Повелитель Тайн (джен)

Смерть Сэлинджер, бродивший вдоль Реки Вечной Тьмы, взглянул на Клейна, заключённого в серовато-белый кокон.

В «Его» глазах, где тлело почти погасшее бледно-белое пламя, тотчас отразилось золотое украшение в форме птицы на груди Клейна.

В следующую секунду из сгнившего рта «Его» вырвался низкий рёв. Он прокатился над рекой, и весь город Кальдерон заметно содрогнулся.

Рукав, то поднимающийся, то опадающий, временами тёмный, временами бледно-белый, вместе с приливом добрался до конца каменной лестницы и хлынул на Клейна.

Во время этого процесса иллюзорный прилив сливался с серовато-белым туманом, приобретая похожий оттенок.

Серовато-белый поток снова и снова обрушивался на тело Клейна, но так и не смог разрушить кокон вокруг него.

Сгнившее тело Смерти Сэлинджера сделало шаг к краю рукава, но сколько бы «Он» ни пытался, выбраться не мог. Всё, что «Он» был способен делать, — стоять там и исступлённо реветь.

Взгляд Клейна скользнул мимо «Него» и остановился на размытых фигурах, бродивших вдоль берегов.

Одну из них уже подхватил поднявшийся прилив и унёс к центру рукава. Она невольно погрузилась на дно реки и растаяла, как лёд.

Остальные страха не проявляли. Они по-прежнему пребывали в оцепенелом, потерянном состоянии и бесконечно ходили взад-вперёд.

Одного взгляда Клейну хватило, чтобы заметить среди них множество знакомых фигур.

Все они были одним и тем же человеком — Азиком Эггерсом, бронзовокожим мужчиной с мягкими чертами лица.

Казалось, этот Консул Смерти раскололся на множество «я». Они непрерывно бродили между бледно-белыми каменными колоннами по обе стороны Реки Вечной Тьмы.

Это… Сердце Клейна дрогнуло, и в тот же миг его правую ногу пронзил холод.

Он машинально опустил голову и увидел бледно-белую руку.

Ладонь проникла сквозь серовато-белый кокон и вцепилась ему в икру.

А её владелец, плывший в нарастающем потоке, походил на водяного призрака, пытавшегося утянуть Клейна в речную глубину.

Эта атака действительно могла игнорировать ауру Замка Сефиры!

Почувствовав на себе взгляд Клейна, обладатель бледно-белой ладони поднял голову и открыл лицо.

Чёрные волосы, карие глаза, самые обычные черты и учёный вид.

Клейн Моретти!

Этим «водяным призраком» был Клейн Моретти!

В следующую секунду за левую ногу, правое плечо и левую руку Клейна схватились другие бледно-белые ладони.

Всё его тело мгновенно пронзил холод, а Духовное Тело будто сковало льдом. Он уже не мог применить свои силы Потустороннего. Сопротивление стало невозможным.

Эти три бледно-белые руки принадлежали разным размытым фигурам, но у всех этих фигур было одно и то же лицо — лицо Клейна Моретти!

Под тягой четырёх «водяных призраков» тело Клейна постепенно отделилось от серовато-белого кокона и начало погружаться в поток.

Его тело становилось всё холоднее и холоднее, мысли всё быстрее уходили в молчание. Перед глазами темнело, пока в конце концов не остались только чёрные волны прилива и отлива.

Над Серым Туманом, в древнем дворце, сознание Клейна вернулось в его настоящее тело.

И тут же, ни на миг не колеблясь, он протянул ладонь и, воспользовавшись силой Замка Сефиры, через связь с исторической проекцией похитил у неё один предмет.

Сверкнул золотой луч, и в руке Клейна оказалось золотое украшение в форме птицы.

В то же время он перестал поддерживать историческую проекцию из Исторической пустоты.

Фигура, «утонувшая» в потоке рукава Реки Вечной Тьмы, исчезла.

_Они могут игнорировать ауру Замка Сефиры, а значит, те четыре фигуры и впрямь являются «мной»… Но почему я оказался пойман в потоке рукава Реки Вечной Тьмы и должен бесконечно бродить там? Четыре фигуры, четыре фигуры…_ Выражение лица Клейна стало серьёзным, и он мягко постучал по краю длинного пёстрого стола. В такт этим ударам к нему пришло вдохновение.

