Wise as an Old Qrow / Мудрый как старый Кроу / Мудрый как старый ворон (джен)

Пр. автора: У меня дома сейчас довольно сильные штормовые ветра. Пока проблем нет, но сегодня ночью ожидается ухудшение погоды, так что если завтра не будет новостей, значит, у меня проблемы с интернетом. С домом все будет в порядке, но интернет у меня спутниковый, потому что я живу в сельской местности, где нет нормального доступа к обычному интернету.

Опустошение.

Казалось, Кроу переживал момент, когда он узнал о смерти Саммер. Опустошение и всепоглощающее чувство бессилия, от которых хотелось просто сесть и больше никогда не вставать, ноги подвели его, и он упал на колени.

— Ты… Ты лжёшь…

— Я не могу лгать, — ответила ему дух.

— Ты лжёшь! — крикнул он, сглатывая текущие по щекам слёзы. — Ты точно лжёшь! Умоляю… Прошу… Скажи, что ты лжешь…

— Я не могу. Мне жаль. Я не способна лгать — даже ради того, чтобы утешить твой хрупкий разум, — синяя женщина протянула руку, но в последний момент отдернула её, так и не коснувшись его. — Знание — это не дар. Это бремя. Мне жаль, но это правда.

Она обратилась в дымку и исчезла, вернувшись в Реликвию Знания. Та с тихим звоном качнулась на постаменте, немного подражала — и замерла. Без неё комната словно стала ещё больше. Огромная, пустая… Совсем как он сам. Кроу подался вперёд, оперевшись ладонями в пол. Его вырвало на твёрдые каменные плиты.

Это не может быть правдой. Не может быть. Ведь если это правда — если Салем действительно невозможно убить, — значит, всё, что они делали, было бессмысленно. Все их усилия — бессмысленны; смерть Саммер — бессмысленна; потеря руки Янг — бессмысленна; дорога Руби и её друзей в Мистраль, в неизвестность — всё это лишено смысла.

И что хуже всего — он сам подтолкнул их к этому решению. Именно он «случайно проговорился» о том, что там недавно видели Синдер. Именно он отвлекал Тайянга, прикрывая побег Руби и её друзей. Именно он следовал за ними по пятам, взял под своё крыло, направляя их туда, куда хотел Озпин.

— Небольшая манипуляция, — убеждал Кроу себя. — Это ради их блага. После гибели Салем они унаследуют мир, полный добра и покоя, свободный от страданий, — твердил себе. — Все усилия и вся боль не напрасны — ведь он отомстит за Саммер и подарит её дочерям тот мир, которого они заслуживают.

— И всё это было ложью? — слова застряли у Кроу в горле. — Нет. Нет, этого не может быть. Не может! Только не после всех наших жертв! Не после стольких трудов!

Он ударил кулаками по земле и закричал. Он продолжал колотить, продолжал бить, даже когда костяшки пальцев заболели, а на пол брызнула кровь. Саммер, Рейвен, команда STRQ — всё это не имело никакого значения.

— Кроу! Кроу! Поговори со мной, умоляю! Брат, прошу тебя!

— А… — смаргивая застинувшую глаза пелену, Кроу всмотрелся перед собой. — Что?..

Перед ним, опустившись на колени и крепко держа его за плечи, с лицом полным беспокойства, сидела Рейвен. Губы у неё дрожали, а в глазах застыл первобытный ужас. Её меч — оружие, которое она никогда не выпускала из рук, — валялся в стороне, словно брошенный впопыхах.

— Ре… Рейвен?.. — спросил он, справившись с подступившей к горлу желчью.

— Я. Не уходи в себя, — умоляла она. — Я рядом. Всё хорошо.

Он никогда прежде не слышал в её голосе такого беспокойства. Уж точно не за него.

— Что… Что ты здесь делаешь?

— Я ощущала твоё состояние. Ты был в опасности, потом злился, а потом… — её лицо было белым как полотно. — А потом — пустота. Казалось, тебя больше нет… Будто ты умер! — на этих словах её пальцы ещё крепче сжали его плечи. — Я открыла портал, пришла сюда — и нашла тебя в таком состоянии. Ты не откликался, сколько бы раз я ни выкрикивала твоё имя!

