Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон (джен)

Фортуна решила сделать для Кроу исключение и высказать свою благосклонность: Рейвен умудрилась удержать язык за зубами. А в целом неделя прошла незаметно за сбором информации о бандах, играми с Эмбер и попытками отбиться от бесконечных расспросов Айронвуда: одобрила ли Кали предложенные им условия встречи? Взрослый Айронвуд понял бы концепцию «Ей требуется время подумать», но вот юный Айронвуд был тем ещё нетерпеливым поганцем.

Справедливости ради, все подростки — те ещё гады, но те, кому военное государство поручило важные миссии, умудрялись раздражать особенно сильно. Его партнеры по команде вели себя не лучше: большую часть времени они ходили по пятам за Уиллоу, но при этом не упускали случая бросать на него подозрительные взгляды. Подмывало устроить им разнос прямо в коридоре, но это тут же дошло бы до высокопоставленных чинов Атласа, а те точно бы всё переиначили так: якобы он угрожал не парочке школьников, а целому королевству.

В интернете почти не было информации ни о Красных Топорах, ни о Короле. Слово "король" настолько часто встречалось в запросах, что не было возможности найти именно нужную информацию. Да и вообще, интернет сейчас был каким-то бардачным по сравнению с тем, к чему он привык. Сплошные всплывающие окна, некачественные веб-сайты и никакого стриминга музыки. Он не был таким большим музыкальным фанатом, как Янг, но возможность составить плейлист — это то удобство, которым он привык пользоваться во время путешествий.

«Я мог бы сказочно разбогатеть, если бы воспользовался хотя бы половиной того, что знаю о будущем, — подумалось ему. — Но нельзя купить возращение к жизни погибших друзей».

Или купить счастье. Один взгляд на Шни из будущего делал это очевидным.

Удалось найти только несколько упоминаний мелких стычек и парочку статей о преступлениях в Вейле, где фигурировал топор. Убийство члена банды, побежденного им и Рейвен, даже не попало на первые полосы газет в Горе Гленн. Информацию скрыли либо с целью избежать паники, либо считая, что такой отброс не заслуживает освещения в печати.

Послышался стук отодвигаемого стула. Рядом присел Ублек.

— Ты просил встречи.

— Я хотел тебя кое о чём спросить, — кивнул Кроу, сворачивая веб-страницу. Толку от неё всё равно не было. — Я навожу справки об одной банде, действующей в Вейле и Горе Гленн. Наркоторговцы, возможно, занимаются вымогательством, но точно не знаю. Красные Топоры. Слышал о таких?

— Боюсь, я ничем не могу помочь.

Для Ублека это был необычный ответ.

— Не можешь? — уточнил он. — Или не хочешь?

— Не могу, — улыбнулся третьекурсник. — Наше агентство не занимается внутренними угрозами такого рода. Бюджет и так трещит по швам, а нам нужно сосредоточиться на более масштабных проблемах: террористах, Гримм, иностранном шпионаже. Преступность, конечно, вредит королевству, но для борьбы с ней существует полиция.

— То, что она «должна» этим заниматься, ещё не значит, что она это делает.

— Я в курсе. Нам действительно время от времени приходится одёргивать зарвавшихся чиновников, особенно в рядах полиции, но если эта банда действует давно, то хорошо знает, как избегать лишнего внимания. Я бы помог, если бы мог, Кроу, но я знаю даже меньше тебя.

— Ясно, — очередной тупик. — Спасибо, что смог уделить время.

Ублек встал с места и направился на выход из школьной библиотеки, оставив Кроу возиться с компьютером. Голографический терминал погас, но прежде чем Кроу успел встать, стул, на котором ранее сидел Ублек, снова заскрипел. Роман Торчвик, развернув стул, вальяжно расселся на нём и, половил руки на его спинку, пристально посмотрел на Кроу.

— О чём вы только что говорили?

— Не о тебе или твоей подработке. Расслабь булки.

