Формула от смерти (джен)

Меня снова будит стук в дверь. Разлепляю веки. Я в комнате, в которой спал первую ночь в этом Мире. Видимо, меня перенесли. Как они... или он это сделал настолько незаметно для меня? Даже представлять не хочется.

Он мне что-то подсыпал в бульон? Долбанный колдун-извращенец!

Комнату тускло освещают две свечи на огромной люстре. Полумрак совсем не настраивает на подъем. Встряхиваю головой, чтобы отогнать сон, но не особо получается. Все еще в полусонном состоянии выбираюсь из кровати, подхожу к двери и распахиваю ее. Там никого нет.

Но я точно слышал, как кто-то стучался.

Выглядываю в коридор, но никого не вижу.

Странно. Может мне это приснилось?

Закрываю дверь, оборачиваюсь и от неожиданности подскакиваю на месте. В нескольких шагах от меня стоит Вальнар, пристально смотрит на меня.

— Как спалось? — его голос ничего не выражает, но глаза продолжают меня сканировать.

Зачем так пугать?

— Нормально.

По спине пробегают мурашки, невольно ежусь. Он усмехается и отводит взгляд, принимаясь разглядывать комнату.

До сих пор не вериться, что он колдун. В фильмах они совсем другие — в мантиях до пола, шляпах и с длинными бородами до пупа. Но Вальнар выглядит как обычный мужчина. Лицо выбрито, а одет он, практически, так же, как и я, только на ногах кроссовки.

— Глупо носить такую неудобную одежду ради имиджа. В мантии жарко, она будет путаться под ногами. А за бородой нужен уход, а у меня нет времени, — спокойно отвечает на мои мысли, словно я его вживую спросил.

Это раздражает. Чего он заходит в мою голову, как в свой дом?!

— Может, хватит читать мои мысли!

Он никак не реагирует, продолжает разглядывать комнату. Подходит к шторе на всю стену, сдвигает ее влево и открывает небольшое, практически вжавшееся в угол окно, с куском черного неба и леса за ним. Справа от него, зеркало во весь рост в деревянной толстой раме. Как только колдун отпускает штору, на люстре сами по себе по очереди загораются свечи.

— Скоро ужин. Я за тобой зайду, — бросает Вальнар и кладет на кровать, неизвестно откуда взявшиеся, кроссовки и носки. Исчезает.

Похоже, устроил мне представление, чтобы я точно убедился, что он колдун. Ладно, верю. Получается, он может не только мысли читать, но и телепортироваться. И зажигать свечи силой мысли. Что еще он может? А если я наследник, то тоже этому научусь?

Обуваюсь и подхожу к зеркалу.

Из него на меня смотрит Вальнар — его молодая и более лохматая версия с короткими волосами. То, что мы одинаково одеты, делает нас еще больше похожими, только в ухе у меня нет серьги.

По позвоночнику пробегают мурашки. То, что мы похожи так неожиданно и странно, что мыслей нет — неприятная пустота в голове. Встряхиваю головой. Отражение повторяет за мной.

Как я раньше не замечал, что мы с колдуном так похожи? Но почему? Он поменял свою внешность? Но зачем ему это делать? Или это совпадение?

Провожу рукой по волосам. Отражение, повторив мои действия, становится еще более лохматым. Усмехаюсь и сильнее взъерошиваю волосы.

С одной стороны, мне смешно и плевать на то, что мы похожи. С другой — это настораживает. Не понимаю почему, но мне это совсем не нравится. Совпадение или задумка колдуна — в любом случае это жутковато.

Отворачиваюсь от зеркала и от неожиданности подскакиваю на месте. Передо мною стоит Вальнар и спокойно смотрит на меня. Сердце бешено колотится.

— Можешь не пугать?!

Он игнорирует мои слова и испуг.

— Пошли в столовую, нам надо все обсудить, — голос мрачный и строгий, не терпящий возражений.

Поворачивается и выходит. Я следую за ним.

* * *

В этот раз Вальнар указывает мне на место справа от себя и усаживается на стул, наполовину расстегнув замок толстовки. Смотрит на меня, ожидая пока я сяду.

Меня раздражает его спокойствие. Так хочется снова что-то вытворить. Но это будет просто глупо. Он только вчера вытащил меня из ямы и залечил бедро. Сомневаюсь, что каждый раз он будет терпеливо вытаскивать меня из каждой дыры, в которую я свалюсь из-за своей вспыльчивости. Я должен собраться, смириться с его характером, колдовскими замашками, выслушать и только потом уже решать, что делать.

