, только жёсткая — жуть, словно камни. — Он вышел, потирая плечо. — Но это всё равно лучше, чем сидеть в какой-то пещере.

— Хэй, Войсош, — немного грубо начала Ева и, не отреагировав на недовольный взгляд Игната, продолжила: — До выхода на поверхность нам ещё долго идти?

— Ну, если будем придерживаться такого темпа, — дракончик покрутился над Игнатом и пристроился ему на плечи, — то примерно часа четыре, не меньше.

— Тогда предлагаю тут переночевать. — Игнату не хотелось покидать такие дружелюбные подземелья, потому он всеми силами старался задержаться тут. У мужчины было чувство, будто он вернулся домой. Давно он этого не ощущал, пожалуй, со смерти матери, когда его перестали встречать с работы, и некому стало наводить уют в просторных комнатах. Теперь там было настолько грустно, что и возвращаться-то не хотелось, что, впрочем, и послужило ещё одной причиной для переезда.

— Согласна! — Ева тряхнула головой и отправилась в выбранную ею квартирку, даже не взглянув на остальных. Будто всё уже было решено.

Тихо усмехнувшись, Игнат последовал её примеру, увидев, что Юрий и Лилия тоже разошлись в разные стороны. Войсош на плечах почти не чувствовался, а квартирка будто дышала уютом, несмотря на пустые полки. Настроение отчего-то было замечательным.

Ненадолго задержавшись у входа, Игнат по наитию прислонил руку к небольшой табличке и подал магию — стена вновь встала на место. Теперь можно было изучить обстановку, всё же посторонние люди его несколько напрягали, хотелось одиночества.

Квартира была не очень большой, но всё пространство грамотно использовалось. Довольно просторное помещение было, судя по всему, гостиной с маленькой кухней. Здесь стоял большой диван, а поодаль — похожее на него кресло. В стенах были ниши с полками, а напротив двери — странное углубление в форме окна. Заинтересовавшийся Игнат подошёл поближе и заметил табличку, подобную той, что была у двери. Подав немного магии в неё, изумлённый мужчина увидел, как стена тает, и за ней открывается вид на лес.

«Окно? Окно под землёй?» — удивился Игнат. Однако створки не поддавались, да и выглядело стекло несколько непривычно.

— Пс-с! — Игнат подвигал плечами, будя дракончика. — Почему тут окно, как это возможно?

— Это не окно. — Войсош, грациозно спустившись, потягивался на подоконнике, прямо как домашняя кошка. — Это зачарованная стена. Как источник освещения, ну и для вида. Ты это просто активировал. Ладно, смотрю, ты тут уверенно себя чувствуешь, ну и отлично. Пойду другим подскажу, что тут да как.

Проводив Войсоша до выхода, Игнат продолжил изучение квартиры. В гостиной было три ниши-арки. В ближней комнате разместился полупустой кабинет с небольшим столом, рядом — уютная спальня, где громадная кровать занимала почти всё доступное пространство, третья арка вела в ванную, в которой была также дверь в спальню. Сама ванная была довольно необычной: углубление в полу с несколькими ступенями, напоминающее чашу бассейна, отгороженная каменной перегородкой небольшая кабина, напоминающая душевую, и зеркало во всю стену. Вся сантехника, хоть и не поворачивался язык её так назвать, была каменной, и возле каждого крана — Игнат решил придерживаться знакомых терминов — была пластина для управления. Немного поэкспериментировав с подачей магии, мужчина быстро разобрался в управлении и включил тропический душ.

Игнат блаженствовал под душем, думая о том, что неподалёку его ждёт удобная кровать. Всё было настолько хорошо, что в это даже не верилось.

Но тут раздался истошный вопль, который было слышно даже через толстенные каменные стены. Игнат, поспешно одевшись и даже не успев полностью застегнуться, выскочил наружу, оставляя за собой дорожку мокрых следов.

Кричала Ева.

Девушки быстро нашли ванную, но долго разбирались с душем, не дождавшись Войсоша, которого задержал любопытный Юра. Добившись приятной температуры воды у Лилии, Ева с чувством глубокого удовлетворения отправилась в свою комнату, полная надежд повторить успех. Или она сделала что-то не так, или изначально девушки не полностью разобрались в магическом устройстве, но приятные тёплые струи через несколько мгновений изменились, и в расслабившуюся девушку с жёстким напором стала бить ледяная вода. Ева, вздрогнув от неожиданности, закричала так, что во всём подземном городе, казалось, поднялось эхо. На этот крик примчались встревоженные остальные иномирцы.

Старательно прикрывая глаза рукой, Игнат выключил воду и, получив полотенце от Лилии, протянул его Еве.

— Ой, а что тут у вас? — В ванную с любопытством втиснулся маленький дракончик, его глаза блестели от интереса. — Вы что-то обсуждаете?

— Что… что произошло? — начала Ева, явно сдерживая крепкое выражение, полное недовольства. — Почему вода вдруг изменила температуру и напор? Я же ничего не трогала! — закричала она, её голос разносился эхом. — И вообще, выйдите все! Зачем вы тут столпились?

В помещении вдруг стало жарко и, на взгляд Игната, отнюдь не метафорично, а вполне себе реально. Температура явно повысилась, что было несколько странно, учитывая недавно поливавшую ледяную воду.

— Не волнуйся, мы уже уходим. — Игнат собрал всех и, мягко подталкивая, вывел из ванной.

Странно, но его почему-то беспрекословно слушались все. Да и ссор было меньше, чем ожидалось. Ева обладала довольно взрывным характером, это явно чувствовалось, но она его сдерживала. Любознательная Лилия тоже выведывала интересующие её вещи довольно деликатно, хоть иногда и срывалась на более быстрый темп речи. Хуже всего было Юрию, казалось, что камень потихоньку вытягивает его силы — и довольно активный паренёк, каким запомнил его Игнат на Земле, стал капризным и медлительным.

За такими думами мужчина не заметил, как уселся на диван в холле Евы, рядом с ним устроились Юра с Лилией, а Войсош что-то объяснял Еве в ванной. До них иногда доносился его высокий голос и обрывки фраз: «…каждый настраивает для себя… тут сохраняется режим… он потом включается по прошлой настройке…»

Судя по всему, Ева врубила режим по умолчанию, а предыдущий владелец был любителем контрастного душа. Из ванной послышалось журчание воды, обеспокоенные попаданцы поняли, что всё в порядке, и двинулись по своим квартиркам вслед за Игнатом.

Мужчина с тяжёлым вздохом уселся в удобное кресло и стал крутить в руках странный каменный кубик, лежавший на столике рядом. Почему-то ему казалось, что это не просто кусок камня, а что-то интересное. Кубик не поддавался, но и Игнат не собирался опускать руки. Подумав, что, скорее всего, это что-то магическое, он решился подать немного энергии и, сосредоточившись, выпустил небольшой поток из своего источника. Это сработало, с тихим урчащим звуком кубик стал раскрываться, продолжая разворачивать свои грани до тех пор, пока перед изумлённым мужчиной не образовалась тонкая прямоугольная панель размером со средний стол. Вес предмета при этом не изменился, поэтому он без труда балансировал на вытянутых руках Игната.

Мужчина решил выяснить у Войсоша, что это он такое натворил. Бесспорно, это было своевременной мыслью, и Игнат двинулся к выходу, надеясь поставить панель у стены. Однако, не пройдя и пары шагов, он споткнулся о небольшой выступ и чуть не потерял равновесие, но удержался, отшатнувшись обратно к креслу от неожиданности. Панель слетела с его рук, но, вопреки предположению, вовсе не упала, тем более не разбилась о каменную поверхность. Нет, она зависла на некотором отдалении от пола, продолжая мягко покачиваться. Её центр был ровно над злополучным выступом, который не дал Игнату спокойно пройти к выходу. Вся эта конструкция напоминала обычный стол, если, конечно, не брать во внимание отсутствующие ножки.

Игнат, заинтересовавшись, подошёл и потрогал панель: она держалась уверенно, даже покачивание прекратилось. Действительно — стол, крепкий, довольно надёжный и крайне необычный для человека, узнавшего о существовании магии несколько часов назад.

Ощупав конструкцию со всех сторон, и, конечно, проведя рукой между выступом и столешницей, Игнат пожал плечами и, так и не разобравшись в способе работы вещицы, двинулся дальше изучать помещение. Почему-то появилось острое желание найти ещё что-нибудь необычное.

Только после небольшого отдыха в этой квартирке он начал осознавать, что действительно находится в другом мире, мире с магией. Причём цель пребывания здесь совершенно не ясна — кроме того, что нужно найти последнего оставшегося дракона. Реально, дракона! И почему всё это раньше его не волновало? Почему-то чем дальше он находился от Войсоша, тем больше подобных мыслей лезло в голову. А рядом с ним мужчина искренне считал, что всё идёт так, как и должно, нет ничего необычного, ну или, по крайней мере, ничего такого, из-за чего следовало бы волноваться.

Удерживая эту мысль в голове, он двинулся к Лилии, которая казалась ему сáмой спокойной из их четвёрки. Также ему импонировал её склад ума: она явно не была из тех, кто бросит разгадку тайны на полпути. Отложить до выяснения новых обстоятельств — возможно, но бросить — вряд ли.

Лилия ещё не умела закрывать двери, а потому Игнат легко вошёл.

— Тук-тук-тук, можно? — начал он, делая мысленную пометку, что следует объяснить девушкам, как закрываться, ведь для них это важнее, чем для мужчин. — У меня есть пара вопросов, с которыми ты, возможно, сможешь помочь.

— Да, конечно, заходи, не стесняйся. — Лилия вышла из спальни, кутаясь в какое-то покрывало. — А двери нам бы тут не помешали… Что ты хотел?

— Двери есть, — решил сразу признаться Игнат, указывая на пластину у выхода, — сюда надо подать магии немного, и камень встанет на место. Потом так же можно и открыть.

— О, спасибо, — оживилась девушка, подходя к проёму и выполняя необходимые действия, — работает! Надо будет Еве сообщить, а то она уже ворчала, — с небольшим смешком продолжила девушка, поворачиваясь к Игнату.

— Обязательно, думаю, что из твоих уст ей будет это услышать приятней. — Игнат немного смутился, вспоминая сцену в дýше. — Вряд ли она сейчас хочет видеть кого-то из парней.

— Да нет, всё в порядке. — Лилия несколько легкомысленно махнула рукой и добавила: — Но не волнуйся, я ей скажу. Прямо сейчас и схожу, подожди немного. — Лилия вышла и, вернувшись через пару минут, спросила: — Чего ты хотел-то? Какие вопросы? Не про Войсоша, случайно?

— Ну не знаю, о чём ты конкретно подумала, — вздохнул мужчина, собираясь с мыслями, — но меня действительно кое-что связанное с ним волнует. Почему-то я не беспокоюсь о том, что я в другом мире, в прямом смысле этого слова, пока нахожусь рядом с ним. Да и вообще волнуюсь мало, хотя это было бы сáмой естественной реакцией в данном случае.

— Согласна с тобой, тоже себя на подобных мыслях поймала, но вспомни, он говорил изначально, что он артефакт. Это мы его воспринимаем как живое существо, но он лишь созданный кем-то проводник, который должен нас сопроводить к Зратовену и при этом дать краткую сводку, где мы вообще находимся. Учитывая, что мы, судя по всему, должны что-то сделать, причём самостоятельно, никакие методы принуждения применяться не должны. Так что нас просто не могут взять в охапку и насильно доставить к нужному месту. А тот, кто создавал Войсоша, далеко не глуп и явно осознавал, что мы будем в шоке, а в состоянии шока у всех разное поведение. Так что вот и подстраховался, включив некоторую дозу успокоительного. Вряд ли это что-то заметное для нас, типа укола или газа, магия всё-таки, но что-то, что работает массово, однако не на таком большом расстоянии, вот и появляются у нас моменты прозрения.

— Да! — Игнат закивал, вспомнив о капризничавшем всю дорогу пареньке. — А Юра, видимо, или переживает больше остальных, или более устойчив к успокоительному — вот на него и действует оно слабо, что и выливается в такое поведение. Вот почему Войсош к нему поближе перебрался. — Игнат улыбнулся, заметив, насколько у них с Лилией похожи взгляды на происходящее. Даже манера речи — и та совпадает, хоть договаривай друг за другом, подобно близнецам Уизли из зачитанной до дыр книги.

Они ещё долго сидели друг напротив друга, обсуждая новый мир, ощущения от магии и спутников. Во многом они действительно совпадали, однако ощущения от пещер явно различались. Игнат тут чувствовал себя как дома — спокойно, не хотелось уходить. Лилия же, напротив, хотела побыстрее отсюда выбраться, но она это связывала со своей любовью к путешествиям в принципе.

Когда наручные часы мужчины показывали глубоко за полночь, они наконец расстались, и Игнат вернулся к себе. Стол снова превратился в кубик. Спрятав его в карман, мужчина принял столь резко прерванный душ и отправился спать. Улёгшись на кровать, он долго обдумывал происходящее, раскладывая всё по полочкам. Это был его обычный ритуал ещё со школы.

Ему снился сон, он ходил по тем же коридорам, что и сейчас, но те были полны народу. Довольно странные на вид маккалы, с землистого цвета кожей, но не болезненной, нет, просто всех оттенков жёлтого, и очень прочной. Мужчина откуда-то знал, что кожа взрослого может выдержать прямой удар ножа. Глаза, как и волосы, были у всех тёмными, хотя иногда мелькали зелёные радужки. Игнат, всегда отличавшийся развитым телосложением, был среди таких же, все — и женщины, и дети — были коренасты, хотя некоторые отличались высоким ростом. Конечно, он никого не видел раньше, но во сне он их всех знал: соседи, друзья, родные.

Вот прошла беременная девушка, она, видимо, устала, а потому встала у стены, а прямо из пола, повинуясь её жестам, выросло небольшое кресло. Вот дети играют в мяч, но вместо резинового изделия у них камень, однако он упруго отскакивает от стен и, судя по всему, не причиняет никакого вреда играющим. Пожилой человек передвигается на платформе из пласта камня, никаких рельсов под ним нет, простой пол. Всё так необычно, но так знакомо. Сам Игнат внутренне делится на двух людей: один восторгается чуду, а второй просто знает, что это всё — обычная рутина.

Просыпаться совсем не хотелось, но откуда-то раздавалась нежная приятная музыка, а на лицо падал неяркий свет. Открыв глаза с тяжёлым вздохом, мужчина встал. Рядом довольно потянулся Войсош.

— Ну что, пора на выход! — Энтузиазм Войсоша был заразен. — Приводи себя в порядок и иди к Юре, а я девушек разбужу: они закрылись обе, вам к ним не попасть, а я смогу.

Умываясь, Игнат задумался о том, что несколько странно, что дракончик столь вездесущ, но эта мысль испарилась из головы сразу же, как любопытный Войсош вернулся, выглядел тот несколько пристыженно. Видимо, девушки не были в восторге от побудки.

— Ну что, помощничек, рассказывай, что дальше делать будем. — Игнат беззлобно усмехнулся, доставая свою неизменную опасную бритву. Это лезвие он зачем-то взял в тот злосчастный день, зачем — он бы не смог объяснить самомý себе, но тогда он захватил из дома то единственное, что осталось от деда. Вопросительно посмотрев на плескающегося в малой чаше дракончика, он намылил щёки.

— Да что, планы-то очень просты: мы выходим из лабиринта и бодро шагаем к Драконьим горам. Они находятся в самом центре материка, а мы сейчас на востоке, значит, нам на запад.

— Угу, — невнятно промычал Игнат, проводя лезвием по шее, — значит, идём. А как далеко? Нам же припасы нужны, оружие, если тут есть дикие звери, спальные места на всех, или хотя бы пару, всё же с нами девушки.

— Всё решаемо. По моим данным, идти нам далеко, конечно, но ты забываешь про магию, она во многом нам облегчит жизнь. Я научу, хоть это и будет непросто. Да и, по моим ощущениям, где-то в половине дня ходьбы есть деревня, там точно найдём припасы и, может, помощь. — Войсош закончил плескаться, и вода ушла из чаши сама собой, хотя никаких отверстий, а тем более труб, там не было.

— А ты уверен, что аборигены к нам отнесутся столь благосклонно? — Игнат задал интересующий его вопрос, придирчиво разглядывая себя в отражении.

— Честно говоря, не особо. — Войсош несколько замялся и подобрался поближе. Устроившись на небольшом выступе, он продолжил более уверенно: — Мои знания, помимо чисто энциклопедических, ограничиваются довольно коротким периодом, и я не знаю, что происходило с момента моего создания до активации вами.

— Что-то мне подсказывает, что это далеко не все твои знания. — Игнат прищурился, рассматривая дракончика. — Ты знаешь, почему мне такие сны странные виделись? — Этот вопрос его довольно сильно интересовал, уж больно необычными были ощущения ночью. Сновидения больше походили на воспоминания, причём чужие, явно местного маккала.

— Ну-у-у, не уверен, конечно. — Войсош, почесав лапой затылок, стал объяснять: — Понимаешь, вы подобраны не просто так, магическая матрица ваших тел максимально близка к нашим расам. Думаю, что я не ошибусь, если скажу, что ты сегодня во сне видел гианцев, их жизнь. По характеру ты похож на них, да и аура близкая. А мы сейчас в основном городе этой расы. Видимо, перенос и близость к родным, если их можно так назвать, местам и спровоцировали подобную реакцию.

— Да, ты прав, наверное, мне снились эти коридоры и лю... маккалы в них. — Настала очередь Игната чесать затылок, ему совсем не хотелось делиться сном, это казалось таким личным. — И чем нам грозит подобная похожесть на ваши расы?

— Вопрос не в моей компетенции. Я просто знаю, кто вы и куда вам идти, ещё у меня есть ответы на вопросы по миру, большего я не смогу рассказать, — признался дракончик, хлопая честными глазками. Чересчур честными, на взгляд мужчины, но он решил не заострять на этом внимания, по крайней мере, пока. Однако этот момент для себя он отметил, благо память его никогда не подводила.

Выйдя из купальни, Игнат двинулся в сторону квартиры, занятой Юрием, надеясь, что дал девушкам достаточно времени на сборы.

Помещение Юрия не было заперто, а потому, растолкав сонного паренька, мужчина быстро отправил его умываться. Бдительно проследив за исчезнувшим за дверью ванной Юрой, Игнат вышел в общий коридор. После ночи, проведённой здесь, всё казалось ещё более родным. И Игнат с грустью думал, что через несколько часов покинет эти лабиринты. Он никогда не любил особо путешествовать, в отличие от той же Лилии, а потому поход к неизвестному Зратовену казался ему изощрённой пыткой.

Как ни странно, девушки собрались быстро, а вот Юрий подтянулся самым последним. Четвёрка сложила с собой в дорогу несколько вещей, захватив чудом сохранившуюся одежду, более-менее подходившую по размеру, пару сумок и всякие мелочи. Всё же квартиры были полны разных артефактов, не особо полезных, к сожалению, но способных развлечь на привалах.

Дракончик опять порхал впереди, периодически отвечая на вопросы Лилии. Юра вцепился в руку Игната и шёл с закрытыми глазами, не в силах до конца проснуться, но, слава Богу, молчал, а потому мужчина мягко направлял его на поворотах, опасаясь разбудить. Ева плелась последней, она тоже не могла похвастаться цветущим видом, её явно распирала злость, видимо, раннее пробуждение не было тем, чего она ожидала. Да и сам способ, возможно, подкачал.

Дорога, как и планировалось, заняла четыре часа, однако выход был заблокирован. В месте, где, по словам Войсоша, должна была быть арка, сейчас был завал. Разбирать его было опасно, даже с учётом магии. Всё-таки никаких заклинаний четвёрка пока не знала, а потому сейчас все растерянно переглядывались.

Игнат погрузился в размышления: почему-то вспомнился сон. И платформа под пожилым человеком. «Там явно было что-то ещё! — подумал мужчина. — Гурьба детей, беременная девушка… Нет, всё не то. А, вот, решение найдено! Если, конечно, сон был правдив». — Очнувшись от размышлений, Игнат услышал последнюю фразу Войсоша: «Так что другого пути я не знаю».

Оказалось, что создатель загрузил в него несколько вариантов развития событий, но не учёл, что главный выход может быть недоступен. А второстепенные не были известны никому. Кроме гианцев, конечно, некогда проживавших здесь.

— Ладно, пойдём, — решительно выдохнул мужчина, обращая на себя внимание, — выхода у нас особого нет, а потому давайте доверимся нашей интуиции... Моей интуиции, — после небольшой паузы поправился он.

Дождавшись согласных кивков, Игнат направился назад, где видел подходящую нишу. Она несколько отличалась от остальных, была более широкой и глубокой. Сосредоточившись, мужчина послал небольшой импульс магии к столбику рядом и, поняв, что реакции нет, он всё повторил, но в этот раз уже постарался действовать на пределе своих сил. Услышав звук перекатывающихся камней, он с усталым вздохом опёрся на столбик, сил стоять ровно не хватало. С другой стороны в него вцепился Юра, теперь уже он поддерживал Игната. Стена ниши поехала вверх, и взгляду удивлённых спутников открылись ровные скамьи, стоявшие рядами на большой платформе. Приглашающе взмахнув рукой, Игнат двинулся по направлению к ним и уселся на ближайшую.

— Садитесь, это как метро, ну или что-то вроде. Только следует не по точному маршруту, а просто в заданную точку возможным путём.

— Ну, если ты так уверен… — Лилия первой последовала примеру мужчины и села рядом с ним.

Как только все пассажиры устроились на местах, платформа двинулась. Сначала медленно, но скорость постепенно нарастала — и вот ниши на стенах замелькали почти неразличимо, словно компанию мчал куда-то скоростной поезд. Странно, но не было ветра, бьющего в лицо, да и вообще ощущения скорости. Будто это стены крутились вокруг них на сумасшедшей карусели.

Поездка, по внутренним ощущениям попаданцев, длилась около получаса. При вызове транспорта Игнат мысленно концентрировался на свободном выходе и сейчас надеялся, что они попадут в нужное место.

Платформа потихоньку стала тормозить, и путники с удивлением обнаружили, что стены вокруг них значительно изменились — стали темнее, кое-где пробивались корни, а вместо ниш были проёмы, ведущие в помещения, мало похожие на те, где они ночевали. Там было больше дерева и меньше странных вещей, выглядело всё привычнее для землян.

Чуть впереди открывался вид на большую арку, за которой виднелась поляна, заросшая сочной зелёной травой — а значит, они нашли выход.

Новый мир оказался неимоверно прекрасным и каким-то более свежим, если сравнивать его с Землёй. Небо было больше фиолетовым, чем привычно голубым, но это смотрелось очень гармонично. Сочная зелёная трава упруго пригибалась под ногами, быстро выпрямляясь, когда её отпускали. Если обернуться назад, то полянка выглядела нетронутой, будто по ней и не прошли только что четверо. В зелени прятались разные цветы, как оказалось, в том числе и хищные: Игнат увидел, как одно растение, похожее на росянку, схлопнуло челюсти на своей добыче.

— Ну и куда нам идти? — поинтересовалась Ева, любуясь небом. — В какую хоть сторону? Дорог я тут не вижу.

— Ты говорил, что нам полдня до деревни, — вступил Игнат в разговор, вспоминая утреннее общение, — ведь я прав?

— Да, но полдня было до наземной деревни гианцев от главного входа. — Дракончик покивал головой, зависнув в воздухе. — И несколько недель пути до Драконьих гор, если бы мы нашли способ быстрого передвижения. Но сейчас всё иначе, мы переместились к границе государства гианцев, так что до гор теперь гораздо меньше даже пешком. А вот с населёнными пунктами — я пока не знаю, мне нужно осмотреться на местности. Давайте я вас оставлю тут, а сам слетаю на разведку? — Умильная мордочка проводника заставляла сдаться даже непробиваемого Игната.

Компания, отпустив Войсоша, уселась на ближайшей полянке, расстелив на траве свои куртки.

— Какое тут восхитительное небо! — Юрий улёгся на спину, раскинув руки, к нему прямо на глазах возвращались силы, а вместе с ними — и хорошее настроение. — Хотел бы я в нём полетать. На Земле я часто летал на параплане — это восхитительно!

Пока Юра делился с девушками впечатлениями от своего хобби, Игнат смотрел в сторону пещер, откуда они совсем недавно вышли. Он не понимал тяги к небу, хоть и признавал право на подобное увлечение у других. Всегда крепко стоя на ногах, Игнат предпочитал более рациональные виды отдыха, нежели легкомысленные полёты.

— Я нашёл! — радостный голос проводника раздался с неожиданной стороны, вовсе не с запада, куда он улетал. — Нашёл небольшое поселение. Можно двинуться туда и, может, получится добыть несколько вещей в дорогу.

— Ну и куда нам? — спросила Лилия, вставая и отряхивая руки. — И далеко ли идти?

— Нет, идти меньше двадцати минут. — Дракончик дружелюбно вился вокруг подопечных. — Туда, на северо-запад, там есть небольшая река, а совсем рядом — деревня.

Игнат с сожалением кинул последний взгляд на горы, остающиеся позади, и двинулся вслед за весело щебечущим проводником.

Шли они действительно недолго, даже несмотря на то, что передвигались довольно медленно, глядя по сторонам и часто отвлекаясь. Деревня выглядела не так, как представлялось им с оглядкой на Землю, она скорее напоминала поселение хоббитов. Дома, утопленные в землю и покрытые дёрном, радовали глаз весёлой расцветкой ставень и дверей. Однако попадались и менее приземлённые жилища, они имели более привычный вид одноэтажных избушек, но также утопали в зелени по самую крышу.

Вокруг суетились люди, точнее, маккалы. Игнат поймал себя на мысли, что выглядели они почти так же, как в его снах: сильные, коренастые, с грубой кожей. Разве что казались более уставшими, тяжело работающими на своих огородах. На вид они походили на людей, только были более жёлтыми что ли. Но не как монголы и подобные им на Земле расы, а скорее как раскрашенные акварелью.

Вот прошёл пастух, погоняющий странного вида коров. По крайней мере, на Земле Игнат не видел однорогих коров почти в такую же полосочку, как у зебр. А вот промчалась ватага ребятишек, весело гоняющих мяч. Обычная деревенская жизнь, но не хватало той лёгкости, что была во снах, не было магии, которая во всём была бы помощницей.

Дети не приближались к путешественникам, а взрослые с подозрением поглядывали на чужаков, тоже не стремясь к ним подходить.

Весёлый Юрий опять притих, прячась за широкой спиной Игната, а Войсош повис на широких плечах мужчины. Судя по всему, он применил какую-то магию, потому что на необычного дракончика никто не обращал внимания.

Компания прошла почти всю деревню, не решаясь с кем-то заговорить. Наконец Игнат увидел молодых парня и девушку, судя по всему, брата с сестрой, в чьих глазах он не заметил враждебности, лишь лёгкую настороженность с примешивающимся к ней любопытством. Именно к ним и подошли попаданцы.

— Здравствуйте, мы путешествуем, — начал Игнат, стараясь придерживаться относительной правды, — направляемся к Драконьим горам, и наши припасы, к сожалению, истощились. Не могли бы вы нам помочь? — Говоря это, он чувствовал себя несколько неловко, всё же в роли попрошайки он был впервые. И хоть компания и взяла с собой немало вещей из города, пищи там не было. А ведь они не ели со вчерашнего вечера, и, учитывая случившиеся с ними потрясения, голод уже довольно сильно донимал всех.

— Мы не можем помочь, — внезапно получил он резкий ответ, — самим еды не хватает. Нечего вам тут делать, уходите, пока не поздно.

«Странно, — подумал Игнат. — Столь враждебный тон, как и сами слова, вовсе не сочетаются с выражением лица этого парня. А девушка рядом с ним вообще будто смотрит умоляюще. Судя по всему, им и без нас тут не рады, а излишняя доброта может повредить паре».

Его мысли подтверждал нарастающий за спиной ропот.

— Идите куда шли!

— Вам тут не рады!

— Своих ртов хватает!

— Развелось тут всяких, позорище!

По позвоночнику полз холодок, возникший от явной враждебности в их сторону. Казалось, будто ещё одно слово — и на них накинутся как волки на добычу. Тихо, стараясь держать руки на виду, компания двинулась дальше по дороге. Они пытались выглядеть как можно дружелюбнее, но всё ускорялись и ускорялись. Почти перейдя на бег, путешественники наконец-то покинули пределы деревни и приблизились к полноводной реке.

— Ну и что это было? — голос Евы напряжённо подрагивал, она явно сдерживала гнев. — Почему на нас отреагировали так, будто мы враги и никем иным быть не можем?

Пристыженный Войсош всё ещё прятал нос в плечах у Игната.

— Я не знаю, правда, — его неуверенный голос чуть остудил пыл девушки, — не должно быть такого. Гианцы — самая мирная раса, а что сейчас произошло — я не понимаю…

Дракончик явно опять применил свою магию, и Ева успокоилась аномально быстро. Лилия, подозрительно прищурившись, сделала пару заметок в своём блокнотике, с которым не расставалась.

Игнат решительно направился к берегу, увлекая за собой остальных. Они уселись на песке и молча наблюдали за бегущей водой. Говорить не хотелось, напала некоторая сонливость, даже умиротворение. Будто они не вышли из деревни, населённой враждебными маккалами, а уже пару часов наблюдали за рекой, медитируя.

«Странно», — думал Игнат, не решаясь привлечь к себе внимание, его будто подпитывала силами сама земля. Он заметил постепенно проясняющийся взгляд Лилии, которая больше всех радовалась реке.

— И всё же… — начала Лилия, но тут же замолчала и обернулась, услышав шаги.

Со стороны деревни к ним приближалась молодая девушка, сестра прогнавшего путников парня.

— Подождите! — запыхавшись, она подбежала к ним. — Подождите, сейчас Кейран принесёт немного еды. А воду можно из реки набрать, мы сами отсюда пьём, не волнуйтесь, вот фляги. — С этими словами она протянула им бутыли, только что бренчавшие на её поясе.

— Вы, вы всё-таки поможете нам? — Оживившийся Юрий приблизился к девушке. — Спасибо.

— Не сочтите за грубость, — стряхнул сонливость Игнат, — но почему? В деревне вы не выказали особого желания помочь.

— Если бы мы иначе ответили вам там, — твёрдо заявила девушка, — то нам бы потом не дали житья. Ведь чужаков у нас не любят, а тем более похожих на вас.

— Похожих на нас? — Лилия была явно изумлена, но голос её звучал ровно. — А можно поподробнее: почему у вас не любят таких, как мы?

— Да, у нас, — немного запнулся Игнат, опять решив придерживаться частичной правды, — отношение несколько иное, и лю… маккалы могут быть самыми разными.

