Настойка полыни (гет)

На следующий день Джейн со счастливой улыбкой подскочила к Гермионе и Джинни в Большом зале и, сев за стол, начала вдруг усиленно накидывать в тарелку еду. Подруги переглянулись:

— Что? — Джейн вскинула брови и с аппетитом укусила бутерброд. — Что-то не так?

— Ты ешь, — промолвила Джинни шепотом. — Это удивительно.

— Просто ты с апреля превратилась в скелет. А тут вдруг аппетит, — Гермиона одобрительно покачала головой: — это прекрасно, продолжай в том же духе.

— Тебе стало лучше? — осторожно поинтересовалась Джинни.

— Да мне и не было плохо, — Джейн, больше не в силах держать секрет в себе, наклонилась к подругам ближе и прошептала, — Я вчера смогла обратиться в птицу.

— Чего? Ты о чем?

— Анимагия. У меня получилось, — Джейн оглянулась, проверяя, что их не слушают, — только никому не говорите, хорошо?

— Когда ты успела? — Джинни придвинулась ближе.

— Весь май я занималась у МакГонагал. И вчера было первое превращение, — Джейн посмотрела на свои руки. — Я смогла. Это здорово.

Гермиона молчала, но очень медленно и задумчиво ковыряла в своей тарелке. Джинни уже давно вышла из-за стола и отправилась на занятия, когда Грейнджер вдруг спросила:

— И ты будешь регистрироваться в Министерстве?

— Не сегодня, — Джейн встала и натянула лямку сумки повыше. — Но, наверное, когда-нибудь.

— Я так поймала одного незарегистрированного анимага. Это серьезное преступление, — Гермиона присоединилась к ней, и они вдвоем отправились на занятия, — и повод для шантажа.

— Кого же? — поинтересовалась Джейн, проигнорировав серьезный тон подруги.

— Одну страшно любопытную журналистку, — Гермиона хмыкнула. — Не тяни с этим, — затем более мягко добавила, — Ты умница.

Джейн продолжала улыбаться. Они шли по коридору, встретив на своем пути слизеринцев: Малфой шел в окружении одногруппников. Когда подруги прошли мимо, в спину им ударил взрыв хохота. Девушки не оглянулись, но Джейн поджала губы. Гермиона вдруг спросила:

— Ты все еще общаешься с Малфоем?

— Иногда, — уклончиво ответила Джейн. — Так, пересекаемся.

— Тебя не смущает эта странная дружба? — резким тоном уточнила Гермиона, — он же сын Пожирателя смерти.

— Нет, — Джейн остановилась. — Не говорю с ним про Гарри, Сама-Знаешь-Кого, идеологию, не выдала ему Отряд Дамблдора в этом году, от меня он не сможет ничего узнать. Я очень осторожна в словах. Может, наша дружба сделает его чуточку лучше, терпимее? Когда придет время, тогда и приму решение. Хорошо?

Гермиона не ответила, и весь остаток пути в класс они молчали. Больше этот разговор не поднимался, да и времени на праздные разговоры оставалось все меньше: приближались экзамены. Уроки становились сложнее, а студенты — нервнее. Нередко в гостиной Гриффиндора можно было услышать всхлипывания и причитания, что столько информации запомнить невозможно. В библиотеке, как заметила Джейн, стало больше людей — спины старшекурсников все чаще склонялись над старыми фолиантами до позднего вечера.

Драко и Джейн лишились своего укромного уголка среди книг — тут и там сновали студенты, поэтому встречи были редкими и короткими. Но Драко смог передать ей записку, куда ей следует прийти в воскресенье.

Джейн спустилась в подземелье — сердце сжималось от неприятных воспоминаний прошлого года, но в этот раз она уже не была беспомощной: в руке у нее лежала волшебная палочка, а в голове крутились защитные заклинания. Но путь по сырым темным коридорам был спокоен — до самой двери старого класса девушка не встретила ни одной живой души.

Из комнаты лился свет, и Джейн вошла. Это было крохотное помещение, почти кладовка — широкий стол, пустые шкафы с паутиной. На столе уже стоял котел и ингредиенты для Животворящего эликсира. Драко видно не было. Джейн подошла к столу и достала из кармана рецепт зелья, слегка улучшенный ею.

Она перебрала в руках листья алихоции и перечной мяты, сжала в руках хрустящие листья сушеной веретеницы, осмотрела на свет единственной в комнате лампы пузырек с настойкой полыни. И после зажгла огонь под котлом.

— Агуаменти, — прошептала девушка, наполнив его водой.

— Уже начала?

Джейн обернулась, улыбнувшись Драко. Он плотно закрыл за собой дверь и подошел ближе. Покрутил в руках листок с рецептом.

— Я сама справлюсь, — Джейн забрала листок и положила его перед собой. — Мне не сложно.

Драко кивнул и сел в угол на единственный в комнате стул. Он открыто наблюдал за девушкой: в полумраке комнаты ее кожа словно светилась изнутри, а блики огня придавали взгляду демоническое сияние. Джейн жмурилась, когда вдыхала аромат мяты, строго поджимала губы, отмеряя нужное количество листьев алихоции. Движения были четкими, она шепотом считала количество помешиваний.

