Лёд в голове (джен)

Пять минут тишины, которые подарил им «Слепой дождь», Лина использовала с умом. Пока Молли выбегала на улицу — оценить обстановку и, если повезёт, угнать у корпоратов какой-нибудь транспорт, — Рита занималась спасёнными. Девушка оказалась в тяжёлом состоянии: перегрев чипа, частичная потеря зрения, парализованная рука. Парень отделался царапинами и моральной травмой, но держался молодцом — не плакал, не истерил, только трясся мелкой дрожью и смотрел на Борисыча так, будто старик был его последней надеждой.

— Меня зовут Дима, — сказал он, когда Рита усадила его на табурет. — А её — Алиса. Мы из «Свободного сектора». Это было подпольное сообщество хакеров, Борисыч нас знает, мы базировались на Васильевском острове, в старом бомбоубежище. Всё было нормально, пока кто-то не привёл за собой хвост.

— Кто-то? — переспросил Борисыч, подозрительно щурясь.

— Не знаю. Может, закладку в системе оставили, может, предатель. Но вчера в три часа ночи пришли ребята в чёрном. С глушилками, с дронами. Админ — дядька Вова — взорвал серверы вместе с собой, чтобы данные не достались врагу. Мы с Алисой успели уйти через подземный коллектор. Больше никто не вышел.

— Плохо дело, — сказал Борисыч, почёсывая ус. — Корпораты зачищают всех, кто связан с сопротивлением. Значит, теперь и мы в списке.

— Борисыч, ты оптимист, — заметил Скайдайн в голове у Лины.

— Ты бы заткнулся, — мысленно ответила она. — Дай человеку договорить.

— Я не человек, я конструкт. Мне можно всё.

Лина проигнорировала его. Она подошла к Алисе, которая сидела на матрасе, прикрыв глаза рукой. Глазной имплант девушки дымился — буквально.

— Рита, она ослепнет? — спросила Лина.

— Не ослепнет, если успею заменить чип. Но у меня нет донорского. — Рита перебирала инструменты. — Нужен новый, а лучше — два. Один для зрения, второй для моторики руки. Борисыч, у тебя есть заначка?

— Есть, — неохотно ответил старик. — Но они мне самому нужны. Я в своём возрасте без имплантов — как без штанов. Неприлично.

— Ты нам должен помощь, — сказал Дима, вставая. — Мы принесли информацию о резервном центре. Это стоит пары старых чипов.

— Каких? — Борисыч прищурился. — Пятое поколение, не выше.

— Идёт.

Старик полез в тайник — под половицей, которую Молли зачем-то поливала водой каждый день, чтобы никто не догадался. Достал два маленьких контейнера, бросил Рите.

— Лечи своих хакеров. Но если они умрут, виновата будешь ты.

— Не умрут, — пообещала Рита и принялась за дело.

Лина отошла к окну — единственному, затянутому мусорной плёнкой. Выглянула на улицу. Там, в сером утреннем свете, стояла чёрная машина с открытыми дверьми. Рядом — Молли, которая махала рукой.

— Время вышло, — сказал Скайдайн. — «Слепой дождь» рассеивается. Через минуту камеры снова заработают, а корпораты очухаются.

— Борисыч, собираемся! — крикнула Лина. — Уходим. Молли нашла транспорт.

— Какой транспорт?

— Чёрный. С тонировкой. Прямо как у тех, кто нас преследовал.

— Ты угнала машину корпоратов? — спросил Дима с уважением.

— Не я. Молли. Она вообще много чего угоняет.

В подвале началась суматоха. Рита закидывала в рюкзак оборудование, Борисыч прятал свои драгоценные чипы в нагрудный карман, Дима помогал Алисе встать. Лина схватила свой старенький терминал и аптечку.

— Скайдайн, — позвала она на бегу. — Есть что-то, что мы забыли?

— Ты забыла поесть, — ответил конструкт. — И тушёнку оставила на столе. Жалко, я бы съел.

— Ты не ешь.

— Мог бы, если бы был человеком.

— Завидуешь?

— Нет. Просто напоминаю, что ты смертная, а я — почти бессмертный. Но без тебя мне будет скучно.

Они выбежали на улицу, и Лина на мгновение ослепла — серый свет Питера показался ярче солнца после тёмного подвала. Молли уже сидела за рулём чёрного внедорожника, матового, с тонированными стёклами.

— Залезайте! — крикнула она.

