Цена свободы (гет)

Стоило мне вновь влиться в учебный процесс, как время неумолимо потянулось вперёд. Хоть я и не мог просто взять и выкинуть слова Дафны из головы, я не то чтобы хотел менять некоторые её аспекты. В первую очередь это касалось Забини. Да, я наконец увидел, что несчастный ублюдок действительно стал почти изгоем, но мне не было его жаль, и идти хоть на какой-то контакт я был не готов. Мелочно? Возможно. Но мне было плевать. В конце концов той же Дафне было плевать на мои чувства, когда она вывалила всё это дерьмо на меня, так почему мне не должно было быть всё равно на чувства Блейза?

Второй вещью, которую я пока не готов был менять. — это «Клуб Поттера». Да, возможно, ради Пэнси было бы лучше разогнать данное сборище, но мне покоя не давала мысль, что столь сильный общественный рупор мне всё ещё понадобится во время турнира.

Но что касается отношений с друзьями, то тут я решил чутка поработать над собой и своим общением. Благо, ввиду отсутствия у меня тренировок с Наставником, у меня появилась масса свободного времени и сил. Первым делом я окунулся в то, чем занимается Грег. Узнав правду о причинах его травмы, я чувствовал перед крепышом вину и теперь хотел её загладить. Вдвоём мы начали разбирать любимый манускрипт парня и оттачивать некоторые техники оттуда.

Удивительно, но Гойл был прав, говоря, что огненные заклинания гораздо проще и правильнее колдовать без палочки. Нет, ничего хоть сколько-то значимого мы с ним за время тренировок так и не выучили, но я смог овладеть беспалочковым Pyro, которое вызывало на ладони огненный всполох. Даже просто обжечь человека таким огоньком было бы проблематично, но вот сжечь бумажку — вполне.

Другой вопрос, что это было первое беспалочковое заклинание, которое я освоил в своей жизни. Хоть оно и правда пока было бесполезно, но выглядело эффектно и вызывало что-то среднее между завистью и восхищением у Грега, которому не под силу было и это, хоть он и занимался по этой книге сильно дольше. Скорее всего, причиной всему было то, что я неплохо продвинулся в понимании управления магическим потоком.

Развивая данную мысль и боясь, как бы большой парень не натворил опять глупостей, я предложил ему на время отложить обучение непосредственно пиромантии и сосредоточиться на потоках. По крайней мере, это было менее травмоопасно для нас обоих.

Вообще, перед тем как я во всё это втянулся, я проговорил с Грегом чёткие правила безопасности и взял с него слово не пытаться что-то сделать в одиночку. А когда мы занимались вместе, один тренировал упражнения, а второй был наготове с противоожоговыми зельями.

Благо с ними у меня не было вообще никаких проблем. И мне даже не надо было лезть в закрома тренировочной комнаты — их специально для меня сварила Астрид, которую я слегка посвятил в суть проблемы. Нет, разумеется, я не стал ей рассказывать про Дафну и наш диалог в библиотеке, просто обозначил, что буду заниматься с Гойлом. Есть вероятность ожогов.

Что меня удивило, так то, что девушка, как и в ситуации с дракой, не стала задавать вопросов, а просто сделала, что я от неё просил. Вообще, чем больше я проводил времени с Коул, тем больше мне она нравилась. Не было такого, что я не мог и секунды прожить без девушки или не мог дождаться нашей встречи. Просто когда она была рядом, я был чуточку счастливее. Ну а когда мы целовались… Ухх.

Официальной парой мы так и не стали, да и переспать пока не успели. Несмотря на то, что пару-тройку раз мне казалось, что вот-вот и всё будет, каждый раз нам что-то мешало и сбивало настрой. То кто-то начинал ломиться в запертый класс, то мадам Помфри, используя патронус, резко вызывала Астрид в Крыло, а один раз нас прервало привидение Толстого монаха, внезапно появившееся в тот самый момент, когда Астрид одной рукой уже пыталась расстегнуть мне ремень.

