Аквамарин и Пламя (гет)

Утро после «Слаймового побоища» выдалось на удивление тихим. Замок Ноктис, обычно гудящий как растревоженный улей, словно затаил дыхание. Слухи в мире демонов распространяются быстрее, чем лесной пожар, и к завтраку каждый распоследний бес в прачечной знал: человеческая девчонка не просто выжила после нападения генерала Баала, она выставила его полным идиотом прямо в тронном зале.

Амелия шла по коридору к библиотеке, и на этот раз стражники не просто сухо кивали ей. Они вжимались в стены, а некоторые — самые молодые и впечатлительные — едва ли не отдавали честь.

— Доброе утро, госпожа Амелия! — пискнул Тикс, тот самый мелкий посыльный, пробегая мимо с подносом. — Повар передал, что сегодня на завтрак блинчики с северной черникой. Он сказал, что это… «специальный рацион для великих тактиков».

Амелия лишь хмыкнула, поправляя на плече Уголька. Шестилапый котенок чувствовал себя героем дня и гордо топорщил усы.

— Видишь, Уголёк? — шепнула она зверьку. — Стоит один раз измазать генерала розовой слизью, и ты уже национальное достояние. Жаль, в Соларисе за такое давали только гауптвахту.

В библиотеке её уже ждала Лилит. Суккуб сидела на подоконнике, залитая бледным утренним светом, и перебирала стопку донесений. При виде Амелии она расплылась в хищной, довольной улыбке.

— О, а вот и наша «Гроза Генералов», — Лилит спрыгнула на пол, её хвост удовлетворенно хлестнул по подолу платья. — Дорогая, Баал сегодня утром уехал в дальний гарнизон «проверять укрепления». Читай: он прячется от насмешек собственных солдат. Ты сделала то, чего Люциан не мог добиться годами — ты лишила его пафоса. А без пафоса демон — это просто очень злой парень с рогами.

— Я просто хотела почитать в тишине, Лилит, — Амелия опустилась в кресло, чувствуя, как вчерашнее напряжение сменяется странной пустотой. — Но спасибо за помощь со слаймами. Без твоих «дрожжей» они бы не были такими приставучими.

— Это мелочи, — Лилит посерьезнела и присела на край стола. — Но у меня есть новости. И они тебе не понравятся. Мои «шепоты» из Солариса только что вернулись.

Амелия замерла. Внутри всё сжалось в нехорошем предчувствии. Когда шпионка такого уровня говорит, что новости плохие — значит, мир вот-вот рухнет.

— Твой принц Эдриан не просто обиделся, Амелия. Он в ярости. Твоё появление в тронном зале разрушило его идеальную схему наследования флота. Чтобы сохранить лицо и власть, он нанес удар по единственному человеку, который мог бы подтвердить твоё право на жизнь.

— Отец… — выдохнула Амелия. Кружка с недопитым чаем на столе едва заметно задрожала.

— Адмирал Сириус фон Аквамарин взят под стражу, — голос Лилит звучал сухо и профессионально. — Официальное обвинение: государственная измена. Якобы он знал, что ты жива, и тайно сотрудничал с Люцианом, чтобы сдать северные порты демонам. Его поместье опечатано, гвардия Аквамаринов распущена и заменена личными полками Эдриана.

Амелия вскочила. Её глаза горели янтарным пламенем, а магия воды в жилах отозвалась резким холодом, от которого иней пополз по ножкам стола.

— Он не мог… Отец никогда бы не предал Империю! Он всю жизнь положил на алтарь этой чертовой стены! Эдриан лжет! Он просто хочет избавиться от него, чтобы никто не задавал вопросов о моем «воскрешении»!

— Мы это знаем, — Лилит положила руку ей на плечо, пытаясь успокоить. — Но Соларис верит тому, кто громче кричит о «свете». Эдриан выставил твоего отца пособником Тьмы. Суд назначен через две недели. В Соларисе за измену полагается… сама знаешь что.

— Казнь, — Амелия ударила кулаком по столу. — Публичная казнь на Площади Солнца.

В библиотеке стало темно. Светильники начали мигать. Амелия чувствовала, как ярость затапливает её рассудок. Она знала Эдриана, знала, что он амбициозен, но не думала, что он пойдет на убийство человека, которого называл «дядей Сириусом».

— Мне нужно вернуться, — сказала она, глядя прямо в глаза Лилит. — Я должна вытащить его оттуда.

