Повелитель Тайн (джен)

Послесловие (I)

Изначально я собирался немного отдохнуть и написать это завтра, но, возможно, момент сейчас чувствительный: немало друзей принялись забрасывать меня смс и личными сообщениями с вопросами. Я как раз думал хорошенько вздремнуть днём, снять возбуждение после финала, а телефон всё пищал и пищал. Я… вы вообще дадите мне поспать или нет?

Завершить книгу в мае я планировал заранее. Об этом я говорил уже очень, очень давно, просто тогда не мог точно оценить срок и расплывчато называл май-июнь. Всегда ведь нужно оставлять себе запас для манёвра, верно? Если бы не эпидемия, я через несколько дней уже собирал бы вещи для поездки в Испанию.

Кстати, мой контракт был подписан в конце 2016 года и действует до начала 2022-го. По нему у меня осталась ещё одна книга, примерно на три миллиона слов. Новая книга точно будет выходить на Qidian.

С посторонними вещами закончили. Вернёмся к самой книге.

Если о финальной части седьмого тома можно сказать, что я выбрал более логичное развитие событий и из-за этого сюжет сильно ускорился, не получив насыщенного и подробного развёртывания, то восьмой том с первой же главы шёл под моим контролем. Что писать в каждой главе, где делать поворот, как подводить финал — всё это я уже продумал. Поэтому здесь нет ни внезапного ускорения сюжета, ни проблемы с тем, будто я срезал множество побочных линий.

Этот финал я придумал ещё до начала книги. Каждый член Клуба Таро, пройдя через всевозможную пассивность, ожидание, растерянность и колебания, наконец покидает свою зону комфорта, чтобы встретиться с миром и самыми разными трудностями. А Клейн и Азик по-своему замыкают ролевой круг.

В самом конце друг с другом контрастируют ужас и детская невинность, сумрак и солнечный свет, тьма и новое рождение. Получается особая картина: немного ктулхуанская и в то же время немного тёплая. Одновременно она указывает на то, что Клейн уже начал пробуждаться, так что книга не выглядит оборванной.

Что же до завязок с пятью золотыми монетами, личных историй членов Клуба Таро и прочих незакрытых линий, которые не относятся к основной линии этой книги, — они, конечно, оставлены для второй части. Я ведь написал это уже настолько явно: финальный отрезок — это одновременно и конец, и пролог.

Да, вторая часть будет охватывать время от погружения Клейна в сон, а может, даже немного раньше, и до его пробуждения.

Всё это было определено ещё до начала книги. Почему я тогда уже думал о второй части? Во-первых, мне казалось, что сеттинг слишком огромен, что в нём слишком много всего, о чём можно писать. Если бы я запихнул всё в одну книгу, неизбежно смешались бы главное и второстепенное, побочные линии стали бы чрезмерно длинными, повествование — рассеянным, скучным и безобразно раздутым. Во-вторых, кривая роста членов Клуба Таро не могла поспевать за Клейном. Если бы я дал им слишком много побочных линий и историй только для того, чтобы их повышение выглядело достаточно логичным, это ударило бы по структуре основной линии. И снова возникла бы проблема неразличимости главного и второстепенного. А если бы я не дал им этих историй, но позволил бы им расти и сыграть роль в ключевой момент, наверняка очень многие читатели почувствовали бы, что один человек обрёл Дао, а вместе с ним вознеслись и куры с собаками, — будто им слишком легко всё досталось.

Поэтому, взвесив всё и совместив разные обстоятельства, я решил, что как минимум должен написать «Повелителя Тайн 2». Тогда первая книга сможет неспешно вести сюжет и не носиться по всей карте мира. А члены Клуба Таро пока раскроют лишь первую половину своей жизни, завершат преображение и рост, покинут зону комфорта, а уже во второй части покажут нам ещё более интересные истории и судьбы.

Для меня это тоже вызов: как спустя несколько лет снова привести всех в этот мир и как позволить новым читателям, которые не читали первого «Повелителя Тайн», плавно читать дальше, без помех и ограничений.

Прежде у меня не было опыта написания книжного цикла, не было опыта второй книги в рамках одного и того же мира. С одной стороны, в нескольких предыдущих книгах я просто не закладывал такую возможность в сеттинг, и там не хватало пространства для развёртывания. С другой — я боялся повторить прошлые схемы и не суметь прорваться дальше. Но такой страх сам по себе тоже ограничение. Сейчас мне кажется, что, уже найдя собственную писательскую методологию, я могу попробовать принять этот вызов.

