Noblesse. Павшая во Тьму (джен)

Мы с Юиджи разместились на кровати. Маркус расположился в компьютерном кресле, развернув его от стола в нашу сторону.

“Жду тебя у себя. Буду рассказывать про брата М-24. Уверена, ты тоже захочешь послушать”. Отправила сообщение Эмычу.

Гости подозрительно молчали, пока я набирала текст. Подняв голову, обнаружила, что они напару рассматривали украшавшие стены плакаты с недавних фотосессий. Кхм… Немного неловко, но ладно. Я ж обычный корейский подросток. Имею право.

Чтобы скрасить ожидание, предложила продолжить чаепитие. Возражений не последовало.

— Я же могу оставить вас наедине и сходить за чашками? — шутливо вбросила.

— Бейби-босс, давай лучше я схожу? — неожиданно вызвался Маркус.

— Хорошо. Попроси заварить ромашковый. Стопроцентно понадобится. Спасибо.

Он кивнул и вышел.

— Ты как? — повернулась к соседке.

— Думала, прием будет жестче, — призналась та, немного помедлив с ответом.

— Это все печеньки, — подмигнула. — Проверенное средство понравиться мальчикам.

— Значит, осталось понравиться девочкам? — хмыкнула Юиджи. — Сейре. Я правильно запомнила?

Угукнула, давясь смехом. Днем поработала редактором персонажа, теперь вот квест выдала.

— Нам нужен план…

Реплику прервал стук. Через мгновение дверь распахнулась, впуская Маркуса. С подносом. Следом в комнату заглянул Двадцать первый.

— Ани? — он умудрился вложить в мое имя всю гамму испытываемых эмоций: раздраженность, усталость, робкую надежду, фатализм.

— Я за нее, — подняла лапку вверх. — Заходи, — призывно махнула.

Эмыч вошел, оценил обстановку и замер мрачным изваянием у стены. Ближе к выходу встал. Оставил себе путь отступления?

— Может, сядешь? Не будешь угрожающе нависать над нами? — указала на свободный пуф. — Чаю? Ромашковый. Чтобы успокоить ярость в твоей груди.

Получила вздернутую бровь и решительный отказ. Ну и ладно. Сам себе злобный недооборотень. Зато хотя бы сесть согласился.

— Сейчас в комнате действуют определенные правила… — выразительно глянула на М-21, разливая напиток по чашкам. — И я не только про фейсконтроль.

Тот ожидаемо сагрился.

— Что ты придумала на этот раз?

— Ты ведь хочешь получить порцию откровений, после которых твоя жизнь никогда не будет прежней? — поиграла бровями.

— Не уверен, — довольно искренне отозвался Два-один. — Но выбора нет?

— Выбор есть всегда, — возмутилась. — Что я, привязала тебя к стулу и заставляю меня слушать?

Получила в ответ скептический фырк.

— Видишь? — довольно бросила Маркусу, бесстрастно наблюдавшему за происходящим. — Ко мне прислушиваются. Добровольно.

— Как скажешь, бейби-босс, — отсалютовал тот.

— Мелкая, — Двадцать первый вспомнил про свою суперспособность, — я смотрю, ты времени зря не теряла. Завела миньонов, отказала Тао, организовала территорию, свободную от наблюдения и подслушивания. Планируешь захват особняка?

— Нет уж, на такую толстую провокацию я не поведусь. Правила вводятся на время беседы для обеспечения безопасности окружающих.

— Так я здесь в роли твоего охранника?

— Эмыч, я, конечно, очень тебя ценю. Как дуэнью.

— Дуэнью? — возмутился друг.

— Да. В роли охранника у меня Раджак-ним.

Эмыч демонстративно огляделся по сторонам.

— Я никого не вижу. С чего бы ему нянчиться с тобой?

— Таков приказ Лорда, — пожала плечами. — Я ведь права, Раджак-ним? — задрала голову, озвучив реплику “в потолок”.

Вопрос словно повис в воздухе, но через мгновение в дальнем углу проявилась фигура в темном. Будто из ниоткуда.

Мои собеседники впечатлились.

— Спасибо, что откликнулись, Раджак-ним. Ваша скрытность как всегда на высоте, — улыбнулась Кертье.

Тот вернул улыбку и растворился в тенях. Не Чеширский кот, но очень похоже. Хм-м-м, надо рассказать ему про Чешира. Это может быть забавно!

— Мелкая, ты опять что-то задумала, — раздался тяжелый вздох. — Когда ты так скалишься, я хочу оказаться как можно дальше. Дабы твой энтузиазм нашел себе другую жертву.

— Ты прав, — ухмыльнулась, — и можешь расслабиться, конкретно тебе сейчас ничего не угрожает. Кстати, о потенциальных жертвах. Маркус, Юиджи, — обратилась к притихшим гостям, — озвучу во избежание недопониманий. Я всегда под наблюдением. Дом и школа всегда под наблюдением. Мысли окружающих меня разумных всегда под наблюде… Хей, почему это звучит так чрезмерно?

Два-один не сдержал смешка.

— Ты и правда хочешь знать?

Проигнорировала подколку.

— Так вот. Учитывая подобную тревожную гиперопеку, я и советовала некоторым ранее не злоумышлять против обитателей Франкенхауза.

Дождалась осторожных кивков.

Нежданчик, да. Но, возможно, убережет нас от всяких глупостей. Хоть я и симпатизировала новичкам, но предательство бы не простила.

