Нормальным просьба не беспокоить (джен)

— 149 —

— Мы добро, мать его, или как?

— Добро. Но очень злое!⁽¹⁾

Вновь на благотворительном вечере:

— Обожаю сюрпризы! Ты мне рад, Сэмми? Ну скажи, ведь рад?

Она оказалась совсем рядом в мгновение ока. В чёрных глазах полыхала ярость пополам с откровенным помешательством.

— Постой, не надо, пожалуйста! — откровенно испуганно затараторил Сэм, одновременно бесстрашно ухватив незваного гостя за запястья. — Это не то, что ты подумал, мы не собираемся продавать браслет, клянусь! Напротив, мы используем его именно для так, как ты сказал. Это… Это ловушка для Михаила.

Замерев на несколько секунд, она окинула охотника медленным взглядом с головы до ног.

— Я это понял сразу. Неужто ты думаешь, что Михаил глупее меня?

Шумно выдохнув, Сэм разжал пальцы и отступил на шаг:

— Думаю, он тотчас догадался, но… Посуди сам, здесь и сейчас в одном месте собрано то, что ему очень нужно. Соблазнительно, не так ли?

— Ой, прекрати трещать, — недовольно поморщившись, перебила она. — Я хочу убедиться, что с ними всё в порядке. Веди меня в хранилище.

— Л-ладно… — недоумевающе протянул Сэм. — Но вообще-то…

— Немедленно, — прошипел Безумный бог, растянув губы в страшной ухмылке. — Не испытывай моё терпение. Иначе смерти всех этих людей будут на твоей совести! А она у тебя такая чувствительная, ну такая чувствительная!

Сэм, метнув выразительный взгляд на застывшую в напряжении Дину, пробормотал:

— Хорошо, хорошо, только не нервничай, пожалуйста.

Он галантно оттопырил локоть для прекрасной сеньориты, даже ухитрился криво улыбнуться, внутренне куда только не послав охамевшего божка, однако тот небрежно бросил:

— Девка идёт с нами.

— Зачем?!

— Сэм, не надо, — отмерла Дина, спокойно сунула свой бокал пробегающему мимо официанту (строго из своих, естественно), и легко подхватила охотника под руку с другой стороны. — Когда ещё у тебя будет возможность покрасоваться с двумя такими шикарными дамами.

Сеньорита довольно хмыкнула:

— Умница. Жаль, что твоя госпожа не была столь сговорчива… в своё время.

— Сэр, мэм, всё в порядке? — Несс материализовался, как обычно, внезапно и бесшумно, разглядывая яркую леди с нескрываемым подозрением.

— Да-да, конечно, — от радостной улыбки у Сэма аж скулы свело. — Вот, встретили старую знакомую.

— Здесь незнакомых и быть не может, — намекающе проворчал Элиот, нехотя отступив в сторону.

— В чём дело, босс? — Гризли неслышно подошла откуда-то сбоку.

— Да так… — Несс, нахмурившись, всё глядел вослед удалявшейся троице. — Не припомню эту дамочку в списке приглашённых.

— Босс, смотри, — перебила его внезапно охотница. — На руку девчонки смотри.

Девчонка, сиречь Дина, преспокойно следовала рядом с Сэмом, рассеяно постукивая пальцами свободной руки по бедру. Несс прищурился, всмотрелся, моргнул — и беззвучно выругался. Морзянку он знал прекрасно…

Там же, тогда же:

В небольшом, скудно освещённом пустом помещении без окон, прямо в центре, на цилиндрической подставке, утонув в бархатной подушечке, преспокойно лежал он. То бишь тот самый бесценный браслет. Перламутровые вставки слегка мерцали в приглушённом свете, словно переговаривались с тенями, которые обволакивали всё вокруг. Чуть поодаль от подиума переминался с ноги на ногу Джек Клайн, шумно вздыхая и время от времени озабоченно поглядывая на часы — тишина его нервировала. Потому он обрадованно встрепенулся и нетерпеливо поинтересовался, как только в приоткрывшуюся дверь просочился крайне озабоченный Дин Винчестер:

— Ну, что?