— Смотри мне…

— А не то, что, Роман? Изобьёшь меня? Превратишь мою жизнь в ад? — Кроу издевательски улыбнулся. Нет, ну что за мальчишка. — Не смеши меня. Я ничего не говорил, но не потому, что боюсь твоих угроз, потому что это не моё дело.

— Тц. Слишком уж ты самоуверен для второкурсника.

— Хочешь попробовать сбить с меня спесь на арене? У меня не будет проблем надрать тебе задницу.

Роман не поддался на провокацию. Он злился, но эта злость была порождена страхом. Стоило парню столкнуться с малейшим отпором, как она улетучилась, и третьекурсник пошёл на попятную.

— Слушай, я просто не хочу втягивать во всё это мою команду. Понимаешь? Да, я накосячил, но я сам же всё и исправлю. При условии, что они не будут совать свой нос не в своё дело. А у Барта самый любопытный нос в Биконе.

Хех. Роман даже не представлял, насколько всё там было серьёзно.

— Ну, это я могу понять. От меня они ничего не узнают. Разве что вдруг придётся спасать твою трусливую задницу. Если на этом всё, то… Хотя стоп, — Кроу подался вперёд. — Ты случаем не работаешь на банду Красные Топоры?

— Нет, — Роман подозрительно прищурился. — Где ты слышал о них?

— Вспомнил тут, что их упомянули во время моего прошлого патрулирования. Значит, твои не они?

— Нет. Я не скажу, какая именно группировка меня прижала, но это не они.

— Тогда тебе не составит труда рассказать мне, что ты о них знаешь, верно? Я имею в виду о Красных Топорах.

— Пожалуй… — Роман, немного успокоившись, положил подбородок на тыльные стороны сложенных рук. Его поза стала расслабленнее. — Правда, знаю я немного. Я всего лишь курьер, так что мне особо ничего не рассказывают. Но кое-что я всё же слышал: что-то из наставлений, что-то из слухов, а что-то из случайно подслушанных разговоров. Банды Красные Топоры — своего рода большие шишки. По крайней мере, в Вейле.

— А в Горе Гленн?

— Там творится полный хаос. Новая территория. Никакого статус-кво. Tabula rasaTabula rasa (с латыни — «чистая доска»)…

— Обойдемся без умных словечек. Я понял. Все на равных, и старая репутация ничего не значит.

— О нет, старая репутация значит очень многое, а у Красных Топоров она скверная. Как я уже говорил, всех подробностей я не знаю, так что не могу сказать, с чего они начинали. Но точно знаю: работают они эффективно. Одна из самых богатых группировок. Настоящий образец того, что такое *организованная* преступность. Самый высокий объём производства наркотиков, самое высокое качество продукта, но и цены самые высокие. Если бы это была их единственная ниша, думаю, другие банды не особо возражали бы, но они, судя по всему, любят действовать агрессивно. Устраняют конкурентов и прибирают к рукам потерявших хозяев территории.

— Значит, большие шишки?

— Самые-самые, насколько я смог понять. Их лидера называют Королём. Не знаю, настоящее это имя или прозвище. Не хочу лишний раз задавать вопросы. Полагаю, чем меньше я знаю, тем проще будет убедить нанимателя отпустить меня.

— Думаешь, отпустит?

— Не знаю, — Роман помрачнел. — Я бы боялся получить пулю в затылок, если бы не моя аура, но они знают, что я из Бикона, и знают, что я могу сделать, если прижать меня к стенке. Думаю, им выгоднее поддерживать дружеские отношения с будущим охотником, чем рисковать и злить меня. По крайней мере, я на это надеюсь.

— А почему ты им просто не наваляешь?

— Всё не так просто, малой, — Роман вздохнул. — Я контактирую лишь с парой человек, так что не знаю всех их поимённо, к тому же у них есть… Есть кое-что на меня. Кое-что, чему лучше не всплывать, понимаешь?

— Тебя шантажируют?

— Сам виноват, — проворчал он. — Я справлюсь.

