ПРИЗРАК (гет)

Аврора открыла глаза, и мир встретил её пульсирующей болью. Голова раскалывалась — не так, как после бурной вечеринки или бессонной ночи, а иначе: глухо, тяжело, словно кто-то залил в череп расплавленный свинец и тот застыл, давя на виски изнутри. Тело гудело. Каждая мышца ныла, как после долгой болезни. Руки и ноги были ватными, чужими, не слушались.

Она попыталась приподняться, но даже это простое движение отозвалось волной тошноты, подкатившей к горлу. Пришлось замереть и дышать — медленно, поверхностно, чтобы не спровоцировать рвоту. В носу стоял странный запах — спирт, резина, что-то медицинское. И ещё — едва уловимый аромат оружейного масла, который она уже привыкла ассоциировать с одним-единственным человеком.

Саймон.

Она скосила глаза. Рядом с кроватью стояла капельница — настоящая, медицинская, с прозрачным пакетом физраствора и трубкой, уходящей к её собственной руке. Пластырь на сгибе локтя. Игла под кожей. Она замерла, не в силах осмыслить увиденное. Почему капельница? Что случилось?

Она перевела взгляд дальше. На стуле у стены, неестественно прямо, спал Саймон. Даже во сне он не расслаблялся — руки скрещены на груди, плечи развёрнуты, голова чуть наклонена, но поза оставалась собранной, как у солдата в окопе. Футболка на нём была та же, что на вечеринке, но теперь — мятая, с бурыми пятнами. Кровь? Чья кровь? На костяшках — старые пластыри сорваны, вместо них свежие ссадины и синяки. Он выглядел так, будто всю ночь провёл в драке.

Аврора перевела взгляд на себя. Платье. Смятое, сбившееся, но на месте. Почему она в платье? Почему она в его кровати? Почему капельница?

Попыталась вспомнить вчерашний вечер. Вечеринка. Музыка. Эмили тащит её на кухню и что-то рассказывает про Поппи, про Ноя... Ной. Ной был там. Да, точно. Он стоял в окружении девушек, а потом... Провал. Бассейн? Кажется, она выходила к бассейну. Было душно. Очень душно. А потом... Ной дал ей сок. Апельсиновый сок. И после этого всё поплыло.

Дальше — пустота. Чёрная, глухая, без единого образа.

Она зажмурилась и потёрла виски пальцами. Неужели просто перепила? Но она же не пила алкоголь. Совсем. Она обещала Саймону. Или всё-таки выпила? Может, кто-то что-то подлил? Мысли путались, наскакивали друг на друга, не складываясь в цельную картину.

Нужно встать. Нужно найти телефон. Нужно понять, что произошло.

Рора осторожно спустила ноги с кровати. Пол качнулся под ней, как палуба корабля в шторм. Стены поплыли. Аврора схватилась за край матраса и подождала, пока мир перестанет вращаться. Затем медленно, очень медленно, попыталась встать.

Ноги подкосились мгновенно. Колени ударились о пол, и она начала заваливаться вперёд, не успев даже вскрикнуть. В глазах потемнело.

Но падения не случилось. Чьи-то руки — твёрдые, горячие — подхватили её у самой земли, и она почувствовала, как её прижимают к широкой груди. Запах оружейного масла и мыла ударил в нос, и она, ещё не до конца понимая, что происходит, вцепилась пальцами в его футболку.

— Тихо, — раздался над ухом низкий, хриплый со сна голос. — Держу.

— Саймон... — прошептала девушка, и голос сорвался.

— Тебе нельзя вставать. Ещё рано.

Он поднял её на руки и снова уложил на кровать. Поправил подушку, снял капельницу, убрал прядь с её лица. Движения были чёткими, профессиональными, но в них появилось что-то ещё — что-то, чего она раньше не замечала. Или не хотела замечать.

— Что случилось? — спросила она, глядя на него снизу вверх. — Почему я...

— Долгая история. Тебе нужен отдых.

— Скажи, пожалуйста, что произошло?

Райли напрягся. Видно было, что он мешкается и не знает, что ей ответить.

— Я что, перепила? Мне было плохо? Я надеюсь, я не натворила глупостей...

— Аврора.

— Всё-таки натворила...

