Эхо хищника (гет)

Адель коснулась его плеча. Тепло её ладони обожгло кожу Лиама, вырывая из состояния звериного транса окончательно. Он вздрогнул всем телом, инстинктивно дернувшись от прикосновения, но не отстранился.

— Лиам... — голос девушки прозвучал тихо, но удивительно ровно для той, кто только что лежала под разъяренным Альфой. Она чуть сжала пальцы на его плече, заставляя поднять взгляд с медведя на неё. — Посмотри на меня. Нам нужно всем успокоиться. Прямо сейчас.

Лиам медленно перевел желтые, всё еще полузвериные глаза на её лицо. Синие озера смотрели на него без страха. Только усталость и странная, упрямая решимость. Это сработало лучше любого приказа. Лев внутри недовольно заворочался, успокаиваясь, признавая правоту самки.

Ричард, стоявший в боевой стойке посреди комнаты, шумно выдохнул через нос. Огромный гризли начал втягивать шерсть обратно под кожу, трансформация пошла вспять, обнажая напряженные человеческие мышцы. Медведь контролировал каждое движение, боясь даже скрипнуть паркетом, чтобы не спровоцировать очередную вспышку друга.

Выпрямившись во весь свой исполинский рост, Ричард обвел взглядом картину: напряженный Лиам, сидящий на полу у ножки стола, и Адель, пытающаяся его удержать.

Медведь хмыкнул. Звук получился низким, вибрирующим, в котором смешались шок и нервное веселье.

— Никогда бы не подумал, что скажу это, — протянул он, стараясь держать тон максимально нейтральным и спокойным, — но я согласен с ведьмочкой. Вы оба выглядите так, будто вас пропустили через мясорубку. Может, хватит изображать брачные игры диких кошек?

Лиам глухо зарычал в ответ на слово «ведьма», губы дрогнули, обнажая кончики клыков, которые всё ещё отказывались до конца уменьшаться. Но Ричард был готов. Он сделал четкий, плавный полушаг назад, поднимая открытые ладони на уровень груди.

— Остынь, котик, — примирительно прогудел медведь. — Я понял. Всё понял. Не трону я твою синеглазую проблему. Просто дай мне убедиться, что ты не собираешься снова прыгать по мебели.

Адель воспользовалась заминкой. Пока Лиам отвлекся на старого друга, она мягко, но настойчиво потянула его за руку вниз, пытаясь заставить опустить плечо и развернуться к ней.

Лиам поддался. Инстинкты требовали следить за угрозой (медведем), но человеческий разум понимал логику Ричи. Он позволил ей повернуть себя. Развернулся на коленях, впечатывая девушку в своё тело одним резким движением. Одной рукой он жестко зафиксировал её затылок, прижимая лицом к своей ключице, второй обвил талию, словно стальным корсетом. Втянул воздух над её ухом глубоко, жадно. Запах снега, металла и лаванды ударил в голову пьянящей волной. Цела.

— Хм-хм, — раздалось со стороны дивана.

Лиам напрягся как струна, плечи снова пошли вверх, готовые закрыть собой добычу. Желтые искры вновь мелькнули в глазах, когда он покосился на Ричарда.

Но рассудок уже брал верх над первобытными инстинктами. Связи уже стабилизировались: запах медведя больше не воспринимался как прямая угроза жизни пары, а скорее как раздражающий фактор. Лиам с трудом разжал челюсти, сквозь сжатые зубы выдавливая слова:

— Не дергайся... Рич.

Медведь замер на полушаге. Увидев, что друг постепенно приходит в себя, что пена ярости уходит из взгляда, возвращая ему осмысленность, Ричард позволил себе наконец-то полноценно расслабиться. Мышцы спины опустились, когти полностью втянулись. Он тяжело оперся бедром о край кресла, скрестив руки на широкой груди.

— Ну наконец-то, — пробасил он, наблюдая, как пара сидит на полу. — А то я уж думал, придется вызывать экзорциста или намордник заказывать.

Он обошел их по широкой дуге, направляясь к барной стойке, подальше от эпицентра эмоций. Достав тяжелый хрустальный стакан, он нарочито громко звякнул льдом.

— И вообще, это не я тут только что чуть не одичал, — ворчливо добавил медведь, щедро плеснув себе. — Так что претензии оставь при себе.

Лиам тяжело выдохнул. Напряжение, державшее его тело стальным тросом последние полчаса, начало медленно отпускать плечи. Он всё ещё чувствовал пульсацию зверя под кожей — Лев был недоволен тем, что добычу пришлось выпустить из когтей так быстро, но разум уже перехватил управление.

Он чуть ослабил хватку на талии Адель. Девушка пошевелилась в его руках, и Лиам окончательно разжал объятия, позволяя ей отстраниться ровно настолько, чтобы она могла дышать.

— Сядь, — хрипло бросил он ей, кивком указывая на диван.

Адель не стала спорить. Она молча скользнула на кожаную обивку, подтянув ноги и плотнее запахнув полы домашней кофты. Она выглядела крошечной и бледной, но взгляд её больше не выражал паники перед хищником. Теперь там была только бесконечная, всепонимающая усталость. Она смотрела на него, ожидая продолжения бури или... чего-то другого.

Лиам перевел тяжелый взгляд на друга. Ричард стоял у бара со стаканом в руке, невозмутимо цедя янтарную жидкость и наблюдая за ними с видом антрополога, изучающего редкий вид приматов.

Медведь сделал глоток и снова заворчал, качая головой:

— Какой же ты идиот. Я всего лишь хотел проведать друга, думал, может, ему жрать нечего в берлоге после вчерашнего скандала. А этот кретин откопал церковную ведьму, притащил её домой и даже не потрудился предупредить меня по комму! Ты хоть представляешь, как я охренел, когда учуял эту гниль в твоей прихожей?

Лиам смотрел на Ричарда исподлобья. Желтые глаза постепенно тускнели, возвращая себе более человеческий оттенок. Извиняться? Перед медведем, который вломился без спроса и едва не спровоцировал бойню?

Лев внутри глухо рыкнул от такого предложения.

Лиам прикрыл глаза ладонью, растирая переносицу.

— Я не собираюсь извиняться, Ричи, — устало произнес он. Голос звучал мертво, лишенный привычной силы.

Ричард хмыкнул, салютуя ему стаканом.

— Конечно нет. У тебя для этого слишком много юной гордости, котенок. Но будь любезен, объясни мне одну вещь... — Медведь подошел ближе, но остановился на безопасном расстоянии, принюхиваясь. Его лицо скривилось в искреннем недоумении. — Как ты выносишь эту вонь? Меня сейчас просто выворачивает наизнанку, а ты сидишь рядом с ней, дышишь этим и даже... ну, кайфуешь?

Вопрос прозвучал беззлобно, чисто по-медвежьи прямолинейно и искренне. Это было профессиональное любопытство следопыта, помноженное на дружеское беспокойство. Зверь внутри Лиама всё еще порыкивал на вторжение в личное пространство, но поводок теперь держали крепко. Контроль вернулся полностью.

Потому Лиам позволил себе чуть насмешливо приподнять уголки губ. Горькая усмешка исказила его лицо.

— Ты привыкнешь, — спокойно ответил он, глядя другу прямо в глаза.

Ричард поперхнулся напитком и закашлялся, разбрызгав пару капель на пол.

— Нет уж, спасибо, — прохрипел он, вытирая подбородок тыльной стороной ладони. — Мне хватило. Так, — медведь поставил стакан на столик с громким стуком, пытаясь свернуть разговор в рабочее русло. — Мне кто-нибудь объяснит, что, черт возьми, у вас тут происходит?