Выкрикивала? Портал? Он ничего не слышал. Неужели прошло столько времени?.. Его аура была слабой, но не настолько, насколько слабым чувствовал себя он сам. Продолжается ли ещё бой на поверхности? Да и есть ли ему до этого дело? Всё равно это ни к чему не приведёт. Все сражаются так, будто у этого конфликта — так или иначе — будет какой-то конец, но его нет.

Его просто нет.

— Кроу! — тряхнула его Рейвен. — Не улетай опять в свои мысли! Пожалуйста, я волнуюсь!

— Тебе… — засмеялся он. — Тебе-то о чём волноваться?

— О тебе! О своём брате!

— Ты была права, — не выдержав, он крепко зажмурился. — Ты была чертовски права. Сколько раз я называл тебя трусихой и не верил тебе, а ты всё это время была права. Мы никогда не слушали, да? Даже не дали тебе высказаться.

— Кроу? Кроу, о чём ты?

— Извини. Я был никудышным братом.

— Нет! — Рейвен резко притянула его к себе и прижала к груди. — Это не так! Ты был лучшим братом, о каком только можно было мечтать! Не говори так!

Сейчас, может быть. Сейчас, получив второй шанс, он смог стать для неё хорошим братом. Но был ли в этом повод для гордости? Зная будущее, любой сможет принять верные решения. И ничто не отменит того факта, что в изначальном времени он отвернулся от неё и, заткнув уши, отказывался верить каждому её слову.

Он смутно помнил, как однажды она пыталась его переубедить. Их всех. Рейвен пыталась им что-то рассказать, но они даже не попытались выслушать, отмахиваясь со словами: доверься Озпину. Как же, должно быть, это было обидно — знать правду и слышать от самых близких людей перестать выдумывать и просто довериться очевидному лжецу. А со временем она просто перестала поднимать эту тему. Перестала пытаться. Все они решили, что она просто переросла это.

А потом она ушла, и они назвали её трусихой. Предательницей.

Левую щеку обожгло болью.

— Ты ударила меня?.. — заморгал, прогоняя искры из глаз.

— Мне… Мне пришлось! — тяжело дыша, ответила Рейвен. — Ты меня пугаешь. Я… Я не могу тебя потерять, Кроу. Пожалуйста. Ты нужен мне.

Он был нужен Рейвен.

Всё остальное могло оказаться ложью, могло быть бессмысленным, но только не это. Он был нужен Рейвен, как, вероятно, был нужен, когда она столкнулась с тем же самым тяжёлым осознанием, которое сейчас настигло его самого. Тогда он не поддержал её, встав на сторону Озпина, но сейчас он будет рядом. Столько, сколько ей потребуется.

— Я тебя не оставлю, — пообещал он, крепко сжимая её ладонь. — Можешь даже не сомневаться, — опираясь на неё, он поднялся на ноги, а после она тут же подставила плечо, помогая ему удержаться. — Твоё оружие, — кивнул он в сторону. — Оно тебе понадобится. Озпин… — имя было произнесено с горечью. Холодно. — Там, наверху, остальные подверглись нападению.

Он был обманут не Марией и Розалин. Они и сами не знали таких деталей. Да и откуда? Мария, как охотница, делала всё, что было в её силах, а Розалин была лишь обычной женщиной, на которую внезапно свалился ворох проблем. Им нужна была помощь, и знание горькой правды этого факта не отменяло.

— У меня почти иссякла аура, так что мне понадобится твоя помощь, — он подхватил Реликвию Знания и прикрепил её к поясу. — Нападающие вооружены огнестрелом. Это наёмники. Поодиночке они не особо опасны, но их много, и они устроили засаду. Мария сейчас с ними сражается, но ей требуется ещё прикрывать и Розалину, а та женщина в возрасте. Если можешь, перенаправь ей порталом…

— Я тебя не брошу!

— Если можешь, перенаправь её порталом, — повторил он, — а потом сразу же возвращайся и открой портал для нас. Ты же знаешь, как якорь для твоего Проявления, мне нужно остаться здесь, — он видел, что предложенный план ей не понравился. — Впрочем, можно просто перебить этих ублюдков. Как тебе будет проще.