Я уже говорил: мой лозунг… нет, мой девиз:

«Никогда не довольствоваться, всегда бросать себе вызов».

Для второй части я ещё не решил, кто будет главным героем и какой окажется точка входа в сюжет, но в голове уже появились некоторые сцены:

скрытая линия, составленная из разных попыток членов Клуба Таро пробудить Клейна, из пяти золотых монет и железного портсигара, за которыми стоят разные люди.

Герой, возможно, встретит того, кто прикурит и заговорит о прежнем Охотнике. Возможно, случайно увидит прекрасное лицо, наполовину скрытое от взгляда. Возможно, услышит пришедшую из-за моря новость об открытии нового континента. Возможно, будет иметь дело с властителями морей. Возможно, отправится исследовать ещё не раскрытые легенды о морских сокровищах. Возможно, столкнётся с самыми разными «трансмигрантами» и «лазутчиками».

Конкретный стиль я определю уже тогда. В любом случае на уровне сеттинга я оставил для второй части очень много пространства и совершенно не беспокоюсь, что мне будет нечего писать.

Что касается апокалипсиса, его точно не решить за одну книгу. А чтобы апокалипсис во второй части давил сильнее, я решил устроить для Материнской Богини Разврата эпическое усиление. Шучу. В общем: почему хряки беременеют? Почему у мужчин вздуваются животы? Почему камни рождают детей? Что стоит за всеми этими происшествиями — искажение человеческой природы или падение нравов?.. А план усиления, вероятно, попадёт уже в третью часть, связанную с Западным континентом. Но, серьёзное лицо, не факт, что я её напишу.

Что до Западного континента, раньше я, по сути, не прописывал его сеттинг, а лишь оставил разъём для будущего подключения. Семь оставшихся Сефирот и небольшое количество Потусторонних характеристик, не включающих характеристики Последовательности 1 и Уникальности, — какой мир и какая система повышения из этого получатся?

Недавно я в основном определился с идеей и понял, какой сеттинг хочу сделать. Хе-хе.

Да, ортодоксальная система с Сефирот в качестве ядра; неортодоксальная боковая ветвь, в основе которой лежат Потусторонние характеристики; и низшие школы, у которых есть часть и того и другого.

Первая возникла из даосской идеи «получения реестра». Да, «получить реестр» означает, что Небесный двор признал тебя, ты стал частью этой системы и можешь радостно призывать на помощь в бою всяких божественных воинов вроде Шести Дин и Шести Цзя. А если ты дикий даос без такого реестра, с какой стати эти духи, боги земли и гор вообще должны на тебя отзываться? Поэтому в традиции фулу знак-талисман и реестр — разные вещи. Если коротко, получить реестр — значит попасть внутрь системы. И если заменить Небесный двор и Чистую землю на Сефирот, весь сеттинг сразу становится живым, странным и таинственным.

Дописал до этого места — и проголодался. Жена торопит меня выйти из дома. В конце концов, я решил написать это внезапно. Да, пока остановлюсь здесь. Завтра продолжу это послесловие, поговорю о мыслях, приобретениях и потерях при создании «Повелителя Тайн», о своей писательской методологии.

Кроме того, огромное спасибо большому боссу Утуну за награду. Когда я только что открыл приложение Qidian Reader, меня едва не напугал этот сюрприз. А ещё: сперва я буду по расписанию выкладывать здесь бонусный рассказ на двадцать-тридцать тысяч слов, а после этого бонусы станут нерегулярными. Изначально я не собирался их писать, но теперь обнаружил, что есть немало вещей, которые не затрагивают содержание второй части, а рассказать о них можно: например, сны Клейна в период его долгого сна, отдельные истории и фрагменты Четвёртой Эпохи и так далее, и так далее.

О том, почему запасной план Небожителя оказался нарушен, я уже оставил определённые намёки:

почему «волшебное зеркало» Арродес, как существо, вышедшее из Моря Хаоса, непременно хотело следовать за Клейном? Почему Клейн, погружаясь в сон, взял его с собой?

Ещё вышло переиздание печатной версии. В этот раз обложка мне нравится. В тексте исправлены только некоторые интернет-слова и слова, которых нет в словарях, например особое местоимение для божества. Подробности покупки можно посмотреть в моём Weibo, «Настоящий Каракатица, который любит нырять». А за будущими нерегулярными бонусами можно следить в моём официальном аккаунте WeChat: просто ищите `wuzei1985`, тот самый с аниме-аватаром.

