Восхождение Тёмной Звезды / Dark Star Rising (джен)

Глава 2.9

Тон директора Суинки был таким же, как у директора Блэквелл. Таким, что не допускал возражений и предполагал, что её слово — закон, и я инстинктивно перешла к обороне, готовясь к тому, что на меня обрушатся с упрёками, как всё это было моей виной.

Я подавила это чувство. Возможно, у неё и была такая же манера, как у Блэквелл, но не было никаких причин, чтобы эта встреча пошла по тому же сценарию. Я не пыталась сообщить о домогательствах и травле, а она не пыталась отделаться от меня, чтобы продолжить свой день.

Её предплечья лежали на столе, пальцы легко были сцеплены над клавиатурой. Она слегка наклонилась вперёд и продолжила: «Я хотела начать эту встречу с благодарности».

Мой разум полностью застыл.

Должно быть, она приняла моё отсутствующее возражение за повод продолжить, потому что стала уточнять, за что именно благодарит.

«Редко кому удаётся захватить так много кейпов за такое короткое время, но что ещё важнее, вы сделали это, никого не ранив и не нанеся ущерба имуществу. Это значительно облегчает мне жизнь, когда мне не приходится оправдывать действия кейпов-одиночек, потому что они не оставляют никаких разумных поводов для критики».

Я наконец осознала, что она сказала, и поняла, что это ни капли не похоже на Блэквелл. Или, возможно, так бывает с людьми по ту сторону от той, на которой я обычно нахожусь. Со стороны Эммы.

Я отогнала эту мысль, поскольку она была несправедлива к директору.

«„Пожалуйста“ — здесь как-то неловко звучит. Я просто хотела остановить то, на что наткнулась, и не испытывала желания причинять вред людям, даже если они делали ужасные вещи».

Это утверждение вызвало в памяти мысли о найденных в борделе АПП рабынях, которые переросли в то, что случилось вскоре после.

«Нельзя сказать, что не было сопутствующего ущерба, Демон Ли убил людей из-за того, что начал я», — сказала я.

«Чушь», — произнесла она резко, если не обвиняюще. «Не позволяй действиям других мешать тебе спасать таких людей».

«Директор, — вмешалась миссис Даллон, — возможно, мы отходим от темы?»

«Конечно». Она бросила взгляд на миссис Даллон. «Кэрол, Слава, рада видеть вас обеих здесь». Прозвучало так, будто она предпочла бы, чтобы их тут не было.

Интересно. Стоит помнить, что меня пригласили сюда одну.

«Эмили, очень мило с твоей стороны позволить нам быть здесь». Миссис Даллон сказала это так, будто между ними не было никакой симпатии. Слава вертела головой, глядя то на мать, то на директора, и решила, что в данном случае молчание — золото.

Директор болезненно улыбнулась этому и снова повернулась ко мне.

«В любом случае, я бы хотела услышать о том, что произошло сегодня после того, как вам пришлось оставить Стражей, чтобы помочь Славе. Было бы хорошо составить более полную картину».

«Хорошо, я полетела, после того как Слава позвонила и сказала, что на неё напала Руна». Я рассказала ей всё, что видела и что испытывала, и Слава тоже поделилась своими мыслями и действиями. Это был гораздо более подробный отчёт, чем тот, что Слава дала своей семье по дороге сюда, и директор Суинки задала много уточняющих вопросов, убедившись, что поняла наши мотивы для разных решений. Она не выглядела осуждающей, скорее хотела понять, почему мы думали так, а не иначе.

Показалось, что прошёл час, но я следила за чьими-то аналоговыми часами, и прошло всего полчаса.

«Спасибо, что всё нам подробно рассказали, — сказала директор. — Захвачен он или нет, я позабочусь, чтобы Крестоносец ответил за то, что попытался сделать. Хотя это подводит нас к одной из главных тем, которые я хотела сегодня обсудить».

«Ответ Империи», — сказала миссис Даллон.

«Они увеличат награду за мою личность?» — спросила я, хотя внезапно почувствовала, что была наивна. Награда за меня уже была, а я только что захватила ещё троих кейпов. Я не была уверена в их общем составе, но пятеро кейпов — должно быть, изрядная часть их сил. Я также подозревала, что моя сила мешает мне адекватно оценить, насколько силён тот или иной кейп.

