Идентификация Блэка (джен)

Трибуны гудели, переливаясь волнами голосов, пёстрых флагов и вспышек заклинаний фейерверков. Казалось, само небо вибрировало от восторга тысяч зрителей, собравшихся на стадионе Хогвартса, чьи каменные стены возможно помнили ещё турниры прошлых веков. В мире магов не так много зрелищ, способных вызвать подобный ажиотаж, и Турнир Трёх Волшебников — событие, которое невозможно пропустить. Даже те, кто притворялся равнодушным, сегодня спешили занять места повыше: каждый жаждал увидеть первый тур, где решится, кто достоин славы, а кто падёт под взглядами тысяч свидетелей.

Солнце стояло в зените, заливая арену золотистым светом. Магические знамёна трёх школ — Хогвартса, Шармбатона и Дурмстранга — реяли над стадионом, меняя цвета и извергая снопы искр. Воздух был наполнен запахом жареных каштанов, сливочного пива и едва уловимым озоном. Торговцы в проходах между рядами выкрикивали названия сувениров, дети визжали от восторга, а взрослые волшебники обменивались ставками и прогнозами.

В VIP-ложе, отделённой от остального стадиона мерцающим хрустальным сиянием защитных чар, восседал Джейсон Орион Блэк. Ложа располагалась на возвышении, откуда открывался превосходный обзор на всю арену. Её интерьер отличался сдержанной роскошью: тёмное дерево, бархатные кресла с высокими спинками, столики из полированного обсидиана, на которых слуги расставляли бокалы с эльфийским вином и изысканные закуски.

На Джейсоне был безупречно сшитый тёмный костюм из дорогой ткани, поверх которого, ниспадала мантия с едва заметным серебряным рунным шитьём по вороту — древние защитные символы рода Блэк. Всё в его облике соответствовало статусу главы древнего рода: безупречная осанка, невозмутимое спокойствие, холодный серый взгляд, излучающий сдержанную силу. Тёмные волосы были аккуратно зачёсаны назад, подчёркивая аристократические черты лица.

Но мало кто мог предположить, что под безупречно выглаженной рубашкой скрывался артефактный бронежилет из драконьей кожи, усиленный рунными цепями и пластинами самородного серебра. Каждая руна была вырезана лично Блэком и активировалась при малейшей угрозе.

Паранойя, въевшаяся в подкорку за годы оперативной службы в прошлой жизни, не отпускала и здесь, в новой реальности. Каждое украшение, каждый предмет одежды имел своё практическое предназначение. Кольца на правой руке — не просто фамильные драгоценности, но и боевые артефакты, которые одним движением магии превращались в усиленный кастет. В подошвах сапог из драконьей кожи прятался набор метательных ножей, сбалансированных с точностью до грамма и с заклинаниями возврата. Запонки служили портключами для экстренной эвакуации. И это был лишь малый арсенал из того, что Джейсон носил при себе постоянно.

На подобных массовых мероприятиях глава рода Блэк предпочитал быть не просто богатым обывателем, наслаждающимся зрелищем, а вооружённым до зубов наблюдателем, готовым к любому развитию событий.

Справа от него, степенно положив обе руки на набалдашник трости из чёрного дуба, восседал лорд Монтегю — величественный старик с лицом, словно высеченным из мрамора. Его седые волосы поблёскивали в солнечных лучах, отражённых и усиленных куполом защитных чар. Глаза лорда внимательно изучали арену, а тонкие губы были сжаты в привычную линию аристократического неодобрения.

Слева от Джейсона сидел Северус Снейп, декан Слизерина, сосредоточенный и непроницаемый, как всегда. Его чёрные одежды сливались с тенью, а бледное лицо с крючковатым носом оставалось бесстрастным. Только тёмные глаза выдавали напряжённое внимание — Снейп отслеживал каждое движение на арене. Его длинные пальцы лежали на подлокотнике кресла, готовые в любой момент выхватить палочку.