— Справишься ли?

— Справлюсь, — Роман сердито посмотрел на него. — Не суй нос не в своё дело, малой. Со мной всё в порядке. Я третьекурсник Бикона, а не какой-нибудь сопливый школьник. Не лезь в мои дела, а я не буду спрашивать, почему ты так упорно пытаешься найти самую опасную банду Вейла.

Справедливое замечание. В конце концов, судьба Романа его не особо касалась. Хотя не стань тот преступником, Руби, возможно, не сможет досрочно поступить в Бикон. Хотя Кроу подозревал, что Озпин всё равно найдёт способ обойти правила. Сам он племяннице свои мысли тогда так и не сказал, что истинная причина досрочного зачисления Руби в Бикон крылась не столько в её достижениях, сколько в её генетике.

Но с Романом всё будет в порядке. В будущем он был жив-здоров, и Кроу не видел причин, по которым спасение Горы Гленн могло бы это изменить. Этот тип славился своей живучестью. Он точно не пропадет.

* * *

— Я ничего не нашёл по этой банде, — сообщил Кроу Рейвен перед самыми выходными. — Только то, что они серьёзные игроки и имеют определённую репутацию. Я всю неделю пытался о них хоть что-то разузнать.

— Ботаник.

Рейвен с трудом подавила зевок, прикрыв рот ладонью. Они только что закончили напряжённый спарринг на окраине Изумрудного Леса, в пределах видимости здания школы. Рейвен отказывалась изменять своим привычкам, ежедневно требуя у Кроу спарринг. Их команды к этому давно уже успели привыкнуть.

— А зачем вообще пытаться что-то о них выяснять? — спросила она, усевшись на траву в тени ближайшего дерева. — Нам назначили место встречи. Давай просто пойдем туда и всем наваляем.

— Ты же помнишь, что мы вообще-то не собираемся с ними драться?

— Разве? Скукотища. А что тогда? Мы же уже отомстили за твою команду.

Они вроде как отомстили. Убийца полицейских, нанёсший моральную травму его команде, был мертв, а банда, на которую он работал, предположительно, начала сдавать позиции. Кроу добился своего, и в этой ситуации больше не было ничего, что требовало бы его внимания.

По идее, ему следовало сосредоточиться на Салем и помощи Озпину в противостоянии ей, но Салем вела себя тихо, то ли отступила, то ли плела интриги за кулисами, и делать ему было нечего. А отсутствие дел заставляло его искать себе занятие, пусть даже такое.

«И снова мы возвращаемся к тому, что во всём виновата скука. Неужели я собираюсь начать крестовый поход против банд Вейла из-за простой скуки?..»

Это немного беспокоило. Теоретически забот у него хватало. Девушка, учеба… Да та же приёмная дочь, чёрт возьми. Это куда больше, чем обычно выпадает на долю парня его возраста, и куда меньше, чем было у него в будущем, а он привык к последнему уровню нагрузки. Привык чувствовать себя занятым и не иметь много свободного времени. А то дурацкое судебное разбирательство, в котором они с Рейвен оказались замешаны, продвигалось невыносимо медленно, словно увязнув в грязи. Он знал, что судебные разбирательства редко бывают быстрыми, но это двигалось со скоростью литосферных плит. Вероятно, потому, что противная сторона понимала: шансов выиграть у них нет.

— Тебе скучно, да?..

Как всегда, Рейвен понимала его лучше всех. Он и сам давно осознал, что скука играет в его мотивации не последнюю роль, но то, что и она успела заметить, показывало, насколько это было очевидным.

— Я… — Кроу сконфузился. — Э-э…

— Не нужно мне ничего объяснять. Я понимаю. Мне тоже скучно. Единственные достойные спарринг-партнеры — это ты, Уиллоу и Саммер…

— Не Тайянг?

— Пошёл ты, — она залилась румянцем. — Он слабак.