После этого случая я всерьёз задумался о том, чтобы показать Коул Выручай-комнату и устроить там настоящий романтический вечер, но какой-то внутренний голос подсказал мне, что лучше этого пока не делать. Ещё слишком мало времени прошло, прежде чем доверять ей такие секреты. Но что-то придумать всё-таки было надо. И срочно.

Помимо Астрид и Грега, я также старался в равной степени уделять внимание и всем остальным. В какой-то момент я даже начал забывать о висевшем надо мной злом роке Турнира. Кроме друзей и учёбы у меня было ещё два занятия — спорт и лже-Грюм. И если с первым и так всё было понятно, то вот взаимодействие с псевдо-Аластором оказалось полным сюрпризов.

Несмотря на то, что он был полным и абсолютным психом, он явно разбирался в боевой магии. И если подход наставника больше был направлен на использование комбинаций и уловок, то Перевёртыш делал ставку на мощные заклинания прямого воздействия. Никакой хитрости — только прямая, грубая сила. Я занимался с ним 2 раза в неделю и уже к середине октября смог выучить такое заклинание, как Nox Impulsus, он же «импульс ночи».

Это было очень простое, но одновременно крайне проблемное для противника проклятие. По сути, я просто выпускал чёрный сгусток энергии, который на огромной скорости прошивал противника насквозь. Защититься от импульса можно было любым щитом, который был сильнее Protego и был направлен против заклинаний. Любые же физические щиты прошивались так же легко, как и тела врагов.

Правда, после того как я запустил свой первый импульс, лже-Грюм любезно меня предупредил, чтобы я не особо кичился знанием данного проклятия, так как оно хоть и не считалось тёмным, но и особо светлым его тоже назвать было нельзя.

Вообще, если откинуть в сторону то, что Грюм не был Грюмом, с ним действительно было прикольно общаться. Мужчина регулярно травил байки времён магической войны и рассказывал о разных боевых операциях. Правда, рассказано всё было так, что невозможно было понять, от лица какой стороны ведётся повествование. Также мужчина никогда не называл Волдеморта по имени или «Тёмным Лордом», каждый раз используя нейтральное и дебильное «Ты-Сам-Знаешь-Кто».

С эссе по рунам я тоже кое-как разобрался. Пришлось идти к Боунс и напрашиваться к ней в партнёры. Однако всё оказалось куда проще, так как она оказалась членом «Клуба Поттера» и была готова сделать всю работу за нас двоих. Памятуя про свой предыдущий опыт спихивания работы на чужие плечи, мне пришлось отказаться от столь заманчивого предложения и делать всё 50 на 50. Ну, почти. 60 на 40.

В общем, жизнь шла своим чередом, позволяя мне просто наслаждаться происходящим.

— Честно, Гарри, я искренне не понимаю, как ты так легко делаешь этих жуков. Всё, что у меня получилось к концу урока. — это просто пуговица с ножками.

— Слушай, Тео, всё дело в том, что тебе надо не просто представить себе жука, а то, как именно пуговица становится жуком. И чем детальнее ты будешь это визуализировать, тем лучше жук у тебя получится.

— Ага, понятно. Воображение. — вяло и с ноткой уныния протянул Нотт.

У нас только что закончился урок трансфигурации, и теперь мы всей толпой шли на обед. Уже спускаясь с лестницы, я увидел необычное столпотворение из учеников самых разных курсов.

— Чего там? — озадаченно спросил Малфой. — Большой зал закрыт?

— Вряд ли. Пошли посмотрим. — бросил я и стал прокладывать себе дорогу через толпу.

Прорвавшись сквозь людей ко входу в Большой зал, я увидел очень странную картину: справа от огромного дверного проёма стояли Гермиона Грейнджер, Рон Уизли и Невилл Лонгботтом. И не просто стояли, а вели какую-то агитацию. Хотя корректнее было сказать, что агитацию вела Зубрилка, а Рыжий и Невилл стояли на подхвате. Один держал в руках листовки и значки, а второй — какую-то коробку. Оба парня при этом выглядели не то чтобы очень радостными.

— …и запомните главное! Это покажет, что для магического мира ещё не всё потеряно и что мы готовы меняться! — громко вещала девушка. Судя по всему, мы пришли уже к концу речи.

