Хелтейкер: Жизнь дальше (гет)

Семья начала покидать Ад — они слишком долго отсутствовали дома... Хелтейкер уже полностью восстановился, но его заставили оставить багровые повязки: жрец Ада настоятельно рекомендовал это, а Джаджмент заставила. В любом случае мужчина был по-настоящему счастлив, что они наконец уходят... вместе.

— Было классно познакомиться, Бегемот, — человек крепко пожал огромному демону руку. Оба улыбались.

— Взаимно, человек, — серокожий демон едва не раздавил ладонь смертного своей железной хваткой. Бегемот был выше него как минимум на полметра, а его ладони — почти вдвое крупнее человеческих. Теперь Крупный Демон был одет в большую чёрную майку, из которой во все стороны выпирали мышцы.

Торс и правая рука Хелтейкера всё ещё были обмотаны бинтами, а поверх них он надел свежую красную рубашку — ту, которую украла Люцифер. Из одежды на мужчине также оставались порванные белые костюмные брюки, а остатки пиджака он перекинул через правое плечо. Гербера на лацкане давно потерялась...

— Всегда можешь заглянуть в гости. Иногда мне не помешает отвлечься, выпить по пиву-другому, — Хелтейкер уже направился к выходу, и Бегемот вскоре пошёл следом.

— Подумаю. На поверхности я ещё ни разу не был. Наверное, Джаджмент тоже была бы не против, — теперь они шли к главному двору. Незаражённые Рыцари Ада патрулировали территорию, не обращая никакого внимания на вошедшую пару.

— В любом случае не пропадай, — человек снова улыбнулся демону.

— Ну, мне пора возвращаться к работе. Отпуск Джаджмент опять, мать его, увеличит мою нагрузку, — признался Бегемот. Они уже стояли во дворе, готовясь разойтись.

— Но, как ты сам говорил: повышение не за горами, — Хелтейкер процитировал будущего Высшего Прокурора.

— В этом и план. До следующей встречи, человек... Позаботься о ней за меня, — в последних словах прозвучала лёгкая печаль, но Бегемот всё равно махнул ему на прощание, а Хелтейкер слегка отсалютовал.

Хороший мужик... интересно, как он тренируется.

Хелтейкер ещё некоторое время смотрел, как огромный демон проходит через дверной проём и исчезает из внутреннего двора башенного комплекса Директора Ада. Мужчина задумался, в основном представляя себе повседневную жизнь Бегемота в Аду.

Это что, обычные крысиные бега? Дорога на работу и обратно? И так день за днём? Хелтейкер мысленно отметил, что обязательно нужно будет спросить, какая у них тут вообще валюта в ходу.

— Смотрите-ка, кто вышел из Морга, — раздался за его спиной дьявольский голос. Мужчине даже не пришлось оборачиваться, чтобы понять, кто это.

— Ага... лучший адский повар по блинчикам, живой и здоровый, — поддразнил Хелтейкер, не поворачиваясь.

Чьё-то тело прижалось к нему сзади в объятиях.

* * *

Хелтейкер вместе с Люцифер направился к её кабинету. Они немного отстали от остальных, и это позволило им ненадолго поговорить наедине.

— Н-ну... давненько не виделись, — неловко начала Люцифер, робко опуская взгляд в пол.

— А ну иди сюда! — Хелтейкер остановил женщину и крепко обнял. Дьяволица улыбнулась, её лицо залилось красным, и она ответила на ласку. С самой схватки с Мантусом они друг друга не видели.

— Только не изображай передо мной неловкую школьницу, — мужчина положил ладонь ей на затылок, задев чёрную корону, а мягкие белые волосы потекли между его огромными пальцами.

— Вот бы ты вернулся пораньше... Я-я правда очень по тебе скучала, — Королева обняла человека за торс. Кроме чистой красной рубашки, Хелтейкер был весь в грязи, но ей было всё равно — от него пахло кровью, потом и демоническими остатками.

— Я тоже скучал, Люси... — он замолчал, наслаждаясь объятиями. — Часто о тебе думал... — после этих слов Люцифер прижала его ещё крепче.

— Я тоже... П-после возвращения у нас было довольно погано, — но прежде чем они заговорили о работе, Хелтейкеру нужно было узнать одну вещь.

— Почему ты не приходила ко мне в «морг»? — теперь Дьяволица слегка пристыженно смотрела в пол.

— Я-я была занята. Хотела прийти... но нам нужно было кое-что организовать перед отъездом, — смертный видел, насколько виноватой она себя чувствует, и решил сменить тему. Они разомкнули объятия и посмотрели друг на друга, всё ещё держа ладони на талиях.

