Жасмин и Роза (джен)

Глава 16. Нападение

Утро выдалось ленивым и непривычно тихим. Солнечный свет упрямо пробивался сквозь узкое окно, слепя спящего Мориса. Вилли проснулся уже давно — тяжелые мысли упрямым роем кружились в голове, не позволяя сомкнуть глаз. Сегодня в Братстве объявили долгожданный день отдыха, и Морис еще с вечера со всей графской серьезностью предупредил: если Вилли посмеет его разбудить, он лично выкрутит ему уши собственными руками.

Когда яркий луч упал на лицо Мориса, юный граф смешно сморщил нос и громко чихнул. Вилли, сидевший за столом, тихо хмыкнул. Он поднялся и бесшумно задернул тяжелые шторы, погружая комнату в мягкий полумрак. Взглянув на кровать друга, блондин улыбнулся — ласково и как-то совсем по-доброму. Морис с головой закопался в шелковое одеяло, так что наружу торчал только самый кончик аккуратного носа.

Вилли на цыпочках подошел к постели и осторожно потянул одеяло вниз, приоткрывая лицо парня.

— Задохнешься же… — едва слышно прошептал он, поправляя складки. — Либо от жары сваришься. А ведь ты мне еще нужен, графёныш.

После вчерашних тяжелых событий и визита Владыки Рая Морис был истощен эмоционально и физически. Вилли прекрасно это понимал и ни за что на свете не посмел бы потревожить покой своего лучшего друга.

В итоге Морис проспал почти до самого обеда. Когда он наконец сел на постели, комната уже залилась полуденным теплом. Юный граф сонно потирал кулаками глаза, его длинные каштановые волосы были жутко растрепаны, а хвост совсем съехал набок.

Вилли тут же оказался рядом.

— Графёныш, не три глаза, — мягко перехватил он его за запястье.

— М-м-м… — сонно и недовольно протянул Морис, даже не пытаясь отнять руку.

— Карден, может, причешешься? А то похож на домового, — хмыкнул блондин.

— Причеши… — буркнул Морис, роняя голову обратно на подушку.

Вилли воспринял это как прямой призыв к действию. Избалованный графский сынок явно привык к заботе, но Вилли делал это не из чувства долга, а просто потому, что ему хотелось быть нужным. Он взял гребень и с максимальной аккуратностью, на какую только был способен, принялся распутывать мягкие каштановые пряди. Пальцы Вилли действовали бережно, стараясь не причинить боли.

— Брат, чем хочешь сегодня заняться? — с легкой улыбкой спросил Вилли, собирая волосы Мориса в аккуратный низкий хвост. — Я бы предложил сбежать в наш подвал. Ну смотри: посидим в полумраке, истории порассказываем, свечи зажжем, книжки по ролям почитаем. Ты же обожаешь такие вечера!

Морис чуть повернул голову и слабо, но искренне улыбнулся:

— Вилли… Да, давай.

Они пробрались в заброшенную часть подземного архива незамеченными. Весь день пролетел как одно мгновение. В сыроватом, пахнущем вековой пылью подвале было безопасно и спокойно. Они зажгли несколько толстых свечей, чей воск лениво капал на каменный пол. Вилли с присущим ему актерским талантом читал древние хроники, меняя голоса и корча смешные гримасы, отчего Морис то и дело тихо, смущенно хихикал. Они делились глупыми тайнами, пьянея от этого редкого чувства свободы, и казалось, что весь остальной мир с его строгими правилами, профессором Клоудедом и угрозами Владыки остался где-то далеко.

Но покой оборвался внезапно.

Сверху, со стороны главного двора Братства, донесся оглушительный грохот, от которого в подвале задрожали каменные своды. Книги со свистом посыпались с полок. В следующую секунду тишину разорвали отчетливые, пугающие звуки битвы: звон на полной скорости скрестившихся клинков, взрывы заклинаний и яростные крики.

— Выходим! Давайте, шевелитесь быстрее! Оружие в руки! — разнесся по коридорам эхом дикий, панический вой старейшин Братства.

По звукам не оставалось сомнений: на обитель Юных Богов напали. Напали жестоко и неожиданно.