Крюковолк был известным убийцей, и в новостях периодически появлялись предупреждения бежать при встрече с ним. Демон Ли доказал, насколько он опасен, а я всё равно смогла изолировать и захватить его.

Крестоносец был единственным, кто представлял для меня опасность, если я была начеку, но даже тогда он мало что мог сделать.

Я только начинала осознавать, насколько сильна на самом деле. Нужно было следить, чтобы это не вскружило мне голову.

«В этом нет никаких сомнений, но я также уверена, что они начнут искать поддержку извне. Никто в городе на данный момент не может противостоять твоей силе. Ты слышала о Гезельшафт?»

«Нет, какая-то немецкая группировка злодеев?»

«Верно, но если точнее, это крупная нацистская организация. Не просто банда в каком-то отдельном немецком городе, а целое движение, которое пытается вернуть… так называемые идеалы», — она произнесла это слово с таким отвращением, что это было впечатляюще, — «к жизни и влиянию. Что касается нас, они печально известны своей поддержкой Империи. Какой бы сильной ты ни была, задумывалась ли ты о том, как можно было бы противостоять лично тебе?» «Полагаю, что-то, что может обойти мою броню, в стиле Крестоносца».

«Нет, — вмешалась Слава, — Властелины, Козыри, Скрытники и Технари. Всегда Технари».

Мы все посмотрели на неё, и она продолжила. «Из крупных Властелинов, которые сразу приходят на ум, — Валефор и, возможно, Канарейка. Сердцеед, конечно. Силы, которым не нужен физический контакт. Валефор и Канарейка должны быть услышаны. Но Сердцееду достаточно просто затащить тебя в радиус своего действия».

Я не слышала о первых двух, но о Сердцееде знали все. Канадский злодей, который захватывал женщин, заставляя их полюбить его и заселяя в своё поместье. Он был монстром, и одна мысль об этом вызвала тошнотворную дрожь по спине.

Её голос напомнил мне первую ночь, когда мы встретились, и она объясняла мне прозвища и их важность.

«У Козырей широкий спектр, очевидно, но главные, кого стоит остерегаться, — это те, кто может подавлять силы на расстоянии. Анимос из Зубов может криком отключить твою силу, хотя я не знаю, должен ли звук достигнуть тебя или он пройдёт сквозь твою силу, чтобы добраться до тебя. И, конечно, Топорылый. Его радиус действия оценивается больше тридцати футов, но меньше пятидесяти».

Одного упоминания кого-то из Бойни №9 было достаточно, чтобы меня встряхнуло, и я почувствовала, как участился пульс.

«Со Скрытниками всё действительно очевидно. Хотя, возможно, не так страшно, поскольку даже если ты их не заметишь, ты, вероятно, не будешь достаточно близко, чтобы они что-то сделали».

От этого мне не стало легче.

«И Технари. Всегда Технари. У них всегда что-нибудь да найдётся, если дать им достаточно времени».

Её взгляд оторвался и ушёл в сторону, пока она продолжала обдумывать разные способы меня убить.

«Спасибо за этот достаточно подробный обзор», — сказала директор Суинки.

Мне кажется, Слава пропустила сарказм мимо ушей, потому что она довольно бодро ответила: «Всегда пожалуйста».

«Хотя приведённые примеры маловероятны, направление её мыслей верное. Вполне вероятно, что Империя обратится за помощью и попытается привезти в мой город подкрепление извне».

Я узнала этот подход. Я никогда не была принципиально против вступления в Стражей, но эти тонкие и не очень способы давления начинали действовать на нервы.

Хотя бы несколько дней перерыва между предложениями.

«И это тот момент, где я вступаю в Стражей, чтобы оставаться в безопасности под вашим крылом?» Я старалась не звучать слишком обвиняюще, так как не думала, что это поможет, но знала, что что-то просочилось.

«Не совсем. Я думаю, учитывая нанесённый тобой ущерб и исходящую от тебя угрозу, они будут готовы по крайней мере попытаться выдать твою гибель за несчастный случай и надеяться пережить последствия. У них не получится, конечно, но тебя это уже мало будет волновать.

Нет, если бы ты вступила ради безопасности, нам пришлось бы вывезти тебя из города или держать в полной изоляции, и я подозреваю, что оба варианта для тебя неприемлемы. Я предлагаю нечто более… проактивное».

