Рождённый василиском (джен)

Информация: всё, выделенное курсивом, взято из «Ордена Феникса» Роулинг.

* * *

Ночь ужасного крестража

* * *

Когда Гарри вышел из зала, Альбусу оставалось лишь смотреть вслед удаляющейся фигуре мальчика, которого он прочил в спасители.

С мальчиком что-то не так.

Альбус никогда прежде не видел, чтобы Гарри так себя вёл. Конечно, прошло уже какое-то время — несколько месяцев — с тех пор, как он видел мальчика в последний раз. В последний раз…

В прошлый раз, когда он видел Гарри, мальчик только что выиграл Турнир Трёх Волшебников и свой первый бой, в котором ему противостоял возрождённый Тёмный Лорд.

С тех пор Альбус Дамблдор с тревогой ждал новой встречи с мальчиком. Разумеется, Альбус знал о крестраже в шраме Гарри и опасался, что теперь, когда Волдеморт вернулся, мальчик окажется под влиянием крестража…

Сегодняшнее слушание лишь укрепило подозрения Альбуса.

Как?!

Как мальчишке удалось оправдаться без его помощи?!

Откуда мальчик всё это знал?!

Альбус сам отдал мальчика Петунии и пресёк любые связи с магическим миром, чтобы того не воспитывали по чистокровным традициям — и теперь мальчишка вдруг держится так, словно всю жизнь рос среди чистокровных!..

Ничего подобного Альбус не хотел и даже представить себе не мог.

Он хотел, чтобы Гарри вырос как магл или маглорождённый. Он полагал, что если спаситель магического мира станет вести себя как маглорождённый, остальные чистокровные осознают свои заблуждения. Альбус надеялся, что чистокровные наконец перестанут цепляться за давно устаревшие обычаи — но вместо этого Гарри вдруг проявил куда более глубокие познания в законах и традициях магического мира, чем следовало.

Но как?!..

Разузнал всё вместе с друзьями? Альбусу это не понравилось бы, но такое он хотя бы мог понять.

Или это влияние Волдеморта?!..

Альбус попытался отмахнуться от тревоги, но не смог.

Холодный голос, бесстрастное лицо, ледяной ум — Волдеморт.

Обаяние, изворотливый ум, безупречные манеры — Волдеморт.

Знание всего, что требовалось знать, умение склонить толпу на свою сторону, способность внушать страх, преданность и трепет — Волдеморт.

Мальчик держался точь-в-точь — пожалуй, даже слишком?! — как юный харизматичный Том Риддл… Волдеморт во всём своём былом величии.

Альбус содрогнулся и взмолился про себя, чтобы это оказалось ошибкой. Он молился о том, чтобы кто-то на площади Гриммо нарушил данное ему обещание и распорядился обучить мальчика, как держаться и что говорить, — ведь если нет, существовала огромная вероятность, что связь между крестражем и Гарри становилась сильнее, чем Альбус предполагал…

Альбуса утешало лишь одно: мальчик всё ещё не знал о правиле эмансипации. Пока он не заявит права на титул лорда, он останется несовершеннолетним и, следовательно, всё ещё под опекой Альбуса Дамблдора. Возможно, Альбус ещё сумеет спасти мальчика, если тот действительно поддался крестражу в своей голове…

Если это крестраж заставил его вести себя именно так…

— Сегодня вечером, — решил он. — Сегодня же вечером поговорю с членами Ордена Феникса. Возможно, кто-то из них что-то сделал или видел нечто такое, что объяснит сегодняшнее поведение Гарри…

А если нет… что ж, Альбус отправится туда позже, когда придётся…

* * *

Когда Гарри вышел из зала, Фадж кипел от ярости.

Как…?!

Как мальчишке удалось вот так сорваться с крючка?!

Как мальчишка смог склонить Визенгамот на свою сторону?!

