Повелитель Тайн (джен)

Что касается города марионеток, Клейн давно уже обдумывал, как именно его построить. Он даже заранее придумал три плана:

Если отбросить любые помехи извне, лучшим выбором для него было бы какое-нибудь место в одной из стран Северного континента. Он позволил бы своему городу марионеток возникнуть за одну ночь, а затем связал бы его с окружающими городами железными дорогами, реками и дорогами.

Тогда в город марионеток ежедневно стекались бы толпы чужаков, и он вступал бы с окрестностями в крайне плотное взаимодействие. С одной стороны, такому городку пришлось бы закупать зерно, соль, ткань, руду, сахар и прочие предметы повседневной необходимости. С другой — он и сам производил бы собственные товары, которые можно было бы продавать в соседние города, местечки и деревни. В такой ситуации купцы, рабочие, путешественники и многие другие постоянно сновали бы туда-сюда. Одновременно с этим они всё теснее взаимодействовали бы и с жителями города марионеток.

Под воздействием всевозможных контактов между сторонами город марионеток вскоре породил бы в Мире духов соответствующую область. А когда жизнь его жителей стала бы достаточно подробной и достоверной, Клейн смог бы принять зелье и продвинуться до Последовательности 1, Служителя Тайн.

На это ушло бы меньше трёх месяцев.

Но проблема заключалась в том, что такой подход невозможно было сохранить в тайне.

В нынешнюю эпоху внезапно появившийся город скрыть от людей было невозможно. Очень скоро туда явились бы чиновники, полиция и газетчики с расследованием. А после этого взаимодействие между сторонами привело бы к тому, что о городе знало бы и понимало его всё больше людей. Эту проблему нельзя было решить с помощью иллюзий, разве что город марионеток не взаимодействовал бы с окружающими городами, местечками и деревнями либо поддерживал бы с ними лишь совсем слабые контакты. Но тогда это уже не отвечало бы требованиям ритуала.

Как только весть о городе марионеток разлетелась бы повсюду, Клейн без всяких сомнений оказался бы под прицелом Заратула, истинного тела Амона и прочих своих врагов. Когда дошло бы до этого, врагам было бы куда проще разрушить город, чем ему — защитить. Ему оставалось бы лишь перенести свой город марионеток в другое место. Тогда взаимодействия, возникшие на раннем этапе, пошли бы прахом, совсем как у Тёмного демонического волка.

Поэтому Клейн лишь занёс такой план в список и почти наверняка не стал бы его выбирать. Разве что некий Мечтатель согласился бы помочь и заставил все живые существа Северного и Южного континентов естественно верить, будто этот город и впрямь всегда там существовал, а не возник внезапно.

С учётом влияния всевозможных внешних факторов и собственных Потусторонних способностей лучшим выбором для Клейна было основать город на необитаемом острове, достаточно укромном и лежащем в стороне от безопасных морских путей. Затем при помощи Замка Сефиры он наделил бы его защитой от гаданий и пророчеств.

Одновременно Клейн использовал бы «занавес», чтобы «привить» к какому-нибудь месту за пределами города марионеток несколько дорог, рек и железнодорожных линий, превращая его в случайную остановку для разного рода путников.

Полностью держать это в тайне не удалось бы, но как только слух о «странном явлении» распространился бы и привлёк внимание Заратула с Амоном, Клейн мог бы в любой момент снять прежнее «Сращивание» и заменить «вход» на другой.

При такой стратегии переносить пришлось бы лишь вход, а не сам город марионеток. Эффект различных взаимодействий в Мире духов сохранялся бы, не прерываясь, а ритуал мог бы неуклонно продвигаться по намеченному плану.

Конечно, у этого плана была и крупная проблема: взаимодействия оставались бы ограниченными и не затрагивали бы повседневную жизнь во всех её аспектах. Кроме того, ни частота, ни сила таких контактов не были бы особенно высокими.

Если выбрать этот план, ритуал занял бы больше полугода, а то и целый год.

Если же перестраховаться и придать судьбе каждой марионетки начало и конец, ритуал продлился бы не меньше пятидесяти лет. Впрочем, и это ограничение можно было обойти: когда остальные требования будут выполнены, он мог обрушить на город метеорит, землетрясение или извержение вулкана, чтобы в реальном мире все судьбы марионеток разом оборвались. Для настоящей жизни это вполне случается и выглядит достаточно правдоподобно.

В этом замысле, одновременно радикальном и осторожном, у Клейна было и ещё одно решение.

Состояло оно в том, чтобы воссоздать некий город и сделать так, чтобы каждая марионетка соответствовала одному его жителю — один к одному. Злой Чудотворец мог бы уничтожить исходный город и заменить его население своими марионетками. Тот же, у кого сердце не ожесточилось, спрятал бы настоящий город и обеспечил его снабжение товарами. Причина, по которой нельзя было просто превратить жителей выбранного города в марионеток, заключалась в том, что у этого города уже существовала соответствующая область в Мире духов. А раз она не новорождённая, требованиям ритуала это не соответствовало.

С помощью «занавеса», образованного Потусторонней характеристикой Служителя Тайн, Клейн мог сделать ещё лучший выбор: «привить» к своему городу марионеток город на определённом временном этапе.

Это означало, что его город марионеток становился изнанкой настоящего города. В соответствующий отрезок времени чужаки встречали бы не реальных людей, а марионеток. Когда же этот промежуток заканчивался, они покидали бы город марионеток и возвращались в настоящий мир, где им снова попадались настоящие люди.

В этот период Клейн отправлял бы своих марионеток отыгрывать роли чужаков и поддерживать контакт с соответствующими реальными людьми, чтобы у настоящих чужаков по возвращении в реальный мир не возникало ни малейших разрывов.