Издав короткий звук, похожий на ворчание, Рейвен пошла впереди, давая понять, что ни на шаг не отойдёт от него. На лестнице царила тишина, но сверху всё ещё доносились звуки выстрелов. Сначала они прошли мимо его трупов, а затем — мимо незнакомых, с которыми, по всей видимости, расправился Озпин. Тела, которых стало втрое больше, лежали на ступенях — изувеченные и обожжённые. Старик перебил их и, судя по всему, вернулся обратно в гущу основного боя.

Пришло время и им вступить в схватку.

«Сосредоточься на том, что здесь и сейчас, — сказал он себе. — Сложные вопросы оставь на потом. На нас напали, Мария — та, кого я считаю своим другом, и нападающие могут причинить вред моей сестре. Это всё, что сейчас имеет сейчас значение».

Всё остальное можно оставить на потом.

Они выбрались туда, где разворачивалось сражение, которое, похоже, уже подходило к концу. Стрелков, ранее прячущихся на балконе, не было слышно. Сбежали или погибли. Та же участь постигла большинство наёмников в зале. Озпин перемещался от одной схватки к другой, уничтожая всех, кто вставал у него на пути. Мария стояла на коленях у дальней стены, прикрывая своим телом какого-то человека.

— Разберись со стрелками! — крикнул он Рейвен, срываясь в сторону своей наставницы.

Кивнув, его сестра обнажила своё оружие и направила волну огня, созданного красным прахом, на обстреливавших Марию. Те, испугавшись, бросились уворачиваться, но Рейвен, за это время уже успевшая сблизиться с ними, замахнулась на них праховым клинком, энергия, спрятанная в котором, буквально заставляла воздух вокруг трещать. Ей ничего не угрожало, даже меньше, чем ему самому, ведь её аура была полна.

— Мария! — позвал Кроу, подбегая к ней. — Ты жива?.. Чёрт.

Розалина, Дева Весны, прижимала руку к рваной ране на животе. Между её пальцев пузырилась кровь — верный признак того, что в рану попал воздух. Скорее всего, пуля прошла навылет. Откинувшись головой на стену, женщина, стиснув зубы, пыталась перебороть боль.

— Я просто… Я просто хотела нормальной жизни, — выдохнула она. — Неужели… Неужели я так многого хотела?..

— Розалина… — обратилась к ней Мария. — Если ты продержишься…

— Вы все обещали защитить меня. Я обещала… — кровь потекла по её подбородку. — Я обещала племяннице прийти на её день рождения… Завтра.

— Ты всё ещё можешь это сделать!

— Ты сделала из меня лгунью, Калавера, — посмотрела на неё затуманенными глазами Розалина. — Все вы.

— Твоя племянница, — прошептала Мария. — Как её зовут? Где она живет?

— И что тебе с этого? — хрипло хихикнула Розалина. — Пойдешь к ней и заставишь её стать следующей мной? Нет, — прохрипела она. — Я не позволю. Ни за что не позволю, — из её глаз исчез туман. Собрав последние остатки воли, она заставила себя всмотреться вперёд. — Я не буду возлагать на её плечи моё неподъёмное бремя, — она перевела взгляд за плечо Кроу, и её губы тронула усмешка. — Ты. Ты подойдёшь.

— Нет, подожди! — у Кроу от осознания всё внутри оборвалось.

— Я закончила! — закричала Рейвен, подбегая к ним. — Я могу открыть портал и вытащить вас отсюда…

— Теперь это твоё, — приняла решение Розалин.

С последним прерывистым вздохом Весенняя Дева испустила дух, а секундой позже Рейвен, пошатнувшись, начала закатывать глаза и наверняка ударилась бы головой о пол, если бы Кроу не бросился к ней, чтобы подхватить, при этом разворачиваясь так, чтобы прикрыть своим телом от случайных выстрелов. Рейвен стала новой Весенней Девой, а это значило, что Озпин станет цепляться за неё ещё сильнее.

— Береги её, — настоятельно произнесла Мария. — А я разберусь с этими ублюдками.

Беречь? Но как? Кроу всмотрелся в лицо своей потерявшей сознание сестры и задался вопросом, как он может что-то делать, когда всё, что он когда-либо знал, было ложью. И когда все, что он когда-либо делал, было провалом.

* * *

Вскоре все наёмники были либо убиты, либо обращены в бегство. Не являясь фанатиками, они бросились наутёк сразу же, как провал миссии стал очевидным. Впрочем, возможно, они как раз считали свою миссию выполненной — ведь Дева погибла. Озпин сделал пару шагов, словно собираясь преследовать их, но, передумав, пробежав сквозь дым, вернулся к остальным. Кроу притянул Рейвен к своей груди, готовый в любой момент броситься защищать её от старика.