Да-да, завтра продолжу послесловие (часть II).

Послесловие (II)

Раз уж это заключительные мысли после завершения книги, нужно, конечно, оглянуться на всю книгу, поговорить о том, что я приобрёл и потерял во время работы, чтобы понять, что стоит сохранить, а что — улучшить. Да, буду говорить через собственную писательскую методологию. Разумеется, это то, что я вывел для себя; это не означает, что оно подойдёт другим людям или другим площадкам. Если вы сможете что-то из этого вынести — хорошо, но при прямом копировании оно легко не приживётся на другой почве. Даже истина бывает абсолютной и относительной, не говоря уже о таком личном опыте. Те, кто учится у меня, выживут; те, кто меня имитирует, погибнут, верно?

Лично для меня первое ключевое слово в творчестве, и самое важное ключевое слово, — это «выражение».

Слово «выражение» очень широкое. В узком смысле оно может означать тему текста, его центральную мысль. В широком смысле всё, что автор надеется передать читателям, относится к области выражения. Мы можем выражать собственные мысли о человеческой природе, своё понимание мира, ощущение удовлетворения и, говоря проще, желание сделать так, чтобы было по-настоящему круто.

Что я хотел выразить в «Повелителе Тайн»?

Во-первых, новый, интересный, достойный размышлений, сложный и увлекательный мир, возникший после соединения части западного оккультизма с мифами Ктулху, Фондом SCP и другими элементами.

Во-вторых, луч света во тьме и отчаянии. («Да, именно…» — Амон уже собирался выскочить, но Клейн зажал ему рот. — «Именно я».) Этот луч — и человеческое сострадание, и гимн человеческому мужеству. А тьма и отчаяние — это и положение рабочих и крестьян во времена первой промышленной революции, и Великие Древние, злые боги, неизвестность, то, на что невозможно смотреть прямо, хаос, безумие и беспомощное отчаяние, которые приносят элементы мифов Ктулху.

В-третьих, противостояние и слияние человечности и божественности. Почему начальной точкой Клейна я выбрал «Провидца», а конечной — «Шута»? С одной стороны, это было нужно самому сюжету, к тому же Путь Провидца на раннем этапе очень естественно позволяет раскрывать множество оккультных элементов и интересно вводить их в повествование. С другой стороны, скрытая тема «Повелителя Тайн»… Впрочем, она не так уж скрыта: я написал её прямо в аннотации — это легенда о Шуте.

Иначе говоря, это путешествие Шута.

А карты Таро, очень важный элемент этой книги, имеют одно довольно распространённое толкование: вся колода описывает именно путешествие Шута, которое начинается с Шута и заканчивается Миром, обретая полноту.

Конечно, я не мог просто скопировать толкования и образы карт Таро, а должен был переработать их в соответствии с «Повелителем Тайн». Поэтому путешествие Шута здесь означает постепенный переход от человека к богу; это духовное путешествие, которое рождается из противостояния и слияния человечности с божественностью.

Поскольку я хотел, чтобы у Клейна всегда сохранялась человеческая, тёплая сторона, я не стал показывать это напрямую через его психологические реакции. Чаще я отражал это через других людей, через то, как часто и насколько глубоко он взаимодействует с миром и окружающими. То есть более косвенно.

Поэтому чем дальше к финалу, как бы Клейн ни подчёркивал свою человечность, читательское ощущение всё равно таково: он всё дальше отдаляется от человеческого общества, становится всё более одиноким, всё более абстрактным, постепенно теряет чувство плоти и крови. Это и есть путешествие Шута.

Этот структурный приём на самом деле немного хитрый, потому что вдохновение я взял из нескольких прежних книг — кроме «Мастера боевых искусств». О них говорили, что чем дальше, тем менее человеческим становится главный герой, тем сильнее отрывается от реальности и перестаёт давать ощущение укоренённости в мире и обществе. Тогда я решил просто превратить это изменение из авторской бессознательности в осознанный приём. Такая мысль примерно и возникла после того, как я прочитал несколько книг о Таро.

Если смотреть сейчас, первая задача выполнена с натяжкой, вторая — в части света — неплохо, а вот тёмная сторона хорошо работала в начале, но позднее, по мере повышения уровней силы, ослабла.