— Идёт за мной, — Дин покосился на парня с некоторым неудовольствием, явно не разделяя его оптимистического настроя. — Всё помнишь?

Джек обиженно поджал губы:

— У демиургов отличная память!

— Ладно, не ворчи, — усмехнулся охотник. — Давай повторим на всякий случай. Итак, он входит… Что опять?!

Джек удивлённо вскинул бровь, но, как оказалось, Винчестер обращался не к нему. Застыв на месте на несколько секунд, он помолчал, на глазах наливаясь яростью, коротко бросил в пустоту: «Понял», выругался так, что Джек даже слегка покраснел, и выдохнул со злостью:

— Безумный бог здесь.

— Так это же хорошо, — протянул изумлённый такой переменой Джек. — Мы ведь на это и рассчитывали?

— У него заложники, — Дин закрыл глаза на секунду и глубоко вздохнул. — План меняется. Вали отсюда, я сам разберусь.

Он стремительно развернулся обратно к стене, явно намереваясь выскочить наружу, но Джек оказался быстрее.

— Постой, так нельзя! — он с силой ухватил Винчестера за плечо. — Вся подготовка насмарку, что ли?! Мы не сможем второй раз устроить ему ловушку!

— Плевать, — рявкнул Дин, едва не впечатав парня в стену. — У него Сэм и Дина! С дороги!

— Нет, — печально вздохнув, Джек покачал головой. — Прости…

Охотник не успел даже пошевелиться, как демиург вновь оказался рядом, резко толкнул его в грудь… и Дин пропал, словно его и не было.

Несколько долгих секунд Джек неподвижно смотрел на место, где только что исчез Дин. Потом тяжело вздохнул, потёр ладонями лицо и снова принялся изображать скучающего мальчишку, которому до смерти надоело ждать. Проверил часы, оглянулся на браслет, поправил край бархатной подушечки и даже несильно пнул носком ботинка ножку подставки.

За дверью послышались шаги.

Джек выпрямился, однако руку к оружию не потянул. В этом не было необходимости. Он прекрасно знал, кого именно должен был встретить.

Дверь хранилища открылась самым обычным образом, без всяких порталов и вспышек, и на пороге появился Генри Мун. Вернее, тот, кто теперь носил его лицо.

Молодой человек неторопливо прикрыл за собой дверь, оглядел помещение и лишь после этого перевёл взгляд на стоявшего у постамента Джека.

— Ты не Дин.

Голос Михаила прозвучал в пустом хранилище ровно и холодно, как скрежет льда по стеклу. Джек Клайн, до этого момента картинно скучавший у постамента с браслетом, медленно обернулся. На его лице играла широкая, чуть безумная ухмылка, совершенно не свойственная нефилиму.

— Здравствуй, дядюшка, — промурлыкал он, театрально разведя руками. — Давненько хотел познакомиться лично. Наслышан, знаешь ли. О твоих методах управления персоналом ходят легенды.

Михаил прищурился, внимательно изучая юношу. Его взгляд скользнул по лицу Джека, задержался на плечах и снова вернулся к глазам.

— Ложь. От тебя несёт страхом и дешевой пиццей. Ты бы скорее откусил себе язык, чем позвал меня добровольно.

— Ну-у-у, — протянул Джек, небрежно сунув руки в карманы брюк. — Скажем так: я пересмотрел свои взгляды на семейные ценности. Когда твой собственный папаша пытается использовать тебя как батарейку для Судного дня, начинаешь задумываться о смене руководства. Порядок — это хорошо, дядя. В порядке нет боли.

Архангел едва заметно наклонил голову, разглядывая нефилима с научным интересом энтомолога. Он не верил ни единому слову, но игра казалась забавной. Михаил сделал плавный шаг вперед, обходя постамент.

— Твои актёрские таланты впечатляют, тёмный. Но ты тянешь время. Зачем?