— Что значит «было довольно погано»?

— Ну... в Аду творился хаос. Некоторые оставшиеся «слуги» Вельзевул ненадолго захватили власть, — одно лишь упоминание её имени заметно изменило позу Люцифер: она словно стала выше и опаснее, но мужчина постарался не обращать на это внимания.

— Дай угадаю: полное и абсолютное уничтожение? — фирменная улыбка Хелтейкера, похоже, немного вернула Люси в нормальное состояние, и она улыбнулась в ответ. Да, она была Дьяволицей... но рядом с ним ей не обязательно было ею оставаться.

— Ты даже не представляешь, — впереди группа уже ждала их у входа в кабинет Директора.

— Вы двое вообще идёте?! — слегка ревниво крикнула Джастис с полуухмылкой, понимая, что они отстали.

— Ага, идём, — Хелтейкер повернулся к Люцифер, но та уже сама потянулась к нему за поцелуем. Ещё одним глубоким, страстным поцелуем из тех, которыми они раньше регулярно обменивались.

Именно этого он и ждал...

Скучающая Малина отвернулась.

— Да блядь, чего они так долго? — Угрюмый Демон сама направилась к кабинету Директора. Остальные решили пойти следом, не желая стоять и смотреть на эту парочку.

— Для этого ещё будет полно времени, дорогой, — Директор Ада взяла его за руку и повела по коридору.

— Если в Аду всё было настолько плохо, как мы вообще можем снова уйти, причём так быстро? Я слышал, ты пыталась повысить производительность, — спросил Хелтейкер, позволяя вести себя за руку.

— Ну, оказалось, если повышать и нанимать больше демонов, то можно действительно быть хорошим Директором... Раньше я этим не пользовалась и доверяла важные должности только знакомым демонам. Что оказалось... неэффективно, — Дьяволица остановилась и посмотрела мужчине прямо в глаза. — Можешь попросить человеческий род перестать так быстро размножаться? Вы серьёзно усложняете нам работу.

— Виновен по всем пунктам.

— М-м-м... В-в общем, я создала несколько исследовательских отделов для разработки более эффективных наказаний и ускоренной обработки дел. Всё ещё поражаюсь, что я не додумалась до этого раньше. Кстати, классная идея с ледяным озером. Благодаря тебе Вассаго получил повышение, — Люцифер вновь одарила его дьявольской ухмылкой.

Хелтейкер уже совсем забыл о разговоре с Вассаго и решил, что лучше вообще не спрашивать о тонкостях производительности и наказаний... это явно бездонная кроличья нора для разговора...

— Ещё слышала, что ты помог Пандемонике разобраться с её уходом на пенсию, — продолжила Дьяволица, всё так же ухмыляясь.

— Ну, я просто подкинул идею. Не моя вина, что она ей воспользовалась, — ухмыльнулся человек в ответ.

— Попробовав хорошую жизнь, тяжело возвращаться назад. Естественно, мне иногда придётся спускаться сюда и показываться на публике... но теперь Ад должен суметь поддерживать себя самостоятельно... по крайней мере пока. Королеве всё-таки нужно сохранять видимость присутствия.

— Разумеется, — повторил он, слегка рассмеявшись. Впереди остальные уже собрались у стола Директора, а отставшие человек и Дьяволица как раз входили в длинный коридор.

— Можешь, пожалуйста, объяснить, зачем ты спроектировала кабинет именно так? — Хелтейкер указал на бесконечно тянущийся ковёр и факелы.

— Ты вообще ничего не знаешь о создании напряжения? — рассмеялась старшая демонесса. — А я-то думала, что хоть у тебя есть вкус, — стоило им пройти через дверь, как два Рыцаря Ада перекрыли путь назад. — Когда вернёмся, нам придётся решить судьбу Вельзевул, — на лице Люцифер появилось мрачное, но садистское выражение. Женщина резко сменила тему, прекрасно понимая, что Хелтейкеру это дастся нелегко.

— Решить наказание, — поправил её он, но Дьяволица отвернулась.

— Ну, я не хочу её смерти... Но да, пусть будет наказание, — Люцифер отпустила его руку. — Подожди здесь, пока я подготовлю портал, — женщина подмигнула ему и отошла.

* * *

Хелтейкер оставил Люцифер и подошёл к остальной части своего гарема. Все повернули головы, заметив его приближение. Малина и Джастис сидели на недавно установленном чёрном каменном столе Директора, свесив ноги с края. Джаджмент и Здрада прислонились к нему, обе скрестив руки на груди.

