Там,где ты (гет)

В подводном королевстве было тихо.

Слишком тихо.

Нимфы в синих кимоно двигались по коридорам медленно, с опущенными головами. Русалки, которые раньше пели и смеялись, теперь плавали молча, их глаза стали пустыми, как у кукол. Сирены не убивали — это было не нужно. Они порабощали.

Те, кто сопротивлялся, теряли разум.

Те, кто подчинился, работали на захватчиков — чистили кораллы, носили воду, готовили еду. Их руки делали то, что приказывали. Их глаза не видели ничего.

Главная нимфа успела закрыть подводные порталы в последний момент. Сирены взбесились, но порталы не открыть — только она знала ключ. Она спряталась в самой глубокой пещере, туда, куда сирены боялись заплывать. Оттуда она посылала сигналы — всем, кто ещё мог слышать.

«Прошу помощи. Сирены напали.»

Но сигнал доходил не ко всем.

На суше было не лучше.

Страна Огня воевала со Страной Земли. Страна Молнии напала на Страну Стихий. Монахи Ветра, верные старому договору, помогали королевству отстаивать границы. Люди гибли, некоторых брали в плен. Те, кто выживал, работали на победителей — в шахтах, на полях, в лазаретах.

Война была везде. Даже там, где её не ждали.

Зарине снился сон.

Она стояла в коридоре королевского дворца. Знакомом до боли. Ещё старом. Со старыми видами из окна. Здесь мать отдавала приказы голосом, который не терпел возражений. Здесь прошло её детство.

Было темно. Вода почернела, стены покрылись трещинами. На полу — лужи.

Она пошла вперед, как в настоящем кошмаре — будто шла ко дну океана, сквозь густую, тяжёлую воду.

Из-за угла вышли двое. Она узнала их — слуги, которые работали во дворце. Их глаза были пустыми, лица ничего не выражали. Они шли, не глядя по сторонам, не замечая её. Рабы. Бездумные. Порабощённые. Такое последний раз было давно. Когда только намечалась война.

Она побежала дальше. Мимо залов, где собирались советники. Мимо тронного зала, где когда-то стояли её родители. Везде было пусто. Или почти пусто — тени скользили по стенам, длинные, тонкие, с острыми когтями. Сирены.

Она выбежала на балкон. Тот самый, откуда отец показывал ей звёзды. Сейчас звёзд не было. Небо затянуло пеплом.

Кто-то стоял у перил.

Зарина подошла ближе. Не узнала. Женщина с белыми волосами. Кто это? — пронесся вопрос. На маму не похожа. На ней было лёгкое светлое платье, босоножки, словно её вырвали откуда-то.

Женщина повернулась. Теплая улыбка передалась зарине, глаза выражали скорбь.

— Зарина, — сказала она. Голос эхом разнёсся по пустому дворцу. — Они идут. Они уже здесь. Ты должна..

Она не договорила. Её тело обмякло, глаза закатились. За спиной стояла сирена высокая, бледная, с глазами без зрачков. Она улыбнулась.

— Она не успела, — сказала сирена. — А ты?

**

Зарина проснулась.

Она села. Сердце колотилось, но дыхание уже ровное. Посмотрела по сторонам — пещера, костёр догорает, ребята спят. Всё хорошо.

Она выспалась. Накануне Ллойд заставил её выпить лекарство, и она проспала глубоко, без просыпаний. Сон был тяжёлым, но тело отдохнуло. Ни мешков под глазами, ни бледности.

Кто она такая?, — подумала она.

Она встала, достала книгу отца, села у стены, читала, пока остальные спали. О технике воды, о потоках, о том, как не давить, а направлять. В голове было пусто и чисто — только текст, только схемы, только пальцы, которые запоминали движения.

Когда ребята начали просыпаться, она уже перебирала травы, раскладывая их по кучкам — какие взять в путь, какие оставить. Руки делали своё, голова — своё.

Ллойд (открыл глаза, посмотрел на неё):

— Ты рано.

Зарина:

— Выспалась.

Она заварила отвар — горький, терпкий, но уже не такой концентрированный. Разлила в кружки.

— Пейте.

Джей (скривился, но выпил):

— Когда-нибудь ты научишься делать это вкусным?

Зарина:

— Когда-нибудь ты перестанешь ныть.

— Это разные вещи.

— В твоём случае — нет.

Кай усмехнулся, выпил свою кружку не поморщившись.

**

К полудню все окончательно проснулись. Ния взяла книгу, листала, изучала.

Зарина (подошла, показала пальцем):

— Вы закончили на этом кажется... дальше сориентируешься сестренка.

Ния:

— Спасибо, Зарина.

