Тельсoн (джен)

Образ девушки растворяется в болотистом озере, а над ней расцветают кувшинки. Её красота жертвенна, чиста и невинна. Но она больше не борется за собственную жизнь.

Между строк тихо шепчет голос уныния, говорящий, что фундамент рода неисправим.

Он прав.

Прошлое неизменно, но холодное принятие этой константы — первый шаг к исцелению.

Разбитые сердца не заживают,

Они осколками врастают в плоть,

Как яд воспоминания отправляют,

От них лекарства в вену не вколоть,

Не выпить, не припудрить нос

И не наполнить грудь целебным дымом,

Осколки превращаются в невроз,

Незримый враг непобедимый.

Невольно тянется рука к ножу,

Невольно тянется душа к душе,

Изнанкой выверну, всё расскажу,

Но неизменна тяжесть в тишине.

От шрамов времени нет терапии,

Ведь что посеешь смолоду, то и пожнёшь,

Из модных вариантов летаргии

Уж лучше выбрать правду, а не ложь.