Цербер сейчас играли на полу: одну Цербер гладила сидевшая по-турецки Модеус, а две другие чесались. Пандемоника и Азазель просто стояли рядом... обе отчаянно хотели вернуться домой. Группа как раз жарко спорила о... чём-то.

Очень скоро он тоже окажется втянут в спор...

— Эй, долбоящер! — крикнула Здрада, привлекая внимание Хелтейкера. — С каких пор ты ходишь на свидание с Люцифер?! — младшая из демонесс нахмурилась, едва заметно ревнуя.

Ох-хо...

Теперь на него смотрели все демонессы — всё внимание было приковано к человеку.

— Ну, давненько как... Но я ходил на свидание не только с Люцифер, мы с Модеус тоже успели на них сходить, — человек посмотрел на Похотливого Демона. Модеус слегка покраснела, отвела взгляд и продолжила гладить одинокую Цербер.

— Мо, ты нам ничего не рассказывала! — Джастис повернулась к ней, но ответа не последовало. Модеус лишь молча продолжала гладить Цербер, теперь уже заметно покрывшись испариной.

— Нет ничего тупее свиданий. Просто куда-то идёшь с кем-то. По-моему, херня какая-то, — Здрада расплылась в самодовольной ухмылке, уверенная, что остальные демонессы разделяют её мнение. Повисла неловкая тишина.

— А тебя кто-нибудь звал на свидание? — мгновенно парировал Хелтейкер, поддевая Здраду в ответ, но прежде чем старшая из сестёр успела что-то сказать, её перебили.

— А мы можем сходить на свидание? — внезапно выпалила Джаджмент и тут же прикрыла рот когтями. — Ой, я не... — начала оправдываться Высший Прокурор.

— Конечно, — искренне улыбнулся он.

— О, ну если свидание будет у всех, тогда я следующая! — довольно ухмыльнулась Джастис, прекрасно понимая, что этим тоже бесит Здраду.

— А что такое свидание? — невинно и любопытно спросила Азазель. Никто ей не ответил.

— Свидание за чашечкой кофе звучит неплохо, — вслух задумалась Пандемоника.

— Вечер за играми считается свиданием? — пробормотала себе под нос Малина.

— А прогулка в парке — это свидание?! Мы любим гулять! — возбуждённо спросили Цербер хором, и их демонические хвосты начали вилять из стороны в сторону быстрее, чем он успевал за ними следить.

— ЭЙ! Мы ещё даже наше свидание не закончили! — крайне ревниво запротестовала Модеус, желая убедиться, что остальные демонессы знают: она первая в очереди.

— Эй! Эй! — Хелтейкер слегка повысил голос. Демонический гарем тут же замолчал, одни смутившись сильнее других. — В очередь, девочки, — он изо всех сил старался говорить дерзко. На его лице расплылась огромная ухмылка.

Он не мог поверить, что они уже начали из-за него ссориться...

— Когда вернёмся домой, что-нибудь придумаем, — сказал мужчина заинтересованным женщинам. Здрада теперь молча переваривала собственное смущение — попытка Демона Сучки подколоть его с треском провалилась.

Разговоры постепенно вернулись в нормальное русло. Пока все стояли и болтали, мысли Хелтейкера снова вернулись к Мантусу. Кто вообще был этот загадочный тип? Почему Мантус хотел встретиться с ним? Кем Мантус приходился сёстрам-демонессам? Ну, помимо очевидного. Что натворила Вельзевул?

Слишком много вопросов... и почти никаких ответов. Придётся ему спросить сестёр, когда наступит подходящий момент.

— А что мы будем делать с Виль? — спросила Джастис, вырывая Хелтейкера из мыслей. В голосе обычно спокойной демонессы человек чувствовал явную агрессию — она хотела мести.

— Ну... когда вернёмся, вместе решим, какое наказание ей назначить, — ответил смертный, обращаясь ко всем своим демонессам.

— Я за то, чтобы отправить её обратно в Бездну! — сердито ухмыльнулась Джаджмент, и несколько демонесс согласно кивнули.

— Что бы мы ни решили, убивать её или приговаривать к смерти мы не будем, — Хелтейкер хотел прояснить это с самого начала. На нескольких лицах появилось разочарование.

— Не могу поверить, что ты так легко всё прощаешь и забываешь! — Здрада предприняла вторую попытку вывести его из себя. — А если бы она нас всех убила? Ты бы и тогда её простил?! — аргумент казался одновременно слишком крайним и совершенно случайным.