Она начала объяснять остальным — спокойно, чётко. Зейн понял сразу. Коул понял не сразу, но почувствовал. У Джея получилось, но вода дёргалась — не хватало гладкости.

У Кая не получалось совсем. Он давил, как на огонь — вода нагревалась, кипела, но не слушалась.

Кай (сквозь зубы):

— Почему она не слушается?

Ния:

— Потому что ты не слушаешь её. Вода — не огонь.

— Я знаю.

— Тогда перестань давить.

У Ллойда тоже не получалось. Он стоял в стороне, смотрел на воду в своей ладони, она не слушалась — или слушалась, но не так. Ния была занята с Каем.

Зарина фасовала травы — какую взять дальше, какую оставить, но смотрела на Ллойда. Взгляд сам падал.

Она подошла, села рядом.

— Ты вкладываешь слишком много своей стихии.

Голос спокойный, задумчивый. Зарина знала о чем говорит.

— Попробуй полагаться не на силу, а на себя...так может получиться..

Зарина добавила это и ушла.

Он закрыл глаза. Убрал силу — всю, до последней искры. Остался только он. И вода.

Вода потекла. Медленно, неуверенно, но потекла.

Он открыл глаза, посмотрел на свои руки. Вода текла — плавно, спокойно.

**

Где-то далеко, в стране Льда, было холодно и пусто.

Гено сидел на волшебной лошади, созданной изо льда. Рядом — маги.

— Когда мы будем на острове Дагона? Как мне получить свиток? Где он будет?

Маг (первый):

— Мы не знаем, где именно находится свиток. Поэтому отправились в путь на животных. По легенде, свитки Они спрятаны в укромном месте, там, где сила королевы не смогла бы коснуться их и уничтожить.

Гено:

— Тогда откуда вы уверены, что свиток вообще существует?

Тишина.

Один из магов протянул руку — чтобы зажать Гено рот, чтобы заткнуть его силой. Другой маг перехватил его запястье. Отрицательно покачал головой.

Гено обернулся. Маги улыбнулись.

— Ничего, ничего. Продолжайте.

Гено отвернулся.

Маг (первый, тихо):

— Свиток может находиться в Библиотеке Чистописания или в другом почётном месте. Он может быть и в Нефритовом зале, откуда практически невозможно выйти.

Лошади скользили по льду. Ветер выл. Гено молчал.

Сзади, за его спиной, маги переглянулись.

Рассказывал первый маг, тот, что в седом капюшоне. Голос у него был тихий, спокойный — такой голос мог принадлежать человеку, который видел слишком много, чтобы удивляться.

— Нефритовый зал, — сказал он, не глядя на Гено. — Место, откуда невозможно найти выход.

Лошади скользили по льду, ветер выл, но маги привыкли говорить при любом ветре.

— Его стены сложены из цельных плит нефрита. Ни швов, ни стыков — кажется, что зал вырезан из одного огромного камня. Пол полированный, чёрный, с золотыми прожилками. Они светятся в темноте — слабо, но достаточно, чтобы видеть.

Гено:

— А потолок?

Маг:

— Потолок теряется в темноте. Никто не знает, какой высоты этот зал. Те, кто туда попадал, говорили, что не видели потолка. Только тьму и редкие золотые искры, которые мерцают где-то далеко-далеко.

Он помолчал.

— Но самое страшное не в этом. В Нефритовом зале нет ориентиров. Ни окон, ни дверей, ни поворотов. Ты идёшь по прямой — и через час оказываешься там, где был. Поворачиваешь — стены смещаются. Зал дышит. Он живёт. И не выпускает.

Маг (второй, тот, что перехватил руку товарища):

— Говорят, там можно бродить годами. Некоторые сходили с ума. Другие просто... исчезали.

Гено:

— А свиток? Он там?

Маг (первый):

— Если он там — мы его не найдём. Если мы его найдём — мы оттуда не выйдем.

Тишина. Только ветер.

Гено:

— Значит, нам не туда.

Маг (усмехнулся, но беззвучно):

— Значит, не туда.

— Есть ещё одно место, — сказал первый маг, когда ветер стих. — Библиотека Чистописания.

Лошади замедлили шаг. Маги переглянулись.

— Там есть всё, — продолжил он. — Все книги, когда-либо написанные. Даже те, которые не были закончены. Даже те, которые существуют только в чьём-то воображении.

Гено:

— Как это возможно?

Маг:

— Не знаю. Но это так.

Он посмотрел вперёд, на белую равнину.

— В Библиотеке нет пола в привычном смысле. Ты идёшь по воздуху. Стеллажи левитируют — парят в пространстве, как облака. Некоторые высоко, некоторые низко. Некоторые — прямо над головой. Книги не падают. Там словно нет гравитации для книг.

