Таверна Серого Ручья (гет)

Ярмарка закончилась неделю назад, и с тех пор в таверне стало намного тише. Сюда иногда заходили местные жители, было даже несколько пьянчуг-постояльцев, но по сравнению с ярмарочной суматохой это была сущая пыль.

Раф и Джером справлялись хорошо, им понадобилось меньше недели, чтобы ко всему привыкнуть. И дела у Стола шли неплохо, тем более у него появился новый помощник.

Он протирал стойку от разлитого пива и смотрел на полурослика. Прямо напротив стойки ему соорудили небольшую сцену, чтобы его было видно всей таверне. Там он в свободное время исполнял свои старые песни и практиковал новые. А в загруженные дни помогал парням разносить и наливать пиво.

Глядя, как Джек внимательно перебирал струны своей лютни, Стол вспомнил последний вечер ярмарки и их разговор.

— Здесь стало так хорошо, — говорил ему Джек на полупустой ночной площади. — Столько улыбчивых людей, новые дома, кузня и лесопилка наконец-то работают. Мне кажется, деревня понемногу начинает оживать.

— Надеюсь на это, — ответил ему Стол. — Когда я сюда только приехал, мне было больно на неё смотреть: разрушенный колодец, мост, люди постоянно покидали это место. А сейчас…

— Сейчас здесь хочется жить.

Стол улыбнулся.

— Надеюсь.

— Что-то мне подсказывает, что без твоей помощи здесь не обошлось.

— Возможно, — с той же улыбкой ответил полуорк. — Так оставайся, — внезапно выпалил он. — Мне бы пригодился такой официант и зазывала, как ты. Ведь без тебя я бы сегодня не справился.

Джек с надеждой посмотрел на Стола. К ним как раз подошли его жена и дочь.

— Пап, а можно мы ещё на денёк здесь останемся? — протянула девочка.

Джек прижал девочку к себе и ещё раз оглянулся. Он задумчиво посмотрел на полуорка и решительно произнес:

— Мы уже долгое время ищем место, которое могли бы назвать своим домом, и что-то мне подсказывает, что мы его наконец-то нашли.

Стол опять улыбнулся и подошёл к семье Джека, чтобы обнять своего нового работника и друга.

Громкий скрип открывающейся двери привёл Стола в чувства. Он всмотрелся в конец таверны, где прямо сейчас находилось около пяти посетителей, и на входе увидел знакомое лицо с клювом.

— Приветствую! — махнул он крылом.

Раф, который дремал за барной стойкой, раскрыл глаза, а Джером, который лениво колдовал заклинание уборки, посмотрел на нового посетителя.

— О, не представишь меня своим друзьям? — обратился он к Столу.

— Это Раф, — указал он на кобольда, — а этого юношу зовут Джером, а это…

Он указал на полурослика.

— Джек, мы уже с Варэном знакомы.

— Да, — кивнул кенку. — Я пришёл не просто так. Я помню, что в долгу перед тобой, Стол.

— Что ты опять натворил? — улыбчиво спросил Джек.

— Кхм, не важно, — неловко сказал кенку. — Но важно то, что в конце лета гномы возвращаются домой после долгого времени, проведённого в шахтах. Кто-то из них идёт к семье, кто-то в родную деревню, а те, кому некуда идти, ищут, где могут потратить заработанные там деньги. Понимаешь, о чём я?

— Что ты имеешь в виду? — удивился Стол.

— У меня есть пара знакомых, а у тех есть ещё несколько знакомых. И я передал им, что в Сером Ручье подаётся самое вкусное пиво во всём Крае Острых Шипов, — гордо произнёс Варэн.

— Это отлично! — обрадовался Стол.

— Но есть одно «но» … — перебил его кенку. — Гномы, конечно, любят пиво, но больше всего они любят вкусно поесть, так что советую запастись едой. Несмотря на свой невысокий рост, они могут быть очень прожорливыми.

И тут Стол вспомнил своего друга Джера. Тот и правда был не выше ребёнка, зато, когда дело доходило до еды, набирал себе такую же порцию, как и Стол, а иногда даже больше. Правда, ему никто ничего не мог сказать, ведь он сам и готовил эту еду. Хорошо устроился, коротышка.

Стол открыл ящик, в котором хранились деньги. С виду там была неплохая сумма, но если отбросить все медные монеты, то оказалось не так уж и много. Он вёл подсчёты лично, хоть цифры ему давались нелегко. Кружка пива стоила около пяти медяков, еда могла стоить уже один-два серебряника. Больше всего приносили комнаты, которые он сдавал за пять-восемь серебряников за ночь. К сожалению, их было всего три.

«Нужно было открывать постоялый двор и просто сдавать комнаты», — подумал он.

Итого, за вычетом расходов, чуть больше чем за неделю со дня открытия он накопил, если перевести всё в золото, двадцать три золотых монеты, шесть серебряных и четырнадцать медяков. Понятное дело, что почти все деньги были в медяках, но даже Стол понимал, что десять медяков равны одному серебряному, а десять серебряных — одному золотому.

Еду для таверны в основном готовила Ханна. Женщина довольно недурно стряпала и, когда ей не нужно было ухаживать за своим яблоневым садом, работала у него поварихой.

Но готовить — это одно, самое главное — продукты, которые, к сожалению, он покупал у самого богатого и скупого фермера в Сером Ручье — Руфуса. Он был готов часами спорить со Столом о цене на зерно или мясо. Казалось, мужчина готов был удавиться за лишний медяк, и когда речь заходила о закупке товаров, Стол приходил в уныние, ведь ему опять нужно было иметь дело с этим скрягой.