— Но она ведь не убила? — озадаченно парировал Хелтейкер. — Я могу простить её, но никогда не забуду предательства, — мужчина подошёл к Здраде и решил опуститься перед ней на колено, чтобы ей не пришлось задирать голову. Теперь они смотрели друг другу прямо в глаза. Демонесса всё ещё хмурилась, а лицо её сестры почти идеально повторяло выражение Здрады.

«Сейчас будут нотации», — подумала курильщица.

—Тяжелее всего помнить о том, что кто-то сделал. Ты можешь простить человека, но теперь уже знаешь, на что он способен. Он может убеждать себя, что изменился, но ты знаешь, какой он на самом деле. Вот здесь, в глубине, — Хелтейкер указал на правую сторону груди Здрады.

— В моей сиське? — сестра попыталась свести эмоциональный смысл разговора к шутке.

— В твоём сердце. Я знаю, что вы уже через это проходили, вы обе, — мужчина взглянул на Малину, которая тоже находилась с ним примерно на одном уровне, сидя на столе рядом с сестрой.

Человек на мгновение улыбнулся, вырывая себя из этого чувственного настроения. Поднявшись, он отряхнулся и переложил пиджак в левую руку, перекинув его через левое плечо.

— Что я хочу сказать: я больше не совершу такую ошибку. Признаю... я забыл, какой на самом деле была Вельзевул... на что она способна, — говоря это, он посмотрел на всех своих демонесс, поочерёдно задерживая взгляд на каждой. Люцифер, занятая открытием одностороннего портала из Ада на поверхность, тоже слышала его речь.

— Я потерял бдительность... и из-за этого пострадали вы все... за это простите меня, — он почувствовал, как Модеус встала рядом и взялась за средний палец его правой руки, обхватив его всей ладонью. — Я стану лучше... ради вас всех... Надеюсь только, что вы сможете меня простить, — закончил мужчина своей фирменной улыбкой Хелтейкера.

После короткого молчания ему ответило множество улыбок.

— Хорошая речь, шеф, — Джастис подняла большой палец.

— Хмф... не так уж плохо... — призналась Здрада. Демону Сучке даже стало немного стыдно за то, как она до этого на него наезжала. Услышав оба ответа, Хелтейкер улыбнулся ещё шире, а Цербер, которые на этот раз действительно слушали, подбежали и крепко его обняли. Человеку пришлось снова опуститься на колено, чтобы всем троим досталось одинаковое количество объятий. Правда, в основном они обнимали его лицо.

— Групповые обнимашки! — хором объявили они, толкая друг друга и втроём прижимаясь лицами к его лицу, отчего Хелтейкер рассмеялся. Азазель слегка растрогалась его речью и с влажными глазами тоже присоединилась к объятиям.

— Всё будет хорошо, Аз, — он позволил ей уткнуться головой в правое плечо.

— Я тоже не пропускаю обнимашки! — Джастис радостно подскочила и обхватила его левое плечо.

— А, к чёрту, — сказала Здрада, отодвинула одну Цербер в сторону и обняла его рядом с Азазель.

Становилось уже тесновато...

Хелтейкер огляделся сквозь море белых волос, пытаясь понять, кто ещё не присоединился. Джаджмент и Малина обе покраснели от смущения, а Пандемоника выглядела слишком уставшей даже для объятий.

— Объятия дают тот же эффект, что и кофеин? — пошутила Уставший Демон и всё-таки решила присоединиться к этому тёплому моменту, обняв его с левой стороны за спину и уткнувшись лицом в затылок.

— Давайте сюда, вы двое! — обратился смертный к единственным двум демонессам, ещё не участвовавшим в объятиях. Примерно через минуту первой сдалась Джаджмент: тяжело вздохнула, подошла и обняла его с правой стороны за спину, заодно прижавшись к голове Джастис. Она тоже страшно смущалась.

Малина продолжала стоять со скрещёнными руками, её лицо было ярко-красным, а упрямство брало верх. Демонесса делала вид, что ей всё равно. Наедине она обычно не возражала против объятий с ним, но вот так, всей толпой...

— Малина... — с улыбкой протянул Хелтейкер, его голос звучал приглушённо из-за массы белых волос и тел вокруг. Цербер нехотя освободили для неё место между собой и Здрадой. После ещё нескольких секунд упрямства Малина быстро шагнула вперёд и неловко присоединилась к объятиям, тут же пнув Хелтейкера по бёдрам, когда тот засмеялся.

— Так, народ, портал уже... — озадаченная Люцифер повернулась и посмотрела, что творится возле её стола. На полу перед ступенями, ведущими к нему, все её демонессы сбились в одну большую кучу, обнимаясь и смеясь.

