Повелитель Тайн (джен)

Очнувшись, я в полусне открываю глаза.

Вот чёрт, когда я вообще успел заснуть? Я этого совершенно не помню!

Я ошалело оглядываюсь и вижу, что коллеги как ни в чём не бывало работают по своим кабинкам.

Я ведь только помню, что собирался послушать песню, а потом — раз, и уже здесь? У меня что, просто вырубило сознание? Я же не пил… Ай, голова раскалывается, всё плывёт, сейчас стошнит… Сейчас ощущение такое, будто я просыпаюсь после жуткого похмелья.

Конечно, это всего лишь ощущение — в жизни я ни разу по-настоящему не напивался.

Подняв руки, чтобы помассировать виски, я кошусь на плеер и обнаруживаю, что музыка уже давно остановилась.

«Вперёд! Вперёд!»… Точно, я же слушал именно эту песню! Но мелодию я вообще не помню… Озадаченно я снова открываю отзывы на этот трек.

«Неплохо!»

«Небывалый опыт».

«Великолепное удовольствие».

* * *

Первые страницы отзывов я уже просматривал раньше, так что теперь бегло пролистываю их до самого конца:

«Спасибо огромное за эту песню! Она вылечила мою хроническую бессонницу».

«Самый чистый и самый панковский дэт-рок!»

«От этой песни я упал в обморок. Это не образное выражение, а буквальный факт!»

«Не могу представить, как человек вообще способен издавать такие звуки…»

«Если ты мужик, попробуй продержаться тридцать секунд!»

* * *

Это… Эта песня явно с подвохом… Больше я этот так называемый «дэт-рок» слушать не буду… Несколько секунд я стискиваю зубы, а потом всё-таки решаю оставить ещё один отзыв:

«Невиданная форма музыки! Она превосходит человеческое понимание!»

Надо же и другим дать прочувствовать. Нельзя быть таким эгоистом!

Получив предварительное объяснение этому загадочному отключению, я снимаю наушники и собираюсь вернуться к работе.

Однако голова у меня по-прежнему кружится, лоб неприятно ломит, а время от времени к горлу подкатывает тошнота.

Это куда хуже, чем тот тепловой удар, который у меня уже случался раньше. Даже мощный офисный кондиционер не может облегчить моё состояние.

«Нет, надо ехать в больницу и провериться. Ещё немного — и я, кажется, просто рухну…» Я пытаюсь взять себя в руки, но понимаю, что дальше терпеть не могу.

К счастью, гендиректор Хуан всегда щедр. Каждому сотруднику полагалось два дня оплачиваемого больничного без врачебной справки.

Я быстро пишу заявление на отгул и направляюсь в кабинет директора Ая за подписью.

Возможно, вид у меня и правда ужасный, потому что директор Ай не чинит препятствий. Из заботы он даже спрашивает, не нужно ли отправить со мной кого-нибудь в больницу.

— Не нужно. Не настолько всё серьёзно. — Самолюбие у меня ещё есть. Если могу справиться сам, просить помощи не стану.

— Ладно, тогда езжай и как следует отдохни. Если днём что-нибудь срочное всплывёт, я поручу это кому-нибудь другому, — директор Ай не настаивает.

Выйдя из здания, я без колебаний вызываю машину через приложение. Упрямо ехать на автобусе и терпеть я не собираюсь.

Когда надо тратить деньги, я всегда трачу их без лишних колебаний.

— Больница Мушу, — сев в машину, я первым делом уточняю пункт назначения.

Больница Мушу считается одной из лучших государственных больниц поблизости, но всё же не топовой. Поэтому пациентов там поменьше, и в приёмном покое скорой помощи не должно оказаться слишком большой очереди.

Та больница, куда прошлой ночью отвезли Бай Айлин, районного уровня. Хотя я там ни разу не бывал, у меня почему-то остаётся смутное ощущение, что место это вполне надёжное.

— Хорошо, — коротко отвечает водитель и трогается.

Со временем мне становится всё лучше. Голова уже не так кружится, холодный пот проходит, а пульсирующая боль и вовсе исчезает.

«Да твою ж… Неужели я выбираю больницу слишком далеко? Боюсь, пока доеду, уже совсем приду в норму…» В голове сама собой всплывает эта странная мысль.

