Волшебство - это часть жизни (гет)

После урока трансфигурации МакГонагалл попросила всех гриффиндорцев задержаться и выслушать объявление. Она взмахом волшебной палочки раздвинула все столы в стороны так, что открылось довольно просторное место. Вскоре в помещение вошли гриффиндорцы с 5-го, 6-го и 7-го курсов. МакГонагалл попросила мальчиков сесть отдельно от девочек.

— Святочный бал, — начала преподавательница, — Традиционно проходит во время Турнира Трех Волшебников… С самого его основания, — Она ходила по кабинету, заглядывая в глаза каждого ученика, — В ночь перед Рождеством мы вместе с гостями соберемся в Большом зале, где будем веселиться, как подобает воспитанным людям… как представители принимающей школы вы должны не ударить в грязь лицом и показать себя с самой лучшей стороны. Прошу отнестись к этому серьезно, потому что… Святочный бал, это, конечно, прежде всего, танцы, — произнесла профессор, и девочки тут же за ахали и начали радостно перешептываться, парни же возбужденно обсуждали происходящее. — Тихо! — вскинув руки, повысила голос МакГонагалл. — Дом Годрика Гриффиндора пользуется уважением волшебников уже 10 столетий. И я не допущу, чтобы вы за один вечер испортили это отношение, ведя себя, как маловоспитанные, испорченные грубияны…

Анабель видела, как кривлялись близнецы за спиной профессора, и невольно улыбнулась, рыжеволосые братья тут же замахали сестренке. Вообще предстоящий бал заставлял гриффиндорку буквально томиться в ожидании и предвкушении, ведь она, что уж скрывать, в жизни не была ни на одном балу, чего нельзя сказать о более… кхм… публичных? богатых?.. чистокровных семей, таких, как Малфои, к примеру.

Невероятно длинная речь закончилась тем, что МакГонагалл начала танцевать с Роном, чем вызвала бурный смех студентов.

* * *

В выходные Анабель и Гермиона решительно настроились на покупку бальных платьев, чему, собственно, и уделили целое воскресенье в Хогсмиде. Они даже не взяли с собой мальчиков.

Конечно же, сразу по приходу в деревушку, подруги отправились в единственный здешний магазин одежды «Шапка-невидимка», но попасть внутрь им просто не позволила огромная очередь.

— Мы так точно останемся без платьев, — уже около 30 минут бурчала Эни, надувшись, словно мыльный пузырь, и помешивая сливочное пиво, — может, попробуем прорваться?

— Не говори глупостей, — Гермиона, как всегда, старалась оставаться рассудительной и здравомыслящей, хотя тоже заметно нервничала, — я уверена, что туда завезли достаточное количество нарядов для предстоящего праздника.

— Ну, не знаю, — Анабель поджала губы и хмуро уставилась в стакан, не обращая внимания ни на кого и ни на что.

Грейнджер лишь печально покачала головой, наблюдая за своей подругой, и полностью погрузилась в прочтение Ежедневного пророка.

— Привет, девчонки, — прямо возле их столика возник Седрик Диггори и не забыл лучезарно улыбнуться, словив на себе два удивленных гриффиндорских взгляда, — я присяду?

Анабель обвела паб взглядом и заметила несколько свободных мест за столами Пуффендуя, после чего вгляделась в глаза Диггори, подозрительно сощурившись.

— Привет, — улыбнулась Гермиона, неудобно поерзав на стуле, — садись, конечно, но мы скоро уходим.

— Да я вообще-то только спросить хотел, — Седрик опустился на соседний с Эни стул и заглянул ей в глаза, — Анабель, может… — он замялся, прочистил горло и продолжил: — как насчет того, чтобы составить мне компанию на Святочном балу?

Слава Мерлину, что Блэк не донесла бокал со сливочным пивом до рта, иначе Диггори ощутил бы на себе все прелести неожиданного сливочного душа.

— Я… — глупо, словно рыба, несколько раз открывала и закрывала рот, не зная, что на это можно ответить.

Анабель вообще-то планировала помириться с Гарри и пойти на бал с ним, но…

Блэк подумала и решила, что Гарри все-таки, скорее всего, пригласит Чжоу, а не ее… Да и потом, Седрик нравился девушке, и она бы действительно хотела пойти на бал именно с ним.

— Я с радостью составлю тебе компанию, Седрик, — произнесла она на выдохе, затем тут же стушевалась, покраснела и смущенно улыбнулась, отводя взгляд с его лица на аккуратные, однако совсем не аристократичные руки пуффендуйца.