Где-то под всей этой массой скрывался Хелтейкер. Директор могла разглядеть только его чёрные туфли. Дьяволица подошла ближе и, остановившись возле клубка из красного, чёрного, белого и серого, скрестила руки на груди.

— По-моему, кое-кого здесь не хватает.

Как бы Дьяволица ни жаловалась, групповые объятия она любила больше всех.

* * *

Все одиннадцать по очереди прошли через портал и оказались на заднем дворе дома Хелтейкера. Солнце уже садилось после ещё одного прекрасного дня — того самого дня, когда он ушёл. Море окрашивалось в красивый розовый оттенок, пока последние отблески света угасали. Наступала ночь, и прохладный летний воздух казался особенно приятным после душной атмосферы Ада.

Хелтейкер вызвался пройти первым, заявив, что «полностью доверяет межпространственному такси Люси». Следом отправилась Азазель, затем Малина, Здрада, Модеус, Джаджмент, Джастис, Пандемоника, все три Цербер одновременно и, последней, но отнюдь не по значимости, сама Люцифер.

На короткое время все собрались в ряд и молча смотрели на последние мгновения заката над обрывом. Они наслаждались прохладным летним воздухом, а солнце успело подарить им лишь несколько секунд чистого тепла, прежде чем скрыться за морем — ощущение, по которому все они ужасно скучали. Через некоторое время Хелтейкер нарушил тишину.

— Так, всё стоит именно там, где я оставил. Возможно, придётся немного прибраться, но в остальном все ваши вещи должны быть в комнатах, — он ненадолго замолчал. — Клянусь, я не лазил ни по ящикам, ни по шкафам, — последние слова Хелтейкер адресовал главным образом кислому взгляду Малины.

Все уже собирались последовать за ним в дом через кухню, но Люцифер пришлось их остановить.

— Э-эм... Т-Тейкер? — произнесла Королева, встав перед остальными.

— Что такое? — мужчина уже открыл заднюю дверь и теперь повернулся к ней.

— Ничего особенного, но можешь сначала войти один и сказать ей, чтобы оставалась наверху? Не знаю, как остальные, но я могу прибить её, если вдруг увижу сейчас, — Дьяволица посмотрела на него с печальной, но садистской улыбкой... словно сдерживалась.

Сдерживала своих внутренних демонов...

— А... конечно. Сейчас вернусь, — человек прошёл через незапертую дверь и оказался на кухне. «Я так и знал, что забыл запереть двери перед уходом», — подумал Хелтейкер.

Пройдя в гостиную, он обнаружил её в куда лучшем состоянии, чем оставлял. Вельзевул, должно быть, успела прибраться. Мужчина помнил, что раньше комната была завалена листами бумаги, а три артефакта лежали на пентаграмме. Исчез только большой ковёр, который они убрали, чтобы нарисовать пентаграмму на полу, да и сама меловая пентаграмма была стёрта.

Он позвал её по имени, но ответа не последовало. Тогда мужчина начал подниматься по первому лестничному пролёту, снова зовя её. Наконец сверху донёсся ответ.

— Я здесь! — весело отозвалась демонесса.

Хелтейкер и правда думал, что она могла сбежать — и, будь у неё хоть капля здравого смысла, именно так бы и поступила. Человек поднялся на верхний этаж, открыл дверь своей спальни и увидел демонессу, терпеливо сидящую на краю двуспальной кровати. Стоило ему войти, как Вельзевул вскочила и бросилась обнимать.

— Я так за тебя переживала! Знаю, ты сказал прийти за тобой, но я не могла увидеть, где ты находился, — старшая демонесса тараторила очень быстро, без конца извиняясь.

— Со мной всё нормально. Погоди... ты могла видеть... где я был? — любопытство взяло верх.

— Это трудно объяснить. Я собиралась подождать ещё час, а потом отправиться тебя искать, — невинные глаза демонессы смотрели на него снизу вверх.

— Не думаю, что они бы тебя пустили, — ухмыльнулся Хелтейкер и слегка, шутливо сжал её в объятиях. — Сколько прошло с момента моего ухода?

— Где-то два часа, может, меньше, — предположила женщина, взглянув на часы на стене спальни.

— Офигеть, а для меня прошло... или по крайней мере ощущалось как почти целая неделя, — мужчина только теперь заметил, что после объятий они держатся за руки, и неохотно высвободил свою, пока ещё не желая проявлять к ней нежность.

— В-в общем... я хочу, чтобы ты оставалась здесь, пока я не вернусь. Мы собираемся решить, каким будет твоё... «наказание», хорошо? — Хелтейкер направился к двери. — Дела у тебя плохи, Виль.

