Повелитель Тайн (джен)

Поскольку он не знал, в каком состоянии сейчас находится Амон, Клейн не смел медлить. Разобравшись со своими ментальными проблемами, он немедленно отправился в город Кальдерон, чтобы добыть речную воду Реки Вечной Тьмы.

А поскольку дело касалось сефиры, при гадании и пророчестве он мог видеть лишь смутные видения и не был способен вынести точное суждение.

Осмотревшись, Клейн поднял руку и призвал историческую проекцию из Исторической пустоты, оставшуюся несколько минут назад, позволив своему настоящему телу вернуться в Замок Сефиры.

Затем его сознание переместилось в проекцию, сделав её материальной.

После этого Клейн снова протянул руку в пустоту и вытянул историческую проекцию Посоха Звёзд.

По правде говоря, после того как благодаря Замку Сефиры он получил возможность пользоваться большей частью сил Потусторонних ниже Последовательности 0 Пути Двери, Запечатанный Артефакт 0-го класса вроде Посоха Звёзд ему больше не был нужен. Практически любой мистический эффект этого посоха он мог воспроизвести без сопутствующих негативных последствий.

Однако он по-прежнему считал, что ангелу всё равно необходимо иметь оружие для ближнего боя, ведь в какой-то момент можно было угодить в область, где силы Потусторонних подавлены.

В мистическом мире подобное определённо могло случиться. Будь то ограничения законов Пути Арбитра или эффекты Потусторонних некоего Внешнего Божества, достичь такого результата было вполне возможно.

В подобных обстоятельствах если схватить твёрдый посох с пассивными эффектами и без затей проломить врагу голову, это наверняка окажется довольно действенно.

Для Короля Ангелов Пути Шута всесторонняя подготовка была инстинктом!

Прикинув вес Посоха Звёзд и поправив цилиндр, Клейн достал из Замка Сефиры золотое украшение в форме птицы и положил его в левый нагрудный карман.

Затем он шагнул вперёд и вошёл в город Кальдерон, божественное царство древней Смерти — Предка Фениксов Грегрейса.

Первым, что предстало его глазам, была гигантская бездонная пропасть. Вокруг неё вились вниз круг за кругом всевозможные странные строения, образуя величественный город, выходящий за пределы понимания обычных людей.

Одни здания представляли собой отдельно стоящие дома, вознесённые на бледно-белых каменных колоннах, другие напоминали огромные прямоугольные гробы. Окон у них не было, а двери располагались на крышах. Какие-то были просто гробницами с надгробиями у входа, какие-то сложены из самых разных костей, из-за чего выглядели особенно беспорядочно…

Чем ближе ко дну пропасти, тем целее были постройки. Чем ближе кверху, тем сильнее они обваливались, неся на себе следы распада и разорения, оставленные временем.

Одного взгляда Клейну хватило, чтобы вокруг него возник лёгкий серовато-белый туман. Он напрямую использовал статус Замка Сефиры, чтобы противостоять законам города Кальдерон, превращавшим всякое живое существо в мертвеца.

Для него самого превратиться в мертвеца не было бы чем-то отрицательным, но ему совершенно не нравилось это холодное и безразличное состояние.

_Серовато-белый прилив, поднявшийся в прошлый раз, уже отступил…_ Клейн, в цилиндре, в чёрном пальто и с посохом в руке, задумчиво кивнул. Сделав шаг, он углубился в видимую невооружённым глазом часть города Кальдерон.

На этот раз он воспользовался способностями Потустороннего Пути Вора, крадя расстояние в пределах восприятия, чтобы не связываться с многочисленными опасными чудовищами, бродившими по этому загадочному городу.

Не то чтобы он их боялся. Бояться следовало им. Если бы он не хотел сэкономить время, то вовсе не возражал бы заодно набрать новую партию марионеток, чтобы восполнить потери после гибели Утопии.

Помимо этого, у него была и ещё одна причина для осторожности.