Дальше располагался лорд Люциус Малфой, чей настороженный взгляд то и дело скользил по Джейсону с едва уловимой опаской. Малфой был одет с характерной для него элегантностью — светло-серая мантия с изумрудной отделкой, платиновые волосы ниспадали на плечи идеальными волнами. Его рука с тростью-змеёй покоилась на коленях, но пальцы время от времени сжимались на рукояти. Казалось, лорд Малфой пытался определить: союзник перед ним или потенциальная угроза? Политическое положение Блэков за последнее время изменилось настолько радикально, что старые расклады сил больше не работали.

Ложа была переполнена представителями старых родов. Гербы, фамильные печати, кольца с гравировкой, мантии из дорогих тканей — всё здесь дышало респектабельностью и скрытыми договоренностями. Каждое рукопожатие, каждый кивок, каждая фраза имели значение. Здесь заключались сделки, плелись интриги и определялось будущее магической Британии.

Из соседнего сектора, где располагались менее влиятельные, но всё же значимые семьи, Торфин Роули — ныне осторожный нейтрал — коротко, по-военному кивнул Джейсону. Остальные присутствующие лишь поглядывали украдкой, стараясь не привлекать внимания, но явно обсуждая главу Блэков шёпотом за веерами и бокалами вина.

Фамилия Блэков всегда была окружена легендами и скандалами — своеобразная репутация, древняя магия, непредсказуемость поведения. А новый глава рода вызывал одновременно любопытство и тревогу. Слишком молод и независим, а значит опасен. И совершенно не вписывается в привычные схемы влияния и контроля. Что хорошего можно ждать от янки?

Джейсон ощущал эти взгляды кожей и затылком — навык, отшлифованный годами работы под прикрытием. Лицо мужчины оставалось безмятежным, лишь лёгкая улыбка касалась губ. Пусть лайми гадают и строят теории. Главное — чтобы никто не догадался, насколько очевидны для него их игры. Над ареной, где купола чар серебрилась в лучах солнца, возвышался президиум. Там, словно на вершине пирамиды, восседал Альбус Дамблдор — в тёмно лиловой мантии, расшитой звёздами. Он выглядел всё тем же благодушным старцем, но Джейсон видел за этим фасадом холодный расчёт опытного политика. Седая борода, мягкий голос, доброжелательная улыбка — всё это было частью выверенного имиджа, и мастерски отточенного годами опыта общения с электоратом.

Ещё полчаса назад директор бросил на Джейсона взгляд, в котором сквозило лёгкое неодобрение. Ему явно не нравилась новая манера держаться четвёртого чемпиона — Гарри Поттера. Парень был слишком спокоен и собран, отлично экипирован для предстоящих испытаний, и в глазах его уже не было прежней наивной искры.

«Пусть недоволен», — усмехнулся про себя Джейсон, наблюдая, как на арену опускается мерцающий купол заклинаний. Значит, он всё делает правильно. Этот турнир покажет, чей метод воспитания эффективнее.

Самому наёмнику было плевать на чужое одобрение — хоть с Астрономической башни, хоть из министерских кабинетов. Он достаточно повидал за обе жизни, чтобы зависеть от мнений обывателей и политиков.

Его ученик, стоящий на арене, выглядел приемлемо. На парне — специальный костюм охотника за магическими тварями, сшитый из драконьей кожи: плотной, гибкой, пуленепробиваемой. Швы и стыки усилены защитными чарами, а на вороте темнели символы древних рун.

Когда Людо Бэгмен, округлив глаза, возмутился — мол, это нарушение правил, — юноша лишь пожал плечами. Джейсон бросил на чиновника бесстрастный, ленивый взгляд и произнёс:

— Это его одежда. Голым против дракона он не пойдёт.

Интонация была настолько равнодушной, что спорить стало бессмысленно. Бэгмен замялся, пробормотал что то невнятное и предпочёл сделать вид, что ничего не слышал. Опыт подсказывал: связываться с Блэком, тем более с наёмником, — себе дороже.

На арене тем временем начался первый тур. Седрик Диггори, вооружённый лишь палочкой и юношеским энтузиазмом, метался между валунами, безуспешно пытаясь отвлечь внимание дракона. То превращал камни в псов, то заставлял их вспыхивать искрами. Воздух дрожал от жара и рёва.

