Воспитанник Тёмных Лордов (джен)

Гарольд с утра хотел пригласить Драко в гости. Но приглашать его при Гермионе было бы странно. Так что он дождался, когда Гермиона будет занята, и позвал его.

— Драко.

— Чего?

— Я приглашаю тебя к нам на третью неделю каникул.

— Тебе разрешили? Я сейчас же спрошу у отца. А... А Гермиону, как я понимаю, нет?

— Ну, крёстный сказал: "Можешь пригласить Драко". Сомневаюсь, что Гермиона входит в понятие «Драко».

— Ну да. — Драко усмехнулся. — Мне тоже кажется, что не входит. Жаль, конечно, что без неё, но хоть так. Ладно, я пойду спрошу по поводу гостей.

— Хорошо. А я всё же уточню завтра про Гермиону. Не хочется мне её обижать, даже если она будет не в курсе.

— Мгм.

Отец Драко ему сразу разрешил. А Гарольду Геллерт разрешил пригласить Гермиону, сказав, что "если твоей маглорождённой подружке что-то не понравится — это будет исключительно твоей проблемой".

«Кстати, мне, получается, Геллерта крёстным придётся звать? Ужас».

— Гермиона, Драко.

— Что?

— М?

— Я приглашаю вас в гости на третью неделю каникул.

— А... — Драко удивлённо посмотрел на него. — Да, я согласен. Ты, Гермиона?

— Я тоже. Тогда вас я приглашу на пятую. А то нечестно, я у вас обоих побываю, а вы у меня — нет.

— Хорошо.

— Полагаю, отец мне разрешит.

— То есть, — Гермиона притворно обиделась, — на приглашение Гарольда ты сразу согласился, а на моё — подумать надо?

— Гермиона, я не хочу тебя обидеть и ничего такого не имею в виду, но ты всё же живёшь в магловском мире. Я его не знаю, это раз. У тебя нельзя колдовать — это два. Я не могу быть уверен, что мне разрешат.

— Ну... Понятно. Кстати, я, получается, смогу у вас колдовать?

— Да.

— Сможешь.

— Ну хорошо. Ладно, давайте уроки сделаем. Или вы снова уже всё сделали?

— Я сделал.

— Я тоже.

— Не понимаю иногда, мы почти всё время рядом, но вы уже всё сделали, а я ещё и не приступала. Как так?

— Ну, у меня всё логично, я засыпаю в двенадцать, просыпаюсь в шесть, так что времени сделать уроки вполне достаточно.

— Ты спишь шесть часов? Это же вредно. Или у волшебников всё снова не так?

— Ну так, но не так. — Усмехнулся Гарольд. — Волшебники могут не есть, не пить, не спать или не дышать дольше маглов. Не все и не всех. Это зависит от магического потенциала, чем он больше, тем больше маг может выживать за счёт магии, у большинства разница незаметна. Но у меня магии сильно выше среднего, так что я вполне высыпаюсь.

— Ясно... — Она вздохнула. — И вновь что-то совершенно мне непонятное. Ты тоже, — она посмотрела на Драко, — выполняешь задания после отбоя и до завтрака? — Драко кивнул. — А у меня, значит, наоборот, магия сильно ниже среднего? Я постоянно не высыпаюсь, хотя засыпаю с отбоем и просыпаюсь почти в восемь.

— Ну... — Гарольд с Драко переглянулись. — Вообще да.

— Значит, мне просто не повезло с магией. — Она вздохнула.

— Ну... — Начал Драко. — У маглорождённых так в принципе всегда...

— То есть мне не повезло родиться в семье маглов. — Раздражённо поправилась она.

— Гермиона, дело, конечно, и в этом, но не совсем так. Просто мы с Драко большую часть жизни находились в местах, насыщенных магией. Мы с детства привыкали к магии, привыкали везде ощущать её, привыкали использовать, а тебя в одиннадцать резко выдернули из привычной обстановки и поместили в очень насыщенное магией место — Хогвартс. Для большинства маглорождённых это проходит незаметно, но у тебя, во-первых, по сравнению с ними магии больше, а во-вторых, ты постоянно её тратишь, потому что хочешь быть лучшей по предметам.