— Ох... — протянула Багровая Королева, не ожидавшая, что последствия её поступков начнут решать так скоро. Демонесса отвернулась, но прекрасно понимала, что этот момент рано или поздно наступит. Она выдержит что угодно, лишь бы её не отправили обратно туда.

Куда угодно, только не туда... После короткого молчания он снова заговорил.

— Я постараюсь сделать наказание помягче. Я тебя простил, но им понадобится очень много времени, чтобы хотя бы приблизиться к прощению, — Хелтейкер уже держался за дверную ручку, но не открывал дверь. Человек смотрел на демонессу, пытаясь понять её состояние и всматриваясь в затылок Изгнанницы.

Вельзевул наконец обернулась и встретилась с ним взглядом. В этих красных глазах стояли слёзы. После всего, что она сделала, этот человек простил её, а теперь ещё и собирался встать на её сторону при обсуждении наказания. После всего случившегося единственным, что он ей дал, была доброта.

— Ты в самом деле... особенный, — почти шёпотом сказала Вельзевул. Всё, что он мог сделать... всё, что когда-либо мог сделать... улыбнуться.

— Только для моих демонов.

С этими словами он вышел из комнаты Вельзевул и мягко прикрыл дверь, затем спустился по двум лестничным пролётам. Хелтейкер обнаружил, что остальная семья уже вошла на кухню и расселась в гостиной. Малина заняла своё привычное место и уже начинала засыпать на своём троне.

— Ну вот какого хрена это лучшее кресло, в котором я когда-либо сидела? — вслух спросил Угрюмый Демон, принимая привычную позу со скрещёнными ногами. Младшая из сестёр довольно вздохнула и откинулась в продавленный под форму её тела мягкий угол кресла.

Джастис, Джаджмент, Азазель, Модеус и Пандемоника сидели на большом диване. Люцифер и Здрада устроились на раскладном диване, обе уже подняли ноги. Королева Ада скинула чёрные туфли на высоких каблуках — каблуки эти были особенно острыми.

— А-а-а-ах, — выдохнула Директор, вытягивая ноги. — Как же хорошо дома, — она ухмыльнулась Хелтейкеру. Здрада уже выкурила половину пачки «Мальборо Голд», и каждый её вдох тонул в дыму.

Крупный мужчина подошёл к большому дивану:

— Подвиньтесь, — Азазель и Модеус освободили немного места. Хелтейкер протиснулся между ними и положил руки на спинку дивана. Одна Цербер запрыгнула ему на колени и устроилась там, довольная своим местом, свернувшись для сна. Мужчина опустил левую руку и начал её гладить.

— Ну что ж, — вздохнул мужчина. — Давайте покончим с этим.

* * *

— В последний раз повторяю: мы не отправим её обратно в Бездну! — уставший Хелтейкер уже всю ночь пытался донести эту мысль до остальных, продолжая гладить спящую Цербер. К счастью, эта одна Цербер помогала ему немного снять напряжение во время жаркого спора: огромная ладонь мужчины приглаживала её белые волосы назад и почесывала собачьи ушки.

— А почему нет?! — огрызнулась Джаджмент. — Если она останется здесь ещё хоть немного, я-я-я ЕЁ УБЬЮ! — Высший Прокурор всё сильнее распалялась по ходу спора.

— Ты вообще была там, Джаджмент?! — рявкнул Хелтейкер в ответ. — Была?!

Серокожая демонесса замолчала... Высший Прокурор не нашлась что сказать: весь настоящий ужас Бездны она не переживала.

— Нет, не была... так и думал. Кто-нибудь из вас, кроме Джастис, вообще там был? — спросил мужчина у всей группы. Дьяволица прикусила язык, потому что сама видела разложение Бездны, однажды она заглянула внутрь. Люцифер решила позволить своему рабу договорить... в кои-то веки...

Снова повисла тишина...

Дальше он заговорил мягче:

— Это самое худшее место, какое только можно представить. Если бы не её сообразительность, я бы погиб, — комнату снова заполнила неловкая затянувшаяся тишина. — Я прошу вас... она должна понести наказание... но не такое, — взмолился Хелтейкер перед судьями, присяжными и палачами.

— Без неё я бы не смог снова попасть в Ад. Она помогла мне найти всё необходимое, — это напомнило ему, что нужно разыскать те артефакты... в чужих руках они казались опасными. Кроме того, им нужно было придумать план на случай, если их когда-нибудь снова разлучат. — Она, едрить её налево, сама создала портал! Её рук дело! — демонессы начинали понемногу смягчаться.