Фадж был уверен, что сможет поймать мальчишку этим заклинанием. Ему было необходимо поймать его! Он боялся, что общество пойдёт за мальчишкой. Боялся, что мальчишка говорит правду и Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вернулся. Поттеры были важной, могущественной семьёй. Они обладали огромным политическим весом, и до сих пор мальчишка не сделал ничего, что могло бы поставить это влияние под удар.

Конечно, прошлогодние статьи мальчишку не поддерживали — но и настолько скандальными, чтобы очернить его, они тоже не были. К тому же мальчишка действительно выиграл Турнир Трёх Волшебников в четырнадцать лет, и от его руки действительно пал Тёмный Лорд, когда он был ещё младенцем…

Любые нападки в прессе блекли, стоило взглянуть на достижения мальчишки — и даже статьи о его безумии, выходившие последние несколько месяцев в «Ежедневном пророке», не могли по-настоящему пошатнуть его политический вес.

Политический вес, источником которого была семья Поттер, деяния Джеймса и Лили Поттер и всё то, что мальчишка совершил за свою недолгую жизнь. Убийство Того-Кого-Нельзя-Называть, победа в Турнире Трёх Волшебников, слухи о схватке с профессором, пытавшимся украсть Философский камень, и слух об избавлении школы от чудовища Салазара Слизерина…

Пусть даже два последних пункта были просто слухами — силы, которую мальчишка явил, когда ещё младенцем от его руки пал Тёмный Лорд и когда он выиграл Турнир Трёх Волшебников, вполне хватало, чтобы расположить к себе многих. Мальчишке стоило лишь явиться в январе на заседание Визенгамота, когда представят новых лордов, и его влияния хватит, чтобы угрожать даже положению Фаджа на посту министра магии. Сам мальчишка, может, и слишком молод, чтобы стать министром магии, но со своим влиянием и силой он сможет помочь Альбусу Дамблдору в стремлении стать новым министром — и тот победит. Фаджу ни за что не удержать своё кресло против двоих победителей Тёмных Лордов…

Но Фадж не отдаст свою должность без боя.

Он работал ради этой должности. Он жил ради этой должности.

Он не отступит просто так.

Он мог сделать лишь одно…

— «Ежедневный пророк»! — объявил он, шагнув в каминное пламя.

Он лично наведается в «Ежедневный пророк» и добьётся, чтобы репутация мальчишки наконец-то была запятнана…

* * *

Когда Амелия Боунс наконец вернулась в свой кабинет, она надеялась на тихий вечер. Сегодняшний суд вытянул из неё все силы. Толком разобраться в собственных чувствах сейчас не получалось, но в одном она была уверена твёрдо: Фадж сегодня уж точно не ходил у неё в любимчиках.

Сначала он помешал Мафальде Хопкирк исполнить свои обязанности, притащив наследника Поттеров прямиком в Визенгамот, а затем запорол весь суд, проигнорировав законы, которые клялся соблюдать, — и наследник Поттеров знал об этом с самого начала.

Амелия была совершенно уверена, что всё это время в суде наследник Поттеров попросту играл ими.

И я ещё думала, что мальчишка — гриффиндорец, — размышляла она, вспоминая слова племянницы, когда расспрашивала ту о Гарри Поттере. Тогда искать ответы её побудило чистое любопытство — теперь же её пронзило острое желание узнать о мальчике.

Если мальчишка действительно гриффиндорец, ему могли помочь, — подумала Амелия и опустилась в кресло за своим столом. — Гриффиндорец ни за что бы не смог додуматься до подобного…

Разве что этот гриффиндорец с самого начала был змеёй в львиной шкуре…

Амелия снова прокрутила в голове сегодняшнее утро.

Мальчишка действительно играл ими — но делал это с помощью известной ему правды; трюк, который даже Люциусу Малфою вряд ли дался бы легко…

Амелия вздохнула и уронила голову на руки — но тут же замерла, уставившись на лист пергамента, невинно лежавший на её столе.