— Что за шумиха? — шёпотом спросил я у стоящего рядом Седрика Диггори.

— Сам не очень понимаю. — так же тихо ответил он. — Что-то про права домовиков и их свободу. Но как-то сложно всё.

— Свободу домовиков? Реально? — весело воскликнул Драко, привлекая внимание как рядом стоящих людей, так и, к сожалению, гриффиндорской троицы активистов.

Гермиона, которая хотела было продолжить рассказывать про важность перемен, замерла с открытым ртом и уставилась на внезапный источник волнения. Я закатил глаза. Ну опять.

— Малфой! — обратилась девушка к блондину. — Что тебе показалось смешным?

— Даже не знаю. — лениво протянул Драко. — Может, то, что это домовики? И им не нужна свобода?

— А ты у них спрашивал? — перешла в атаку девушка. — Я понимаю, что очень удобно пользоваться рабским трудом, но настала пора перемен!

— Гавнэ? — вырвалось у меня, когда Грейнджер подошла к нам ближе, и я смог прочитать то, что было написано на значке, приколотом к её мантии.

— А? — Малфой непонимающе уставился на меня.

— Да вон написано, на значке. — я кивнул подбородком. — «Гавнэ».

Драко чуть наклонился, вчитываясь в текст, а затем залился весёлым хохотом. Те, кто стоял рядом, тоже смогли прочитать написанное и в первых рядах начали раздаваться смешки.

— Это не «гавнэ», а Г.А.В.Н.Э. То есть Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов. Это молодое активистское движение, и это пока наше рабочее название. — последнее предложение девушка произнесла, явно смутившись. Похоже, только сейчас до неё дошла вся нелепость выбранного названия. — Но если вы инвестируете в нас всего два сикля, то сможете стать полноправным членом организации, и мы вместе сможем придумать название!

— Ой, Грейнджер. — сквозь смех со слезами начал Драко. — я понимаю, что ты могла перепутать эльфов и Уизли, так как у рыжих тоже нет собственности и они занимаются всякой недостойной уважаемого человека работой, но поверь, эльфам ничего из того, что ты предлагаешь, не надо, а у Уизликов и так права есть.

— Слышь, Малфой, а ты не охренел? — подал голос Рон, который всегда вёлся на провокации Драко.

Младший Уизли шагнул в его сторону, но я резко вышел ему навстречу, преградив путь. Мы остановились почти вплотную, сверля друг друга взглядами. Ну давай, Уизли, рискни, подумал я, ухмыльнувшись.

— Чё лыбишься, Поттер? Ты теперь уже и шестёркой Малфоя стал? Я всегда говорил, что…

— Что я тёмный маг. Да, я помню, рыжий. — перебил я его. — Ну что, не хочешь попробовать взять реванш? Да и за братьев заодно?

Раздался звук упавшей на пол коробки. Рон освободил руки, готовясь к драке, но в этот момент между нами вклинился третий человек. Он аккуратно, но уверенно развёл нас с Уизли в стороны.

— Ребят, ну не надо. — сказал Невилл. — Насилие — это не решение. Тем более на глазах у людей. Это же… ну… позорно будет.

Я глянул на Невилла, который смотрел прямо на меня и не отводил взгляд. Удивительно, как он успел измениться из забитого тюфяка во вполне уверенного в себе парня.

— Как скажешь, миротворец. — бросил я и, ещё раз посмотрев на рыжего, прошёл мимо активистов в Большой зал.

— Слушай, Поттер. — начал Малфой, едва мы всей компанией уселись за стол. — А напомни-ка мне, с чего ты с младшим Уизли закусился изначально? Мне-то понятно, на роду написано с нищебродами воевать, а ты-то с ним в одном купе ехал. И прям друзьяшками были.

— Ну, были и были. Время идёт, многое меняется. — неохотно ответил я.

— Так, понятно. Пэ-э-э-э-энс, Винс, вы что-нибудь знаете? — Драко с надеждой посмотрел на сидящих напротив ребят.