Миссис Даллон наклонилась вперёд с довольно брезгливым выражением лица и сказала: «Вы не предлагаете отправить несовершеннолетнюю на борьбу со всей бандой только для того, чтобы она могла защитить себя».

«Ничего подобного. Я предлагаю тесно сотрудничать с ней и оказывать прямую поддержку, чтобы быстро обезвредить кейпов банды и максимально подорвать их ресурсы, чтобы не дать Гезельшафт скоординировать прямой ответ».

Теперь они говорили обо мне, а я хотела участвовать в разговоре, который решит, насколько я буду в безопасности в ближайшем будущем.

«Как именно выглядит это сотрудничество?» — сказала я. Миссис Даллон посмотрела на меня, затем откинулась на спинку стула, позволяя мне взять инициативу.

«Для начала, мы можем предоставить разведданные. Где находятся места, где можно выследить людей, отслеживание денег, персонал для длительного наблюдения. Затем, когда мы будем действовать на основе этой информации, мы будем с тобой, чтобы производить аресты без необходимости ждать».

«Звучит как Страж во всём, кроме имени. И почему сейчас? Если у вас есть эта информация, почему бы не действовать на её основе?»

«Наш мандат не распространяется на не-парачеловеческие части банд. Наша главная задача — противодействие кейпам, а остальное остаётся на полиции, ФБР, УБН и т.д. Они должны вызывать нас для обработки кейпов, которых ожидают на месте, когда наконец решаются на рейд, но на практике они не звонят, пока не столкнутся с паралюдьми, когда уже ломятся в двери, что заставляет нас быть более реактивной силой, чем хотелось бы. С учётом того, что ты так или иначе будешь на улице, мы можем действовать немного более проактивно».

Это объяснение показалось мне безумным. Они не расследуют деятельность банд? Или, по крайней мере, не действуют на основе собранной информации, пока их не вызовут?

Меня внезапно осенило от последней фразы. «Почему моё присутствие что-то меняет?»

Миссис Даллон и Слава посмотрели на меня, а директор Суинки наклонилась вперёд в кресле. На лице Мисс Ополчение появилось сосредоточенное выражение, когда она поправила руки, и зелёно-чёрный свет сформировал саблю, которую она положила на колени.

«Как ты сама себя воспринимаешь, Горизонт Событий?» — вопрос прозвучал с почти торжественной серьёзностью.

Я не была уверена, что она имела в виду. Я не была кем-то особенным. По крайней мере, так я сама себя воспринимала. Но это начало меняться за последние пару недель и окончательно прояснилось сегодня. Я видела, что могу сделать по сравнению с другими, и они проигрывали.

Это было опьяняющее чувство, особенно после моей школьной и домашней жизни за последние годы. Я поняла, что не должна становиться тираном. Слава хорошо поработала, предоставив способы, как мне можно противостоять. Это помогало.

Я также не хотела выглядеть высокомерной.

«Я начинаю осознавать, что я… сила, за неимением лучшего слова».

Воцарилось мгновение тишины, прежде чем Слава попыталась подавить смех, который превратился в громкий хохот. «Это преуменьшение, достойное награды».

«Возможно, я не до конца осознаю, насколько, раз никто из вас не спорит с ней».

Я посмотрела на Мисс Ополчение, и она выглядела почти печальной, сжимая рукоять сабли. Она слегка кивнула, и я не была уверена, как это интерпретировать.

Слава всё ещё смеялась, и директор Суинки сказала: «На тебя в данный момент обращено много внимания со стороны руководства как Протектората, так и СКП. При всём при том, у меня есть просьба, которую я должна задать». Она на мгновение посмотрела на миссис Даллон, и я была почти уверена, что знаю, о какой просьбе пойдёт речь. «Мы, СКП, хотели бы попросить вас присоединиться к следующей битве с Губителем».

Мной овладело спокойствие, я была права.

«Какого хрена». Слава резко выпрямилась и уставилась на директора.

Миссис Даллон смотрела с гневом и сказала: «Должна согласиться с дочерью, какого хрена вы вообще думаете, прося об этом несовершеннолетнюю, над которой у вас нет никакой власти? На этом всё».