— Прости, чувак, но я просто не могу простить то, что она всё это спланировала, — Джастис по-прежнему носила относительно новые чёрно-золотые солнцезащитные очки, купленные ими в торговом центре.

— Знаю, — в этом Хелтейкер защитить Вельзевул не мог и даже отчасти соглашался.

Смертный посмотрел на Цербер, свернувшуюся калачиком у него на коленях и всё глубже погружавшуюся в сон. Он продолжил гладить её, мягко проводя рукой по белым волосам спереди назад.

— Я могу выступать в её защиту, но в конечном счёте решать вам, — он по очереди посмотрел на каждую. Все погрузились в размышления. Подбирали подходящее наказание. Снова последовала долгая тишина.

— Я голосую за то, чтобы сделать её нашей рабыней, — Здрада потянулась уже за восьмой сигаретой за последние десять минут. Все посмотрели на неё: кто-то согласно кивнул, кто-то уставился в недоумении. — Что?! — Демону Сучке стало неуютно от такого количества взглядов.

— Она сможет делать всю работу по дому! — улыбнулась Модеус.

«Невинность — благо», — подумал он.

— Она может варить мне кофе, и я наконец вернусь к ломанию пальцев! — Садистский Демон ухмыльнулась, глядя на него. Её рога уже выросли вдвое относительно обычного размера, а сама демонесса допивала вторую кружку. — Хотя ломать твои пальчики мне тоже понравилось, дорогой.

— Я вообще-то думала скорее заковать ей лодыжки, раздеть догола и заставить выполнять все наши приказы, — Здрада выдыхала дым с каждым словом.

— А мне нравится! — Люцифер посмотрела налево и согласно кивнула Демону Сучке. Обе ухмылялись, пока их головы постепенно наполнялись идеями. — Пороть её, если будет плохо себя вести. Унижение и оскорбление в чистейшем виде, — добавила Люцифер, и Джаджмент мгновенно оживилась.

— Ну наконец-то! Предоставьте это мне! — серокожая демонесса тоже ухмыльнулась и изобразила правой рукой удар белой цепью. Похоже, демонессы пришли к соглашению.

— А ты как думаешь, Аз? — мужчина повернулся направо, пока остальные продолжали спорить между собой. Он уже заметил, что Любопытный Ангел выглядит очень уставшей.

— П-просто заставить её пообещать, что она больше так не будет? — невинно ответила ангел, и Хелтейкер тихо рассмеялся.

— Если бы всё было так просто, Аз... Ладно, тогда решено, — теперь человек обратился ко всему гарему. — Это не лучший вариант, но по крайней мере тот, с которым мы все можем согласиться.

«Прости, Виль.»

— Пороть можете, но только не раздевайте догола, пожалуйста. Хоть немножко приличий держитесь.

Все молча и без возражений согласились...

Хелтейкер разбудил спящую Цербер и поднялся, направляясь на кухню за водой. По пути его слегка повело, и ему пришлось ухватиться за столешницу.

Сколько они уже тут? Хотя мужчина три дня отдыхал, он всё равно чувствовал себя измотанным, а ещё голодным, обезвоженным и тошнотворно слабым. Человек выпрямился, его правая рука слегка дрожала.

Хелтейкер достал из шкафа большой стакан, наполнил его прохладной водой из-под крана до краёв и начал пить длинными медленными глотками. На его руку легла маленькая ладонь.

— Ты в порядке, дорогой? — это была Люцифер, всматривавшаяся в его уставшие глаза.

— Ага... п-просто устал. И спина убивает. Кто бы мог подумать, что каменная кровать — не лучшее место для сна? — мужчина пытался скрыть изнеможение. — Мне всё равно ещё нужно подняться и рассказать Виль, что мы решили, — он начал поворачиваться к лестнице, его движения были вялыми, но Люцифер снова схватила его за руку.

— Эм-м, нет... иди в кровать. Я сама ей всё расскажу, — Дьяволица не собиралась принимать отказ.

Мужчина замер, глядя ей в лицо.

— Т-ты уверена? — он ведь не подвергает Вельзевул опасности? — П-пообещай, что ты не...

— Обещаю не убивать её... пока что... — Люцифер одарила Хелтейкера яркой искренней улыбкой. Она говорила серьёзно.

— Э-э... ладно, — мужчина схватился за переносицу, затем потёр глаза. Усталость наконец побеждала его. — Вообще-то кровать сейчас звучит очень заманчиво, — на его лице появилась улыбка точь-в-точь как у Пандемоники.

— Хорошо, я через минуту присоединюсь, — ухмыльнулась Директор.