— И почему это плохо? — Гермиона перестала злиться и внимательно слушала Гарольда.

— Это не плохо. Наоборот — хорошо. Если продолжишь, то будешь сильнее почти всех маглорождённых, многих полукровок и даже некоторых чистокровных. Но твоё ядро не привыкло к такой трате магии. Это как со спортом. Не переживай, за лето отдохнёшь, и на втором курсе тебе будет значительно легче.

— А, ну хорошо тогда. — Гермиона улыбнулась. — Ладно, я-то ничего ещё не сделала, так что идите, не мешайте.

— Хорошо. Пока.

— Пока.

Они отошли. Гарольд заметил: — Драко, давай ты не будешь постоянно тыкать её в происхождение?

— Но...

— Я знаю, что ты не специально, но постарайся говорить конструктивно, если ты говоришь "потому что ты маглорождённая", это звучит как дискриминация, а не объяснение.

— Я... Постараюсь. Знаешь, у меня иногда возникает ощущение, что ты гораздо старше. Так говоришь, как будто тебе лет сорок.

Гарольд пожал плечами.

— Сам не знаю, как так выходит.

— Наверное, твой учитель так говорит, — предположил Драко.

— Да нет... — Он хотел сказать, что Том говорит как типичный гриффиндорец, но передумал. — Крёстный.

— Но мне казалось, что твой крёстный... Весёлый.

— Озорной, скорее. Но он при этом умудряется быть ещё и... Нравоучительным, что ли.

— Понятно... — Драко задумался. — Повезло тебе, наверное. У меня все лишь нравоучительные. Особенно крёстный.

— Зато крёстный у тебя гений зельеварения.

— Это да. — Драко улыбнулся. — Постоянно бурчит о том, как важно то не перепутать, это не трогать, а вот к этому вообще не подходить.

— Ясно. Кстати, а твои родители в этом году будут летний бал устраивать?

— Да, должны вроде. А что?

— Ничего, просто надеюсь, что пойду к вам на Лугнасад, а не к Ноттам, например.

— Да, Теодор, может, и нормальный, но вот его родители. — Он скривился.

Приближались экзамены, Гарольду особой разницы не было, Драко, в принципе, тоже, а вот Гермиона зубрила теорию как сумасшедшая.

— Ничего не запоминаю! Всегда книги с первого раза выучивала, а сейчас пару строк запомнить не могу.

— Это из-за стресса.

— Это из-за магического истощения.

Драко с Гарольдом удивлённо переглянулись.

— При чём тут истощение?

— А при чём здесь стресс? Она ведь врождённый менталист.

— Чего? С чего ты взял?

— Кто я? — Вмешалась Гермиона.

— Врождённый менталист. Это означает, что у тебя есть дар менталиста. Ты всегда всё мгновенно запоминаешь, быстро учишься чему-то новому, и у тебя невероятно хорошая память.

— Ну, так-то да. — Задумался Драко. — А почему ты раньше не говорил?

— Ну, во-первых, смысл? Она ведь проверку крови сможет пройти лишь летом, а до этого это просто догадки. А во-вторых, я лишь месяца три назад убедился. Но мы немного поссорились, и я, если честно, забыл сказать.

— Ясно. Что за проверка крови? Это что-то связанное с кровной магией?

— Да. Но её совершенно точно безопасно проходить.

— Ты так и про остальную кровную магию говоришь.

— Спроси у Флитвика, у Макгонагал, у Спраут, да хоть у директора.

— Я... Ладно.

Она оставила учебники и ушла. Через минут десять вернулась с раздраженной Макгонагал.

— Да, мисс Грейнджер. Это совершенно безопасно. Мистер Поттер, благодарю, что вы обратили внимание на данную особенность мисс Грейнджер. Я, к моему огромному сожалению, проглядела у неё дар менталиста.

— Ничего, профессор Макгонагал. Я просто сам имею данный дар, вот и приметил.