Она сделала движение, чтобы встать, но я вмешалась: «Конечно, я согласна», — и она замерла.

Затем она покачала головой и сказала: «Не говори этого, на тебя оказывают давление, даже если ты этого не видишь. Тебя загнали в кабинет, куда изначально пытались привести одну, и теперь явно на тебя давят, проведя тебя через осознание твоей силы. Это отвратительно, и я подам жалобу».

«Нет, я вижу это, но это не имеет значения. Я всегда собиралась пойти». Миссис Даллон скрестила руки на груди, но не стала покидать кресло.

«Что ты имеешь в виду?» — спросила Слава.

«Я вышла в город на следующий день после того, как Симург атаковала Канберру. У меня уже тогда была сила, я тренировалась и знала, что могу создавать чёрные дыры. Ничто не выживает после этого. Ничто. Я просто не была готова что-либо сделать. Мне было страшно. Поэтому я вышла, чтобы сделать что-то, что угодно. Я хотела быть уверена, что смогу быть на следующей.

Я знала, что сильна, просто не знала, как с этим справиться. Я тренировалась, и все вы мне помогали». Я посмотрела на Славу. «Особенно ты, спасибо». Я снова повернулась к директору Суинки и сказала: «Так что да, я буду там».

Мисс Ополчение на этот раз смотрела на меня с твёрдой решимостью.

Слава подлетела и крепко обняла меня. «Я буду прямо там с тобой».

«Никаких шансов», — сказала миссис Даллон. «Мы это обсуждали; ты будешь охранять Панацею, когда мы поедем».

Я немного неловко обняла её в ответ. Это было не так, как я помнила, поскольку меня окружала броня, но было так приятно иметь кого-то вроде неё в друзьях.

«Спасибо, — сказала я, — но давай не злить твою маму».

Она отпустила меня и отплыла к своему стулу, старательно избегая взгляда на вышеупомянутую маму.

«Хм, — произнесла директор Суинки, — мне дали довольно широкие полномочия, чтобы убедить—» «Принудить». «—тебя прийти. Но есть одно условие с нашей стороны, которое я хочу обсудить сначала. Я полагаю, тебе говорили, что Оружейник готовит ещё один тест твоей силы?» Я кивнула, и она продолжила: «Он преследовал две цели: проверить, действительно ли ты можешь создавать чёрную дыру, как утверждала, и удостовериться, что она не облучает всех вокруг».

«Триумф сказал, что это будет в выходные, не раньше?»

«Так было до того, как ты сказала Мисс Ополчение, что использовала чёрную дыру, чтобы вскрыть окно. Он вызвал помощь со стороны, и они думают, что смогут подготовить всё к среде. Мы можем связаться с тобой и назначить время, если ты не против».

«Если я откажусь, вы отзовёте приглашение на битву с Губителем?» Казалось маловероятным, что они откажутся от любой помощи, но мне было любопытно.

«Не совсем, но зная наверняка, что ты можешь делать то, что заявляешь, мы захотим спланировать и скоординировать действия заранее, а не просто бросить тебя в гущу событий. Ни один план не выдерживает столкновения с реальностью, но отсутствие плана — это план по провалу».

«Я свободна после школы, просто дайте мне знать».

Было интересно наблюдать за реакцией директора на всё это. Она выглядела уставшей, слегка кивнула и откинулась на спинку кресла, словно на её плечи легла тяжесть, даже после получения ответа, которого она, без сомнения, желала.

«Вы упомянули, что у вас есть рычаги, чтобы… заинтересовать Горизонт Событий прийти? Было бы неплохо узнать, что это». — вступила в разговор миссис Даллон. Она звучала недовольной, но мне вдруг пришло в голову, что она известна не только как Брандиш, но и как признанный юрист. Думаю, она просто учуяла в кабинете, так сказать, кровь.

Директор Суинки, конечно, это осознала, и на её лице мелькнуло затравленное выражение, которое она скрыла, бросив взгляд на миссис Даллон. «Основной пункт — денежное вознаграждение, договорное. Мы также готовы предложить услуги защиты семьи, чтобы обеспечить её безопасность. Если у Горизонт Событий есть какие-либо просьбы, мы готовы удовлетворить разумные из них».

При упоминании защиты семьи меня вдруг осенило. Меня пробрала дрожь, но я не видела другого приемлемого ответа.