Город Кальдерон был городом мёртвых. В его глубочайших недрах с большой вероятностью текла Река Вечной Тьмы. А марионетки по своей сути уже были мёртвы, так что, приблизься они ко дну, вполне могли бы мутировать.

Продвигаясь всё глубже, шаг за шагом, Клейн быстро понял, что слишком многое себе навыдумывал.

Ни одно из чудовищ, скрывавшихся в этом странном городе, не осмеливалось показаться. Аура Замка Сефиры позволяла их инстинктивному желанию жить пересиливать безумные побуждения и охотничьи привычки.

Чем глубже он спускался, тем тише становилось вокруг. Странные здания сохраняли целостность, но казались мёртвыми уже многие годы. Даже их ауры были холодными, мрачными и пропитанными тлением.

_Словно смотришь чёрно-белый фильм. Если бы я не слышал собственного дыхания и сердцебиения, решил бы, что оглох…_ Клейн тихо кашлянул, и собственное ворчание помогло ему противостоять тишине смерти.

Интуиция подсказывала ему: стоит только привыкнуть к этой среде, и тело с разумом тоже застынут и умолкнут. Тогда он действительно умрёт в полном смысле этого слова.

И чем ближе он подходил к земле, тем сильнее становилось это ощущение.

Продолжая красть расстояние, Клейн двигался вперёд ещё очень долго, пока наконец не увидел дно пропасти.

Нет, это было не настоящее дно, а лишь огромный чёрный дворец, стоявший на пути.

Дворец поддерживали колонны, в которые были вмурованы всевозможные кости и части трупов. Местами их даже покрывала окровавленная кожа, принадлежавшая разным расам.

Клейн несколько секунд смотрел на это, а затем без всяких колебаний вошёл во дворец через распахнутую дверь, сжимая в руке Посох Звёзд.

По обе стороны зала стояли гробы всех видов и цветов. Они безмолвно покоились там, словно их давно уже выветрила сама смерть.

Когда Клейн вошёл, изнутри гробов внезапно донёсся шум. Он напоминал скрип заржавевших суставов.

Серовато-белый туман вокруг Клейна снова сгустился, и все гробы тотчас смолкли.

Не обращая на них внимания, Клейн прошёл в глубину зала. Там вниз уходила лестница из серовато-белого камня, а у входа стояла гигантская каменная стела.

На вершине стелы возвышалась длинная стройная статуя, напоминавшая исполинскую птицу из бронзы. Её крылья были покрыты множеством бледно-белых символов.

Под бронзовой птицей поверхность стелы была исписана знаками, происходившими из Языка мёртвых. Все они отличались по форме, напоминая то упрощённых птиц, то по-разному свившихся змей. Вместе они складывались в несколько смутных слов:

«Даже божества не могут сбежать;

«даже смерть не спасает от заточения».

_Это предостережение всем живым, приходящим в город Кальдерон, чтобы они не спускались по лестнице? Она ведёт прямо к Реке Вечной Тьмы?_ Мысли Клейна лихорадочно неслись, пока он внимательно читал надпись на стеле.

С его точки зрения это означало, что даже истинное божество Последовательности 0, приблизившись к Реке Вечной Тьмы, окажется в ловушке и не сможет вырваться. А даже умерев, оно всё равно останется узником этой абстрактной реки, этой сефиры. Оно не рассеется, но и сбежать не сумеет.

_Похоже, всё как с Морем Хаоса. Без защиты сефиры одно лишь приближение к Реке Вечной Тьмы вызовет ужасающую мутацию…_ Клейн отвёл взгляд, поправил золотое украшение в форме птицы у себя на груди, обошёл стелу с бронзовой статуей и пошёл вниз по серовато-белой лестнице.

Красть расстояние он больше не стал, чтобы не влететь с размаху в какую-нибудь опасность.

В тёмной, тихой и холодной среде золотое украшение в форме птицы на его груди источало бледно-белое сияние, освещая крошечный клочок пространства. Оно походило на маленькую спасательную лодку, борющуюся с волнами смерти.