У Мориса перехватило дыхание. В один миг перед глазами вспыхнули воспоминания из прошлого — горящий семейный особняк, крики погибающих родных, удушливый дым и охвативший все вокруг огонь. Прошлое безжалостно настигло его в Раю. На мгновение Морису показалось, что стены подвала охвачены пламенем. Сердце забилось в бешеном, рваном ритме, грудную клетку сдавило так, что он не мог сделать ни вдоха. Губы задрожали, лицо мгновенно побледнело, а пальцы судорожно вцепились в собственную белую одежду. Началась сильная паническая атака.

— Морис! Морис, посмотри на меня! — Вилли мгновенно оказался перед ним. У самого блондина внутри все похолодело от страха — янтарные глаза испуганно расширились, но он понимал, что сейчас обязан быть сильным ради друга.

Вилли схватил холодные, дрожащие ладони Мориса и крепко прижал к своей груди, заставляя почувствовать стук своего сердца.

— Дыши, графёныш, слышишь? Дыши вместе со мной. Вдох… выдох. Я здесь, я с тобой, — быстро, но старательно выравнивая голос, зашептал Вилли, заглядывая в стеклянные от ужаса глаза Кардена. — Никто сюда не зайдет, я не позволю. Слышишь меня? Морис!

Сверху раздался еще один мощный удар, и со потолка посыпалась каменная крошка. Звуки сражения стремительно приближались к переходам архива. Братство Юных Богов погружалось в кровавый хаос, и ребятам нужно было принимать решение — прятаться здесь до конца или пробиваться наверх, навстречу неизвестной опасности.

Сверху раздался еще один оглушительный взрыв, и на этот раз старая деревянная дверь, ведущая в архив, с треском разлетелась на щепки. Из темного коридора повеяло удушливым запахом серы, горелой плоти и леденящей душу темной магии.

На Братство напали демоны.

Они действовали безжалостно, сметая на своем пути неопытных послушников. Но пришли они сюда не ради случайной резни. Сквозь грохот битвы до подвала донеслись хриплые, торжествующие голоса нападавших:

— Ищите мальчишку! Нам нужен сын Владыки! За Вилли Рай отдаст любые сокровища, этот сопляк — наш билет к безграничной власти! Владыка заплатит огромный выкуп!

Вилли замер. Земля ушла у него из-под ног, а сердце пропустило удар. Его янтарные глаза испуганно расширились. Значит, вся эта кровь, этот кошмар на улице — из-за него? Демоны прознали, чьей кровью он обладает. Они пришли забрать его, чтобы шантажировать самого правителя Небес.

— Вилли… — сквозь панический туман Морис услышал эти слова. Ужас за собственную жизнь в его глазах сменился диким, отчаянным страхом за друга. Граф судорожно схватил Вилли за воротник рубашки, его пальцы дрожали. — Нет… они пришли за тобой… Вилли, беги!

Но бежать было уже поздно. Тяжелые, подкованные металлом шаги зазвучали прямо у лестницы, ведущей в их убежище. В проеме подвала показался огромный силуэт рогатого демона-ищейки. Его багровые глаза вспыхнули в полумраке, заметив две фигуры у свечи.

— Нашел! — взревел монстр, обнажая клыки и поднимая тяжелую зазубренную секиру. — Сын Владыки здесь!

Паника Мориса в одно мгновение переросла в ярость. Древний инстинкт аристократа и верного друга вытеснил личный страх. Юный граф резко поднялся, заслоняя Вилли собой. Его каштановые, только что аккуратно причесанные волосы растрепались, а в глазах зажегся опасный огонь. Направленная на защиту близкого магия вспыхнула сама собой: вокруг Мориса закружились острые, как бритва, ледяные осколки.

— Не смей… касаться его! — выплюнул Морис, и с его пальцев сорвался мощный поток ледяной стужи, на секунду ослепивший врага.

Вилли, быстро преодолев шок, выхватил свое оружие.

Ледяные осколки Мориса с тихим звоном разбивались о тяжелую броню демона, оставляя лишь мелкие царапины. Тварь лишь презрительно расхохоталась, взмахнув массивной секирой. Удар был такой силы, что воздушная волна сбила ребят с ног. Книжные полки с грохотом обрушились, окончательно отрезая путь к спасению.

