Оставив позади гул главного холла и запах ладана, напарники направились к лифтам для персонала. Ричард, насвистывая что-то невнятное, с усмешкой наблюдал за метаниями друга.
— А она ничего, — протянул он, искоса поглядывая на Лиама. — Строгая, конечно, как полярная зима, но с характером. И, я заметил, соображает быстро.
— Ричи, — голос Лиама был тихим, но в нём отчётливо слышалось рычание. — Если ты ещё раз назовёшь её «ничего», я сломаю тебе палец. Один. На выбор.
Медведь лишь громогласно расхохотался, и его басовитый смех эхом отразился от стен коридора, заставив проходившую мимо сотрудницу в белом халате испуганно вздрогнуть и ускорить шаг.
— Ой, напугал! — Ричард хлопнул друга по плечу своей тяжёлой ладонью. — Ты бы себя видел, когда читал её сообщение. Лицо как у кота, которому на хвост наступили. И кто мне говорил, что не запал на самочку?
Лиам стряхнул его руку и нажал кнопку вызова лифта с такой силой, что пластиковый корпус жалобно скрипнул.
— Я не запал. Она меня бесит. Мой зверь... сходит с ума. А она... просто человек. Холодная, стервозная человечка, которая лезет в наше дело.
— Ага. Человек, который за пять минут на месте увидел то, что мы с тобой пропустили за день, — парировал Ричард уже серьёзнее. — И который понимает, что такое «политика» и «конспирация» лучше многих из Ордена. Не обманывай себя, котёнок. Она действительно «ничего».
Лифт звякнул, открываясь. Они вошли в кабину, и Ричард нажал кнопку минус второго этажа — уровня аналитических отделов и архивов.
Весь следующий час прошёл в размеренной, почти рутинной работе. Их рабочее место представляло собой не один стол, а целую выгородку из четырёх серых перегородок, внутри которой царил организованный хаос. Два мощных компьютера гудели вентиляторами, на одном из столов стоял огромный термос с кофе Ричарда и чашка Лиама. Стены были увешаны распечатанными картами города с отмеченными точками преступлений, фотографиями жертв и схемами.
Ричард, надев очки, занялся тем, что у него получалось лучше всего — структурированием. Он вбивал в общую базу данных новые факты: отчёты о пропавших без вести (как официальных, так и полученные от Ната), данные о заброшенных муниципальных объектах, наложенные на карту маршрутов предполагаемого транспорта убийцы.
Лиам же ходил из угла в угол, словно запертый в клетке лев. Он пытался составить психологический портрет «Декоратора», но мысли постоянно сбивались. Он злился на себя за то, что не может сосредоточиться. Злился на неё за то, что она так легко читает ситуацию и отдаёт им приказы. Злился на Ричарда за его бесконечные подколки.
— Сядь уже! — не выдержал наконец медведь, не отрывая взгляда от монитора. — Ты своим хождением мне картинку на экране размываешь. У меня от твоего мельтешения уже в глазах рябит.
— Я думаю! — огрызнулся Лиам.
— Ты бесишься. Это разные вещи.
Лиам хотел было что-то ответить, но лишь раздражённо выдохнул и упал в своё кресло. Он потёр лицо руками и уставился на экран компьютера, пытаясь заставить себя прочитать отчёт криминалистов.
Электронные часы на стене показывали 14:20. До совещания оставалось чуть меньше двух часов, и это время нужно было потратить с умом. Или хотя бы с пользой для желудка.
— У нас есть полтора часа до этого чёртового совещания, — пробурчал Лиам, закрывая файл с отчётом. Он чувствовал, что если сейчас же не сменит обстановку, то просто взорвётся. — Если я сейчас не поем, я начну жевать бумагу.
— Я как раз собирался предложить то же самое, — Ричард с хрустом потянулся и захлопнул крышку ноутбука. — Мой мозг отказывается работать без топлива. А судя по выражению твоего лица, тебе тоже не помешает выпить чего-нибудь покрепче кофе.
Лиам хмыкнул. Идея была здравой.
— Пойдём. Тут за углом есть одно место. Бургеры у них отвратительные, но пиво холодное.
Ричард поднялся со стула, и его массивная фигура заполнила почти всё пространство выгородки.
— Звучит как план. Заодно расскажешь мне по дороге, как именно ты планируешь убедить нашу ледяную королеву, что мы не зря едим свой хлеб. Потому что пока у нас есть только догадки и очень много беготни.