— Возвращаясь к правилам, — развернулась обратно к Двадцать первому, — они вводятся, чтобы защитить нашего гостя. Ты разочарован результатами Пробуждения, расстроен и не хочешь замечать перерождения М-24. Я понимаю, что тебе очень плохо, — послала сочувствующий взгляд, — но Маркус не виноват в случившемся. Не он причина твоей боли. Поэтому не нужно обижать его “в ответ”, — показала кавычки.

— Ани… — проворчал Два-один, — мы ж не в песочнице делим новое ведерко и выясняем, кто сломал построенный замок.

— Тебя я люблю больше, — припечатала, в зародыше задавив намечавшиеся возражения, — но Маркус сейчас более уязвим, — понизила голос. — А я хорошо помню свои самые первые осознанные впечатления, — выдержала паузу, поймав блеснувшие в серых глазах смущение и понимание. — На этом предлагаю тему закрыть. Правила просты. Сначала дослушать, потом высказывать вопросы и возражения. Мысли формулировать вежливо. Никаких обвинений. Никаких претензий. Юиджи — незаинтересованный наблюдатель, а значит, в случае чего, выступит бесстрастным арбитром.

— Да понял я, понял, — сдался Эмыч.

— Окей. На этом вступительная часть завершена. Лед тронулся. Обстановка спокойная. Температура нормальная. Чай ромашковый. Вы готовы слушать, — показательно отхлебнула горячего напитка, обвела взглядом слушателей и осклабилась. — А замечательная компания у нас тут подобралась: ассасин и шпион Кромбела, Цербер Двенадцатого старейшины, полевой агент Кромбела с особой секретной миссией и я — скромная сбежавшая подопытная. Самое то для сеанса групповой терапии.

— Ани, — предупреждающе рыкнул Двадцать первый.

— Молчу-молчу… — набрала в рот чая, надув щеки.

Похлопала ресничками, сглотнула, поставила чашку.

— Мне любопытно, — неожиданно вклинился Маркус, — а как вы познакомились? Ты сбежавшая подопытная, он полевой агент.

— М-21 и М-24 похитили моих друзей, — хмыкнула. — А потом и меня.

— Так это стокгольмский синдром?

Ах-ах-ха-ха! Ка-акой шика-арный вопрос!

— Точно, — заулыбалась. — Статистика похищений показывает, что после случившегося я испытываю теплые чувства к большей части своих похитителей. Но есть нюанс, — подняла указательный палец, — не все похитители выживают после встречи с моими взволнованными опекунами, — наставила палец на собеседника. — Так что не советую похищение как способ завоевать мое расположение.

— Я учту, — серьезно ответил тот.

— Ладно, — хлопнула в ладоши, — я обещала рассказать про брата М-24. Я расскажу. Начну с простого. Итак. В одной стране — не могу утверждать, что в Корее, — жили-были два брата. Кровных. Старший и младший. Возможно, семья была больше, но история пойдет только об этих двоих. Братьям не повезло, оба они в молодости попали в Союз, стали подопытными. Причем в разных лабораториях. В ходе экспериментов оба лишились воспоминаний, таким образом потеряв друг друга навсегда, — вздохнула. — Маркус, память М-24 должна быть доступна тебе. Ну, или станет доступна в будущем. По крайней мере, те моменты, когда он пребывал в сознании. Однако есть то, что прошло мимо его внимания. Как и мимо твоего внимания, Эмыч, — потерла переносицу. — После того, как вас осталось всего двое в серии, и до получения статуса полевых агентов М-21 и М-24 долгое время провели в стазис-капсулах. Кромбел законсервировал вас в одном из отделений Организации, но не отказался совсем. Задвинул на дальнюю полку. И назначил доверенного человека присматривать. И за вами, и за исследовательскими данными. Тот человек… Не знаю его имени…

— Ты? И не знаешь? — удивленно перебил меня Двадцать первый. — Разве ты не “мисс всезнайка” и “маленький оракул”?

— Уел, — фыркнула. — Но это действительно так. Его имя мне неизвестно. Зато я знаю имя второго. Хейнель.

— Второго?

— Хейнель, — раздалось одновременно.

Но в отличие от М-21, Маркус не спрашивал. Он лишь эхом повторил прозвучавшую фамилию. Старался запомнить? Но почему тогда интонация ощущалась такой странной? Словно в его голосе мелькнуло… узнавание. Неужели Марк пересекался с Хейнелем? Прошлое ассасина Кромбела мне почти неизвестно. Поставила себе мысленную зарубку.

— Да. Опальный доктор, подставленный коллегами и сосланный в глушь, где бы он безобидно и бесполезно гробил свой талант, выполняя приказы недалекого, но деятельного руководства. В отличие от главы лаборатории, бессмысленно и беспощадно губившего подопытных в попытках освоить оставленные Кромбелом данные, у Хейнеля получалось. Его эксперименты завершались успехом. Креативный оказался товарищ. Талантливый. И храбрый, чтобы проводить тайные изыскания и модифицировать подопытных, не совсем точно следуя официально утвержденному плану. По отчетам все сходилось, но в реальности он весьма творчески подходил к своим обязанностям. А еще… он раскаялся.

Юиджи, до этого сидевшая с непроницаемым лицом, чуть наклонила голову.

— Раскаялся? — тихо переспросила она.

Хах? Почему ее это заинтересовало? У нее тоже вопросики к моральным качествам ученых?