Иными словами, в одном и том же городе одновременно разворачивались бы две разные жизни, но заметить этого никто не смог бы. Иногда кто-то и чувствовал бы, что кое-какие детали не сходятся, но считал бы это необъяснимой странностью и попросту игнорировал.

Это довольно хорошо соответствовало особенностям Служителя Тайн и вдобавок обладало определённой степенью скрытности.

Конечно, и у этого плана была проблема. Он требовал довести имитацию судьбы марионетки до чрезвычайно высокого уровня — почти человеческого. Без собственной независимости ритуал не дал бы нужного результата.

Клейн постукивал пальцами по краю длинного пёстрого стола, разрываясь между вторым и третьим планом.

Спустя несколько минут он всё-таки последовал велению сердца — точнее, трусости — и выбрал второй план. Лучше потратить больше времени, чем вмешаться в судьбы невинных.

Когда-то Заратул и Антигон, скорее всего, выбрали третий… Клейн вздохнул и собрался вернуться в реальный мир.

В этот момент его взгляд скользнул к куче хлама, и он задумался, не послать ли откровение, чтобы изменить описания в Писании Города Серебра.

Для божества Писание не представляло собой чего-то особенно важного. Его главная польза заключалась в удобстве распространения веры и увеличения числа якорей.

Такой вывод Клейн давно сделал, сопоставив «Откровение Вечной Ночи», «Книгу Бурь» и содержание Писаний разных ортодоксальных Церквей.

Большая часть текста превозносила ортодоксальных божеств, произвольно наделяя их величием и подчёркивая их милость и сострадание.

В древности впечатление верующих о божествах действительно могло вредить самим божествам. Но теперь, когда вместо статуй используются символы, эта скрытая проблема уже не существует. По крайней мере, Богиня Вечной Ночи, Повелитель Штормов и прочие божества открыто заявляют, что являются частями изначального тела Творца. Они не боятся, что это усилит пробуждение Древнейшего.

Иными словами, если бы в этом действительно крылась проблема, Клейн был уверен: Богиня Вечной Ночи непременно изменила бы соответствующее описание. «Она» заменила бы слова о том, что была одним из глаз Творца, на то, что была порождена «Им» как дитя. Такой статус всё равно оставался бы чрезвычайно высоким.

В то же время признание верующими определённых вещей не создавало для божеств никакой мистической нагрузки. Иначе Амон давно бы тайно помог Клейну — или, вернее, прежнему владельцу Замка Сефиры, — подготовить группу верующих, внушив им, будто Ангел Времени — воплощение Повелителя Тайн. Опираясь на инстинктивный отклик, отвечающий требованиям, «Он» сумел бы установить с Замком Сефиры достаточно тесную связь и открыть «чёрный ход».

Для божества у Священного Писания было всего две действительно важные части, помимо распространения веры:

Во-первых, описание собственных властей и почётного имени божества. Стоило там появиться ошибке — и молитвы верующих устремились бы к неизвестной цели. Это было бы опасно не только для самих верующих, но и лишало бы божество его якорей. Во-вторых, любые описания, затрагивающие другие Церкви, легко порождали бы конфликты.

Что до ангелов и святых, божества на самом деле не уделяли им особого внимания. Больше всего это заботило самих ангелов и святых, поскольку таким образом они получали определённое количество якорей.

Поэтому описания ангелов и святых в Писаниях делались достаточно подробными. В них указывались и власть, и почётное имя, чтобы разным верующим было легче выбрать, на ком сосредоточиться. Вдобавок этого всё равно было недостаточно для формирования устойчивого якоря, поскольку речь шла о вере, подчинённой божеству.

Чтобы решить эту проблему, ортодоксальные Церкви закрепляли отдельные соборы за разными ангелами-хранителями и святыми-покровителями, чётко разграничивая их.

Именно из-за этого знания Клейн не слишком-то интересовался Священным Писанием. Прочитав раздел о своей власти и почётном имени, он из смущения не стал читать дальше. Он лишь прибегнул к гаданию, чтобы убедиться, что содержание не вступит в конфликт с ортодоксальными Церквями.

Поразмыслив, он отказался от мысли напрямую посылать откровение и менять Священное Писание, решив воспользоваться более мягким способом.

Во время обмена в Клубе Таро он мог через мистера Мира, Германа Спэрроу, направить Солнце к корректному пониманию обстоятельств и заменить части, связанные с Ангелом Времени, на Паллеза Зороаста. Тогда нужное место исправилось бы само, не вызвав у Города Серебра никаких подозрений.

* * *

Баям. Верду Авраам раздобыл немало знаний по мистицизму в нескольких кругах Потусторонних.

Он зажёг газовую настенную лампу и в ночной тишине внимательно принялся читать.

Ближе к концу ему вдруг попалась новость, которой он прежде никогда не мог толком понять:

Гавань Банси — место, наполненное мистическими силами. Её связь с Миром духов и Астральным миром превосходит всякое воображение… Даже после того как Церковь Повелителя Штормов собственноручно уничтожила гавань, ей всё равно не удалось полностью устранить аномальность её существования…

Многие исследователи мистицизма скупают предметы, связанные с Банси, по высоким ценам…

Банси… Верду молча пробормотал это про себя и внезапно испытал к гавани сильнейший интерес.

Он начал обдумывать, не купить ли несколько предметов из Банси и не исследовать ли их как следует. В конце концов, Мир духов был связан с «Телепортацией». Астральный мир и космос касались «Странствия» и, возможно, имели отношение к способу бегства мистера Дверь, Бетеля Авраама.

Возможно, если представится случай, мне стоит самому съездить в Банси и посмотреть… Верду едва заметно кивнул.