Это действительно проблема. Это структурная проблема «Повелителя Тайн», и она же относится к четвёртой части моей методологии, о которой я скоро скажу, — к «структуре».

Вернёмся к теме. Начиная с 3-й Последовательности в оккультной части книги, в её страхе перед неизвестным, возникает заметный стилистический разрыв. Если говорить об элементах Ктулху, то, когда неизвестное объясняют и по-настоящему выводят на сцену, оно теряет большую часть своего очарования. Поэтому к концу ощущение хаоса и безумия удалось сохранить неплохо, а вот тьмы, отчаяния, тайны и чувства собственной малости стало не хватать.

Перед началом книги я долго колебался: может, писать только до 3-й Последовательности, а всё остальное оставить фоном? Тогда общий стиль таинственного мира оставался бы цельным, а чувство увлекательного исследования, сопровождаемого страхом, дрожью и тайной, проходило бы через весь текст.

Но в итоге я всё же оказался немного жадным. Мне хотелось, чтобы «Повелитель Тайн» очертил общий облик всего мира, чтобы потом в рамках этого мира можно было спокойно развернуться.

Третьему пункту я лично поставил бы оценку выше проходного балла, но не выше восьмидесяти. Главная причина в том, что мне не хватило жестокости, и проявлено это было недостаточно прямо.

После «выражения» вторая группа моих творческих ключевых слов — «увлекательность» и «содержательность».

То есть, когда определено, что именно ты хочешь выразить, нужно посмотреть, подходят ли для этого твой материал и возможные способы выражения.

Нельзя сказать, что какую-то тему вообще невозможно писать. Если исключить внешние факторы, вопрос в том, можно ли написать её увлекательно и содержательно.

Даже домашняя еда зависит от того, кто её готовит и как.

Да, по природе людям хочется нового и странного. Конечно, они также ищут удовольствие и трогательность, но последние два пункта я отношу к разделу «эмоции». Здесь говорю только о новом и странном.

Новое — не просто что-то редко встречающееся, а странное — не просто экзотика ради экзотики. Речь скорее о настоящей новизне, о заметном отличии от всего остального.

У «увлекательного» и «содержательного» значения всё же довольно разные. «Увлекательное» больше про игру, новизну, необычность; «содержательное» добавляет оттенок «есть о чём подумать».

Содержательное не обязательно весёлое или смешное, но оно может погрузить человека в себя, заставить почувствовать: это интересно, над этим можно думать, можно разворачивать собственное воображение.

Увлекательное тоже не обязательно содержательно. Сейчас немало романов, построенных просто на лёгкости, юморе и мемах, и у них тоже большой рынок.

Конечно, два свойства можно сочетать. Если вещь не только увлекает, но и заставляет думать, исследовать, вживаться и фантазировать, у неё возникает двойная притягательность.

А если содержательное произведение ещё и умеет быть увлекательным в письме, взаимодействиях персонажей и деталях, это тоже может сыграть роль завершающего штриха и дать читателям больше желания следить за продолжением.

В «Повелителе Тайн» я ставил себе цель сначала добиться содержательности, а затем уже искать увлекательность. Сейчас видно, что двадцать два Пути, двести двадцать зелий, девять Сефирот и система Метода Действия действительно дали и новизну, и странность, и интерес, и пищу для размышлений.

А в поступках, взаимодействиях, деталях и прочем я тоже старался не быть однообразным и скучным. Большую часть времени это удавалось.

Разумеется, здесь ещё есть куда расти.

Моё третье творческое ключевое слово — «вживание».

Не стоит, едва услышав слово «вживание», думать о дешёвой фантазии исполнения желаний. На самом деле вживание бывает очень разным. Да, многие вживаются в главного героя, но кто-то вживается в его отца, мать, брата, девушку; кто-то — во второстепенного персонажа, в зрителя или читателя, в мироустройство, в земное сообщество, в священность науки, в классическую культуру и так далее, и так далее. Вариантов не счесть.

Когда автор уже определил, что хочет «выразить», и нашёл в материале и способе выражения увлекательный и содержательный вход, следующий вопрос — с какой позиции основным читателям будет проще войти в текст. От этого зависят повествовательный метод, структура текста и то, какие подготовительные элементы нужно заложить.