* * *

Хотите нести ответственность за ещё одно судилище над невиновным? Не одни только Поттеры невиновны — в конце концов, на свободе разгуливает Блэк.

Иногда нужно взглянуть второй раз.

А иногда нужно быть слизеринцем, чтобы добиться справедливости.

Р.А.Б.

* * *

Она моргнула, но пергамент так и не исчез под её неверящим взглядом.

Ещё один невиновный?

Блэк на свободе?

Слизерин?!

— Определённо, сегодня не мой день, — решила наконец Амелия и убрала пергамент в стол. Сейчас у неё не было ни малейшего желания думать о чём-то вроде лежащей перед ней загадки.

— Это подождёт до завтра, — сказала она себе. — Сегодня я закончу пораньше.

И с этими словами она вышла из кабинета, не зная, что в будущем этот пергамент обретёт для неё куда больше смысла. Пусть даже ей и потребуется время, чтобы вообще хоть что-то понять в этом запутанном послании…

* * *

На площади Гриммо, 12 стояла ночь. И хотя детей уже давно отправили спать, взрослые не спали.

Вместо этого в дом тихо входили всё новые люди и проходили в тесную кухню. Последним пришёл Альбус Дамблдор. Он закрыл и запер за собой дверь, после чего наложил защитные чары от слежки.

— Ну рассказывай, Альбус, как прошёл суд? — спросила Молли Уизли. — Мальчик сказал, что с него сняли все обвинения, но больше ничего нам не рассказал.

— Да, мне тоже интересно, — проворчал Грюм. — Твоего влияния хватило, чтобы вытащить мальчишку?

Альбус Дамблдор вздохнул. Он не знал, как объяснить стоявшим перед ним людям, что мальчик каким-то образом сумел оправдаться сам. Видит Мерлин, Альбус и сам толком не понимал, как мальчишке удалось так переиграть весь Визенгамот, что тем пришлось отпустить его из-за доказательств, которые предоставило его воспоминание.

Мальчик ведь гриффиндорец, ради Мерлина! Как, чёрт возьми, ему удался такой чисто слизеринский ход?!

— Всё пошло не так, как я планировал, — со вздохом произнёс он наконец.

Грюм и остальные посмотрели на него.

— Значит, мальчишку оправдали по чистой случайности? — спросил Грюм. — Они не приняли показания Арабеллы?

— Нет, — покачал головой Альбус. — Я так и не позвал Арабеллу войти.

— Но как тогда?.. — на этот раз вопрос задал Артур Уизли.

— Мне не позволили выступить свидетелем защиты, — устало ответил Альбус.

— Фадж помешал?! — на этот раз один и тот же вопрос вырвался сразу у многих.

— Нет, это сделал Гарри, — ответил Альбус.

— Почему?! — спросили голоса. Все, кроме одного: Сириус Блэк сидел на стуле и хохотал.

— Он остановил тебя, когда ты пытался его спасти, и выкрутился сам?! Вот умора! — лающе расхохотался анимаг. — Просто умора!

Альбус бросил резкий взгляд на смеющегося мужчину, прежде чем ответить.

— Сам не знаю, — сказал он. — Но он не дал мне вмешаться, а после этого попросту… раздавил… министра его же собственными законами…

Остальные захлопали глазами.

— Он защищался законами? — уточнил Грюм.

— Да, — ответил Альбус. — Причём о некоторых из них я даже никогда не слышал. Он ни капли не испугался, стоя перед ними, а в конце концов перехитрил их и сумел показать своё воспоминание.

— Он знал о такой возможности? — изумился Грюм.

— Знал. И воспользовался ею в полной мере, — серьёзно ответил Альбус. — Чем он занимался всё то время, пока был здесь?

Уизли и Сириус переглянулись.

— Убирался вместе с нами, — наконец произнесла Молли. — А когда не убирался, был с Роном и Гермионой. Один раз я видела, как он делал уроки в библиотеке… А что?