Вилли попытался призвать скрытую в нем силу — внутри него отчаянно забилась светлая магия Владыки, но паника и неопытность сковали тело. Пальцы едва успели искрой зажечь свет, как тяжелый кованый сапог демона наступил ему на запястье, заставив вскрикнуть от боли.

— Вилли! — Морис рванулся вперед, наплевав на собственную безопасность. Он собирался сотворить еще одно заклинание, но из тени подвала бесшумно соткался второй нападающий. Похожая на хлыст темная плеть обвила шею юного графа, перекрывая кислород и впечатывая его спиной в каменную стену.

— Оставьте его! Пожалуйста, не трогайте его! — со слезами на глазах закричал Вилли, отчаянно барахтаясь под весом огромного монстра. — Я пойду с вами! Я сделаю все, что хотите, только не убивайте его!

Огромный демон-ищейка грубо схватил Вилли за шкирку, поднимая в воздух, словно тряпичную куклу. Блондин дергался, пытаясь дотянуться до друга, но удар под дых заставил его согнуться пополам и замолчать.

Второй демон, удерживающий Мориса, брезгливо окинул задыхающегося парня взглядом.

— Добить графеныша? — хрипло спросил он у вожака.

— Не трать время. За него нам никто не заплатит, а Владыка Рая, если узнает, что мы вырезали детей аристократов ради забавы, объявит нам тотальную войну раньше, чем мы успеем передать записку о выкупе. Выруби его и уходим, портал закрывается!

Морис, цепляясь пальцами за ускользающее сознание, сквозь пелену слез видел, как Вилли связывают тяжелыми антимагическими цепями. Блондин уже не сопротивлялся — он лишь неотрывно смотрел на Мориса умоляющим, полным боли и страха взглядом, беззвучно шевеля губами: «Живи».

В следующую секунду демон наотмашь ударил Мориса рукоятью меча по голове. В глазах юного графа мгновенно потемнело. Боль вспыхнула и тут же погасла, уступая место глухой, спасительной пустоте. Последнее, что он запомнил перед тем, как окончательно потерять сознание, — это удушливый запах серы и отдаленный, полный отчаяния крик Вилли, которого утаскивали вглубь открывающегося темного портала.

* * *

Прошло несколько часов. Звуки битвы наверху давно утихли, оставив после себя лишь звенящую, мертвую тишину разрушенного Братства.

Морис застонал и медленно открыл глаза. Голова раскалывалась от дикой боли, а во рту стоял стойкий привкус крови. В подвале было темно — свечи давно догорели. Он лежал на холодном полу среди обломков мебели и разорванных книг.

В памяти мгновенно вспыхнули события прошлых минут. Одеяло, утренний хвост, смех… и демоны.

— Вилли… — хрипло, едва слышно позвал Морис, приподнимаясь на локтях. От резкого движения комната поплыла перед глазами. Он обернулся, отчаянно надеясь увидеть друга рядом, но подвал был пуст.

Вилли забрали. Его единственного друга, человека, который только сегодня утром бережно расчесывал его волосы и обещал защиту, утащили в самую бездну Преисподней. Морис остался один.

Каменный пол подвала казался ледяным, но этот холод не шёл ни в какое сравнение с той мертвенной стужей, что сковала грудь Мориса изнутри. Он сидел среди обломков мебели и разорванных, испачканных копотью страниц. В ушах всё ещё звенел эхо-сигнал — отчаянный, полный боли и страха крик Вилли, которого утаскивали в бездну.

Морис коснулся пальцами виска. Нащупал липкую, уже подсохшую кровь. Взгляд его упал на гребень, которым Вилли всего несколько часов назад так бережно, со всей возможной аккуратностью распутывал его каштановые волосы. Безделушка валялась в пыли, перебитая пополам кованым сапогом демона.

В этот момент внутри Мориса что-то окончательно, с сухим треском сломалось. Паника, которая годами душила его, заставляя бледнеть при каждом шорохе и прятаться за чужие спины, бесследно испарилась. Её выжгло. До самого основания. На её месте заклокотала первобытная, леденящая кровь ярость. Они забрали его единственного друга. Человека, который разглядел в капризном «графёныше» живую душу. Единственного, кто согревал его одиночество.