Раньше я выкладывал в официальном аккаунте одну идею всего в три главы. На самом деле она возникла из размышлений о «вживании»: я хотел, чтобы основные читатели отождествлялись не с персонажем, а с земными знаниями и смотрели с гордой, наблюдательской позиции на то, как местный житель с помощью знаний Земли попадает в комичные ситуации, растёт и получает свои приятные победы.

В «Повелителе Тайн», помимо обычного вживания в главного героя, я вложил больше усилий в систему сил, зелья, Метод Действия и общее мироустройство. Поэтому здесь много приёмов саспенса и разгадывания тайн: понемногу забрасывать крючки, понемногу раскрывать, позволяя всем погрузиться внутрь.

Четвёртое творческое ключевое слово — «структура».

Пройдя первые три шага и придумав общий набросок истории, нужно, опираясь на них, выстраивать общую структуру романа.

Поэтому, когда я говорю, что финал «Повелителя Тайн» был задуман с самого начала, это вполне можно увидеть: переклички начала и конца, круговорот судьбы, схождение истории к финалу — всё это разворачивается внутри большой структуры. Лично для меня в этом есть особая красота.

Кроме общей структуры романа, есть ещё структура каждого отдельного тома. О структуре первого тома я уже говорил раньше: я очень ею доволен, она сделана хорошо. О структуре второго и третьего томов я тоже говорил. Потом я редко упоминал это слово главным образом потому, что чем дальше пишешь, тем больше ограничений и тем меньше свободы. Если я не сумел придумать хорошую структуру, хороший вход, я лучше использую самую обычную или уже использованную сюжетную структуру; тут нечего особенно обсуждать.

В целом четвёртый том постепенно наслаивает линии, чтобы потом их взорвать. Пятый том — воронкообразный: он всё сильнее закручивается и в итоге приводит к резкому изменению. О шестом я, кажется, говорил: это равнина между двумя высокими пиками. Седьмой — внезапный взрыв внутри повседневного странствия, по общей форме он близок ко второму тому. Восьмой — последовательное нагнетание кульминаций и затем послевкусие.

В некоторых томах, поскольку к началу написания структурная идея была ещё недостаточно ясной или я не знал, как достичь нужного эффекта, в середине возникали проблемы с ритмом либо приходилось ради логики сюжета чем-то жертвовать.

Это всё опыт и уроки. В будущем, начиная новый том, нужно стараться входить в него с максимально ясным пониманием структуры и контролем над ней, а не с одной смутной идеей, пытаясь на ощупь экспериментировать, исследовать и писать. При удаче, хорошем состоянии и пойманном вдохновении это, возможно, принесёт сюрприз, но в большинстве случаев породит множество проблем.

Пятая группа ключевых слов — «реальность» и «достоверность».

На самом деле это выросло из третьего ключевого слова, «вживание». Сначала мне казалось, что самое сильное вживание, возможно, даёт самая реалистичная среда, а уже на её основе можно выходить за пределы реальности. И самая реалистичная среда — безусловно, наша повседневность, то есть городской жанр.

Проще всего такое вживание даёт именно городской жанр. После завершения «Мудреца, превзошедшего сансару» я хотел встроить фэнтези в городской сеттинг: чтобы это было одновременно реалистичным и выходило за пределы реальности; заодно потренироваться писать повседневность и детали. Так появился «Мастер боевых искусств». На самом деле в начале эффект был неплохим, но позднее я обнаружил, что недооценил одну проблему: ограничения самого городского сеттинга. При создании мира я не учёл это достаточно полно, и в итоге история не смогла развернуться, стала повторяться и потеряла вариативность.

После «Мастера боевых искусств» моё понимание вживания и реальности стало глубже. Я решил, что по сравнению с «реальностью» суть лучше передаёт «достоверность».

Если мир достаточно достоверен и позволяет читателю погрузиться, он может дать тот же эффект, что и реалистичная среда, и при этом сильнее удовлетворяет стремление к новизне и странности.

Поэтому, когда я писал «Повелителя Тайн», я изучал множество материалов и насыщал текст деталями именно для того, чтобы этот мир оживал, чтобы при чтении читатели естественно погружались в него и понимали, что здесь едят, чем пользуются, сколько всё стоит, каковы обычаи и привычки.

В этом есть что-то общее с 3A-играми последних лет: открытый, свободный, но достаточно достоверный мир.

Ощущение достоверности, погружение — именно эта мысль постепенно прояснилась у меня после «Мастера боевых искусств» и во время работы над «Повелителем Тайн». Только к этому моменту я по-настоящему вывел свою целостную писательскую методологию.

