УЧЁНАЯ vs ШАМАН (гет)

В комнате, на диване спиной к двери, сидела женщина.

—Пусть убирается, — прозвучало резко и бескомпромиссно.

Найлис, сохраняя внешнее спокойствие, протянула свёрток Чайоту. Тот принял его и поднёс к жене.

—Махита, родная. Посмотри, от Луаны. Земляничный.

Он подвинул пирог ближе.

Махита дёрнулась, будто от прикосновения к раскалённому металлу, и оттолкнула его руку.

—Надоели её подачки! — выкрикнула она, оборачиваясь. Её красивое лицо пылало обидой, а округлившийся живот, который Найлис теперь увидела, делал её гнев одновременно уязвимым и яростным. Она была на последних месяцах беременности.

— Ты вечно тащишь в дом кого попало! — закричала она, поднимаясь. — А я потом, как прислуга, должна всех принимать! Смотри на меня! Я даже наклониться не могу, а ты…

—Махита, Найлис же просто передать пирог…

— Эта старая карга! — перебила она, обращаясь уже не к мужу, а к невидимой Луане. — Думает, пирогом всё сгладит? Ни за что!

Найлис тихо спросила:

— А что случилось?

Махита, задыхаясь от гнева, выпалила историю. Год назад Чайот, заваленный работой, попросил её пригласить его друга на ужин.

—«Он один, совсем одичал, приведи его в чувство», — сказал. Я подумала: в гости идти с пустыми руками неловко. Испекла лепёшек, зная, что тот сам себе никогда не готовит…

Она говорила, жестикулируя:

— Подхожу к его дому, а там — ярмарка тщеславия! Эти глупые девчонки с пирогами толпятся, хохочут. Я их растолкала, говорю: «Дело есть». И тут появляется она. Луана! Увидела меня с лепёшками в этой толпе. И понесла на весь свет, будто я, замужняя, бегаю к холостяку с угощениями! Пошёл слух, что я неверная. Конечно, потом Чайот всё уладил, а его друг всё объяснил. А эта ведьма и не подумала извиняться!

Чайот стоял, принимая её гнев, но в его глазах читалась усталая грусть.

—Солнышко, сейчас не об этом. Нам нужно встретиться с ним по делу. О заводе. Это серьёзно.

—Опять он! — вспыхнула Махита с новой силой. — Вечно этот твой друг! У нас ребёнок скоро, а ты с ним совещания устраиваешь! Говоришь, дело, а я вижу — тебе просто с ним пообщаться охота!

Тут Найлис всё поняла. «Друг». Одинокий. Дом, у которого толпятся девушки. Соседний дом. И логика Луаны, пославшей её сюда, обрела ясность.

— Мне пора, — тихо сказала Найлис, отступая к двери. — Простите за вторжение.

Чайот кивнул ей, взгляд его выражал молчаливое извинение. Махита, выдохшись, отвернулась к стене.

На улице, глотнув свежего воздуха, Найлис спросила Чайота, который вышел проводить её до калитки:

—А почему… не Аризона? Ты же там преуспевал.

Он коротко усмехнулся.

—Преуспевал в роли «экзотического кадра». Пять лет доказывал, что я хороший юрист. А в итоге услышал от начальника: «Чайот, ты же понимаешь, твоя среда… в общем, не в небоскрёбах.»

Чайот снял очки, протёр их. — И я подумал: а ведь он, в каком-то извращённом смысле, прав. Моё место — где мои корни. Где мой народ. Не для того, чтобы прятаться. А чтобы защищать. Эта история с заводом — мой первый настоящий вызов. Вернулся как раз перед тем, как Махита рассказала мне про… ту историю с лепёшками.

Он взглянул на соседний дом, и в его глазах мелькнуло что-то сложное — дружеская верность, смешанная с пониманием, какую тень порой отбрасывает его друг на жизнь окружающих.