— Значит, договорились? — парень широко улыбнулся, мысленно несколько раз умиляясь такой реакции Эни.

— Д-да.

Прости, Гарри!

— Л-ладно, — подала голос Гермиона, ощутив возникшую неловкость после короткого, но значимого разговора. — Нам пора уже, Седрик, извини… — Она поднялась из-за стола и утянула за собой подругу, решив, что можно все-таки попробовать пробраться к заветным платьям.

Анабель молча и слепо следовала за Гермионой, кажется, напрочь забыв про платья, все ее мысли сводились к весьма неожиданному и, надо признать, приятному предложению Диггори.

Они с Седриком не общались толком всё это время. Ну, пересекались пару раз во дворике школы, ну, ходили вместе в Большой зал пару раз, ну, помогал он ей в библиотеке разбирать ее обожаемую трансфигурацию. Но девушка и впрямь не ожидала, что он пригласит именно её. Эни ведь младше его на 4 года. Ей ведь всего 13. Сейчас Анабель ощущала себя очень маленькой. Впервые за долгое время она вспомнила про свой возраст, вспомнила, что даже младше ее однокурсников. Почему же тогда Диггори пригласил ее? Что такого он увидел в ней, что выбрал ее, а не… скажем, Чжоу?

Наверное, что-то все-таки увидел…

В магазине было на удивление тихо, играла спокойная музыка, стоял аромат лаванды. Несколько продавцов-консультантов поправляли витрину, другие помогали покупательницам определиться с выбором. Волшебницы огляделись, удивляясь масштабом магазина, им еще ни разу не приходилось здесь бывать.

Девушки перемерили достаточное количество платьев, прежде чем нашли то, что искали. Также они подобрали обувь и украшения. Освободились они, когда на часах было уже 16 часов, слились с толпой и вместе с Фредом и Джорджем вернулись в Хогвартс.

От Джинни они узнали, что Гарри и Рон так никого и не пригласили, но основная тема разговоров заключалась вовсе не в Гарри и Роне. Эни рассказала, что её пригласили на бал и даже сказала, кто пригласил. Кстати, по пути обратно в замок девочки наткнулись на Виктора Крама. Несмотря на то, что за ним бегают все девчонки, парень был очень скованный, а когда дело доходило до отношений, Гермиона тут же теряла дар речи. Поэтому пока Крам пытался, заикаясь, пригласить Гермиону, а та стояла так, словно ее отчитывал Дамблдор перед родителями, Эни завалилась под стол от смеха, если бы он (стол), конечно, был где-нибудь поблизости. А вот, когда Крам произносил имя подруги, Блэк все же не сдержалась и прыснула, тут же криво съимитировав, что, якобы чихает.

— Гермивона, — передразнила дурмстранговца Анабель.

Когда Эни закончила рассказывать об этом Джинни, девочки, уже ничего не смущаясь, засмеялись. Джинни, кстати, тоже удивила подруг. Ее пригласили на бал. Это был Невилл.

Уж от кого, от кого, а от скромняги-Невилла девочки никак не ожидали такого.

* * *

— Кошмар какой-то, — на одной из контрольных по зельеварению негодовал Рон, — Такими темпами только мы останемся без девчонок, — только Рон это произнес, как сзади подошел Снейп и толкнул его голову в сторону листка. — Ну, — тише продолжил он, — Еще, конечно, Невилл.

— А, по-моему, ему и одному хорошо, — усмехнулся Гарри, бросив короткий взгляд на Долгопупса.

— Между прочим, Невилл уже кое с кем встречается, — встала на защиту однокурсника Гермиона.

— У меня началась депрессия, — простонал Уизли, стукнувшись лбом о парту.

В этот момент Фред передал ему записку, которую Рональд не преминул развернуть.

— Действуй, или всех хорошеньких разберут, — прочитал он и, вернув листок брату, спросил, — ты с кем пойдешь?

Фред подумал, наверное, не больше пары секунд, прежде чем смять пергамент в комок и бросить в Анджелину Джонсон и словить ее наигранно недовольный взгляд.

— Анджелина, — тут же обратился к ней Фред.

— Что?

— Ты хочешь пойти на бал со мной? — прошептал Фред, жестикулируя и изображая вальс при этом.

— На бал? — девушка прям так и расцвела на глазах. — Да, хорошо.