— Надо же, — искренне изумилась девушка, — есть и такие места в Чартатво? Но у нас, к сожалению, не так. Другие расы не любят, мы довольно много от них натерпелись во времена переселения. Тогда на нас часто нападали, пытаясь отнять выращиваемые фрукты и овощи. В то время было сложно, ведь выращиванием занимались только гианцы, а те же фотианцы даже простейших вещей посадить не могли. Да и с постройкой новых домов у них не задалось. Так что мы стараемся не пускать к нам никого. И уж тем более не помогать.

— Ну что ты разболталась? — Кейран стремительно приближался, неся несколько объёмных мешков. — Не стóит пугать путешественников, вспомни, что говорила мама.

— Здравствуйте, — строгая Лилия чётко соблюдала правила общения, — благодарим вас за помощь, и за ваши рассказы. Мы будто в другой мир попали! — Она постаралась смягчить свою речь смешком.

— Не стóит, мы только рады. — Парень, сбросив ношу, сложил руки на груди. — Мама всегда хотела путешествовать. Говорила, что это в ней от внутренней нероанки. Но потом осела тут, с нами.

— А мы вот так и не решаемся последовать за своими желаниями и двинуться в путь, — надулась девушка, глядя на брата, — потому что кто-то очень занудный...

— Не стóит, — мягкий, но твёрдый голос парня мигом остановил так и не начавшийся спор, — мы это уже обсуждали.

Чувствовалось, что этот диалог у них не впервые, и всё равно каждый остался при своём мнении. Игнат улыбнулся, наблюдая за парнем и девушкой, они напоминали ему бабушку с дедушкой, те тоже не могли сойтись во мнении, но никогда не переходили границы в своих спорах.

— Вам следует идти, — девушка оглянулась на деревню, — местные часто ходят к реке, и они не обрадуются, увидев вас здесь. Куда вы сейчас направляетесь?

— К Драконьим горам. — Игната явно выделили как переговорщика, а потому, убедившись, что никто не горит желанием начать беседу, он продолжил отвечать: — Говорят, что там очень красиво, и это самые высокие горы. — Мужчина судорожно вспоминал всё, что знал о местах этого мира, но на его ровной речи это никак не сказалось.

— Драконьим? — Девушка нахмурилась, явно что-то соображая. — А-а-а, это вы о Скалах Утрат что ли? Не стóит вам туда ходить, там маккалы исчезают. Кто туда ходил — никто не вернулся.

— Хм, — постарался подобрать слова Игнат, — ну мы тогда не будем заходить далеко в горы, но увидеть их всё же хотелось бы.

Ему не хотелось врать такой милой семье, но всё же он искренне считал, что добраться до гор стóит. «Да и Войсош, наверное, подскажет, что там творится, может, и нет ничего страшного. Должен же быть безопасный путь, если создатель проводника хотел, чтобы его нашли», — размышлял он, а за его спиной Лилия тихо шушукалась с Войсошем, явно что-то выясняя. Не решаясь обернуться, Игнат лишь сделал шаг вбок, закрывая парочку, но тут девушка решительно оттеснила его.

— Может, вы нам подскажете всё же, как можно добраться до Дра… до Скал Утрат? — начала она, доставая блокнотик. — Там рядом растут травы, которые я бы очень хотела изучить. Говорят, что у них уникальные свойства, да и сами они отличаются от тех, что растут в этой местности.

— А-а-а, травница, — протянул Кейран, разом успокаиваясь, — видать, тоже внутренняя нероанка шалит. Двигайтесь к лесу, там по кромке его пройдёте с полдень и выйдете к хребту, вдоль него и идите, а там уж увидите скалы, их видно сильно издалека. Это мы в низине, а так почти везде их увидать можно.

Попрощавшись с гостеприимными братом и сестрой, путешественники споро разобрали мешки, источающие ошеломляющий запах съестного, и двинулись в указанную сторону. Заметив, что деревня с её недружелюбными жителями исчезла из виду, они устроили привал, чтобы наконец поесть.

Еда выглядела похожей на привычные им земные припасы, правда, отличалась порой цветом. Разделив ярко-оранжевые булки, прямо тающие во рту, они утолили первый голод. Юра попробовал что-то вроде яблока, только с фиолетовой кожурой, и удивился — вкус был сладким, но с лёгкой пряной ноткой, как будто яблоко смешали с мятой. Ева, не раздумывая, схватила красный плод, похожий на помидор, и тут же закашлялась — оказалось, он острый, но приятный на вкус. Лилия внимательно рассматривала продолговатые плоды с синими вкраплениями, аккуратно записывая свои наблюдения в блокнот. Игнат же осторожно пробовал хлеб, удивляясь его сладковатому, чуть ореховому вкусу.

— Всё как будто знакомо, но не совсем, — задумчиво произнёс он, разламывая ещё одну булку.

— По крайней мере, голодными не останемся, — улыбнулась Лилия, убирая блокнот.

Они ели молча, прислушиваясь к новым вкусам и запахам, и с каждым кусочком всё больше верили в то, что этот мир действительно другой, но, похоже, не такой уж и враждебный.

После необычного обеда путешественники разобрали мешки, стараясь разделить припасы так, чтобы потеря одного из рюкзаков не принесла сильного вреда, и продолжили путь. Они шли по небольшой тропинке, направляясь к видневшемуся лесу. Громко пели какие-то незнакомые птицы, выдающие переливчатые звонкие трели, в траве мелькали чьи-то длинные уши. Говорить не хотелось, было желание просто лечь на землю и расслабиться, насладиться невероятной природой.

Игнат часто гулял у карьера и заходил в соседний лесок, но это всё было не то. Не было такого чистого воздуха, почему-то отдававшего морским бризом. Не было таких богатых на листву и цветы деревьев. Родные места казались серыми по сравнению с местными пейзажами. Наконец-то мужчина дышал полной грудью, волнение постепенно уходило.

Они устроились на полянке передохнуть. С непривычки их компания не могла двигаться долго, да и от свежего воздуха кружилась голова. Игнат лёг на спину, рассматривая небо, отдающее фиолетовым, Лилия что-то зарисовывала в блокнотике, попутно поясняя детали Еве, а неугомонный Юрий бросился на пару с Войсошем за владельцем длинных ушей, что снова мелькнули в траве, — уж больно весёлому пареньку хотелось посмотреть на здешнюю живность. Свежий воздух, звуки природы, монотонный бубнёж Лилии — всё постепенно убаюкивало, глаза слипались, и Игнат решил не противиться этому.

Голос становился всё тише, пение птиц тоже потихоньку отдалялось, Игнат медленно погружался в сон. Он уже почти заснул, когда, находясь в полудрёме, услышал радостный возглас Юрия: видимо, парочка всё же поймала неведомого зверька. Улыбнувшись, Игнат снова позволил себе расслабиться.

— Хэй, бегите все сюда, — крик, но теперь уже Войсоша, вновь выдернул мужчину из дрёмы, — я тут такое нашёл!

Лениво поднявшись, Игнат двинулся на голос. Юрий стоял, наклонившись над каким-то провалом. Заглянуть мужчина туда не успел, его обогнала Лилия, почти подпинываемая вечно торопящейся Евой. Наконец все приблизились к тёмной яме и сгрудились вокруг неё. Она казалась какой-то бездонной, и видно ничего не было: просто провал, и темнота.

Тут послышался тихий шелест, земля ушла у Игната из-под ног, и почему-то сразу вспомнился тот случай на карьере. В этот раз мужчина действовал более осознанно, хоть и по-прежнему руководствовался инстинктами. Нащупав своё ядро, он пустил силу в ноги, а через них — в камни вокруг, которые сразу стали походить на ровную платформу своеобразного лифта, компанию довольно мягко спустило вниз, полностью остановить падение сил не хватило. Действия и так вытянули из Игната всё что можно, и как только он почувствовал под ногами немагическую опору, а магию прекратило высасывать, будто пылесосом, мужчина отпустил себя и уплыл в глубокий обморок.

Очнулся Игнат от воды, капающей на лицо, и тихих голосов вокруг.

— Он пришёл в себя, — раздался чей-то возглас, а затем перед глазами появились встревоженные лица.

— Ты как? — обеспокоенно спросила Лилия, присаживаясь рядом с мужчиной. Дотронувшись тёплой рукой до его плеча, она уточнила: — Ты около получаса был без сознания, остальные все целы, ни одной царапины.

— Нормально, где мы? — Игнат приподнялся на локтях и оглянулся, силы довольно быстро наполняли его, всё же близость к земле действительно помогала.

— Вроде, в какой-то библиотеке, тут куча книг, и какие-то странные залы. Ева с Войсошем пошли исследовать их, а мы пока тут остались, с тобой, дракончик сказал, что ты сил слишком много использовал, и надо подождать, пока восстановишься.

Тут послышались голоса. Вернулась Ева, неся на руках мрачного дракончика.

— Мы были правы, это библиотека, одна их центральных. — Она присела на какой-то камень, пристраивая помощника на коленях. — Здесь ещё несколько залов, все артефакты целы, хоть и разряжены, книги тоже. Только вот Войсош чем-то недоволен, а чем — не признаётся. — Она многозначительно посмотрела на дракончика и потыкала его в песчаный бок.

— Что-то тут не так, — отозвался Вайсош, — понимаете, когда меня создавали, то во все библиотеки мира были добавлены артефакты, ну, точнее, планировалось их добавить. Они активировались бы после того, как хранитель погрузится в сон. Они были наподобие справочника для тех, кто лишился магии, их не нужно было подпитывать, и не требовалась помощь маккалов для запуска. С их помощью можно узнать об истории мира, о текущих событиях и об упражнениях.

— Упражнениях? — недоумённо воскликнул Юрий, придвигаясь ближе к рассказчику. Игнат уже заметил за пареньком любовь к прикосновениям, казалось, что именно так он ощущает окружение. Вот и сейчас тонкие пальцы Юрия немного подрагивали, будто собираясь пуститься в пляс.

— Да, магия, конечно, пронизывает весь мир, и пусть лей-линии истощались на момент моего создания, но только, так сказать, истоки магии. Из тела маккала её невозможно вырвать, но и пользоваться в таком состоянии ей затруднительно. Однако, если выполнять регулярные упражнения, то можно достичь немногого. Совсем капли по сравнению с тем, что было раньше. То, что можно сделать, не выпуская магию наружу, — останется чуть более крепкое тело, достаточная продолжительность жизни и часть расовых способностей. Сейчас же я вижу то, что может только в кошмарах присниться: маккалы просто забыли про магию, это очень страшно. Вот мы в библиотеке, и, как я чувствую, одной из центральных, но я вижу, что обучающие артефакты не были использованы, как будто их и не было. Как будто магия для них стала просто… сказкой. Всё пришло в запустение. Я ещё мог понять, почему они покинули города, ведь не хватало сил и умений активировать освещение и вентиляцию, хотя некоторые расы могли справиться — фотианцы, например, но там, скорее всего, возникли свои проблемы. Но библиотеки! Ведь это знания, и даже без хранителей. Книги же остались довольно полезные, и они тут стоят, нетронутые.

— Согласна, крайне странно. — Лилия нахмурилась, осматривая полки. — А почему библиотека внизу? Может, здание ушло под землю?

— Нет, такого точно не может быть, — Игнат осмотрел видимые ему полки и стены, — были бы повреждения, а тут всё цело, даже трещин нет.

— Ну, это можно было бы объяснить тем, что на здание наложена соответствующая защита. — Войсош махнул хвостом. — Но тут её нет, и всё гораздо проще: мы всё ещё на территории гианцев, и библиотека изначально подземная. Просто, видимо, как раз из-за отсутствия чар потолок начал разрушаться.

— Я пойду посмотрю книги, — сказала Лиля и заинтересованно окинула взглядом полки, — а ты посиди немного, вон там диванчик есть.

Игнат, с трудом встав, подошёл к мягкой мебели и уселся.

— Слушай, а чего вы меня сразу сюда не перенесли? — поинтересовался он у любопытного дракончика, устроившегося рядом. — На камне лежать всё-таки не сильно полезно.

— Так мы поднять тебя не могли, ты настолько своей силой в камни впился, что весил пару тонн, наверное. — Войсош плюхнул на колени тонкую книжицу. — На, почитай, это история. Правда, детский вариант, но всё равно интересно. Общую информацию я рассказал, конечно, а детали сейчас могут быть и не правдивы, но всё же можно найти полезную информацию.

Книга оказалась чем-то вроде иллюстрированной энциклопедии. В ней рассказывалось о расах и их отличиях. Игнат рассматривал изображения гианцев, красивых гибких нероанцев, ловко седлающих немыслимых морских монстров, фотианцев, устраивающих огненные шоу, и летающих айранцев с полупрозрачными крыльями. Увлёкшись, он и не заметил возвращения ребят.

— Э-эй, — мягко потрясла его за плечо Лиля, — смотри, что я нашла! Это «Пособие для начинающих волшебников». Тут много детских книг, по магии в том числе. Будешь вместе с нами изучать?

— Конечно. — Аккуратно отложив в сторону книгу, Игнат повернулся к девушке. — Ты же уже, небось, изучила всё, можно мне краткие инструкции?

— Конечно! — Мягкая улыбка преобразила лицо строгой Лилии. — Тут, на самом деле, начинается всё примерно так же, как нам описывал Войсош, а потом уже практика. Знаешь, это похоже на рисование, ну или вязание, плетение — что тебе ближе. Мы сейчас научились, условно, водить карандашом по бумаге или разматывать нитки. Это позволяет нам управлять, нет, даже не так, активировать простейшие артефакты. Те, которые настроены на одну, максимум две функции. В них достаточно просто подать магию, ну и мысленно задать общее направление при необходимости. Их тут называют детскими, они мастерятся буквально на коленке. Хотя то метро, на котором мы приехали, таким не назовешь, как и входы в квартиры, но и они делались изначально простыми, чтобы им мог воспользоваться каждый, в ком есть магия, даже другой расы. Но есть и другие вещи — многофункциональные артефакты, а ещё просто заклинания сами по себе, без привязки к материальным объектам.

— А чароплетение, представляешь, плетение! — в разговор ураганчиком ворвался Юрий. — Прям сложнее. Ты прям должен плести-плести из этих нитей, то есть из твоего источника, целую салфетку.

— Не салфетку, а заклинание. — Ева щёлкнула паренька по лбу. — Салфетка не может взорваться у тебя в руках.

— Ой, ну ладно-ладно. — Юрий, подскакивая на месте, пытался всё вывалить сразу. — И представляешь, если одинаковые плетения создадут два маккала разных рас, то результат будет разным! Нет, ты можешь себе это представить?! Плетение одно, а результат разный. Круто, правда?

Игнат немного поморщился, пытаясь понять сказанное. Юрий тараторил, периодически повторяя некоторые слова, что, учитывая высокий темп речи, довольно сильно затрудняло восприятие.

— Вроде, понимаю, — попытался он вклиниться в бесконечный поток эмоций, — но на всякий случай я сам почитаю, ладно? Ты можешь уточнить у Войсоша, можно ли мне пытаться плести эти заклинания? — Игнат посмотрел вслед умчавшемуся ураганчику и с облегчением вздохнул: всё же беспокойный паренёк его весьма утомлял.

— Ну что, замучил он тебя? — со смешком заметила Ева. — Ладно, читайте, ботаники, а я пойду. Видела там книги по созданию амулетов, найду что-нибудь интересное.

— А мо … — попыталась начать Лилия.

— И для тебя, конечно, всё отложу, не волнуйся. — Ева, не дослушав фразу коллеги-попаданки до конца, резко развернулась и пошла вглубь библиотеки.

— Ладно, смотри. — Девушка повернулась к Игнату и, вооружившись ручкой, стала рисовать в блокноте. — Мы сейчас научились находить свой источник, а также выпускать магию. Но неоформленную, просто потоком, даже неравномерным. Ты, скорее всего, так устал при активации той платформы в подземельях и сейчас именно потому, что не умеешь делать правильно. Такой способ активации… это как наполнять стакан из гидранта — бóльшая часть не попадёт по назначению.

— Ну и как же мы можем её оформить? — попытался вникнуть Игнат. — Эту самую струю, поток, или как это там верно называется.

— Ну, тут только практиковаться. — Девушка пожала плечами, показывая книгу. — Тут даются простые упражнения. Но в основном это визуализация. То есть надо сидеть, медитировать и пытаться создать эту самую нить из своей магии. Они, кстати, у всех разные. Это связано с размерами каналов и ядра. От объёма ядра зависит, сколько энергии маг способен влить в одно заклинание, а от каналов — какая толщина нитей в структуре. Толстые — заклинание получится мощным, тонкие — слабым.

— Хм, значит, лучше толстые каналы, — почему-то заинтересовался этим моментом Игнат. — А как узнать, какая у меня… пропускная способность?

— На самом деле нет. — Лилия перелистнула страницу. — Смотри, тонкие нити куда больше подходят для создания артефактов, потому что там как раз нужна филигранная работа. Так что это просто разные специализации. Размер каналов и ядра может показать специальный артефакт, но тут таких нет, я спрашивала дракошу. Он сказал, что Зратовен сможет помочь.

— Войсош сказал, что ты можешь колдовать-чаровать, — в их разговор ворвался вернувшийся Юра, — но пока не пытаться делать что-то большое, а от этих упражнений хуже точно не будет. Давайте пробовать, а? Ну интересно же, а вам? Вам не интересно? О, пойду Еву спрошу. — Пареньку, кажется, вообще не требовались ответы. Выпалив эту тираду, Юрий убежал так же стремительно, как и появился, быстро исчезнув из поля зрения.

— Ну что, может, действительно попытаемся? — Игнат всё ещё смотрел вслед неугомонному пареньку. — Покажи, пожалуйста, эти упражнения.

Задания были действительно простыми, но не получались они ни у одного из них. Это было похоже на попытку удержать пожарный шланг, работающий на полной мощности. Даже не так: с постоянно меняющейся мощностью. Поток никак не получалось ни сделать равномерным, ни оформить в щуп. Почувствовав усталость, Лилия и Игнат остановились и, оглянувшись, поняли, что все разбрелись по разным углам. На стенах уже привычно горели световые линии, они были золотистого оттенка, что придавало уюта библиотеке.

Игнат решительно поднялся, но покачнулся от нахлынувшей усталости. Немного помедлив, он двинулся вдоль прохода, высматривая выход. Дверь нашлась довольно быстро, и мужчина, доверившись чутью, двинулся дальше, зная, что там должны быть очередные подземелья. Он оказался прав: всего через пару минут уже виднелись привычные за последний день лабиринты с нишами. Быстро вернувшись в библиотеку, Игнат стал собирать всех у импровизированной гостиной, где стояли мягкие диванчики, на которых чуть ранее они удобно устроились с Лилией.

— Ну что такое? — Недовольный голос Евы пустил гулять между полок эхо. — Я только поняла, как можно создавать интересные вещи, а тут ты.

— И ничего страшного, книга от тебя никуда не убежит, а нам надо определиться с дальнейшими действиями, — Игнат отвечал мягко, высматривая в проходах Войсоша.

Дракончик ожидаемо обнаружился рядом с Юрой, читающим какой-то том с богато украшенным переплётом. Тёмно-красная книга с золотым чеканным узором выглядела крайне внушительно, но на поверку оказалась сборником сказок.

— И вот нероанец оседлал чудище морское, — с выражением читал паренёк Войсошу, — и крепко охватил он его шею, приготовившись к пути долгому. — Голос Юрия то повышался, то становился тише, описывая странные приключения неведомого мага, пытавшегося достигнуть зачарованной пучины, где прятались самые невероятные морские животные.

— Кхм! — От деликатного покашливания Игната парочка подскочила, уставившись на мужчину. — Мы там планы собираемся обсудить, присоединяйтесь, пожалуйста. Книгу можете с собой взять. — Он развернулся и стал быстро удаляться от укромного закутка, почему-то было неловко, будто он помешал чему-то сокровенному, что должно остаться тайной.

— … и тогда можно будет этим щупом поместить плетение на нужный предмет. — Ева уже нашла в Лилии благодарного собеседника и вдохновлённо рассказывала ей о создании артефакта. — И чем тоньше будут эти линии, тем больше можно будет поместить функций в нём. Тут пишут, что мастера могли создать невероятные вещи, но многое умалчивается, всё же эта книга для новичков.

Лилия сосредоточенно записывала основные посылы «лекции» в блокнот, Ева размахивала книгой, периодически чуть не задевая свой нос. Игнат улыбнулся этому: кажется, они всё же смогут подружиться и стать командой, а не просто попутчиками. Почему-то это грело душу.

— А что это у вас? — В мирные мысли ворвался звонкий голос Юры. — Как кла-а-асно! Артефакты, это же круть-крутейшая! Их можно ещё на животных прикреплять, и те тогда послушными становятся.

Игнат немного поморщился — может, он поторопился с выводами: вечно активный паренёк, непонимающий важность личного пространства, начинал немного напрягать. Эта мысль разбила нарисованную идеальную картину путешествия, и немного встревоженный мужчина тяжело вздохнул. Слишком они разные, сложно представить гармоничную команду, состоящую из таких людей.

— Ну что, — Игнат поймал порхающего рядом Войсоша, — давай рассказывай: где мы и как отсюда выбраться.

— Ну вверх мы точно не сможем. — Все уставились в проём, в котором виднелось краснеющее небо. — А так, мы в городе гианцев опять, и, думаю, выбраться из него не слишком сложно. Особенно если Игнат нас поведёт.

Все перевели взгляды на задумавшегося мужчину. Игнат прикрыл глаза, стараясь прислушаться к себе. Он будто чувствовал окружающий его город. Ответвления казались логичными, мужчина знал, что сейчас они в самом центре, и отсюда есть несколько путей наружу. Один был завален, два других вели на восток, углубляясь в земли гианцев. А вот оставшиеся два как раз подходили: они могли доставить их на запад, но были разной протяжённости, с разницей в дороге почти в полдня.

— Мы можем пойти в ту сторону, — решившись, мужчина махнул рукой вправо, — дорога займёт часов десять.

Очень уж ему не хотелось покидать подземелья, а потому, оправдавшись перед самим собой неким предчувствием, он выбрал длинный путь. И идти так безопасней, чем подниматься на поверхность, и в таких полюбившихся местах задержится — сплошные плюсы.

— Ну что, пойдём? Или вам нужно время на сборы? — Игнат проигнорировал странный взгляд дракончика, вдохновившись приятной прогулкой. — Думаю, что мы можем взять отсюда несколько нужных книг, не так ли?

— Да, берите, конечно. — Войсош тоже определился с линией поведения и начал раздавать указания: — Советую взять книги для начинающих, ну и, может, каждый ещё себе что найдёт. Много не набирайте, конечно, облегчите себе ношу. А как к Зратовену дойдём, так он сам вам нужные пособия вручит. Ещё взвоете от учёбы.

— Ага, я тогда эту возьму. — Ева прижала к груди книгу про артефакты так, будто её хотели отнять. — И ещё одну из этой же серии. — Девушка с топотом умчалась вглубь библиотеки, даже не попытавшись выслушать ответ. Впрочем, перечить ей никто не собирался.

— А я тут и не знаю ничего… — Игнат растерянно развёл руками, понимая, что он единственный не смотрел книги на полках.

— Сходи во-о-он туда, — гибкий хвост дракончика уткнулся куда-то вбок, — там про гианцев, найдёшь себе что-нибудь, да и у Лилии будет время выбрать что-то. А мы с Юрой тоже подберём что-нибудь.

— Хорошо, встречаемся через полчаса. — Мужчина кивнул, посмотрев на часы, и двинулся в указанном Войсошем направлении.

Увидев полки, Игнат понял, что попросил слишком мало времени. Высокие стеллажи, забитые томами, манили к себе даже не сильно любящего читать мужчину. «Каменные породы», «Выращивание лабиринтов», «Освоение гор», «Создание зачарованных окон»... — от десятков, сотен названий разбегались глаза, хотелось изучить сразу всё. Спустя несколько минут бездумных разглядываний полок Игнат решил действовать наугад и, закрыв глаза, вытащил три книги из разных мест. В итоге в руках у него оказались: «Магия камней» — с описаниями различных пород и их взаимодействий с магией; «Средства передвижения» — с информацией о зачаровывании различных платформ, подобных той, что привезла их к выходу; и неизвестно как попавший на эти полки «Бестиарий тварей земных и водных». Пожав плечами, мужчина взял выбранное и двинулся к месту встречи. Он верил словам Войсоша о том, что у Зратовена будет много материалов для учёбы, а потому считал, что трёх книг сейчас будет вполне достаточно.

Оказалось, что он вернулся первым. Ева ещё блуждала в лабиринтах, со стороны, куда ушли Юра с Войсошем, раздавались периодические восклицания, а Лилия стояла у полок, что-то бормотала под нос и, вычёркивая из списка в блокноте названия, сравнивала их с томами на выбранном стеллаже. Мужчина, решив никого не торопить, уселся на облюбованный им ранее диванчик и решил пролистать бестиарий, ведь именно эта книга из выбранных им выбивалась из общей тематики. Чтение оказалось довольно занимательным: Игнат узнал, что нероанцы были асами в приручении морских животных, а вот гианцы создавали наземных химер. В основном под свои нужды — будь то работы в шахтах или выращивание садов снаружи.

За изучением различных существ прошло немало времени, и путешественники наконец собрались вместе. Лилия с Евой тихо что-то обсуждали, сдружившиеся Войсош с Юрой тоже выглядели довольными жизнью, и это радовало Игната, ведь унылый вид обессиленного паренька, шагавшего по подземным переходам, до сих пор стоял у него перед глазами. Так что что бы дракончик не сделал, это было на пользу.

— Ну что, все готовы? — Мужчина убрал свои книги в рюкзак и сразу закинул его за плечи. — Можем идти?

Выслушав нестройный хор соглашающихся, он двинулся первым. Подземелья придавали сил, а потому он бодро шагал вперёд, не особо прислушиваясь к разговорам следовавших за ним. По его подсчётам, примерно через четыре часа они должны были выйти на основную площадь, где можно было бы отдохнуть и найти поблизости свободные квартиры для ночёвки. Ещё одна ночь в таких родных подземельях — что может быть лучше?

Они гурьбой прошли рядом с нишей для платформы, Игнат покосился на ребят и с облегчением понял, что те не заметили её, ну или не отличили от других дверей. Сокращать время пребывания тут ему никак не хотелось, а потому он не собирался каким-либо образом ускорять передвижение.

Но спустя полчаса к умиротворению стало примешиваться какое-то непонятное чувство — по спине побежали мурашки, будто от сквозняка, который никак не мог тут появиться. Идущая рядом Лилия тоже выглядела недоумевающей, а вот остальные пока ничего не замечали.

Издали послышался странный звук, который напомнил мужчине жернова на старинной мельнице в родной деревне, те так же скрежетали, перемалывая зерно. Вот на звук уже среагировали все, причём Войсош выглядел таким же удивлённым, как и остальные, что несколько настораживало Игната: не очень хотелось столкнуться с тем, о чём не был осведомлён даже артефакт справочного типа — всё же путешественники об этом мире знали ещё меньше, а неведомое всегда пугает.

— Что это такое? — почему-то шёпотом поинтересовалась насторожившаяся Ева. — Вы это все слышали?

— Д-да, — запнулся Юра, лихорадочно что-то соображая, — и мне этот звук не сильно нравится. Скажите, что нам не нужно в ту сторону.

— Ну вообще, — начал несколько неуверенно Игнат, — нам надо именно туда, но… — Его речь прервал всё тот же звук перетирания камней друг о друга, но раздался он уже гораздо ближе. Теперь путешественники не только слышали, но и чувствовали странную вибрацию, и она не нравилась никому.

— Если бы не знал, что это невозможно, — тихо сообщил Юра, не решаясь повысить голос, — решил бы, что это монстрик из сказки. Как там было? — Он повернулся к Войсошу. — «И рокочущий звук сопровождал его, ибо тело было из камня создано, да держались те камни на лаве огненной».

— Ну почему же невозможно? — дракончик искренне недоумевал. — Магмоноктов вывели гианцы с помощью фотианцев, они в шахтах работали раньше, только были агрессивными довольно, но с ними всегда поводыри были.

— Н-не думаю, что поводыри сейчас сохранились… — Юра был в явном шоке. — Скажи нам, что и магномотоки не дожили.

— Не магномотоки, а магмонокты, — наставительно поправил дракончик, вздрогнув от опять прозвучавшего рокота. — А вот дожить они могли вполне, они были рассчитаны на долгий срок работы, всё-таки шахты — не самая полезная для здоровья на свете вещь, даже с учётом магии.

— Давайте уберёмся отсюда, — предложил Игнат, прислушиваясь к себе и рассчитывая новый маршрут. — Если мы пойдём в тот коридор, то должны разминуться с этим магмо… — как его там — и выйти к жилым помещениям.

— Должны или разминёмся? — Непоколебимо спокойная Лилия отвлеклась от своего блокнота. — И если нет, то что нам делать?

— Ну… справиться с магмоноктом сейчас вы не в состоянии, — ответил на незаданный вопрос Войсош, разведя лапками, — у вас сейчас не хватит знаний и умений ни для того, чтобы успокоить его, ни для того, чтобы обезвредить. Остаётся только избежать встречи. Они обычно не нападают первыми, так что шансы у нас неплохие.

Как только Войсош закончил говорить, Игнат внезапно понял, что ощущения вибрации стали сильнее, гораздо сильнее. Настолько, будто бы буквально за ближайшей стеной катали громадные булыжники, размером с высокого человека. И что было хуже всего — это было именно то направление, куда они собирались.

— Бегом! — вполголоса скомандовал Игнат, разворачиваясь. — А ты кратко расскажи, что это за зверь, какие размеры, что мы способны сделать сейчас? — обратился он к дракончику.

— Большой червь из камня и лавы, — отчитался Войсош, летя рядом, — химера, оживлённая магией огня. При текущих навыках сделать ничего нельзя, только бежать.

— Уже бежим, — огрызнулся Игнат, спинным мозгом чувствуя, что они не успевают, вообще ничего не успевают. Монстр приближался.

— А-а-ай, — за спиной раздался крик, Ева подвернула ногу на очередном повороте, — стойте!

Игнат, резко остановившись, молча кивнул Лилии с Юрой на Войсоша, упорно следовавшего вперёд, и, убедившись, что те поняли безмолвный приказ, вернулся к девушке и взял её на руки. Мужчина даже не почувствовал веса стройной Евы, но знал, что всё равно не сможет так долгое время бежать, усталость придёт довольно быстро. А потому, доверившись чутью, мужчина бежал почти с закрытыми глазами, пытаясь просчитать пути отхода.

— Нет, — выдохнула ему на ухо Ева, что-то увидевшая за спиной, — поздно. — Её обречённый голос заставил мужчину обернуться, а затем и остановиться.