— Ты с ума сошла? — Лилит округлила глаза. — Как только ты пересечешь границу, тебя схватят. Ты для них — либо живое доказательство измены отца, либо «демонический морок», который нужно уничтожить на месте. Ты не дойдешь даже до столицы!

— Тогда я пойду через Ноктис! — Амелия рванулась к выходу, но в дверях столкнулась с Люцианом.

Повелитель Демонов выглядел так, будто не спал всю ночь. Он услышал последние слова и стоял, преграждая ей путь. Его лицо было непроницаемым, как обсидиан.

— Лилит уже рассказала тебе, — констатировал он.

— Отойди, Люциан, — прошипела Амелия. — Мой отец в темнице из-за того, что я вчера решила «поиграть в невозмутимость» перед Эдрианом. Это моя вина. И я это исправлю.

— И как? — Люциан даже не шелохнулся. — Ворвешься во дворец с деревянным мечом и парой котиков? Эдриан ждет этого. Он специально ударил по Сириусу, чтобы выманить тебя. Ты для него — единственная улика, которую нужно уничтожить в контролируемых условиях.

— Мне плевать на его планы! — Амелия сорвалась на крик, хватая Люциана за отвороты камзола. — Это мой отец! Он единственный, кто у меня остался! Если он умрет из-за моих капризов, я никогда себе этого не прощу!

Люциан перехватил её запястья. Его хватка была железной, но не болезненной. Он заставил её посмотреть себе в глаза — красные, глубокие, полные странной решимости.

— Слушай меня, Офицер Аквамарин. Ты не пойдешь туда одна. Ты не пойдешь туда как беженка.

— А как я пойду? — Амелия всхлипнула, её гнев начал сменяться отчаянием.

— Мы пойдем туда вместе, — Люциан отпустил её руки и выпрямился. — Но не как спасательная миссия. Мы пойдем туда как дипломатический корпус Эребуса. Я объявлю, что Амелия фон Аквамарин — мой официальный представитель и… — он на секунду замялся, — …моя невеста.

В библиотеке повисла такая тишина, что было слышно, как Глазастик моргает. Лилит за спиной Люциана издала тихий восторженный свист. Амелия замерла, её рот приоткрылся от изумления.

— Что ты… что ты сейчас сказал? — переспросила она, решив, что у неё начались галлюцинации.

— Политический союз, Амелия. Чистый расчет, — Люциан сложил руки на груди, восстанавливая свою маску безразличия. — Если ты просто «живая дочь», тебя можно объявить предательницей. Но если ты — будущая королева Эребуса, то любое нападение на тебя — это объявление мировой войны. Эдриан — трус. Он не рискнет напасть на официальную делегацию Повелителя Демонов в сердце своей столицы. Это даст нам время вытащить твоего отца легально.

— Ты предлагаешь… фиктивный брак? — Амелия прищурилась, пытаясь найти подвох. — С демоном? С врагом человечества?

— С тем самым демоном, который вчера пил с тобой чай и спасал твой Источник, — Люциан сделал шаг ближе. — Это единственный способ, Амелия. Либо ты идешь со мной под моим знаменем, либо ты идешь на эшафот вместе с Сириусом. Выбирай.

Амелия посмотрела на Лилит. Та едва заметно кивнула, в её глазах читалось: «Соглашайся, это гениально». Затем она снова посмотрела на Люциана. Его лицо было серьезным, но где-то в глубине его зрачков она увидела то, чего он никогда не признает вслух — он действительно хотел ей помочь. Не ради флота. А ради неё самой.

— Ладно, — выдохнула она, чувствуя, как сердце делает кульбит. — Ладно, «Люци». Но учти: если ты заставишь меня надеть свадебное платье с рюшами, я всё-таки применю к тебе тот прием с деревянным мечом.

Люциан едва заметно улыбнулся.

— Никаких рюш. Только черный шелк и сталь. Лилит, готовь выезд. Мы отправляемся в Соларис через три дня. И вели портным сшить для будущей королевы нечто такое, от чего Эдриан подавится своим «святым» вином.

Когда Люциан вышел, Амелия бессильно опустилась обратно в кресло.

— Лилит… во что я только что вляпалась?

— В историю, дорогая, — суккуб похлопала её по плечу. — В самую скандальную и прекрасную историю этого века. Пойдем, нам нужно выбрать фасон твоего «боевого» платья.