— Нет. Тебя накачали.

— Что?

— Тебя накачали наркотиками. Это был Ной.

— Ничего не понимаю... Я ничего не помню. Он же подошёл извиниться, протянул мне сок... — Пауза. Глаза Авроры расширились. — Мудак. Он что, мне что-то подмешал в сок?!

Она попыталась от раздражения подскочить, но тело отказывалось слушаться — руки дрогнули, спина отозвалась болью, и она снова упала на подушку.

— Да, — сухо ответил Саймон.

— Твоя футболка в крови... Почему она в крови?

Гоуст посмотрел на девушку пустым взглядом, и от этого взгляда у неё внутри всё похолодело. Позыв к рвоте подступил к горлу, она закрыла рот рукой, а затем прошептала:

— Ты его убил?

— Нет.

— Принеси мой телефон, пожалуйста.

— Тебе нужно отдыхать.

— Пожалуйста.

Райли вышел и через минуту вернулся с её телефоном. Экран горел: двадцать пять уведомлений, тринадцать пропущенных, в чате группы — больше сотни сообщений.

— О господи...

Аврора забегала глазами по экрану. СМС от Эмили — гневные, потом взволнованные: «Ты куда пропала?!», «Я тебя убью за то, что ушла не попрощавшись!», «Ответь, пожалуйста!». Куча сообщений и фото с вечеринки — смеющиеся лица, танцы, бокалы. А затем — новость, пересланная в общий чат:

«В ночь субботы студент академии RADA Ной Флетчер попал в аварию. Множественные переломы, травма черепа. По предварительным сводкам полиции, парень находился в алкогольном опьянении и не справился с управлением. Состояние крайне тяжёлое,пострадавщий в центральной больнице, в реанимации. Очевидцев просим прибыть в участок для выяснения деталей происшествия».

У Авроры похолодели пальцы. Она подняла глаза на Саймона — в них стоял немой страх.

— Саймон?.. Это ты? Ты сделал это с Ноем?

Призрак молча смотрел на неё, не отвечая, не показывая эмоций. Только желваки на скулах обозначились резче.

— Боже...

Аврору снова затошнило. Она едва успела схватить ведёрко, стоявшее у кровати.

— Блять, Саймон, — вытирая рот, прошипела девушка. — Что ты сделал?

— То, что этот ублюдок заслужил.

Аврора не знала, что ответить. Её одолел страх, но и скрывать чувство того, что её это порадовало, она не могла, как бы ни хотела. По факту — он поступил согласно своим основным обязанностям. Правда, это всё равно её пугало.

— Сними, пожалуйста, майку. Иначе меня снова стошнит.

— Хорошо.

Телефон Авроры резко завибрировал. На другом конце провода была крайне эмоциональная Эмили.

— Я видела, что ты прочитала! Сучка, куда ты пропала?! Вы с кузеном просто исчезли! Ты заставила меня нервничать!

— Эмили, пожалуйста, тише. У меня очень болит голова... — еле произнесла девушка.

— Что с голосом? Что с тобой?

— Мне стало плохо. Кажется, я отравилась роллами на вечеринке... Рвало всю ночь... Если бы не С... Адам, я бы отдала душу унитазу.

— О господи, бедненькая! Тебе привезти суп? Лекарства? Может, абсорбенты? Чем помочь? Я вызываю такси!

— Стой! Ничего не нужно, всё есть. Спасибо.

— Ладно... Ты видела новости? Я в шоке! Я просто в шоке! Ты бы видела лицо Поппи. Говорят, они с Ноем поцапались на вечеринке, она напилась, приставала ко всем, а он ушёл пить с Карлом, а потом пропал. Ну, наверное, перепил. Короче, кто-то из ребят видел, как его машина резко сорвалась с парковки, и вроде с ним была какая-то девушка. Но это же не ты была?

— Эмили...

— Ну да, ты, наверное, уже обнималась с белым другом в ванной. Ну и вот, представляешь — мы веселимся, танцуем, я, кстати, познакомилась с басистом одной местной группы, такой душка, весь в татуировках, а его руки... Ух-х-х, так, ладно. Короче, вот — мы там танцуем, и тут копы. КОПЫ! Авророчка, я так испугалась! Сказали, там машина Ноя в кювете. Мы сразу поехали туда. Мигалки, фу, мурашки по коже, куча всего, жуткое зрелище. Я только увидела, как его заносят на каталках в скорую. У него всё лицо было — словно кусок говядины, месиво...