Гено:

— А для людей?

Маг:

— Для людей есть. Поэтому нужно быть осторожным. Один неверный шаг — и ты упадёшь. А падать там долго.

Он помолчал.

— Книги сами находят читателя. Не ты ищешь книгу — она ищет тебя. Если свиток Они там — он сам даст о себе знать. Вопрос в том, захочет ли он, чтобы его нашли.

Гено:

— А выход?

Маг (покачал головой):

— Выход есть. Всегда есть. Но найти его... это не про удачу. Это про то, кто ты есть.

Гено:

— Что это значит?

Маг:

— Библиотека знает тех, кто ищет знание. И тех, кто ищет силу. Она пускает первых. Вторых — не всегда.

Маги переглянулись. Гено не видел этого взгляда — он смотрел вперёд, на ледяной горизонт.

— Значит, нам в Библиотеку, — сказал он.

Маг (первый, тихо):

— Значит, в Библиотеку.

Лошади пошли быстрее. Ветер выл, снег летел в лица, но маги не жаловались. Только переглядывались за спиной Гено.

**

Три дня они шли через ледяные равнины. Лед сменился камнем, камень — мхом, мох — травой. Воздух стал теплее, но ненамного — север есть север.

На третий день они услышали гул.

Сначала далёкий, едва различимый. Потом всё громче, всё ближе. А потом лес расступился, и они увидели водопад.

Огромный. С белой пеной, с грохотом, от которого закладывало уши. Вода падала с высоты, разбивалась о камни, взлетала брызгами, оседала туманом.

Но не водопад привлёк их внимание.

Справа от падающей воды, на высоком постаменте из чёрного камня, стояла статуя. Женщина с длинными волосами, которые струились, как вода. Руки распахнуты, лицо обращено к небу.

Джей (подошёл ближе, замер, даже рот приоткрыл):

— Ого... кто это, Зарина?

Зарина подошла, встала рядом. Смотрела на статую.

— Помнишь, я говорила о нимфе, которую убили Они?

Джей (кивнул, не отрывая глаз):

— Нимфа воды... из пещеры...

— Да. Это она. Скульптура. Она родилась здесь.

Джей:

— Здесь? Прямо здесь? У водопада?

— Говорят, да. Вода была её колыбелью.

Джей смотрел то на статую, то на Зарину. Лицо у него сияло — он радовался, как ребёнок, который нашёл что-то настоящее.

— Она красивая, — сказал он тихо.

— Красивая, — согласилась Зарина.

А потом его взгляд изменился. Он вспомнил.

Пещера. Начало приключения. Он упал в воду. Зарина ругалась на него. Джей отбросил эти мысли.

Зарина почти танцевала, глядя на его лицо — как оно менялось от восторга к печали, от печали к чему-то светлому. Ей нравилось смотреть на людей, которые видят что-то в первый раз. Это отвлекало от мыслей о том, что они отстают.

Джей (помолчал, потом выдохнул):

— Она не злая. Даже после того, что с ней сделали. Стоит тут...

Кай (подошёл, запрокинул голову, разглядывая статую):

— А говорят, скульптуры не передают душу. Врут.

Коул (сзади):

— Скульптуры — нет. Но эта — не скульптура.

Ния:

— А что?

Коул (пожал плечами):

— Не знаю. Кажется, что она живая. Просто замерла.

Зейн смотрел, не моргая. Запоминал каждую деталь — для базы данных. Но молчал.

Ллойд стоял чуть позади. Смотрел на Зарину. Она улыбалась. По-настоящему.

— Пошли, — сказала она, отрываясь от статуи. — Нам ещё идти.

Они пошли дальше. Гул водопада остался позади, но статуя ещё долго мерещилась за спиной.

**

Где-то далеко, ледяной пар поднимался над расщелиной.

Гено сидел по пояс в горячей воде, откинувшись на каменный выступ. Борода намокла, сосульки на усах растаяли, лицо раскраснелось — впервые за много дней. Рядом, чуть поодаль, расположились маги. Пятеро. Тоже в воде, но держались отдельно. Своя компания.

Гено закрыл глаза, запрокинул голову, выдохнул.

— Я уверен, что, как вы и сказали, эта вода исцеляет душу.

Он говорил радостно, почти по-детски. За столько дней холода, ветра, ледяных равнин горячая вода казалась раем. Он блаженствовал. Не скрывал этого. Плескался, как старый ребёнок.

Маги переглянулись.

Маг (первый, тот, в седом капюшоне, улыбнулся — но не Гено, а своим):

— Исцеляет, исцеляет.

Маг (второй, тихо, только для своих):

— Если бы душу можно было исцелить водой...