Джейсон наблюдал за происходящим, когда внезапно ощутил лёгкое прикосновение к руке. Маленькая лапка Кричера незаметно вложила в его ладонь крошечный камень — полированный, тёплый авантюрин.

Значит, операция прошла успешно.

Отлично. Сейчас он на виду у сотен свидетелей, под пристальным вниманием прессы и глав родов. Никто не свяжет его с внезапно вспыхнувшей и выгоревшей дотла магической лабораторией.

Эту акцию Джейсон готовил давно. Часть Блэков, как и многих других магов, погибла из за редкой заразы — драконьей оспы, уродующей тела и разрушающей магические ядра. За то короткое время, что он находился в Британии, бывший агент вычислил виновных и источник заражения. Оставалось только выжечь эту мерзость до основания.

Всё необходимое оборудование он получил вместе с грузом из Мексики. Компоненты, алхимические реагенты, редкие смолы и кристаллы — всё пошло в дело. В подвале на Гриммо Джейсон собственноручно собрал зажигательные боеприпасы. Смесь была его личным изобретением — гибрид напалма и рунической формы заклинания адского пламени. Она не оставляла следов, сжигая всё до праха.

Удобно иметь недвижимость, недоступную для Министерства. Ещё удобнее — память и навыки, которых здесь никому не известны.

«Жаль, — подумал он с сухой усмешкой, — что в прошлой жизни такого не было. Тогда всё решали пули и тактика и не было места, где можно отсидеться. Теперь — огонь и руны. Но суть та же: устранить угрозу до того, как она устранит тебя».

— У вас будет время для разговора? — тихо спросил Северус Снейп, едва наклонившись к уху Джейсона. Его голос звучал ровно, но в прищуре чёрных глаз читался немой вопрос.

— Разумеется. После состязаний, — ответил тот спокойно, не отрывая взгляда от арены.

Трибуны взорвались шумом: аплодисменты, свист, восторженные выкрики. Толпа приветствовала Делакур — лёгкую, как свет, и ослепительно прекрасную. Её мантия переливалась серебром на солнце, и тысячи глаз следили за каждым её движением, словно зачарованные. Воздух дрожал от восхищённых вздохов и вспышек колдокамер.

Джейсон оставался неподвижен. Чары Вейл на него не действовали, слишком много смерти он видел в своей жизни. И пролил реки крови за годы работы в Лэнгли, эмоции он научился блокировать еще тогда. Блэк ждал одного — выступления своего ученика.

По полученным данным, Гарри должна достаться хвосторога — коварная, непредсказуемая зверюга с пламенем, прожигающим камень насквозь. Хорошая проверка для начинающего бойца. Костюм охотника из драконьей кожи, выбранный по настоянию Джейсона, подходил идеально: плотная, гибкая броня защищала от жара и когтей, совсем не сковывая движений. «Если выдержит первые три секунды — выживет», — мысленно прикинул он, оценивая расстояние от гнезда до дракона.

Время шло, участники сменяли друг друга, и вот, наконец, настала очередь Поттера. Толпа стихла, словно ветер внезапно утих перед бурей. На арену вышел не мальчишка — а юный воин. Спина прямая, сосредоточенный взгляд, точные и уверенные движения. Даже в этой тишине Джейсон слышал, как Гарри выравнивает дыхание — привычка, вбитая совместными тренировками.

Гарри коротко вскинул палочку, приветствуя судей, — и в следующее мгновение исчез, применив чары невидимости.

В трибунах пробежала волна недоумения. Кто то прыснул со смеху, кто то зашёптался, гадая, не струсил ли четвёртый чемпион. Но Джейсон лишь прищурился: всё шло по плану. «Одна ошибка — и он станет факелом. Но парнишка не ошибётся».

Воздух над ареной дрогнул — и совсем рядом с драконом возник еле заметный силуэт. Мгновение — и Гарри уже наносил удар: заклинание потоком синего света сорвалось с кончика палочки, ударяя чудовище в грудь. Рёв, взрыв горячего воздуха, ослепительная вспышка — и хвосторога на мгновение замерла, парализованная чарами.