В последние годы эта моя мысль подтверждалась в некоторых популярных жанрах, и это, конечно, меня радует. Но за городским жанром слишком пристально следил «404», поэтому большой волны, которую я себе представлял, так и не возникло.

Конечно, писать так действительно очень утомительно. Очень.

С этим в начале и середине «Повелителя Тайн» всё было хорошо; позднее, с повышением Последовательностей, эффект несколько ослаб. Следующий вопрос, над которым мне нужно думать: как создавать достоверность на высоких уровнях силы.

Шестое ключевое слово — «мягкость».

Кажется, в предыдущей части итогов я уже говорил об этом, так что здесь не стану много распространяться. Главным образом потому, что я на одном дыхании написал столько слов, мысли уже разбегаются, хочется играть, хочется лениться.

Под «мягкостью» я понимаю следующее: у сюжетных поворотов должна быть достаточная подготовка, у движения эмоций — достаточный процесс вызревания и достаточно подходящая разрядка. Если первое сделано плохо, поворот ради поворота и кульминация ради кульминации будут только резать глаз и не дадут ударного эффекта. Если со вторым плохо, всё легко скатывается в мелодраму и чрезмерное выжимание слёз.

В этом отношении я всё время себя сдерживаю: если здесь не место боли, нельзя бить по читателю просто ради удара. Нельзя ранить ради ранения. Если смерть важного персонажа не может быть ценной, уместной и действительно сильной, лучше пусть он живёт. Травма ради травмы уже ломает эту мягкость.

Точно так же нельзя выжимать эмоции там, где этого не нужно. В выражении эмоций обязательно надо различать, когда следует сдержаться, а когда можно взорваться; поддерживает ли это общая атмосфера и так далее.

Ещё нельзя устраивать унижение ради унижения и разрядку ради разрядки. Когда сюжет движется сам, момент читательского удовлетворения рождается мягко и не вызывает неловкости.

В «Повелителе Тайн» с этим у меня получилось неплохо. Единственный перебор — глава «Вопрос к себе», но и там всё было подготовлено заранее.

Седьмое ключевое слово — «персонажи».

Я уже говорил раньше: у меня сначала история, потом персонажи. Это несколько отличается от подхода, где сначала идут персонажи, а потом история. Но начиная с «Мастера боевых искусств» я всё сильнее чувствую, что персонажи тоже чрезвычайно важны.

В романе мироустройство — это скелет, сюжет — плоть, а персонажи — кровь. Без хороших персонажей книга будет тяжёлой и мёртвой. Ей будет трудно оставаться интересной и достаточно притягательной на каждом отрезке большого длинного текста, трудно создавать отклик, трогательность и разные эмоции.

В создании персонажей, помимо многослойности самих установок, я постепенно нащупал ещё одно слово: «взаимодействие».

Образ персонажа строится на взаимодействии. Отдельные психологические реакции и одиночные действия — один-два раза они полезны, но если повторять их часто, они неизбежно становятся однообразными, плоскими и скучными.

Когда есть взаимодействие, персонаж оживает и в разных взаимодействиях показывает разные стороны себя.

Подробно разворачивать не буду, потому что написал уже слишком много и хочу скорее закончить.

Ещё по-настоящему сильный персонаж неизбежно рождается из по-настоящему сильного сюжета, а сильный сюжет неизбежно способен создать сильного персонажа. Эти две вещи не полностью отделены друг от друга.

В «Повелителе Тайн» я прошёл путь от смутного понимания к ясному использованию, и это тоже стало определённым приобретением. Несколько неплохих персонажей мне удалось создать. Конечно, из-за объёма и из-за того, что кривая роста персонажей не могла поспеть за Клейном, часть из них завершила лишь первую половину. Надеюсь, в будущей второй части получится раскрыть их лучше.

В целом, хотя Амон многих раздражает, по целостности образа он уступает только Клейну.

Точно так же в создании многих антагонистов у меня есть определённые проблемы. В седьмом томе я уже говорил: я всё время по привычке делаю их слишком сильными, у них не хватает возможностей появляться, эмоционального накопления мало, взаимодействий ещё меньше. В будущем это нужно исправлять.