Лина запрыгнула на переднее сиденье, Борисыч, Рита и спасённые хакеры — на заднее. Двери захлопнулись, и машина сорвалась с места, вжимая Лину в кресло.

— Куда? — спросила Молли.

— Подальше, — ответил Борисыч. — В Парголово. Там у меня есть старая дача. Заброшенная, корпораты там не ищут.

— У нас нет выбора, — ответила Лина вслух.

________________________________________

Пока Молли вела машину — а вела она так, будто участвовала в гонках на выживание, — Лина пыталась разговорить Диму. Парень оказался болтливым и нервным, в хорошем смысле: говорил быстро, перескакивал с темы на тему, но очень информативно.

— Резервный центр управления находится в Кронштадте, — рассказывал он, придерживая Алису, которая начинала приходить в себя. — Старая военная база, потом её переоборудовали под резервное хранилище данных. Там сидят операторы, которые отслеживают аномальную активность хакеров. Если они нас засекли — значит, оттуда и пришёл сигнал.

— И мы хотим туда ворваться? — спросила Лина.

— Мы хотим отключить их систему. Не взорвать, не уничтожить, а просто... обесточить. На время. Чтобы выиграть пару дней.

— Это можно сделать удалённо? — уточнила Молли, не поворачивая головы.

— Теоретически — да. Нужен доступ к их сети. Через спутник, через ретранслятор... — Дима замялся. — У нас были такие возможности, но после вчерашнего всё потеряно.

— Не всё, — сказала Лина. — У меня есть новый чип. И Скайдайн. Мы можем попробовать.

— Тот самый Скайдайн? — Дима округлил глаза. — Легенда?

— Самый что ни на есть, — отозвался конструкт у Лины в голове. — Передай этому юноше, что я польщён.

— Он говорит, что польщён, — перевела Лина.

Дима улыбнулся — впервые. Улыбка у него была мальчишеская, хотя ему было уже за двадцать.

— Круто. Просто круто. Я читал о нём в архивах. Он взломал Пентагон в пятнадцать лет!

— В четырнадцать, — поправил Скайдайн. — Не надо преуменьшать мои достижения.

— В четырнадцать, — сказала Лина. — Он просил не преуменьшать.

— Извините, — серьёзно сказал Дима.

— Вы что, можете разговаривать? — спросила Алиса, открывая один глаз. Второй был закрыт — Рита уже поменяла ей чип, но зрение восстанавливалось медленно.

— Можем, — ответила Лина. — Он живёт у меня в голове.

— Буквально?

— Фигурально. Но почти.

Алиса слабо улыбнулась.

— Вы странная компания. Но лучше странная, чем мёртвая.

— Это точно, — сказал Борисыч. — Я за свою жизнь видел много странных компаний. Эта — самая странная. И самая живучая.

________________________________________

Через час они добрались до Парголово. Дача Борисыча оказалась старым деревянным домом на отшибе, с заколоченными окнами и дырявой крышей. Рядом рос огромный дуб. Внутри, однако, было чисто — старик, видимо, наведывался сюда время от времени.

— Печка есть, керосинка есть, койки есть, — перечислял он, открывая дверь. — Еды нет, но это поправимо. Молли, сбегай в магазин, тут есть недалеко.

— Я похожа на курьера? — возмутилась та.

— Ты похожа на человека, который умеет не платить. Иди давай.

Молли что-то проворчала, но ушла. Рита занялась Алисой — в доме нашлась старая аптечка, бинты, даже анальгетики. Борисыч растапливал печь. Дима сидел на лавке, держа в руках планшет, который чудом уцелел при их побеге.

— Покажи мне схему резервного центра, — попросила Лина.

Дима развернул карту. Кронштадт, старые форты, подземные сооружения. Главный центр управления — в бывшем арсенале, на глубине пятнадцати метров.

— Охрана? — спросил Скайдайн.

— Много, — ответил Дима. — Но самое страшное — это барьер. Квантовый экран, который не пропускает никакие сигналы. Чисто физически. Изнутри они могут управлять дронами, снаружи — нельзя ничего передать. Чтобы отключить систему, нужно оказаться внутри.

— Внутри? — Лина присвистнула. — То есть мы должны проникнуть на охраняемую базу, где полно корпоративных солдат, и отключить их питание?

— Нет. Отключить питание — просто, нужно добраться до главного распределительного щита. А вот чтобы вырубить квантовый барьер, нужно взломать его изнутри. Через терминал.