Слова «четыре», «души» и «смерть» соответствовали тому факту, что он уже четыре раза умирал и четыре раза воскресал.

Конечно, после того как он стал Служителем Тайн, эти четыре возможности к воскрешению снова обнулились.

_Получается, каждый раз, когда я умираю, независимо от того, успешно воскресаю или нет, в Реке Вечной Тьмы остаётся отпечаток смерти? Я умер четыре раза, поэтому на её берегах бродят четыре мои фигуры?_ Клейн в общих чертах ухватил суть происходящего и внутренне вздохнул. _Река Вечной Тьмы и в самом деле является сефирой. Как и ожидалось от символа смерти, покоя, конца пути, завершения и тьмы… Вот что имела в виду Богиня, когда говорила, что я столкнусь с иной разновидностью опасности? Хм, когда историческая проекция «утонула», я получил некоторый урон рассудку. Будь моё психическое состояние нестабильным, последствия к этой минуте могли бы оказаться ужасными._

Исходя из этого, Клейн по-новому взглянул и на многочисленные фигуры Азика, и на блуждающего Сэлинджера.

Они были соответствующими отпечатками смерти.

_Мистер Азик действительно много раз умирал в процессе поисков своих воспоминаний, но всякий раз возвращался к жизни. Судя по нынешней картине, хотя Неумирающий и не умирает по-настоящему, в этом скрыто множество опасностей. Как только число смертей достигнет определённого предела, однажды истинное тело может быть притянуто к Реке Вечной Тьмы и стать одной из фигур, которые вечно бродят по её берегам… Только фигура Сэлинджера единственная… Это означает, что после вмещения Уникальности даже отпечаток «Его» смерти становится уникальным._ Пока мысли лихорадочно метались, Клейн начал всерьёз тревожиться за то, сможет ли мистер Азик пережить это.

И решить эту проблему можно было двумя способами. Первый — вернуть душе Азика целостность и прекратить бесконечный цикл его воскресений. Второй — помочь Богине Вечной Ночи стать Великим Древним и взять под контроль Реку Вечной Тьмы.

_Хе-хе, возможно, это ещё один выбор из двух. Когда Богиня станет Великим Древним, «Ей» уже не придётся снова использовать половину души мистера Азика._ Клейн оборвал поток мыслей и сосредоточился на собственной цели.

Он вошёл в глубины города Кальдерон не для того, чтобы решить проблему отпечатка смерти Сэлинджера и уничтожить всякий шанс на «Его» воскрешение. Он пришёл сюда за речной водой из Реки Вечной Тьмы.

_Ясно, что вода иллюзорного прилива, вытекающая из реки, не подойдёт. Из неё исходит лишь аура, а не сама речная вода. Да и вода, слившаяся с серовато-белым туманом, тоже не годится. В ней слишком много примеси, и нужного эффекта она не даст. Похоже, подойдёт лишь тот момент, когда вода в рукаве снова станет глубокой и тёмной. Хе, из главного русла взять её точно не получится. Этот серовато-белый туман определённо служит реальной преградой._ Клейн быстро составил план на основе увиденного.

Суть была в том, чтобы не подходить близко к Реке Вечной Тьмы и не привлекать внимания Смерти Сэлинджера. Он собирался дождаться, пока вода в рукаве отступит и потемнеет, затем приблизиться и позволить четырём своим отпечаткам смерти утащить историческую проекцию на дно реки.

В процессе проекция должна была улучить момент и с помощью золотого украшения в форме птицы зачерпнуть воду Реки Вечной Тьмы. Затем его сознание вернулось бы в Замок Сефиры, а он, используя силу «Кражи» и тесную связь между двумя предметами, забрал бы золотое украшение обратно.

Продумав все детали процедуры, Клейн вернулся в город Кальдерон и вновь призвал историческую проекцию из Исторической пустоты.

Он повторил прежние действия и вскоре снова оказался у каменной стелы рядом с огромной бронзовой птицей. Шаг за шагом он начал спускаться по серовато-белым ступеням.

Аура Замка Сефиры вокруг него постепенно сгущалась, превращаясь в тонкий «кокон».

Вскоре Клейн добрался до конца лестницы. Перед ним снова была Река Вечной Тьмы, текущая в пустоте, бледно-белые колонны по обоим берегам и бесчисленные размытые фигуры, блуждавшие у берегов рукава.