Аврору снова затошнило, и она потянулась к ведру.

— Ой, тебе, наверное, такое слушать не очень. Короче, отец его рвёт и мечет, родителям Карла тоже досталось. Что-то я как всегда... Ну ладно, в общем, поправляйся. Целую!!!

Аврора отключила звонок, не в силах больше выдерживать этот поток. В комнате повисла тишина. Она подняла глаза на Саймона — тот стоял у стены, уже в чистой футболке, и смотрел на неё. Спокойно. Непроницаемо.

— Месиво, — повторила она, глядя ему прямо в глаза. — Она сказала — месиво.

— Она преувеличивает.

— А то, что ты с ним сделал — это не преувеличение?

Саймон помолчал. Затем отлепился от стены, подошёл к кровати и поправил сползшее одеяло.

— Он хотел тебя увезти. Он накачал тебя наркотиками. Я сделал то, что должен был.

— И теперь он в реанимации.

— Теперь он в реанимации, — повторил Саймон ровно, как строчку из отчёта.

Аврора закрыла глаза. В голове смешались страх, облегчение, благодарность и ужас. Она не знала, что из этого сильнее.

Девушка проспала всю оставшуюся половину дня. Лишь к вечеру она почувствовала лёгкое улучшение. За окнами стояла темнота, а за дверью виднелся свет в гостиной. Поток мыслей накрывал Аврору. Что он сделал с Ноем? Неужели Саймон потерял контроль? Что теперь будет? Замёл ли он следы? Как ей теперь вести себя в академии? А с ним? Никто прежде никогда такого не делал для неё. Отец, конечно, заступался в школьные годы и даже посылал на разборки своих подопечных, чтобы те умеряли пыл назойливых мальчишек. Но никогда в её семье никто не применял насилие ради защиты самой девушки. Обычно всегда сохранялась позиция «быть выше этого», «учись сама себя защищать». Но чтобы так...

Рора встала с кровати, поняла, что всё ещё находится в своём платье, и постаралась найти хоть что-то, во что можно переодеться. Майка с огромным черепом, висевшая на стуле, подошла как нельзя кстати.

Выйдя в гостиную, она увидела Райли, который громко стучал по клавишам. Наверняка писал очередной рапорт Прайсу. Вот только интересно — упомянет ли он об инциденте с вечеринки?

— Я есть хочу.

Призрак оторвался от ноутбука.

— Аппетит — хороший показатель.

— Может, поедим что-то?

— Да, я заказал доставку. Сейчас погрею еду. Садись.

Аврора приземлилась на диван. Слабость всё ещё не отпускала, тело оставалось ватным и непослушным. Что этот козёл ей подмешал?

Перед ней возникла тарелка с куриным бульоном и сухарями.

— Фу, суп.

— Аврора.

— Ладно, ладно... Мне так хреново было только на выпускном, когда я «Егермейстер» помешала с текилой на спор с Деброй.

Саймон едва заметно хмыкнул.

— А ты ел?

— Да. Я себе тоже взял.

Саймон уже было собрался уйти с тарелкой к себе в комнату, но девушка его остановила:

— Посиди со мной, пожалуйста.

Гоуст, словно по приказу, сел рядом, едва касаясь её плеча.

— Саймон... Скажи мне, он со мной что-то сделал?

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

— Знаю, и всё. Ешь.

Аврора уткнулась носом в тарелку. Ей было крайне неловко выяснять детали, но и не знать их тоже было нельзя. Немного помедлив, она без всякого смущения положила голову на каменное плечо Призрака. Тот слегка дёрнулся. Маленькая слезинка упала с её ресниц.

— Спасибо, Саймон.

— Это моя работа. Мне за это платят. Забыла?

— Какая же ты задница! — сквозь всхлип произнесла Аврора. — Но всё равно спасибо. Для меня такого никто не делал.

— За тебя никто не заступался?

— Заступались, но не так. Мне правда приятно... Хотя это пугает.

— Ешь суп. Остынет.

— Угу.