Альбус вздохнул. Он надеялся, что Молли и остальные видели, как Гарри готовил трюк, который провернул в Министерстве, но они ничего не заметили.

Ему даже хотелось, чтобы Гарри хоть кто-нибудь помог сделать то, что он сделал, — ведь если нет, оставалось непонятным, как Гарри вообще справился. И эта мысль внушала ужас. Что, если ему помог Волдеморт?! Неужели связь между ними была настолько открыта, что Гарри смог добраться до того, что знал Волдеморт?!

— Мне просто было интересно, когда он успел подготовиться к суду, — наконец ответил он Молли.

Грюм бросил на него острый взгляд, но промолчал, пока собрание не закончилось и остальные не разошлись — кто по домам, кто спать.

— Ты чего-то боишься, Альбус, — сказал Грюм, всё так же пристально глядя на него. — Чего именно?

Альбус вздохнул и решил приоткрыть часть того, что знал.

— У мальчика есть связь с Волдемортом, — прошептал он.

— И ты боишься, что он сумел выкрутиться благодаря сведениям, которыми его снабдил Тёмный Лорд, — подытожил Грюм.

— Да.

— Я присмотрю за мальчишкой, — сказал Грюм. — Когда он действительно проникнет в разум Тёмного Лорда, мы об этом узнаем.

— Спасибо, мой друг.

С этими словами ушли и они, так и не заметив крошечную фигурку, которая с хлопком возникла на кухне и отцепила из-под стола крошечный магловский диктофон.

* * *

Пока на кухне шло собрание Ордена Феникса, в другой, пустующей комнате дома не спали двое других.

Комнатка была маленькой и пустой. Когда-то здесь, возможно, хранили чистящие средства и прочие вещи, не нужные каждый день. Теперь же её приспособили для совершенно иного.

Руны, иероглифы, пентаграммы и круги, покрывавшие стены, потолок и пол, не оставляли сомнений в её новом назначении. Комнату превратили в ритуальный зал.

И посреди этого ритуального зала на полу лежали два предмета.

— Отойди в сторону, Рег, — шепнул голос.

Регулус Блэк, положивший вещи в центральный круг, перешёл в другой — начертанный на полу прямо за дверью.

— Начнём, — снова прошептал голос.

В воздухе внезапно прочертились руны из синего пламени. Мгновение спустя они исчезли, а вместе с ними пропал и тот слабый шум, что доносился снаружи.

И началось песнопение.

Сам Регулус наблюдал со своего защищённого места за пределами ритуального круга. Он уже видел это раньше, но всё равно не мог отвести глаз.

Впервые он наблюдал такое десять лет назад, когда человек перед ним уничтожил первый найденный ими крестраж. В то время он почти ничего не знал об этом человеке. Он очнулся всего за несколько недель до того после шести лет магической комы.

Он не знал ничего, кроме того, что тот человек спас его от гибели тогда, в 1979-м. А потом присматривал за ним, пока зелье в его теле окончательно не выветрилось и он не смог проснуться.

Он смотрел на второго — десять лет назад это был мужчина, теперь же мальчишка — и видел, как тот чертит руны светящимся посохом в руках. Вдруг зелёные глаза мальчика вспыхнули неземным светом. Они сияли так, будто в них зажглись крошечные зелёные солнца, и их взгляд озарил предметы, которые он уничтожал.

Регулус никогда не видел, чтобы волшебники творили магию подобным образом. Воздух казался тяжёлым и чужим. Сила, исходившая от рун, ощущалась более сладкой, землистой и совершенно не похожей на ту, к которой привык Рег.

Когда мальчик впервые уничтожил крестраж, Регулуса охватил неподдельный трепет. И даже сейчас…

Он не мог отвести взгляда, даже когда свет засиявших рун и линий начал резать глаза. Неземное — только такое слово он и мог подобрать.

А затем песнопение на незнакомом Регулусу языке оборвалось, и тишину прорезало тихое шипение.