Рональд, понаблюдав за этой картиной и, видимо, сделав какие-то свои выводы, склонился ближе к столу и обратился к рядом сидящей Грейнджер:

— Гермиона, — начал он шепотом.

Эни и Гарри с интересом посмотрели на них, друзья, видимо, подумали, что Рон хочет пригласить Гермиону, но не тут-то было:

— Ты девчонка, — утвердительно сказал Уизли, Эни вскинула правую бровь.

— Как ты догадался? — съязвила Грейнджер, одарив Рональда не-падай-в-моих-глазах-еще-больше взглядом.

Анабель прыснула в кулак и, встретив грозный взгляд преподавателя, тут же уткнулась лицом в пергамент, старательно удерживая себя от нового приступа смеха.

— Пойдешь с нами? — Рон, кажется, совершенно не видел причин для смеха и откровенно не понимал, на что нарывается.

В это время Гарри, как истинный друг, пытался его одернуть, но Снейп опередил раньше, треснул Рону подзатыльник, да и Гарри прилетело.

— Серьезно… одно дело, когда парень приходит один, а девчонка… это ужасно…

Интересно, если в класс сейчас ворвется Хагрид в балетной пачке, Рон хоть на секундочку заткнется?

— Я приду не одна, — с нажимом просветила мальчишек Грейнджер, — Если хочешь знать, меня уже пригласили на бал! — сказав это, Гермиона собрала вещи и встала из-за стола, сдала работу Снейпу, вернулась и злостно произнесла, — И я сказала: «Да!» — смерив Рона напоследок взглядом победителя, Грейнджер удалилась из аудитории.

— Черт возьми, — пробурчал Уизли. — Она врет, да? — обратился он к Эни.

Блэк оторвалась от своей работы и отрицательно покачала головой, виновато поджав губы.

— А тебя? — вдруг заговорил Гарри, взглянув на подругу.

Эни даже дышать на мгновение перестала, это был их первый разговор за последнюю… да черт знает за сколько времени!

— Тебя уже пригласили на бал? — уточнил Поттер, заметив, что Эни не собирается отвечать.

— В выходные…

— Оу… — Гарри замялся и перевел взгляд на свою контрольную, — Ясно…

Рон начал что-то говорить Гарри, а у Снейпа, похоже, кончилось терпение. Он бесшумно подошел к парням сзади. Эни заметила это и посмотрела на профессора. Тот подмигнул ей, чтоб она его не выдавала, и начал заворачивать рукава. Блэк улыбнулась. Затем Снейп уткнул мальчишек носами в пергамент. Эни едва сдержала смех и, посмотрев на профессора, она увидела еле заметную улыбку. Ну, как улыбку, уголки его губ просто дернулись, изображая улыбку. Это было мгновение.

После урока девушку мучила совесть. Ей было стыдно перед Гарри. Он ведь не просто так спрашивал, верно? Он хотел ее пригласить. Это был шанс. Шанс все исправить, помириться. Анабель так устала от этих вечных ссор с Поттером. Ей так не хватало его общения, разговоров поздно вечером, когда они оставались в гостиной одни. Мерлин, ей так не хватало этого. Не нужно было торопиться и давать согласие Седрику… Но ведь она правда хотела бы пойти с ним. Он ей нравился. За то, хоть и не многочисленное общение, она привыкла к нему. Анабель было интересно с этим пуффендуйцем.

* * *

Наступил вечер Святочного бала. Анабель в предвкушении крутилась возле зеркала в своем новом длинном платье в пол — нежно-голубое, переливающееся и блестящее, мягкое, почти невесомое и невероятно красивое.

Гермиона немного задержалась, а Эни уже встретил Седрик. Он смотрел на нее завороженными глазами, заставив девушку смущаться. Она не считала себя сейчас красавицей, потому что была гораздо младше всех остальных присутствующих. Но Седрик ведь на самом деле восхищался ей, верно? Еще никогда раньше Анабель не чувствовала себя настолько чужой. Взяв девушку под руку, они направились в Большой зал.

Гарри заметил их сразу. Всё настроение тут же пропало. Он и позабыл совсем про Чжоу, с которой пришел на бал. Парень просто стоял и не сводил глаз с Анабель, а она тем временем знакомилась с друзьями Седрика.

Наконец, появилась Гермиона в красивом розовом платье в пол.

— Боже, какая она красивая, — проговорила Чжоу Чанг, пришедшая на бал вместе с Гарри.