— Кажется, я мог бы проспать целую неделю, — на него накатывала тяжёлая сонливость.

— Тогда так и сделаем, — Дьяволица отвернулась и начала подниматься на третий этаж.

Хелтейкер вздохнул, допил воду, вернулся в гостиную, запер двери и пожелал всем демонессам спокойной ночи, погладив каждую по голове, после чего поплёлся вверх по деревянной лестнице. Несколько из них поднялись вместе с ним, ещё раз пожелали спокойной ночи и разошлись по своим комнатам.

Смертный, пошатываясь, вошёл в комнату Люцифер и закрыл за собой дверь. Порванные пиджак и брюки он бросил в угол, завтра выбросит их в мусор.

Да и какая разница, запасных у него хватало. Раненый солдат осторожно снял красную рубашку. На его теле всё ещё оставались повязки в разных местах: одна большая на боку, несколько вдоль спины, проколы на бицепсе. Хелтейкер посмотрел на себя в зеркало... ну и видок у него был.

Мужчина повесил свою красную рубашку на ручку шкафа и решил сегодня спать голым, стянув ещё и трусы. «Вот он, запах победы», — пошутил разум, пока мерзкие боксёры летели в корзину для белья.

Хелтейкер зашёл в примыкающую ванную и начал снимать некоторые повязки, под которыми, как он был уверен, всё уже зажило. Пропитавшуюся багровым ткань он убирал как можно осторожнее, стараясь не морщиться. Почти все повязки он решил пока оставить. В этот момент дверь спальни открылась, а он как раз медленно и аккуратно разматывал бинт вокруг ладони.

— Э-эй... разве тебе не сказали их не снимать? — из спальни донёсся голос Люцифер. Мужчина не обернулся к дверному проёму, лишь услышал, как дверь открылась, закрылась и затем щёлкнул замок. Следом послышался звук падающей на пол одежды.

— Ага, ну... пошли они нахуй, — просто ответил мужчина. — А-а! — липкая повязка при снятии выдрала несколько волосков. — Как Виль всё восприняла? — Хелтейкер продолжал снимать бинты, не отрываясь от занятия.

— Примерно этого и ожидала. Я добавила несколько угроз, и после этого она восприняла всё... лучше, — даже из ванной человек слышал садистские нотки в голосе Дьяволицы.

— Лучше не буду спрашивать, — решил он.

Теперь Хелтейкер снял всю багровую ткань, которую счёл возможным убрать, и разглядывал большой свежий шрам на правой ладони, поражаясь тому, как быстро тот успел сформироваться. Мужчина долго смотрел на него. Откуда он вообще взялся? А... те обломки, когда его швырнуло через зал. Джастис рассказывала, что, когда Здрада и Малина изгнали Мантуса, ударная волна разнесла деревянный стол Люцифер в щепки, причём обломки были, цитата: «Размером с мою руку!» — Джастис тогда вытянула свб правую руку, показывая.

«И правда так быстро зажило? Ну, ещё один боевой шрам, наверное...» — отметил здравомыслящий уголок его разума. В ванную вошла обнажённая Люцифер. Старшая демонесса подошла к нему и посмотрела, что привлекло внимание мужчины.

— Некоторые раны никогда не заживают, — Дьяволица положила ладонь на его покрытую шрамом руку. Этот след остался после того, как большая деревянная щепка от стола Директора пронеслась вдоль еголадони, чудом не вонзившись внутрь. Мужчина даже не заметил эту рану, когда опирался всем весом на Джаджмент, хотя крови у него тогда обильно лилось на пол.

Что бы этот обломок сделал с его лицом, пройди он чуть выше?

— Это напоминание. Я не хочу, чтобы он исчез полностью, — человек поднял взгляд на свою Дьяволицу. Чёрную корону она оставила в спальне, и теперь её прекрасные белые волосы беспорядочно струились по голове, лишившись опоры привычной причёски. Его взгляд был полностью прикован к её лицу, хотя обычно задерживался совсем в других местах.

Они оба выглядели одинаково измотанными.

Она поцеловала его ладонь, затем положила руки ему на бёдра.

— Я много думала о нашем свидании... пока тебя не было, — тихо прошептала она. — О том, что сказала... и что должна была сказать.

Каким-то образом он всегда знал. Знал, что именно она сейчас произнесёт.

Он знал, что она уже давно испытывает это чувство, а разлука лишь усилила сожаление от того, что они так и не смогли сказать друг другу. Знал, потому что чувствовал абсолютно то же самое...

— Я люблю тебя...

— Я тоже тебя люблю, — прошептал он в ответ.