— Она ранена? — спросил Озпин. — Её подстрелили?

— Нет, — ответила Мария. — Розалин увидела девчонку перед смертью и выбрала её своей наследницей. Рейвен Бранвен — новая Дева Весны.

— Хорошо. Это избавляет нас от необходимости разыскивать семью Розалин, — выдохнул Озпин.

— Только это тебя и волнует? — ощерился Кроу. — Что получилось «удобно»?

— Вы же понимаете, что я не это имел в виду, мистер Бранвен, — вздохнул Озпин. — Раз Рейвен здесь, возможно, нам удастся запечатать хранилище. И будет лучше, если эта ответственность ляжет на плечи прошедшего подготовку, а не на случайную девушку, у которой сегодня день рождения, — его взгляд зацепился за висевшую на поясе у Кроу лампу. — Вы взяли с собой Реликвию?

— Подумал, что так будет разумнее.

— Она разрядилась?

— Да…

— Все целы?! — раздался мужской голос, а следом послышались шаги: к ним, тяжело дыша, бежал Леонардо Лайонхарт. Полноватый мужчина остановился, упёршись руками в колени и тяжело хватая ртом воздух, словно только что пробежал марафон. — Как вы тут?

— Живы. Почти все, — Озпин повернулся к мужчине. — Где ты был?

— У дверей меня поджидали враги. По-видимому, засада на случай, если мы попытаемся скрыться бегством. Я с ними разобрался, но бой заставил меня задержаться. Очевидно, они рассчитывали выгнать нас на открытое пространство, где нас было бы легко расстрелять.

— Понятно. Что ж, спасибо за помощь, — расслабился Озпин.

Но не Кроу. Осторожно опустив Рейвен на землю, он положил руку на своё оружие и, встав в полный рост, сделал шаг вперёд, заслоняя собой сестру.

— Розалин мертва, — сообщил он.

На лице Леонардо не было видно удивления. Даже намёка на него.

— Правда? Какая жалость, — он внимательно посмотрел на Рейвен. — Значит, она и есть новая Дева. Теперь в Биконе их будет целых две, — посетовал он Озпину. — Разве не ты говорил, что их нужно распределить по разным королевствам? Если считаешь, что так будет разумнее, я готов взять её к себе. Для неё и её брата в Хейвене легко найдётся место.

Кроу напрягся.

— В этом нет необходимости, старый друг. Рейвен или Эмбер сами примут решение, когда станут старше. Сейчас же нам следует сосредоточиться на этом нападении и выяснить, кто за ним стоит.

— И на том, откуда они узнали, что мы будем здесь именно сегодня, — заметил Кроу. — Похоже, у Салем есть информатор.

— Или глаза, — рассмеялся Леонардо. — Полагаю, мотив приезда Озпина был слишком уж очевиден — даже под предлогом разбирательств с вашими юридическими проблемами, — он со вздохом оглядел зал. — Понятия не имею, как объяснять это своим сотрудникам. Полагаю, придётся списать всё на теракт. Реликвия Знаний в безопасности?

— Конечно. Лови!

Кроу отстегнул её от пояса и подбросил — медленно, движением снизу вверх.

Высоко в воздух.

Леонардо посмотрел вверх. Все посмотрели.

Никто не заметил, как Кроу бросился вперёд, но Леонардо Лайонхарт наверняка заметил меч, вонзённый Кроу прямо в грудь — снизу, пробивая рёбра и достигая сердца. Аура Леонардо была неактивна: он не подозревал, что она ему понадобится, ведь никто не знал о его предательстве.

Фавн судорожно вздохнул, цепляясь за клинок, торчащий из груди, но сил не хватало, они с каждой секундой утекали из его тела. Спустя несколько мгновений с глухим стуком на пол рухнуло его мёртвое тело.

— Нет!

Получив тяжёлый удар по голове, Кроу был отброшен на пол. Он откатился на спину, но подняться не смог: Озпин, пылая от ярости, наступил ему на грудь и направил трость прямо в лицо.

— ПОЧЕМУ?!

— Он был предателем, — спокойно ответил Кроу. — Он работал на Салем.