Магмонокт настиг их. Громадная — в два человеческих роста — змея с каменной чешуёй смотрела на них огненно-красными глазами, но почему-то не торопилась нападать. Впрочем, эта заминка твари не выглядела как испуг, скорее — как раздумье, под каким соусом съесть блюдо.

Словно что-то решив, существо стремительно двинулось вперёд, выбрав своей целью Игната. Мужчина, опустив Еву на землю и задвинув её за спину, засунул руки в карманы, пытаясь найти хоть что-то: оружие, защиту, всё что угодно. Пальцы сжались на острых гранях. Поспешно вытащив нащупанное, Игнат увидел знакомый куб из квартиры подземелий, взятый на память.

Змея тем временем настигла их и с рокочущим звуком раскрыла пасть, готовясь к нападению. Рывок чудовища, активация куба магией, меткий бросок Игната. Подобие схватки заняло секунды, но будто пробежала целая жизнь перед глазами. Змея сжимала в пасти раскрывающуюся в стол пластину. Та пока мешала сжать челюсти, но уже сдавалась под неумолимой каменной хваткой. Одна трещина, другая — спасения можно было не ждать. Выигранная схватка дала им лишь мгновения.

Вдруг из-за спины полыхнуло жаром, обернувшийся Игнат только и успел увидеть горящие тёмно-красным глаза Евы — и девушка отключилась. Вновь подхватив её на руки, мужчина закрыл её своим телом, ожидая неминуемого нападения. Секунда, другая, но ничего не происходило. Посмотрев на врага, Игнат понял, что змея недвижима. Лава в её сочленениях будто застыла, и чудовище было парализовано, замкнутое в своей чешуе будто в жёстком корсете. Не дожидаясь второго шанса, мужчина бросился бежать, прижимая к себе Еву, которая всё ещё был без сознания после того, как, судя по всему, спасла им жизни.

Он нагнал остальных на удивление быстро и, опередив группу, свернул в маленький коридорчик. Тот мог привести их к платформе, да и по размерам не подходил громадной змее. Совсем узкий проход не позволял даже нести девушку на руках, а потому Игнат аккуратно закинул её на плечо, стараясь не сбавлять хода. Мужчина не знал, сколько времени выиграла для них Ева, и есть ли тут ещё подобные монстры, а потому хотел как можно быстрее покинуть подземелья. Теперь уже не было желания задержаться здесь, подвергая всех опасности, так что в этот раз он выбрал кратчайший путь.

Пара минут стремительного бега в тишине, нарушаемой лишь тяжёлыми шагами и пыхтением, — и они на месте. Теперь уже активация ниши с платформой и её вызов дались проще, даже немногочисленные упражнения не прошли даром. И вот компания мчалась сквозь коридоры на постепенно набирающей скорость плите.

— Что с Евой? — Взволнованные ребята сгрудились вокруг девушки. — Это из-за её ноги? Или что-то ещё случилось? — Юрий, даже искренне переживая, продолжал тараторить, выпаливая несколько вопросов за секунды.

— Не знаю, — признался Игнат, укладывая куртку под голову лежащей на скамье Евы, — она спасла нас. У неё глаза вспыхнули, а у змеи лава вся застыла. Уж не знаю, надолго ли.

— Силу свою пробудила. — Сидящий на спинке этой же скамьи Войсош был до отвращения бодр и позитивен. — Такое случается. Видимо, её стихия — огонь, вот она и применила её в экстремальной ситуации. Как ты пробудил свою, опуская нас на камнях, так и она впитала в себя огонь из лавы.

— То есть пробудила? — Лилия сосредоточенно шелестела листочками блокнота. — Мы же уже пользовались магией, как она её могла пробудить только-только?

— Вы ещё не пользовались магией, — искренне удивился Войсош, — вы только нашли свой источник, он очень сырой, неразработанный. И научились выпускать то, что в нём накопилось.

Игнат припомнил методичку, которую они обсуждали с Лилией, и абзацы, посвящённые развитию ядра, но там не было ничего сказано о том, что надо пробуждать свою магию.

— Но мы же рождаемся уже с магией, — решил уточнить он, — и дальше только развиваем своё ядро постоянными тренировками.

— Маккалы рождаются с магией, — наставительно начал дракончик, — а вы из другого мира. Представьте себе… плодовое дерево. Вот оно растёт из семечка, его поливают, удобряют, подпитывают магией, и постепенно оно начинает плодоносить. Чем лучше к нему относились — тем слаще будут плоды. С вами иначе: вы переместились в этот мир, и ваш росток ещё в зачаточном состоянии. И если вы начнёте за ним ухаживать сразу как за взрослым деревом, то ничего хорошего из этого не выйдет. А пробуждение — это как скачок в росте вашего дерева. Ваш источник пытается «догнать» ваше физическое тело, и это происходит в моменты потрясений, когда вы выплёскиваете не только всё содержимое своего ядра, но и переводите свою жизненную силу в магию. Она сначала наполняет ваш источник, растягивая его. И в дальнейшем ядро остаётся такого размера, дожидаясь следующего рывка, ну или постепенного естественного роста.

— А в обморок в таком случае мы падаем, потому что использовали все жизненные силы, — начал понимать Игнат, — и нам требуется время для их восстановления.

— Вот именно, — радостно закивал дракончик, — так и есть. Поэтому не беспокойтесь, Ева скоро придёт в себя и будет в полном порядке.

За этой лекцией они и не заметили, как прибыли в пункт назначения. Платформа уже остановилась, и перед ними был очередной выход наружу.

— Давайте пока посидим тут, — раздался неуверенный голос Юрия, — всё же не стóит класть девушку без сознания на землю, а скамьи хоть магией подогреваются.

— Согласен. — Игнат потрогал рукой приятно тёплый камень. — А дальше двинемся к горам. Надеюсь, что больше приключений не будет.

— Искренне в этом сомневаюсь, — присела рядом Лилия, — уж есть у меня такие подозрения. И ещё парочка тоже, — голос снизился до шёпота, — например, насчёт того, почему мы так задержались в подземельях. Ты же сразу знал об этой платформе и о выходе. Он же явно ближе, чем тот, к которому ты нас вёл.

— Т-ты поняла? — Игнат не мог поверить в её слова. — Как давно?

— Да ещё в библиотеке, — по-доброму улыбнулась девушка, кладя ему руку на плечо, — ты сильно преувеличиваешь свою способность делать непроницаемое лицо. Тем, кто тебя знает, не так сложно прочитать все твои мысли, буквально написанные на лбу. Тебе же нравится тут, правда?

— Да, как дома, — ответил на улыбку Игнат, — а знать меня мало кто знает, уж за столько лет я в этом убедился. Ты первая, кто смог меня раскусить. Хотя, знаешь, вы все мне кажетесь очень близкими, может, поэтому я и не могу притворяться в вашей компании. Даже Юра, пусть его активность иногда немного раздражает, он всё равно мне как младший брат. Странно, да? Мы ведь знакомы всего ничего.

— Думаю, что не странно, — присоединился вдруг к ним паренёк, — извините, что подслушал. Но я чувствую точно-точно так же. И, кстати, Ева пришла в себя, очнулась-проснулась! Классно, правда? О, я вспомнил! — И абсолютно не обидчивый Юра убежал рассказывать Войсошу очередную историю про полёты, а Лилия с Игнатом поспешили к поднимающейся Еве. Кажется, их команда и правда становилась более сплочённой.

И вот они снова шли по полю, опять их окружала зелёная душистая трава, периодически встречались густые кусты, усыпанные яркими ягодами. Игнату казалось это немного странным, однако в этом мире легко соседствовали весенне-прохладная погода, сочная летняя трава и осенние дары природы. Впрочем, для себя он объяснял это магией и не хотел углубляться в детали.

— Слушай, Войсош! — Тут пришла ему в голову одна мысль. — А почему тот змей на нас напал? Ты же говорил, что они не очень-то агрессивные, а этот на нас прямо охотился.

— Ну, они и вправду не будут нападать на маккалов, — начал очередную лекцию дракончик, пытаясь звучать занудно, отчего сильнее напоминал ребёнка. — Но дело в том, что у них была ещё дополнительная функция: они охраняли шахты от различных монстров и неудавшихся химер, которые могли сбежать от неудачливых создателей. Ну а вы не совсем маккалы всё-таки, вот он и среагировал на опасность и решил изгнать нарушителей.

— Не совсем маккалы, — задумчиво пробормотала себе под нос Лилия, услышал её, впрочем, только Игнат, — не нравится мне эта формулировка.

В чём была проблема — мужчина не понял, но старательно покивал, пытаясь запомнить сказанное. Возможно, в дальнейшем он в этом разберётся. Ему всегда проще думалось вечером.

Пока Ева допытывалась у Войсоша, как маккалы создавали химер — её явно заинтересовала эта тема, Игнат с Лилией просто шли, едва не соприкасаясь руками. Странно, но Игнату рядом с этой девушкой было комфортно даже вот так, молча.

Место для отдыха нашлось само собой. Небольшая группа деревьев создавала приятную тень, а кусты рядом ограждали живой изгородью импровизированный дворик. Именно тут они решили сделать очередной привал и немного потренироваться. Войсош упоминал о необходимости регулярных упражнений из книги — именно так попаданцы могли развить своё ядро и упрочнить каналы.

«Не совсем маккалы» разошлись подальше друг от друга, пытаясь сосредоточиться. С Юрой отправился Войсош, парочка очень сдружилась с момента первых подземелий — оба шебутные, с детским поведением, они были вечным двигателем, привносившим позитив в компанию.

Игнат уселся на небольшой валун, покрытый мхом, и начал медитацию. Может, это было самовнушением, но ему показалось, что ядро с последнего раза немного подросло и стало более плотным, осязаемым. Впрочем, выпускать магию равномерно по-прежнему получалось плохо. Поток выходил крайне нестабильным. С раздражением выдохнув пару раз, мужчина вновь погрузился в себя. Решив не торопиться, он выпустил небольшой, буквально в несколько сантиметров, щуп — и стал удерживать его в том размере, что получился изначально. Это выходило гораздо проще, а потому, выращивая его буквально на несколько миллиметров, он смог увеличить выпускаемую нить почти втрое. Та по-прежнему оставалась стабильной, но требовало это неимоверных усилий — будто он удерживал тяжеленный груз, который с каждой секундой становился всё более неподъёмным. Долго это, к сожалению, не продлилось: потеря концентрации на одно мгновение разрушила все достижения. Нить вздулась как воздушный шарик и с тихим щелчком лопнула.

Открыв глаза, Игнат обнаружил, что небольшое растение, росшее рядом, разом вымахало, увеличившись в несколько раз, и почему-то обзавелось хищными цветами, напоминающими гигантскую росянку с шипами. Челюсти нечаянного подопытного несколько раз клацнули, пытаясь найти добычу, и мужчина боязливо отодвинулся подальше. Впрочем, любопытство взяло своё, и он протянул руку к растению, готовясь её отдёрнуть в любой момент. Увы, но его реакции оказалось недостаточно, и челюсти сжались на пальце непомерно большой добычи. Однако атака оказалась безуспешной: Игнат недоумённо вытянул из цепкого капкана свою конечность и рассмотрел её. Кожа немного изменилась, покраснела — если бы мужчина не знал, что случилось на самом деле, то решил бы, что сгорел на солнце. Подобрав небольшой прутик и сломав его так, что образовался острый край, Игнат потыкал им в руку. Уколы практически не ощущались, и он понял, что вместе с оттенком кожи изменилась и её чувствительность. С интересом продолжив эксперименты, мужчина смог ещё отметить увеличившуюся силу. Хотя последнее было спорно — да, даже толстые веточки легко ломались пальцами, но ведь прочность этих кустов была неизвестна.

Со стороны, куда отошла Ева, что-то вспыхнуло, впрочем, девушка быстро затоптала место начинающегося пожара. У компании явно не ладилось с тренировками. Конечно, это не особенно удивляло, но мужчина надеялся взять магию своим упорством, всё же прогресс явно был.

Почувствовав усталость, Игнат огляделся по сторонам. Ева тоже обессиленно откинулась на спину, удобно устроившись на мягкой траве. В этом мире всё было настолько дружелюбно к путешественникам, что напоминало сон. Ну если, конечно, не вспоминать встреченных маккалов и змея в подземелье. Впрочем, это почти и не всплывало в памяти, будто случилось с десяток лет назад.

— Что-нибудь получается? — мужчина решился побеседовать с Евой, всё же в компании следовало наладить отношения, а потому можно было и наступить на горло своей нелюдимости. — У меня прогресс совсем незаметный.

— Да как сказать… — Девушка лениво приподняла голову, в следующую секунду откинувшись обратно. — Вроде, и есть улучшения, а с другой стороны — вон, чуть пожар не устроила.

— Видимо, мы все периодически выплёскиваем свою силу. — Мужчина кивнул в сторону вымахавшего цветка. — Только это выходит у нас по-разному, что, впрочем, неудивительно. У меня связь явно с землёй, и сила уходит соответственно. А знаешь, я тут вспомнил! У меня ведь и в нашем мире было что-то странное. Как раз накануне переноса сюда. На карьере девочка не удержалась, край осыпался, и меня вместе с ней утащило. Думал, что уже всё, а песок вдруг окаменел, спустив нас практически без повреждений. Тогда решил, что повезло, возможно, корни так проросли, или нечто подобное. Однако сейчас я склонен объяснить это магией.

— Хм, — заинтересованная девушка приподнялась на локтях, — а ты, наверное, прав. Перед переносом, за несколько дней, я с парнем поругалась и в парк ночью пошла прогуляться. Есть у меня там любимое местечко. Ко мне хулиганы пристали, причём серьёзно так, я тогда жутко испугалась. Слышала новости о насильниках в этом парке, вот и запаниковала. А тут у одного из них куртка вспыхнула, они отвлеклись, и я убежать успела. Тогда даже не насторожилась — мало ли, всякое бывает. Пожароопасное что в кармане, или телефон взорвался, чего только не случается. А сейчас, всё сопоставив, с тобой соглашусь — видимо, силы стали ещё на Земле просыпаться. Надо будет у других о подобном спросить.

— У меня точно-точно такое было! — Всегда шумный Юрий умел подходить незаметно и часто пугал Игната, неожиданно вмешиваясь в разговоры. — Я тогда хотел расслабиться, отдохнуть. Гроза тогда шла, громыхало знатно, и мой куратор домой меня отправлял, запрещал в такую погоду летать, кричал-ругался, но всё же оставил меня одного. Ну и решился я на полёт в одиночку. Глупость, конечно, но весело же, правда? Вот меня и закрутило-завертело, в деревья направило. Крыло захлестнуло, я уж думал всё — допрыгался-долетался. Ан нет, всё как-то само собой вышло, прям так бац — и выпрямилось, меня как на подушке вниз опустило. На мне ни царапины — представляете, как повезло? А ведь небо — это прям всё для меня. Круче этого нет ничего-ничегошеньки на свете! Правда-правда! Летать — это замечательно!

— Чистый айранец. — Ухмыльнувшийся Войсош залез на колени к Игнату, освобождая место для подошедшей Лилии. — Легкомысленный, любящий летать, маг воздуха.

— А о чём это вы тут говорите? — Девушка явно была довольна собой, у неё, скорее всего, прогресс был посильнее, чем у других. — Тренировки забросили, сидите и разговариваете тут.

— Да вот, обсуждаем, как силы на Земле пробуждались. — Ева повернулась на правый бок, осматривая компанию. — Оказывается, у нас ещё там было что-то необычное.

— Ну вы, наверное, правы. — Лилия аккуратно присела, разгладив складки на кофте. — Первый всплеск магии случился именно там. Я живу неподалёку от прекрасной реки. Она безымянная, конечно, но действительно невероятная. И довольно опасная — в ней, как в Неве, хватает водоворотов, а также бьют ледяные ключи. Ни одного человека утянуло на дно… Сначала от холода ногу судорогой сводит, а потом крутит, не позволяя всплыть. Местные об этом знают и не купаются почти. А вот ребята, которые приезжают к бабушкам да дедушкам на лето, иногда не слушают предупреждений. Вот один такой мальчик и попал в водную ловушку. Уж сама не знаю, как его заметила — да проплыла неудачно, тоже попалась, поторопилась, видимо. Не успела добраться до паренька, сама чуть на дно не пошла. А тут течение тёплое какое-то. Никогда его не было там. Подхватило, притом уверенно так — и мальчишку, и меня захватило. Почти грести не пришлось — нас на мелководье вынесло.

— Значит, мы не просто так оказались все вместе, — подытожил Игнат, машинально поглаживая Войсоша, отчего тот, подобно большому коту, почти мурлыкал, — и, скорее всего, наша вспышка магии и способствовала перемещению сюда.

— Было же много условий для подобного, не так ли? — Испытующий взгляд Лилии упёрся в нежащегося в ласке дракончика. — И, думаю, что мы узнаем — если узнаем, конечно — об остальных далеко не сегодня.

— Конечно, я тут помочь не могу, — сонный голос Войсоша звучал с почти незаметным рычанием, — у меня недостаточно сведений о механизме перемещения, это не является… моей… целью.

Девушки с умилением смотрели на заснувшего дракончика — всё же такое поведение было крайне необычным для артефакта. А вот для кота или ребёнка оно как раз было более чем ожидаемым.

— Какие ягоды прикольные! — Юрий помахал веточкой с россыпью ярко-лиловых градин. — И вкусню-ю-ющие, попробуйте. Такие сладкие-сладкие, прям во рту тают.

— А ты уверен, что это безопасно? — Лилия с недоверием разглядывала предложенную ей ветку.

— Да, конечно, я с Войсошем… Кх-х... посове… — У закашлявшегося паренька вдруг закатились глаза, и он упал в обморок.

— Юра-Юра! — Мгновенно подскочившая Ева уже упорно трясла того, периодически похлопывая по плечам.

Игнат будил Войсоша, надеясь на совет, но тот погрузился в какой-то стазис и даже не шевелился — каждый волосок будто застыл, превращая дракончика в безжизненный артефакт.

— У каждого яда должно быть противоядие, — слова Лилии холодным душем расставили все мысли по местам, — надо только его найти. Игнат, это растение, ты должен справиться!

Переложив окаменевшего дракончика, мужчина, притронувшись к злополучной ветви с ягодами, ушёл в медитацию. Щуп магии вытянулся неожиданно легко и так же просто притронулся к растению, впитывая некую ауру с него. Игнат считал — нет, не совсем верно — узнал своеобразный вкус этого яда, тот действительно был сладким, немного цитрусовым. А ещё мужчина чётко мог определить, что противоядие действительно существует. Перед глазами встал образ небольшого белого цветка с сине-зелёными острыми листьями. Оставалось только найти его и надеяться, что необходимое окажется поблизости. Казалось, что времени всё меньше и меньше.

— Так, помогайте, — отрывистые фразы заставили всех собраться, — нужно растение, белый цветок, острые голубоватые листья. Размер небольшой.

Лилия и Ева рассыпались по полянке, а Игнат решился выйти за её пределы — всё же тут и двух внимательных девушек было вполне достаточно. Он наклонился, разглядывая растения, под руки попадалось всё что угодно, кроме необходимого. Синие, красные, жёлтые, круглые листья и продолговатые, длинные и короткие — всё смешалось воедино, а время всё шло, словно ускоряя свой бег. Вдруг пальцы кольнуло знакомой аурой — точнее, полностью противоположной отраве. Мелкие белые цветочки обрадовали мужчину больше, чем самое красивое растение.

— Нашёл! — над поляной раздалось радостное восклицание прибежавшего мужчины. — Надо перетереть это в кашицу и дать Юре.

— Давай сюда. — Запасливая Лилия недрогнувшей рукой поместила спасительное растение в небольшую миску и стала растирать его ложкой. — Сейчас всё получится.

Листья быстро разминались, обильно выделяя густой ярко-оранжевый сок, и превращались в пюре. Действие заняло буквально считанные секунды — и вот девушка, придерживая голову паренька, уже кормила его противоядием. Кашица морковного цвета размазывалась по губам, но бóльшая часть спасительного средства всё же попадала куда нужно. Тонкие пальцы Лилии умело массировали горло Юрия, помогая проглотить собирающуюся во рту массу. Судороги постепенно прекратились, а странное состояние Юрия стало простым обмороком. Затем, судя по спокойному дыханию, паренёк погрузился в сон.

— А что произошло? — Каменная статуэтка спящего дракончика вновь ожила, и его хитрые глазки косились на компанию попаданцев.

Мужчина, мурлыча песню себе под нос, ходил по пещере, мягкими касаниями активируя необходимые артефакты. Последний синий камушек с тихим шипением поднялся в воздух, облетая помещение. Его задачей была очистка от накопившейся пыли, и он замечательно справлялся, заодно распространяя еле заметный запах лаванды.

Айкур проснулся совсем недавно, и впереди было много работы, требовалось подготовиться к прибытию гостей. По расчётам Зратовена, встреча должна состояться в течение пары ближайших недель после пробуждения.

«Интересно, какими они будут, и как справится Войсош? — размышлял он. — Наверное, всё же в этот артефакт было добавлено слишком много свободы воли, да и обучаемости можно было внести поменьше. Впрочем, получился совершенно милый зверёк, способный довести спасителей до цели», — Айкур искренне надеялся на это, хотя его беспокоило то, что уже после создания Войсоша Зратовен добавил в него ещё пару функций. А уж как они совместились с характером артефакта — предугадать было сложно.

Оглядевшись, мужчина с ногами забрался в удобное кресло и задумался. Оставалось только дождаться обработки комнат артефактом — и можно приступать к основной части приготовлений. Теперь эти помещения стали очень родными, совсем не такими, какими были в самом начале. А ведь тогда ему казалось удивительным совершенно всё, начиная с дороги к горам.

Тогда взволнованный исчезновением золотых драконов мужчина начал искать старейшего из них, а точнее даже единственного, кто был в этом мире телесно. Остальные хранители предпочитали отправлять свои аватары и не появлялись здесь. Зратовен же никогда не связывался ни с кем с помощью амулетов из библиотеки, но было известно, где он жил: в центральных горах, которые так и прозвали — Драконьи горы. Айкур никогда до этого не путешествовал так далеко, возможно, именно поэтому дорога далась ему с трудом.

Первая-то часть прошла легко, до ближайшего поселения он добрался с помощью знакомого нероанца, который приручил великолепное ездовое животное, равно способное летать, бегать и плавать. Так что с комфортом начав путешествие, Айкур буквально через несколько часов уже увидел великолепные горы. Впрочем, их близость была обманчивой, а потому он сделал остановку в небольшой деревушке, где жили смески⁽¹⁾ с гианцами. Они выращивали великолепные сады, обеспечивающие плодами несколько посёлков и даже ближайший город.

Дальше предполагалось добираться своими силами. Вокруг гор была аномальная зона, и многие заклинания слетали раньше времени, а мужчине уж точно не хотелось, чтобы истощились чары комфортной посадки. Или хуже того — укрощения.

В деревне его встретили крайне дружелюбно, и спустя всего полчаса нагруженный одуряюще пахнущими фруктами Айкур вылетел в сторону гор. Направляя себя струями ветра, он даже не подумал расправить крылья, надёжно скрытые в подпространственные складки костюма — их время ещё придёт, но гораздо ближе к пункту назначения. Пока же простейшие заклинания работали более чем стабильно, и стихия послушно подчинялась.

Когда до горы оставалось менее километра, мужчина приземлился, чтобы подготовиться к дальнейшей дороге. Расправив крылья и активировав несколько амулетов, облегчающих вес и обеспечивающих комфортный полёт, он вновь взлетел, опять пользуясь только магией. Всё же полёт без неё был практически невозможен, он требовал слишком много физических усилий, а это для нетренированного айранца было настоящей пыткой.

Однако примерно через полпути его мягко опустило на землю, несмотря на все попытки этому воспрепятствовать. Несколько раз попробовав взлететь, айранец с удивлением понял, что потоки не подчиняются ему. Айкур, активировав ещё один артефакт, позволяющий проследить магические нити, ошеломлённо увидел целую паутину чар, окутывавших гору так, что было практически незаметно сами камни. Некоторые заклинания были Айкуру хорошо знакомы, о каких-то он только слышал, но большинство айранец даже не мог распознать, а уж какой эффект они могли дать, совмещаясь — не взялся бы предсказать никто, кроме создателя.

Мужчина решил подобраться поближе к горам по земле и, рассмотрев чары, найти слабое место — не могло же быть такого, что проход отсутствует. Амулет пришлось заряжать дважды, он не был рассчитан на постоянное использование, а ходить Айкур был вынужден почти весь день. Уже совсем смеркалось, когда мужчина нашёл слабое место, если его можно так назвать, конечно: если приблизиться к скале почти вплотную, то можно заметить, что там паутина чар становилась немного реже, да и заклинания были более знакомыми. Конечно, потратив немало сил и ещё пару зарядов амулета, подняться было реально, но это всё Айкур отложил на следующий день.

Рядом была небольшая деревушка, её население состояло из тех гианцев, кто не хотел жить в подземных городах, и маккалов других рас, которые решили образовать с ними семьи. Пока на берегу красивой реки стояло всего пять домов, но Айкур надеялся, что со временем их станет больше. Милая пара нероанки с гианцем пустила его на постой, выделив небольшую комнатку, в которую помещались только кровать и миниатюрная тумбочка. Ночь пролетела незаметно, все необходимые амулеты были заряжены, и мужчина был полностью готов к походу.

Утром, сразу на восходе, он стоял перед склоном. Вещи, после недолгих размышлений, он оставил в деревне, под присмотром приютившей его пары. Собравшись с духом, Айкур сотворил заклинание левитации, завязав его основу на всякий случай на медальон, висящий на шее. Так, даже если заклинание выйдет из-под контроля, у него будет несколько секунд на исправление ситуации.

Подъём он начал на довольно высокой скорости, но очень скоро её снизил. Как оказалось, он поторопился назвать лазейкой этот путь. Прилегающая к скале часть тоже была защищена. Местами были маленькие, но сильные вихри, которые то и дело пытались бросить мужчину о скалы, и — если бы не грамотное управление заклинанием левитации — Айкур с этим бы не смог справиться. Чем выше он поднимался, тем чаще встречались вихревые потоки, причём они совершенно не поддавались заклинаниям, хотя айранец был не самым слабым магом. До вершины оставалось совсем немного, когда, всё-таки увернувшись от одного завихрения, он чуть не угодил в другое. Его сильно тряхнуло, ударившись плечом о скалы, мужчина всё же потерял контроль над заклинанием. Амулет исправно подпитал структуру чар, но удерживать долго он её не мог, и Айкуру ничего не оставалось, как усиленно замахать крыльями, поскольку творить новое заклинание в данной ситуации было бы форменным самоубийством.

Мышцы, непривычные к подобным нагрузкам, сразу заныли. Было ощущение, что он пытается поднять непосильный для него вес, буквально выворачивая крылья. Стиснув зубы, Айкур летел, цепляясь за некоторые камни, чтобы перенести часть нагрузки на руки.

Вдруг очередной камень под рукой треснул и покатился вниз. Потеряв от неожиданности равновесие, Айкур ещё раз приложился больным плечом о стену и услышал негромкий хруст. Собрав последние силы, айранец оттолкнулся от стены, преодолел выступ и наконец-то достиг плато на вершине горы. Устало повалившись на землю, мужчина переводил дыхание. Рука неимоверно ныла, но обезболивающие, да и прочие лекарственные зелья остались в деревне. По дурости своей он решил, что они не понадобятся, а разбить или потерять их не хотелось.

Полежав ещё несколько минут на прогретом солнцем камне, Айкур всё же аккуратно поднялся, складывая крылья за спиной. В том, что плечевая кость правой руки была сломана, он не сомневался. Место перелома уже начало отекать, и боль становилась сильнее, но мужчина терпел, иначе зря он что ли сюда добирался столько времени. Собравшись с силами, Айкур отправился дальше.

Каменное плато казалось ровным только на первый взгляд, на самом же деле оно состояло из различных плит, находящихся на разных уровнях, иногда приходилось перепрыгивать через небольшие трещины в породе. Вид с горы на деревню был впечатляющим: та словно лежала на ладони, хоть иногда проплывающие мимо облака загораживали её.

Вскоре Айкур дошёл до ущелья. Иного пути не было, поэтому мужчина отправился туда. Своды поначалу просторной пещеры постепенно сужались, так что свисающие с потолка сталактиты соединялись с наростами на дне пещеры, образуя причудливые формы. Где-то слышался звук капающей воды, изредка хлопали крылья летучих мышей, а в породе периодически встречались вросшие драгоценные и полудрагоценные камни.

Остановившись возле ключа, стекающего откуда-то сверху, Айкур утолил жажду. Сняв с себя накидку, мужчина оторвал от неё лоскут и, смочив его в холодной воде, сделал подобие повязки на сломанную руку, чтобы уменьшить отёк.

Проблуждав по пещерам около часа, Айкур уловил звуки флейты, доносящиеся из глубины ущелья, и направился в ту сторону. Вскоре мужчина заметил голубоватый свет, немного поморщившись от боли в руке, он пошёл на него. Так он оказался в небольшой пещере с озером, от которого и исходило голубоватое сияние. Несмотря на камни вокруг, тут было довольно уютно. На гранитном выступе у сáмой воды сидел молодой паренёк, чьи светлые волосы, перевязанные лентой, спускались чуть ниже плеч. Одет он был в простую рубаху и штаны до щиколотки, босые ноги утопали в прибрежном песке. Именно этот юноша и наигрывал мелодию, которая привела Айкура сюда, чему тот был несказанно рад — всё-таки почти шестичасовой путь, не отличающийся простотой прохождения, не добавляет ни хорошего настроения, ни оптимизма.

— Привет, — негромко окликнул мужчина паренька, — ты можешь мне помочь? Я, кажется, немного… заблудился. — Он слегка замялся.

Юноша обернулся, и Айкур чуть не поперхнулся воздухом. На него смотрели невероятно золотые глаза, такого оттенка айранец не видел никогда, даже обработанное золото не сверкало так, как они.

И сейчас Айкур помнил то ощущение, которое охватило его при виде этого светящегося мудростью взгляда. Что-то слишком уж глубоко он погрузился в воспоминания, впрочем, Зратовен предупреждал его о подобных побочных эффектах после пробуждения.

А тем временем дезинфекция была закончена, помещение вновь засияло, воздух напитался свежестью, пыль, которой и так было мало, исчезла. А значит, можно было приступать к дальнейшим приготовлениям — сейчас вот нужно было отправляться в лабораторию. Вынув все подготовленные элементы из стазиса, мужчина быстро начал собирать артефакт. Именно он позволял отследить Войсоша. Вообще-то полное название артефакта расшифровывалось как «Внешний Объект для Информационной Системы Ориентирования и Справки», но для удобства оно было сокращено до аббревиатуры и немного изменено.