Маг (третий, ещё тише):

— Тсс.

Гено ничего не слышал. Он вообще перестал слушать, как только вода сомкнулась над телом. Только тепло, только пар, только блаженство.

— Хорошо здесь, — сказал он, не открывая глаз.

Маг (первый):

— Хорошо.

— Давно я так не отдыхал. Давно... — Гено пошевелился, вода плеснула. — Спасибо, что нашли это место.

Маг (первый):

— Мы умеем находить.

Гено кивнул. Снова закрыл глаза.

Маги смотрели на него. На его раскрасневшееся лицо, на мокрую бороду, на руки, которые лежали на камнях, расслабленные, беззащитные.

Маг (второй, одними губами):

— Долго ещё?

Маг (первый, так же беззвучно):

— Не торопись.

Гено вздохнул, пошевелился, устраиваясь поудобнее.

— Хорошо-то как... — повторил он.

Маги отвернулись. Смотрели на пар, который поднимался над водой и зависал в холодном воздухе.

— Хорошо, — сказал первый маг. — Отдыхайте.

Гено не слышал.

**

Лес кончился. Начались горы — серые, с острыми пиками, с осыпающимися склонами. Тропа вилась между скал, то поднимаясь, то ныряя вниз. Воздух стал разрежённым, дышать — тяжелее.

Они вышли на широкий карниз — и замерли.

Внизу, в ущелье, стояли великаны.

Их было трое. Каждый — в два раза выше человека. Каменная кожа, серая, с едва заметным синим отливом. Глаза — без зрачков, белые, как лёд. Они стояли неподвижно, но было понятно — они живы. Просто ждут.

Джей (выдохнул):

— Это... они настоящие?

Зарина (тихо):

— Настоящие.

Кай (прищурился):

— И что им здесь надо?

Зарина:

— Охраняют портал.

Она показала рукой — между двумя скалами, прямо за спинами великанов, виднелась арка. Старая, каменная, с потухшими рунами. Чёрная. Мёртвая.

Коул:

— Проклятый мир?

Зарина:

— Да.

Ниндзя переглянулись. Они знали это название. Проклятый мир. Мир, откуда пришёл Морро. Где они сражались. Где Ния раскрыла свой потенциал. Зарина не знала этой истории — и не нужно было ей рассказывать сейчас. Не время.

Ния (смотрела на арку, лицо серьёзное):

— Портал не работает?

Зарина:

— Нет. С тех пор, как мать создала барьер. Но великаны до сих пор охраняют. Это их работа.

Зейн:

— Если портал не работает, зачем?

Зарина:

— На всякий случай.

Ола обвела взглядом склон.

— Мы обойдём их по склону. Там можно пройти. Нелегко, но можно.

Джей (посмотрел на склон — крутой, осыпающийся, с острыми камнями):

— Ты называешь это «можно»?

Зарина:

— Я сказала «нелегко».

Она подошла к краю, примерилась. Камни осыпались под ногами, скала уходила вниз почти отвесно.

Кай (помолчал, потом спросил):

— А если сорвёмся?

Зарина:

— Не сорвёмся.

Она ступила на скалу первой.

Никто не сказал «давай я». Потому что знали — бесполезно. Она всегда лезла первой, когда было опасно. Привыкла. Или не доверяла никому.

Ллойд смотрел на неё. На то, как она прижалась к камню, как пальцы побелели, вцепившись в выступ. Как ноги искали опору — осторожно, но уверенно.

Она не боялась. Или боялась, но не показывала.

— Не смотрите вниз, — сказала она, не оборачиваясь. — Смотрите только вперёд.

Кай (подошёл к краю, посмотрел — и сразу отшатнулся):

— Там... там глубоко.

Ния:

— Не смотри. Она сказала.

Кай кивнул, сглотнул.

Ллойд шагнул следом. Смотрел на Зарину, на её руки, на каждый шаг.

Джей (посмотрел вниз, побледнел):

— Я не полезу.

Коул:

— Полезешь.

Джей:

— Я серьёзно. Я... я боюсь высоты.

Коул:

— Все боятся. Иди за мной.

Джей посмотрел на него. Коул спокоен — как скала. Кивнул.

Они начали подъём. Медленно. Каждый шаг — проверка на прочность. Камни осыпались, кто-то ругался сквозь зубы, кто-то молчал и дышал.

Ллойд не отрывал глаз от Зарины. Она двигалась уверенно — но он видел, как дрожат пальцы, когда она хватается за очередной выступ. Видел, как она замирает на секунду, прежде чем сделать следующий шаг.

Она боялась. Просто не показывала.

— Держишься? — спросил он тихо.

— Держусь, — ответила она, не оборачиваясь.