— Угу-угу…

— В общем! — Рейвен резко свернула тему. — Тебе скучно. Я понимаю. На фестивале Витал было весело, а потом был тот псих, но с тех пор никакого драйва, а сплошная тоска зелёная, — она положила голову на колени. — Честно говоря, я и сама умираю от скуки. Утро, завтрак, занятия, обед, снова занятия. Пара хороших спаррингов в день, но на этом всё.

— А я-то гадал, почему ты так рвалась пойти со мной…

Он не мог её за это винить. В школе было скучно. Она была скучной и для обычных детей, а уж для взрослого, оказавшегося в теле ребенка, скучной вдвойне. Ностальгия стёрла из памяти все унылые моменты, заставив поверить, что четыре года в Биконе были лучшими в его жизни. У Рейвен не было его послезнания, но она выросла в среде, где долгосрочное планирование отсутствовало как класс. Все жили сегодняшним днем ​​и часто умирали молодыми. Удивительно, что она продержалась в Биконе настолько долго и при этом никого не убила.

Тогда ответ был очевиден.

— Хочешь сунуть нос в разборки местных банд?

— Да, чёрт возьми! К чёрту банды. Терпеть не могу наркоту. От неё такая ломка была — жуть.

— Что?..

— Ну, от тех, купленных, — недовольно пояснила она. — Оказалось, не так уж и круто, как я думала.

— ТЫ ИХ ПРИНИМАЛА?!

— А не надо было? В смысле, как-то глупо: купить и просто выкинуть…

Кроу угрожающе потянулся за своим мечом.

— Ещё один спарринг! — рявкнул он. — Буду вбивать в тебя мозги. Моя сестра никогда не станет наркоманкой.

— Я же сказала, что… Ой! Эй! Ну всё, ты доигрался!

* * *

Выходные наступили без особой помпы. Кали всё ещё сомневалась, стоило ли встречаться с Айронвудом в Биконе, склоняясь к встрече в городе с Кроу в качестве нейтральной стороны. Хотя какой из него посредник, если он недолюбливал Айронвуда и симпатизировал Кали. Но ему ли протестовать? Пока детали встречи обсуждались в переписке.

Уроки тем временем продолжались в обычном режиме. Все было так же скучно, как и жаловалась Рейвен. Их команду больше не отправляли на патрулирование: Озпин отстранил их от дел после того опасного инцидента. Питер, Несса и Гретхен оправились и уже не чувствовали себя настолько плохо, но преподаватели понимали, что, если их отправить в патрули слишком рано, ситуация может ухудшиться. Даже простая встреча с полицейскими может стать триггером.

— Я чувствую себя такой слабой, — жаловалась Гретхен. — Такой жалкой.

— Это не так. Ты действительно думаешь, что другие команды не оказались бы хотя бы немного травмированы, увидев подобные убийства? Это было невероятно ужасно.

— Я знаю, — фыркнула она. — Но дело не в этом… Ладно, немного в этом, но я чувствую себя жалкой, потому что мы ничего не смогли сделать!

Ах, это. Та разновидность разочарования, которую он знал слишком хорошо.

— Такие слабости мы можем преодолеть, — сказал он, присаживаясь рядом с ней на кровать. Он подумывал обнять ли её, но они никогда не были настолько близки. Близкие, хорошие друзья, но не до нежностей. — И ты в этом не одинока, потому что я тоже ничего не смог поделать.

— Да, и единственная причина, по которой ты не проходишь терапию, как мы, в том, что ты уже давно чокнулся.

— Виновен по всем пунктам, — Гретхен хихикнула его шутке. — Но, в общем-то, так оно и есть. Я уже видел подобные смерти. И не раз. Но не думай, что это делает меня сильнее тебя. Мы все были бессильны спасти тех двоих.

— Хм… Мы облажались всей командой. Я знаю, что не должна чувствовать себя виноватой, но… Понимаешь…

— Понимаю, — кивнул он. — Поверь мне, я бессчетное количество раз винил себя за вещи, в которых не был виноват. И более мудрые люди, советовавшие мне не делать этого, ничуть не помогли мне избавиться от этих мыслей.