— Тут так жарко, — Джейн стянула с себя мантию и кинула на край стола: на лбу выступила испарина. Закатив рукава рубашки, она принялась измельчать алихоцию в порошок.

Драко сглотнул. Джейн посмотрела на него, у парня был чуть диковатый вид: зрачки его расширились и почернели, щеки покраснели, а руки тряслись — он крепко сжимал их, чтобы скрыть это, но девушка все же спросила:

— Тебе нехорошо? — она снова переключилась на зелье. — Сейчас закончим, осталось только добавить последний ингредиент.

Когда она откупорила крышку пузырька с настойкой, по комнате разлился резкий запах полыни. Когда она отмерила несколько капель и добавила их в котел, Драко встал и заглянул — зелье приобрело мутно-зеленый цвет.

— Одну минуту, — Джейн взмахом палочки усилила огонь и после трех помешиваний по часовой стрелке прошептала, — готово.

На их глазах зелье приобрело благородный изумрудный цвет. Девушка смахнула огонь и с удовлетворением глядела на свою работу. Драко сделал еще один шаг.

— Отлично, — его голос прозвучал над ухом, от чего она обернулась. Их лица были близко. — Джейн, — парень повернул ее к себе, и девушка оказалась прижата к краю стола, — спасибо.

Сперва она хотела вырваться из плена, но что-то внутри удержало ее: и когда он наклонился к ее губам, Джейн просто закрыла глаза. Когда они оторвались друг от друга, Драко прижал девушку к себе, и она обняла его в ответ, чувствуя, как сильно колотится его сердце.

— Я так долго мечтал о тебе, — прошептал он ей в волосы.

И когда Джейн посмотрела в его всегда холодные глаза — они светились счастьем. Она осторожно погладила его по щеке.

«Будь что будет».

* * *

Теперь в сердце Джейн хранился еще один секрет. Днем она была хорошей студенткой, подругой Поттера, Грейнджер и Уизли, хранителем тайны Ордена Феникса, а вечерами и ночами — бегала с Малфоем в заброшенные классы, чтобы лишний раз провести время вдвоем. С ним было легко покидать гостиную и бродить по замку — он как староста мог провести ее куда угодно и привести обратно без последствий. Они пользовались тайными проходами, о которых Джейн даже не знала — поэтому с большим удовольствием изучала замок вместе с Драко.

«Раньше сама мысль казалась невозможной. Целоваться с Драко? Невозможно», — думала девушка, смотря в спину Малфоя в школьном коридоре. Делали вид, что они незнакомцы. И толпа вокруг не должна была даже догадываться, что они вместе.

— Гермиона, ты что? Влюбилась в Рона? — Джинни прыгнула на кровать к Джейн и легла рядом с ней на живот. Вдвоем они смотрели на краснеющую напротив Гермиону. Это был поздний вечер, когда Джейн уже планировала пойти на встречу и тщательно расчесывалась.

— И с чего ты взяла? — уточнила Джейн.

— Видела их вдвоем в гостиной вчера вечером. Рон обнимал ее за плечи, а она даже бровью не повела, — Джинни хитро улыбнулась. — Неужели экзамены так сближают?

— Это совсем не так! — Гермиона не смотрела в их сторону, с особым тщанием взбивая себе подушку. — Просто объясняла ему принципы Трансфигурации.

— В темной гостиной, вдвоем, в обнимку. Романтично вы время проводите, — Джинни, как чертенок, напала на подругу своими подозрениями. Джейн решила вмешаться:

— Прекрати, Джинни. Кому какое дело? Может Рон совсем не в ее вкусе.

— Это почему же? — Гермиона спросила это быстро и возмущенно, затем хлопнула себя по губам. Ее щеки покраснели.

Джинни захохотала. Джейн тоже улыбалась, понимая, что подруга раскрыла свою тайну. Но когда она отвернулась, чтобы накинуть мантию, в спину ей прилетел вопрос:

— А ты куда идешь? К Малфою? — голос Гермионы дрожал.

— Что?! — Джинни подскочила с места. — О чем это ты?

— Она ходит куда-то каждый день. Каждый вечер. И всегда во время обхода старост.

Джейн поправила волосы. Оценив себя в отражении зеркала, она поправила торчащие волосинки на идеально уложенных волосах и отправилась к двери. Джинни испепеляла ее взглядом.

— А кто тебе мешает встречаться с Роном? Или ему это не интересно? — вдруг спросила Джейн. — А куда я хожу по вечерам — только мое дело.

И хлопнула дверью.

* * *

До экзаменов оставались считанные дни. Джейн перечитывала учебники до умопомрачения. В один из особенно тяжелых дней ей пришла записка от Драко: он предлагал встретиться сразу после ужина на седьмом этаже замка. Встретил ее в коридоре, жестом приглашая в одну из открытых дверей. Он был оживлен, движения энергичны, такого воодушевления у него девушка никогда прежде не видела.

— Я приготовил для тебя сюрприз.