Несколько ловких движений — и на большой каменной пластине расстелился тонкий лист. На нём расползались золотые линии, постепенно рисуя карту Чартатво, а аккуратный красный шарик покатился по схематичному материку, указывая местоположение. Странно, но Войсош с путешественниками оказался несколько в другом месте, чем ожидалось: они подходили с другой стороны и были гораздо ближе, чем должны, опережая график почти на неделю. Это вынуждало Айкура поторопиться. А ведь дел было немало: надо было не только подготовить все необходимые артефакты, но и начать будить Зратовена, что тянуло за собой длительные и, что немаловажно, непростые процедуры.

Мужчина быстро отправился в малую лабораторию, где был его любимый стол с инструментами. Разложив все приготовленные материалы, он тяжело вздохнул. Дело казалось абсолютно нереальным — всё же по плану на это отводилось больше недели, а оставалось всего три дня.

«Что же, глаза боятся, а руки делают», — подумал айранец, и две небольшие каменные таблички быстро склеились вместе, под уверенными движениями тонких пальцев принимая форму сферы. Материал плавился будто пластилин, податливо трансформируясь в уже совершенно другой вид, буквально на глазах отращивая конечности. У Айкура после уроков Зратовена почему-то все артефакты напоминали каких-то зверьков, причём не всегда реально существующих, по крайней мере, по словам хранителя, в этом мире. Впрочем, маловероятно, что кто-то кроме него мог подобное создать. А теперь оставалось самое важное, для чего нужно было успокоиться, ведь именно на этом этапе в артефакт вкладывалось подобие характера, коим должно обладать любое творение.

Медитация, глубокий вдох, воспоминание об очередном споре с Зратовеном о пророчестве, вспышка. Артефакт завершён, и теперь его нужно было активировать, проверить. Но тут небольшая лисичка, потянувшись, зевнула и уселась на столе, уставившись на своего создателя. Айкур попытался погладить самопроизвольно активировавшийся артефакт, но тот внезапно цапнул его за палец, повиснув на руке словно миниатюрный бульдог.

«Не стоило вспоминать о спорах с Зратовеном, — подумал Айкур. — Почему-то с такими мыслями артефакты получаются довольно вредными. Чего стоил, например, ворон, который должен был помогать в создании новых артефактов, рассчитывая различные плетения, а точнее, их совместимость. Но вместо этого он начинал спорить о том, как лучше их использовать, чем можно заменить, чтобы получить противоположный эффект».

— Добавь сюда светлячка и то заклинание, что разрабатывалось для магира⁽²⁾, дурень, — скрипучий голос раздался с углового шкафа. — Подобреть не подобреет, но, по крайней мере, кусаться не будет.

— Ага, и зачем ей светиться? — Ход мыслей этого вредины иногда поражал. — Она же должна просто обеспечивать комфортную температуру окружающим.

— Она не будет светиться, ты ничего не понимаешь что ли? — возмутился голос. — Заклинание для магира, если ты помнишь, в том числе обладает светоподавлением, так что ничего с твоей помощницей не случится. Они вполне компенсируют друг друга в этом плане, но зато…

— Да, да, понял я, — перебил артефакт Айкур, — помолчи немного, мне сосредоточиться надо. — Если вóрона вовремя не остановить, он мог поучать целую вечность, расписывая принцип работы разных заклинаний, их совместимость и противоречия.

Паутинка легла очень ровно, будто и была создана именно для этой лисички. Поверхность и в правду не стала светиться, однако изменила цвет на более огненный, подчёркивая каждую шерстинку. Артефакт отпустил палец и уверенно улёгся на стол, явно не собираясь выполнять свои обязанности.

Решив оставить разрешение этой проблемы на потом, Айкур аккуратно отодвинул наглёныша в сторону и взял материалы для следующего артефакта. Он должен был очищать воду, землю и растения, избавляя их от ядов и различных вредных веществ.

Два кристалла соединились тонкой проволокой, образуя изящное кольцо в виде змейки. Медитация, только приятные мысли, вспышка… и взрыв! Мужчину отбросило к книжному шкафу, пара полок сломалась, рассыпав стоящие на них фолианты, один из которых, особо толстый, приземлился металлическим углом прямо на висок Айкура.

---

1) Смески — полукровки, представители смешанных рас.

Вернуться к тексту

2) Магир — артефакт, изобретённый Айкуром, для которого было разработано заклинание, призванное корректировать черты характера.

Вернуться к тексту

— Так, и что это значит? — Ева явно была разгневана происходящим. — Почему ты не просыпался? Почему сказал Юре, что ягоды можно есть? И что вообще происходит? Мне совершенно не нравится это! — С каждым словом девушка всё больше распалялась, и далеко не в переносном смысле. Трава вокруг уже начинала тлеть, а воздух ощутимо нагрелся.

Вдруг шкура Войсоша стала испускать ярко-голубое сияние, температура явно падала, а Ева начала успокаиваться. Это всё напомнило Игнату разговор с Лилией в городе гианцев. Подозрения подтверждались прямо на глазах, и это совершенно не нравилось мужчине. Одно дело — опустить температуру, ведь жар, исходящий от разгневанной Евы, было действительно сложно терпеть. И совершенно другое — успокаивать принудительно, даже не попытавшись объяснить происходящее.

Обменявшись взглядами, Лилия и Игнат обошли дракончика с разных сторон. Они ещё в подземельях заметили, что на них подобная функция Войсоша влияет гораздо меньше, только притупляя бдительность и несколько усыпляя. Видимо, сказывался характер — более спокойный, чем у остальных.

— Так дело не пойдёт. — Тяжёлая рука Игната опустилась на дракончика. — Прекращай!

— Что прекращать? — Войсош взирал на компанию настолько честными, невинными глазками, что в своих выводах засомневался бы даже самый опытный и наблюдательный человек. — Я ничего не делаю.

— Делаешь-делаешь, — голос Лилии звенел нотками металла, — и тебе просто необходимо это прекратить. А потом объяснить нам причины твоего поступка, ты же понимаешь, что так делать нехорошо?

— Почему нехорошо? — В этот раз дракончик действительно недоумевал, как ни странно. — Я же просто успокаиваю, это же полезно!

— Нет, это не полезно, — мягко начал Игнат, — это вредно. Ты влияешь на наше отношение к окружающим и происходящему, и это с точки зрения морали совершенно неприемлемо.

— А я всё же повторю вопрос о ягодах, которые ты разрешил есть Юре, — перебившая Игната Ева была неестественно спокойна, — мы его еле спасли!

— Какие ягоды? — Дракончик встрепенулся. — На этой поляне не было же правильных кустов. Я ему показывал то, что можно есть, только совсем в другом месте. Там был лиловик, ягоды кислые жутко, но съедобные. А здесь только вредные ягоды, в том числе и ядовитые.

— Вот эти! — Лилия трясла перед носом дракончика веткой. — Это твой лиловик, или как его там?

— Нет, конечно. — Войсош не выглядел испуганным, однако сразу посерьёзнел. — Это ядовитые ягоды, их не стóит есть. Вы накормили его тралиником, как я понимаю? У Игната должно уже было чутьё на растения проснуться.

— Да, я нашёл нужный цветок. — Игнат покрутил в руках оставшийся стебелёк. — Но мне далось это непросто, и я волновался, что не успею. Насчёт моих сил разберёмся ещё, а вот насчёт своего состояния поясни. Ты как раз мог помочь в этой ситуации, и мне бы не пришлось в срочном порядке осваивать новые возможности.

— Это был стазис. — Дракончик обвил хвостом лапы и вновь стал напоминать статуэтку. — Я в него погружаюсь для подзарядки. Вы были в безопасном месте, зверей, химер или маккалов в окрестностях не было, у вас было занятие — вот я и решил, что могу ненадолго вас покинуть. Меня можно разбудить, влив необходимое количество сил, но вы пока не можете регулировать свою магию и с большей долей вероятности могли навредить, а не помочь.

— Ты можешь пообещать нам, что больше не будешь влиять на нас, успокаивая? — Лилия вновь достала блокнотик и начала листать свои записи. — Я хочу сама управлять своими эмоциями.

— Нет, это же не я этим управляю. — Войсош совершенно не понимал, в чём он виноват. — Если я вижу, что вы разозлены или расстроены, в общем, испытываете сильные эмоции, то я должен вас успокоить. Эту функцию невозможно отключить. Ведь вы должны добраться до Зратовена целыми и невредимыми.

— Что-то пока всё получается строго наоборот. — Игнату совершенно не понравилось услышанное, девушки, впрочем, были с ним полностью согласны. — Мы постоянно влипаем в неприятности, а вот помогать — ты не помогаешь. Более того, когда ты на нас влияешь успокаивающе, наша реакция ухудшается, и мы ищем решение дольше. Как мы можем этого избежать?

— Говорю же, никак. — Войсош упорно стоял на своём, и это ещё больше напрягало мужчину: к дракончику просыпалось всё более явное недоверие. — Пока я в сознании, я буду автоматически на вас влиять. Это не отключить.

— А как можно отключить тебя? — Лилия быстро вычленила из его речи главное. — Ведь если ты будешь в подобном стазисе, в какой впадал недавно, ты не сможешь на нас влиять, верно?

— Не смогу, да, — дракончик явно пытался подобрать слова, чтобы отговорить компанию от подобного шага, — но как вы сможете справиться без меня? Вам же нужно добраться до Зратовена, а вы даже не в курсе, куда надо идти.

— Ну, насколько я понимаю, не в курсе, как именно нам идти, и ты. — Игнату определённо нравилась мысль об отключении дракончика. — А вот мы уже понимаем, в какую сторону нужно двигаться. Как доберёмся до подножья гор, мы вновь тебя активируем. Я думаю, что это вполне реально, не так ли?

Мысль не казалась отличной, но возможность избавиться от странного и излишнего влияния определённо перевешивала возможные минусы. В конце концов, компания и впрямь справлялась с проблемами самостоятельно, Войсош помогал не так сильно, как того бы хотелось, всю необходимую на данный момент информацию они уже получили. А что касается дороги — Игнат помнил слова встреченных маккалов о том, что горы видны почти отовсюду, а значит, проблем с ориентированием на местности возникнуть не должно.

Ева с Лилией перешёптывались, видимо, определяясь с общим мнением, Юрий пока не приходил в себя, но его грудь вздымалась равномерно, так что беспокойства о нём почти не было.

Дракончик смотрел на компанию большими глазами, напоминая незабвенного котика из мультфильма. Сердце Игната почти дрогнуло, но хладнокровная Лилия вышла вперёд, явно собираясь выдать решение.

— Я думаю… — закончить фразу она не успела, потому что очнулся Юрий. Но произошло это не так, как обычно. Он не подскочил, не вскрикнул — просто медленно открыл глаза и неподвижно уставился в небо, словно не понимая, где находится. Его взгляд был мутным и отсутствующим.

— Как ты? — Девушки быстро окружили паренька, но их волнение уже поутихло, сменившись настороженным наблюдением. Он выглядел странно спокойным.

— Юра, я правда не хотел! — Войсош, не в силах сдержать тревогу, по-детски бросился к нему на грудь. — Я тебе совсем другие ягоды показывал! Они похожи, я не виноват!

Юрий медленно, с заметной задержкой, перевёл взгляд на дракончика. Он не обнял его, не оттолкнул — просто смотрел, будто сквозь него.

— Всё... нормально, — проговорил он глуховатым ровным голосом, без единой нотки волнения или упрёка. — Я... помню. Ягоды... Было... плохо.

— Это действие противоядия, — тихо, но чётко объяснил Игнат, обращаясь ко всем, но в первую очередь к самомý Юре. — Тралиник выводит яд, но на время притупляет всё — и чувства, и реакции. Организм экономит силы на восстановление. Ты будешь таким ещё несколько часов, потом всё само пройдёт. Это нормально.

Юрий медленно кивнул, словно даже это простое движение давалось ему с усилием. Казалось, его энергия, его сущность — всё то, что делало его Юрой, — было временно отключено. Осталась лишь тихая функционирующая оболочка.

Спустя полчаса, за которые Юрий так и не пришёл в привычную форму, а лишь сидел, безучастно глядя перед собой, Игнат вернулся к главному.

— Ну так что, можем ли мы тебя на время погрузить в стазис, чтобы потом активировать вновь? — Мало кто мог сбить Игната с мысли. Он смотрел на Войсоша, но следующими своими словами обратился к Юре: — Его «успокоительное» влияние сейчас для нас опасно. Мы должны принимать решения быстро, а не в полуотключке. Ты же понимаешь?

Все замерли, глядя на Юрия. Он снова медленно кивнул, его взгляд скользнул по дракончику.

— Понимаю, — голос Юрия по-прежнему был ровным и лишённым эмоций. — Так... правильно. Мешать... не должен.

В его согласии не было ни обиды, ни одобрения — лишь холодная, отстранённая констатация факта, которую позволила сделать та самая заторможенность от противоядия. Там, где обычно он бы горячо возмутился или засыпал всех вопросами, сейчас была лишь разумная, пусть и вынужденная, покорность.

— Этим ты нам очень поможешь, — твёрдо сказал Игнат, уже обращаясь к Войсошу. — Ты же хочешь нам помочь?

— Правда помогу? — Всё же дракончиком, как и почти любым ребёнком, было просто управлять. — Хорошо, я вас научу. Только сначала надо найти кристалл и наполнить его нужным количеством магии, чтобы разбудить меня после.

— И как выглядит этот кристалл? — Игнат понимал, что он сможет найти необходимый камень, учитывая природу своих сил. — Или как он чувствуется? Ты же можешь показать?

Мягкий тон сделал своё дело, и сосредоточившийся дракончик стал отправлять Игнату, как он выразился, ментальный пакет. Игнат ждал, сам не понимая чего, когда почувствовал сильное давление внутри черепа, словно что-то пыталось вырваться оттуда. Тихий щелчок с горячим потоком, разливающимся по голове — и у Игната возникло чёткое понимание, что следовало искать. Не просто картинка или ощущение, а почти уверенность, будто он встречал этот кристалл неоднократно, и тот ему полностью, до последней трещинки знаком.

Когда мужчина представил искомое, его будто дёрнуло тонкой ниточкой. Опасаясь разорвать её, посекундно сверяясь со своими ощущениями, он двинулся в указанном магией направлении. Его вело за пределы поляны, в сторону деревни, откуда они пришли, точнее, к реке. Но Игнат чётко знал, что идти не нужно было так долго, однако требовалось приблизиться к воде. Ниточка становилась всё крепче, постепенно превращаясь в канат, непрерывно тянущий его в нужную сторону.

Ощущения Игната полностью оправдались: он и следующая за ним компания оказались у уже знакомой реки, но вот место отличалось. Перед глазами был невероятный пляж, сияющий полупрозрачными камнями всех цветов, которые напоминали искусственную гальку для аквариума на Земле. Но в отличие от пластиковой подделки, эти по структуре и впрямь были кристаллами, только гладкими.

— Ого, и как нам тут найти нужный? — Ева была явно потрясена увиденным. — Тут же их куча! Игнат, ты же чувствуешь нужный?

— Н-нет… — Такой простой вопрос поставил мужчину в тупик. — Я просто знаю, что мы на месте, и всё. Войсош, может, ты знаешь, где нужный? Он же для тебя.

— Да любой подойдёт, в принципе, — легкомысленный дракончик обвёл лапками пляж, — но надо, чтобы он был цельным, без повреждений, даже микроскопических. И ещё он должен подходить для наполнения магией. Ну это, наверное, воспринимается вами как то, что камень вам нравится. По крайней мере, это должно так ощущаться. Так что решайте, кто из вас будет учиться наполнять, и пусть он выбирает.

— Я, я хочу! — неожиданно вызвалась Ева. — Я представляю, как это должно происходить, я планирую научиться создавать артефакты, а это первый шаг для этого.

— Ага, — Войсош довольно качал головой, — чтобы создавать их, надо уметь наполнять магией любой возможный предмет. Но в случае с подобными кристаллами это сделать проще всего. Они сами по себе впитывают и удерживают магию, даже если она поверхностная. А уж если направлять поток, то всё произойдёт в разы быстрее и проще.

Игнат уселся на траву, в этот раз уже в неизменённом состоянии наблюдая за полноводной рекой. Она завораживала его, успокаивая почти так же, как и подземелья гианцев. Радостная Ева бегала по пляжу, то и дело отбрасывая неподходящие кристаллы. Лилия сосредоточенно выпытывала у Войсоша подробности пути, а Юрий... Юрий наконец-то начал оживать.

Сначала он просто сидел, безучастно наблюдая за сверкающими камнями. Но когда Ева с возгласом восторга подняла над головой особенно крупный кристалл, переливавшийся всеми цветами радуги, по лицу Юрия проползла первая с момента пробуждения эмоция — слабый отблеск былого любопытства.

— Красиво... — тихо произнёс он, и его голос прозвучал уже не так глухо.

К концу поисков заторможенность почти отпустила его. Разум прояснился, но странное, непривычное спокойствие всё ещё висело на нём мягким покрывалом, приглушая обычную гиперактивность. Он мог ясно мыслить, но не чувствовал привычного внутреннего импульса немедленно куда-то бежать и всё хватать.

Устав сидеть без дела, Игнат начал рыться в рюкзаке: кажется, там был нож и ещё пара нужных вещей. Найдя искомое, он обнаружил неподалёку подходящую палку. Спустя немного времени, у него была готова импровизированная острога. Пользоваться ей он умел, а потому смело двинулся к реке: рыба на обед вряд ли окажется лишней, а тут она явно водилась.

Пока он занимался рыбалкой, Юра с Лилией вытянули из Войсоша всё необходимое, а Ева после нескольких попыток всё-таки нашла и напитала кристалл. У неё явно был талант к созданию артефактов, не зря она заинтересовалась этим делом.

Игнат успел как раз к моменту прощания с Войсошем, которого провожали будто в последний путь. Впрочем, сам дракончик не был расстроен и вёл себя абсолютно смирно, даже старался успокоить девушек и впечатлительного Юрия. Игнат присоединился к компании, молча присев рядом с другими. Не умел он успокаивать, особенно когда не чувствовал в этом нужды. А потому просто внимательно смотрел на манипуляции сосредоточенной Евы, закрепляющей кристалл на передних лапах дракончика. В стазис тот должен был погрузиться самостоятельно, однако перед этим нужно было связать его вместе с накопителем, подготовив небольшой переключатель, позволяющий пробудить Войсоша в нужный момент.

Когда все успокоились, а дракончик стал напоминать красивую статуэтку, зажимающую в лапах сияющий кристалл, Игнат похвастался добычей. Девушки споро развели огонь, подготовив небольшую треногу, благо дров поблизости было немало, а Юрий притащил тонких веток, на которые и насадили рыбу. Очень скоро по пляжу поплыл одуряющий запах крайне аппетитно выглядевшего обеда. Капли жира падали в огонь, почему-то меняя его цвет на синеватый. Это несколько насторожило компанию, однако голод заглушил голос разума, а потому, взяв по ветке с насаженной рыбой, попаданцы начали есть. Точнее, хотели начать, когда мягкий голос прервал их.

— Если вы не собираетесь провести остаток дня в конвульсиях, я бы на вашем месте этого не ел, — из реки бесшумно вышел молодой мужчина в странном обтягивающем комбинезоне. Он с лёгким отвращением покосился на дымящуюся рыбу. — Ядовитая чешуя «синей трески», судя по цвету пламени. Разве вас не учили основам выживания?

— Нет, мы не отсюда. — Игнат, как всегда, взял на себя роль переговорщика. — Спасибо за помощь. А дым не ядовит? Вдруг мы надышаться уже успели.

— Нет, — мужчина язвительно ухмыльнулся, — только рыба. Хотя, если вы настолько неразборчивы в еде, возможно, вам и не повредит немного ядовитого дыма для прочистки мозгов.

Он сделал несколько шагов вперёд, и вдруг его насмешливый взгляд наткнулся на статую Войсоша. Всё его напускное высокомерие мгновенно испарилось, сменившись острым, хищным интересом. Он замер, его глаза сузились, изучая каждую линию каменной фигурки.

— Откуда вы? — его голос прозвучал тихо, но с неумолимым давлением. Он уже не смотрел на них, его внимание было приковано к дракончику. — Что это? Это... живое? Нет... но и не мёртвое. Я такого никогда не видел... — он говорил скорее сам с собой, его пальцы непроизвольно пошевелились, будто жаждая прикоснуться к артефакту.

— А кто вы, собственно? — Ева перешла в наступление, разом вспылив. — Спасибо за помощь, конечно, но приставать с подобными разговорами к незнакомым лю… маккалам очень неприлично.

Мужчина медленно оторвал взгляд от Войсоша, и в его глазах вспыхнул знакомый ехидный огонёк, но теперь в нём читалась жадная заинтересованность.

— Найрон, — представился он, сделав насмешливый полупоклон, — путешествующий нероанец, предпочитаю перемещаться в воде, но иногда выхожу на сушу, учёный-самоучка и, по злой иронии судьбы, ваш спаситель от собственной глупости. А теперь, — его голос стал тише и острее, — вы ответите на мой вопрос. Что это?

— Вы можете дышать под водой? Это же круть крутецкая! — Юрия никто не успел остановить до того, как он выпалил вопрос, выдающий попаданцев с головой. — А как вы на землю выходите? У вас есть жабры? А хвост? Может, руки превращаются в плавники?

Сотня вопросов в минуту, кажется, отправила Найрона, не привыкшего к подобному напору, в ступор.

— У меня есть лёгкие, мальчик, — отрезал он, с раздражением отмахиваясь от вопросов. — Но мы сейчас не об этом! — Он резко повернулся к Игнату. — Вы не отсюда. Вы не знаете элементарного, но при вас... это. — Найрон прищурился, и в его глазах вспыхнул холодный, изучающий блеск. — Вы либо те, за кого себя выдаёте, и тогда это величайшая загадка... либо нечто гораздо более интересное.

— Ну-у-у, мы… мы из другого мира, — внезапно для самогó себя выпалил Игнат, пытаясь закрыть Юрию рот. — А это артефакт, который должен был помочь нам попасть к Зратовену.

Найрон застыл. Его язвительная ухмылка медленно сползла с лица, уступив место полнейшему неподдельному изумлению.

— Другой мир, — медленно проговорил он, растягивая слова, будто пробуя их на вкус. Его взгляд снова метнулся к Войсошу, и в нём вспыхнул огонь настоящей, неуёмной научной страсти. — Артефакт... Так вот откуда такая странная аура...

— Да, из другого, — Лилия, сурово глянув на Игната, решила взять беседу в свои руки, одновременно подталкивая замолчавшего Юру к воинственно настроенной Еве. — Только мы не знаем, как тут очутились и зачем. Войсош — действительно артефакт, по крайней мере, именно так он нам представился. А кто такой Зратовен — мы сами толком не знаем. Но он может помочь нам вернуться обратно.

Найрон обвёл их всех оценивающим взглядом, и на его лице снова появилась улыбка, но на сей раз — не язвительная, а хитрая, полная расчёта.

— Вы знаете про магию? — спросил он, пристально глядя на Еву. — И можете ей пользоваться?

— Не то чтобы можем, — Ева пожала плечами, — только видеть её, да вот научились кристаллы наполнять.

Найрон замер снова, и в его глазах вспыхнула такая алчность, будто ему показали несметные сокровища.

— Научите меня, — сказал он тихо, но с железной уверенностью. — Научите меня видеть магию. Наполнять кристаллы. А я помогу вам добраться до вашего Зратовена. Я знаю дороги, которые не найти на картах. И, что более важно, — он снова язвительно усмехнулся, — я не дам вам отравиться по дороге вашим же безрассудством.

— Хорошо, сделка! — Лилия явно обрадовалась предложению, но и в её глазах читалась осторожность. — С вас дорога и рассказ, с нас учёба, ну и тоже рассказ.

Найрон кивнул, и его взгляд снова прилип к Войсошу.

— О, не сомневайтесь, — прошептал он. — У нас будет о чём поговорить.

С Найроном пришлось поторговаться, но в итоге они договорились, что он проводит их до гор, а также расскажет о мире и его населении, а иномирцы в свою очередь поделятся с ним книгой с упражнениями, продемонстрируют свои скромные успехи и постараются и в нём пробудить магию. А если разговор с Зратовеном сложится удачно, то ещё и замолвят за него словечко.

Нероанец оказался неимоверной ехидной и подмечал любой промах компании, но несмотря на это хорошо обучал их ориентированию на местности. Показал те самые злополучные ягоды, которыми отравился Юра, и объяснил, как отличить их от лиловика, который действительно оказался очень кислым. Помог найти интересную травку со съедобным плотным корнем, по вкусу и сытности похожим на земной картофель. Поймал зверька, за которым так упорно гонялись днями ранее Войсош с Юрой. Девушки затискали бледно-голубую лисичку с заячьей головкой и таким же поведением, после чего отпустили ошарашенного ушастика, и он моментально исчез в траве.

В общем, дальнейшее путешествие оказалось куда более захватывающим и познавательным, чем раньше. Всё же Войсош, несмотря на своё предназначение, никак не оправдывал звание справочного артефакта и почти ничего не рассказывал, выдавал только общие сведения, которые мало помогали.

— Слушай, так ты можешь дышать под водой? — Юрий всё же дорвался до нероанца, пытаясь разобраться, правда, заметно снизил темп речи, повинуясь тычкам Евы в бок. — А хвост? У тебя отрастает хвост под водой?

— Зачем он мне? — недоумевал Найрон. — Это же неудобно, наверное, да и как вы себе это представляете? Входишь в воду — и ноги сразу срастаются? Есть ещё какие-то гениальные мысли на эту тему? Ну а дышать под водой могу, конечно. У нас жабры есть. — Мужчина оттянул тугой резиновый воротник подальше от горла, показывая складки.

— А почему на воздухе вы не задыхаетесь? — У Лилии всегда был максимально научный подход. — Или у вас дублируется система дыхания?

— Надо же, а как вы догадались? — плеснул ядом нероанец. — Ну конечно дублируется. Жабры прикрываются складкой на земле, но требуется дополнительная защита, поэтому я ношу прорезиненный воротник.

— А под водой правда красиво? А у вас там есть города? — Спокойствия Юрия не хватило надолго, и он посыпал вопросами: — А домашние животные под водой? А почему вы выходите на землю? А там можно развести огонь? А если…

— Стоп, стоп, стоп, — Игнат решил перебить разошедшегося парня, — давай по очереди. И помедленней, пожалуйста. Даже я не всё уловил, а ведь уже привык к твоей речи.

— Хорошо-хорошо. — Юрий, кажется, даже не слушал Игната. — А если жабры откроются на земле — вы задохнётесь?

— Нет, не задохнусь, — Найрон даже не стал добавлять в голос сарказма, — просто если их не защищать, они повредятся, обычный воздух для жабр вреден. А город… Раньше у нероанцев были великолепные города, их проектировали айранцы, так что здания были воздушными сами по себе, а водная толща добавляла в них волшебные переливы. Мы создавали отели для других рас, с прозрачными стенами и потолками. Так можно было наблюдать за разными животными. Нероанцы приручали их и совместно с маккалами других рас создавали новых химер, способных как переносить множество седоков, так и просто радовать глаз. Однако вода — сильная стихия, и любая подобная постройка была бы обречена, если бы не специальные чары. Так что с исходом магии города разрушились, а животные разбежались, так как их больше не удерживали заклинания. И даже наши библиотеки были разрушены, а все книги уничтожены, вот их больше всего жаль.

— А это давно было? — Перед глазами Игната всё ещё стояли волшебные города, а потому он не сразу понял вопрос Лилии. — Ты так хорошо знаешь о том, что было столько лет назад? Ведь исход магии был сотни лет назад, насколько мне известно.

— Очень давно, — мечтательный голос нероанца казался довольно непривычным, — но я находил много книг по истории, в том числе и с иллюстрациями, а ещё я путешествовал. Многие маккалы стремятся восстановить былое. Я знаю целую деревню, где разные расы пытаются возродить магию, и даже что-то получается. Они собирают различные артефакты и пробуют их активировать. Я и думал, что вы туда направляетесь.

— Из-за этого? — Игнат приподнял дракончика. — Решил, что мы собрались отнести артефакт в деревню?

— Да, туда постоянно стягиваются разные путешественники, только не все они безобидные, вот я и насторожился.

— А ты пробовал применять магию? — Лилия перелистнула страницу блокнота, делая пометки на следующей. — Может, ты знаешь какие-нибудь заклинания?

— Пробовал, но только не выходит ничего. У некоторых из той деревни получается кое-что, но совсем мало, и далеко не у каждого. А я даже простейшее сделать не могу. Не получается — и всё тут…

— А что ты имеешь в виду под простейшим? — заинтересовалась Лилия. — В книге, допустим, как простейшее описывается создание щупа из магии, а это и у нас не получается, а вот Войсош говорит, что самый первый этап — это увидеть ядро и научиться просто выпускать магию.

— Щуп, увидеть ядро… — Нероанец остановился так неожиданно, что идущий прямо за ним Юрий врезался тому в спину. — Нет, я пытался создать светлячка. Для этого надо сделать такой вот жест, — мужчина витиевато крутанул рукой, — перед этим лучше помедитировать.

Теперь уже иномирцы удивлялись, и Ева не выдержала:

— Но ваша магия ведь не требует чёткого жеста, только нужное плетение.

— Плетение? — Разговор всё больше напоминал беседу слепого с глухим. — Какое плетение? Аа-а-а, так вот что за изображения дальше. А как их плести? А мы-то гадали, почему жесты такие сложные…

— А это не описано в найденных вами книгах? — ошеломлённая Лилия пыталась подобрать слова. — Это же почти в любой книге для начинающих написано.

— Понимаешь, мы не знаем, что там написано, — развёл руками нероанец, — в книгах о магии всё на неизвестном для нас языке, и мы их пытаемся расшифровать.

— В смысле, не знаете? — Игнат повернулся к нероанцу, лихорадочно соображая и вспоминая библиотеки. — Вроде, все книги были написаны на одном языке, или у вас их всё-таки несколько? Мы же сейчас на одном общаемся, а значит, и книги должны быть понятны.

Заинтересовавшиеся обсуждением девушки достали из рюкзаков фолианты и сунули их под нос нероанцу. Однако там, где путешественники видели понятный текст, Найрон видел непонятные закорючки. А когда мужчина записывал теорию под диктовку, то не понимали уже ребята.

Это выглядело настолько странным, что Игнату даже захотелось активировать Войсоша, но всё же коллективно было принято решение дождаться гор. И уже там разобраться в ситуации, ведь вопросов к Зратовену становилось всё больше.