— Я не тяну время! Я хочу быть на стороне победителя, — Джек облизнул губы, нервно оглянувшись на дверь хранилища. — Я устал бегать. Я не верю этим людишкам. Тем более, что они не смогут ничего противопоставить Безумному богу! Предлагаю сделку. Я приведу тебе Дина и его девку. Взамен ты поможешь мне защитить мою Бесси от Баал-Малака.

— Заманчиво, — задумчиво хмыкнул архангел. — Страшно?

— Очень.

— Жить хочешь?

— Безумно, — Джек кивком указал на бархатную подушечку, где покоился перламутровый браслет. — Хочешь доказательств? Забирай. Я сам положу его тебе в руку. Покажу, что мне плевать на этих смертных…

Джек двинулся к постаменту, демонстративно держа руки на виду. Михаил замер, позволяя ему подойти. Нефилим уже почти коснулся черного бархата кончиками пальцев, когда воздух за спиной архангела пошёл рябью.

Это не было похоже на аккуратные порталы магов. Пространство лопнуло с грохотом рвущейся бумаги, осыпав пол дождём из каменной крошки. Из слепяще-белого разлома кубарем вылетел Баал-Малака, буквально впихивая перед собой спотыкающуюся Дину.

— Вы мне рады? — раздался её звенящий от истерики голос. — Рады же, мальчики?!

Она захохотала.

— Смотрите, какой у меня сюрприз! Думала, самая умная, да, детка? Решила поиграть в героя без своего цепного экзорциста? Плохая идея!

Портал за их спинами схлопнулся с влажным чавканьем, оставив напрочь обалдевшего Сэма Винчестера одного в гулком коридоре, а пленницу — в компании трёх высших внутри запечатанного магией хранилища.

На миг все застыли. Джек, положивший ладонь на браслет. Михаил, обернувшийся на шум. И сама Имельда, которая, шумно дыша, резко притянула к себе Дину и сжала её горло. И эта внезапная тишина вдруг взорвалась безумным хохотом:

— Семейка в сборе! Не хватает только моего младшенького! Где он? Где мой любимый Люцик?

— Хватит! — рявкнул вдруг Михаил, сверкнув нестерпимой синевой взгляда. — Отдай мне девчонку, мама! Или я снова засуну тебя в каменный мешок!

— Мама? — Джек моргнул, пытаясь сопоставить образ кровожадного монстра из рассказов Винчестеров с понятием «младшенький». — Бабуля?!

— Золотце моё! — Имельда (или то, что носило её личину) отпустила горло Дианы ровно настолько, чтобы та смогла судорожно вдохнуть, и театрально всплеснула свободной рукой. — Внучок! Признал!

Михаил издал низкий вибрирующий звук, больше похожий на рык перегревшегося трансформатора. Синева его глаз стала почти белой.

— Убирайся отсюда немедленно! Я создал порядок! Я дал этому миру законы! А ты… ты просто хаос, облечённый в плоть!

— Ой, да ладно тебе, сынок, — капризно протянула сущность, небрежным жестом оттолкнув девушку. Дина тут же рухнула на колени, жадно хватая ртом воздух. — Законы-шмамоны… Скучища смертная. Вот скажи мне лучше, где мой мальчик? Где мой сладкий, мой златокудрый Солнышко? Он ведь тоже здесь, правда? Я чувствую его запах…

Джек медленно убрал руку от браслета. Руки слегка дрожали, но на лице играла почти такая же безумная улыбка, как у Имельды.

— Так вот почему Михаил такой… эм… эмоциональный по поводу семьи, — пробормотал нефилим себе под нос. — Семейные ужины у вас явно проходят веселее, чем у нас.

— Не твоё дело, ошибка программирования! — огрызнулся архангел, не сводя пылающего взгляда с матери. — Мама, уйди. Ты мешаешь моему плану.

— Твоему плану? — Безумный Бог фыркнул так, что и без того приглушённый свет заморгал. — Мальчик мой, твой план — это жалкая копия того, что придумала я ещё до твоего рождения! Ты хочешь загнать Хаос в клетку? Милый, для этого нужно сначала понять Хаос. А ты всегда был слишком правильным мальчиком. Прямо как папочка.

