Повелитель Тайн (джен)

Услышав слова оруженосца, Альфред почувствовал, как температура в комнате будто резко упала.

Неописуемый холод вторгся в его тело, сковав кровь и даже костный мозг.

Когда лайнер остановился в гавани Утопии, он уже предполагал худший вариант: Утопия могла оказаться штаб-квартирой какого-нибудь культа, а все её обитатели — опасными безумцами.

Но теперь правда оказывалась ещё хуже.

Быть может, Утопии вообще никогда не существовало!

В этот миг Альфред необычайно остро почувствовал благодарность за то, что давно уже перестал быть тем благородным отпрыском, каким покидал Баклунд. Опыт, накопленный за это время, позволил ему фактически так и не войти в гавань Утопии.

Под взглядами адъютанта и оруженосца генерал-майор с мрачным лицом несколько раз прошёлся по комнате, а затем спокойно распорядился: — Подготовьте телеграмму и доложите в МИ-9 о случившемся в Утопии.

— Одновременно потребуйте, чтобы местные официальные Потусторонние немедленно вмешались и связались с капитаном: пусть составит список всех, кто вошёл в гавань Утопии. Если понадобится, навестите каждого и проверьте, нет ли у них каких-либо проблем.

— Есть, сэр! — адъютант тут же вытянулся и отдал честь.

Когда адъютант вышел из кабинета, Альфред сказал оруженосцу: — Принеси снизу печатную машинку. Я хочу составить подробный отчёт.

Он намеревался сперва передать ключевую информацию телеграммой, чтобы не задерживать первые необходимые действия, а затем уже изложить подробности в секретном документе и предоставить руководству армии больше материала для принятия решения.

* * *

Вендел вошёл в вагон второго класса, одной рукой придерживая цилиндр, а другой неся чемодан.

Ему ещё не было и тридцати. Его густые бакенбарды были угольно-чёрными, а карие глаза оставались спокойными. В его внешности не было ничего такого, что могло бы врезаться в память, зато сам он производил удивительно располагающее впечатление.

Ещё несколько месяцев назад он был сотрудником разведки Фейнапоттера, действовавшим в заливе Деси и внёсшим немалый вклад в дело. Теперь же, став Потусторонним Последовательности 7, он служил во внутреннем отделе МИ-9.

Сегодня его задачей было доставить в Баклунд секретный документ и лично передать его в руки директору МИ-9.

Усевшись, Вендел купил у газетчика свежий номер и неторопливо принялся листать.

Это было лишь внешнее прикрытие. На деле он уже задействовал свои потусторонние способности, мысленно составляя портреты пассажиров вокруг и запоминая все их особенности, — он тщательно и безупречно готовился к любой случайности, которая могла произойти позже.

Ту-у!

Паровоз с грохотом мчался вперёд, и пейзаж за окном быстро уносился назад.

Спустя несколько часов Вендел с тревогой взглянул наружу: небо уже заволокло тёмными тучами, и шторм вот-вот должен был разразиться.

Это означало, что паровоз остановят на какой-нибудь станции раньше срока, чтобы переждать непогоду. В путь он сможет отправиться, скорее всего, лишь на следующее утро, так и не достигнув сегодня места назначения.

По мнению Вендела, подобное отклонение от плана неизбежно увеличивало риски.

Однако тут от него ничего не зависело. Он не мог менять погоду, как Морской Бог, которого продвигало новое правительство архипелага Рорстед.

Единственное, что ему оставалось, — молиться Повелителю Штормов.

Реальность в очередной раз доказала, что молитвы в большинстве случаев бесполезны. Когда небо окончательно потемнело, станция впереди уже подала световой сигнал, велев составу сбавить ход и остановиться.

Ту-у!

Паровоз снова дал гудок, поезд замедлился и в конце концов остановился у незнакомой платформы.

В следующую секунду возле головы состава распахнулась механическая дверь. Кондуктор встал на пороге и крикнул работнику на платформе: — Что там впереди случилось?

— Ливень! Видимость нулевая! — громко отозвался служащий с белыми бакенбардами.

Едва он договорил, как вдалеке приглушённо загрохотал гром, и все невольно вздрогнули, предчувствуя надвигающийся шторм.

— Чёрт! — выругался кондуктор. — Что это вообще за станция?

Поскольку остановка не входила в расписание, он и сам толком не знал, где именно оказался. В конце концов, маршрут, за который он отвечал, прежде не предусматривал остановки на каждой станции.

— Утопия! Маленькая станция! Дальше сами разбирайтесь! — прокричал служащий и, держа стеклянный фонарь, побежал к другому концу платформы. — Мне ещё нужно подать сигнал поезду, который идёт следом!

Кондуктор ничуть не усомнился в его поведении — это был обычный порядок диспетчерской работы. Иначе между двумя паровозами вполне могла случиться авария.

Он даже был уверен, что остальные работники станции Утопия уже отправили телеграммы на другие станции, предупреждая их о происходящем.

Разумеется, и сами они наверняка заранее получили телеграмму о том, что впереди участок дороги накрыт тяжёлым штормом.

— Утопия… — тихо повторил Вендел, не найдя в памяти ничего полезного.

Впрочем, долго размышлять он не стал. По всему Королевству Лоэн хватало малоизвестных железнодорожных станций. Это как раз и было одним из проявлений общей мощи страны.

Кондуктор взглянул на потемневшее небо, пробормотал что-то себе под нос, а затем воспользовался новейшим мегафоном и обратился к пассажирам:

— Надвигается шторм. Поезд простоит на станции Утопия до восьми утра завтрашнего дня.

По его прикидкам, буря должна была тянуться всю ночь.

