Связь (джен)

Бункер

4 сентября | Спустя 3 часа

Максим подошёл к столу, взял банку консервов, открыл её и начал есть прямо из неё ложкой, которую нашёл в одной из коробок. Ему нужно было чем-то занять руки, чтобы успокоить мысли. Еда была безвкусной, но это было неважно. Важно было делать хоть что-то.

— Камеры, — сказал он, жуя. — Это из-за камер. Но они показывают только то, что было снаружи. Внутри двора записей нет. Значит, полиция не знает всего.

— Или знает, — возразила Лиза. — И просто не говорит.

— Возможно, — согласился Максим. — Но тогда бы они уже взяли нас. У них есть адреса, школы, всё что угодно. А они нас ищут вслепую. Значит, у них нет точных данных.

Данил поднял голову. Он сидел на ящике, подобрав ноги под себя, и смотрел на огонь керосиновой лампы. Тени плясали на его лице, делая его старше, серьёзнее. Он выглядел так, будто знал больше, чем говорил.

— А что, если… — он замялся, — если они ищут не вас?

Все посмотрели на него. Артём перестал жевать. Лиза замерла. Максим опустил банку.

— В смысле? — спросил Максим.

— Ну… — Данил понизил голос. — Может, они ищут кого-то другого, а вы просто… просто подвернулись?

— И кого же? — спросил Артём.

Данил пожал плечами. Он не был уверен в своих словах, но что-то внутри подсказывало ему — он на правильном пути. Что-то, что он слышал, видел, чувствовал краем сознания.

— Не знаю. Но в городе что-то происходит. Полиции слишком много. Они не только вас ищут. Я слышал, как отец говорил по телефону… про какого-то беглеца. Не подростка. Взрослого.

Максим нахмурился. Его пальцы сжались в кулаки.

— Какого беглеца?

— Не знаю, — повторил Данил. — Он не сказал. Отец вообще не любит, когда я подслушиваю. Но однажды он не заметил меня. Я сидел за дверью и слышал. «Беглец», «секретный объект», «не дай бог, если он вырвется на свободу». А потом они увидели меня и выгнали.

Артём откинулся на раскладушку и уставился в бетонный потолок. Над ним вилась паутина, и где-то там, в темноте, шевелился паук — маленький, чёрный, равнодушный к их проблемам.

— Допустим, нас ищут не только из-за убийства, — сказал он. — Допустим, есть что-то ещё. Тогда что нам делать? Идти сдаваться? Доказывать, что мы не убивали?

— Нет, — твёрдо сказал Максим. — Не сейчас.

— А когда? — спросила Лиза.

Максим не ответил. Он посмотрел на Артёма, и в его глазах было что-то, чего никто из них раньше не видел. Страх? Решимость? Или просто усталость?

— Ты сказал, у тебя есть план. Какой?

Артём сел, положив руки на колени. Он посмотрел на свои ладони — на них не было ничего, только грязь и мелкие царапины. Но он чувствовал, что внутри них скрывается что-то большее. Сила, которая ждала своего часа.

— Нужно узнать, что на самом деле произошло в ту ночь, — сказал он. — Кто запустил камеры. Кто дал команду искать именно нас. И кто тот взрослый, о котором говорил Данил.

— И как ты это сделаешь? — спросил Максим.

Артём посмотрел на него. В его глазах загорелся знакомый огонь — тот самый, который появлялся перед тем, как он принимал важное решение.

— Ты хакер. Ты можешь выйти в сеть из бункера?

Максим задумался. Он обвёл взглядом комнату — стены, провода, старые розетки. Где-то здесь был выход в мир.

— Нужен провод. И терминал. Здесь есть электричество, но интернета нет. Если найти точку доступа…

— На рынке, — сказал Данил. — Там, где мы брали еду. У знакомой Максима. Я видел роутер.

Все снова посмотрели на него. Данил покраснел и опустил глаза.

— Ты всё замечаешь, — сказала Лиза.

Данил пожал плечами.

— Привык. Когда тебя бьют, ты учишься замечать всё вокруг. Чтобы убежать.

Тишина повисла в бункере. Слова Данила упали тяжело, как камни. Никто не знал, что ответить.

Артём поднялся. Он подошёл к столу, взял банку с водой и сделал большой глоток.

— Значит, завтра идём на рынок, — сказал он. — Максим — в сеть. Данил — следишь за обстановкой. Лиза, ты остаёшься здесь. На подстраховке.

Она хотела возразить, но передумала. Она понимала — кто-то должен охранять бункер. Кто-то должен быть здесь, если они не вернутся.

— Хорошо, — сказала она.

Максим выключил лампу, оставив только тусклый свет от телефона. Жёлтое пятно осветило его лицо — уставшее, бледное, но решительное.

— Спать, — сказал он. — Завтра рано вставать.

В бункере стало тихо. Только дыхание спящих и мерное гудение вентиляции.