— Да? Поздравляю. И да, мисс Грейнджер, настоятельно советую пройти вам проверку. Всего хорошего.

Она удалилась, а Гермиона вздохнула.

Профессор сказала, что кровная магия — совершенно обычный раздел и применяется целителями, аврорами, наследниками, лордами и вообще почти всеми. Простите, что не верила вам по поводу кровной магии. И спасибо за то, что сказал мне про дар Гарольд.

— Да не за что.

— А почему ты не говорил, что менталист? — Поинтересовался Драко.

— А какая разница?

— Никакой. Но нам ведь интересно. Какие ещё дары есть? Должен же быть ещё хоть один.

— Зельеварение и тёмная магия.

— Слушай, а ты уверен, что Поттер? — Усмехнулся Драко. — Ты как-то не очень на Джеймса похож... А отец говорил, что крёстный с первого курса в Лили Эванс был влюблён. У него как раз родовые дары — это тёмная магия, зельеварение да менталистика. — Драко явно дразнил его.

— Джеймс Поттер точно мой отец, Драко. «Но, кстати, интересно, из какого Снейп рода? Вероятно, наследник по матери. Если подумать, у какого рода такие дары... Может, из Принцев?»

— Ну ладно, так и быть, поверим тебе на слово.

На следующий день Гарольда позвал профессор ЗОТИ Квирелл.

— Да, профессор?

— Империо.

Гарольд инстинктивно уклонился.

— Империо. Империо. Империо.

Ну, уклониться было нетрудно, но Гарольд сомневался, что профессор справится с подчинением его сознания, да и он, вступая на должность преподавателя, давал клятву не причинять ученикам вреда. Так что Гарольд подставился под третье заклятье.

— Вот и отлично. Иди за мной.

Как Гарольд и думал, сознание осталось абсолютно чистым. Он пошел за профессором. Они прошли мимо спящего цербера, спрыгнули вниз, пролетев по пути какие-то обгорелые растения, прошли в открытую дверь под жужжащими насекомыми, которых Гарольд не успел рассмотреть, потом пошли по огромной шахматной доске, на которой стояло около десятка чёрных и белых фигур, «белые явно проиграли». Мимо мёртвого (может, и оглушенного) тролля и через комнату, в которой стояло семь склянок с, видимо, зельями. Пришли они в итоге к большому зеркалу.

— Подойди к зеркалу.

Гарольд повиновался.

— Скажи, что ты в нём видишь?

— Я, крёстный и учитель сидим на природе. Видимо, пикник. Мы смеёмся. Я года на три-четыре старше. — Ответил он честно, так как не видел в ответе ничего такого.

— Красный камень видишь? — Квирелл встал рядом.

Гарольд осмотрел отражение. В руке Гарольда действительно был такой камень.

— Вижу.

— Попробуй его взять.

Гарольд растерялся.

— Как?

Квирелл ошарашенно посмотрел на него.

— Ты не под Империо?

— Нет. Так вот, я-то не против помочь преподавателю, но не представляю как.

— Мне нужен камень... Для Тома Риддла. Он ему поможет. Прости, что я хотел тебя привести сюда против твоей воли... Но он мой друг. — Квирелл тяжело вздохнул. — Я очень хочу ему помочь. А у ребёнка должно получиться. Попробуй, пожалуйста.

— Ладно. «Актёр-то! Этот человек пару минут назад применял непростительные, а сейчас заливает про друга в беде. Видимо, он последователь Тома. Для Тома мне не жалко».

Он протянул руку к зеркалу. Оно покрылось рябью, и камень оказался в его руке.

— Держите.

Квирелл достал из кармана какую-то коробку и положил туда камень. Как только он закрыл крышку, она исчезла. — Спасибо! Тём... То есть Том будет рад! Пойдём обратно. Если что, ты меня не видел.

— Хорошо.

Как только они вышли обратно в коридор, Квирелл улыбнулся.

— Спасибо. Обливи...

Палочка вылетела из его руки.

— Квиринус... Квиринус... — Раздался укоризненный голос Дамблдора.