Этих секунд оказалось достаточно. Поттер сорвался с места, метнулся к гнезду, схватил золотое яйцо и, не оглянувшись, исчез в наколдованном облаке густого тёмного дыма. Запах озона и жжёного камня ударил в ноздри, заставляя зрителей отпрянуть.

На арене воцарилась тишина. Толпа словно забыла, как дышать.

Первым поднялся Джейсон. Он медленно захлопал в ладони — отчётливо и размеренно. Этот звук нарушил напряжённую тишину. Один хлопок, второй, третий — и за ним, словно по команде, зааплодировал весь стадион.

Шум нарастал, ревел, захлёстывал пространство. Людо Бэгмен возбуждённо прыгал на месте, размахивая руками, будто пытался взлететь. Дамблдор улыбался своей мягкой, чуть лукавой улыбкой, но в глубине его глаз Джейсон уловил настороженность. «Он не ожидал такой чёткости. Никто не ожидал».

Джейсон не улыбался. Он наблюдал, как дым над ареной рассеивается, а солнце играет на камнях. Парень справился — чётко, хладнокровно, без единой ошибки. Задание выполнено безукоризненно.

Он выбрался с трибуны, поправил мантию и направился вниз, к палаткам участников. Нужно поддержать ученика: Гарри доказал всем, что не зря зовется подопечным мастера наёмника.

За палаткой целителей, где в воздухе витал лёгкий, запах целебных трав и свежесваренных зелий, Джейсона перехватил Северус Снейп. Декан Слизерина появился бесшумно, словно материализовался из тени, отбрасываемой полотнищем палатки. Едва заметно кивнув в сторону, подальше от снующих волшебников и любопытных репортёров, он отгородил пространство вокруг них заклинанием приватности.

— У нас проблемы, мистер Блэк, — произнёс Снейп без предисловий, его тёмные глаза внимательно изучали собеседника. — Новый преподаватель Защиты от Тёмных искусств — не тот, за кого себя выдаёт.

Джейсон не выдал удивления, лишь чуть прищурился, продолжая выглядеть расслабленным. Но внутри что-то напряглось, включились инстинкты бывшего оперативника. Самозванец в Хогвартсе, мог находиться только с разрешения директора. Иначе и быть не могло.

— Я бессилен что-либо предпринять, — продолжал Снейп, и в его голосе прозвучала едва сдерживаемая горечь. — Директор запретил вмешиваться и вызывать авроров. Приказал наблюдать, но не препятствовать.

— Как вы это выяснили? — спокойно спросил Джейсон, скрестив руки на груди и наблюдая, как порыв ветра колышет край брезентовой палатки, заставляя её полотнище трепетать и натягиваться на канатах.

— Это трудно не заметить, когда знаешь, на что обращать внимание, — губы Снейпа скривились в знакомой презрительной усмешке. — Он пьёт Оборотное зелье почти каждый час. У этого напитка слишком характерный запах — густой, отдающий гниющей травой и металлом. Его ни с чем не спутаешь, если хоть раз в жизни варил.

Джейсон задумался на мгновение, просчитывая варианты. Оборотное зелье требовало постоянного приёма для поддержания эффекта. Значит, самозванец был кем-то достаточно опытным и подготовленным, чтобы обеспечить себя запасами. Или у него был сообщник-зельевар. В любом случае, побеседовать с ним не помешает.

— Понимаю, — кивнул он, приняв решение. — Пока ничего не предпринимайте. Не привлекайте к себе внимания, не надо лишний раз нервировать директора.

Он сделал паузу, убеждаясь, что защитные чары держатся, и никто не подслушивает их разговор.

— После окончания первого тура, когда уляжется вся эта суматоха и репортёры разъедутся, пригласим нашего загадочного джентльмена на приватную беседу, — в голосе Джейсона прозвучали стальные нотки. — Если поможете снять его ментальные блоки и провести допрос с применением легилименции — я щедро оплачу работу. Назовите свою цену.

Снейп коротко кивнул, принимая условия без лишних слов и торга. Его тёмные глаза блеснули удовлетворением от того, что наконец-то можно будет действовать, а не просто наблюдать и молчать по приказу Дамблдора.