Оставив Джека за главного, он вышел на крыльцо таверны. На улице был прекрасный день, и он вдохнул полной грудью. На площади ходили люди: кто-то сидел на лавочках, кто-то точил воду, а кто-то куда-то направлялся.

Огромная волосатая фигура приблизилась к Столу и протянула ему свою лапу.

— Мы официально не знакомились, — произнёс медведь, который ходил на двух ногах. — Меня зовут Урик, — добавил он.

— Стол, — удивлённо ответил он, пожимая его волосатую руку.

Он вспомнил, как ещё в самом начале, показывая деревню, Варэн рассказывал ему о медвелюде, который здесь живёт.

— Возможно, вы уже слышали, что я занимаюсь пчёлами. Больно уж люблю я мёд, — начал Урик. — А в конце лета как раз цветёт удивительный цветок. Собирая его, пчёлы создают восхитительный мёд, съев ложечку которого вы получите заряд бодрости на целый день.

— Бодроцвет? — вмешался Джером, который как раз вышел из таверны.

— Он самый, — кивнул медведь.

— А почему не работаешь? — поинтересовался Стол.

— Перерыв, — ответил Джером и направился прогуляться.

— Пасек у меня шестнадцать, и весят они немало. Я бы не отказался от помощи. В прошлом году я потратил на них весь день, а потом ещё неделю спину лечил, — он машинально взялся за поясницу.

— Я бы рад помочь, но, к сожалению, у меня дела в таверне. Мне нужно закупить мясо и наварить пива к приходу гномов.

— Я слышал, что в этом году они вернутся раньше обычного.

— Наверное.

— Очень жаль. Но если передумаешь, я буду ждать тебя дома, — добавил Урик и направился прочь.

Стол впервые отказал жителю, и ему было не по себе. Ему показалось, что он оскорбил доброго здоровяка, и он даже начал винить себя в том, что его пчёлы не принесут в этом году мёд. Но руки у него были связаны. Напоследок Варэн сказал, что гномы придут уже завтра, поэтому нужно было спешить.

Быстрым шагом он направился к полю Руфуса. До него оставалось больше сотни шагов, а Стол уже слышал его крик. Фермер объяснял Дибу и Дабу, как правильно собирать пшеницу. Бедные огры стояли как вкопанные, вылупив огромные глаза на мужчину, который в этот момент кричал на них во всё горло.

— Неправильно вы делаете! — не унимался фермер. — Широкую на широкую, а вы что делаете? Вы вообще смотрите, что держите в руках?

Стол подошёл ближе и поздоровался.

— Чего тебе? — сразу обратился к нему Руфус.

— Мне нужно мясо и пшеница для пива. И чем больше, тем лучше.

Руфус довольно улыбнулся.

— Что же ты сразу не сказал? Пойдём. А вы учитесь косить зерно! — прикрикнул он на своих работников.

Они подошли к огромному амбару, который был покрыт трещинами и, судя по всему, не видел свежей штукатурки ещё с прошлого десятилетия. Зато внутри всё было аккуратно разложено по полкам. Слева стояли мешки с зерном, справа лежали овощи, а посередине хранился корм для скота.

— Семь мешков свежего зерна, — Руфус указал налево. — Здесь около двухсот килограммов. Тебе отдам всего за четыре золотых.

— Четыре золотых за зерно? — Стол нахмурился. — Ты же в прошлый раз продавал дешевле.

— В прошлый раз ты покупал один мешок, а сейчас хочешь оставить меня без зерна, — проворчал Руфус. — Не нравится — иди ищи другого фермера.

Стол посмотрел на мешки, потом на фермера.

— Три золотых.

— Четыре.

— Три с половиной.

— Четыре.

— Жадный ты человек, Руфус.

— Зато зерно хорошее.

Стол тяжело вздохнул и достал кошелёк.

Торговля затянулась на долгие часы. Руфус торговался буквально за каждый медяк, и в какой-то момент у Стола от этого разговора начала болеть голова. Но в итоге ему удалось докупить десять килограммов свежей свинины, которую он чудом выторговал всего за два золотых, два десятка куриных тушек ещё за два золотых, два больших бараньих окорока, три десятка яиц и целую корзину овощей: картофель, лук, морковь и капусту. На всё это он потратил около десяти золотых.

— Пусть Диб и Даб принесут всё это мне к вечеру, — сказал Стол.

— Ещё чего? Это мои работники.

— А кто их тебе привёл, напомнить?

— Хочешь доставку — плати деньги!

— Сколько?

— Пять серебряных.

— Ты с ума сошёл? — Стол уже начинал выходить из себя.

— Тогда неси сам. Я слыхал, у тебя есть работники в таверне, вот пусть они и несут.

— Пять серебряных, и они идут со мной сейчас, а вечером возвращаются обратно.

— Это ещё зачем? — удивился Руфус.

— Есть одно дело. Так ты согласен?

Руфус протянул ему руку.

— По рукам!

Перенеся продукты в таверну, Стол велел ограм отправиться к медвелюду. Он всё ещё не переставал думать об Урике, и ему очень хотелось помочь ему. Поэтому Стол придумал этот план и решил взять огров в аренду. Сейчас ему как раз нужно было помогать Ханне готовить еду, а Диб и Даб могли бы с переносом пасеки.

Тогда Стол ещё не знал, каким боком ему выйдет это желание помочь.