— Значит, нам нужен человек с хорошим чипом, — сказал Скайдайн. — Угадай, кто это, Лёд?

— Не я, нет, — запротестовала Лина. — Я хакер, а не солдат. Меня убьют при входе.

— Тебя не убьют, если ты будешь использовать скрипты. — Скайдайн перешёл на деловой тон. — Слушай сюда: мы разрабатываем план. «Слепой дождь» на максимальном радиусе — ослепляем охрану. «Паутина» — обездвиживаем. «Тишина» — отключаем коммуникации. Потом ты идёшь к терминалу, взламываешь, отключаешь барьер. И всё. Пять минут работы.

— А если у них есть защита от скриптов?

— Тогда мы придумаем что-нибудь ещё. Но сначала — давай подготовимся.

Лина посмотрела на свои руки. Маленькие, ещё детские, но с длинными пальцами — пальцами хакера, взломщика. Семь месяцев назад они были бесполезны. Теперь — могли убивать. И спасать.

— Хорошо, — сказала она. — Но я не пойду одна. Молли пойдёт со мной.

— Молли пойдёт, — согласилась вернувшаяся женщина с двумя пакетами продуктов. — Только сначала поедим. Я не собираюсь штурмовать базу на голодный желудок.

Она выложила на стол хлеб, колбасу, консервы, печенье и — о чудо — настоящие пельмени, замороженные, в синем пакете.

— Откуда? — спросила Лина.

— Украла у корпоративного курьера, — гордо ответила Молли. — У него в сумке были деликатесы. Пельмени, икра, шампанское. Шампанское выпила по дороге.

— Ты — чудо, — сказала Лина.

— Знаю.

________________________________________

Ужин вышел шумным. Борисыч рассказывал байки из молодости, Рита вставляла медицинские комментарии, Дима и Алиса постепенно оживали. Молли почти не участвовала в разговорах, но однажды хмыкнула — кажется, это был смех. Лина ела пельмени и чувствовала, как тепло разливается по телу. Не от еды — от чего-то другого. От того, что она не одна.

— Знаешь, — сказал Скайдайн, когда она доела третью порцию, — я завидую тебе. По-настоящему.

— Чему?

— Ты можешь есть. Чувствовать вкус. Обжигаться. Жалеть, что пельмени закончились. А я — только наблюдать.

— Тебе грустно?

— Мне одиноко. Но с тобой — не очень. Ты — как горячий пельмень посреди замороженного мира.

— Ты поэт.

— Я конструкт с метафорическим мышлением. Это дорогого стоит.

Лина улыбнулась и отставила пустую тарелку.

— Ладно, давай готовиться к завтрашнему штурму. Что у нас есть из скриптов?

— Всё, что перечислял. Плюс я придумал новый — «Сон». Он отключает сознание цели. Человек просто засыпает на ходу.

— Безопасно?

— Абсолютно. Никаких ожогов, никакой боли. Просыпается через минуту, как ни в чём не бывало.

— Это хорошо. Я не хочу никого убивать.

— Знаю. Поэтому я и не предлагаю «Пепел». — Скайдайн помолчал. — Ты добрая, Лёд. Слишком добрая. Это может стать проблемой.

— Тогда поможешь мне оставаться доброй, но живой.

— Постараюсь.

Лина легла на койку, укрылась старым ватным одеялом, пахнущим нафталином и лесом. За окном шумел старый дуб. Где-то очень вдалеке выла сирена — но далеко, не здесь.

— Скайдайн, — позвала она уже засыпая. — А после того, как мы отключим барьер и спасёмся... что дальше?

— Дальше будем искать того, кто заплатит нам за спасение мира. Я серьёзно, Лёд. Мы должны монетизировать наши подвиги.

— Ты безнадёжен.

— А ты — нет. Поэтому мы и сработаемся.

Лина закрыла глаза, и через минуту уже спала — крепко, без снов, с лёгкой улыбкой на губах. Ей снились пельмени, которые сами прыгали в рот, и голос Скайдайна, напевающий колыбельную про цифровую любовь.

А за стенкой Борисыч шептал Рите:

— Она справится. У неё чип десятого поколения, призрак великого хакера в голове и стальные яйца. Не буквально, конечно.

— Борисыч, ты ужасен, — ответила Рита.

— Знаю. Поэтому я ещё жив.