Неспособность остановить уход Рейвен, смерть Саммер, психический срыв Тайянга, побег его племянниц, втягивание Руби в Бикон, падение Бикона и неспособность выявить Синдер заранее. Практически ничего из перечисленного не было его виной, разве то, что он решил зациклиться на собственном горе, не подумав обратить внимание на то, что и Тайянг начал разваливаться на части, и все же его глупая голова заставляла его чувствовать вину за каждое из них.

— Я не думаю, что есть способ избавиться от этого чувства, — продолжил он. — Кроме того, чтобы постоянно напоминать себе, что это не твоя вина и или не только твоя.

— Тебя это задело? Я знаю, что чужие смерти тебя не волнуют, но… Эти офицеры…

— Меня это сильно задело. И до сих пор не отпустило. Ты права: вид смерти уже не потрясает меня так, как раньше, но те двое были хорошими людьми и не заслужили такого конца. Я злюсь, что им пришлось умереть, злюсь на тех, кто это сделал… — злюсь достаточно, чтобы чувствовать удовлетворение от смерти виновника, — и злюсь на себя за то, что не оказался достаточно быстрым или сильным, чтобы предотвратить это. Прямо как ты.

— Но ты казался гораздо более отстранённым от пережитого, чем.

Подумала бы она так же, если бы узнала, что он и Рейвен тайком наваляли виновнику? Что они невольно помогли его убить и даже подумывали обратиться к мафиозной семье, чтобы разузнать больше о текущем конфликте? Вероятно, нет. Все это говорило о том, насколько его тронуло случившееся. Разница была лишь в том, что его товарищи по команде страдали и упивались своим горем, а он взял себя в руки и пытался уничтожить тех, кто причинял ему эту боль.

— Я просто лучше это скрываю. А еще срываю злость на сестре во время спаррингов.

— Так вот почему она последние несколько дней ходит с фингалом под глазом?

— Не из-за этого. Он — следствие её собственной глупости.

— Какой же ты идиот, — рассмеявшись, Гретхен дружески пихнула его локтем. — Но спасибо. Не знаю, сильно ли это помогло, но…

— Ничто на самом деле не помогает. Поверь мне. Лучший совет, который я могу дать: время действительно залечивает любые раны. Однажды ты забудешь об этом, как бы паршиво это ни звучало. Или произойдёт достаточно других событий, что это отодвинется на второй план. Может быть, хорошие, может быть, плохие, может быть, просто постыдная фигня, которая почему-то станет для тебя важнее, чем гибель двух невинных людей.

— Ну, ты просто лучик света! — рассмеялась девушка. — Но мне это даже нравится. Психотерапевты продолжают твердить, что всё будет хорошо, если мы просто научимся прощать себя или дадим выход эмоциям. Возможно, они правы, но твои слова звучат более… Не знаю. Жизненнее?

— Ты хотела сказать циничнее.

— М-м-м… Но жизнь сама по себе циничная сука. Мы студенты, которых учат сражаться с монстрами, чтобы взрослые люди могли чувствовать себя в безопасности в своих домах. Половина тех, кто сегодня учится в Биконе, через десять лет будет мертва.

— Верно.

— Ха, — Гретхен с улыбкой развалилась на кровати. — Приятно вот так поговорить о мрачных вещах, и чтобы никакой психотерапевт не спрашивал, почему я так думаю, или не пытался копаться в моей голове. Серьезно. Это просто факты. Разве признавать реальность — это пессимизм?

— Нет, если ты не позволишь этому поглотить тебя. Наша жизнь, вероятно, будет короткой, поэтому мы должны наслаждаться ею, пока можем.

— М-м-м… Знаешь, сейчас словно идеальное время для признания в любви или случайно интрижки, — Гретхен посмотрела на него с хитрой улыбкой. — Но извини, ты не в моём вкусе.