— Да, — продолжая смотреть на Эни, произнес Поттер, — очень, — затем он увидел Гермиону.

Эни тоже обратила на нее свое внимание. Гермиона выглядела просто прекрасно, поэтому Анабель победно улыбнулась. Старания Блэк не прошли даром. Она хотела показать всей школе, что ее подруга не только очень умная, но еще и безумно красивая.

К ней подошел Крам.

Заиграла музыка, двери Большого зала раскрылись и четыре чемпиона вместе со своими спутницами вошли внутрь. Там их уже ждали другие студенты. Они встретили чемпионов аплодисментами. Пары шли по красной дорожке в центр зала.

Эни вдруг заметила Малфоя, красивого, в дорогом черном фраке, так выгодно подчеркивающим аристократическую бледность кожи. Встретившись с ним взглядом, Анабель не сдержалась и улыбнулась, сама не зная, почему.

Заиграл оркестр, и чемпионы начали танцевать. Седрик не сводил глаз со своей спутницы, а она смущенно поглядывала на него. Они двигались очень пластично и красиво. Вскоре к ним присоединились и остальные студенты, а также и преподаватели.

Эни и Седрик разговаривали, смеялись, не замечая ничего и никого вокруг, пока мелодичный и мягкий оркестр не сменился громкими и резкими аккордами группы «Ведуньи».

Началась дискотека.

Эни и Седрик смеялись, танцевали вместе, парень даже поднимал и крутил девушку в воздухе.

Волшебники и преподаватели отрывались по полной.

Все… за исключением Гарри, Рона, Чжоу и Парвати. Они сидели и тухли на скамейке.

Вскоре Седрик утащил Эни в сторону, чтобы отдышаться, выпить чего-нибудь и немного отдохнуть, гриффиндорка тут же повела его к своим друзьям. Те молчали. Гарри был обижен, сейчас он меньше всего хотел смотреть на Эни и Седрика, Рон испытывал тоже самое к Гермионе и Виктору Краму, которые тоже только подошли.

Заметив напряжение, повисшее в воздухе, Седрик решился сходить за напитками и дать возможность друзьям обговорить какие-то свои «секреты», Крам последовал его примеру.

Анабель проводила своего кавалера взглядом и обернулась на двух надувшихся, как воздушные шары, мальчишек.

— Гарри, потанцуешь со мной? — решительно предложила она, протягивая руку Поттеру.

— А твой… Диггори против не будет? — сквозь зубы процедил Гарри, взглянув на подругу исподлобья.

— Не волнуйся об этом, — сдержанно улыбнулась Эни, и сама схватила друга за руку, утаскивая в толпу танцующих.

Остановившись и тут же закинув руки Гарри на плечи, Анабель оглядела танцующих, собираясь с мыслями. Краем глаза она заметила уверенно танцующую с Долгопупсом Джинни, которая, кажется, постепенно теряла ту свою фанатичную любовь к мальчику, который выжил.

— Итак, — решил поторопить ее Поттер, неуверенно положив руки на узкую талию подруги.

— Слушай, Гарри, — Эни вздохнула и продолжала всматриваться в танцующих, не осмеливаясь пока заглянуть в изумрудные глаза друга, — я не знаю, что произошло с нами в этом году, понимаю, что ты злишься, Седрик вроде как твой соперник, но… то, что я с ним, ничего не меняет, понимаешь? — Анабель оторвалась от созерцания зала и наконец-то взглянула на Гарри. — Я всё равно всегда, при любых обстоятельствах, на твоей стороне.

Поттер молчал. Просто смотрел на нее и молчал. И когда тишина вдруг начала ощутимо давить на Эни, она открыла рот, чтобы сказать что-то еще, но спокойный голос Гарри перебил ее:

— Наверное, мы просто взрослеем, — тихо заметил он.

— Наверное, — согласно кивнула Эни, стараясь понять, о чем Гарри думает, заглянуть через его глаза в душу, чтобы знать, о чем говорить.

Вновь повисшую между лучшими друзьями тишину разрезал громкий и отчаянный крик Грейнджер:

— Рон! — крикнула Гермиона сквозь слезы, — Ты все испортил!

Обменявшись недоуменными взглядами, Гарри и Эни ринулись вслед за друзьями в холл. Они нашли их на лестнице. Гермиона сидела на ступеньках и плакала, а Рон поднимался вверх, направляясь, очевидно, к гостиной гриффиндора.