Озпин тяжело дышал. Реликвия Знаний, завершив свой полёт, с лязгом упала на пол. Она не разбилась, несмотря на то, что казалась сделанной из хрупкого стекла и золота, а лишь отскочила от пола.

— Я спросил у неё имена всех ныне живущих и работающих на Салем, — сказал Кроу, понимая, что Озпин не может знать наверняка и ему придётся самому решать, кому доверять. — Леонардо был в том списке. Он передавал Салем подробности миссий, позволяя ей и её приспешникам устранять охотников и охотниц по всему Мистралю. Он отправлял людей — порой даже своих бывших учеников — прямиком в засады, а подкрепления и помощь перенаправлял в другие места, обделяя действительно нуждающихся в поддержке.

Многое из этого должно было произойти лишь в будущем, но, учитывая, что Леонардо уже занимал пост директора, Кроу сомневался, что всё это начнётся лишь спустя двадцать лет. Скорее всего, он занимался этим уже довольно давно. Озпин продолжал сверлить его тяжёлым взглядом, прерывисто дыша.

— Ты ведь говорил мне о необычно высоком уровне смертности среди охотников в Мистрале, — сказала Мария, найдя в себе смелость подойти поближе. — И они каким-то образом узнали, что мы будем здесь сегодня, именно в это время, именно в этом месте.

— Леонардо… — Озпин судорожно вдохнул. — Он был верным другом…

— Кто-то слил информацию, Озпин, — возразила Мария. — Они ещё дети, к тому же Кроу уже доказал свою лояльность, противостоя приспешникам Салем. Ты же сам знаешь, что это не они. Я склонна верить его словам.

Озпин не шелохнулся.

— Для человека, который якобы попал в засаду, он выглядел подозрительно невредимым, — указал Кроу, ни капли не заботясь о направленном на него оружии. В тот момент ему было уже всё равно. — И разве не забавно, что никто не стрелял в него, когда он бежал к дверям? Удобно вышло, не правда ли?

…

— Можешь бить, если хочешь, старик. Моя аура в полной заднице после того, как я сражался с этими наёмниками ради тебя. Давай, прикончи меня, — Кроу закрыл глаза. — Наверное, тебе не впервой.

Ногу с его груди убрали, но Кроу даже не попытался встать.

— Какие три вопроса ты⁽¹⁾ задал Реликвии? Отвечай.

— Первый — тот, что ты сам предложил: вся информация о тех, кто устроил покушение в Вейле. Это были приспешники Салем. Альварьян и некий Артур Уоттс. Формулировка вопроса оказалась неудачной, — добавил он. — Теперь я знаю о них слишком многое. Их мотивы, причины, где они прячутся… А ещё — что они любят есть, какие у них странные наклонности и как часто они ходят в туалет. У меня чуть кровоизлияние в мозг не случилось, когда вся эта информация разом обрушилась мне на голову. Твоя большая синяя подруга сказала, что это просто чудо, что я не отдал концы.

— И каковы же их мотивы?

— Хаос. Гора Гленн должна пасть, чтобы посеять страх, который не позволит ни одному королевству в будущем основать ещё один город. И дело не в том, что они боятся самого города, а в том, что появление новых городов может привести к открытию новых академий охотников. Это покушение должно было превратить напряженность в отношениях между Вейлом и Горой Гленн в полномасштабную гражданскую войну. Цель — показать остальным королевствам, что создавать новые города — плохая затея, даже если самим городам удастся уцелеть в схватке с Гримм.

— В этом есть смысл, — снова подала голос Мария. — С их стороны это хороший план. Они извлекли урок из того, как провалилась их предыдущая попытка. Вполне в их духе. Ты ведь и сам подозревал, что за этим стоит она, Озпин.

— Твои эмоции затуманивают разум, Мария. Он твой ученик.

— А Леонардо когда-то был твоим другом, — парировала она. — Я доверяю Кроу. И ты ему доверял. Кто-то из нас ошибается, но сейчас факты указывают на то, что правда за моим учеником.

— Второй вопрос? — опустил оружие Озпин, но вид у него был по-прежнему разъяренный.