Я должна была рассказать папе, кто я и куда собираюсь.

У миссис Даллон появился задумчивый вид. «Вы возлагаете большие надежды на то, что она убьёт их, не так ли?»

«Главный директор намекнула мне на это, да».

«Если банды узнают мою личность, то я приму любую защиту, которую вы можете предоставить». Я хотела, чтобы папа был в безопасности, несмотря ни на что. Мы, возможно, отдалились друг от друга после смерти мамы, но я от этого любила его не меньше.

«Если они узнают, ты можешь обнаружить это, когда они будут использовать семью в качестве рычага давления на тебя».

Я замолчала на мгновение, чтобы подумать. «Я поговорю с ним и тогда дам вам ответ».

«Конечно, предложение остаётся в силе».

Слава подпрыгнула на месте и выкрикнула: «Миллион долларов!»

Я покачала головой. «Деньги не нужны, я всё равно пойду». Эта сумма была астрономической в любом случае. Больше, чем я когда-либо могла представить.

Мисс Ополчение впервые заговорила: «Возможно, они и не нужны, но разве иметь их — плохо?»

«Как-то неприятно ставить ценник на помощь всему миру».

«Это милый порыв, но порывом сыт не будешь. Может, миллион — это слишком много для тебя, но ты должна попросить какую-то сумму». Было интересно, что она выступала в мою пользу и, казалось бы, против интересов своей же организации. Хотя между ней и организацией, в которой она работает, есть разница. Было приятно знать, что она думает обо мне как о чём-то большем, чем просто инструмент, который можно бросить на Губителей.

«Кроме того, — продолжила она, — я получаю надбавку за риск каждый раз, когда отправляюсь на битву с Губителем. Я бы поехала и без неё, но уж точно не отказываюсь».

«Ладно, звучит неплохо. Могу я получить столько же, сколько и она?»

«Легко», — сказала директор Суинки. «Мы можем открыть для вас счёт, на который будут перечисляться средства, или перевести их на счёт по вашему выбору».

«Всё это также будет оформлено в письменной форме, — сказала миссис Даллон. — Я бы посоветовала вам нанять юриста для проверки контракта. Я, очевидно, необъективна, но могу порекомендовать свою фирму». Она достала из сумочки визитку и протянула её мне.

Папа всегда говорил, что устный договор стоит бумаги, на которой написан. «Я также дам вам ответ и по этому поводу».

Директор Суинки кивнула и спросила: «Что-нибудь ещё?»

«Деньги, защита, и вы помогаете мне разгромить Империю. Больше ничего не приходит на ум. Ах, да!» Я снова посмотрела на Мисс Ополчение. «Все те девушки из борделя, как у них дела?»

Я периодически думала о них, но у меня не было возможности спросить.

«Из двадцати семи спасённых женщин мы репатриировали одиннадцать в их соответствующие страны. Две попросили убежища, и их дело находится на рассмотрении. Конечно, четверых, что были в цепях, вернули домой, двое были из других городов, но в пределах страны. Ещё четверо были в похожей ситуации, но не прикованы. Их тоже вернули домой. Оставшимся шестерым мы всё ещё пытаемся установить происхождение. К сожалению, это означает, что они проходят через судебную систему, но поскольку у нас нет данных об их личностях, это будет считаться первым правонарушением, и, учитывая ситуацию с остальными, я считаю вероятным, что их отпустят».

«Отпустят куда? Без документов они просто окажутся в той же ситуации», — сказала миссис Даллон. «Это древнейшая профессия не просто так».

«Могу я пожертвовать эти деньги надбавки на их благополучие?» — выпалила я, едва осознав эту мысль. «Мне правда не нужны деньги, а им они явно понадобятся». Я также не знала, сколько именно я согласилась получить. «Я не знаю, много ли это будет, если разделить на шестерых, но лучше, чем ничего, верно?»

«Мы можем всё устроить. Вам всё равно придётся подписать все документы, но это в порядке вещей», — сказала директор Суинки.

«Утройте сумму», — вмешалась миссис Даллон. «Вам могут не нужны деньги, и обычной надбавки за риск достаточно, но теперь вы жертвуете их на благое дело. Утройте сумму».