Как выясняется, это вовсе не пустое самовнушение. К тому моменту, когда водитель привозит меня на место, я уже окончательно прихожу в себя. Более того, даже слегка хочу есть.

Похоже, в приёмный покой мне уже не нужно… Быстро оценив своё состояние, я убеждаюсь, что со мной всё в полном порядке.

А раз так, остаётся только насладиться внезапно освободившимся временем. В конце концов, отгул я уже взял, обратно его не отменишь.

«Вернуться домой и поиграть? Найти фильм и посмотреть? А, точно. Мне же ещё надо записаться на курсы „Мечта“. Раз уж мне заплатили, сидеть сложа руки я не могу. К тому же я как раз свободен.» Я достаю телефон, нахожу фотографию адреса учебного центра, которую сделал раньше, вызываю ещё одну машину и еду туда.

— Здравствуйте, я хотел бы узнать подробнее о ваших курсах, — я не спешу с порога говорить, что собираюсь записаться, и обращаюсь к мужчине на ресепшене.

Если честно, этот учебный центр кажется мне немного странным. На стойке у них сидят мужчины, а не женщины.

Я не то чтобы дискриминирую мужчин, просто мне кажется, что женщины обычно терпеливее и мягче.

Администратор вкратце представляет имеющиеся курсы, а потом спрашивает: — Что вас интересует?

Этот тип такой же бестолковый, как тот Дани… Это у них тут что, фирменный стиль? Я слегка кашляю и говорю: — Деловой английский по выходным.

— Это лучший курс у нас, на курсах «Мечта». Его ведёт наша директор, и она даже пригласила несколько иностранных преподавателей — настоящих иностранцев, — администратор говорит без конца. — Если запишетесь прямо сейчас, мы ещё и скидку дадим. Изначально курс стоит восемь тысяч восемьсот восемьдесят восемь юаней, но сейчас всего шесть тысяч шестьсот шестьдесят шесть!

— А ваша директор действительно такая способная? — спрашиваю я, пользуясь случаем.

Администратор указывает в сторону коридора.

— Она много лет училась за границей и владеет множеством языков. У неё даже докторская степень по педагогике.

Проследив взглядом за его пальцем, я смотрю на приоткрытую дверь аудитории в коридоре.

Занятие ведёт женщина. Она стоит боком к двери, на ней свободные джинсы и приталенная белая рубашка с цветочным рисунком. Волосы, выкрашенные в каштановый цвет, собраны в пучок.

Кроме того, благодаря зрению Убийцы я отчётливо вижу её профиль. Она не слишком старая — на вид чуть за двадцать. Щёки у неё чуть пухлые, а черты лица — очень изящные. Наверняка она довольно хорошенькая.

— Наша директор очень эрудированна. Помимо языков, она умеет рисовать, писать маслом, делать наброски, работать акварелью — словом, знает все виды живописи. Ещё она разбирается в оценке антиквариата и во всевозможных музыкальных инструментах. Практически мастер на все руки! — в голосе администратора звучит искреннее восхищение.

Я уже собираюсь что-то ответить, как в учебный центр входит мужчина.

— Смотрите, а это наш иностранный преподаватель, мистер Андерсон Худ, — тут же представляет его администратор. — Он свободно владеет как минимум десятью языками. Он может отдельно позаниматься с вами и поставить произношение.

Краем глаза я вижу молодого иностранца со светлыми волосами и голубыми глазами. На нём белая рубашка и чёрный жилет. Желая его проверить, я сразу перехожу на английский:

— Hello, what languages do you know? How long have you been teaching at this tutoring center?

Преподаватель по имени Андерсон Худ, засунув руки в карманы, улыбается и отвечает: #@%%#*()()——

Я: «…»

Что он вообще сейчас сказал…

И почему у этого парня такая знакомая манера держать руки в карманах?

Андерсон косится на меня и усмехается.

— Ну как? Мой маврикийский креольский неплох, правда?

На этот раз он говорит по-английски.

А потом сам же переводит это на китайский.

— Я не понял… — честно признаюсь я.

Я даже не уверен, какой язык он использовал в первый раз.

Андерсон цыкает языком и говорит: — Похоже, у тебя совсем нет способностей к языкам.

— Почему бы тебе не поучиться у меня рисованию?