Они продолжили путь, значительно ускорившись и даже перестав делать привалы для тренировок. Нероанец, правда, пытался медитировать на ходу, но, чуть не пропахав носом землю, решил бросить столь опасное занятие. Где-то вдалеке уже виднелись горы, но впереди было ещё несколько дней пути, что слегка расстраивало путешественников, желающих побыстрее получить ответы на вопросы.

Они подошли вплотную к лесу, когда Лилия, встрепенувшись, посмотрела в гущу деревьев. С ней активировался и нероанец, они явно что-то видели, или чувствовали в глубине леса. Игнату показалось, что он заметил движение, едва уловимое, всего лишь тень в чаще.

— Что такое? — звонкий голос Юрия заставил всех подпрыгнуть. — Вы что-то видите? Или слышите? Что-то интересное?

— Тихо ты! — у Евы лучше всех получалось осаживать беспокойного паренька. — Как думаешь, легко ли что-то услышать вдалеке с таким шумным помощником?

— Там есть кто-то, — Лилия, казалось, и не слышала перепалки, — кто-то большой, я чувствую его.

— Да, есть, — подтвердил догадки Найрон, — кажется, там Висалвалли, давно их не было видно. А вы что, не слышите что ли? Мне кажется, что только слепой может не заметить изменений.

— Кто такой Висалвалли? — Уже почти все из компании научились пропускать ядовитые фразы мимо ушей, а потому Игнат попытался вычленить главное. — И какие изменения ты имеешь в виду?

— Хранитель это. Неужели не слышно? Висаллэ — это гигантский, Валле — хранитель, — нероанец выделял голосом отдельные слова, и только тогда путешественники слышали разницу. Как шептала им на ухо Лилия, допытавшаяся у Войсоша ещё в подземельях, заклинание перевода работало довольно просто. Они слышали не то, что говорят, а само значение слова. То есть если бы им англичанин сказал «Hello», они бы услышали чисто русское «Привет». И только если сконцентрироваться на произношении, то можно заметить разницу. Так что с пониманием обычной речи проблем не было, они возникали в те моменты, когда носитель языка использовал специфичный сленг, ну или, как сейчас, звучала немного переиначенная фраза, превращённая в имя нарицательное.

— Что он делает? — Юрий, в отличие от Игната, слушал не Лилию, а Найрона. — Он правда помогает растениям? А он большой? А у него магия есть, если после него земля лучше становится? Или это как удобрения?

Всё-таки порой удобно было иметь в компании человека, задающего кучу вопросов, многие из которых сильно интересовали остальных. И, как ни странно, нероанец даже не язвил в ответ Юрию, пожалуй, единственному из всех. Видимо, громадные глаза паренька и его непосредственность умиляли его.

— Он не владеет магией в полном смысле этого слова, он только перемещает её, точнее, даже определённые потоки, что позволяет семенам прорастать, да и вообще улучшает плодородность почвы. И он очень большой, его лапы толщиной с хорошее дерево, а рост такой, что он задевает их верхушки. Говорят, что изначально создание не планировалось таким большим, но как раз из-за перемещения и влияния магии он так вымахал. Во! А вот и он!

Все всмотрелись во тьму, куда показывал нероанец. И Игнат наконец увидел это: громадная пантера с длинной зелёной шерстью почти сливалась с лесом. Она шла, периодически мягко касаясь деревьев, чьи макушки могла задеть при желании лапой, если немного привстанет. За ней оставалась полоса свежей травы, которая незначительно, но всё же выделялась на фоне остальной растительности.

Звонкий свист оглушил иномирцев, нероанец явно звал гиганта к ним.

— Ты хочешь, чтобы он нас съел? — зашипела Ева, хватая мужчину за локоть. — Да я тебя сейчас сама прибью…

— Что ты делаешь? — Найрон пытался отцепить коготки девушки от руки. — Какое съесть? Хранитель травоядный. Точнее, он больше магией питается, чем растениями, но от фруктов не отказывается никогда. Вы же не хотите ещё три дня пешком топать? А хранитель нас быстро домчит, он хоть и редко появляется, но всегда слушается маккалов, у нас в поселении многие пользовались подобным средством передвижения. Мы всё же часто путешествуем.

Пока он рассказывал, хранитель мягко подошёл к ним и улёгся рядом. Тяжёлый вздох поднял ветер, взъерошивший всем волосы.

— Залезайте давайте! — Нероанец подал пример, ловко вскарабкавшись на пантеру, усевшись боком и ухватившись за шерсть существа у холки.

Места хватило всем, хотя пришлось немного потесниться, чтобы все могли безопасно разместиться у шеи. Пантера легко поднялась, будто не чувствуя дополнительного веса, и, повинуясь тихим пощёлкиваниям Найрона, двинулась вперёд, постепенно ускоряясь. И вот, спустя несколько минут, они уже мчались со скоростью экспресса, наблюдая за быстро сменяющимися пейзажами.

Подобная поездка не далась просто, несмотря на мягкую шкуру хранителя и вполне комфортную посадку: когда к вечеру они добрались до гор, все, включая нероанца, буквально ссыпались с вновь улёгшейся пантеры. Размяв затёкшие мышцы, Игнат даже успел напоследок погладить невероятного Висалвалли.

Горы вблизи поражали воображение, они были волшебны: напоминали рисунки из детской книжки, местами походили на мрамор с цветными переливами.

— Ну что, давайте будить Войсоша! — Игнат достал из заплечного мешка закутанного дракончика. — Ненадолго он заснул, конечно, но это же не повлияет на результат?

— Нет, — Лилия была уверена в своих словах, — он сам погрузился в стазис, так что там всё было сделано верно. Наша задача — лишь правильно направить силу кристалла, напитали-то мы его тоже заранее и под присмотром. А от времени сна ничего не зависит, только от энергии в камне.

— Ну, я полностью доверяю вам в этом. — Игнат, аккуратно положив Войсоша на землю, отошёл подальше.

— А что происходит? — Найрон решил выяснить у мужчины интересующие его детали. Ева сосредоточенно что-то чертила под руководством Лилии, а Юрий носился вокруг них, засыпая кучей вопросов.

— Это Войсош, он артефакт, мы его в стазис погрузили, из-за… ну, в общем, просто погрузили, — Игнат решил не рассказывать о влиянии дракончика на компанию, — а теперь его необходимо разбудить, ведь только он может нам помочь добраться до Зратовена.

— Как интересно. Так и быть, не буду допытываться, что это за «из-за», — нероанец попытался скрыть сарказм, но он всё же просочился в его голос. — А вот почему только он знает, как добраться, это странно. А если бы у вас не получилось его разбудить, то что бы вы делали? Или это не приходило в ваши несомненно умные головы?

— Приходило, конечно, — Игнату теперь действительно казалось, что зря он тогда принял такое решение совместно с остальными, — но всё же на тот момент выбора особого не было. Поверь, у нас были свои мотивы.

Их разговор прервал громкий треск — это лопнул кристалл, перед этим ярко вспыхнув. Лапки дракончика вновь стали мягкими и разжались, и Войсош, встрепенувшись, оглядел пополнившуюся компанию. Снятие стазиса прошло успешно.

— Ну что, мы должны идти? — Артефакт даже не удивился увеличению числа путешественников. — Вы долго сюда добирались?

— Нет, прошло совсем немного времени, буквально несколько часов, — Юрий гладил дракончика, не собираясь от него отлипать, — нас хранитель подбросил, Найрон помог.

— Найрон, как я понимаю, это вы? — Войсош внимательно рассматривал нероанца. — Спасибо за помощь. Вы уже уходите?

— Нет, он идёт с нами, — ответил за мужчину Игнат, — у нас сделка, и мы не собираемся её нарушать. Надеюсь, что Зратовен не будет против?

— Будто вы выбор оставили, — тяжёлый вздох Войсоша развеселил компанию, — думаю, что не прогонит. Правда, мы не совсем с удобной стороны подошли, но я знаю пару тайных ходов. Нам нужно немного обойти горы, пошли за мной. — Дракончик бодро полетел вперёд, не обращая внимания на то, следуют ли за ним остальные. А потому ребята, споро похватав вещи, рванули за проводником.

Идти, благо, пришлось недалеко — спустя всего полчаса Войсош остановился, приземлившись на большой плоский валун.

— Ну что, вставайте сюда, будем вход открывать! — Дракончик закрыл глаза, сосредотачиваясь, от него стало исходить неяркое сияние.

— А что он делает? Или вы сами не в курсе его гениальных планов? — Найрон шептал на ухо Игнату, удерживая того за локоть.

— Не в курсе пока, но он не навредит, не волнуйся. — Отцепить пальцы нероанца никак не удавалось. — Да и отпусти ты меня.

— Нет, ну мне тоже интересно, что происходит. — Ева тихо подошла к мужчинам сзади. — Рванул, нас не подождал, сейчас не говорит ничего. Ну, мягко говоря, проводник из него плохой.

— Ну что ты, успокойся, — приблизившаяся Лилия посмотрела на Юрия, усевшегося рядом с дракончиком. — Ев, всё в порядке, мы же почти добрались, а это уже успех.

— Вот именно, надо считать успехом то, что являлось изначальной целью, а не что-то ещё сверху! — всё больше распалялась девушка.

Её речь прервал тихий шелест, за спинами компании постепенно разъезжались камни, открывая узкий проход.

— Ну всё, готово. — Дракончик, взлетев, приземлился Игнату на плечи. — Посмотрите, сбоку должно быть углубление, там несколько больших кристаллов. Возьмите их, они для освещения.

Ева рванула в проход первой, оттолкнув плечом стоявшего ближе всех Игната, она продолжала злиться. Что-то бормоча себе под нос, девушка схватила из небольшой ниши несколько тонких жезлов с набалдашником-кристаллом и сунула их остальным в руки. Игнат недоумённо посмотрел на светильник, больше напоминающий волшебную палочку феи, как их изображали в детских книжках на Земле.

— Активировать как прежде? — Лилия тоже изучала артефакт. — Небольшим импульсом?

— Да-да, — дракончик обеспокоенно рванул за стремительно удаляющейся Евой, — именно так.

Ребята зажгли свои светильники, помогли Найрону с активацией и, подталкивая нероанца, рассматривавшего работающий артефакт, двинулись по проходу.

Извилистый узкий проход скоро сменился широкими коридорами, откуда иногда виднелись выходы в просторные пещеры. Успокоившаяся Ева сбавила темп, и теперь они продвигались неспешным шагом. На стенах иногда встречались вкрапления драгоценных минералов, камни под ногами были гладкими, словно мраморный пол. Становилось всё светлее, а потому, по наущению Войсоша, через полчаса светильники были оставлены в очередной пещере. Надобности в них уже совсем не было, сияния от камней со стен вполне хватало.

Ещё минут двадцать пути — и они очутились в помещении, которое уже не поворачивался язык назвать пещерой. Стены были гладкими, как стекло, Игнат даже притронулся к одной из них — как ни странно, она оказалась тёплой. Поверхность пола, напротив, была покрыта неглубокими трещинами, создающими впечатление, что он замощён камнями, идеально подходящими друг к другу, как элементы мозаики. В глубине виднелись два выхода, изящные арки были обрамлены приоткрытыми шторами, которые поддерживали витые шнуры с богатыми кисточками. Напротив входа заметно было углубление, в котором весело потрескивал камин, стояло уютное кресло, а за ним утопал в стене полукруглый шкаф, уставленный книгами. На камине каким-то чудом балансировал большой плоский камень, а над ним были четыре странные фигурки, которые ни одной секунды не находились в покое. Присмотревшись, Игнат понял, что они изображали четыре стихии: там крутился маленький вихрь, за ним подрагивал небольшой огонёк, следом сплетались струи воды и, с сáмого краю, балансировали друг на друге камушки. Это было самое волшебное помещение из всех, какие видел мужчина, даже если учитывать те, в которых они побывали в этом мире. Если можно так выразиться, сами стены здесь дышали магией и уютом.

— А где все? — Лилия растерянно оглядела помещение, — я думала, что нас встретят.

— И должны были, — растерянный дракончик засунул нос во все арки, ведущие из комнаты, — как минимум, Айкур. Пошли, может, он в лаборатории.

Несколько переходов, уже больше похожих на коридоры жилых помещений, и Игнат почувствовал странный запах — будто что-то горело совсем недавно. Ребята побежали вперёд, начиная волноваться. Из одного помещения раздавались необычные звуки, напоминающие карканье крупного ворона.

— Айкур, — дракончик первым влетел в лабораторию, — что случилось?

На полу лежал мужчина без сознания, у его головы постепенно растекалась лужица крови. Вокруг кружился встревоженный ворон, периодически он спускался и пытался привести в чувство айранца.

Уже позже, вспоминая произошедшее, Игнат поражался выверенным движениям Лилии, помогавшей мужчине. Насколько он знал, та подрабатывала одно время в поликлинике, так что необходимые знания у неё были.

Очнувшись, Айкур познакомился с путниками и рассказал им, как пострадал при создании артефакта.

— А как вы его создавали? — заинтересовавшаяся Ева сразу забыла о своей злости. — А когда вы начнёте новый создавать, можно я посмотрю за этим? Мне интересен сам процесс, это так захватывающе.

— Я думаю, что вы не только посмотрите, — слабо улыбнулся мужчина, — но и поучаствуете. Вы прибыли сильно раньше запланированного. Поэтому всё необходимое ещё не подготовлено. Так что мне будет нужна помощь хотя бы с простыми вещами, я всё объясню.

— Вы это планировали? — Игнату казалось немного странным, что их не просто ждали, а ждали к конкретному времени. Но, видимо, просчитались, так как свою роль сыграли способы перемещения, которые у иномирцев получилось использовать.

— Да, Зратовен больше, конечно, но на мне была подготовка, — Айкур резко кивнул и, сдавленно охнув, схватился за голову, — и она полностью провалена.

— Но мы ещё можем всё исправить? — Игнат начинал волноваться, так как понимал, что от этого сильно зависели шансы на их возвращение на Землю.

— Конечно, но в любом случае сначала давайте отдохнём, потом подготовимся к пробуждению Зратовена, — начал перечислять Айкур, загибая пальцы, — и уже там решим, что делать дальше.

Айранец, держась за стены, отвёл гостей в отдельные комнаты, а сам удалился куда-то по коридору, продолжая покачиваться.

Комнаты были неуловимо похожи на те, в которых путники ночевали в городе гианцев, но чуть поменьше и поуютнее, более обжитые. Игнат совсем потерялся во времени и уже не понимал, ночь сейчас или день. К горам они подошли к вечеру, но сколько они шли по переходам — совершенно не запомнилось. А часы им дали только похожие на песочные, отмеряющие пять часов — именно столько Айкур выделил всем на отдых.

Когда Игнат уснул, ему вновь снился этот мир, однако уже не только гианцы, но и другие расы. Оживлённые площади больших городов, неведомые звери, бегающие и летающие вокруг, воздушные здания и подводный мир. С каждым проведённым в этом мире днём мужчина чувствовал, как прикипает к нему, как желание вернуться на Землю постепенно уменьшается.

— Хэй, просыпайтесь, сони! — в комнаты ворвался звонкий голос довольного Юрия, — у нас сегодня много-много дел, всё будет очень-очень интересно! — Паренёк продолжал что-то говорить, но его уже почти не было слышно.

Хоть и поспали они, судя по оставшемуся песку в верхней чаше, не очень долго, Игнат чувствовал себя довольно бодрым. Спустя некоторое время иномирцы уже сидели в просторной гостиной, собираясь обсудить дальнейшие планы.

— Ну что же, — вошедший Айкур выглядел сейчас гораздо лучше, — рад всех вас видеть, надеюсь, вы смогли отдохнуть. У нас сегодня много планов. И первый из них — это разбудить Зратовена. Насколько я знаю от Войсоша, вы уже начали тренировки и, как минимум, видите магию и можете выпускать её, пусть и не совсем стабильно. Верно?

— Да, — Игнат, слегка поморщившись, припомнил свои попытки и неведомый цветок, выросший после них, — только последствия у нас сильно непредсказуемые, так что я не думаю, что нам стóит делать что-то серьёзное.

— Не переживайте, — Айкур явно был готов к такому ответу, — на тренировки у нас время есть, да и где-то был у меня артефактик, который может в этом помочь.

— Ты ходунки им дать хочешь, что ли? — В гостиную влетел ворон и, усевшись на спинку кресла за Айкуром, начал ворчливо выяснять обстоятельства. — Думаешь, они помогут? Мы не рассчитывали их совместимость, а ведь там могут быть непредвиденные эффекты, если при…

— Ну ты правда думаешь, что я не рассчитал это? — недовольный Айкур перебил бурчащее создание, — да и с Зратовеном мы изначально продумали несколько вариантов развития событий. И срочное пробуждение входило в их число. И чего я вообще распинаюсь тут перед тобой, сгинь в лабораторию и проверь наличие артефактов, чтобы хватило на всех. — Взмахом руки выставив продолжающую читать лекцию птицу из гостиной, он вновь обернулся к компании. — Не обращайте внимания на этого ворчуна, мы правда всё продумали, — улыбка на лице мужчины несколько успокоила Игната, — но вóрон был создан для того, чтобы в любом сочетании чар искать подвох, а уж его характер — это побочный эффект. Он сейчас подготовит несколько амулетов, они помогут вам нормализовать поток магии — и научиться им управлять станет гораздо проще. Там совсем лёгкое плетение, и вы сможете пробудить Зратовена.

— Мы? — Игнат выхватил главное, перебив встрепенувшуюся Лилию, — а ты не будешь в этом участвовать?

— Да, именно вы, — Айкур подтвердил слова мягким кивком, — я не смогу вам помочь. Увы, взрыв не прошёл бесследно, и мне пока нельзя применять магию, а действовать надо побыстрее. Мне не совсем нравится то, что я вижу на карте.

— И ты уверен, что мы не навредим? — Игнат только сейчас заметил, что он перешёл на «ты» и понадеялся, что собеседник не против, — потому как лично я несколько сомневаюсь в своих умениях.

— Уверен, всё рассчитано до мелочей, — с тихим смешком начал объяснять Айкур, — мы специально сделали так, чтобы ваше участие было минимальным и учитывало вашу неопытность. Мы же не самоубийцы, в конце концов.

А потом были тренировки, тренировки и ещё раз тренировки. Амулет действительно превращал нестабильный поток магии в ровный щуп, а вот управлять им совершенно не получалось. Щуп не слушался, подобно онемевшей конечности. А ведь им нужно было нарисовать плетение совсем простое, всего лишь квадрат, в который вписан треугольник. Только сделать это надо было всё ровно, аккуратно и желательно одновременно. У них же сбивался то один, то другой. Линии выходили какими угодно, только не равномерными, вписывать фигуры не получалось.

— Всё, не могу больше, — Ева психанула первой и, бросив амулет, уселась в кресло, — как это вообще возможно? Я понимаю, что тренировки необходимы, но мне кажется, что мы что-то упускаем.

— Не то чтобы упускаете, — Айкур, прервав наблюдение, подошёл к компании ближе, — вы просто волнуетесь. Вспомните основы медитации, найдите своё ядро, почувствуйте его, глубокий вдох — и на выдохе рисуете фигуру. Медленно и аккуратно.

Казалось бы, простой совет, но он помог собраться. Игнат погрузился в себя, нашёл тёплый душистый лес и, даже открыв глаза, продолжил его чувствовать. Линия в этот раз писалась словно сама собой. Зелёная линия Игната идеально легла на тёмно-синюю фигуру, нарисованную Лилией. Потом последовали голубой рисунок Юрия и огненный — Евы. Яркая вспышка ослепила всех, а затем впиталась в подготовленный заранее амулет в виде узорчатой пластины. Её сразу подхватил Айкур, уложив в выемку на стене.

— Так, молодцы, первый этап пройден, — Игнат выдохнул, услышав довольный голос мужчины, — остались мелочи. Отложите свои ходунки и подойдите сюда.

Каждый из компании, повинуясь жестам Айкура, дотронулся до стены и уже привычным способом подал в неё импульс магии. За спиной раздался восхищённый возглас Найрона — на поверхности быстро появлялся невероятно красивый дракон, прорисованный до мельчайших деталей. Когда это действо завершилось, стена отодвинулась назад, открывая вид на спящего в углублении мужчину. Тихий вздох непонятным образом пронёсся небольшим ураганчиком по всему помещению, Зратовен пробудился от длительного сна.

Дальше всё происходило настолько стремительно, что Игнат не успевал отслеживать события. Войсош с Айкуром наперегонки бросились к лежащему мужчине, туда же спланировал ворон, они явно были невероятно рады. В нише мелькали вспышки активируемых дракончиком и вороном артефактов. Затем троица, не обращая внимания на иномирцев и Найрона, утащила просыпающегося Зратовена в другую комнату.

— Ну что, пойдём отдыхать? — Игнат понимал, что, скорее всего, хозяевам сейчас будет не до них, — думаю, что нас соберут, когда мы понадобимся.

В комнате было по-прежнему уютно. Улёгшись на кровать, Игнат задумался. Покидать этот мир уже не хотелось совершенно: тут есть магия, невозможные подземные города, а на Земле не осталось уже ничего настолько интересного.

— Можно к тебе? — Лилия присела на край кровати, — что-то неспокойно мне. Такое ощущение, что всё катится кубарем — и нас за собой утаскивает. В последнее время слишком много событий.

— А мне нравится это, — признался мужчина, — конечно, произошло немало всего, но всё же сам мир будто сглаживает все эти неприятности.

— Тебе и правда подходит этот мир, ты будто родился здесь. С самых подземелий заметила это.

— Возможно. Я и впрямь чувствую себя тут как дома. И совсем не хочу возвращаться.

— Пойдём, — их беседу прервал непривычно спокойный Юрий, — там Войсош нас зовёт.

Зратовен с Айкуром сидели в той сáмой гостиной, куда путники пришли в первый раз. Тут по-прежнему трещал камин, над которым крутились фигурки. А вот выходы из помещения были закрыты плотными шторами.

— Приветствую, — неведомый дракон выглядел как обычный молодой светловолосый мужчина, если бы не невероятного золотого цвета глаза, — надеюсь, вы без проблем добрались до нас.

— Спасибо, — спокойную Лилию сейчас явно больше интересовали ответы на вопросы, нежели пережитые приключения, — Войсош говорил, что вы можете нам дать все необходимые ответы. Можем мы их получить сейчас?

— Конечно, — Зратовен спокойно кивнул, — давайте сначала я расскажу вам немного о том, что происходило задолго до того, как вы появились на свет. И, возможно, это вам во многом прояснит ситуацию. Чартатво — совершенно уникальный мир, его можно назвать заповедником. Дело в том, что тут есть очень сильный источник магии, самый сильный из известных нам. Но при этом настолько светлый, что не позволяет воспользоваться собой тем, кто не проходит своеобразный отбор. И при этом защищает не только себя, но и мир, окутывая его почти непроницаемым барьером. Любой источник растёт только в том случае, если он используется, тогда магия будет постоянно обновляться. А мы же помним, что он не каждого к себе подпускает? Вот и были назначены хранители — золотые драконы, которые поддерживали мир между маккалами, стараясь не допускать очернения их душ. Но они не могли проникнуть в этот мир, барьер препятствовал, поэтому использовали аватары. Физически получилось сюда попасть только у меня, уж не знаю почему, видимо, из-за особенностей моей силы. Мы поддерживали мир столько, сколько могли, однако, сами понимаете, желающих получить такой лакомый кусочек очень много. Хотели этого и душтамы. Это дýхи, которые могут вселяться в чужие тела, а питаются они гневом. Есть у них и ещё одна особенность — способность менять полярность источника магии. Не знаю, каким образом в Чартатво проник один из них, боюсь, что не обошлось без предательства. Он начал постепенно загрязнять этот мир, распаляя ненависть между расами. Но источник оказался с более сложной защитой, чем представлялось. И в тот момент, когда маккалы переставали отвечать его требованиям, он просто уменьшал поток магии, отключая их от себя. И всё же дух смог повлиять на лей-линии, ведущие к барьеру, укрепляя его или, скорее даже, видоизменяя. Это отрезало хранителей от мира, а значит, позволило ему действовать эффективней. Так что всё больше маккалов перестало подходить под требования источника, и тот всё сильнее отсекал от магии население мира. Затем, последовав старому пророчеству, мы с Айкуром легли в стазис, собираясь дождаться вас. И источник, лишившись последнего хранителя, стал вводить более строгие ограничения. Например, он заблокировал для маккалов возможность пользоваться книгами магии, ведь изначальные фолианты были созданы с привязкой к нему, а последующие зависели именно от них. Так что, судя по всему, в один далеко не прекрасный день маги Чартатво поняли, что они не способны не только читать, но и перенести на бумагу имеющиеся у них знания о магии. Это ударило и по самомý источнику, ведь прекратилось обновление магии, так что он стал засыпать.

Голос Зратовена завораживал, история, которую он рассказывал, вставала перед глазами как наяву. Игнат то представлял великолепный искрящийся источник, то вставал на место несчастных маккалов, в одну ночь потерявших способность понимать книги, а потом и возможность колдовать.

Прошло немало времени, пока они слушали Зратовена, — и чем больше он рассказывал, тем меньше оставалось вопросов, даже у любознательной Лилии и непоседливого Юрия. Хотелось сначала переварить то, что они уже узнали.

Игнат пошёл гулять по бесконечным коридорам, любуясь необычными рисунками на стенах. Он много думал, понимая, что уже принял решение, и оставалось его только озвучить остальным. Мужчина, несомненно, собирался жить в Чартатво и надеялся, что Айкур с Зратовеном смогут ему в этом помочь. Впрочем, бросать новых друзей он не планировал. За размышлениями мужчина не заметил, как забрался довольно далеко, коридоры стали более узкими и тёмными, а впереди неярко светилась небольшая пещера. Любопытство влекло его туда, и Игнат вошёл внутрь, тут же ошарашенно остановившись. В помещении рядами стояли каменные постаменты, напоминающие кровати, а на них были тела, тела и ещё раз тела — бесконечное количество маккалов, лежащих без единого движения. Мужчина подошёл к ближайшему и дотронулся до него, тот был тёплым, и Игнат бы мог подумать, что он спит, если бы не видел, что грудная клетка не поднимается.

— Они в стазисе, — голос Айкура, подошедшего сзади, заставил вздрогнуть, — мы с Зратовеном вскоре их разбудим.

— Кто это? — Игнат ничего не понимал, — почему они все тут?

Маккалы были самыми разными, у многих была разодрана одежда, на ком-то виднелись пятна крови.

— Пропавшие, те, из-за кого горы начали называть Скалами Утрат, — Айкур увлёк за собой Игната. — Нам Войсош рассказывал о вашей встрече с селянами. Сами видели, что без проводника по этим хребтам не пройти, а когда утеряна магия, это и подавно неподвластно. Так что перед тем, как уйти в стазис, Зратовен наложил сеть чар на окрестности. Все маккалы, что бродили в этих горах и получали травмы, после которых находились на грани смерти, перемещались в эту комнату и погружались в лечебный сон, близкий к стазису. Будучи в этом сне, они постепенно выздоравливали.

— Зратовен очень предусмотрительный, — Игнат был поражён, насколько детально всё было продумано, — учесть даже любопытных путешественников — это невероятно.

— Да, он такой, мне иногда кажется, что он знает всё на много-много шагов вперёд. Пойдём, мы составили примерный план действий, решили поделиться с вами.

Игнат с Айкуром вернулись в гостиную, в углу о чём-то разговаривали Зратовен с Лилией. Ева рассматривала запутанную схему, нарисованную на листе, зависшем прямо в воздухе. Юрия пока не было, Войсош тоже отсутствовал, видимо, эта вечная парочка опять искала приключения. Впрочем, совсем скоро их пригнал ворчащий ворон, периодически клюющий хулиганов в макушки — судя по всему, они что-то натворили. С лёгким сердцем оставив это на хозяев дома, Игнат уселся в знакомое кресло.

— Ну вот все и в сборе, — улыбнувшийся Зратовен говорил совсем тихо, но его внимательно слушали, — ваше путешествие ещё не закончилось, как и приключения. Вам нужно найти дух и заставить его покинуть этот мир. Это сможете сделать только вы, именно так предсказывает старое пророчество. Но об этом я расскажу позже, пока не стóит вам знать его содержание, это может повлиять на ваше будущее.

— Надеюсь, что вы также расскажете, почему именно мы, — заметил Игнат.

— Я хоть и не отказываюсь помогать, но всё же тоже не могу не спросить: а по какой причине мы должны это делать? — немного недовольная Ева вступила в разговор. — Я понимаю, что мы можем, но не понимаю, зачем. Выгоды для нас я не вижу.

— Ну хотя бы потому, что иначе вернуться не получится, — Зратовен по-прежнему мягко отвечал на вопросы, не выказывая никакого недовольства. — Сейчас над миром очень плотный барьер, и преодолеть его невозможно. А ещё я не могу поверить в то, что вам это неинтересно: магия, другой мир, создание артефактов.

Судя по лицу Евы, мудрый дракон попал в точку со своими предположениями.

— Ну а теперь всё же давайте перейдём к конкретике, — подождав пару секунд, Зратовен продолжил: — Как Айкур вам уже сказал, вы прибыли несколько раньше запланированного, так что наша подготовка не завершена. Однако, изучив ситуацию, я понял, что мы опаздываем не только в этом. Проблемы с магией сильнее, чем можно было бы подумать, и они будут продолжать нарастать. Источник долгое время не обновлялся и уже практически заснул, вы своим прибытием всколыхнули его, а вместе с ним и тёмный ореол, что окружал почти все лей-линии материка. Так что сейчас что-то будет происходить, а что — предсказать сложно. Всё зависит от того, насколько сильно влияние затронуло маккалов. Если судить по Найрону, нам может повезти, и хотелось бы верить, что таких много. Я вижу довольно чистую ауру, так что молодому нероанцу достаточно будет получить сильный толчок, чтобы пробудить силы и подключиться к источнику. И это для нас неимоверно хорошая новость.

— Я подготовил несколько полезных артефактов, — Айкур махнул рукой на стол, заваленный вещами, — они помогут сделать ваше путешествие более комфортным. Но это лишь малая часть того, что необходимо, а с дальнейшим мне понадобится помощь. Зратовен, к сожалению, был пробуждён по одному из самых сокращённых сценариев, так что он не сможет полноценно колдовать ещё довольно долгое время. Как минимум, несколько недель понадобится для хотя бы физического восстановления. Мы обсудили возникшую ситуацию и думаем, что вам лучше разделиться.

— Да, я точно остаюсь, — Лилия махнула рукой, — и Ева, думаю, тоже. Помощь потребуется с созданием артефактов, а она в этом лучшая.

Девушка подтвердила слова подруги кивком и опять углубилась в изучение схем.

