Повелитель Тайн (джен)

Для Антуана, Потустороннего из Тайного Ордена, поступившего на службу в Бюро общественной безопасности Интиса, подобное было уже не в новинку.

В прошлом всякий раз, когда он продвигался, он слышал: «Хорнакис… Флегрея… Хорнакис… Флегрея…» Несколько раз он едва не потерял контроль.

Но на сей раз содержание шёпота, похоже, изменилось.

Когда бормотание наконец стихло, всё вокруг снова пришло в норму. Антуан нахмурился и пробормотал себе под нос: _В последнее время моё психическое состояние было очень стабильным. Я не принимал зелье и не пытался продвинуться. Так почему же вдруг услышал шёпот некоего тайного существа?_

_И это совсем не похоже на прежнее…_

_Что означает Орвиль? У меня слишком мало сведений. Я вообще ничего не понимаю…_

_Дилан, Дилан… Да, точно, начальство в Ордене упоминало, что наш таинственный и ужасающий лидер когда-то скрывал древний замок под названием Дилан…_

_Цк. Стоит только вспомнить то существование, как меня пробирает дрожь. Хотя за последние два года «Он» и вернулся в норму, ужасных легенд и разрушений, оставленных «Им», хватит кому угодно на кошмары до конца жизни…_

Успокоившись, Антуан подавил своё недоумение и продолжил раздавать поручения подчинённым.

* * *

Перед надгробием Клейн, только что положивший белые цветы, слегка повернул голову, будто к чему-то прислушивался.

Хотя он ничего не услышал, как Король Ангелов, контролировавший часть власти своего пути, он очень остро ощущал, что что-то идёт не так. Какая-то тайная информация передавалась определённым целям.

_Заратул всё-таки не умер окончательно?_ — Клейн отвёл взгляд и пробормотал это себе под нос.

Тогда, опираясь на свой уровень, статус и власть, он силой прервал воскрешение Заратула. В тот момент он не почувствовал ничего необычного, но позже, изучив собственное состояние, осознал, в чём проблема.

Потусторонняя характеристика, поглощённая им от Заратула, содержала в себе полный набор Потусторонних характеристик от Последовательности 9 до Последовательности 1.

А это, в свою очередь, означало, что внутри неё была лишь одна Потусторонняя характеристика Чудотворца.

Между тем Змея Судьбы Уилл Осептин упоминал, что и Заратул, и прародитель семьи Антигон носили в себе дополнительную Потустороннюю характеристику Чудотворца.

Иначе говоря, реальность была такова: у Заратула несомненно имелась ещё одна Потусторонняя характеристика Чудотворца, которая просто исчезла. А были ли у него дополнительные характеристики вроде Знатока былого или Эксцентричного колдуна, Клейн уже не мог даже предположить — он слишком мало знал о самом Заратуле.

Исходя из этого, Клейн давно подозревал, что Заратул всё ещё не умер окончательно.

Конечно, если другая сторона действительно хотела воскреснуть, всё было не так просто. Слишком прямой способ означал бы недостаток сокрытия: его непременно заметили бы Потусторонние более высокой Последовательности того же пути и заранее приняли бы действенные меры.

Раз Заратул сумел отделить от себя Потустороннюю характеристику Последовательности 2, значит, сам он тогда без сомнений был Служителем Тайн Последовательности 1. А врагов, способных по-настоящему сдерживать «Его», было не так уж много — тех самых, с кем приходилось считаться с предельной осторожностью.

Поэтому Клейн полагал, что Заратул использовал часть отделённых от себя Потусторонних характеристик, чтобы ухватиться за шанс. Но не для немедленного воскрешения, а скорее для закладки множества приготовлений. Ему требовалась подходящая возможность или подходящие медиумы, чтобы эти приготовления сработали.