Кроме того, если соединить это с ключевым словом «достоверность», в персонажах нужно следить, не теряют ли они правдоподобие. Иногда чрезмерный юмор и чрезмерные мемы очень легко искажают персонажа, превращая его в типаж из большинства аниме. Конечно, это не значит, что такие персонажи не могут быть обаятельными. Искажает это образ или нет, всё равно зависит от общей атмосферы истории.

Восьмое ключевое слово — «изменение».

Об этом я чаще всего говорил в итогах. Для романа хуже всего неизменность. И явная, и скрытая линия обязательно должны в какой-то мере меняться, иначе невозможно поддерживать большой объём. Даже самые простые фэнтези с бесконечной прокачкой снова и снова переносят действие на новые карты, чтобы приносить изменения и снимать ощущение повторения сюжета.

При написании «Повелителя Тайн» в середине четвёртого тома линия повышения растянулась слишком сильно, из-за чего изменений стало не хватать и сюжетное напряжение снизилось. В поздней части «Мастера боевых искусств» раньше тоже было трудно разворачиваться: сюжет начал повторяться, а сражения становились всё скучнее. Об этом я уже говорил. В будущем это нужно как следует исправлять: постоянно обращать на это внимание, ясно осознавать и заранее предотвращать.

Девятое ключевое слово — «детали».

Детали. Дьявол всегда в деталях. Это также ключ к тому, чтобы «вживание», «достоверность», «мягкость» и «персонажи» работали по-настоящему.

Без деталей, без сомнения, не будет достоверности, не получится вжиться, взаимодействия станут неинтересными, а повороты — резкими.

Это большая тема, так что позвольте мне полениться и не говорить о ней. В конце концов, это не урок писательского мастерства.

В общем, в «Повелителе Тайн» много деталей, и благодаря им появились фактура, персонажи, образы и эмоциональный отклик. Этим я очень доволен. Но поздние сражения слишком уходили в абстрактное и концептуальное, постепенно теряя детали, и это действительно немалая проблема.

Сейчас у меня уже есть некоторые идеи. Вдохновение мне дал «JOJO»: задать правила и ограничения способностей, по возможности простые, но достаточно ясные, а потом работать внутри этих рамок. Тогда у способностей есть границы, а детали получают опору.

Это одна из точек, которую можно улучшить в будущем.

Десятое ключевое слово — «эмоции».

Дойдя до этого места, я правда уже не хочу писать. Слишком устал, вот уже и эмоции полезли.

Эх, на самом деле об эмоциях говорили многие авторы веб-романов. Некоторые даже ставят их в центр своей творческой методологии: весь сюжет планируется и подготавливается вокруг того, как расшевелить эмоции читателя.

Я тоже очень внимательно отношусь к эмоциям, потому что хорошая кульминация, хороший фрагмент, хороший персонаж в итоге всегда содержат или приносят эмоцию. Без эмоций история становится сухой и теряет достаточно сильное притяжение.

О разных приёмах нагнетания ненависти и тому подобном я говорить не буду. Я знаю их много, использую мало. Мне больше нравится продвигать всё через конфликт самого сюжета.

Но в отношении эмоций я постоянно слежу за тем, естественно ли и плавно ли они продвигаются, не слишком ли часто по пути обрываются. Иначе невозможно выстроить кульминацию и ударный эффект.

Кроме того, эмоции нельзя приравнивать к ненависти и разрядке. Есть ещё любовь и справедливость… нет, ещё трогательность, привязанность, удовлетворение и так далее. Хорошему автору нужно по возможности расширять свой арсенал и уметь вызывать разные типы эмоций.

В «Повелителе Тайн» в целом я давал эмоции очень сдержанно и всё время старался, чтобы их движение было мягким. Поэтому все эти творческие ключевые слова определённо не существуют отдельно: они взаимодействуют и естественно образуют единое целое.

Классические сцены эмоционального выражения в «Повелителе Тайн» я могу вспомнить даже с закрытыми глазами, но хвастаться не буду — главным образом потому, что ленюсь писать. В общем, это сделано неплохо. В следующей книге я надеюсь усилить взрывную силу эмоциональной разрядки и органично соединить её с другими способами выражения эмоций.

Одиннадцатое ключевое слово: заменим слово «кульминация» на «ударная сила». Сцены вроде «Чернобыля» как раз её демонстрируют. Двенадцатое ключевое слово… ладно, не буду писать. Слишком устал, чернила кончились. Всё равно дальше идут уже не такие важные вещи.