— Войсоша я хотел бы тоже оставить, — Айкур задумчиво покусал губы, — его надо немного изменить, чтобы не возникало таких ситуаций, из-за которых вы воспользовались стазисом. Но вам понадобится средство связи, так что мы подумали о Райзоре, он не может влиять как-либо на маккалов, но способен отправлять сообщения и даже помочь советом.

— Только меня забыли спросить об этом, — ворчливый ворон не мог не вставить свои пять копеек, — а ведь от меня больше было бы пользы здесь для расчёта совмещения чар.

— Ну-ну, успокойся, — тихо засмеялся Зратовен, — ты же знаешь, что у нас всё рассчитано, осталось только создать. А для этого нужны руки, которых у тебя, к сожалению, нет.

— Ну или к счастью, — Айкур вновь обратил внимание на себя, — так что сейчас мы научим мужскую часть компании пользоваться всеми нужными артефактами — и отправим их в путь. Нужно будет найти одну вещь — что-то, что принадлежало проникшему в Чартатво духу, именно ему, а не носителю. Только тогда можно будет активировать амулет, способный его изгнать.

— Последний маккал, который был одержим духом, жил в Арджасе, — Зратовен показал рукой на карту, занимающую бóльшую часть стены, — думаю, именно оттуда вам стóит начать поиски.

После того как компания определилась с направлением, Игнат с Юрием перешли к Айкуру. Мужчина показал им множество артефактов, способных значительно упростить путешествие. Там были и палатки, защищающие от любых природных катаклизмов, и крýжки, очищающие любую жидкость — хоть воду из лужи — до кристальной прозрачности. Ещё были сумки, облегчающие вес, спальники, не уступающие по комфорту кроватям, и многое другое. Активировались все эти артефакты простым импульсом магии, так что остаток времени мужчины потратили на обучение Найрона медитациям. Как только у нероанца стало получаться активировать все артефакты — отчего он был в полном восторге — компания была готова к путешествию.

В этот раз путешествие проходило гораздо проще, Игнат это связывал с отсутствием устающих девушек и беспокойного Войсоша. Теперь в компании были только мужчины, привыкшие к долгим походам и передвигавшиеся намного быстрее. А потому, когда они подходили к небольшой деревне, солнце было ещё высоко. Потихоньку показывались дома, похожие на те, что были в первом поселении.

— Стой! Лови его! — Мимо них промчался какой-то худой грязный парнишка, а за ним неслась ватага кричащих детей. Переглянувшись, компания двинулась следом. Ребятишки загнали парня в угол, тот отчаянно кого-то защищал, прижимая к себе и почти не закрываясь от ударов.

Игнат терпеть не мог подобных нападений, как стаей шакалов. Сразу вспоминался соседский мальчик у деда в деревне. Когда ещё юный Игнат приезжал на лето — всегда защищал от местных «банд» этого вечно взъерошенного воробушка, Сева прямо-таки вызывал желание защищать. Но однажды, снова гостив в деревне, Игнат мальчика не застал… Бедного парня в конец затравили, и тот, убегая от очередных тумаков, провалился под лёд. Вытащить его не успели. Игнат корил себя много лет, что не уберёг, не защитил, не предвидел. Умом он понимал, что причин для такого глубокого чувства вины нет, но мучил себя долго. Да что скрывать, переживал до сих пор.

Вот и сейчас, глядя на растрёпанного мальчишку, в груди возникло то давно забытое, щемящее чувство, и он шагнул вперёд, собираясь отогнать шайку мелких разбойников. Однако его опередил Юрий, крепкая рука которого отвесила звонкую затрещину главарю.

— А ну-ка брысь отсюда, — произнесены слова были тихим, но до такой степени властным голосом, непривычным для Юрия, что буквально через минуту перед путешественниками остался только пацан, по-прежнему что-то прижимающий к себе.

Игнат присел на корточки и ласково заговорил с ним:

— Привет, не бойся, не обидим, кто там у тебя? — Встретившись с взглядом глубоких карих глаз, он не сдержал судорожного вздоха — именно так смотрел на него Сева. Пацан от резкого звука дёрнулся как от удара. — Прости, ты просто знакомого мне напомнил, я не ожидал, — извинился Игнат и, понизив голос, добавил в него обертонов — он знал, что может буквально завораживать таким тембром, и сейчас бессовестно этим пользовался.

Мальчишка разжал руки, и из-за пазухи выбрался маленький странный зверёк, похожий на фенека с Земли, но ярко-зелёного цвета и с небольшими рожками. Он уселся и склонил голову набок, уставившись на мужчину большими фиолетовыми глазами и явно никого не опасаясь.

— Какая лапочка, просто прелесть, — послышался умилённый голос Юры, вернувшегося к привычному поведению.

— Я Райси, а это Юкки, — раздался шелестящий неуверенный голос, — а вы кто? Я вас раньше не видел.

— Меня Игнат зовут, а это Найрон, Юрий и Райзор, — мужчина поочерёдно показывал на спутников рукой, представляя мальчику каждого. Продолжая говорить успокаивающим голосом, он добавил: — Мы издалека, идём к Арджасу.

— Арджасу? — в голосе мальчика чувствовалось глубокое удивление, — но через них же не пройти, и там много чудовищ.

— Да? — настала очередь Игната удивляться, — а ты можешь нам подробнее рассказать, что знаешь?

— Конечно, мне папа оставил книгу, — парень чуть слышно всхлипнул и добавил, — перед тем как умер.

Рука Игната сама собой потянулась обнять бедолагу, он подобрался к нему поближе и притянул к себе, сев прямо на землю.

— Я понимаю, сам потерял сáмого близкого мне чело…маккала, — очень тихо сказал он. Других слов утешения не понадобилось, хватило простого участия, чтобы мальчишка, уткнувшись носом в его плечо, зарыдал.

Игнат обвёл глазами компанию и вопросительно кивнул на парня. Как ни странно, но его поняли, другие тоже приблизились к мальчику.

— У тебя что, больше никого не осталось? — Оказалось, что не только Игнат умел владеть голосом, Юрий не менее волшебно продолжил разговор.

— Нет, только Юкки, и мне страшно, — паренёк зажал рот руками, явно не понимая, как он мог такое сказать совершенным незнакомцам, но потом, словно на что-то решившись, добавил: — Мама с отцом умерли, а больше у нас и не было никого, а в Гисто, — он кивнул на виднеющуюся поодаль деревню и немного замялся, — нашу семью не очень любили, у меня папа гианец, а мама нероанка, это неправильно.

— Хм, как необычно, — оживился Райзор, до этого вполне удачно прикидывавшийся обычным вороном, — я бы сказал, почти невозможно.

— Почему? — незамедлительно заинтересовался любопытный Юра, а Райси уже высохшими после слёз глазами восторженно разглядывал необычную птицу.

Голос Райзора, как обычно в таких ситуациях, приобрёл менторский тон.

— Как вам уже известно, всё началось именно с межрасовых ссор, что повлекло за собой исход драконов и, следовательно, иссякнувший исток магии. А без неё невозможно зачать ребёнка-смеска, именно магия давала такую возможность, а она сейчас только внутри рас, и никак иначе. Я не понимаю, но этот ребёнок не врёт, — как-то разом надулся в пуховой шарик обиженный на что-то ворон, — все мои знания говорят о том, что это НЕ-ВОЗ-МОЖ-НО, — раздельно прочеканил он, срываясь на карканье.

— Так, не пугай парня, — вмешался Найрон и, беспардонно убрав вытянутые ноги Игната, уселся перед мальчишкой, — он просто ничего не понимает.

— Не переживай, мы тебе верим, и всё в вашей семье правильно, не верь сплетням. А ты покажешь нам папину книгу? — быстро говорил Юрий, чья обаятельная улыбка не могла никого оставить равнодушным, а потому компания не удивилась вскочившему и повеселевшему мальчику.

— Да, конечно, пойдёмте, — он поманил новых знакомцев за собой. Юкки тоже последовал за ним, путаясь у всех под ногами и задорно тявкая, по крайней мере, именно так интерпретировал исходящие от существа звуки Игнат.

Райси привёл их к небольшому домику, хотя так жилище назвать было трудно. Скорее это был шалашик из подручных материалов.

— Подождите пару минут, — только и успел крикнуть мальчик, быстро залезая внутрь. Он обернулся за меньшее время и вынес небольшой блокнот с деревянной обложкой. — Вот, это всё, что осталось от него. Папа успел перерисовать даже все значочки, а в прежней книжке записи истлели давно. Конечно, я не знаю, что тут написано, но чудища нарисованы страшные. Смотрите, какие зубы! — показывал он одну из иллюстраций.

Игнат взял блокнот и полистал его, удивившись, насколько тёплым он был. Это был скорее чей-то дневник, хранящий упорядоченные записи-заметки, которые были понятны перемещенцам — вроде: «Завтра сходить в библиотеку», «Утром придёт Крайг, ему вернуть записи и кристалл», «Сегодня видел бойтра, их становится всё меньше», «Нашёл рецепт супа, надо попробовать». Многие листы были покрыты чертежами и просто рисунками. Чтобы хорошенько разобраться в записях, понадобится не один день изучения, а потому мужчина оторвался от чтива и посмотрел на мальчика.

— Райси, а как ты смотришь на то, чтобы мы немного задержались с тобой, пока изучаем эти записи? — Игнат знал, что среди амулетов были те, что могли обеспечить им комфортное существование даже в пустыне.

— Но… но вы у меня не поместитесь, а местные не любят чужаков, — мальчик потёр бок, болезненно поморщившись и явно вспомнив что-то неприятное.

— Не переживай, мы устроимся сами, ты же выделишь нам ту замечательную полянку за твоим домиком? — мужчина кивнул на пространство за шалашом. Место словно сошло с детских иллюстраций: несколько высоких тонких деревьев, густая сочная зелень, кусты полукругом.

Найрон и Райзор закивали, подтверждая желание остаться, а Юра, уже успевший снять обувь, наслаждался мягкой травой и тёплым солнцем.

После полученного согласия Райси, путники довольно быстро устроились, достав из одного амулета, похожего на пустой мешок, необходимые припасы. Игнат, Юра и Найрон соорудили навес из ткани, похожей на брезент, затем, воспользовавшись ещё парочкой артефактов, устроили спальные места. Из кучи земли и пары веток вышли удобные лежаки, напоминающие кровати, не пачкающие одежды, мягкие и комфортные.

Закончив с обустройством, Игнат сел и уткнулся в дневник. Все, включая Райси с Юкки, сгрудились вокруг него. Изучать блокнот решили с сáмого начала — и не пожалели об этом. Заголовок записей ошеломил Райзора: «Дневник Скилара Домиста Зевонтара». Когда ворон объяснил свою реакцию, изумились и остальные.

— Я хоть и был создан задолго до начала великих разрушений, но память в меня вложили вплоть до стазиса одного из создателей, — ворон, встревоженно прыгая и хлопая крыльями, то и дело попадая по чьим-то рукам, пояснял: — Так вот, этот Скилар всё это и начал, точнее, не совсем он, в него вселился зловредный дух. Но если бы Зевонтар изначально не был подвержен подобным пагубным идеям, то ничего бы у душтамы не вышло. После свершившегося, когда дух уже покинул тело Скилара, маккал приходил извиняться к создателям и просить совета, как всё исправить. Но отмотать время назад было невозможно, и ему не стали помогать, хоть и даровали прощение. Это, по всей видимости, его дневник, даже интересно, чем он занимался.

Выслушав ошеломляющие новости, Игнат, тяжело вздохнув, представил этого несчастного и на самом деле сильного человека, то есть маккала, ведь далеко не каждый сможет признать свои ошибки и попытаться исправить их, а не свалить вину на других.

Когда ворон замолчал, компания вернулась к изучению дневника. Выяснилось, что он был начат примерно в то время, когда дух, которого Скилар в записях почему-то называл «Сколейн», покинул тело.

Оказалось, что с Зевонтаром всё стало происходить после смерти отца, тот относился к огненной расе, был весьма вспыльчив, но сына любил, учил всему, что знал сам, и уделял много внимания, в отличие от ветреной матери-айранки. Когда его не стало, то ещё юный — хоть и перешагнувший порог совершеннолетия — маккал остался совсем один, на мать надежды было мало, та будто и забыла, что у неё есть сын. Пришлось устроиться на работу, бросить учёбу, а прежде уютный коттедж перестал быть домом, теперь туда не хотелось возвращаться. Скилар нашёл новых друзей, они были похожи на него, и все были смесками. Их ситуации тоже были схожи: родители, которые успешно сосуществовали друг с другом, несмотря на различия рас, совершенно не понимали ребёнка, перенявшего черты от обоих. Именно тогда у Скилара зародилась идея разобщить расы, чтобы дети больше не страдали.

Сколейн нашёл его именно в таком «разобранном» состоянии, и сразу всё стало так просто и понятно. Нет серых оттенков, всё чётко — есть чёрное, есть белое, есть плохое, а есть хорошее. Идеи сложились в ровный план и стали постепенно реализовываться. Мало кто обращал внимание на бунтующих подростков, но именно один из них смог перевернуть мир. Пустить слух там, подставить кого-то тут — и вот уже соседи относились настороженно друг к другу. Немного убеждения — и некоторые считали, что одна раса лучше другой, а потом и делать ничего не надо было: первый толчок есть, а дальше маккалы справились и сами. Скилар испортил амулеты связи с помощью всезнающего духа — и уже было невозможно спросить совета у хранителей. Всё прошло так легко, будто душтаме помогали какие-то силы.

Первые ссоры, а за ними и войны, исход большинства драконов — и до них уже было не добраться даже с исправными амулетами. Дух покинул тело, вот тогда Скилару стало страшно. Опять проявились оттенки, и пришло ужасающее понимание того, что он натворил.

Сначала были попытки справиться своими силами — Зевонтар выступал перед маккалами, но с каждым разом всё более провально. Чуть не погибнув во время последней попытки вразумления, он решил пойти к Зратовену, там оказался знакомый ему маккал — простить его простили, но вот помощи не оказали, зато объяснили бессмысленность подобных действий и рассказали о ближайшем будущем.

Скилар обосновался в деревушке неподалёку от Драконьих гор и стал невольным свидетелем всех попыток создания разумного артефакта-проводника. А точнее — он наблюдал за его «несостоявшимися версиями», которые теперь добросовестно, хоть и весьма своеобразно, несли свою службу на подступах к жилищу дракона. Они не пускали никого по дороге к горам, но делали это не из агрессии, а из-за своего несовершенного разума, понимая задачу буквально.

Именно на Скилара эти создания реагировали с особой, навязчивой интенсивностью. Чувствуя в нём след злого духа, они не атаковали, но и не отступали. Один мог сутками стоять под его окном, беззвучно взирая пустыми глазницами. Другой — робко следовать за ним по пятам, тихо скрежеща зубами. Их трогательная, но невыносимая гиперопека, вызванная сбоем в распознавании «угрозы», в конечном счёте заставила Скилара перебраться подальше.

Зевонтар нашёл приют в поселении гианцев, точнее чуть поодаль, ведь деление по расам стало довольно строгим, и смескам было просто некуда деваться, хоть их и терпели.

Дальше в разделе дневника Скилар вёл подробный каталог всех «версий» проводника, что ему довелось увидеть. Он не просто описывал, но и зарисовывал их, с любопытством истинного исследователя отмечая их недочёты и трогательные черты и давая им меткие названия.

Вот «Хранитель-Утешитель», похожий на мохнатого медведя с большими стеклянными глазами. При виде расстроенного путника он тут же пытался его обнять, издавая успокаивающее урчание, и мог преследовать несчастного несколько километров, настойчиво предлагая свою дружбу.

Рядом — зарисовка о «Страже-Проводнике», созданного по образу дракона, но размером с кошку. Его сияющая чешуя была не для защиты, а для красоты, и главной его функцией было вежливо, но бесконечно повторять: «Эта дорога закрыта. Пожалуйста, развернитесь».

Но среди безобидных созданий попадались и куда более серьёзные экземпляры. «Страж-Ловушка» — невзрачный на вид каменный слизень, который при приближении путника мгновенно активировался и создавал вокруг себя силовое поле, запирая нарушителя в энергетической сфере. Пленник при этом не страдал — сфера обеспечивала его воздухом и даже мягко покачивалась, будто убаюкивая, — но оставался в плену до тех пор, пока его «не эвакуировал» Зратовен.

А самым загадочным был «Мерцающий Хранитель» — полупрозрачное существо, похожее на переливающуюся медузу. Оно не преграждало путь, а поглощало незваного гостя, бесследно перемещая его обратно к подножию гор, после чего маккал несколько часов приходил в себя, пытаясь вспомнить, что же с ним произошло.

Этот пёстрый список, где умильные мохнатики соседствовали с существами, способными изолировать или переместить, вызывал у путешественников уже не улыбку, а лёгкий трепет. Даже Райзор выглядел ошарашенным — видимо, он не подозревал, насколько «разношёрстными» были ранние версии Войсоша.

— Понятно, — первым нарушил молчание Игнат, глядя на зарисовку каменного слизня. — Силой тут точно не пройти. Придётся или договариваться, или искать обходной путь. Попасть в ловушку, из которой не выбраться, или быть перемещённым за километры обратно — не самое весёлое приключение.

Не было прочитано даже четверти дневника, но на сегодня общим решением его изучение завершилось. Предстояло обдумать поступившую информацию. Все разбрелись по полянке. Игнат, сорвав какую-то травинку, задумчиво жевал её и наблюдал за окружающим пространством, мысленно он был далеко отсюда, но подсознательно фиксировал всё происходящее: вот Найрон с Юрой насели на Райзора, пытаясь выяснить, как такое возможно, что он не был в курсе монстриков на их пути, тот смущённо оправдывался; а вот Юкки задорно носился по поляне, то и дело натыкаясь на кого-нибудь. Всё казалось Игнату таким уютным, будто он находился там, где и должен быть, на своём месте.

Довольно быстро пришёл вечер, темнота опустилась мягко — и вот уже в траве появились светлячки, а на небе зажгись звёзды, и взошла пока только одна луна. Райси не пошёл в свой шалаш, а устроился рядом с Юрием, поэтому ему тоже соорудили спальное место.

На рассвете Найрон разбудил Игната раньше всех, пока остальные видели самые сладкие утренние сны.

— Я думаю, что ты меня должен понять, — тихо, но серьёзно начал он, — я вчера расспросил этого мальчишку о его жизни — и она была не завидной. Эти, — он сплюнул сквозь зубы ругательство, — деревенские сначала всю семью гнобили, а когда родителей не стало, то мальца совсем замучили, они ж даже всё добро их растащили, оставили его без крыши над головой. И продолжают издеваться. Он так долго не протянет, я не могу его тут оставить, понимаешь? Не могу… — Он посмотрел больными глазами на Игната, явно не видя его и переживая что-то своё.

— Да, — мужчина вздохнул, покрутил в руках камень и, сжав его, решительно заявил: — Я не знаю как остальные, но считаю, что взять его с собой будет правильно. Конечно, мы пока не понимаем до конца, что нам предстоит, но ему всяко лучше будет с нами, чем здесь. Но для начала стóит самогó паренька спросить. — Игнат разжал руку и с недоумением уставился на каменную крошку. «Видимо, камни тут более хрупкие, чем на Земле, — подумал он, — хотя раньше это незаметно было».

— Я вчера — не прямо, конечно, а исподволь — узнал, что он сам уходить собирался. Просто не знал куда, — признался Найрон, оторвавшись от травинок, которые заплетал в косички.

— Ну, значит, осталось спросить Юру с Райзором, хотя они, скорее всего, тоже согласятся, — и можно будет отправляться в путь, дневник тогда в дороге изучим. — Игнат несколько меланхолично пожал плечами, ему казалось, что все уже всё поняли, надо только признаться в этом самим себе и друг другу.

Когда все проснулись, Найрон отправился с Райси за водой, предоставив Игнату время для объяснений с командой. Игнат споро рассказал о жизни мальчишки и предложил взять его с собой. Как он и думал, Юра и Райзор не возражали.

Райси был безумно рад такому решению новых знакомцев, и они ещё долго скакали с Юкки вокруг путников, вопя от восторга. Перед тем как отправиться в дорогу, Райси старательно допытывался о цели их путешествия. Узнав, что они ищут последнее пристанище владельца дневника, он, уверенно пролистав почти весь блокнот, открыл одну из последних страниц и передал компании странный листок. Игнат, взяв его в руки, разложил сложенную в несколько раз карту, на которой было отмечено множество точек. Некоторые из них были подписаны — названия городов, тайные тропы, места обитания разных монстров; рядом с другими стояли непонятные пометки. Мужчину заинтересовала одна из них: около неё была сноска, ведущая на следующую страницу, где действительно были пояснения. Оказывается, этими маркерами отмечались деревни, где жил Скилар. Последнее место было не так далеко от них, но следовало развернуться и отправиться не к айранцам в Арджас, а в сторону нероанцев, в Нискан.

И вновь их компания пополнилась непоседами. У Райси с Юкки было непомерное количество энергии, так что то и дело они убегали вперёд, только к середине дня утомившись достаточно для того, чтобы подстроиться под темп остальных путешественников.

— Расскажи нам о себе, — попросил Игнат, беря в руки заснувшего Юкки, — а мы тебе потом расскажем о другом мире.

— Другой мир? — изумлённо распахнул глаза паренёк, — вы не из Чартатво? А точно расскажете? — подозрительно сощуренные глаза выдавали недоверие, накопленное с жизненным опытом.

— Конечно, обещаю, — мазнул по груди Игнат, рисуя с детства известный крест клятвы, — ты ещё устанешь от наших рассказов.

Судя по всему, подобный вид обещаний был известен и в этом мире, так что успокоившийся паренёк начал тараторить, рассказывая всё, что ему приходило в голову. Воспоминания о матери с отцом перемежались историями о разбитых коленках и выбитых в драках зубах. Он говорил о том, как мало полукровок, и пояснял удивлённому Райзору, как те появляются, — конечно, только то, что было известно ребёнку, довольно рано оставшемуся сиротой. Его мать рассказывала, что смески могут родиться далеко не у каждой пары. Тут играло роль многое, в частности их совместимость, высчитывающаяся по сложным многосоставным формулам, где учитывали всё — от параметров физического тела до положения звёзд в момент рождения. Но главное, считали родители, это любовь. Только у пары, в которой искренне любят друг друга, может появиться дитя. Это объясняло количество подобных детей, ведь их было совсем мало. Наверное, сотня на весь мир, пусть тот и поменьше Земли. Впрочем, число разнорасовых пар тоже было невелико.

За разговорами они добрались до глубокой реки, в которую сразу окунулся Найрон.

— И заодно притащу вам рыбы, не ядовитой, — ехидно заметил нероанец, прежде чем нырнуть.

Ответить язве никто не успел, так что и в этот раз последнее слово осталось за ним. Впрочем, выйти из спора с ним победителем удавалось лишь Зратовену, и то только потому, что Найрон робел перед драконом. Отпустив Райси с Юкки поплескаться в воде, Игнат зарылся в мешки, разыскивая необходимые артефакты. Всё же магия значительно улучшала жизнь, и мужчина не мог этому нарадоваться.

— А вот и я, — вышел из воды нероанец спустя несколько минут, помахивая связкой ярких рыбин, — а у вас всё готово?

Игнат лишь махнул рукой на разложенные на песке артефакты. Они ещё в начале пути решили, что активировать их будет нероанец — как самый малоопытный, для тренировки. Так что Игнат честно следовал договору, лишь подготавливая необходимое. Найрон тем временем натянул повыше свой воротник и сосредоточился. Пока от него требовалось много усилий, чтобы делать то, что у попаданцев получалось с первого раза. Зратовен это связывал с тем, что у них отличается ядро: у здешних маккалов всё же было взаимодействие с загрязнёнными душтамой лей-линиями, пусть и невольное, так что местных источник подпускал к себе неохотно. Но дракон обещал, что это поправимо, и нероанец с надеждой на лучшее практиковался при любом удобном случае.

И вот, благодаря магии и артефакту, вода мгновенно очистилась, стала не только кристальной, но и приятной температуры, комфортной для такой жары. Специальный камень нагрелся, выступая теперь подобием походной плитки, вокруг раскинулся купол, защищающий от пекла и мелких насекомых. Найрон приступил к готовке под непрерывным наблюдением Райси с Юкки, а Юрий отправился купаться. Воду он любил совсем немного меньше, чем полёты, но предпочитал сначала убедиться в безопасности места, в этом ему помог очередной артефакт.

Всё-таки подобный комфорт не был сравним с началом их путешествия по поверхности Чартатво. А вот в подземелья Игнат с удовольствием бы вернулся. После лекций Зратовена мужчина понимал, сколько интересных вещей там осталось. И даже тот несчастный стол, который спас их от монстра, обладал гораздо бóльшим количеством функций.

После небольшого перерыва компания погрузилась в медитацию, научив этому действу даже ребёнка. И лишь Юкки бегал, старательно отвлекая остальных. Поддался его уловкам только слишком маленький для столь нудного занятия Райси. Игнат вновь поразился росту своего ядра. Теперь в родном лесу небольшое семя, которое мужчина сравнивал то с камнем, то с крупной шишкой, действительно проросло и стало крепким молодым деревцем. С выделением щупа магии тоже всё было сейчас значительно проще, и мужчине казалось, что осталось совсем немного до того, как он сможет рисовать простейшие фигуры самостоятельно, без артефакта-ходунков.

Помедитировав и перекусив, компания продолжила путь. Найрон предложил немного отклониться от цели, ведь совсем недалеко было то самое поселение маккалов, занимающихся магией и сбором артефактов. Нероанец надеялся научить их основам и довольно помахивал подготовленными листами. Зратовен помог с переводом книги для начинающих на нужный вариант письменности, но прочитать текст по-прежнему могли лишь те, кто прошёл отбор источника, это служило дополнительной защитой от попадания важных знаний в неверные руки.

Шли они уже довольно долго, а обещанное поселение всё не появлялось.

— Ну где же оно? — нетерпеливый Юрий то и дело дёргал за рукав Найрона, — мы же скоро уже придём, правда?

— Да, мы почти на месте, — терпеливо отвечал каждый раз тот, ни разу не сорвавшись в язвительность.

— Знаешь, меня пугает твоё спокойствие, — признался Игнат, стараясь говорить вполголоса.

— Ну что ты, как можно сердиться на ребёнка, — вот теперь слова сочились ехидством, — дети же совсем невинные, ничего не понимающие глупышки.

— Я не глупый, — возмутился Юрий, — просто любопытный. Ну ты же правда обещал, что поселение будет совсем рядом.

— А оно и близко, — хохотнул нероанец, — осталось несколько минут, подождите совсем немного.

— Как минут? — тут уже удивился Игнат, — тогда мы бы уже видели дома вдалеке.

— Эти строения вы не сможете разглядеть издалека, — усмехнулся Найрон, — ну сами подумайте: разные расы, ещё и занимаемся разными непотребствами, по мнению большинства, и при этом живём далеко не бедно. Сколько найдётся желающих воспользоваться такими благами и заодно наказать зарвавшихся маккалов? Так что мы скрываемся, дома замаскированы. А вот, впрочем, и они.

И действительно, становились видимыми строения, покрытые зелёным мхом по самую крышу. Словно повинуясь команде, из них стали выбираться разные маккаллы, радостно бросаясь к пришедшим, они явно узнали Найрона.

— Смотри, смотри, я нашёл такой интересный камень!

— Нет, иди ко мне, у меня новая кукла!

— А я научился писать своё имя.

Дети гурьбой окружили нероанца, хвастаясь своими нехитрыми новостями, а тот терпеливо слушал каждого из них. Игнат впервые видел таким добродушным вечно ехидного маккала. А вот взрослые, напротив, постепенно окружали путешественников, но в их глазах не было той враждебности, что в жителях первой деревни, наоборот, в них светилось дружелюбное любопытство. Хотя, если признаться честно, это пугало Игната не меньше.

— Привет, — из-за спины высунулся Юрий, вот уж кто был только рад новым знакомствам, — а вы правда учитесь магии? А что вы уже умеете? А хотите, я вам покажу, что я могу? — Уже привычный напор паренька несколько затормозил наступавших на них, впрочем, не остановил, а скорее перенаправил фокус.

— А ты уже что-то можешь? — один из самых рослых маккалов выступил вперёд, — в таком случае будь любезен.

— На самом деле нет… — стушевался Юра, но с прежним жаром продолжил: — Но умею активировать артефакты. И вас могу научить. Смотрите!

Паренёк достал из кармана небольшую пластину, Игнат узнал в ней карту, похожую на те, что были в смартфонах на Земле: интерактивную, показывающую, где находится пользователь. Она на глазах развернулась, демонстрируя голографическое объёмное изображение и подсвечивая синим огоньком местоположение. Восторженные маккаллы окружили Юрия, пытаясь пощупать натурально выглядевшие горы, но с изумлением понимали, что пальцы проходят сквозь них. Это выглядело настоящим волшебством даже для путешественников, знакомых с технологиями, что уж говорить о жителях Чартатво.

— Как ты это сделал? — всё тот же высокий маккал был, видимо, выбран главным переговорщиком, — объясни. А ты сможешь активировать наши артефакты и рассказать, для чего они?

— Для этого надо сначала научиться медитировать, — оглянувшийся Игнат понял, что Найрона уже давно утащили дети, а вместе с ним и Райзора, — давайте я расскажу, как это сделать. А потом поясню, как применить знания на практике.

— Ага, у него лучше получится, — неунывающий Юрий несколькими кивками подтвердил сказанное мужчиной и выжидательно уставился на него, как и все маккалы. У паренька было сложно с медитациями в силу его неугомонной натуры, и если сам процесс ему ещё был по силам, то вот объяснения, как они уже выяснили на примере Найрона, совсем не давались.

— Итак, — мягко начал Игнат, лихорадочно вспоминая первую медитацию и слова Войсоша, — давайте сначала найдём удобное место, где мы все поместимся, а вы сможете комфортно сесть.

— Пойдём, — после короткой заминки пригласил гианец, махнув рукой, — меня, кстати, Гавиен зовут.

Все дружной толпой двинулись за ним, к небольшому домику, стоявшему неподалёку. Впрочем, когда они вошли туда, то оказалось, что он гораздо больше, чем ожидалось. Сказывалось то, что само здание было частично погружено под землю, и часть его была не видна на поверхности.

— Итак, — когда все расселись, продолжил Игнат, стараясь сделать свой голос максимально глубоким, — закройте глаза и глубоко вдохните, постарайтесь не думать ни о чём… — Слова сами собой всплывали в голове, речь была плавной и умиротворяющей, так что совсем скоро первые маккалы восхищённо вздыхали, увидев своё ядро. Как ни странно, но получилось задуманное у всех, это вселяло в Игната надежду на то, что, когда они избавятся от духа, обрести магию получится у большинства маккалов.

— Когда освободишься, подойди к зданию с красной дверью, оно напротив, — Игнат немного вздрогнул от голоса тихо подкравшегося Найрона, — надо поговорить.