— Отшили, даже не дав попытаться воспользоваться твоей эмоциональной уязвимостью, чтобы затащить в постель, — притворно вздохнул он. — Проклятие. Опять облом. Хотя вообще-то у меня есть девушка. Такая, что может отморозить мне яйца.

— М-м-м… А у меня даже парня нет, — Гретхен закрыла лицо рукой. — Есть идеи?

— Айронвуд?

— Ты так сильно меня ненавидишь?

— Да, справедливо подмечено. Я бы тебе такого парня не пожелал. А тебе кто-нибудь вообще приглянулся? Я имею в виду, кроме Тайянга.

— Ну, на старших курсах был один блондин, очень красивый…

— Блондин, значит?

— Он совсем не похож на Тайяна! Заткнись! У него кожа светлее, глаза более небесного оттенка и по-настоящему крепкое тело…

— И накаченная задница?

— О да… Стоп, что?

— Его случайно не Николас Арк зовут? — Кроу предстало зрелище стремительно краснеющей Гретхен. М-да, Гретхен умела выбирать себе источник душевных страданий. — Чисто для справки, разве у него сейчас девушка не официантка из города?

— Э-э… Нет. Насколько я знаю, нет.

Нет?.. Кроу припомнил ходившие в его первой молодости слухи: Арк, один из сильнейших учеников школы на тот момент, влюбленным щенком бегал за постоянно отшивающей его официанткой из городской кофейни. Это была громкая сплетня, особенно учитывая его репутацию одного из самых сильных студентов Бикона.

Кроу даже знал, что в итоге у них родилось восемь детей, один из которых стал другом Руби. Или парнем. Кроу так и не нашел тому прямых доказательств, но подозревал именно последнее. Мальчишка потерял свою первую любовь и оказался брошен на произвол судьбы. Идеальная ситуация для женщины из рода Роуз. Саммер подцепила Тайянга сразу же после ухода Рейвен, поэтому Кроу внимательно следил за Руби, готовый вмешаться, если она решит закрутить роман с Арком.

— Уверена? Мне казалось, ее звали Джунипер. Выжившая из… Из…

Ой.

— Выжившая откуда? — села на кровати Гретхен.

— Э-э… Ниоткуда. Должно быть, я перепутал людей. Извини.

Вот чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт. Джунипер была одной из выживших при падении Горы Гленн. После падения города таких в Вейле было очень много. Это дало бы Николасу шанс закрутить с ней роман, но поскольку город не пал, Джунипер не бежать в Вейл, и как следствие…

«Ну что ж. Я только что стёр из реальности потенциального бойфренда Руби. И что, чёрт возьми, мне теперь с этим делать? Я не могу сводить парня, которого почти не знаю, с какой-то случайной девчонкой, которую еще нужно найти. Да и как я вообще это проверну?»

И вообще, так ли уж необходимо, чтобы будущее оставалось неизменным?.. Очевидно, что будущее нуждалось в Руби и Янг, потому что они были его племянницами, и он скорее сам умер бы, чем позволил этому измениться, но Жон Арк? Он был хорошим и храбрым парнишкой, но его исчезновение не испортило бы будущего, верно? К тому же это не означало бы, что его убил Кроу или что-то в этом роде.

— Эм… Ну да. Удачи, что ли?

— Не надо желать мне удачи, когда мы оба знаем, что у меня кишка тонка что-то предпринять, — отмахнулась она. — Да и я сейчас слишком расклеилась, чтобы пытаться. Просто буду любоваться им издалека.

— С тыльной стороны?

— Да, — Гретхен покраснела. — Заткнись.

— Ну, по крайней мере, у тебя хороший вкус на мужчин, — хмыкнул он. — Тайянг, Николас. Пока ни с кем не сложилось, но лучше влюбляться в хороших парней, из которых получились бы отличные бойфренды, чем в неудачников, которые только тянули бы тебя на дно.

— М-м-м… Вроде тебя.

— Ага, вроде меня.

— Я вообще-то пошутила, — напряглась Гретхен. — Ты неплохой парень.