Она щёлкнула пальцами. Осколки мрамора на полу взмыли в воздух, сложились в причудливую фигуру и осыпались золотой пылью.

— Кстати о папочке. Как он там? Ах, да, его же у тебя украли? Передавай привет, если увидишь. Скажи, мамочка соскучилась по его унылой физиономии.

Михаил дёрнулся, словно от пощёчины. Его контроль трещал по швам. Воздух вокруг него пошёл маревом, искажая пространство хранилища.

— Я сказал — хватит! Отдай девчонку! Сейчас же!

— Или что? — Имельда шагнула к сыну. Её глаза почернели окончательно, превратившись в провалы Бездны. — Ударишь мать? Да вы смогли управиться со мной только навалившись всей кодлой, и то тебе пришлось пожертвовать парочку своих миленьких крылышек! Давай, сыночек. Покажи свою любовь.

Глаза у Джека становились всё больше и больше: да уж, оказаться в центре семейного скандала он точно не рассчитывал.

— В общем так, — Имельда успокоилась так же внезапно, как и разозлилась. — У меня план. Мне, в отличие от вас, светленьких, не надо разрешения, чтобы занять костюм. Я вселюсь в девку, приду к её якорю — и приведу его к тебе за ручку!

— Да тебе-то это зачем?! — практически взвыл переставший хоть что-то понимать Михаил. Блудная мамаша изумлённо округлила глаза:

— То есть как это зачем?! Это же весело!

Михаил некоторое время молча смотрел на мать, явно пытаясь понять, нет ли в её внезапном предложении очередной ловушки. Впрочем, после миллиардов лет знакомства с маменькой он прекрасно знал, что искать в её словах честный смысл занятие примерно столь же бесполезное, как пытаться найти порядок в Хаосе.

— Ты хочешь занять её тело, — медленно произнёс он, переводя взгляд на Дину, — прийти к её якорю и привести его сюда.

— Именно, — довольно подтвердил Безумный Бог. — А дальше ты делаешь со своим драгоценным Винчестером всё, что собирался. Я получаю новую игрушку и немного развлечений, ты получаешь своего мальчика, а эта милая девочка наконец-то узнаёт, насколько тесным бывает семейное общение.

— А если он будет сопротивляться?

— Не будет. Я его знаю.

— И с чего ты взяла, что он вообще последует за тобой?

Имельда рассмеялась, запрокинув голову.

— Потому что это Дин Винчестер. Ты правда думаешь, он позволит кому-нибудь использовать тело его женщины и просто пожмёт плечами? Я приду к нему, и он пойдёт следом сам. Хоть в ад, хоть в Бездну, хоть на край Вселенной.

Михаил невольно скривил губы. В этой части расчёта он не видел изъяна.

— Ты ничего не делаешь просто так.

— Конечно, не делаю. Это же скучно.

Он ещё некоторое время молчал, после чего наконец перевёл взгляд на Джека. Тот стоял неподалёку, опустив голову и старательно изображая человека, которому происходящее уже надоело до чёртиков. Нефилим поднял глаза, встретился с Михаилом взглядом и едва заметно пожал плечами, словно судьба Дины его и в самом деле больше не интересовала.

И этого оказалось достаточно.

— Хорошо, — произнёс архангел. — Сделка меня устраивает.

Дина вздрогнула так, будто только теперь до неё окончательно дошёл смысл происходящего. Она медленно повернула голову к Джеку, а тот даже не посмотрел в её сторону.

Несколько секунд девушка молчала, словно всё ещё надеялась, что он передумает. Затем её плечи дрогнули, пальцы сжались на коленях, и тихий, почти неслышный голос прошептал:

— Джек, прошу тебя… Не делай этого! Не предавай Дина! Он ведь любит тебя… любит как родного брата…

Задумчиво заложив руки за спину, нефилим неторопливо прошёлся по хранилищу, остановился перед съёжившейся у стены девушки и внезапно коротко и зло рассмеялся.

— Это тот самый Дин Винчестер, который собственными руками убил Кастиила? Единственного, кто на самом деле, искренне любил меня? Убил из-за тебя! И вы думали, что я это забуду и прощу?!