Спускаясь неизвестно сколько времени, Клейн вдруг ощутил, как аура Замка Сефиры вокруг него рефлекторно расширилась и стала чрезвычайно густой, превратившись в серовато-белый кокон.

Одновременно он слегка повернул голову и услышал смутный, иллюзорный шум текущей воды.

Это словно указывало на то, что глубоко под землёй, совсем неподалёку от него, медленно течёт тёмная река.

В следующую секунду Клейн опустил взгляд себе под ноги.

В какой-то момент откуда-то вырвался поток тёмной, бесплотной воды.

Даже свет не мог существовать на её поверхности.

_Это отличается от того, что я видел в прошлый раз…_ Клейн слегка нахмурился.

Когда он раньше приходил в город Кальдерон охотиться на Грабителя Мира духов, там произошло некое изменение, и из глубин пропасти вверх хлынуло огромное количество серовато-белой иллюзорной приливной воды.

Цвета, которые он видел в эти два раза, совершенно различались.

Пока мысли Клейна неслись одна за другой, внизу лестницы, там, где тёмный прилив перекатывался через край, наверх потянулся тонкий серовато-белый туман. Соединившись с иллюзорной жидкостью, он образовал серовато-белую субстанцию, скорее похожую на туманную воду.

Когда эта вода достигла ног Клейна, она беззвучно отхлынула назад, словно подчиняясь особому ритму приливов и отливов.

_Этот бледно-серый туман кажется мне смутно знакомым…_ Лицо Клейна стало серьёзным.

Помедлив несколько секунд, он продолжил спуск.

На этот раз поднявшийся иллюзорный прилив полностью накрыл его, так что тело стало лёгким, эмоции быстро охладели, а мысли постепенно ослабевали.

Если бы не защита ауры Замка Сефиры, Клейн подозревал, что пассивно слился бы с этим приливом, не имея возможности сопротивляться.

После этого серовато-белый кокон закачался на воде и, медленно покачиваясь на волнах, достиг конца лестницы.

За концом лестницы зияла пустота. В этой пустоте текла прямая, широкая, иллюзорная, бесцветная, тёмная река.

Река была такой размытой, что её трудно было разглядеть отчётливо. Всё из-за того, что вокруг неё стелилась серовато-белая пелена, похожая на тонкий слой тумана.

— И правда… — невольно пробормотал Клейн, увидев это.

С этим туманом он был хорошо знаком. Он видел его за дверью в руинах Банси, видел его на самом восточном краю Покинутой Земли Богов, и видел под Замком Сефиры!

И в отличие от других мест, здесь часть воды из Реки Вечной Тьмы прорывалась сквозь серовато-белый туман и в какой-то степени сливалась с ним, из-за чего её цвет переходил от угольно-чёрного к бледно-белому и обратно.

Вода в этом месте всё время вздымалась вверх, а потом снова опадала, как поток, пронзающий иллюзорную тьму.

По обе стороны рукава возвышались огромные бледно-белые каменные колонны. Казалось, они что-то подпирают, не позволяя этому обрушиться.

В этот момент между каменными колоннами и на берегах рукава взад-вперёд медленно, но безостановочно бродили бесчисленные размытые полупрозрачные фигуры.

Больше всего в глаза бросалась одна будто бы заблудившаяся фигура, которая время от времени заходила в глубину рукава, а затем разворачивалась. Однако выбраться из реки она, похоже, не могла.

Она была огромной, почти как окружающие каменные колонны. Тяжёлая чёрная мантия свисала с её тела, а по профилю фигура казалась очень древней.

Внезапно она повернула голову и взглянула на Клейна.

В её лице явно угадывались черты Южного континента, однако оно уже сгнило, а на нём росли белые перья, вымазанные бледно-жёлтым маслом.

Клейн знал «Его», и «Он» был отцом мистера Азика, Смертью Четвёртой Эпохи:

Император Подземного мира Сэлинджер.