Директор Суинки скривилась, будто откусила лимон, но кивнула. «Это не проблема».

«Хорошо. Я скоро свяжусь со своими юристами» — и никогда раньше мне не приходилось произносить эту фразу — «и мы сможем всё окончательно согласовать. Есть что-нибудь ещё?» Я начала перегружаться от всего происходящего. Мысль о битве с Губителем, которую я старательно избегала, выйдя на передний план, отчётливо прояснила, во что я ввязалась. А мысли о разговоре с папой совсем не успокаивали нервы.

«Это всё. Мы свяжемся с вами для координации действий. Спасибо». Директор Суинки протянула руку через стол, и я встретила её руку на полпути для рукопожатия.

Мы попрощались и встали, чтобы уйти, Мисс Ополчение пошла с нами, чтобы проводить нас. Когда мы вернулись к лифту и разместились для поездки на нужный этаж, я повернулась к ней.

«Спасибо, что позаботились о них».

«Конечно. Это прекрасно с вашей стороны — помочь им таким образом».

«Я просто не знаю. Я просто хочу, чтобы их не заставляли заниматься этим. У меня просто внезапно появились средства».

«Я уверена, это будет невероятно важно для них».

Двери лифта с звонким щелчком разошлись, и мы вышли. Эми стояла, прислонившись к косяку, уставившись в телефон, а неподалёку, соблюдая дистанцию, замерли двое офицеров СКП.

Когда мы вышли, она убрала телефон и молча встала рядом со Славой, которая слегка толкнула её плечом и улыбнулась. Офицеры кивнули Мисс Ополчение и встали позади неё.

Фургон всё ещё был наверху, и я указала на него.

«Хотите, я спущу его вниз?»

«Да, пожалуйста».

Я снова повернулась к Мисс Ополчение и сказала: «Ещё раз спасибо за всё. Дайте мне знать, когда Оружейник будет готов к тесту, и я со своей стороны всё улажу».

Она протянула руку для рукопожатия и сказала: «Спасибо, что готова сделать этот шаг, я знаю, как это может быть тяжело».

Я пожала её руку и сказала: «Я просто надеюсь, что всё действительно пойдёт так, как мы все надеемся. Увидимся позже». Я повернулась к Даллонам. «Все готовы? Нужна лишь короткая остановка в штабе Протектората, чтобы отдать инфраструктуру Руны».

Когда все подтвердили готовность, я взяла их, спустила фургон вниз и взяла курс на нефтяную вышку. Я оставила части инфраструктуры прямо перед силовым полем на световом мосту.

Получив указания к их дому, я высадила Даллонов у их подъезда. Эми помахала мне и зашла внутрь, но я привлекла внимание Славы и её мамы.

«Спасибо, миссис Даллон, что пошли со мной. И тебе, Слава. Не думаю, что всё прошло бы так хорошо без вас».

«Ты бы и без нас справилась», — сказала Слава.

«Не настолько хорошо. Сомневаюсь, что те женщины получили бы эти деньги, не будь вас двоих».

Миссис Даллон выглядела противоречиво, когда сказала: «Восхитительно, что ты так стремишься отправиться на следующую битву с Губителем. Но то, что они сделали, непростительно».

«Если честно, нет хорошего способа попросить кого-то отправиться на такую битву».

«Да, и они не могли не попросить тебя, учитывая твои способности», — сказала Слава.

«Не будь излишне самоуверенной. Никто не находится в безопасности на битве с Губителем. Даже Эми и Вики в медицинском шатре». Она бросила выразительный взгляд на дочь.

«Не буду. У меня есть ещё один вопрос, прежде чем я уйду. Мне нужно рассказать моему папе, кто я. Не могли бы вы поговорить с ним после? Я не знаю, что сказать ему, чего ожидать, или дать совет, что нам делать с предложенной защитой. Всё в таком духе. Может, помочь успокоить его переживания по поводу моего присутствия там».

Её взгляд смягчился, и она кивнула. «Конечно, мы можем пригласить вас к нам на ужин как-нибудь».

«Спасибо».

Я попрощалась со Славой и отправилась домой, с умом, полным мыслей. Мне было о чём подумать, в основном о том, как я объясню папе последние несколько недель так, чтобы он не заземлил меня до пятидесяти лет.

Может, стоит приготовить хороший ужин.