Я не боюсь, что кто-то научится моим творческим идеям. Напротив, я очень надеюсь, что кто-то им научится: тогда у меня будет много книг, которые подходят моему вкусу. Но такое романное творчество обречено быть утомительным. Конечно, оно и очень удовлетворяет.

Да, в конце отчитаюсь по цифрам. Сейчас средняя платная подписка у «Повелителя Тайн» — сто девять тысяч. Показатель продолжения чтения благодаря финальному тому всё время держался довольно высоко; в целом он даже немного выше, чем у седьмого тома. Большую часть времени он колебался между шестьюдесятью одной и шестьюдесятью тремя тысячами, минимум был около пятидесяти восьми тысяч, а максимум — последние три главы, все пробили семьдесят тысяч. Последняя глава сейчас за двадцать четыре часа набрала девяносто тысяч.

Закончив говорить о творческом итоге «Повелителя Тайн», поговорю о новой книге.

Да, я не стану сразу начинать «Повелителя Тайн 2». Я боюсь повторить некоторые вещи из этой книги и хочу сначала написать что-то другое, переключить голову и немного накопить новый материал.

О новой книге я уже говорил: выбираю между постапокалипсисом и сянься. Когда писал «Повелителя Тайн», я хотел, чтобы следующая книга была легче по тону, чуть более весёлой, поэтому поначалу склонялся к сянься. Позже мне сказали, что можно сделать главного героя немного безумнее, чтобы он разбавлял тон постапокалипсиса. Это, кажется, тоже довольно интересно.

В общем, сейчас чаши весов снова выровнялись. Когда я отдохну некоторое время и проветрю голову, ещё раз спрошу себя, что мне больше всего хочется писать.

Предварительно новая книга намечена на середину ноября. Конкретное время я объявлю в официальном аккаунте. С этого момента и до тех пор я сначала буду здесь публиковать маленький бонус на двадцать-тридцать тысяч слов, а потом постепенно, нерегулярно, выкладывать в официальном аккаунте некоторые материалы по сеттингу «Повелителя Тайн», писать небольшие бонусы, объявлять жанр новой книги, отдельные детали сеттинга, собирать имена для камео и так далее. Ищите `wuzei1985`, тот самый с аниме-аватаром.

И наконец, ещё раз спасибо всем. Спасибо каждому, кто подписывался на эту книгу и кому она нравилась. Именно вы дали мне возможность рассказать историю, которая была у меня в сердце.

Ещё спасибо друзьям, которые всё время голосовали месячными билетами. Два дня назад мы побили рекорд Qidian по месячным билетам в мужском разделе. Поздравим себя, хе-хе.

Спасибо друзьям, которые голосовали за персонажей. Благодаря вам у Клейна, Одри, Леонарда, Шэррон и остальных появились собственные празднования дней рождения.

Спасибо друзьям, которые дарили награды. Моё отношение всё это время было таким: пусть это не влияет на вашу жизнь, учёбу и другие развлечения. При этом условии мне остаётся только распахивать карман и приговаривать: «Не надо, не надо». Кто же не любит деньги? Серьёзное лицо.

Спасибо друзьям, которые из любви к «Повелителю Тайн» бескорыстно делали для него самые разные вещи и рекомендовали книгу другим. Быть любимым и признанным — очень хорошее чувство.

Спасибо моим модераторам и администраторам. Вам правда было тяжело, и на вас вешали целые горы чужой вины.

Спасибо моей группе советников. Я отнял у вас слишком много времени, когда просил мнения об обложках и мерче.

Спасибо друзьям, которые оставляли комментарии и замечания к главам. Большую часть времени вы приносили мне хорошее настроение. Сначала я читал каждое сообщение, но потом их становилось всё больше, и я уже правда не успевал: это мешало бы писать. Поэтому я мог только выделять фиксированное время и читать часть.

Спасибо всем друзьям, которые прошли с «Повелителем Тайн» до самого завершения. В эти два года мне повезло, что вы были рядом. Надеюсь, и для вас это стало прекрасным воспоминанием в жизни.

Самый-самый конец: руку к груди — и поклон.

И уже самый-самый-самый конец. Обещанные бонусы, скорее всего, начнут выходить 7 мая в 12:30 в форме авторских комментариев к главам: по одной главе в день, семь-десять дней.

Закончив эти мысли, я хочу как следует отдохнуть и хорошенько поспать до позднего утра.

Жду нашей новой встречи!