— Не-а. Это же было только на первом курсе. А когда я уже начала общаться с девочками, они уже ходили обиженные друг на друга. — заявила девочка. Здоровяк просто молча покачал головой, как бы тоже говоря, что ни о чём не знает.

— Я знаю. — раздался голос человека, которого я меньше всего хотел видеть и уж тем более слышать в нашем маленьком коллективе. — Я был там.

Я уставился на Блейза Забини, которого Дафна в последнее время всюду таскала с нами и всячески способствовала его реинтеграции обратно в наше общество. И да, я не был удивлён, что мулат в курсе, так как он был первым, кто начал общаться со мной на факультете, и, разумеется, он был со мной в тот день.

Я уже хотел было открыть рот и посоветовать Забини завалить пасть и не лезть не в своё дело, как наткнулся на полный злобы взгляд Дафны, которая сидела рядом с ним. Решив не провоцировать девушку на ещё один конфликт, я послал ей максимально фальшивую и неискреннюю улыбку и отвернулся в сторону.

— Расскажешь нам, Блейз, пожалуйста? — услышал я голос Дафны.

«Блейз», «пожалуйста». Какая прелесть. Я повернулся достаточно вовремя, чтобы увидеть, как Гринграсс положила руку на плечо и с ожиданием смотрела на него. Тьфу, блять.

— Кхм. — прокашлялся Блейз и с опаской глянул на меня, мысленно транслирующего всевозможные лучи поноса. — Ну, это было на следующее утро после распределения. Вот вы и не помните. Поттер тогда подошёл к Уизли… и начал расспрашивать, как ему замок и всё в таком духе… а Уизли накинулся на него с обвинениями, что…

— Что я тёмный маг и позор всего рода Поттер, недостойный имени своих родителей и предавший их память. — закончил я за запинающегося одноклассника. — Отлично, Забини. В следующий раз, как захочешь распиздеть что-то обо мне окружающим, сделай это хотя бы без запинки.

— Поттер! — тут же ощетинилась блондинка.

— Что? — невинно ответил я, хлопая глазами. — И, кстати, если вам вдруг интересно, что было после того, как Рыжик это сказал, то я отвечу: я набил ему рожу, и нас растаскивал Снейп.

— Ха! — Малфой хлопнул меня по плечу. — Так вот за что тебя декан отправил драить котлы. Он ещё говорил, что это абсолютный рекорд по наказаниям.

— Ага, получается, ты, Поттер, начал драить котлы ещё до того, как узнал, что такое зельеварение!

Шутка Пэнси неплохо разрядила обстановку, позволив нам всем немного расслабиться. Затем появилась еда, и мы все забыли и про все неурядицы, переведя разговор на более бытовые темы. Время от времени я косился на Дафну, которая постоянно о чём-то тихо разговаривала с Забини. Наверное, успокаивала бедняжку, который опять перенервничал. А вообще, почему меня так стал бесить Блейз?

После обеда я вернулся в спальню, чтобы взять учебник по зельям, и обнаружил у себя на тумбочке записку, где Наставник сообщал, что отменяет занятия в оставшиеся 2 недели, так как ему срочно потребуется уделить время каким-то исследованиям. Взамен этого он оставит в Выручай-комнате несколько свитков с комбинациями заклинаний и полезными техниками медитации, которые я могу практиковать в любой удобный момент, так как Выручай-комната полностью будет в моём распоряжении.

Ни капельки этому не расстроившись, я сжёг бумажку, используя Pyro, и отправился в библиотеку. За последние пару недель у меня и так набралась масса дополнительных занятий и тренировок. Так что, как по мне, я не сильно что-то терял.

Позанимавшись с ребятами и написав 11-дюймовое эссе о свойствах зелья ночного зрения, я убежал на занятия с лже-Грюмом. Ребят я попросил не ждать, так как после намеревался встретиться с Астрид. Вообще, к своему в некой степени стыду, я заметил, что мне больше нравится заниматься с Перевёртышем, нежели с Наставником. Хотя бы потому, что во время занятий с преподом ЗоТИ я не страдал от ожогов, порезов, обморожений и прочих малоприятных заклинаний от манекенов.