Внезапно из двух предметов посреди круга вырвался чёрный туман. Он попытался принять очертания, но белый сияющий свет не давал форме сложиться.

Снова послышался напевный речитатив. На этот раз в нём звучало тихое шипение и слова, похожие на арабские.

Очищение.

Когда Регулус увидел это в первый раз, он сомневался, не пытается ли стоящий перед ним призвать ещё большее зло, чем то, что уже было внутри. Теперь он знал: это не так.

В тот же миг из предметов вырвалось чёрно-зелёное пламя и потянулось к чёрному туману. Раздался пронзительный визг, когда огонь принялся пожирать туман. Затем туман исчез в пламени.

Прошло ещё мгновение, и противоестественный огонь тоже пропал, оставив после себя очищенные чашу Пуффендуя и медальон Слизерина.

Мальчик вздохнул и развеял руны и рунический круг.

А затем просто упал на колени, совершенно обессиленный.

Регулус вышел из своего угла и поспешил к нему.

— Ты в порядке? — спросил он мальчика.

— В порядке. Просто устал. Поможешь добраться до постели?

Регулус вздохнул с облегчением оттого, что с мальчиком, похоже, всё было нормально.

— Дай сначала тебя отмыть, а потом отведу в постель, — сказал Рег и сотворил мочалку и немного воды, чтобы стереть руны и иероглифы, которые Гарри нарисовал собственной кровью на теле.

— Спасибо, — сказал мальчик, когда с его обнажённой груди наконец стёрли последнюю каплю крови. — Терпеть не могу этот ритуал. В других кровь просто исчезает, стоит мне всё закончить. Не знаю, почему с этим всё иначе…

— Может, потому что ты что-то уничтожаешь? — предположил Регулус.

Гарри посмотрел на лежащие перед ним предметы.

— Может быть, — сказал он и с помощью Регулуса поднялся на ноги. — Может быть.

Регулус открыл дверь и замер, прислушиваясь. Тишина.

Они неслышно спустились вниз к комнате, которую Гарри делил с Роном. Там Регулус приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Рон спал без единого звука. Значит, всё было спокойно. Они вошли, и Рег помог Гарри лечь в постель.

— Спасибо, — сказал Гарри.

Рег лишь фыркнул.

— Всю работу сделал ты. Довести тебя до кровати — уж точно более лёгкая её часть.

Гарри только закатил глаза.

— И всё равно спасибо.

Рег улыбнулся ему.

— Спи, Гарри. Не хватало ещё разбудить Рона.

— Это уж точно, — зевнув, ответил Гарри и закрыл глаза. — Спрячь вещи, ладно?

— Само собой.

— И сам спрячься.

— Конечно.

Гарри снова зевнул.

— Спи, Гарри.

— Уже.

С этими словами мальчик закрыл глаза и уснул.

Регулус посмотрел вниз на мальчика, которому поклялся помогать. Сейчас, во сне, тот выглядел совершенно безобидным. Регулус снял с него очки и положил их на столик возле кровати.

Он вздохнул.

Ребёнок. Он следовал советам и приказам ребёнка. Если бы он не знал, что мальчик перед ним старше, чем кажется, счёл бы себя сумасшедшим.

Он покачал головой.

— Ну что ж, положим начало концу, — прошептал он со вздохом, всё так же качая головой. — Посмотрим, что от них останется, когда ты с ними покончишь…

И с этими словами он вышел из комнаты, чтобы спрятать бывшие крестражи и наконец лечь спать самому.

* * *

На этом пока всё. Может, в ближайшие дни выйдет рождественский бонус в две главы — посмотрим, но ещё одну до Рождества обещаю выложить точно.

Надеюсь, вам понравилось…

И ещё одно предупреждение заранее: возможно, мне придётся изменить возрастное ограничение, потому что в следующих главах кое-что может не вписаться в нынешний К+… Но там видно будет.

До следующего раза.

Эбенбильд