Решив, что нероанец не будет просто так просить, мужчина дождался выхода каждого обучаемого маккала из медитации, кратко рассказал, как подавать магию в руку, не забыв предупредить, что активировать артефакты без него не стóит, и пошёл к Найрону.

Нужное здание нашлось легко, дверь у него сильно выделялась на общем фоне, внутри же помещение оказалось, наоборот, куда меньше предыдущего. Сосредоточенный нероанец, сидя за столом, листал свои записи, но его мысли были явно сконцентрированы где-то не здесь.

— Ты что-то хотел, — настала очередь Игната пугать внезапным появлением собеседника.

— Д-да, — Найрон повернулся к нему, — я хотел поговорить о Райси. Ему тут понравилось, вроде, может, мы его оставим здесь? У нас жизнь, конечно, не самая простая, но всё лучше, чем быть в бесконечной дороге или в его родной деревне.

— Согласен с тобой, — кивнул Игнат, — но тебя же явно не только это беспокоит, не так ли?

— И опять ты прав, — вздохнул нероанец, — я не уверен, что дальше могу вас сопровождать. Как ты заметил, в этой деревне много детей, даже слишком, если честно, на то количество взрослых, что тут живут. Большинство из них сироты, часть похожа на Райси — полукровки, которых не приняли в своих поселениях. А за время моего отсутствия несколько маккалов ушли к Скалам Утрат и не вернулись, так всё стало ещё более сложным. Но я надеюсь, что дал вам достаточно знаний, чтобы вы справились сами. Да и Райзор выглядит довольно хорошим проводником.

Тут Игнат уже задумался, он понимал все аргументы нероанца, но оставаться без такого спутника не хотелось. Глубоко вздохнув, мужчина принял решение.

— Да, конечно, оставайся, — выдавил кривую улыбку он, — мы готовы к самостоятельному путешествию.

Игнат, Юрий и Райзор решили не задерживаться в скрытом поселении, памятуя о просьбе Зратовена, поэтому прощание вышло довольно скомканным. И вот уже порядком поредевшая компания снова двинулась в дорогу. Потеряв часть спутников, они немного приуныли, даже обычно жизнерадостный Юрий молчал, не решаясь завести разговор.

Несмотря на удручающее молчание, дорога легко ложилась под ноги. Останавливаться на отдых не хотелось, поэтому компания довольно споро продвигались вперёд.

— Смотрите, — голос Юрия всё же прервал тишину, — там что-то есть.

Игнат, посмотрев в указанную сторону, заметил лёгкий дымок, поднимающийся вверх. Переглянувшись, компания двинулась туда, надеясь найти там ещё одного друга, ну или, возможно, проводника, ведь с местным маккалом передвигаться было бы гораздо проще. Они знали ещё далеко не всё и часто на своём пути встречали странные растения и необычные ягоды, не понимая, можно ли их есть. К сожалению, и учёный ворон не мог помочь им с этим, ум его был заточен на магию, артефакты, странные явления, а не на местные флору и фауну.

На дорогу к источнику дыма ушло всего минут десять, и вот они уже видели весело потрескивающий костёр, рядом с которым сидела группа маккалов, Игнат успел насчитать двенадцать, когда те заметили присутствие чужаков — и их внимание напомнило мужчине первое знакомство с жителями этого мира… Даже хуже: взгляды были не просто неприязненными, на них глядели так, как смотрят охотники на дичь, явно собирались разорвать. Маккалы, больше похожие повадками на неандертальцев, схватили лежавшее рядом с ними оружие, преимущественно дубины и колья, и двинулись к путешественникам.

Игнат и Юрий в нерешительности остановились, глядя на них, и неосознанно сделали пару шагов назад. С такой яростью они сталкивались впервые. Среди маккалов, судя по их внешности, преобладали полукровки, и остановить их не представлялось возможным. Оружия у иномирцев не было, у Райзора — тем более. И чего-то, что можно было бы использовать для защиты, путники тоже не видели сейчас. Игнат, в очередной раз вспомнив стол, уже спасший им жизни, мягко ступил назад, дёргая за рукав Юрия.

— Бежим, — тихо скомандовал он, спешно разворачиваясь, — быстро!

Парни рванули со всех сил, за ними, периодически хрипло каркая, летел Райзор. Слов описать ситуацию ему явно не хватало. К счастью, или, скорее, к сожалению, бежали они недолго, потому что дорогу им преградила громадная глубокая трещина в земле, настолько широкая, что другой её край был почти не виден, а дно терялось в темноте. Резко остановившись, они оглянулись — преследователи уже настигали их, а скрыться было некуда.

— Смотри, давай туда, — Игнат указал на узкую тропинку, ведущую вниз расщелины, — мы справимся.

Конечно, называть эту полоску выступающих камней подходящим путём было несколько самонадеянно, но иного выхода всё равно не нашлось. Распластавшись по каменной стене, парни шаг за шагом продвигались вниз, надеясь, что успеют спуститься достаточно к моменту, когда преследователи достигнут края расщелины. Их ожиданиям не суждено было сбыться — и вот, с яростными криками, в них уже начали бросать остро заточенные копья, тяжёлые дубинки и камни, подобранные здесь же.

Видимо, их защищало какое-то чудо, потому что никто из нападавших не смог ранить путников, но удача не могла длиться вечно… Вскоре и так тонкая тропинка осыпалась под ногами тяжёлого Игната, по принципу домино это затронуло и Юрия — и вот уже оба путешественника летели вниз, судорожно пытаясь ухватиться за скалу, но под пальцами был только воздух.

Тогда вновь на Игната накатило то самое чувство, что уже спасало жизнь ему и тем, кто был рядом, и на карьере, и у библиотеки. Он ощутил, как воздух вокруг начал сгущаться, замедляя падение. Камни в расщелине меняли свою форму, будто повинуясь рукам невидимого великана, из них сформировалась небольшая чаша, поймавшая падающих. Приземление было жёстким, но не смертельным, каким могло стать, — оно вышибло дух, и потерявшие сознание парни уже не чувствовали, как спасительные камни мягко опускали их на самое дно глубокой пропасти.

— Пр-р-росыпайся, — сильный удар клювом в лоб разбудил Игната, — давай же, скор-р-рее. — От волнения у Райзора прорезались каркающие звуки.

— Что случилось? — потёр пострадавшее место мужчина и огляделся. Рядом лежал не очнувшийся Юрий, а под ним растекалась лужа крови. — Ох, — Игнат бросился к пострадавшему, судорожно ощупывая свои карманы, — что с ним?

Несмотря на все старания, специально припасённый артефакт никак не находился, поэтому Игнат перестал рыться в своей одежде и начал проверять карманы Юрия — к счастью, нужная вещь оказалась в них. Достав небольшой шарик с зелёным кристаллом, Игнат положил его на грудь паренька и, сосредоточившись, активировал, не обращая внимания на старающегося что-то выкрикнуть Райзора. Импульс магии подался с небывалым трудом и вытянул из мужчины последние силы. Уже теряющий сознание Игнат с облегчением увидел, как сверкающий кристалл стал распространять своё сияние на Юру, артефакт начал лечить пострадавшего. И, что бы ни случилось с Юрием, эта вещица должна была справиться с любыми повреждениями.

Второе «пробуждение» Игната было более приятным, пусть и только на толику. По крайней мере, никто его не клевал, да и голова болела куда меньше. Мужчина поднялся и первым делом поискал Юрия, тот всё ещё лежал, но цвет его лица уже был вполне нормальным, кристалл сиял не так интенсивно и явно заканчивал свою работу. А вот Райзора нигде не было видно.

Немного успокоившись, Игнат услышал тихий стон паренька. Обернувшись, он понял, что Юрий слегка ворочается, стараясь перевернуться, будто что-то мешает ему лежать удобно. Впрочем, это не было удивительным, учитывая, что расположились они на камнях. Игнат, приобняв невесомого спутника, попытался разместить его на своих коленях, когда нащупал на его спине странные бугорки, выпирающие в месте лопаток. Они не были похожи на синяки, и мужчина, понадеявшись на лечебный артефакт, устроил паренька так, чтобы выступающие шишки не дотрагивались до жёстких поверхностей. Сидеть так пришлось довольно долго, так что у Игната совсем онемели ноги — настолько, что он уже совсем их не чувствовал.

Наконец, артефакт прекратил светиться, вновь превратился в тусклый камень и начал скатываться с груди Юрия. Игнат поймал его прежде, чем тот достиг земли, и спрятал в карман. Стараясь больше не шевелиться, он стал дожидаться пробуждения Юрия.

В этот раз времени понадобилось меньше, и вот паренёк, глубоко вздохнув, открыл глаза. Тут Игнат заметил странность: радужка изменила цвет — и ранее просто голубые глаза стали настолько яркими, словно Юрий надел линзы.

— Мы живы? — паренёк был явно удивлён этому.

— Да, и даже почти невредимы, — разом успокоившийся Игнат помог Юре приподняться, сам же поморщился от боли, пронзившей его ноги, — ты как себя чувствуешь? Тебя пришлось лечить, ты потерял много крови.

Осмотревшийся Юрий заметил кровавую лужицу, оставшуюся на месте его падения, и прислушался к себе.

— Странно, спина сильно болит, — отметил он, закрывая глаза, — мне казалось, что после применения артефакта тело должно быть в полном порядке.

— Да, у тебя там что-то странное, — Игнат всё ещё сидел, разминая ноги, в которые постепенно возвращалась чувствительность, — но я надеялся, что, когда ты излечишься, и это пройдёт.

Неимоверным образом изогнувшись, Юрий старательно ощупал всю спину, остановившись на лопатках.

— Обалдеть, — почему-то восхищённо начал он, — как шишки. Интересно, а почему здесь? И почему они одинаковые? И как появились? — Судя по вернувшейся манере разговора, он полностью пришёл в себя, что не могло не радовать.

— Преображение началось, — раздалось над их головами, вернувшийся Райзор вступил в разговор, — из-за мощного всплеска сил.

— Стоп, что значит преображение? — Игнат строго посмотрел на ворона, стараясь выглядеть как можно более сурово. — Мы будем меняться внешне?

— Ну что значит будете? — ехидный голос Райзора напомнил сейчас вечно язвящего Найрона, — вы уже меняетесь! Или ты думаешь, что всю жизнь был жёлтым и мог стирать камни в порошок голыми руками?

Игнат осмотрел свои конечности, действительно отметив изменившийся цвет кожи. До слов ворона он списывал это на перемены в освещении, ну и на странные породы камней в этом мире, а никак не на возросшую физическую силу.

— Мы что, превращаемся в маккалов? — Юрий приплясывал на месте. — У меня будут крылья? Я смогу летать? А они какие? А не отвалятся? А когда...

— Будут, — резкий голос ворона прервал поток вопросов, — всё будет. А подробнее у Зратовена узнаете.

— Но постой, — нахмурился Игнат, соображая, — и как же мы тогда сможем вернуться домой? Ну, на Землю, если мы превратимся в маккалов.

— Ох, не я должен был об этом рассказывать, не я… — тяжело вздохнул Райзор, будто уменьшаясь в размерах. — В момент вашего переноса сюда источник стал вас испытывать. Если бы вы действительно всей душой стремились вернуться, то этой привязки бы не произошло, — он отвёл взгляд, словно опасаясь, что расскажет больше, чем планировал, — а значит, преобразование бы не началось. — Ворон несколько раз щёлкнул клювом, внимая собственным мыслям, обдумывая каждое слово. — Вы ведь задумывались о том, чтобы остаться, не так ли? — судя по его тону, он явно знал ответ.

Игнат вспоминал свои мысли, не решаясь произнести их вслух под хитрым взглядом ворона. И полностью соглашался с его рассуждениями, понимая, что он в их компании был такой не один.

— Да, я уже думал сказать, что хочу остаться, — жизнерадостно закивал Юрий, явно не терзаясь размышлениями, — но сначала хотел помочь остальным вернуться.

— Я тоже, — признался Игнат, мягко улыбнувшись, — но мы всё равно обязаны помочь Чартатво, так что наше путешествие должно продолжаться.

После недолгого отдыха парни вопросительно уставились на Райзора — пока он единственный в их компании, кто имел крылья, так что только этот ворчун мог подсказать им выход.

— Пошли, — верно понял молчаливую просьбу ворон и полетел вперёд, — там дальше я видел небольшую тропку, когда разведывал обстановку.

Путь проходил в полнейшем молчании, каждый был погружён в свои мысли, так что Игнат не знал, сколько прошло времени, когда они подошли к небольшой нише, откуда начинался на удивление пологий подъём.

— Похож на созданный искусственно, — погладил стену рукой мужчина, — он нас точно приведёт наверх?

— Да на оба вопроса, — мрачно ответил летящий впереди ворон, — проход сделан руками гианцев, точнее, их магией, и он ведёт на поверхность. И, судя по карте, расположен он довольно близко к тому месту, куда мы направляемся. Нам останется около дня пути оттуда.

— Что с тобой? — вскинул голову Юрий, — ты расстроен? Ты не хочешь наверх? Или тебе не нравится проход? У тебя клаустрофобия?

— Нет, — резко каркнул Райзор, недовольно оборачиваясь, — не расстроен. Просто не должен я был вам рассказывать о том, что происходит, да и те маккалы странные. Уж слишком они агрессивные, напали без какой-либо причины. А в этих горах я даже с Зратовеном связаться не могу, тут камень особый, он магический сигнал глушит.

Впереди начинало светлеть — путники наконец поднялись. Первый глоток воздуха не из расщелины показался им невероятно сладким. Почему-то даже Игнату было не по себе в том ущелье, несмотря на всю его любовь к подземельям.

Поднявшись на поверхность, Игнат первым делом активировал карту. Оказалось, что они действительно были довольно близко к Нискану. Впрочем, им и не требовался сам город нероанцев, а нужна была лишь деревня поблизости. Так что, сориентировавшись на местности, компания двинулась вперёд, стараясь как можно скорее отойти подальше от негостеприимного ущелья. С каждым шагом путники ощущали, как тело становится легче.

Добравшись до милой полянки, они устроились на отдых и вновь раскрыли карту. Нужное поселение и правда находилось неподалёку, но на их пути была довольно широкая река, а вот каких-либо переходов на карте не отражалось, что крайне напрягало Игната. Он помнил, сколь коварными бывают течения, особенно в незнакомых водах. Если бы с ними продолжал путешествовать Найрон, он обязательно помог бы или советом, или практикой. Игнату казалось, что ехидный нероанец знает абсолютно всё на свете, если не считать применения магии, конечно. В этом любой из компании иномирцев дал бы фору каждому из живущих сейчас в Чартатво маккалов, за исключением Айкура.

— Я полечу, гляну, есть ли где место для удобной переправы, — развёл крылья рассматривающий карту ворон, — возможно, и найду что поблизости. — Шустро поднявшись в воздух, Райзор превратился в едва заметную точку. От Айкура путники знали о его способности быстро преодолевать громадные расстояния, несравнимые с возможностями обычной птицы.

— Слушай, а ты давно решил, что хочешь остаться? — Игнат решил расспросить единомышленника, пока было время, — мне казалось, что в подземельях тебе совсем не нравилось.

— Да, там мне было не по себе, — передёрнул плечами Юрий, видимо, вспоминая то время, — как будто в гробу… каменном. Но мне Войсош сильно помог, и я знаю, что ты на него злишься, но, если бы не его влияние, у меня бы не получилось справиться с этим. Он стал моим другом, почти как вы.

— Мне жаль, что мы так поступили, — признался Игнат, — но тогда не было выбора. Он нас не просто успокаивал, он нас менял. Вспомни, мы почти не были удивлены переходу в новый мир. Ни у кого не было паники, и мы все были почти одинаково спокойными. Только изредка у нас прорывались те черты характера, что сильнее всего. Например, Евина вспыльчивость. Или твоё любопытство. Он нас просто превращал в удобных для него спутников, периодически помогая нам влипать в неприятности. Я сильно беспокоился, что его влияние могло стать постоянным… Вдруг мы бы никогда не вернулись к самим себе прежним?

— Я понимаю, — успокаивающе улыбнулся Юрий, — сам напугался после своего отравления. Ведь он бы мог сказать о том, что есть похожие ядовитые ягоды, когда показывал лиловик. Но не сделал этого. Знаешь, он был похож на ребёнка, но иногда мне казалось, что Войсош лишь играл эту роль. Проскальзывало в нём порой что-то такое… хитрое.

— Нашёл, — прервал их беседу на самом интересном месте Райзор, — есть место для безопасного перехода.

— Далеко? — Игнат поднялся и помог Юрию встать, — в какую нам сторону?

— Идти-то нам на юго-восток, но не близко, мягко говоря, — ворон ткнул клювом в точку на карте, — вот сюда. Ближе нигде нет, я всё облетал. Либо течение слишком сильное, либо русло широкое, а где-то к берегу не подойти.

— Далековато, — изучал указанное место Игнат, — если не ошибаюсь, нам до этой переправы дней пять идти, если не больше.

— Да, именно так, — подтвердил ворон, аккуратно складывая крылья, — не меньше шести, если быть точным.

Что же, в этот раз их путешествие длилось долго, как никогда в этом мире. Но никаких неприятностей на пути не возникало, так что дорога надоела крайне быстро. И уже к концу второго дня Юрий изнывал от скуки.

— Ну сколько нам ещё идти? — нудил он уже на протяжении получаса, — мы идём уже вечность. Это невозможно.

— Ну потренируйся, — уставший от нытья Райзор был явно недоволен, — у вас же есть артефакты для новичков. Там был один, который можно применять во время передвижения.

В подготовленной сумке и впрямь нашёлся нужный предмет. Очки с непрозрачными стёклами показывали простую фигуру, которую необходимо было нарисовать. Это не требовало подачи магии или создания щупа, а просто позволяло отрабатывать необходимые движения. За удачный рисунок назначались баллы, за неверный — отнимались. Хоть очки и позволяли тренироваться в движении, видимость они всё же ограничивали, так что Игнат вручил их Юрию, пообещав направлять его. Это было намного спокойней, чем выслушивать бесконечные жалобы паренька.

Артефакт был настроен так, что позволял повышать уровень сложности, поэтому его хватило надолго. Игнат уже знал, что маккалы, живущие до исчезновения магии, не были особо терпеливыми, так что все обучающие чары учитывали это и максимально затягивали в процесс.

Устраивая периодические привалы, на некоторых не забывая медитировать, парни на исходе шестого дня добрались до нужного места. Увидев реку, сужающуюся в одном месте, Игнат облегчённо вздохнул. Несмотря на все ухищрения, дорога с нетерпеливым Юрием далась ему непросто. И он мог только поблагодарить Айкура с Зратовеном за то, что снабдили их артефактами для путешествий, без них было бы совсем грустно.

Перебраться через реку оказалось несложно, так что совсем скоро компания устроила очередной привал, уже на другом берегу. Расстраивало Игната только одно: теперь им предстоял обратный путь, по направлению к деревне, но в этот раз с этой стороны реки. Судя по карте, идти предстояло ещё около трёх дней.

Тренировки Юрия дали свои плоды, хоть магию он почти не задействовал. У паренька начинали появляться крылья из тех непонятных бугорков на спине. Пока они были совсем маленькими, едва заметными, напоминали стрекозиные.

Бóльшую часть обратного пути Юрий старательно пытался ими размахивать. Конечно, поднять в воздух они могли разве что небольшую мышку, но сам факт их наличия приводил паренька в восторг, как и возможность ими шевелить. Так что эти три дня прошли гораздо спокойнее, на взгляд Игната, — и вот они уже видели строения, немного отличающиеся от встречавшихся им ранее. Они были не так похожи на обычные дома, как в первой деревне, и на землянки, как во второй. Пузатые, будто бочонки, с большими окнами, они плотно стояли ровными рядами. Тут, судя по карте, жили нероанцы, так что путешественники надеялись на более радушный приём, нежели тот, который им устроили гианцы. Всё же нероанцы были в первую очередь учёными, так что большинство из них старалось найти способ вернуть магию.

Увы, ожидания не оправдались в полной мере. Впрочем, Игнат уже начинал к этому привыкать. Маккалы, живущие тут, не были настроены враждебно, но и помогать не спешили. Так что путешественники решили взять перерыв, устроившись на отдых недалеко от деревни.

— И всё же, — лежащий на боку Юрий жевал соломинку, — почему они нам не хотят помогать? Мы же им пообещали, что научим магии и дадим книги о ней.

— Скорее всего, они нам не доверяют, — начал рассуждать вслух Игнат, — а возможно, им не нужна наша помощь. Они ведь учёные и могли продвинуться в изучении магии дальше встреченных нами ранее маккалов.

— Я слетаю на разведку, — кратко оповестил всех Райзор, вклинившись в разговор. Ответа, впрочем, он не ждал и быстро исчез вдали.

— Как думаешь, — привстал Юрий, — нам всё удастся? Пока всё идёт не очень гладко, но всё же у нас получается продвигаться вперёд, а это же хорошо?

— У нас всё получится, обязательно получится, — улыбнулся Игнат, смотря в небо, — я чувствую это.

Ожидание Райзора в этот раз не затянулось, и вскоре вернувшийся ворон вновь рассматривал карту.

— Смотрите, — очередной тычок клювом заставил карту немного колебаться, — вот здесь есть странный дом. Он стоит отдельно от остальных и выглядит заброшенным. Если присмотреться, его аура немного отличается от той, что в поселении. Я считаю, что нам стóит туда наведаться, возможно, это именно то, что нужно.

Дом выглядел и впрямь довольно необычно, ничем не напоминая аккуратные бочонки нероанцев. Приземистый, с ровными стенами, он зиял провалами выбитых окон. Чувствовалось, что его давно никто не посещал даже из любопытства, что было бы ожидаемо от земных ребятишек.

Первым в дом вошёл Игнат, осторожно ступая на скрипучий пол. Все стены были увешаны исписанными листами бумаги. На них были нарисованные странные пятна, накрывающие карту Чартатво, бесконечные формулы, стрелки, ведущие в никуда. Путники явно были в нужном месте, здесь Скилар точно в чём-то пытался разобраться, но писал он уже на созданном после исчезновения магии языке, так что понятно ничего не было. Зратовен обещал с этим разобраться, так что оставалось только вызвать оставшихся с ним и Айкуром девушек. К этому моменту уже точно должно было быть всё готово.

— Ты свяжешься с ними? — Юрий мельком глянул на Райзора, возвращаясь к исследованию бумаг. — Надеюсь, что девочки создали всё необходимое.

Недовольно каркнувший ворон вылетел наружу, и через некоторое время до парней донеслись знакомые голоса довольных девушек.

И вот изначальная компания опять была в сборе. Девушки весело щебетали с Юрием, рассказывая про впечатления от портала, а Войсош с Райзором оказались рядом с Игнатом. И теперь они вместе пытались активировать артефакт-переводчик так, чтобы затронуть как можно больше бумаг. Айкур с Зратовеном при его создании рассчитывали на перевод книг или блокнотов с записями, но никак не на полностью расписанный ими дом.

Решили действовать постепенно, и сейчас переводилась одна из стен. Выглядело это крайне захватывающе. Блёкло-жёлтое сияние охватывало один из листов, и на нём постепенно менялись символы, приобретая привычные очертания, при этом оставляя все рисунки и даже кляксы в исходном состоянии. Создатели этого артефакта были, бесспорно, гениями.

Когда можно было приступить к чтению, Войсош отправился переводить остальные стены, а Игнат с Райзором стали изучать готовые листы. Скилар много писал о том, что произошло, рассказывал, кто такие душтамы. Часть информации, видимо, была из разных книг, иногда встречались противоречия. Мужчина явно искал способ изгнать духа, но не мог прийти к единому выводу, перебирая различные варианты. Игнат изучал нарисованную от руки карту, когда дракончик радостно возвестил о том, что перевод всех материалов закончен.

Теперь к их изучению присоединились и все остальные, каждый выбрал себе отрезок стены и пытался найти хоть что-то важное. Повезло, как ни странно, Игнату — он наткнулся на запись, где Скилар рассказывал, что смог отделить кусочек духа, точнее, его псевдоматериального тела, когда душтама овладел очередным несчастным. И также упоминал, что сохранил этот кусочек для проведения экспериментов. С ними у него ничего не получилось, но он всё же оставил добычу в надёжном месте, надеясь, что сможет помочь этим кому-то другому.

И он не ошибался — кажется, путешественники нашли недостающую часть головоломки, точнее, информацию о ней.

Найдя по запутанным заметкам спрятанное хранилище, ребята столкнулись с ещё одной проблемой: на нём был пароль. Подсказок насчёт него пока не было найдено, поэтому вновь пришлось приступить к изучению бумаг, но, увы, ничего не помогало.

Решив взять перерыв, ребята вышли из душного помещения, впрочем, Игнат быстро вернулся. Что-то не давало ему покоя, а точнее — нерешённый вопрос: почему информация была расположена именно так, а не в блокнотах, подобных тому, что сохранился у Райси. Он попытался встать так, чтобы видеть бóльшую часть записей. Интуиция его не подвела — мужчина заметил, что кляксы и выделенные фрагменты были далеко не случайны, они складывались в единый рисунок странного символа, похожего на китайский иероглиф. Оставалось лишь понять, как можно применить этот пароль. Старательно перерисовав его на чистый лист бумаги, Игнат активировал переводчик, скрестив пальцы на удачу. Сияние в этот раз было куда ярче, да и длилось оно долго — столько же времени ушло на бóльшую часть стены, сколько на один-единственный символ. К счастью, перевод всё же был завершён — и вскоре перед мужчиной читались несколько цифр вперемешку с буквами.

Позвав и обрадовав новостью ребят, Игнат приступил к открытию хранилища, и совсем скоро компания любовалась небольшим флакончиком с переливающимся содержимым.

Теперь дело было за девушками с дракончиком, они могли закончить нужный амулет и с его помощью найти нынешнее пристанище духа. Игнат со спокойной совестью пошёл на улицу, надеясь отдохнуть на свежем воздухе после длительного пребывания в душном помещении.

И вот они снова в дороге. Стрелка амулета показывала в сторону поселений фотианцев, компания была вновь большой, так что остановки на перерыв делались чаще, а продвигались они медленно.

Спустя несколько дней они заметили, что пейзажи изменились. Растительности стало гораздо меньше, а температура поднялась, благо их спасали амулеты, освежающие воздух вокруг. Здания им пока не встречались — и это, признаться, радовало Игната, потому что он не знал, чего ожидать от вспыльчивых фотианцев, если уж даже с дружелюбными гианцами и мирными нероанцами им не повезло.

Но такому везению не суждено было длиться долго, и вскоре они уже видели очередные поселения. Дома были словно из магмы, застывшей в определённой форме, и сияли пламенно-красными окнами. Это полностью отвечало представлениям Игната о месте жительства огненных магов. Видимо, в отличие от тех же гианцев, фотианцы продолжали жить в тех домах, что были построены ещё в те времена, когда магия активно применялась.

«А вот и первые жители», — мрачно отметил про себя Игнат, увидев приближающихся маккалов. К счастью, в их руках не было оружия, поэтому, волевым усилием переборов себя, мужчина приветливо улыбнулся.

Эти маккалы больше всего напоминали ему индейцев, какими их изображали в старых книжках. Краснокожие, со странными рисунками на лицах, они могли похвастаться невероятно длинными волосами всех оттенков алого. Впрочем, от индейцев их отличал не только цвет волос, но и небольшие рожки на лбу. Разглядев эту деталь, Игнат вспомнил демонов — таких, каких показывали в аниме. Тогда он понял, что переговоры простыми точно не будут.

Как только он открыл рот, чтобы поздороваться с подходящими, вперёд выступила Ева, оттесняя остальных за спину. Тихо вздохнув, к чему-то подготовившись, она вытянулась в струнку, прямым взглядом встречая фотианцев.

— Рады приветствовать, — твёрдо сказала она, как только те подошли и выжидающе уставились на команду, — мы мирные путники, просим помощи гордых фотианцев.

— Интересная форма приветствия, — внезапно начал самый низкий маккал, его глубокий голос с прорывающимся рычанием пустил волну мурашек по позвоночнику, — а раз вы с ней знакомы, то и правила знаете тоже, не так ли?

— Да, испытание, — подтвердила кивком Ева, — и только потом разговор.

— Ну что же, тогда добро пожаловать, — тоже кивнул собеседник и, резво развернувшись, удалился.

Диалог явно был окончен, но понимала хоть что-то в происходящем только Ева. И, возможно, Райзор. Даже Лилия с Войсошем вопрошающе смотрели на девушку.

— Меня Зратовен научил, — призналась она, поняв интерес остальных, — сказал, что если встретим фотианцев, то нужно будет соблюдать соответствующий этикет. Именно эта раса больше всего не любит чужаков, без сказанных мною слов они даже слушать бы нас не стали.

— А что за испытание? — Юрий, смешно наклонив голову, уставился на Еву, — ты его сможешь пройти? А оно страшное? А что будет, если не пройдёшь?

— Не знаю, — лаконично ответила девушка, протянув руку, чтобы погладить Войсоша, лежавшего на руках у паренька, — Зратовен сказал, что я справлюсь, но знать мне о нём заранее не стóит.

— Странно, — отметил Игнат, наблюдая за возвращающимися маккалами, — думаю, что знания об испытании упростили бы его прохождение.

— Ну, может, в этом и дело, — Лилия полистала свой блокнотик, пытаясь найти какую-то запись, — фотианцы совершенно не любят лгунов. А раз для них важно это испытание, то они вполне могут считать ложью знание о том, как его проходить.

— Всё готово, — несколько церемонно известил их подошедший маккал, — вы будете проходить испытание как один из нас, а не как друг расы. Так сказал наш старший.

— Хорошо, я готова, — шагнула вперёд Ева, принимая из рук маккала гладкий камень, — мои друзья будут под вашей крышей до завершения испытания. — С этими словами девушка ушла за одним из маккалов, не оборачиваясь на остальных, которых пригласили в почти самый ближний дом.

Всё происходило в молчании, фотианцы изъяснялись только жестами, которые, впрочем, каждому были понятны. Их проводили в небольшую комнату, где около стен стояли странного вида стулья, напоминающие языки пламени, кроме них в помещении ничего не было. Стояла такая тишина, что её было страшно нарушать, и даже Войсош с Юрием молчали, ничего не произнося.

Ждать им пришлось довольно долго. Возможно, сказывалась гнетущая атмосфера, но Игнату показалось, что прошли часы.

— Всё, — в комнату вошла уставшая Ева, — мы закончили.

Ребята, чуть не сбивая друг друга с ног, кинулись к девушке, помогая ей усесться на один из стульев.

— Ты в порядке? — Юрий не мог удержаться от любопытства, впрочем, сейчас за этот вопрос ему были все благодарны, — что там было? Страшно?