Когда я вошёл в класс, Перевёртыш уже ждал меня, облокотившись на первую парту и скрестив руки на груди.

— Что так медленно, Поттер? — прокряхтел он. — Будешь так же медленно двигаться во время дуэли, и тебя тут же поджарят!

Под крик профессора я резко ускорился и, скинув рюкзак, на ходу трансфигурировал школьную мантию в свою тренировочную форму. Закончив с подготовкой, я встал наизготовку и выжидающе уставился на профессора, который за всё это время так и не шелохнулся.

— Сэр?

— Как думаешь, Поттер, что представляет собой самую большую опасность в бою?

— Э-э-э… Вражеские заклинания? — усмехнувшись, спросил я.

— Смешно тебе?! — вновь перешёл на крик лже-Грюм. А затем, в свойственной ему манере, спокойно продолжил: — Посмотрел бы я, как тебе было бы смешно, если бы какой-нибудь Пожиратель Смерти запускал бы в тебя вот эти стулья на огромной скорости.

Он развёл руки в стороны, как бы подчёркивая, как много стульев было вокруг нас.

— Запомни, парень, самая большая опасность на поле боя — это мусор. — Последнее слово он подчеркнул, подняв указательный палец вверх. — Как я слышал и видел, ты и сам мастак в трансфигурации. А что ты используешь для трансфигурации?

— Мусор. — утвердительно ответил я, быстро вспомнив, как во время каких-либо своих стычек действительно превращал всё подряд то в цепи, то в колья, то в иные предметы.

— Именно! Помимо материала для трансфигурации, мусор — это ещё и дешёвый способ подавления противника. Оглянись вокруг: тут куча стульев и парт. И мне достаточно всего пары заклинаний, чтобы всё это полетело в тебя. Причём всё это потребует от меня минимальных затрат в плане магии. Понимаешь?

— Да, сэр. — кивнул я.

— Хорошо. — закряхтев, Перевёртыш оторвался от парты и, ковыляя, двинулся в мою сторону. Попутно он, размахивая палочкой, расчищал пространство в кабинете. — Итак, сегодня мы с тобой будем тренировать 2 задачи — заполнить поле мусором и очищать его. Начнём с первого. Если ты видишь вокруг себя разнообразные предметы, то нет ничего проще, чем просто поломать их на более мелкие. Но вот что делать, если ты находишься посреди поля боя, а вокруг — пустота? Тогда на помощь приходит заклинание Materia Rudis. Смотри и запоминай.

С этими словами профессор сделал палочкой незамысловатое движение и специально для меня очень чётко произнёс Materia Rudis. Из кончика его палочки вырвался поток самых разных вещей — камней, поролоновых кубов, деревяшек, стеклянных шаров и так далее. Чёрт! Да тут были материалы на любой вкус, и их было много. Когда пол уже был основательно завален хламом, мужчина прервал действие заклинания и прекратил поток мусора.

— Впечатляет, не так ли? Представь, как всё это начинает лететь в какого-нибудь несчастного ублюдка. Поверь, проблем это ему доставит немало. — с этими словами лже-Грюм засмеялся своим лающим смехом умирающей собаки. — Но что делать, если такую кучу вывалили против тебя? То как от неё избавиться? Простым Evanesco ты будешь до самой смерти её разгребать. Кто-то скажет: «да сожги ты всё к чертям»! И такие люди сдохнут в реальном бою сразу после своей тупой мысли!

Да как же ему нравится ни с чего кричать-то, а. Интересно, это фишка оригинального Грюма или этого? Если оригинального, то он тоже конченый псих. Тем временем профессор продолжал свою речь.

— В конце концов даже в этой куче дерьма есть что-то, что не горит. И это будет тем, что и убьёт. Чтобы этого не было, следует действовать наверняка и использовать Purgatio Totalis. Оно уничтожит все неживые и незащищённые предметы в радиусе поражения. Имей в виду, это заклинание крайне мощное и требует много сил. Так что лучше использовать его для перехвата инициативы и перехода в наступление. Смотри, как это делается!