Джейн не стала отказываться, успокаивая себя тем, что от одного вечера без горы учебников ничего не изменится. В абсолютно пустой комнате было чисто: лампы ярко горели, освещая пустое пространство, а на подоконнике тихонько играло волшебное радио — ярко-красный прибор привлекал к себе все внимание.

— Сейчас, остался один момент, — Драко закрыл дверь и наложил на дверь заклинание. — Теперь отлично.

Девушка растерянно огляделась, не зная, чего ожидать. Парень подошел к радио и начал крутить ручки радиоприемника:

— Сегодня будет хорошая музыка, — Драко нашел нужную частоту и выкрутил громкость, протягивая ей ладонь. — Вашу руку, мисс?

Джейн приняла предложение с восторгом. Они кружились по комнате под нежные мелодии магического эфира, обнимались, прерывались на поцелуи. Девушка раскраснелась, постоянно улыбалась, самозабвенно танцуя. В этом маленьком мире не существовало ничего, кроме музыки, тепла рук и нежности, которой Драко окружал Джейн: его спокойное внимание к ней, к ее желаниям — ни о чем другом она даже не могла мечтать.

Когда они окончательно устали, то сели на пол, и девушка с благодарностью крепко обняла его и поцеловала в щеку.

— Спасибо.

Джейн не узнавала Драко: с ней он был так добр, что трудно было поверить, что этот же человек мог оскорбить память трагически погибшей матери Гарри Поттера или подстроить какую-нибудь гадость гриффиндорцам. А девушке давно хотелось, чтобы Драко покинул хотя бы Инспекционную дружину Амбридж.

— Не могу, отец и слышать об этом не хочет. Репутация. Но тебя я не трону, обещаю, — Драко посмотрел Джейн в глаза, — просто не иди наперекор директору, разве это так сложно?

Девушка провела по шрамам на левой руке — она их не свела, хотя мадам Помфри могла помочь ей в любой момент. Драко сжал челюсть.

— Ты обещала их свести, — он оскалился. — Мне правда жаль, но я не могу ничего сделать. Отец меня убьет.

Джейн опустила взгляд и положила голову ему на плечо. Они сидели в тишине, так как радио вдруг перестало работать, умолкнув от помех. Девушка видела, что парень по-настоящему боится, но в его страхе смешалась преданность семье. Она хотела спросить об этом, но он вдруг заговорил сам:

— Я уже много лет ищу его уважения, — Драко смотрел в потолок, — но я всегда недостаточно хорош: не такой умный, не такой популярный. Я провалил задачу подружиться с Поттером еще в самый первый год. А знаешь сколько раз я выслушивал за то, что не могу отобрать у этого недоумка снитч?

Джейн едва дышала.

— Сотни раз. Бесконечные сравнения. Мне было бы плевать на Поттера, если бы не это. Каждый год.

— Поэтому ты его ненавидишь? — сипло уточнила Джейн: в горле пересохло.

— Я никого не ненавижу, мне плевать. Но есть вещи, которые меня страшно раздражают. И абсолютно все делают это каждую секунду. Все, но не ты. Потому что ты ничего и никогда не знала обо мне до нашего знакомства.

— И что это за вещи?

— Они видят наследника дома Малфоев, сына бывшего Пожирателя смерти, богатенького избалованного мальчишку. Каждый, кто знает меня — уверен в этом. Моя репутация построена исключительно на деньгах семьи и ее темном прошлом.

Джейн украдкой наблюдала, как парень устало запрокинул голову и закрыл глаза. Она взяла его ладонь в свою.

— Может, еще есть шанс все поменять? — она постаралась придать голосу позитива.

— Не могу, — Драко резко открыл глаза и лицо его приобрело восковое выражение равнодушия. — Уже слишком поздно что-либо менять, понимаешь?

* * *

Наступили экзамены. Джейн только накануне первого поняла, как сильно она волнуется. Каждый раз, стоя перед закрытой дверью в Большой зал, она была уверена, что ничего не знает — легкая дрожь по телу, тяжелый вздох, когда нужно садиться на свое место, и паника при виде листа с вопросами. Несколько первых минут строчки плыли перед глазами, а потом наступала ясность. Все вопросы были знакомы, по каждому ей было, что сказать.

По вечерам, накануне каждого испытания, чтобы немного успокоиться, пятикурсники садились в круг и старались придумать сложные вопросы по предмету. Джейн отвечала легко и уверенно только на два: Трансфигурацию и Зельеварение.

Она могла рассказать наизусть, со всеми нюансами, рецепты зелий, которые изучались в течение пяти лет — и все это под восхищенные взгляды однокурсников.

Во время экзамена по Трансфигурации Джейн смотрела на задачки по превращению совы в часы, как на детскую шалость — все трансформации у нее получились безупречно. Профессор МакГонагал едва заметно улыбнулась ей, когда она уходила с экзамена одной из самых первых.

И вот на последнем экзамене по Истории магии Джейн увидела, как Гарри падает в обморок. Его вытащили из зала, но девушка уже не могла сосредоточиться на работе: от напряжения она сломала перо, а вопросы казались такими далекими, что потеряли всякий смысл. С кем в этот раз случилась беда?