Не думая и не переговариваясь, Гарри и Эни разделились.

Стоило мальчикам скрыться из виду, как Анабель, тяжело вздохнув, осела рядом с подругой на холодные ступеньки и закусила губу, вслушиваясь в тихие рыдания.

— Он назвал меня предательницей… — наконец, чуть успокоившись, протянула Грейнджер, тут же громко всхлипнув.

— Да наплюй ты на него, — посоветовала Анабель, сильно нахмурившись и мысленно пообещав дать Рону хорошую затрещину, — Он просто ревнует… не ожидал, наверное, что придется делить тебя не только с Гарри, но еще и с Крамом, — постаралась отшутить Эни.

Гермиона наигранно презрительно фыркнула, но потом все же улыбнулась и принялась утирать мокрые от слез щеки.

— Как поговорила с Гарри? — наконец окончательно успокоилась Грейнджер и выжидающе посмотрела на подругу.

Эни неопределенно пожала плечами.

— Я не знаю, что между нами происходит… иногда мне кажется, что ему плевать на меня… Я понимаю… мы понимаем, что взрослеем и меняемся, но… мне бы не хотелось, чтобы такие мелочи, как глупая ревность, испортили нашу дружбу. Я думаю, Гарри тоже этого не хочет…

— Хорошо, что в этом вы сошлись, — Гермиона уже почти остыла, — так вы помирились?

Анабель нахмурилась, в голове припоминая недавний диалог.

— Нет, не думаю, — она закусила губу, припоминая каждое произнесенное слово и каждый взгляд, — просто нам нужно еще время, чтобы разобраться в себе.

— Это правильно, — согласилась Гермиона, задумчиво уставившись на двери в Большой зал, — наверное, нам с Роном тоже стоит разобраться в себе…

— Лишним уж точно не будет, — усмехнулась Анабель, представив себе этот момент, когда за завтраком, пока Рон набивает рот за обе щеки, Гермиона вталдычивает ему что-то о самокопании и необходимости разобраться в себе.

— Ну ладно, идем отсюда, — Грейнджер решительно поднялась со ступенек, — я намереваюсь сегодня оторваться по полной!

— Ты ли это, Гермиона? — засмеялась гриффиндорка, однако с пола не поднялась. — Ты иди, а я еще немного подышу тут, там жутко душно и шумно.

— Ну, хорошо.

Когда за подругой закрылись двери Большого зала, Анабель задумчиво уставилась на свои ладони, припоминая весь сегодняшний вечер. Танец с Седриком, прикосновения его рук и запах кедра и весны.

Седрик ей нравился.

А после сегодняшнего даже еще больше, чем раньше. Он был другой, не такой, как Гарри или Рон. Он был взрослее. А вместе с тем опытнее и внимательнее. Общаясь с ним, у Эни не возникало чувства неопределенного страха перед ожиданием его следующей выходки. Седрик не был предсказуем. Совсем нет. Просто он был надежен. И Эни знала, что бы не пришло в его голову, ей больно не будет.

Потом она вспомнила другой запах — дорогой кожи, меда и яблок.

Приятный, дурманящий и пьянящий, как дорогое вино.

И едва мысли завели ее к серым глазам, окаймленным черной огранкой, мягким платиновым волосам и аристократически бледной коже, как двери Большого зала вновь открылись, на долю мгновения оглушая Эни своим шумом, и прямо перед ней, засунув руки в карманы брюк, предстал Малфой.

Остановился, оценивающе прошелся взглядом, скривил губы, хмыкнул и подошел, молча облокотившись спиной о перила и также, как и она, вперив взгляд в большие дубовые двери.

Эни не знала, о чем он думал, но сама поспешила выкинуть все компрометирующие мысли из головы, потому что ей вдруг показалась, что она думала слишком громко.

— Ты не хочешь забрать свою куртку, Малфой? — севшим и каким-то вдруг непривычно хриплым голосом поинтересовалась она, даже не подняв на него свои глаз.

— А она все ещё у тебя? — он склонил к ней голову, глядя на девушку с некой снисходительностью и с-чего-вдруг (?) покровительством.

— Конечно, где же ей еще быть? — Анабель улыбнулась и чуть вздернула голову, встречаясь с ним взглядом.

— Тогда, — он склонился совсем близко, опаляя кожу лица своим горячим дыханием, — принесешь ее завтра в библиотеку в семь часов, идет?

— Идет.