_Судя по всему, ту часть Потусторонней характеристики, в которой содержалась характеристика Чудотворца, «Он» спрятал каким-то особым способом и очень тщательно укрыл. Иначе, когда я продвинулся до Служителя Тайн, я должен был бы суметь напрямую увидеть её через Замок Сефиры…_

_Да, следующий шаг, вероятнее всего, состоит в том, чтобы неким скрытым методом направить или соблазнить определённую цель воскресить «Его». Хех, «Он» ещё не приспособил Уникальность, так что не может «вещать на всех каналах» сразу. К тому же «Ему» нужно убедиться, что продвинувшийся я или Амон не услышат соответствующее содержание и не сорвут «Его» планы. Значит, число целей, которых «Он» способен соблазнять, довольно ограничено… Все члены Тайного Ордена? Или только часть из них?_ — Клейн, стоявший перед надгробием на одном колене, задумчиво кивнул.

Выдохнув, он уже вслух недовольно пробормотал:

— Почему потусторонних высоких Последовательностей Пути Шута так трудно убить?

У них всегда находились какие-нибудь приготовления и козыри.

Лишь теперь он по-настоящему понял, почему Богиня не убила прародителя семьи Антигон напрямую.

Для Полушута смерть вполне могла означать новую жизнь!

Впрочем, замысловатая и сложная схема обычно означает и более низкую способность идти на риск. Кто знает, а вдруг план воскрешения Заратула в итоге пойдёт на пользу какому-нибудь удачливому члену Тайного Ордена? Вероятность этого может оказаться даже выше, чем вероятность возвращения самого Заратула из тумана истории. К тому же остаётся шанс, что в дело вмешаются, повлияют или воспользуются этим Внешние Божества… Клейн мысленно усмехнулся и медленно поднялся.

Пока что искать Потустороннюю характеристику Чудотворца он не собирался. Под чудовищным давлением, которое оказывал Амон, ставший Ошибкой, ему приходилось пользоваться случаем, чтобы укреплять свою человечность и стабилизировать психическое состояние. Ему ещё предстояло отправиться в город Кальдерон, расположенный в Мире духов, и достать речную воду Реки Вечной Тьмы, чтобы приспособить Уникальность Шута. На не столь срочные дела у него не было лишнего времени.

Когда же он успешно продвинется дальше и восстановит новое равновесие своего состояния, тогда он будет не прочь отправиться в Интис, разобраться с членами Тайного Ордена и отыскать скрытую сокровищницу, которую припрятал Заратул. И уже окончательно отправить этого ангела, жившего ещё со времён Четвёртой Эпохи, в вечный покой.

Усмирив мысли, Клейн опустил голову и взглянул на надгробие перед собой. Затем медленно отступил, сунул руку в карман и, повернувшись чуть вбок, вошёл в Мир духов.

В последнее время он походил на туриста от мистицизма. Иногда возвращался туда, где когда-то жил, а иногда под руководством судьбы без определённой цели странствовал по Миру духов, переходя в разные реальности и наблюдая самые разные сцены.

Благодаря этому его самосознание и чувство собственного «я» постепенно восстанавливались и укреплялись. Теперь он уже в какой-то мере мог с помощью якорей подавлять пробуждающуюся волю Небесного Достопочтенного, дарующего блага Небу и Земле.

За счёт этого его разум был куда устойчивее, чем в ту пору, когда он встретился с Богиней Вечной Ночи.

В Мире духов — среди насыщенных слоёв, напоминавших абстрактную масляную живопись, — Клейн без цели брёл вперёд, делая несколько шагов в направлении, которое в обычном смысле слова направлением не являлось.

Следуя указаниям судьбы и духовности, он покинул это место и вернулся в реальный мир.

Первое, что возникло перед ним, — небольшая площадь и собор, принадлежавший Богине Вечной Ночи.

В этот момент внутрь входило множество людей, и все они выглядели радостными.

_Я снова в Баклунде?_ — Клейн поднял взгляд на солнце, пробивавшееся сквозь тонкие облака, и вместе с толпой пошёл к дверям собора.

В тот миг, когда он переступил порог, его взгляд внезапно застыл.