На этот раз он не спешил двигаться вперёд. Он сошёл с лестницы и терпеливо стал ждать на месте, пока вода в рукаве отхлынет. Серовато-белый цвет поблек, а вода потемнела.

_Сейчас!_ Фигура Клейна вспыхнула, и, «украв» расстояние, он появился в слепой зоне Смерти Сэлинджера.

Как и ожидалось, стоило его телу погрузиться в Реку Вечной Тьмы, как бледно-белые руки сразу же прошли сквозь ауру Замка Сефиры и вцепились ему в конечности.

Четыре его отпечатка смерти возникли рядом и с нетерпением потащили его ко дну реки!

Голова Клейна ушла под тёмную речную воду. Тело налилось холодом, а мысли начали замирать.

Прежде чем он окончательно утратил сознание, из его шеи выползли прозрачные и искажённые черви. Они быстро добрались до золотого украшения в форме птицы, облепили его и приподняли, собираясь зачерпнуть воду Реки Вечной Тьмы.

И в тот же миг в крутящемся иллюзорном течении перед Клейном возникла гигантская тень.

Это была огромная птица, плывущая в воде, полностью поглощённая рукавом Реки Вечной Тьмы.

Её поверхность покрывало белое пламя, а перья складывались из загадочных узоров, но большая часть уже расплавилась под воздействием Реки Вечной Тьмы. Обнажившиеся участки были угольно-чёрными, прогнившими и покрытыми бледно-жёлтым гноем.

Глаза гигантской птицы будто были отлиты из бронзы, и в них скрывались слой за слоем иллюзорные двери.

Предок Фениксов Грегрейс!

Древняя Смерть, открывшая Подземный мир!

Из глаз Грегрейса вырвался бронзовый луч, накрывая золотое украшение в форме птицы и историческую проекцию Клейна, будто пытаясь утащить их вместе.

Мгновенно взвесив своё положение, Клейн тут же принял решение и отказался от попытки зачерпнуть речную воду.

Его сознание немедленно вернулось в Замок Сефиры, и он похитил золотое украшение в форме птицы.

Историческая проекция рассеялась.

_Значит, опасность подстерегает и в воде… Древний бог, Предок Фениксов Грегрейс, полностью погрузился в Реку Вечной Тьмы… Если Богиня действительно сможет вместить Уникальность Пути Смерти, а Сэлинджер не сумеет воспользоваться этим шансом для воскрешения в «Её» теле, то и «Он» должен будет погрузиться в воду так же, как Грегрейс. А отпечаток смерти Грегрейса растворится ещё сильнее…_ Клейн молча вздохнул и изменил план.

После этого он вновь призвал историческую проекцию из Исторической пустоты и вернулся к концу лестницы.

Выждав некоторое время, когда Смерть Сэлинджер развернулся и медленно двинулся к берегу, Клейн внезапно «украл» расстояние и появился прямо перед «Ним».

В следующую секунду Сэлинджер издал глухой рык, резко усилив течение рукава.

Одновременно отпечатки смерти Клейна схватили его и силой потащили на дно реки, где он ощутил присутствие Предка Фениксов Грегрейса.

Как и прежде, бронзовые глаза Грегрейса вспыхнули.

Однако на этот раз свет окутал не Клейна и золотое украшение в форме птицы, а Смерть Сэлинджера.

Сращивание!

Поймав этот краткий миг, Черви Духа выползли из исторической проекции Клейна и подняли золотое украшение в форме птицы.

Бронзовый глаз на украшении тоже выпустил луч света, зачерпнув крошечную порцию речной воды.

В следующее мгновение сознание Клейна вернулось в Замок Сефиры. Он поднял руку и забрал украшение назад.

— Фух, наконец-то всё… — Глядя на золотое украшение в форме птицы у себя в ладони, он медленно выдохнул.

Для владельца Замка Сефиры эта миссия оказалась не слишком трудной. Пока он не входил туда собственным телом очертя голову, он мог полагаться на повторяющиеся неудачи, накапливать опыт и постепенно разбираться в ситуации.

И если бы не две Смерти в рукаве Реки Вечной Тьмы — одна блуждающая, а другая погружённая в воду, — Клейн не потерпел бы двух неудач подряд.