Мужчина сделал резкий прямой взмах по горизонтали и, произнеся заклинание, выпустил голубоватый поток энергии, который понёсся, уничтожая все ранее призванные предметы на своём пути.

Наблюдая за всем этим, я не мог не задать давно интересующего меня вопроса. И плевать, что передо мной мог быть переодетый Пожиратель или аврор из Министерства:

— Профессор, сэр, я вот всё никак в толк взять не могу. Если есть такие крутые заклинания, то какого чёрта мы тратим время на уроках на всякую хрень типа заклинаний щекотки или танца ананасов?

Некоторое время лже-Грюм стоял и задумчиво разглядывал меня. Затем он заговорил. Но в этот раз его интонация была слегка иной, да и манера речи была другой. Отличие было на уровне погрешности, но если ждёшь подвоха, то даже такую погрешность можно увидеть.

— Ты знаешь, я не директор. И не я ответственен за общую учебную программу. Но если хочешь знать моё мнение, Поттер, это школа, а не академия подготовки боевых магов.

— Да, но ананасы?

— Безусловно, это чушь. Но эта чушь призвана познакомить тебя и кучу болванов с магией. И поверь, большинству болванов ничего, кроме бытовой магии, и не понадобится. Лишь единицы пойдут в авроры или в Отдел Тайн. Ха! Да половина баб с твоего курса с удовольствием осядут в качестве домохозяек и будут использовать палочку, чтобы облегчить свои бабские обязанности!

Лже-Грюм залился смехом от своей тупой шутки. А он у нас сексист, оказывается. Правда, вряд ли эта подсказка мне что-то даст. Отсмеявшись, мужчина продолжил.

— Это хоть и шутка, но суть ты уловил. Нет нужды тратить время на обучение чему-то сложному, если можно просто быстро научить всяким простым, но полезным в быту вещам. И вот ты говоришь про ананас. А ты оживи тумбочку и заставь её ходить за тобой, пока ты собираешь вещи по дому. Разумеется, те, кто хотят более глубокого и профильного обучения, могут смело выбрать профильный курс в нужном учреждении.

— Да, но у нас есть такой предмет, как Защита от Темных Искусств. Мы тут так и так должны учить боевые чары, а не левикорпус! — я не хотел так легко сдаваться.

— Во-первых, левикорпус может быть полезен, если его вовремя применить. — Грюм прокашлялся и сделал глоток из своей фляжки с, предположительно, оборотным. Разумеется, я сделал вид, что ничего необычного не происходит. — А во-вторых, Поттер, тот же Nox Impulsus требует нехилого мастерства в исполнении. Я поражён, что ты выучил его. Но задумайся, способен ли какой-нибудь Рон Уизли на это?

— Нет. — ответ вырвался из моего рта незамедлительно.

— Ха! А ты самоуверен. Но тем не менее ты прав. Сын Артура и Молли — хороший парнишка — верный и лояльный, как и его родители. Но великим магом ему не стать. И таких тут большинство. Так зачем учить заклинания, с которыми большинство не справится?

— То есть сильное меньшинство должно страдать из-за слабого большинства?

— Поттер, ещё раз, это школа. Много чего учат после неё. Или на дополнительных занятиях, которые ведут преподаватели для избранных учеников.

— Типа таких? — с ухмылкой спросил я.

Лже-Грюм на несколько мгновений растерялся, а затем тоже ухмыльнулся и ответил:

— Да, типа таких. Ну а теперь марш повторять! Нечего прохлаждаться!

С этими словами он в воздухе отобразил рунные формулы обоих заклинаний и, убедившись, что я всё запомнил, заставил меня отрабатывать первое заклинание по созданию мусора.

Несмотря на идейную простоту, это оказалось не такой лёгкой задачей, так как мне требовалось с большой скоростью визуализировать в голове объекты, которые вылетали из палочки, и пока моим рекордом было 5 предметов, а затем я спотыкался и терял концентрацию. До заклинания удаления предметов мы так и не добрались. А оставаться еще на подольше я не захотел, так как меня ждала Астрид.