Он увидел Бенсона.

Бенсона Моретти.

У этого черноволосого, кареглазого мужчины черты лица были немного похожи на Клейна. Только у мужчины постарше волосы были аккуратно зачёсаны назад, открывая широкий лоб.

Стоя возле алтаря в отлично выглаженном костюме, он выглядел чуть нервным.

Клейн смотрел на него две секунды, а потом быстро отвёл глаза.

Сразу после этого он скользнул взглядом по передним скамьям и увидел Мелиссу в консервативном белом платье.

По сравнению с прежней, с её лица уже исчезла подростковая угловатость. Щёки стали чуть полнее, и теперь она не казалась такой худой.

Она всё время переговаривалась с окружающими, ловко разбиралась со всевозможными делами и без труда поддерживала светское общение.

_Она всё ещё одевается так старомодно. Хорошо ещё, что не в чёрное…_ — уголки губ Клейна приподнялись, и он что-то тихо пробормотал. Затем он прошёл в угол собора, нашёл место и сел.

Минут через десять Мелисса закончила с делами и тоже заняла своё место.

Радостная музыка зазвучала и постепенно стала торжественной.

Женщина в чистом белом свадебном платье, держась одной рукой за отца, а другой — за мать, медленно пошла по проходу к алтарю.

Стоявший у алтаря Бенсон судорожно сглотнул и всё же не смог сдержать улыбки.

Это была его свадьба.

Клейн, сидевший в углу, слегка откинулся назад, чуть опустил голову и пробормотал: — Улыбается, как кудрявый павиан…

Когда родители подвели невесту к алтарю, она сначала поклонилась Бенсону, а затем повернулась лицом к Священной Эмблеме и священнику.

Бенсон ответил поклоном и тоже развернулся.

После того как родители невесты сели, священник сказал: — Дорогие родные и друзья, сегодня мы собрались здесь, чтобы под благословенным взором милосердной Богини стать свидетелями и разделить радость союза этой пары, вступающей в брак.

— Хвала Богине, — все присутствующие, веровавшие в Богиню Вечной Ночи, подняли правую руку и по часовой стрелке коснулись четырёх точек, начертив звезду.

Среди них был и Клейн.

Когда все успокоились, священник повернул голову к невесте и сказал: — Люси Брук, согласны ли вы принять Бенсона Моретти своим законным мужем и обещаете ли любить и беречь его — в радости и печали, в болезни и здравии, перед лицом любых испытаний, которые выпадут вам обоим, — до тех пор, пока вы оба живы?

Девушка по имени Люси торжественно посмотрела на Священную Эмблему Богини Вечной Ночи и кивнула.

— Да.

Улыбка вновь появилась на лице Бенсона.

Священник повернулся к нему и сказал: — Бенсон Моретти, согласны ли вы принять Люси Брук своей законной женой и обещаете ли любить и беречь её — в радости и печали, в болезни и здравии, перед лицом любых испытаний, которые выпадут вам обоим, — до тех пор, пока вы оба живы?

Бенсон тут же кивнул и сказал: — Да!

Увидев это и услышав его ответ, Мелисса почувствовала, как перед глазами всё расплылось. Её сердце болезненно сжалось от радости.

После всех взлётов и падений в их семье наконец-то появлялся новый человек, новый член семьи.

Внезапно она будто бы инстинктивно повернула голову к углу собора и увидела пустое место. Там никого не было.

Мелисса тут же поджала губы и слегка покачала головой.

Ещё несколько секунд она осматривала тот угол, а затем медленно отвела взгляд и снова посмотрела на алтарь.

Лишь когда священник объявил, что Бенсон и Люси стали мужем и женой, Мелисса вновь улыбнулась.

* * *

Поместье семьи Холл в Восточном Честере. Клейн шагнул из пустоты.

Ему удалось стабилизировать своё состояние, и теперь он мог обратиться за лечением к своему психиатру. Одновременно с этим ему предстояло решить ещё одну проблему.