— Можете остаться в вагоне, а можете по собственному желанию сойти и отправиться в город на поиски гостиницы. Завтра просто покажете корешок билета и снова сядете в поезд. Только не опаздывайте, — объявил кондуктор, предоставив пассажирам два варианта.

Вендел окинул взглядом людей в вагоне второго класса, поразмыслил несколько секунд, затем взял чемодан и вышел из поезда.

Дело было не в том, что он не мог вынести суровые условия, мешающие нормально выспаться. За годы разведывательной службы ему довелось хлебнуть немало лишений. Просто профессиональная осторожность подсказывала: запертый вагон с ограниченным пространством для передвижения пассажиров не так безопасен, как отдельный гостиничный номер.

Разумеется, он мог бы и вовсе не спать всю ночь, но это наверняка сказалось бы на его состоянии на следующий день. А путь ему ещё предстоял долгий.

Выйдя со станции Утопия, Вендел сел в наёмный экипаж у дороги и сказал кучеру: — На муниципальную площадь.

В Королевстве Лоэн возле муниципальной площади непременно находились и собор, и гостиница.

— Сэр, вы, случаем, не в гостиницу собрались? — спросил кучер, разворачивая лошадь с той непринуждённостью, с какой умеют ладить со всеми подряд.

— Да, — не стал скрывать Вендел, будучи Потусторонним Последовательности 7.

По его мнению, если, оказавшись в незнакомом городе, жить в самом центре, то благодаря своему положению он всегда сможет быстро найти помощников, а собственной силы ему хватит, чтобы довести это задание до конца.

— Лучшая гостиница в Утопии — «Красные сапоги». Туда едем? — осведомился кучер тем самым многозначительным тоном, который понятен любому мужчине.

Не будь у него задания, Вендел не отказался бы от подобного развлечения. Но сейчас он без колебаний покачал головой.

— Мне нужна тихая гостиница.

— Ладно… — с разочарованием откликнулся кучер. — Тогда поедем в гостиницу «Ирисы». Там вас никто не потревожит.

Пока экипаж катил вперёд, Вендел смотрел в окно, наблюдая за тем, что творится снаружи.

Вероятно, из-за надвигающегося шторма люди на улицах все спешили по своим делам. Даже газетчики не поднимали головы.

Очень маленький город… — пришёл Вендел к предварительному выводу, не заметив на улицах ни одного рельсового общественного экипажа.

Ему попался на глаза всего один безрельсовый общественный экипаж. Это означало, что до большинства мест в Утопии вполне можно было добраться пешком за разумное время.

Как и ожидалось, меньше чем через десять минут наёмный экипаж остановился у входа в гостиницу «Ирисы».

Вендел расплатился и торопливо вбежал внутрь прежде, чем начался дождь.

Едва он вошёл, как за спиной послышался частый стук капель.

Зарегистрировавшись и оставив багаж, Вендел немного отдохнул, держа секретный документ при себе, а затем спустился в ресторан на первом этаже поужинать.

Из осторожности он не заказал никакого алкоголя и взял лишь чашку «Шипучего ледяного чая», местного фирменного напитка, как ему сказали, и жареную свиную отбивную, политую яблочным соком.

Как бывший разведчик, работавший в высшем обществе, Вендел не питал особых надежд насчёт ужина, однако еда его приятно удивила.

Отбивная получилась нежной, сочной и источала густой аромат. Яблочный сок, которым её полили, слегка терпчил и снимал почти всю приторную тяжесть вкуса. А «Шипучий ледяной чай» оказался освежающим и особенно вкусным…

Расплатившись, Вендел кивнул официанту среднего роста и сказал: — Передайте, пожалуйста, мою благодарность повару за этот превосходный ужин.

Официант с самой заурядной внешностью улыбнулся и ответил: — Нет проблем.

— Во всей Утопии наши повара — лучшие.

Вендел не стал поддерживать беседу и быстро вернулся в комнату, где принял некоторые меры, чтобы туда никто не пробрался.

После этого он без колебаний уснул.

Он воспользовался сравнительно безопасным отрезком времени, когда любому возможному врагу было бы неудобно действовать, чтобы поспать и скоротать время до глубокой ночи.

Неизвестно сколько спустя Вендела внезапно разбудила яростная ссора.

Он щёлкнул крышкой карманных часов и обнаружил, что до полуночи ещё далеко.

Из соседней комнаты… Женский голос… Мужской голос… Вендел сел на кровати и внимательно прислушался.

Поначалу он решил, что там просто флиртуют мужчина и женщина, но вскоре понял, что всё слишком бурно. Какие-то вещи даже швыряли в стену.

Ссора, переходящая в драку? — пробормотал Вендел, и в тот же миг услышал женские выкрики, ругань и вскрики.

Бьют женщину? Как лоэнский джентльмен, Вендел, при всей своей вере в Повелителя Штормов и привычном для него пренебрежении к женщинам, всё же считал, что мужчина не должен поднимать на женщину руку.

Подумав две секунды, он решил постучать и напомнить «соседям», чтобы те знали меру.

И тут раздался пронзительный, трагический вскрик.

На этот раз явно мужской!

Бум! Что-то тяжёлое рухнуло на пол.

Брови Вендела дёрнулись: он остро почуял запах преступления.

Встав, он накинул пальто, подошёл к соседней комнате и согнутыми пальцами дважды постучал в дверь.

Через несколько секунд дверь со скрипом отворилась, и перед Венделом предстала красивая женщина с длинными волнистыми волосами.

Волосы у неё были в беспорядке, лицо — мертвенно-бледное. Светло-зелёная одежда была залита кровью, а в руке она держала кинжал, с которого ещё капала кровь.

Дама чуть за двадцать какое-то время заикалась, а затем почти сонным тоном произнесла: — Я убила человека…