Юный граф поднялся. Его шатало, но взгляд, прежде робкий и растерянный, стал острым и твёрдым, как обломок зеркала.

Когда Морис осторожно выбрался из подвала, он ожидал увидеть руины, но само здание Братства устояло. Защитные барьеры выдержали основную атаку. Однако вокруг царила нездоровая, пугающая суета. Повсюду вспыхивали яркие порталы эвакуации, в которые старейшины силой и наспех заталкивали напуганных, плачущих учеников. Братство спешно вывозили в безопасные лагеря. Все были слишком заняты спасением выживших и укреплением уцелевших стен, чтобы заметить Мориса, тихо скользнувшего в тень коридоров.

Морис понимал: если он сейчас покажется на глаза учителям, его тут же эвакуируют вместе со всеми. Владыка Рая, несомненно, узнает о похищении сына, соберёт армию, начнутся долгие советы, политические дебаты, взвешивание рисков и бесконечные переговоры о выкупе.

Но у Мориса не было времени ждать, пока сильные мира сего разыграют свою дипломатическую партию. Каждый час промедления приближал Вилли к гибели или пыткам.

Он незаметно пробрался в свою комнату, которую ещё не успели проверить кураторы. Сбросив испачканную в крови светлую одежду Братства, Морис облачился в строгий, тёмный дорожный костюм, плотно затянув кожаные ремни. Хвост, который так старательно завязывал Вилли, растрепался — Морис резким движением перевязал волосы шёлковой лентой, убирая пряди от лица. Теперь он выглядел не как изнеженный аристократ, а как карающий клинок, готовый к бою.

Из тайника в стене он достал старинный фамильный гримуар рода Карден и узкий, изящный стилет из тёмного серебра, способный резать плоть тварей бездны.

Магия Мориса, всегда бывшая оборонительной, хрупкой и ледяной, под воздействием колоссального гнева начала мутировать. Когда он коснулся страниц гримуара, воздух в комнате упал до минусовой температуры. На стенах заискрился иней. Ледяные осколки, которые раньше служили ему лишь щитом, теперь звенели от заложенной в них разрушительной силы. Он заставит этот лед прорасти в сердцах каждого, кто посмел коснуться Вилли.

Выскользнув из окна комнаты, Морис миновал посты эвакуации и побежал туда, где в увядшей траве за пределами барьера всё ещё тлел удушливый, серный след от демонического портала. Воздух здесь дрожал, оставляя едва заметную рябь в пространстве. Обычный маг ничего бы не заметил, но Морис, ведомый чистой ненавистью и отчаянием, буквально видел тёмную нить, тянущуюся в бездну.

Он опустился на одно колено, прижал ладонь к сожжённой земле. Его пальцы мгновенно покрылись ледяной коркой, заставляя остатки демонической скверны заиндеветь и проявиться чётче.

— Ты думал, что я слаб? — тихо, едва слышно прошептал Морис в пустоту, и в его голосе не было прежней мягкости — один лишь скрежет замерзающей стали. — Вы думали, что я просто испуганный мальчишка, которого можно вычеркнуть из уравнения?

Он резко сжал кулак, и земля под его ладонью с треском раскололась от направленного магического удара, насильно разрывая ткань пространства в том месте, где демоны закрыли проход. Тёмная щель портала неохотно, брызжа чёрными искрами, начала открываться вновь, повинуясь его воле. Из прорехи потянуло могильным холодом и криками истязаемых душ, но Морис даже не моргнул.

— Я приду за каждым из вас, — Морис поднялся, обнажая стилет, вокруг лезвия которого закружился вихрь из смертоносных, острых как бритва ледяных игл. — Я пройду сквозь весь ваш ад. И если я найду на Вилли хотя бы одну новую царапину… я превращу вашу Преисподнюю в вечное, замёрзшее кладбище.

Не оборачиваясь назад на опустевшее Братство, Морис Карден сделал твёрдый шаг вперёд и растворился в антрацитовой темноте портала. Мягкий, пугливый графёныш умер в том подвале. В Преисподнюю спускался безжалостный палач.