— Как я уже говорил, имена всех, кто работает на Салем, — Кроу кивнул в сторону мертвеца. — Он был в списке. И, что пугает, в нём много других имен. Нет имён из Бикона, зато как минимум одна крупная местная преступная группировка подчиняется ей — хотя сами они о ней точно почти ничего не знают. Полагаю, этих наемников наняли именно они, пусть и по приказу Салем. Вряд ли они вообще знают ценность Реликвии и для них это просто дорогая безделушка, за которую обещали щедро заплатить.

— Третий?

— Я спросил, как можно раз и навсегда убить Салем, — посмотрел на Озпина мёртвым взглядом Кроу.

Озпин обмяк. Это нельзя было назвать обретением спокойствия — скорее, он просто поник, отдавшись во власть абсолютного отчаяния, и наконец, осознав причину холодной апатии, исходившей от молодого человека на полу. Безжизненного выражения лица Кроу, его холодности, его гнева.

Внезапно всё встало на свои места — по крайней мере, для старика.

— Ты узнал?! — спросила Мария, в которой, в отличие от остальных, ещё горела надежда, — Что она сказа...

— Не стоит обсуждать это здесь, — перебил Озпин, не дав правде сломить ещё одного человека. — Прошу прощения, мистер Бранвен. Я ошибся, — он протянул руку. — Позвольте, я помогу вам подняться.

Кроу проигнорировал жест, перекатился на бок и самостоятельно встал на ноги.

Рука Озпина безвольно упала.

— Прокурор тоже был в списке Салем, — произнёс Кроу. — Хотя сомневаюсь, что он сам об этом знает. Список слишком длинный, чтобы каждый, кто в нём состоит, понимал, кто она такая и что из себя представляет — по крайней мере, так, как теперь понимаю я, — он заметил, как вздрогнул Озпин. — Не удивлюсь, если Леонардо тоже не знал. К сожалению, я не стал спрашивать, почему они все работают на неё. Реликвия предупредила: если потребовать слишком много деталей, можно повредить рассудок. Один только первый вопрос едва не стоил мне жизни.

— Значит, хорошо, что вы не стали спрашивать. Причины, по которым они встали на её сторону, могут быть весьма сложными и запутанными. К тому же, они могли повлиять на ваш разум, — добавил Озпин. — Узнав, почему сотня людей примкнула к ней, вы могли бы и сами оказаться на её стороне — хотя бы потому, что стало бы трудно отличить собственные воспоминания от чужих.

— Если судебный процесс задуман как приманка…

— Мы покидаем Мистраль, — ответил Озпин. — Рейвен — получила силы Девы, но она не обучена и даже не знает, что с ней произошло. Хранилище открыто и вряд ли его удастся закрыть в ближайшее время, — он наклонился, чтобы поднять Реликвию Знаний. — Мы заберём Реликвию в Бикон — пусть мне и не нравится идея хранить две Реликвии в одном месте. По крайней мере, теперь заряд исчерпан.

Он встряхнул для проверки лампу, но синяя женщина не появилась, а свечение, заметно потускневшее после задачи вопросов, не засияло с новой силой. Озпин кивнул, довольный результатом.

— Мистер Бранвен, нам нужно будет поговорить в моём кабинете в Биконе, — сказал он. — Насколько я понимаю, вы узнали то, что вам, должно быть… Трудно переварить. Я бы хотел подробнее всё вам объяснить.

Кроу фыркнул.

— Вы злитесь. Не могу вас винить, но знания, преподнесенные без контекста, могут ввести в заблуждение. Дайте мне шанс изложить свою точку зрения. Объяснить причины, стоящие за сухими фактами, которые вам сообщили. Это всё, о чём я прошу.

Кроу ничего не ответил. Он знал, если он сейчас откроет рот, то там не будет ничего цензурного.

В прошлой жизни он уже доверился Озпину и в итоге позволил Руби пойти по стопам матери. Позволил ей рисковать жизнью в бессмысленной битве, где она могла погибнуть так же, как и её мать, на войне, у которой не было конца. Он подвёл своих племянниц.

Но в этом мире у него остался ещё один родной человек, и он не хотел — не мог — подвести её.

Рейвен сказала, что нуждается в нем, и на этот раз он её не подведёт. Он станет тем братом, которым не сумел быть в своей прошлой жизни.

1) Ты специально. Вы вежливое обращение, ты фамильярное. Озпин в бешенстве, ему не до норм приличия.

Вернуться к тексту