— Страшно, — улыбнулась Ева, потрепав его по голове, — но всё хорошо. Давайте не будем об этом, я расскажу чуть позже, нас должны отвести в более подходящее для отдыха помещение.

И действительно, скоро к ним подошли уже знакомые маккалы, настроенные куда более дружелюбно, и проводили в другое жилище. Они явно были чем-то удивлены, но по-прежнему не разговаривали с путешественниками.

Им отвели отдельный дом с тремя комнатами, где, к счастью, хватало кроватей на всех. Ева сразу улеглась спать, а остальные ещё долго сидели, обсуждая произошедшее и строя догадки о том, что могло быть в испытании.

Проснулись они поздно, но, как ни странно, всё же раньше Евы. Лилия, спавшая с ней в одной комнате, выглядела поражённой, она отвела Игната в сторону и явно хотела ему что-то рассказать.

— Она изменилась, — судорожно шептала Лилия, потеряв свою невозмутимость, — понимаешь, изменилась. У неё волосы теперь реально красные, а не рыжие. Я сначала подумала, что мне показалось, окна-то тут не особо прозрачные. Но она теперь совсем как фотианка: с рожками, и кожа изменилась. Почему такое происходит?

— А ты к Юрию не приглядывалась? — улыбнулся Игнат, смотря на девушку, — он спину бережёт, даже рюкзака не несёт.

— Да, но я думала, что это последствия падения, — вернулась в обычное состояние Лилия, доставая блокнот, — ты же говорил, что вы упали, и он сильно пострадал.

— Ну, отчасти, можно сказать и так, — пробормотал мужчина, пытаясь отыскать паренька, — но давай он сам покажет.

— Юра, иди к нам, — девушка быстро отыскала взглядом обсуждаемый объект и теперь яро хотела исследовать его.

— Покажи ей, — хитро подмигнул Игнат пареньку, — а мы тебе тоже новость расскажем интересную.

— Точно интересную? — привычно затараторил Юра, при этом аккуратно стягивая просторную кофту, — а о чём? А она… — Договорить он, впрочем, не успел: увидев подросшие крылья, Лилия развернула его спиной к себе и стала лихорадочно зарисовывать их в блокнот, периодически мягко касаясь паренька, отчего он вздрагивал.

— А я пока расскажу, — Игнат отвёл взгляд от девушки, напоминающей сумасшедшего учёного, — Ева начала меняться. И даже сильнее, чем ты. Словно она за ночь завершила весь путь превращения.

— Может, из-за испытания? — передёрнул очередной раз плечами Юрий, пытаясь уйти от прикосновений, — вы же все видели, что и маккалы были удивлены. Надо дождаться её. Она точно-точно всё расскажет. Интересно, а она сильнее стала? И почему оно так на неё повлияло?

— Ну, она проходила испытание как фотианка, — вспомнил Игнат, — а не как друг расы, скорее всего, из-за этого. Она же только будет фотианкой, а пока ещё нет.

— В смысле будет фотианкой? — отвлеклась от изучения крыльев Лилия. — Так будет со всеми нами?

— С теми, кто хочет остаться, — признался Игнат, пытаясь как можно точнее вспомнить речь Райзора, — мы станем настоящими маккалами. Нас привяжет к этому миру источник, он нас испытывал во снах и решал, достойны ли мы. Я тоже начал меняться, хоть и меньше, Юрий больше. А Ева вот… совсем изменилась.

— А ты, — напялил на себя кофту обратно паренёк, — ты хочешь остаться?

— Я пока не знаю, — пожала плечами Лилия, убирая блокнотик, — тут интересно. Новый мир, магия, неизвестные вещи. Но и на Земле ещё много неизученного, а ведь там хватает исследователей. А тут придётся всё делать самóй. У них совершенно не структурированные книги о мироустройстве. О чарах информация полная, а вот в остальном всё совсем грустно.

Подобные размышления несколько озадачили как Юрия, так и Игната. Ну и правда, кто же, выбирая между миром магии и Землёй, выберет последнюю, учитывая, что никаких привязанностей к родной планете нет? А их точно не было, Игнат знал, что Лилия осталась из семьи одна.

Ева не просыпалась несколько дней, впрочем, Райзор, осмотрев спящую, сказал, что волноваться не стóит. Компания тем временем изучала поселение, знакомясь с проживающими в нём маккалами. Они вполне дружелюбно общались с путешественниками, но были достаточно вспыльчивыми. Несмотря на несколько драк, всё проходило довольно неплохо, даже получилось выяснить интересные вещи насчёт душтамы.

Оказалось, что тот прибыл к фотианцам, когда некоторые из них ещё владели магией. Дух не только не подчинялся правилам поселения — особенно тем, что касались испытания, — но и попытался напасть на жителей. Поэтому маги заперли его в ловушке, нанеся магическое плетение на дом, где тот остановился. Плетение запитали от одного из вулканов, так что оно действовало до сих пор. Душтама не мог ни покинуть поселение, ни воспользоваться магией, да даже переселиться в другое тело у него не получалось. Фотианцы не были учёными, подобно нероанцам, однако создание артефактов, а именно им и стал дом, являлось их стезёй, в этом их не смогли переплюнуть другие расы, как бы ни старались.

То, что душтама фактически был в ловушке, значительно облегчало задачу, и ребята много времени тратили на упорные тренировки. К сожалению, с их появлением в этом мире течения магии стали меняться — пока незначительно, но дальнейшие преобразования могли бы разрушить существующие плетения. Для этого было достаточно микроскопического смещения нынешних линий.

Как уверял Зратовен, в дальнейшем изменения будут всё сильнее, поэтому изгнание необходимо осуществить как можно скорее — для того, чтобы трансформации шли как можно более ровно. Ведь вмешаться в текущие изменения намного проще, чем запускать собственные, и дракон с Айкуром волновались, что подобное душтама может сделать в любом состоянии.

Поэтому тренировки были неотъемлемой частью этих дней: ребята то активировали различные артефакты, пытаясь управлять созданными щупами, то пробовали плести чары самостоятельно. К концу недели у каждого из них уже получалось создать светлячка, причём их крайне удивило различие цвета сияния. Игнат долго любовался своим зелёным огоньком, почему-то ему казалось, что именно создание такого простейшего плетения окончательно привязало его к этому миру.

Наконец, вечером шестого дня Ева очнулась. Она действительно сильно изменилась и теперь не отличалась от здешних фотианцев. При этом девушка стала гораздо сильнее. Того же светлячка она создала всего через несколько часов тренировок. Пришло время вызвать Зратовена и изгонять душтаму из этого мира.

Вызов дракона произошёл буднично: Райзор связался с ним, и теперь они просто ждали. Зратовен появился порталом. Игнат видел подобное перемещение впервые: в воздухе появилось небольшое окно, даже не так, будто дымка или, скорее, плёнка, сквозь которую было видно всё остальное. Затем она стала немного плотнее, надулась, подобно мыльному пузырю, и лопнула, оставив на поляне весело смотрящего на компанию Зратовена.

Он принёс с собой ещё несколько артефактов, которые должны были защищать путешественников от вселения в них душтамы и большинства ментальных атак. Как бы они не хотели отложить этот час, медлить было нельзя. Дракон с обеспокоенным видом оглядел плетение и сообщил, что из-за близости компании к нему, и тем более из-за пробуждения сил Евы, оно скоро разрушится. Оставалось ему меньше месяца, а возможно, счёт шёл на считанные дни.

Компания выдвинулась в путь, вооружившись до зубов, как назвал это неунывающий Юрий, а по мнению Игната — просто нацепив на себя все подготовленные артефакты. Дом для душтамы располагался недалеко, но вокруг него никто не жил, да и в принципе путешественники были единственными, кто приблизился к нему за долгие годы. Им повезло, что фотианцы хранили все записи о произошедшем на уже новом наречии, и только поэтому знания о месте заточения духа дошли до сегодняшних дней.

Игнат тяжело вздохнул, смотря на запущенный дом, казалось, что он пустовал, однако мужчина, даже стоя на отдалении, смог почувствовать ту черноту, что в нём находилась. Было ощущение, что и воздух был иным, с трудом поступал в лёгкие. По задумке Зратовена, они должны были войти в дом и бороться с духом именно там. Плетения на здании, с одной стороны, помогли бы им, потому что дух не смог бы там применить магию, а с другой — для них активировать артефакты в доме тоже будет затруднительно. Впрочем, вряд ли получится победить душтаму светлячками, а против Зратовена подобные плетения были бессмысленны, он колдовал совсем иначе, нежели дух или маккалы.

Дом внутри ничем не напоминал уже полностью знакомые строения фотианцев или жилище Скилара. Полнейшее запустение, при этом ни пыли, ни паутины, ни признаков какой-либо жизни, наподобие мелкой живности, что всегда появляется в домах, за состоянием которых не следят. Затейливый жест Зратовена — и с комнаты спала иллюзия, открыв разруху. Сломанная мебель явно показывала, как дух выпускал злость на своё заключение, на стенах были глубокие царапины, в углу лежало тело нероанца, он явно был мёртв.

— А вот и последнее пристанище душтамы, — тихо произнёс Зратовен, подходя к лежащему, — но оно брошено, а значит, дух сейчас в псевдоматериальной оболочке. Держитесь рядом, ни в коем случае не покидайте зону видимости остальных — да, он не может в вас вселиться, но обязательно попытается.

Компания обходила комнату за комнатой, старательно соблюдая все меры предосторожности. В одной из них Зратовен задержался, он тщательно осматривал все стены, когда вдруг сверху на иномирцев обрушилась странная слизь. Она чёрным облаком окутала всех стоящих, но их волшебным доспехом защищали артефакты, и тонкая плёнка раз за разом отталкивала нападавшую на них темноту. Однако видимость это затрудняло, и компания никак не могла сделать то, что было запланировано, не находя друг друга. Они должны были взяться за руки, организовав вокруг душтамы неразрывную цепь. Но как можно это сделать с тем, кто сам окружает тебя?

Судорожно ощупывая всё, Игнат смог зацепиться за чью-то руку, крепко сжав её своей. Затем он почувствовал прикосновение с другой стороны — и тут же схватился за конечность ещё одного сотоварища. В итоге они смогли сделать задуманное: цепь замкнулась, и темнота тут же стала рассеиваться. Все участники четвёрки крепко держались за руки и тяжело дышали — странно, но в общем-то простые действия отняли у них куда больше сил, чем можно было бы представить. Активировав артефакты, висящие на их запястьях наподобие браслетов, они сделали круг нерушимым вдвойне, ведь теперь их хватку дублировала цепь, отливающая серебром.

Настал черёд Зратовена, и теперь иномирцам лишь нужно было поддерживать его своими силами, ни в коем случае не отпуская рук друг друга.

— Отпусти, — вкрадчивый шёпот вкручивался прямо в голову, словно минуя уши, — отпусти, и ты сможешь овладеть такой мощью, что и представить не можешь. Ты станешь правителем этого мира, превзойдёшь силами этого престарелого дракона. Отпусти, вам всё равно не справиться со мной. Я лучше, меня не победить.

В ответ на эти слова Игнат лишь крепче сжал руки, почувствовав, что аналогично поступила и стоящая слева Ева.

Зратовен читал непонятные строки, что осязаемыми цепями ложились на душтаму, который становился всё меньше. Голос в голове затихал, победа уже почти была в их руках. Но тут Игнат почувствовал, как ослабевает хватка Лилии, стоящей справа, и попытался это компенсировать. Однако кисть девушки будто выскальзывала из его ладони. Говорить было нельзя, но стоило привести девушку в чувства.

Игнат помнил о том, что в кармане на плече у него есть небольшой шест, помогающий в путешествиях. Если зажать его в ладони, то он вырастал до того размера, который необходим, то есть пока не достигнет земли или какой-нибудь поверхности. Нужно было активировать его, но физически это не представлялось возможным в таком положении… Закрыв глаза, мужчина сконцентрировался на ощущениях, как наяву представив шест в руке. Создав щуп магии, он обвил предмет, ориентируясь лишь на свои представления о том, где он находится, и пустил большой импульс, стараясь одновременно сжать его. То, что ему удалось это сделать, Игнат понял, когда получил в ухо внезапно выросшим шестом. Впрочем, удар задел и Лилию — и она, вздрогнув, покосилась на обидчика. Хватка девушки вновь усилилась, и Игнат с облегчением выдохнул.

Пока он занимался активацией артефакта, Зратовен дочитал последние строки и замолчал. К этому моменту душтама напоминал кокон бабочки, настолько плотно он был обвит созданными цепями.

— Не разрывайте круг, — выдохнул Зратовен, — вы молодцы. Последний этап, активируйте!

Ребята синхронно направили импульсы магии в броши на их груди, теперь предстояло подавать в них ровный беспрерывный поток. Благо душтама больше не вкручивался своими соблазнительными речами в головы, и можно было сосредоточиться.

«Терпи, терпи», — уговаривал себя Игнат, сжав зубы, чтобы наружу не прорвалось ни звука. Казалось, что он взвалил на себя каменную плиту, и та с каждым мгновением становилась всё более неподъёмной. Впрочем, судя по побледневшему лицу Юрия, который стоял напротив, он был не одинок в своих ощущениях.

Новые катрены Зратовена в этот раз вытягивали из артефактов нити, делая их более весомыми и закручивая в водоворот на полу, в него и начало затягивать закутанного душтаму. Сил почти не оставалось, Игнат чувствовал, как снова слабеет хватка, на этот раз уже с двух сторон, девушкам становилось не по себе, и они постепенно оседали на пол. Переглянувшись с бледным как мел Юрием, мужчина крепче сжал руки Евы и Лилии.

Слова дракона всё сильнее закручивали водоворот нитей из артефактов — и вот душтаму почти полностью затянуло в него. Сначала была видна половина кокона, затем — четверть, а потом — лишь небольшой краешек. Всё, он полностью скрылся. Нити постепенно угасали, оставляя после себя лёгкую дымку.

— Всё! — Игнат услышал резкий выкрик Зратовена перед тем, как осесть на пол. Сил не было уже совсем, даже для того, чтобы держать глаза открытыми, требовались немалые усилия. На мужчину опустилась темнота, но уже не вязкая, а успокаивающая, словно тёплые объятья.

Пришёл в себя он в знакомой спальне дома, который им выделили фотианцы. Странно, но казалось, что дышать стало проще — и теперь, даже не задумываясь, Игнат мог почувствовать своё ядро. Погрузившись в медитацию, что далось до смешного просто, мужчина увидел неимоверных размеров лес с гигантским деревом в центре, его источник вырос в десятки раз и казался цельным, завершённым. Вернувшись в реальный мир, Игнат осмотрел себя: он был гианцем, причём не просто выглядел как маккал, а стал им, он явно чувствовал связь с Чартатво внутри.

Соседняя кровать была пуста, а значит, Юрий уже проснулся. Игнат, довольно шустро поднявшись, осознал, что тело чувствуется очень лёгким, хоть при этом он видел, что его габариты, наоборот, увеличились.

В гостиной сидела Лилия, о чём-то разговаривавшая с Зратовеном. Мужчина с удовлетворением отметил её голубые волосы, понимая, что девушка, наконец, приняла этот мир, и вышел на улицу.

— Юхху-у-у! — оглашал радостным криком окрестности летающий Юрий. Рядом с ним крутился Войсош, а Райзор скептически смотрел на это, сидя на крыше.

— Ты проснулся, — Ева, как всегда, незаметно подошла сзади, — отлично выглядишь!

— Спасибо, и чувствую себя так же, — повернулся к девушке Игнат, отмечая её потемневшие глаза, ставшие почти чёрными, — долго я спал?

— Я проснулась первой, потом, почти сразу, Юрий, — взмахнула рукой девушка, показывая на неугомонного паренька, — через день пробудилась Лилия, а спустя несколько часов после неё — ты. С победы над духом прошло три дня. Зратовен сказал, что мы привязывались к этому миру источников. Хоть и отказался пояснять конкретнее, решил, что мы узнаем это тогда, когда вернёмся в горы.

— Всё верно, — весёлый голос Зратовена раздался почему-то сверху, — и как раз возвращением мы сейчас и займёмся. — Подняв головы, парочка обнаружила сидящего рядом с Райзором мужчину. — Собирайтесь, — жизнерадостно отдал команду он, спрыгивая с крыши, — а я пойду с жителями деревни поговорю. Я им книги по магии обещал. Вот уж не подумал бы, что именно фотианцы сохранят знаний больше остальных. Он быстро удалился, помахивая небольшой сумкой. Игнат не за что бы ни поверил, что Зратовену уже пара тысячелетий, если б не знал этого.

Сборы не заняли много времени, всё же вещей у теперь уже бывших иномирцев почти не было, а артефакты можно было запихнуть в сумку одним движением. Поэтому Игнат, быстро упаковавшись, пошёл проведать маккалов, с которыми общался в дни ожидания пробуждения Евы. Те оживлённо беседовали со Зратовеном, так что, не решившись их побеспокоить, Игнат развернулся, пожелав просто прогуляться по деревне. Теперь он чувствовал почву под ногами — и казалось, что он может делать с окружающими его камнями всё что угодно, на что только хватит фантазии. В будущем он искренне благодарил судьбу за то, что не решился на подобную глупость. Это вытянуло бы из него все силы, ведь работать чистой мощью, без плетений, было крайне неэффективно и требовало неимоверных затрат.

Насладившись прогулкой, он вернулся к дому, где его ждали остальные путешественники. Зратовена пока не было, так что Игнат с облегчением выдохнул: не хотелось бы опоздать на отбытие, да и очень интересно было попробовать перемещение порталом, пусть девочки и признавались, что ничего особенного в самóм процессе нет.

— Ну что, все готовы? — жизнерадостный Зратовен подошёл к компании с уже пустой сумкой, — мы отправляемся.

— Порталом, да? — Юрий активно жестикулировал, стараясь выяснить сразу всё, что хотел, — а мы все туда поместимся? А это больно? Или как полёт? А…

— Нет, не порталом, — улыбнулся мужчина, — мы полетим, портал в Драконьи горы создать невозможно, даже для меня.

— Полетим, — ни на секунду не задумался паренёк, взлетая, — а как? Я не утащу всех. А мы сможем? А не замёрзнем?

— Полетим, — тихий голос Зратовена плавно превратился в рокочущий, — я всех унесу.

И тут произошло нечто, от чего у окруживших путешественников фотианцев перехватило дыхание. Зратовен начал меняться. Сначала по его коже пробежала золотая рябь, словно под ней зажгли тысячи крошечных огоньков. Потом его силуэт поплыл и начал стремительно расти, вытягиваясь в огромную, покрытую сияющей чешуей форму. Раздался негромкий, подобный перезвону хрусталя, щелчок — это сомкнулись за его спиной мощные крылья, затмевая солнце. Теперь перед ними стоял золотой дракон, размерами напоминающий большой автобус, от которого исходило ощущение безмерной, древней силы и спокойствия.

Фотианцы, только начинающие постигать магию, застыли в немом шоке. Один из мужчин невольно отшатнулся, чуть не падая и ухватываясь за застывшего столпом соседа. Дети же, наоборот, глядели на дракона с широко раскрытыми от восторга глазами, забыв обо всём на свете. Для них это было чудо, сошедшее со страниц сказок.

Игнат и его друзья, уже видевшие магию, смотрели с благоговейным трепетом. Это зрелище не пугало, а поражало своим величием.

Когда преображение завершилось, Зратовен прилёг на живот, раскинув крылья.

— Залезайте, — голос раздался прямо в голове, — не беспокойтесь, упасть с меня невозможно, если я, конечно, сам не захочу вас сбросить, — после небольшой паузы со смешком добавил он.

Попасть на спину дракону по ставшему твёрдым крылу было довольно просто, так что спустя всего несколько минут все уже разместились сверху. Странно, но сидеть здесь было вполне удобно, чешуя казалась мягкой, хоть вряд ли была такой на самом деле.

Дракон не стал разгоняться и, сделав всего два взмаха крыльями, поднялся в воздух. Это точно была магия, сам полёт тоже проходил необычно: ветер совсем не ощущался, как и низкие температуры. Внизу мелькали поля, небольшие холмы и поселения. С такой скоростью, по ощущениям Игната, весь путь занял чуть больше часа. И вот уже перед ними во всей красе предстали знакомые горы. С высоты они напоминали спящего дракона. Зратовен отправился к ним, стремительно пикируя. Казалось, что они вот-вот разобьются, но у самых скал возникла плёнка портала. Небольшая вспышка — и они уже стояли в знакомой гостиной, Зратовен вновь принял обличье человека.

Игнат потом часто вспоминал разговор, произошедший после их возвращения.

— Вы выбраны не просто так, — начал Зратовен, присаживаясь в кресло и активируя взмахом руки голограмму, — поиски велись, основываясь на критериях источника. И пусть они были несколько видоизменены, учитывая особенности вашего мира, но тогда подходили именно вы. Затем проводилась долгая работа с вашими ядрами, хоть они тогда и не были развиты. Постепенно, шаг за шагом, источник приводил вас к его идеалу, и лишь когда вы были готовы, он собрал вас всех вместе и переместил. В тот момент, когда вы очутились в Чартатво, работа продолжилась. Помните, я говорил о своеобразном фильтре источника, который решал, достоин ли маккал магии? Теперь его критерии были изменены, и вы стали эталоном, неким шаблоном, на который он ориентировался. Поэтому он постепенно стал преобразовывать и всё остальное, начав с лей-линий. Загрязнённая магия постепенно вытеснялась, так что многие маккалы могли почувствовать прилив сил, а у тех, кто тренировался в создании чар, были успехи. Впрочем, это привело и к началу разрушения плетения, сдерживавшего душтаму. А когда мы его изгнали, он забрал оставшуюся тьму, что была в Чартатво по его вине. И теперь источник свободен, но он несколько смещён от привычных лей-линий, поэтому пока работает, можно сказать, вхолостую.

— И что с этим можно сделать? — Лилия после изменений стала более изящной, а её глаза значительно увеличились, — это же можно исправить?

— Конечно, — мягко улыбнувшись, продолжил дракон, — это уже не так сложно. Надо лишь активировать библиотеки, думаю, что Войсош говорил вам, что там находятся артефакты для связи с хранителями. На самом деле это не совсем так, они предназначены для безопасного пробития барьера вокруг Чартатво, чтобы золотые драконы могли отправить в этот мир свои эмблемы, ну или хотя бы голос. Для этого они концентрируют в себе лей-линии, проходящие рядом с городами, и создают защищённую воронку. И как раз эта их способность и нужна, ведь она позволит нам поставить всё на свои места.

— И что же нужно для активации? — спросил Игнат, надеясь, что не понадобится вновь выкладываться столь сильно магически. Спать по несколько дней ему совсем не понравилось.

— Магия, — пожал плечами Зратовен, — нужно, чтобы в городах с библиотеками как можно чаще применялась магия. Так что вам следует посетить их все, научив большинство маккалов активировать артефакты и плести заклинания. Теперь те, кто пройдёт отбор источника, вновь смогут читать книги с теорией. На самом деле не так важно, на каком языке они написаны, ведь все созданы с помощью магии. И с её же помощью теперь будут понятны маккалам.

— Значит, нам нужно только показать им, что книги вновь доступны? — деловито осведомилась Лилия. — И для этого мы обязательно должны путешествовать все вместе?

— Нет, это не необходимость, — голос Зратовена всегда оставался спокойным, — но я бы очень советовал начать путь общей командой. Ведь кто знает, может, вы сможете встретить в этом путешествии свою судьбу. Вам уже не нужно возвращаться сюда, хоть мы и будем рады гостям. Я создам амулет для связи со мной, так что в критических ситуациях обязательно обращайтесь.

Сборы в этот раз заняли много времени, ведь Айкур то и дело норовил добавить то новый свитер, то какой-нибудь артефакт в дорогу. И сумки получились довольно объёмными, но, благодаря чарам, лёгкими.

Однажды утром компания, попрощавшись с Зратовеном и Айкуром, выдвинулась в очередное путешествие. Начать решили с Арджаса, по пути заглянув в поселение к Найрону, который точно мог помочь с их новой задачей. В этот раз, когда они уже никуда не торопились и могли наслаждаться пейзажами, дорога была довольно приятной. Делая частые перерывы, они наконец познакомились поближе, и теперь Игнат с чистой совестью мог назвать их близкими друзьями.

На одном из таких привалов мужчина выяснил у Лилии, что она давно решила остаться, а в тот злополучный разговор лишь высказывала свои опасения. Окончательно её убедило именно сражение с духом, когда тот показывал ей, какая бы жизнь могла её ждать на Земле, куда он обещал её отправить.

Найрон и впрямь помог, пусть и не отправился в путь сам, но с путешественниками пошли несколько маккалов из деревни, у которых уже получалось выпускать щупы магии. Дальнейшая дорога была куда более весёлой, ведь, вспоминая свои первые неудачные попытки соприкоснуться с магией, попаданцы старательно учили колдовать других, направляя их так, чтобы те допускали как можно меньше ошибок. Это оказалось не так уж и просто.

— А если я, когда рисую щупом, — допытывался молодой нероанец у Игната, — прекращу подачу магии раньше, то что произойдёт?

— Не думаю, что что-то хорошее, — пожал плечами мужчина, — но, судя по моему опыту создания светлячка, получается короткая вспышка, а иногда и обжигающая искра. В зависимости от того, на каком этапе была прекращена подача магии. А если бы это было более сложное заклинание, то, скорее всего, последствия были бы куда более разрушительными.

— Ну да, лучше не экспериментировать, — согласился нероанец, замедляя шаг, — надеюсь, что я найду ответ в книгах библиотеки.

Они быстро достигли Арджаса, который, к удивлению путешественников, оказался на островах, постепенно поднимающихся в воздух. Юрий припомнил, что Айкур рассказывал о парящем городе, и многие понадеялись вернуться сюда, когда тот займёт полагающееся ему место.

Вокруг Арджаса раскинулось небольшое поселение, жителей которого предстояло убедить подняться в библиотеку. Тут им сильно помог Юрий, легко нашедший общий язык с легкомысленными айранцами. И вот парни с несколькими маккалами из деревни уже находились в пустынном городе и восхищались изящной архитектурой. Некоторые сразу заняли пару пустующих домов, остальные выдвинулись в библиотеку, постаравшись взять как можно больше книг для начинающих, и вернулись обратно. Девушки, оставшиеся внизу, как оказывается, времени зря тоже не теряли и успели научить многих медитировать.

— Я останусь, — призналась Лилия, как только путники снова собрались выдвигаться в дорогу, — я устала путешествовать, да и, — покосилась она на красивого айранца, подмигивающего ей, — встретила кое-кого.

Некоторые из маккалов тоже остались в Арджасе, потрясённые богатой библиотекой и невероятным парящим городом с тонкими зданиями и переходами.

Затем путешественники направились в Найрин, надеясь, что нероанцы будут рады новым знаниям. И действительно, в этот раз их встретили намного более радушно. Видимо, сказывалось очищение мира после изгнания душтамы. И, что уже совсем не удивило Игната, нероанцы легко выдвинулись к городу вместе с ними. Тут понадобились артефакты, учитывая, что Найрин находился под водой.

Как и Арждас, Найрин был великолепен, но по-своему. Здания были разнообразны: и небольшие пузыри, буквально на пару комнат, и просторные дома, похожие на витые раковины. Вокруг мелькали морские коньки, точнее существа, напоминающие их, и самые невероятные рыбки всех цветов и размеров. Игнат подумал, что, если бы Лилия не выбрала айранцев, она бы непременно задержалась тут.

Вдохновлённые открывающимися возможностями, нероанцы отвели путешественников к тёмно-синему течению, сильно выделяющемуся на фоне безмятежной воды.

— Не бойтесь, — успокаивал один из них отпрянувшую Еву, — там вам ничего не грозит, вы же пользуетесь артефактами, вас просто вынесет в нужном месте.

Игнат, обернувшись на остальных и дождавшись их кивков, занырнул туда первым. Его закружило, как на карусели, но болтанка быстро прекратилась, и он, словно на салазках, мчался вперёд. Хотелось кричать от восторга, в этот момент Игнат по эмоциям сам себе напоминал летающего Юрия. Воду он всегда любил — почти так же сильно, как и здешние подземелья.

Впрочем, углубиться в воспоминания он не успел. Труба течения резко сузилась, и его, как через воронку, выплюнуло в спокойную воду. Не дожидаясь остальных, мужчина решил подняться на поверхность и, выполнив задуманное, даже успел активировать карту, когда увидел позеленевшую Еву.

— Ох, что с тобой? — бросился к ней Игнат, на ходу доставая лечебный амулет, — укачало что ли?

— Не-на-ви-жу воду, — отчеканила девушка, принимая артефакт, — больше никогда так путешествовать не буду.

— Да, видимо, фотианцы с этой стихией несовместимы, — весело отметил мужчина, наблюдая, как на лицо девушки возвращаются привычные краски.

За разговором они не заметили, как из воды вышли все остальные. Компания вновь была в сборе, после короткого отдыха путники двинулись вперёд.

Река вынесла их в окрестности государства фотианцев — и вот уже пободревшая Ева шла по знакомым землям. Их путь лежал к Финеру, основному городу.

Как оказалось, огненные маги великолепно справились и без них, успешно освоив библиотеки. А многие уже даже могли похвастаться первыми светлячками. Город больше всех восхитил Еву, Игнат тоже, конечно, оценил высокие здания из магмы с вулканическим стеклом, но температура, несмотря на помощь артефактов, была слишком высока для любящего прохладную погоду мужчины.

— Можно я пойду с вами? — не переставала крутиться вокруг них Фиса, молодая фотианка, одна из первых освоившая управление щупом, — мне скучно!

— Можно, конечно, — Игнат, привыкший к подобному поведению от Юрия с Войсошем, легко согласился, — только вещи собери, мы тут надолго задерживаться не будем. — Говорил он, уже привычно, за всех, не желая оставаться в столь жарком месте.

— А я, пожалуй, задержусь, — подошла к ним Ева, оглядываясь на здание библиотеки, — я нигде не видела столько книг по созданию артефактов, как здесь. Это моё, я чувствую!

Тепло попрощавшись с девушкой, оставшаяся компания достигла Гезиса, города гианцев. Они без проблем обучили здешних маккалов основам магии, особенно старалась знакомая им по сáмой первой деревне пара. Здесь и остался жить Игнат.

— Ну что, ты идёшь? — Фиса забежала в комнату, отвлекая мужчину от воспоминаний, — там уже все собрались.

Сегодня был ровно год с того момента, как Игнат попал в этот мир, и он, несомненно, собирался это отпраздновать. К тому же для вечеринки был ещё один повод: вчера через амулет в библиотеке гианцев с местными маккалами связался первый — конечно, после Зратовена — золотой дракон.