Мужчины обменялись понимающими взглядами — соглашение было заключено. Затем Снейп одним движением палочки снял чары приватности, и звуки празднующей толпы вновь обрушились на них. Они разошлись в разные стороны, Снейп растворился в потоке волшебников, направляющихся к выходу.

Джейсон обошёл ряды палаток и остановился у той, где собрались чемпионы. Там его ждала забавная картина: Рональд Уизли, взволнованный и красный до ушей, пытался заговорить с Гарри. Судя по всему, он внезапно решил восстановить старую дружбу.

— Конечно, Рональд! Мы ведь на одном факультете, — с лёгкой улыбкой ответил Поттер. — Поболтаем как нибудь… когда будет время.

Он говорил спокойно, без раздражения, но с той сдержанной уверенностью, что свойственна людям, научившимся полагаться на себя. За этот месяц Гарри действительно переменился: в его взгляде появилась взрослая серьёзность, а движения стали более плавными и чёткими. Подражая наставнику даже неосознанно, подросток начал внешне напоминать Джейсона.

Заметив мистера Блэка, парень сразу оживился, махнул рукой и, не оборачиваясь на Уизли, направился к нему.

— Готов? — коротко спросил Джейсон.

— Да, сэр, — отчеканил Поттер, расправив плечи.

Мужчина кивнул, положил руку ему на локоть — и мир вокруг дрогнул. Мгновение — и оба исчезли, растворившись с мягким хлопком в стремительном вихре аппарации.

Через секунду они уже стояли на пороге старого дома на Гриммо Плейс.

Гарри едва успевал переварить события этого дня. Энергия и жажда поделиться первым успехом с семьёй переполняли его, выплёскиваясь через край. Наставнику с трудом удалось заставить мальчика привести себя в порядок перед обедом: отряхнуть одежду, пригладить непослушные волосы, усмирить лихорадочный блеск в глазах.

Но стоило им оказаться за столом, как вся стройная система британского этикета рухнула под напором подросткового энтузиазма. Гарри говорил, жестикулировал, вскакивал с места, воспроизводя сцены с арены так ярко и живо, что слушать его было одновременно и восхитительно, и тревожно.

— Эх, зря вы меня не пустили, дядюшка… — вздохнула Гермиона. В её голосе звучала неподдельная и тихая обида.

— Не зря, — мягко, но без намёка на уступку, ответил Джейсон. — Тебе там абсолютно нечего делать. Помнишь наше правило? Чем меньше информации мы выдаём окружающим, тем крепче наша собственная безопасность.

Гермиона кивнула, подчиняясь. Но лёгкая упрямая складка в уголке рта говорила ясно: дядюшкина осторожность казалась ей чрезмерной.

Джейсон заметил это и, чтобы отвлечь племянницу, перевёл разговор в практическое русло.

— Знаешь, Гермиона, — начал он, задумчиво вращая бокал, — мне срочно требуется решить одну задачу. Как в Хогвартсе можно отследить передвижения конкретного человека?

Неожиданно Гарри, будто только и ждал этого вопроса, откликнулся раньше подруги:

— Это проще простого! У меня есть карта. Она показывает каждого, кто находится в школе, и куда он движется.

Джейсон медленно отложил нож и вилку. Его взгляд — тяжёлый и пристальный — устремился на воспитанника.

— И ты всё это время молчал о такой вещи?

— Вы не спрашивали, — с беззаботной наглостью парировал Гарри, лениво откидывая чёлку со лба.

Андромеда и её дочь переглянулись, с трудом сдерживая улыбки. Семейная сцена явно забавляла их.

После обеда все Блэки переместились в гостиную. Гарри с торжественным видом развернул на полированном столе большой, потрёпанный на вид пергамент.

— Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость, — произнёс он чётко.

Лишь после этих слов по поверхности карты начали проступать чернильные линии, а затем — двигающиеся точки.

Лист ожил, превратившись в миниатюрную, но невероятно подробную модель Хогвартса. По его коридорам и залам скользили крошечные отметки с именами.