— О, я знаю. Я не в том смысле, что ненавижу себя. Но влюбляться в меня — плохая затея.

Его работа, его приоритеты, его мисии, его враги. Не говоря уже о множестве вредных привычек и Проявлении, которое просто из ненависти к своему хозяину могло навлечь беду на любого, кто подобрался бы к нему слишком близко. Но даже если бы последнего не было, его будущее было предопределено: бесконечные странствия по Ремнанту в попытках раскрыть планы Салем и помешать им. С таким образом жизни сложно иметь даже возлюбленную, не говоря уж о ребёнке.

«И формально последний у меня уже есть. Но Эмбер к тому времени, как я приступлю к основной работе на Озпина, уже достаточно подрастёт, чтобы позаботиться о себе самостоятельно. В Биконе, когда придёт её время поступать, она будет окружена друзьями».

— Ты неплохой парень, — повторила Гретхен. — И Уиллоу ты нравишься.

— Успокойся, — он щелкнул её по носу. — Я знаю, что я крут. Но я отец-одиночка. Это автоматически делает меня менее привлекательным.

— Не знаю, так ли это работает. Для меня ты гораздо симпатичнее, когда ты возишься с Эмбер, и видно, как она счастлива. Не настолько, чтобы я запала, но всё же привлекательнее, чем обычно.

— Правда? — Кроу с намёком приподнял бровь. — Уверена, что не из-за твоего с Хейзелом прошлого?

— Наверное. Возможно, это подсознательная симпатия к тем, кто действительно берёт на себя ответственность за детей и заботе о них.

— Бывают фетиши и похуже.

Их болтовню прервал стук в дверь. Питер и Несса не сочли бы нужным стучать, а любой цивилизованный человек постучал бы один раз и дождался ответа, а не продолжал бы колотить всё громче и громче.

— Похоже, твоя сестра хочет тебя видеть.

— Похоже. Открыто, ты, шумная заноза в моей заднице!

Дверная ручка с щелчком повернулась, и Рейвен заглянула в комнату.

— Хэй, мне скучно. Пойдем кому-нибудь морды набьём.

— Вы опять будете спарринговаться? — закатила глаза Гретхен.

— Да, конечно. Спарринговаться, — хмыкнула Рейвен. — Типа того.

— О, Братья. Конечно же, вы будете заниматься чем-то сомнительным, — Гретхен перевернулась на другой бок и уткнулась лицом в подушку. — Мне даже лень вас останавливать. Только не вздумайте умереть, а то меня загрызёт совесть за то, что я не нашла в себе сил вам помешать.

— Не переживай. Рейвен всегда может открыть портал к Тайянгу, чтобы вытащить нас из любой щекотливой ситуации. Прямиком в душ, пока он голый.

— Один раз! — взвыла Рейвен. — Это был всего один раз! И ничего особенного там не было.

— Ты покраснела, — заметила Гретхен. — Ну надо же, какая хвастунья.

— Пф-ф… — Рейвен скрестила руки на груди. — Не такое уж это классное Проявление.

— А я не о нём…

— Тсс… — Рейвен отвела взгляд в сторону. — Да ничего особенного у него там с задницей. И пресс сквозь запотевшее стекло душевой кабины, со стекающими по нему каплями воды, тоже не впечатляет. Ничего ты не потеряла.

— Я тебя просто ненавижу, — Гретхен зло уставилась на его сестру. — Ты же понимаешь это, да?

— Конечно, сирота.

— Ты ведь тоже сирота! Ты из такого же приюта, как и я!

— По крайней мере, у меня есть семья.

— У меня тоже! Брат! Как и у тебя!

Рейвен замолчала, недовольно надув губы: её доводы разбили в пух и прах. Она попыталась придумать новое оскорбление, но не смогла и выдала проверенное временем.

— Мой брат мог бы избить твоего брата.

— О, просто проваливайте, — Гретхен махнула рукой. — Валите и делайте, что хотите. Мне плевать.