Сажусь на указанное место.

В комнату плавно заходит Гева с двумя подносами в руках. Длинная юбка тихо шуршит по полу. Она ни разу не смотрит на меня. Молча ставит один из серебряных подносов передо мной, другой перед колдуном и встает рядом, устремив на Вальнара демонстративно-послушный взгляд преданной слуги.

Интересно, кто она вообще? Колдунья? Не похоже. Слуга? Или жена Вальнара? Но тогда у них отношения давно выгорели — они совсем не похожи на супругов. Значит, все-таки слуга?

Мне максимально неудобно, некомфортно. Присутствие Гевы сбивает с меня всю уверенность. Я совсем не знаю, как себя вести. Что делать или говорить? Я же совсем не знаю правил этого Мира. Вроде Вальнар почти никак не отличается от людей в моем Мире, но остальные ведут себя странно. Может, и от меня требуется какое-то особенное поведение?

И я все еще не понимаю, зачем я тут. Что означает, что я наследник. Как это выражается? Чем я отличаюсь от других? Я смогу отказаться от этой роли и вернуться домой?

Вальнар показывает Геве рукой, чтобы та вышла. Она повинуется, выходит, закрыв за собою дверь.

— Так, для начала, давай уже раз и навсегда определимся: ты мне веришь, что я — колдун? А это — другой Мир? — он разводит руками и откидывается на спинку стула.

Киваю.

— Замечательно, хоть какой-то прогресс, — он еле заметно улыбается. — Тогда добро пожаловать в твой новый дом. Забудь о формальностях, расслабься и будь как дома.

Как дома...

Раздражение, которое росло пока он говорил, растворяется. Он что, меня типа приютил? Никто не берет себе из детдома ребенка семнадцати лет. Подростков приемные родители боятся и очень редко, когда решаются взять себе домой.

— У тебя теперь новая жизнь, новая цель и новая роль, — продолжает говорить Вальнар, будто не замечает или делает вид, что не замечает, моего смятения. — Постарайся привыкнуть к новому дому, так как мне не получится тебя отправить обратно. Да и ты скоро сам не захочешь туда возвращаться.

По спине снова пробегают мурашки.

Почему не захочу? Он сотрет мне память?

Перед глазами мелькают воспоминания, как Яна целуется с Колей. Я дерусь с Колей. Я смотрю на фотографию мамы, гадая, где же находится мой отец, и знает ли он о моем существовании.

Может, все-таки будет лучше, если он это сделает?

— Я не собираюсь стирать тебе память. Это ни к чему, — он раскладывает перед собой содержимое подноса, и с тихим сочувствием добавляет: — Думаю, ты сам понимаешь, у тебя нет причин возвращаться обратно.

Я бы хотел поспорить, но слова застревают в горле.

— У тебя нет родителей. Яна любит другого, а Коля сам сказал и показал, что не считает тебя своим другом, никогда не считал, — каждое его слово отдаются глухой болью внутри. — Так зачем тебе возвращаться? Ты им никогда не был родным. Уверен, что они будут рады твоему возвращению?

Не будут?

Вспоминаю драку с Колей. Почему он сорвался? Это было его последней каплей? Он всегда меня ненавидел? Дружил из жалости? Но это не так. Я уверен, что он был мне настоящим другом. Но тогда почему он накинулся на меня с оскорблениями? Что стало причиной? Может, именно тогда он впервые сказал, что думает обо мне и о моих родителях.

А Яна… Может, насчет нее Вальнар не прав. Она будет рада моему возвращению. Но нужно ли оно мне? Нужно ли мне снова смотреть, как она гуляет с Колей, целуется с ним, смотрит на него влюбленными глазами? И нужно ли это ей? Когда-нибудь она поймет, что я в нее влюблен. Она будет смущаться в моем присутствии, ей будет неловко, перестанет со мною общаться как с другом, и будет смотреть на меня с жалостью и сочувствием...

Неужели Вальнар прав, и меня ничего не держит в том Мире?

— Вот и прекрасно, — Вальнар похоже снова бесцеремонно читает мои мысли, — раз мы все решили, — придвигает себе тарелку и берет ложку, — значит можно приниматься за ужин, а то он уже остыл...

Не знаю, что мы решили, но мой желудок реагирует на слова колдуна недовольным бурчанием. Аппетита нет, но голод грызет меня изнутри. Я должен нормально поесть.