Взгляд Джейсона, привыкший выхватывать детали, быстро нашёл нужную фамилию: Аластор Муди. Точка с этим именем неподвижно стояла в его апартаментах. Чуть в стороне, у границ Запретного Леса, двигалась другая — Бартемиус Крауч.

Но почти сразу он обнаружил нестыковку: в кабинете директора, в обществе Альбуса Дамблдора и Корнелиуса Фаджа, тоже находилась точка с именем Бартемиус Крауч.

Андромеда, досконально знавшая все родовые особенности магической Британии, тут же нашла объяснение:

— У Бартемиуса Крауча старшего был сын тёзка. Но он официально погиб в Азкабане.

Челюсти Джейсона напряглись. В воздухе повисло невысказанное, но очевидное для всех заключение.

— Значит, жив. А вот что привело его в стены Хогвартса — это нам только предстоит выяснить.

Гарри, не в силах сдержать нетерпение, тут же встрял:

— А можно я с вами?

Джейсон посмотрел на него спокойно, но с той непоколебимой твёрдостью, что не оставляла места для дискуссий.

— Пока — нет. Но когда мы будем проводить… скажем так, беседу, ты сможешь присутствовать в качестве наблюдателя. Помнишь наш порядок обучения? — Уголок его губ дрогнул в подобии улыбки.

— Помню: сначала теория и отработка приёмов, потом — закрепление на практике, — бодро процитировал Гарри.

— Верно, — кивнул Джейсон. — Как только ты отработаешь тайный захват и базовые диверсионные приёмы, мы начнём практиковаться на деле. И, возможно, это случится раньше, чем ты думаешь.

В комнате повисло тёплое, почти осязаемое напряжение. Карта по прежнему шелестела, отображая тайную жизнь замка, а планы созревали в голове Джейсона быстрее, чем он успевал их озвучивать.

Его взгляд скользнул по детям — по вежливо нетерпеливой Гермионе и готовому ринуться в бой Гарри. В голове мужчины уже выстраивался чёткий алгоритм действий.

* * *

Вечерний Хогсмид тонул в сизой дымке и шумном оживлении. Гости, разгорячённые зрелищем первого тура, не спешили расходиться: пабы и узкие улочки наполнялись гомоном и смехом.

Среди пёстрого потока появился Джейсон. Он сменил парадный костюм на добротную, неприметную мантию тёмно серого оттенка. Глубокий капюшон скрывал лицо и короткую стрижку — он до сих пор не мог привыкнуть к длинным волосам местных магов. Для человека его профессии длинные волосы были не просто неудобством, а прямой угрозой.

За «Сладким королевством», в тени здания, его уже ждал Северус Снейп. Худая фигура в тёмной мантии почти сливалась с окружающим пространством в наступающих сумерках.

— Надеюсь, нам не придётся пробираться через подвал кондитерской, расталкивая локтями толпы школьников? — с лёгкой иронией поинтересовался Джейсон. Внутренне он удивился: за год в этом мире не только адаптировался, но и начал понемногу приобретать склонность к сарказму.

— Шутить изволите, коллега, — сухо парировал Снейп. — В этом замке больше потайных ходов, чем дыр в швейцарском сыре.

Без лишних слов слизеринский декан развернулся и зашагал к опушке Запретного леса. Джейсону ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

Надо отдать должное мистеру Снейпу: он провёл бывшего агента в замок быстро и бесшумно — через проход, отсутствовавший даже на всевидящей Карте Мародёров.

В полумраке безлюдного коридора Джейсон, не стесняясь присутствия напарника, развернул пергамент и жестом подозвал профессора.

— А, таинственный пергамент мистера Поттера. Запрещённый директором к использованию и подлежащий безусловной конфискации, — в голосе зельевара прозвучала язвительная усмешка.

— Дамблдор знает о нём? — по деловому спросил Джейсон.

— Директор, — отрезал Снейп, — знает если не всё, то достаточно, чтобы держать всех на крючке. Притворяется, что не в курсе — но лишь до тех пор, пока это служит его целям. А в итоге оказывается, что он осведомлён куда больше, чем кому бы то ни было хотелось.

