Преданные огню записи (джен)

Ты — один из Квэнди, твоя суть — придумывать имена вещам, событиям и явлениям, и ты понимаешь: поступок называют дурным или благим исключительно по желанию того, кто говорит. Ты сам можешь придумать дюжину и не одну имён любому делу, даже самому простому, самому, казалось бы, однозначному. Ты можешь сделать смешным скучное и наоборот, можешь заставить загрустить от весёлого, разозлиться от страшного, испугаться ерунды. Слово для Квэнди — больше, чем просто речь. Это краска для жизни, и только ты можешь её выбрать себе и тем, кто рядом, либо покорно принять разрисованное другими.

Ты на миг допускаешь обвинение себя в торге с моралью и честью, но тут же вспоминаешь главное: убитый тобой враг — благо для тебя и твоих близких. Да, у орков тоже есть родня, которая, возможно, опечалится гибели родича не меньше, чем горевали бы о тебе самом в твоей семье. Убийство — дурной поступок, но смерть врага — благо. И лучше, если погибнет не только тот, кто держит оружие, но и все, способные отомстить за него, сейчас или годы спустя. Да, речь о детях врага, как бы это ни звучало. Маленький орчонок неминуемо вырастет во взрослого орка, способного на жестокость. Он не проявит жалости к маленьким эльфам, Квэнди обязаны это принять. И ты тоже.

Ты понимаешь, что пока воюешь на землях эльфов, не встречаешь ни жён тех, кто нападает на тебя, ни матерей, ни детей. Но однажды, когда добро начнёт побеждать зло, война уйдёт с твоей земли на вражескую, и на пути встанут дома. Обычные жилые дома. Не захваченные вражеской армией поселения эльфов, а родные орочьи — такие, где рождаются, играют свадьбы, растят потомство, существуют, как умеют. И смерть всех здесь — для тебя благо. Потому что ты не должен позволить вырасти новой вражеской армии, когда уничтожаешь уже имеющуюся.

И как это называть, решать тебе самому. Либо тому, кто в итоге возьмёт верх в этой войне.