Его голос загремел в маленьком помещении, словно трубный глас. А Безумный Бог восхищённо хлопнул в ладоши:

— Какая прелесть! Настоящий сын Люцика, такой же злопамятный и коварный!

Джек лишь криво усмехнулся, словно услышанный комплимент пришёлся ему по душе, и, чуть приподняв подбородок, снова повернулся к Михаилу.

— Ну что, дядюшка? Приступим?

Архангел ничего не ответил. Он долго, почти изучающе смотрел на него, потом перевёл взгляд на браслет, всё ещё лежавший на бархатной подушечке. Наконец протянул руку и взял драгоценную вещицу, бережно провёл пальцами по перламутровым вставкам, словно узнавая давно потерянное.

— Да, — произнёс он наконец. — Приступим.

Джек опустил глаза и отступил в сторону, освобождая ему дорогу.

Пока Михаил неторопливо застегивал браслет на запястье, Имельда стремительно метнулась к понуро застывшей пленнице, которая сгорбилась, уткнувшись лицом в колени. Её плечи вздрагивали, но она не издавала ни звука. Джек лишь лениво посторонился, с издёвкой скривив губы, и с явным отвращением отвернулся от Дины.

— Ну, ну, девочка, не плакай, тётенька тебе сделает не очень больно, — захихикала Имельда, рывком вздернув Дину на ноги. — Хорошее тельце! Не переживай, я обязательно буду думать о тебе, пока твой якорь будет меня трахать. Скажи тёте «Пока»!

И тут Дина отняла ладони от лица.

Тёмные глаза без единой слезинки смотрели прямо и равнодушно.

— Я скажу тебе — сдохни, — с нежной улыбкой пропела она.

И время вновь пустилось вскачь…

Позади Имельды вспыхнул ярко-голубой разряд.

Гладиус из хладного железа яростно вонзился в шею захлебнувшегося криком Безумного Бога.

Ослепительное сияние мгновенно затопило крошечную комнатку.

Исступлённый крик обманутого архангела сотряс всё здание от основания до крыши, заставив перепуганных людей внизу в панике ринуться к выходам.

Василий говорил правду, впрочем как всегда — крылья архангела это не какие-то вам вороньи отростки. Это было завораживающе прекрасно…

Джек медленно улыбнулся, расправив плечи.

— А ведь бабуля права, — негромко и даже с какой-то горечью произнес он. — Я действительно злопамятный и коварный. Прощай, дядюшка…

Подняв руку, Джек едва заметно шевельнул пальцами, и пространство перед Михаилом разошлось чёрной, бездонной воронкой. В ней не было ни сияния, ни знакомого магического свечения, только страшная глубина, от одного взгляда на которую начинало ломить глаза. Архангел дёрнулся, пытаясь рвануться прочь, но хладное железо уже делало своё дело, и прежней силы в его теле не осталось. Джек шагнул вперёд и с силой толкнул его в грудь.

Злой как чёрт Дин Винчестер, дернул гладиус к себе, почти отрезав голову красавице-испанке и швырнул её прямо в зияющий посередине хранилища портал.

Михаил пошатнулся, сделал несколько шагов назад и почти исчез в чёрном провале.

Почти.

В последний миг его рука метнулась вперёд и сомкнулась на запястье Джека.

Нефилим даже не успел удивиться. Острый рывок дёрнул его следом, крылья беспомощно распахнулись за спиной, пытаясь удержать хозяина, но пальцы Михаила вцепились намертво. На лице архангела, исказившемся от боли и ярости, появилась торжествующая, почти безумная усмешка.

— Сволочь! — успел выдохнуть Джек, уже падая вместе с ним.

Чёрная воронка захлопнулась мгновение спустя, поглотив обоих.

В хранилище воцарилась оглушительная тишина.

Только где-то далеко продолжала завывать сирена...

КОНЕЦ ВОСЬМОЙ ЧАСТИ

1) «Год крысы. Путница» (О. Громыко, 2010 г.)

Вернуться к тексту