Взгляды обоих мужчин скользнули по карте. Они быстро нашли искомую точку с подписью «Бартемиус Крауч» — она находилась в апартаментах Аластора Муди. Без лишних слов они двинулись в нужном направлении.

У двери кабинета ЗОТИ они замерли. Северус отстучал короткий, сухой ритм, а Джейсон вжался в стену у косяка, буквально слившись с тенями.

Дверь отворилась — и в проёме возник лже Муди. Его вид говорил сам за себя: одежда в беспорядке, взгляд мутный и невидящий, от него тянуло тяжёлым, сладковатым перегаром. Пустая глазница, лишённая магического артефакта, смотрелась жутко и неприглядно.

Захват не потребовал почти никаких усилий. Один точный, молниеносный толчок — и Крауч младший, не успев издать ни звука, был обезоружен, обездвижен и отброшен вглубь кабинета, как тряпичная кукла.

— Так, я не понял… — Джейсон быстрым взглядом окинул апартаменты. Кроме них и пленного, в комнате никого не было. — А где же сам хозяин? Где Муди?

На столе одиноко лежал магический глаз. Он безумно вращался в орбите, не в силах сфокусироваться.

Снейп грубо встряхнул связанного Крауча. Тот что то бессвязно пробормотал, а его единственный глаз непроизвольно метнулся к массивному сундуку в углу.

— Посмотрите в сундуке, мистер Блэк, — тихо, но чётко произнёс Северус.

Джейсону не потребовалось повторять. Он быстро опробовал серию редких и сложных отпирающих заклинаний. Раздалась череда громких щелчков — будто сработала дюжина механических замков. Он откинул тяжёлую крышку.

Изнутри пахнуло затхлостью и чем то кислым, болезненным. На дне огромного каменного мешка, скрючившись, лежал обездвиженный Аластор Муди.

— Ну что же, — с нескрываемым удовольствием протянул Снейп, — у нас сегодня поистине королевский улов. Коллега, вы заберёте этих джентльменов в свои казематы или мне предоставить честь передать их моему начальству?

— Полагаю, сначала мы оба проведём с ними обстоятельную беседу, — холодно ответил Джейсон. — А уж затем они смогут в полной мере насладиться гостеприимством допросных МИ 5. Они намного полезнее нам для оперативной работы, чем для отчётности вашего начальства.

Уголки губ Северуса дрогнули в подобии улыбки. Он удовлетворённо кивнул:

— Идёмте. Я помогу с транспортировкой через камин своего кабинета. Директор не может отслеживать перемещения деканов из Хогвартса.

Мужчины действовали быстро и без лишних слов. Они справедливо рассудили: везти двух пленников по отдельности — неоправданный риск. Оба бесчувственных тела уместились в том самом злополучном сундуке, что ещё недавно служил тюрьмой для Муди. Джейсон защёлкнул хитроумные замки. Теперь они охраняли не только жертву, но и похитителя.

Тайные проходы, известные лишь Снейпу, привели их в кабинет декана Слизерина намного быстрее, чем Джейсон предполагал. Он с интересом разглядывал сумрачные стены замка, освещённые трепещущим светом факелов. Вскоре они уже стояли в строгом, но элегантно обставленном кабинете, где в камине тлели горячие угли, разгоняя осенний холод.

Войдя в изумрудное пламя, Джейсон на мгновение ощутил привычное давление со всех сторон. В следующий миг его выбросило в знакомом до мелочей пространстве.

Прохладный воздух лондонской ночи врывался в гостиную через распахнутое окно. Приглушённый гул большого города встретил их в мраморной зале на первом этаже особняка на площади Гриммо.

Их уже ждала доктор Линь Сюэ. Молодая женщина в безупречном белом халате стояла неподвижно. Её тёмный, внимательный взгляд скользнул с прибывших мужчин на массивный сундук. Затем она поприветствовала их коротким, почтительным поклоном.

Теперь, под защитой родового особняка, можно было приступать к главному: обстоятельной, неспешной беседе с двумя ценными пленниками.

Ночь только начиналась. Она обещала быть долгой — насыщенной интересными признаниями и неожиданными откровениями.